Фантастика : Ужасы : Глава 19 : Кэтрин Коути

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  29  30  31  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  61

вы читаете книгу

Глава 19

— У меня приказ… Мне было велено… — репетировал Фанни свою вступительную речь.

Но по мере его приближения к гостевой спальне, словарный запас почти иссяк. Если бы можно было вслух произнести многоточие, он поступил бы именно так.

При виде посетителя мисс Грин встрепенулась и так быстро вскочила из-за стола, что чуть не опрокинула чернильницу в виду горгульи.

— Проходите, мистер Блейк! Только у меня такой кавардак!

На это Фанни заметил, что если в ее комнате беспорядок, извиняться должен в первую очередь он сам. Ни в одном приличном доме гостя не попросят даже постель заправить. Другое дело, что их горничная внезапно ушла в загул…

— Вы что-то хотели, мистер Блейк? — перебила девушка, так и не дав ему как следует отругать лентяйку-Харриэт.

Юный вампир смутился окончательно. Погода и моральная деградация прислуги — вот две темы, которые можно обсудить с любой леди, встретив живейший отклик. Но мисс Грин сочувственно относилась к слугам, а лондонские туманы интересовали ее только в том случае, если их причиной была повышенная концентрация вампиров на единицу пространства.

— Мисс Грин? Не хотите со мной прогуляться? В виду того, что взошла луна и все дела. Чего, думаю, вам сидеть взаперти? — ввернул он подходящую мотивацию.

Девушка захлопала в ладоши.

— Ой, как замечательно! Я мигом! Вот только пальто надену и сбегаю за Бертой.

— Мисс Штайнберг временно отсутствует в поместье. Удалилась по личным делам, — отрапортовал Фанни тоном образцового дворецкого.

— Но кто же… Или мы пойдем без компаньонки? Сами, да?

И как он только додумался пригласить девицу на прогулку без старшей провожатой? Надо было леди Аркрайт дождаться! Попробуй теперь докажи, что у них не свидание.

— Я только за! — прочирикала гостья. — Подождите, я быстренько! А пока вот, почитайте!

Она сунула ему листок, исписанный красивым почерком с завитушками, и шмыгнула в смежную комнату. Удрученно вздохнув, Фанни углубился в чтение. То был черновик романа, в котором повествование временно велось от лица вампира. Двумя абзацами ранее он влюбился в смертную девушку, а сейчас разыгрывал из себя коварного соблазнителя.

«Мои губы искривила дьявольская усмешка, а левая бровь поднялась вверх, придавая моему лицу сардоническое выражение. Что ж, посмотрим, как эта смертная устоит перед моим шармом! Не позже, чем через неделю, она будет у моих ног, насмешливо подумал я. В моих зрачках вспыхнули опасные искорки. Я напоминал пантеру, которая крадется под пологом джунглей, выслеживая газель.»

Прежде чем он успел прочесть о дальнейших похождениях этого героя с выразительной, как у пациента Бедлама, мимикой, в комнату вернулась писательница. Поверх лососево-розового платья она надела пальто с каракулевым воротником, а волосы распустила, подколов у висков шпильками в виде эмалевых ромашек.

— Мистер Блейк? Можно называть вас по имени? А то мне кажется, будто мы не на прогулку собрались, а на судебное заседания.

— Как вам угодно, мисс.

— Спасибо, Фрэнсис.

— Тогда уж Фанни, — скривился вампир, — мне привычнее будет.

— Но мы не настолько хорошо знакомы, чтобы я могла называть вас уменьшительным именем.

— Это не имя вовсе. Это кличка.

«Как у собаки,» чуть не добавил он, «ее можно просвистеть.»

— «Фрэнсис» мне больше по душе. Так, кажется, звали одного пирата, — поведала девушка.

— Ну, если пирата, то другое дело. Называйте.

— А вы меня зовите «Маванви.»

— Хорошо.

— Фрэнсис? — не унималась она, когда они они уже шли по аллее.

— Мисс Маванви?

— А сколько вам лет?

Вампир зашевелил губами, подсчитывая и то и дело сбиваясь.

— Сто пятьдесят один год, — сообщил он.

Маванви моргнула.

— А на самом деле? — робко поинтересовалась она.

Он снова задумался.

— Эээ… семнадцать?

— Здорово! — просияла Маванви. — Мне тоже.

Выйдя за ворота, они направились к более оживленной улице, потому что вблизи поместья кэб не поймаешь. Ни одна лошадь не сунется в этом направлении не то что за мешок овса — за мешок сахара вперемешку с морковью. В поместье тоже имелась конюшня, с лошадями, купленными у гробовщика, но запрягать их разрешалось исключительно в катафалк. Кататься в нем по лондонским улицам не хотелось даже вампиролюбивой мисс Грин.

— А куда мы поедем?

— Смотреть Хрустальный Дворец, — сказал Фанни осторожно поддерживая ее под локоть. Слякоть на тротуарах замерзла, так что передвигаться по ним можно было разве что на коньках.

— Значит, в Сайденхем, — рассудила Маванви. — Как здорово, динозавров увидим!

— Вам нравятся динозавры?

— Еще бы! Они ведь очень жуткие! — восторженно проговорила девушка. Таким тоном восхищаются ямочками на щеках у младенца. — У дяди в библиотеке была книга про ящеров, но мне ее редко показывали, чтобы моя нервная система не перевозбудилась. Но я все равно бегала туда по ночам и рассматривала картинки. Там был один ну такой страшный, не помню, как назывался… Вот такой.

Она закатила глаза и вытянула перед собой руки со скрюченными пальцами.

— Игуанадон, — с налета опознал его Фанни.

— Так вы их тоже любите?

— Ну так! У них зубищи — во! А его сиятельство помнит те дни, когда динозавры еще разгуливали по земле. Тогда их называли драконами. Он рассказывал, что драконы похищали девственниц, а потом рыцарям приходилось их спасать. То есть, девственниц спасать, а не драконов… Хотя никак не возьму в толк, зачем игуанадону похищать девственницу? — Фанни задумчиво наморщил лоб. — Не на еду же. Он травоядный.

— Чтобы она косила ему траву?

— Разве что так, — согласился Фании и залихватски свистнул, подзывая кэб.

Возле них остановился хэнсом с бодрым извозчиком, только начавшим ночную смену. Сытая и хорошо отдохнувшая, а потому еще полная сил лошадь попыталась встать на дыбы, но хозяин урезонил ее ударом кнута. Подобрав юбки, чтобы не запачкать их об огромное колесо, расположенное слишком близко к подножке, Маванви запрыгнула на сиденье. Оно было ледяным, как сердце айсберга. Холод добрался до нее через несколько слоев одежды, и она невольно поежилась. Вампир предложил опустить прикрепленный к крыше кожаный чехол, чтобы в кэбе стало теплее, но девушке хотелось полюбоваться красотами ночного города.

— Ой, я уже дождаться не могу! Но до Сайденхема еще ехать и ехать! — тараторила она, чуть не вываливаясь из кареты. Ее щебетанье с легкостью перекрывало цокот копыт.

— А мы вовсе не в Сайденхем собрались. В Гайд-парк.

— Но ведь Хрустальный Дворец переместили в южную часть города еще в 50х, — возразила девушка.

— Не спешите с выводами, мисс Маванви, — начал вампир, но чуть не сплюнул от досады.

Извозчику он велел ехать в Гайд-парк, а маршрут не уточнил. Теперь уже поздно с ним перекрикиваться. Тем более, что Маванви удивится, почему ее спутнику стукнуло в голову добираться до парка не кратчайшим путем, а взять западнее, объехать вокруг Кенсингтонского дворца и высадиться где-нибудь возле статуи Ахиллеса. А он и сам не мог понять, почему его так разобрало. Сколько раз проходил мимо северо-восточного угла парка и ничего особенного. Голоса его жертв здесь звучали громче, но какая, в принципе, разница? Они и в спальне до него добираются.

Наконец кэб остановился на Парк Лейн, через дорогу от Камберлендских ворот.

— До чего же здесь восхитительно! — сообщила Маванви.

Мраморная Арка сразу привлекла ее внимание. Если бы вампир вовремя не подставил руку, девушка так и рухнула бы с подножки, засмотревшись. Он еще раз подался вперед, уже когда она рванулась осматривать достопримечательность, но устоял на месте.

Ничего ей здесь не грозит.

Все в прошлом.

На фоне ночного неба тройная арка белела, как гребень из слоновой кости. Ангелы над ее сводами протягивали друг другу венки, и клонило в сон от их застывшей невозмутимости. Но вот очертания арки начали меняться. Истончился ее силуэт, каррарский мрамор почернел, словно разъедаемый тленом изнутри, и фигуры сорвались с фризов, но не упали на землю, а повисли, покачиваясь. И, откуда ни возьмись, поплыл по воздуху запах имбирных пряников, такой же тошнотворно-сладкий, как запах смерти…

— Фрэнсис? Фанни? Что-то случилось? Вам дурно?

Он обернулся к девушке, настойчиво тянувшей его за рукав.

— Что? Нет, я в порядке, что вы! Просто раньше здесь стояло «тайбернское дерево.»

— Какое-какое дерево?

— Виселица, мисс. Горожане приходили посмотреть, как кто-нибудь спляшет «конопляную джигу.» Ну это, в петле подрыгается… ой, то есть…

Не стоило затрагивать эту тему, тем более что юной леди всего не перескажешь. Например, что к виселице потом подходили кумушки, чтоб потереться щекой о руку мертвеца — считалось, что тогда прыщи пройдут.

— Ничего, — успокоила его мисс Грин, — я ведь понимаю, что в 18 м веке не было других развлечений. Ну там велосипедов, поездов, фотографии…

— Да были развлечения, хоть от зари до зари дурака валяй, — отмахнулся вампир. — Дело в другом. Просто хотелось посмотреть на все это, чтобы не было так страшно, когда наступит твоя очередь. Чтобы, ну, уже привыкнуть к тому времени.

— И срабатывало?

— Ни черта не срабатывало.

Девушка умолкла, никак не решаясь заговорить.

— Тут повесили кого-то…

— Кого-то? Тут много народа перевешали, если что.

— …из ваших друзей?

— С чего вы взяли?!

— Просто у вас сейчас такой вид… Вы только не сердитесь! Я вечно какую-нибудь глупость ляпну! Вот и Берта меня одергивает.

Окончательно смутившись, она сложила перед собой руки и встряхнула головой, чтобы волосы прикрыли лицо. С горящими щеками она казалась еще прелестнее, точь-в-точь как фарфоровая статуэтка в отблесках камина. Фанни подумал, что надо почаще говорить ей всякие гадости, просто чтобы любоваться ее румянцем. Хотя такого же эффекта можно добиться с помощью сытного ужина и чашки шоколада.

— Забыли, мисс, — сказал он, снова подхватывая ее под локоть. — Тем более, что никому из тех, кого здесь повесили, я не был другом.

Несмотря на поздний час, в Гайд-парке оказалось очень людно. После закрытия контор и магазинов горожане любили прогуливаться по его аллеям, хотя в поздний час здесь запросто можно было упасть и сломать ногу — в парке отсутствовало освещение. Стекались сюда и бездомные, ведь деревья, пускай и с голыми ветвями, служили хоть какой-то защитой от стылого ветра, а скамейка могла сойти за постель. Жалостливая девица тут же подошла к оборванке, которая укрыла шалью двух спящих детей, а сама спрятала ладони подмышками и тоже клевала носом. Растормошив ее, Маванви высыпала ей в подол все содержимое своего кошелька.

Все 10 шиллингов и 12 пенсов, с досадой отметил Фанни.

Это он точно знал. Как и то, что помимо кошелька в кармане мисс Грин находился батистовый платок без монограммы, зеркальце, три анисовых леденца и флакончик нюхательных солей.

Всегда следует получше познакомиться с теми, с кем отправляешься на прогулку.

Они обогнули озеро Серпентайн, где веселые лондонцы так лихо рассекали на коньках, что лед колыхался. Но когда вдали показался готический шпиль на мемориале принца Альберта, вампир попросил свою спутницу остановиться.

— Мы пришли. Хрустальный Дворец располагался здесь.

— Ага, но сейчас-то он в другом месте. И динозавры тоже там. Ничего-то мы не увидим.

— Ммм, а как насчет Всемирной Выставки в день ее открытия? — улыбнулся вампир, наслаждаясь произведенным эффектом.

Девушка была сражена.

— Но… как это возможно?!

— Проще простого — пристально посмотрите мне в глаза, и я утяну вас в свои воспоминания.

— И я действительно смогу увидеть Выставку?! Ах, как прекрасно!!! — Маванви подпрыгнула, едва не улетев в сугроб. — Я столько о ней читала! Даже по картинкам можно судить, что это было самое грандиозное событие нашего века! Повсюду красный бархат и брызги фонтанных струй, словно в воздух подкинули пригоршню бриллиантов! Но увидеть все своими глазами..!

По мере того, как она ликовала, улыбка вампира становилась все более вялой.

— Вы того, особо не распаляйтесь, мисс, — начал он неловко.

— Но я в восторге! А сколько там важных особ присутствовало! Так хочется посмотреть на королеву без траура и на живого принца Альберта! Все, я готова. Гипнотизируйте меня.

Вампир взял ее за обе руки и посмотрел ей в глаза. Они были синие, как незабудки. По правде говоря, он полтора века не видел незабудок, да и какая разница, если при газовом освещении все цвета кажутся тусклыми. Но даже думать о них было приятно.

Постепенно ее зрачки расширялись, покуда радужка не превратилась в тонкую синюю каемку. И тогда Фанни шагнул в них и позвал ее за собой.

— Я повелеваю твоим сознанием. Следуй за мной, Маванви Грин.

Очнулась она уже в другой эпохе.

Огляделась по сторонам.

Открыла рот.

— Мисс? — кашлянул Фанни, медленно пятясь назад. — Когда я сказал «в день открытия», я имел в виду «ночь.»

Перед ними растянулся Хрустальный Дворец, небывалое сочетание хрупкости и силы, восьмое чудо света. Вздымался ввысь его покатый купол, на котором реял британский флаг. Стены сверкали в лучах, и казалось, что здание действительно построено из драгоценного хрусталя, а не железа и очень прочного стекла.

Другое дело, что лучи, гладившие его по бокам, были лунными. Солнце в мае заходит поздно, а павильон закрылся несколько часов назад. Полчища посетителей успели схлынуть, хмурые служители сновали туда-сюда, выносили мусор и готовились к завтрашнему нашествию.

Они пропустили открытие Всемирной Выставки.

К чести ее будет сказано, мисс Грин не закатила истерику. Более того, улыбнулась своему спутнику и хотела утешить его, как вдруг раздался резкий голос.

— Поздравляю вас, Марсден — мы приехали к шапочному разбору! Вот какие впечатления останутся у меня от Выставки.

От неожиданности Фанни вцепился в девушку и сам едва не завопил. Но сомнений не оставалось — за его спиной стояли милорд и миледи. Оба выглядели один-в-один как в ту ночь. На нем фрак и цилиндр, на ней платье из бирюзовой тафты, с кринолином больше, чем Царь-колокол.

И оба очень злые.

— Вы не говорили, что они тоже тут будут! — пискнула Маванви, прижимаясь к нему.

Миледи уже успела нагнать на нее страху, при том, что в последнее время вампирша выглядела как лунатик, который балансирует на бельевой веревке. Настоящую леди Маргарет Маванви еще не встречала. До этого момента.

— Сам не знаю, как так получилось… хотя постойте! Как только мы прибыли на Выставку, меня сразу отослали в павильон, разведать, что да как. Они же остались здесь. Но раз я выпил кровь его сиятельства, то, получается, мы оказались в его воспоминаниях! Ух ты ж!

— Выходит, мы подслушиваем чужую память? — смутилась Маванви.

— Ага.

— Наверное, это очень дурной поступок.

— Безо всяких сомнений.

Фанни прислонился к дереву и поерзал по нему лопатками, устраиваясь поудобнее.

— Тоже мне, повод для скандала, — между тем процедил лорд Марсден. — Экспонаты никуда не делись, проходите да разглядывайте на здоровье.

Леди Маргарет закатила глаза.

— Ах, вы ведь прекрасно знаете, что особы нашего круга приезжают на Выставку не глазеть на машину для склеивания конвертов.

— Зачем тогда? Туриста схарчить?

— Для этого тоже, но в первую очередь чтобы провести время с другими особами нашего круга. Со сливками английского общества! Почему бы устроителям не придержать закрытие до полуночи? Права немертвых бесцеремонно попирают. Неужели вы ничего не предпримите?

Хрипло рыча, Мастер прошелся по лужайке, затем резко, одни броском, подскочил к жене. Другая на ее месте завизжала бы и бросилась наутек, но леди Маргарет и бровью не повела. Лишь улыбнулась сладко, демонстрируя, что у нее тоже есть клыки.

— Как насчет паранджи? В ней вы сможете приходить на выставку днем, не опасаясь солнца.

— Сначала паранджу на меня натяните, а дальше что? Будете бить палкой по ступням ног, как одалисок в гаремах? Вы животное, Марсден, — сделала вывод леди Маргарет.

— А вы, миледи, когти-то втяните. А то перчаток на вас не напасешься.

— Я вас ненавижу.

— Взаимно, миледи, взаимно.

Окатив его презрительным взглядом, женщина сложила руки на груди и отвернулась, так мотнув головой, что с нее чуть не слетел бархатный чепчик. Но шпильки выпали, и золотистая прядь волос заструилась по ее спине. Не замечая беспорядка, леди Маргарет стояла, отвернувшись, и ее лица Фанни с Маванви разглядеть не могли.

Зато они увидели, как смягчился оскал Мастера, на миг превратившись в улыбку как будто растерянную. Он вытянул руку и дотронулся до волос жены, стараясь ее не потревожить. К несчастью, он был из тех мужчин, что не умеют пользоваться кончиками пальцев. Если что-то понравилось, хватают пятерней. От сильного толчка леди Маргарет подскочила. Супруги посмотрели друг на друга, словно одновременно сунули руку в чужой карман.

— Что вы делаете? — осведомилась миледи.

Лорд Марсден поспешно отдернул руку.

— Ваши волосы. Они как…

— Золото? — усмехнулась женщина, заталкивая выбившуюся прядь под чепчик. — Рада, что стала для вас хорошим капиталовложением.

— Нет! Как лучи солнца, когда вечером оно тонет в море и из последних сил цепляется ими за небосклон. Если прищуриться, то видно эти лучи, тонкие, и прозрачные, и как будто живые. Хочется их пощупать. Я не удержался. Просто не замечал прежде, что у вас волосы такие.

Миледи улыбнулась.

— Да вы поэт, сэр.

— Еще чего! — возмутился вампир. — На дух не переношу рифмачей. Бывало, как притащатся в чертоги, начнут на лютнях бренчать, аж тошно. Но я в них говяжьей костью завсегда попадал, — прихвастнул он.

Леди Маргарет вдруг хихикнула совсем по-девчоночьи и прикрыла рот рукой.

— Вот теперь эта беседа точно не для наших ушей, — забеспокоилась Маванви.

— Конечно, — согласился Фанни, — чем дальше, тем интереснее становится!

Они не сдвинулись с места.

— А я вот никогда не видела закат над морем, — заговорила леди Марсден. — Папенька с маменькой однажды ездили в Уитби, а я в тот день слегла с лихорадкой. Даже из постели выбраться не могла. Ужасно обидно было, я с досады всю наволочку изгрызла.

— Да это еще что, — утешил ее супруг, — а вот я таким же манером свой первый турнир пропустил. Нас со старшим братом пригласили к королевскому двору, а там пир горой, столы от яств так и прогибаются! Тут-то я и набросился на кабанятину. Дома у нас, в основном, рыбу, подавали, а я уже смотреть на нее, проклятущую, не мог! С пира меня чуть не волоком волочили. А весь следующий день я животом промаялся, пока мой брат турнир смотрел и дамам платочки поднимал. Он-то и рад радешенек, что ему все внимание. Известный втируша был, мой старший братец. Дамский угодник, что с него возьмешь?

— Но после вам все же удалось посмотреть турнир? — заинтересовалась миледи.

— Даже поучаствовать. И не раз.

— Но почему вы мне ничего не рассказывали?

— Было бы про что рассказать, — поморщился Мастер. — Лязг доспехов, пыль столбом и конским потом разит за милю.

— А доблесть?

— Откуда ей там взяться? Скорее возможность выяснить, у кого оружейник лучше!

Видно было, что эти воспоминания особой радости ему не приносят. Леди Маргарет деликатно замолчала, но любопытство оказалось сильнее.

— Вы были рыцарем, Марсден?

— Я до сих пор рыцарь, — огрызнулся он. — Никто не отнимал у меня шпоры и не ломал меч над моей головой. А то, что я мертв, еще ничего не меняет!

— Но тогда вас звали по-другому?

— Да.

Повисла пауза.

— Почему он не откроет ей свое имя? — Маванви поскребла вампира по плечу, привлекая внимание.

— Иначе он утратит часть силы, — подняв указательный палец, авторитетно заявил Фанни. — Ведь если знаешь настоящее имя человека, можешь управлять им — все вампиры так умеют. А вот имени нашего Мастера никто не знает, так что никто над ним не властен. Более того, чем древнее носитель имени, тем прочнее их связь. Как будто имя взаправду его обозначает. Как будто так его назвали с глубоким смыслом. А не затем, чтобы подлизаться к богатому родственнику, авось оплатит племяннику-тезке учебу в колледже.

Тем временем леди Маргарет поправила чепчик, полистала выставочный каталог и, не простившись, направилась к Хрустальному Дворцу.

— Пойду посмотрю на беззвучный будильник. Этот тот, который не звенит, а обливает спящего ледяной водой. Будет Блейку подарок.

Вскочив, Фанни проорал вслед хозяйке:

— Между прочим, на Выставке ничего не продается! Обойдетесь, миледи!.. Вот ведь злыдня?.. И бирюзовый цвет вам не идет!.. Она все равно меня не слышит, — пояснил он своей спутнице.

— Я так и поняла.

Лорд Мардсен зашагал вслед за ней, в надежде отловить возле павильона заблудившегося туриста из какой-нибудь экзотической страны. Японца, к примеру. Когда еще отведаешь такую диковинку? Японского туриста в Лондоне не часто встретишь.

— Видите, как миледи портит ему все существование? — не унимался юный вампир.

— Тяжелый характер, — сказала девушка, которая и Мессалину назвала бы «слегка невоздержанной на людях.» — Но мужа она любит. Ее губы ищут его имя, но никак не могут найти. Она произносит пустоту.

— Ну еще бы он открыл ей свое имя! Она ему все мозги по чайной ложке выест.

— Как печально, Фрэнсис.

Они вновь посмотрели на хрустальный павильон, сверкавший в лунных лучах, как дорогая елочная игрушка, которую достают из сундука раз в год и не подпускают к ней ребятишек.

— Пойдемте и мы? — предложил Фанни.

— А там будут киоски с шербетом?

— Уже позакрывались. В любом случае, вам не довелось бы ничего попробовать.

— Ой, а почему? Если есть и пить в Волшебной Стране, застрянешь там навсегда?

— Нет, просто все это — мои воспоминания. Я позабыл вкус человеческой еды, так что и вы ничего не почувствуете. Ну, идем или как?

— Лучше вернемся обратно.

Великолепно, подумал вампир, выталкивая ее из своей памяти. Оставалось провести еще два часа в компании смертной девушки, и он не имел ни малейшего понятия, чем их заполнить. Разве что вернуться на каток и взять коньки напрокат? А мысль!.. Но додумать ее он не успел, потому что Маванви залепила чем-то твердым ему в спину. Когда оглянулся, она стряхивала снег с перчаток и хитро улыбалась.

— Эй, вы чего?

— Давайте играть в снежки! Ваша очередь!

— Ну вы даете, мисс Маванви! — искренне удивился Фанни. — Разве можно пулять снежками в леди?

— Можно, если понарошку.

— Ох, не напрашивайтесь! Я ведь кину так кину. Глядите.

Снег уже успел слежаться, так что вампир быстро утрамбовал его в ледышку. Снаряд получился, что надо. Крепостную стену пробьет. Не размахиваясь и не прицеливаясь, он швырнул снежок себе за спину…

…и почти на пол-фута вогнал его в кору древнего дуба.

Затем лениво потянулся и произнес с напускным равнодушием, только что не зевая:

— Это так, мелочи, я даже не старался, — краем глаза он проследил, как девушка ощупывает кору. — Вот если прицелиться как следует, со статуи Нельсона треуголку собью.

— Впечатляет! — воскликнула Маванви. — А теперь в меня.

Спесь с него как ветром сдуло.

— Рехнулись, что ли? — попытался вразумить ее Фанни. — Я вам все кости переломаю!

— Тогда киньте так, чтобы ничего не сломать.

Пока Маванви говорила, она успела снять пальто и отшвырнула его подальше. Розовое платье отражалось о притоптанный снег, так что казалось, будто по земле растеклась кровь и уже успела впитаться. Вампир невольно сглотнул, а девушка не шелохнулась. Мягкие, почти невесомые волосы ниспадали на плечи. Скоро вместо лент в них вплетутся струи ее же крови, и тогда они слипнутся и потяжелеют.

Жить ей осталось четыре ночи, а она вздумала играть с вампирами в снежки. Как можно быть такой наивной?

Мир отдан на откуп злым дуракам, а вот добрые глупышки выживают лишь по недосмотру природы. В стенах лечебницы ей было бы надежнее. Зачем Берта дала ей тот шанс? Кому бросила вызов? Теперь Маванви обречена. Если возжелал ее сам Мастер Лондона, ей нигде не будет убежища. Смерть провела костлявым пальцем по ее лбу.

Выгадывая время, Фанни тоже сбросил пиджак, вслед за ним отправилась и жилетка. Собрал пригоршню колючего снега, помял в руках.

Подумал он и про Салли, про ее нелепую смерть и про то, что она совсем ему не доверяла, раз бросилась на констеблей, когда те пришли ее забирать. Иначе бы дождалась его. Он ведь обещал, что спасет ее от виселицы. Или что повиснет у нее на ногах? Столько раз он мысленно вел с ней разговор, что перестал отличать правду от вымысла.

Но Маванви он вообще никакого обещания не может дать. Даже что не будет больно в самом конце. Так почему она доверилась ему всецело? Вот ведь бестолочь! Доносчику поверила!

А ему-то что теперь делать?

Как защитить ее от Мастера?

И как попасть в нее этим треклятым снежком, чтобы не раздробить предплечье?

Он ведь скорее руку себе отгрызет, чем причинит ей вред. И ничего ему от нее не нужно, даже крови не нужно, пусть бы только видеть ее.

Просто видеть.

Живой.

Снежок ударился ей в плечо и упал, не оставив на платье отпечатка. Девушка запоздало ойкнула, но тут же рассмеялась.

— И ни капельки не больно!

Они еще что-то говорила, но вампир уже не слышал. Вся так сила, которую он взял взаймы, разом оставила его. Он опустился на землю и начал ожесточенно тереть снегом лицо и руки. Надо прийти в себя. Мышцы ныли, как будто он жонглировал плитами Стоунхеджа, и нестерпимо хотелось есть. Как все таки тяжело не причинять боль! Особенно тем, кто дорог по-настоящему.

— Где вы успели оцарапаться? — нагнулась над ним Маванви.

Напрочь весь ум отбило, подумал Фанни. Пока он растирался снегом, сумел таки намочить рубашку. Ткань липла к голому телу, шрамы были видны, как под лупой.

— Это, что ли? — он ткнул в алые полосы на груди. — Просто один ублюдок… виноват, мисс… перепутал меня с подушечкой для булавок. Такое вот настроение у него было развеселое. Когда я овампирился, все следы сошли, только эти остались, потому что тут он меня серебряным ножиком почикал.

Зашуршали юбки, и мисс Грин присела рядом. Прежде чем вампир успел отреагировать, она начала расстегивать на нем рубашку.

— Очень болит?

— Нет! — выкрикнул он, но, поймав ее недоверчивый взгляд, замялся. — То есть да, но совсем чуть-чуть… и я уже привык… правда, мисс!.. что вы делаете?

Она осторожно подула на воспаленную кожу. Ее дыхание было едва ощутимым, как будто мотылек затрепетал крыльями.

— Если подуть, станет легче. Так мама говорила, если мне случалось коленку разбить.

— Д-да.

— Ведь легче же?

— Гораздо.

Губы девушки были приоткрыты, и вампир почувствовал, что дальше врать уже не может.

И поцеловал ее.

* * *

А в Дарквуд-Холле другой мужчина целовал другую женщину.

Корсет на ней он торжественно порвал, а перья из прически не только вытащил, но и нашел им оригинальное применение. С распущенными волосами и без пенсне, которое теперь болталось на люстре, Джорджиана Пинкетт оказалась миловидной. Отсутствие одежды тоже шло ей на пользу. Когда нечему подчеркивать недостатки, любая фигура покажется привлекательной.

— До меня дошли слухи, будто кому-то нужно прочесть полсотни диктантов, — Рэкласт щекотал пером ее грудь.

Мисс Пинкетт довольно урчала.

— Никуда они не денутся, — отозвалась она.

— Что я слышу? Так злостно пренебрегать своими прямыми обязанностями? Не удивлюсь, Джиджи, если в следующем году Рождественский Дед положит уголек в твою туфельку.

— Бывали годы, когда я порадовалась бы и такому подарку, — взгрустнула вампирша. Она села на кровати и уперлась подбородком в колени. — Только не одному угольку, а целому ведру. Вот только в наши дни Рождественский Дед не дарит ничего настолько педагогического. Или хороший подарок приносит, или вообще не появляется.

— Жаль, что так. Ведь конец года это время для подведения итогов. Время узнать, кто что заслужил. А пучок розг в башмаке — далеко не худший вариант. Пусть Святой Ник и недоволен тобой, но ему, по крайней мере, есть до тебя дело.

С этими словами он поднялся и начал собирать разбросанную одежду.

— А мне пора проверить силки, — подмигнул он озадаченной вампирше. — Вдруг попалось что-нибудь полезное?

* * *

— Сейчас главное осторожность, — сказал Фанни, когда они уже подходили к парадному крыльцу.

— Но почему? Мы ведь любим друг друга! Давай сразу расскажем лорду Марсдену, пусть за нас порадуется. У нас же все серьезно.

Того времени, которое было затрачено на обратную дорогу, хватило мисс Грин чтобы выстроить свадебные планы и выбрать место для медового месяца. Более того, она рассчитывала, что именно Мастер подведет ее к алтарю. На самом же деле, Мастер не просто подведет ее к алтарю, но на него и уложит. Девственница и алтарь — это классическое сочетание.

— А давай у нас будет тайная помолвка? — Фанни решил использовать понятную ей терминологию.

Сработало.

— Как чудесно! ТАЙНАЯ ПОМОЛВКА!!!

— Тссс, не ори так!

— Хорошо, хорошо. А ты поцелуй меня еще раз, чтобы скрепить наш союз.

— Вытяни руку, — вздохнул вампир.

Но как только Фанни коснулся губами ее пальцев, боковым зрением он заметил, как из-за угла метнулась тень. Кто-то притаился за колонной у входа. Выжидал, когда они пройдут мимо. На мгновение юному вампиру показалось, что подошвы его ботинок приросли к гравию. Бежать отсюда? Но если их выследил Мастер, далеко убежать они не успеют. Отплевываясь от нахлынувшего страха, он улыбнулся Маванви.

— Доброй ночи, мисс Грин. Надеюсь, вы довольны прогулкой.

— Ах, Фрэнсис, ты такой забавный! — рассмеялась девушка и чмокнула его в губы, тем самым добавив его имя в список приговоренных к скорой казни. Крупными буквами его имя вписала. Прямо под своим собственным.

Фанни пронаблюдал, как она поднимается по ступеням, готовый в любой момент броситься наперерез нападающему, но девушка открыла дверь и, помахав напоследок, скрылась в поместье. Значит, поджидают не ее.

Действительно, стоило ему подойти к дверям, как из-за колонны шагнул Мастер. Не Лондона, а Дублина. Но это обстоятельство отнюдь не обрадовало Фанни. Еще бы, отвалить врагу такой куш!

В руках Рэкласт держал трость, которой и загородил дверной проход. Трость была совсем простая, с костяным набалдашником, но даже через древесину чувствовался нестерпимый жар серебра. Внутри нее скрывался клинок.

— Прыгай или ползи, — предложил Мастер.

— Это не единственный вход, — насупился юный вампир.

— Смышленый мальчишка! Куришь?

Он протянул Фанни золотой портсигар.

— Отличнейший табак. С донником. Мне миссис Сугробина прислала, Мастер Москвы.

— Что такое донник? — не удержался Фанни.

— Шут его знает. Но пробирает до костей. Главное, не увлекаться, иначе после третьей сигареты запоешь «Боже, царя храни.» Не знаю, что она туда добавляет, но результат всегда один и тот же.

— Спасибо, не хочу.

Лорд Рэкласт взял сигарету и с удовольствием затянулся. Пока он пускал колечки дыма, Фанни топтался на крыльце и изо всех сил старался не думать слишком громко.

— Ох, Фрэнсис, Фрэнсис! — немного погодя заговорил Рэкласт. — И что же мне с тобой делать?

— Вам свежих идей подкинуть или своими обойдетесь?

— Укороти язык, — оборвал его Мастер Дублина, но беззлобно. — Не в твоем положении меня гневить. Но если будешь вести себя учтиво, я, так и быть, позволю тебе дожить до завтрашнего вечера.

— А потом?

— Все зависит от тебя. Например, вы с девицей попытаетесь сбежать из Дарквуд Холла. Решение логичное, тем более что до Нового Года на ее жизнь никто не посягнет. Зато уж первого января все вампиры Англии пустятся в погоню, в два счета выследят вас и убьют. Такого оскорбления лорд Марсден точно не спустит.

Он поводил в воздухе зажженной сигаретой, рисуя дымом некое подобие черепа с перекрещенными костями.

— Есть и другой вариант.

— Говорите, сэр.

— Ты сам расскажешь хозяину обо всем. Объяснишь, что мисс Грин тебя соблазнила. Пообещаешь даже близко к ней не подходить. Хозяин три трости от тебя сломает, зато вы помиритесь.

— А что будет с ней?

— Останется в поместье до новогоднего бала, когда лорд Марсден выпьет ее кровь, тем самым открыв охотничий сезон, — спокойно пояснил Мастер Дублина.

Клыки у юного вампира вытянулись так быстро, что чуть не распороли ему нижнюю губу.

— Этого не произойдет! — оскалился Фанни. — Я не допущу!

— А кто тебя спрашивать будет? Мисс Грин уже ни чем не поможешь. Раз связалась со злом, пусть расхлебывает. Тебе же следует блюсти интересы своего господина, а не ухлестывать за смертными девицами.

— С какой стати вы так печетесь о моем господине? Вы его главный враг!

— Но так было не всегда.

Мастер Дублина затушил сигарету о колонну и повернулся к юноше, который не спускал с него глаз.

— Однажды твой хозяин затеял авантюру, — начал Рэкласт. — Решил привлечь внимание общественности к одному неблаговидному явлению. Попросту говоря, ославить рыцаря, который вовсю крутил шашни с чужой женой. А семейные ценности — это idee fixe нашего общего друга. Его план замечательным образом пересекался с главной целью моей жизни, так что я поскакал вместе с ним, а с нами еще с дюжину буйных головушек. Веселое мероприятие намечалось. Ни что так не греет душу, как возможность застать лучшего рыцаря королевства in flagrante delicto, да еще и в исподнем белье. Другое дело, что у каждого из нас была своя версия дальнейшего развития событий. Наши спутники рассчитывали, что тот рыцарь, будучи застигнутым в столь неприглядном виде, стушуется и сдастся без боя. Ну или что мы вымажем дегтем ворота его замка, поулюлюкаем и ускачем. Признаться, и мне этот вариант был по душе. Зато твой хозяин, как водится, полез на рожон. Тот рыцарь мог нас обоих одной левой уложить, идти с ним в рукопашную было чистейшим безумием. Я это сразу понял. И когда твой хозяин обернулся, ища моей поддержки, меня не было рядом. Он упал — замертво, как мне показалось, — и я… я его оставил…

— Так я его никогда не предам! — выкрикнул юный вампир.

— А многого и не потребуется, чтобы к нему вернулись те воспоминания. Уже после я узнал, что он не погиб, но был смертельно ранен, а затем инициирован одной достойной особой. Но все это не имеет значения. Я думал, что убил его. На самом же деле, я его уничтожил. С тех пор он не доверяет никому. Кроме тебя.

— Тогда я попрошу его отпустить Маванви! Ведь не может он не замечать, какая она… хорошая! Не такая, как мы. Нельзя ее убивать!

— Попробуй, — пожал плечами Рэкласт. — Но велика вероятность, что лорд Мардсен сочтет твою пламенную речь посягательством на его права. В результате, вы вместе с девицей будете дожидаться бала в подземелье. Романтичный способ проводить год, но не то чтобы очень продуктивный.

Через открытую дверь доносились звуки кадрили, хохот и визг. Где-то там был и лорд Марсден. Тоже веселился, наверное.

— Неужели он настолько жесток? И как мне потом служить ему, если он и правда ее убьет?

— Те, кто живет в стеклянных домах, не должны кидаться камнями, — заметил старший вампир. — Иначе и самому можно оцарапаться, когда рухнут стены. К хрустальным дворцам это тоже относится.

— Никогда не понимал эту поговорку, — пробормотал Фанни.

— Она означает, что не стоит осуждать других, если сам далек от совершенства. Как в твоем случае, Фрэнсис. Ты предатель. И завтра вечером ты поступишь в соответствии со своей природой. Или свою любимую предашь, или господина. Осталось решить, кто тебе дороже.


Содержание:
 0  Стены из Хрусталя : Кэтрин Коути  1  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Нер(а)вный брак : Кэтрин Коути
 2  Глава 1 : Кэтрин Коути  4  Глава 3 : Кэтрин Коути
 6  Глава 5 : Кэтрин Коути  8  Глава 7 : Кэтрин Коути
 10  Глава 9 : Кэтрин Коути  12  Пролог : Кэтрин Коути
 14  Глава 2 : Кэтрин Коути  16  Глава 4 : Кэтрин Коути
 18  Глава 6 : Кэтрин Коути  20  Глава 8 : Кэтрин Коути
 22  Глава 10 : Кэтрин Коути  24  Глава 12 : Кэтрин Коути
 26  Глава 14 : Кэтрин Коути  28  Глава 16 : Кэтрин Коути
 29  Глава 18 : Кэтрин Коути  30  вы читаете: Глава 19 : Кэтрин Коути
 31  Глава 20 : Кэтрин Коути  32  Глава 11 : Кэтрин Коути
 34  Глава 13 : Кэтрин Коути  36  Глава 15 : Кэтрин Коути
 38  Глава 18 : Кэтрин Коути  40  Глава 20 : Кэтрин Коути
 42  Глава 22 : Кэтрин Коути  44  Глава 24 : Кэтрин Коути
 46  Глава 26 : Кэтрин Коути  48  Глава 28 : Кэтрин Коути
 50  Глава 30 : Кэтрин Коути  52  Глава 22 : Кэтрин Коути
 54  Глава 24 : Кэтрин Коути  56  Глава 26 : Кэтрин Коути
 58  Глава 28 : Кэтрин Коути  60  Глава 30 : Кэтрин Коути
 61  Использовалась литература : Стены из Хрусталя    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap