Фантастика : Ужасы : Глава 18 : Кэтрин Коути

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  37  38  39  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  61

вы читаете книгу

Глава 18

Бумаг на золотом подносе было видимо-невидимо. Письмо от старшего инспектора Скотланд-Ярда. Пухлая стопка нравоучений от лорда-канцлера относительно того, как должно вести себя члену Палаты Лордов, особенно если он бессменно заседает там с самого ее основания. Из Палаты Общин тоже что-то вякнули. Послание от премьер-министра. Депеша из Букингемского дворца…

Запахнувшись в халат и подперев щеку кулачищем, Мастер Лондона глядел на этот ворох точно узник, которого попросили разложить орудия пытки в порядке их привлекательности.

— Как обычно, милорд? — подбодрил его Фанни, державший поднос — Отписаться, что ситуация под контролем, виновные наказаны, все в том же духе?

— Разве что так. Потом принесешь на подпись. А тут у нас что?

Он подхватил с подноса конверт, вскрыл его, орудуя когтем вместо ножа, и опасливо заглянул в письмо. Однако высшая степень негодования, на которую был способен доктор Элдритч, исчерпывалась фразой «Ну зачем вы так меня подвели?» А чтобы смягчить удар, нанесенный столь безжалостной критикой, доктор Элдритч присовокупил к письму открытку. На ней котенок в штанишках вздымал вверх плум-пудинг, увенчанный остролистом. Судя по нагловатой улыбочке, угощение досталось ему незаконным путем.

— Сентиментальщина какая! Пша!

— Прикажете выбросить, милорд? — секретарь потянулся к открытке, но Марсден резко отдернул руку.

— Сам выброшу, только изорву сначала. На мелкие кусочки.

И сунул открытку в ящик стола. В придачу к еще тридцати — избавиться от их у него все никак не доставало времени.

Пока хозяин раздумывал на ответом, Фанни присел на корточки возле камина. Вот уже второй день не пойми где носило Харриэт. С детского бала она так и не вернулась. Хотя разводить огонь не входило в ее обязанности — стоило ей к ним прикоснуться, дрова сырели и пускали ростки — она, по крайней мере, подметала золу. Теперь же этим пришлось заняться Фанни.

Одно неловкое движение и черное облачко взвилось воздух, оседая на его брюках. Он вскочил, отряхиваясь, и с досады чуть не пнул коробку для угля, но слова Мастера пригвоздили его к полу.

— У меня к тебе серьезный разговор. Касательно мисс Грин.

Надо же так попасться! Верховному Вампиру прочесть его мысли — плевое дело. Он, верно, догадался еще до того, как Фанни вошел с вечерней корреспонденцией, и дожидался, пока тот закончит возиться с камином, чтобы самому не марать руки о кочергу. Но бывший карманник не привык пускать панику на самотек. Не раз ему приходилось любезничать с теми, у кого минуту спустя он выуживал кошелек. Прежде чем обернуться, он мысленно досчитал до десяти.

— Что до мисс Грин, милорд? — глаза его были невозмутимы, как бухта в штиль.

— Она не должна присутствовать на сегодняшнем приеме. Ни в каком случае.

В положении вампира есть свои прелести. Не пришлось ни шумно выдыхать, ни смахивать пот со лба.

— Но она ведь спит и видит, как попасть к нам на вечеринку, — вежливо возразил Фанни.

— Именно. Но сегодня Найджел Пинкетт выводит сестру в свет. Мисс Пинкетт будет мне представлена, — заупокойно вздохнул вампир, — после чего мне придется… Вот именно, что придется.

Лет семь тому назад лорд Марсден и Виктор де Морьев, тогдашний Мастер Франции, повздорили из-за крохотного островка, равноудаленного от обоих берегов. Хотя население его стояло из столетнего старика и двух овец, важен был принцип территориальной целостности. Поскольку местный житель говорил на смеси английского и французского, толку Мастера от него не добились. Решено было подать дело на рассмотрение Совета. А вампирские иски, как известно, могут тянуться столетиями (тут они мало чем отличаются от человеческих). Подсчитав, сколько тысяч гиней придется потратить на гонорары, Фанни предложил хозяину просто овампирить себе адвоката. Никто ведь не потребует платы со своего создателя. Прямая выгода.

Повеселевший Мастер отправился в один из трактиров, где собирались судейские, и обнаружил там теплую компанию молодых юристов. На вопрос «Эй, крючкотворы, кто тут из вас самый лучший?» они дружно ответили «Я!» Тогда Мастер подошел к единственному юноше, который хранил молчание. Не из скромности, просто вопрос не расслышал. Обгладывая перо, он увлеченно читал какой-то статут и время от времени делал заметки на полях. Уже в следующий момент вампир убил и инициировал бедолагу (остальных просто убил).

Звали его Найджел Пинкетт.

Остров он отспорил через месяц, доказав, что эта порода овец встречается только в Англии. Лучшего адвоката и пожелать нельзя! Одна беда, у мистера Пинкетта была сестра, которая после смерти родителей вырастила его в одиночку. Днем давала уроки в разных концах Лондона, ночью дошивала рукоделье за капризными барышнями, у которых не хватало терпения закончить начатое панно. Все эти годы она довольствовалась одним-единственным платьем, а в пансионе, где впоследствии преподавала географию, столовалась с прислугой и пила чай без сахара, лишь бы отложить любимому брату несколько пенсов на учебу.

Став вампиром, Найджел не забыл ее благодеяния.

Шесть лет он уламывал Мастера обратить его сестру, но тому видеть пожилую девицу среди своих поданных ужасно не хотелось. Тогда въедливый Пинкетт прошерстил Кодекс Английских Вампиров — собрание разрозненных законов, которые время от времени сочинял Марсден, в основном под плохое настроение — и выяснил все нюансы инициации.

Согласно правилам, инициировать вампиров мог только Мастер Лондона. Любые попытки инициации в обход Мастера жестоко карались: новообращенных вампиров он казнил, зато с вампиршами поступал по-рыцарски. В самом феодальном смысле этого слова.

Уже и не вспомнишь, то ли вампир надоумил смертных ввести такой обычай, то ли перенял его от них. Быть может, они додумались до него одновременно. Но так или иначе, на незаконно инициированных вампирш распространялось «право первой ночи.»

Выбрав из двух зол меньшее, Найджел самолично укусил сестру, а сегодня собирался предложить свое создание Мастеру.

— Милорд, — проникновенно заговорил Фанни, — в ваших силах упразднить это гнусный, этот варварский обычай! Уже 20й век на горизонте, а у нас такое творится!.. Ей сколько лет вообще? Поговаривают, что у нее нос как у чайника, а на лице черти горох молотили. Как же вы с ней, а? Может, ну его?

Выражение лица Мастера сменило всю гамму от мечтательно-счастливого до раздосадованного, как будто он откусил от сладкого яблока, но увидел на месте укуса половину червяка.

— Не могу. Верховный Вампир Англии должен быть гарантом традиций. Как и у любого правителя, у меня есть юридическое и физическое тело. Вот мое юридическое тело и совершит с ней этот акт…. Особенно если мое физическое предварительно выпьет бутылку виски.

Знавал он одного барона, который из года в год исправно злоупотреблял феодальными правами. Крестьянки не возражали. Во-первых, от него не пахло навозом. Во-вторых, приятно провести первую брачную ночь на шелковых простынях, а не в лачуге, где помимо тебя храпит — или притворяется! — еще 10 человек. Но когда очередь дошла до юной особы по прозвищу Корявая Дженни, барон свеликодушничал и пощадил ее невинность. В результате бедняжка прорыдала всю свадьбу, а ее родственники, не снеся такой обиды, отловили феодала во время охоты и зарубили топорами.

Что сделает Найджел Пинкетт, если Мастер отвергнет его сестру, страшно было и представить. Его «Возражение!» приводило всех в трепет. Кроме того, по судейской привычке он постоянно вворачивал в разговор латинские поговорки, что неимоверно раздражало вампиров, относившихся к латыни с суеверным ужасом. Поди разбери, что у него за латынь. Может, церковная.

— А как же миледи?

— На миледи рассчитывать нечего. В любое другое время, она бы на пороге спальни распласталась. Но вот сегодня, как на грех, уже куда-то улизнула со своей пассией. Неизвестно, когда вернется. Как для мисс Гизелы, так она расстарается, а как мне что-то нужно, так не дождешься от нее! Ну ничего, вот доберусь до эликсира, я из нее веревки вить буду!

Фанни мысленно отметил, что на веревке, свитой из миледи, можно разве что удавиться.

— Так что веди мисс Грин куда подальше. А то напугается, чего доброго.

— Разве в ее романах не бывает оргий?

— В ее романах не бывает некрасивых вампирш.

Мужчины завистливо помолчали.

— Думай давай, куда ее поведешь, — заговорил Мастер. — Только чур не в мюзикл-холл, там она нахватается дурных привычек. А в опере скукотища страшная, того и гляди, у барышни желчь разольется, весь вкус крови испортит…

— Я могу отвести мисс Грин посмотреть на динозавров!

— На скульптуры ящеров в Хрустальном Дворце? Какой смысл тащиться в Сайденхем-Хилл через весь город? Хотя идейка сама по себе неплохая. Зачем мелочиться? Уж лучше пригласить мисс Грин на Выставку.

— На Всемирную Выставку? — на всякий случай уточнил секретарь. — На ту, что состоялась в 1851 году и закончилась тогда же?

— На нее, родимую.

До Фанни дошло, что хозяин имеет в виду.

— Так у меня сил не хватит. Я ведь не та француженка… ох, ну как ее там?.. мы с ней еще на прошлом Конгрессе поцапались… В общем, я не она. Я такие трюки проделывать не умею. Кроме того, я давно не пил кровь, милорд.

— Хорош отнекиваться! А что до крови, сейчас мы это дело поправим, — сказал Мастер, закатывая рукав халата. Прокусил себе руку насквозь, поморщившись недовольно, но без особого драматизма, как будто оцарапался во время бритья.

— Таким образом, получится полная картина, мисс Грин увидит Выставку твоими глазами и моими. Не дрейфь, Блейк. Неужто мы вдвоем уступим той галльской девчонке… чье имя так и вертится у меня на языке.

Опустившись на одно колено, Фанни припал губами к кровоточащей ране и отпил глоток. Снова на него обрушился каскад мощи, древней и бесконечно чужой, заставляющей чувствовать себя карапузом, который, утонув в отцовской кирасе и волоча за собой саблю, решил поиграться в войнушку.

…И где-то вдалеке шел дождь…

— Ну вот и славно. Отвезешь мисс Грин в Гайд парк, туда, где прежде был установлен Хрустальный Дворец — еще до того, как его в Сайденхем перетащили. Покажешь ей Выставку. На это у вас уйдет часа два-три, после возвращайтесь прямиком сюда. К тому моменту я разделаюсь со своим… все таки «правом» я бы это не назвал, потому что в таком случае подразумевается добровольность…. со своим долгом.

— Слушаюсь.

— Эй, Блейк? — окликнул его хозяин, как только он дотронулся до дверной ручки.

— Милорд?

Не вставая с кресла, лорд Марсден всем корпусом подался вперед и буравил секретаря тяжелым взглядом. Фанни опять стало не по себе.

— А ты мне не пес, — внезапно изрек Мастер.

— Что, простите?!

— Не пастуший пес, которого запросто можно оставить наедине с овечкой. Нет, Блейк, все не так. Живи мы в другом мире, я, быть может, давным давно вручил бы тебе шпоры и усадил за стол по правую руку от себя. Провозгласил бы тебя равным. Но ведь мы оба довольны… нынешним положением вещей?.. Или я попросту сломал тебя?

— Нет, — юноша покачал головой, — я вам таким уже достался.

— Но чтобы ты не думал, будто я не вижу в тебе личность, я вот что тебе скажу — хоть пальцем дотронешься до девчонки, и я сокрушу тебя. Понял, парень?

— Да, милорд, — сказал Фанни и добавил, — спасибо.

Когда за секретарем закрылась дверь, лорд Марсден постоял у камина, рассеяно разглядывая саламандр, плясавших в пламени. Затем подошел к шкафу. Одеваться без чужой помощи ему было не в диковинку, да и торопиться не куда, без него празднества не начнут.

По традиции, они с леди Маргарет встречали подданных в фойе, лучезарно улыбаясь, как на парадном портрете. Ладонь миледи, затянутая в белую перчатку, покоилась в его руке, что, собственно, и обеспечивало умиротворенную атмосферу — стоило острому словечку слететь с ее губ, как супруг до хруста сжимал ей пальцы. Но сегодня ее нет в поместье, а встречать гостей в одиночку ему не хотелось. Много чести. Сами найдут дорогу в парадную залу. Уже завязывая шейный платок, он услышал топот каблуков по мраморным ступеням и приглушенные голоса, среди которых то и дело прорывался ойкающий ирландский акцент.

Паркет в парадной зале был навощен до блеска, но, несмотря на обилие гостей, отражалась в нем только разлапистая люстра, утыканная свечами. С них время от времени срывались горячие капли воска и падали кому-нибудь на макушку, вызывая вопль негодования.

Обнаружив в толпе тех знакомых, с которыми они все еще разговаривают, вампиры разбились на группки и упоенно предавались злословию. Старшее поколение развалилось на плюшевых кушетках вдоль стены. Молодежь подобралась поближе к хрустальным чашам, в которых темнел эквивалент пунша, и от нечего делать перебрасывались овечьими глазами, выполнявшими роль коктейльных луковок.

Настроение царило не то что бы подавленное, но и весельем не искрилось. Обычное, так сказать, настроение на сборищах, куда приходишь исключительно попресмыкаться перед начальством. Но нельзя сказать, что в атмосфере не чувствовалось ожидания чуда. Вот только чудо заключалось в том, чтобы уйти с вечеринки в чистом платье, на которое так никто и не опрокинул кубок с кровью. Или даже так — чтобы вообще уйти, а не коротать следующий год в казематах, разгневав Мастера неловким словом. И такое случалось.

Празднества длились до новогодней ночи, которую вампиры ждали с тем же нетерпением, с каким дети ждут рождественское утро, пританцовывая перед дверью гостиной, прежде чем ринуться к елке и распотрошить подарки. В этом году, как и во всех предыдущих, кровопийцы вели себя очень плохо. Если бы Дед Мороз ошибся адресом и спустился по их каминной трубе, они бы даже не заглянули в его мешок. Посетовали бы только, что из-за окладистой бороды трудно сразу добраться до горла. Но именно в новогоднюю ночь истекал срок их поста.

Прямиком из Дарквуд Холла они отправлялись на охоту. Горе тем забулдыгам, что проводили эту ночь не в семейном кругу, а в кабаке. Когда они выходили на улицу и удивлялись, отчего номера домов превратились в десятизначные числа, их настигал неприятный сюрприз. А поутру они просыпались с сильнейшей головной болью.

Если вообще просыпались.

И если оставалось, чему болеть.

Лорд Марсден вступил в залу и зорко оглядел свои владения. Как и следовало ожидать, недруг из Ирландии пробрался сюда одним из первых. На трон Мастера он пока что не посягал. Держался в сторонке и беседовал с леди Томазиной Рутлесс о ее призовом паучонке. Говорила в основном леди Рутлесс, нахваливая экзоскелет и особо изящную форму головогруди, Рэкласт же только кивал. Паучонка он держал на вытянутой руке. Пока суть да дело, тот почти отгрыз запонку с его манжеты.

Изумрудные запонки да шэмрок в петлице — этим и ограничилась его национальная самобытность. Зато уж свита Рэкласта отразила в своих нарядах все те сорок оттенков зеленого, которыми славится Ирландия. Особенно расстаралась Табита, его сенешаль. Назвать ее ирландкой можно было лишь с натяжкой, ибо она была мулаткой и родилась в Ливерпуле. Но учитывая ее умение залпом опустошить бочонок виски, а потом без запинки пропеть все куплеты баллады «Каррикфергус», к ее происхождению никто не придирался. Шелк ее платья казался застывшим абсентом, а на голове Табита намотала тюрбан из зеленого муара. Лорд Марсден подумал, что под конец вечера гости спьяну примут ее за елку и попытаются водить вокруг нее хоровод.

Рядом стояла пухленькая Доркас. Платье на ней тоже было зеленым, но неравномерно, пятнами, и казалось сшитым из мха, а не бархата. Когда-то девушка ползала в нем по грядкам, да так и забыла постирать. А вместо бальных перчаток она по привычке натянула садовые.

Третьим был незнакомый Марсдену юнец, высокий, нескладный и рыжий, как киноварь. Из новообращенных, наверное. Его пиджак, серовато-зеленый с черными разводами, Марсдену сразу не понравился. На балу такой костюм смотрится нелепо, зато в нем удобно бежать по пересеченной местности, подбираясь к укреплениям врага.

Ирландцы о чем-то ожесточенно спорили и даже не заметили появления главного империалиста.

— Эйдан, уймись ты наконец! — одергивала юношу Табита.

— А ты мне рот не затыкай! — запальчиво огрызался тот. — Что думаю, то и говорю! Англичане это нация напыщенных снобов и пользы от них вообще никакой. Зря только кислород поглощают.

— Опять на драку нарываешься? Ведь от Дублина до Лондона ты устраивал потасовку на каждом постоялом дворе. Как тебя Мастер только терпит?

— Ну так потому, наверное, что сам придерживается того же мнения.

— Но не орет на каждом углу. Слишком хорошо воспитан.

— И зря! Давно пора показать зарвавшимся паразитам, кто нам самом деле хозяин на Островах.

— Только не начинай о племенах богини Дану, — взмолилась Доркас.

— Пусть только попробует! Раз не умеешь вести себя в обществе, пусть и враждебном, — Табита с неприязнью посмотрела на собравшихся, — так проваливай отсюда.

— Нашла дурака. Я и с места не двинусь до Нового Года. Подумать только — город, битком набитый англичанами! Не все же мне давиться протухшей кровью лендлордов. Узнаю, каков на вкус ихний молодняк.

Когда лорд Марсден прошествовал мимо, едва сдерживаясь, чтобы не рявкнуть на непрошеных гостей, все трое посмотрели на него с вызовом. Да, разбаловал Рэкласт свою свиту, на длинной цепи их держит. Настолько длинной, что они, похоже, и вовсе позабыли о ее существовании.

К своему трону Мастер Лондона походил уже в прескверном настроении, а когда уселся и оглядел подданных, то тоска его сделалась еще гуще, словно ее сдобрили ложкой крахмала. В противоположном конце залы он заметил виновницу торжества. Она растерянно крутила головой, как индейка в одном вольере с грифами.

Настал момент произнести классическое «Приведите ко мне девушку!», но во-первых, она давным-давно переросла эту категорию, а во-вторых Мастеру не хотелось, чтобы ее приводили к нему вот так сразу. Надо еще свыкнуться с неизбежным. Дать себе время.

В конце концов, он принял суровый вид и махнул рукой, подзывая к себе отступников. Возле Найджела и его сестры тут же расступилась толпа. По зале пробежал злорадный шепоток. Самые предприимчивые гости начали заключать пари о том, как именно надругается над злополучной девицей их Мастер, чей буйный нрав был знаком им не понаслышке.

Новообращенная никому не понравилась. Ведь известно, что вампирами становятся:

1. За необыкновенную красоту

2. За выдающиеся умственные способности

3. За особые заслуги перед Мастером

4. Потому что так получилось.

Учитывая, что большинство собравшихся обрели этот статус именно в силу последней причины, можно догадаться, сколь неприятным было напоминание о роли случая в их собственной судьбе.

Согласно общему мнению, Найджел Пинкетт напоминал побритого хорька, а мисс Джорджиану Пинкетт местные острословы сразу окрестили «Найджелом в юбке.» Как и у брата, у нее были негустые волосы ржавого оттенка, невнятный подбородок и такой острый нос, словно она ежедневно совала его в точилку для карандашей. С ее внешностью гармонично сочетались твидовые жакеты и плоские соломенные шляпки, но никак не вечернее платье, открывавшее ее угловатые, с россыпью родинок плечи. Так откровенно мисс Пинкетт, которая даже ванну принимала в сорочке, не обнажалась еще никогда.

— Не нравится мне это платье, — вполголоса пожаловалась она брату, пока они плелись по бесконечной зале. — Нескладное оно. Вместо шлейфа надо было заказать шаль. Столько ткани потрачено впустую.

— Таковы правила представления ко двору, — зашептал Найджелл в ответ. — Платье с открытыми плечами, шлейф длиной в три ярда и перья в прическе, чтобы монарх мог заметить даму издали.

— Перья это хорошо, ими пыль потом можно сметать. Но вот шлейф… а что если за него дернут, когда я буду кланяться? Я упаду и осрамлюсь.

— Успокойся, Джиджи, ты среди друзей!

Поджав губы, мисс Пинкетт оглядела свой шлейф, о который уже вытерли ноги все ее новые друзья.

— Хорошо, давай еще раз повторим — я подхожу к нему, делаю реверанс, почти становясь на колени, и целую ему руку, — забормотала мисс Пинкетт. — И все? Можно возвращаться в пансион?

— Не совсем.

— Как не совсем? Мне еще пятьдесят диктантов осталось проверить.

Когда мисс Пинкетт стала вампиром, директриса ее пансиона призадумалась, искать ли теперь другую, столь же безотказную работницу, или повесить в классах плотные шторы, а уроки вести при свечах. Остановилась на последнем варианте. А стоимость свечей, как водится, вычла из жалования мисс Пинкетт.

— Причем тут диктанты? Ты преподаешь географию!

— Мисс МакМерфи, учительница словесности, вышла замуж, так что я ее временно замещаю.

— Но твои ученицы на рождественских каникулах.

— Да? — подслеповато прищурившись, она посмотрела в окно и, похоже, впервые обратила внимание на заснеженные деревья. — И правда. Но тогда мне и вовсе надо поторапливаться, ведь покуда девочки не вернулись, мы с экономкой успеем починить их постельное белье. Надеюсь, его сиятельство меня надолго не задержит. Должен же он войти в мое положение.

— Как знать, — брат окинул ее критичным взглядом. — В любом случае, это пойдет тебе на пользу.

— Что — это?

— … я в том смысле, что у тебя ведь нет возможности видеться с мужчинами…

— Что — это?

— … а лорд Марсден, в придачу, весьма недурен собой…

— О чем ты?

— О ритуале, — признался Наджелл.

— О каком ритуале?

— Только ты не пугайся заранее! Таков закон. Actus legis nemini facit injuriam,[1] — авторитетно добавил вампир.

— Найджелл, — отчеканила мисс Пинкетт, — что лорд Марсден будет со мной делать?

Вместо ответа он протянул ей свиток пергамента. Поправив пенсне на носу, мисс Пинкетт прочла:

«В качестве сатисфакции, Мастер имеет право вступить с незаконно обращенной вампиршей в половую связь в той форме, которую сочтет приемлемой.»

— …которую сочтет приемлемой?

— Даже в особо извращенной, — развел руками Найджелл.

— В особо… Мне что, придется снять чулки? Перед чужим мужчиной? И он увидит мои… колени?! Найджел, злой мальчишка, как же ты меня подвел!

Но времени на ссору не было, потому что лорд Марсден уже встал с трона и поджидал новообращенную. Еще раз рассерженно зыркнув на брата, мисс Пинкетт засеменила к нему. Намотала шлейф на руку и хотела плюхнуться колени, но Мастер резко помотал головой. Пришлось ограничиться неглубоким реверансом.

— Как поживаете, мисс Пинкетт? — начал лорд Марсден.

— Лучше быть не может, — буркнула вампирша, опустив голову. Ее взгляд так и отскабливал лак с паркета, слой за слоем.

— Смею надеяться, вы благополучно добрались? Не растрясло вас в пути?

— Дороги подмерзли, в остальном же обошлось без происшествий.

— Превосходно! Просто… превосходно. Что ж, если у вас возникли какие-либо вопросы, я с радостью…

— Вы знаете, сколько стоит корсет? — мисс Пинкетт смотрела на него исподлобья.

— Нет. А сколько?

— Десять шиллингов.

— Ну надо же, — удивился Мастер.

Разменной монетой для него служил соверен, так он никак не мог взять в толк, много это или мало. И куда вообще клониться разговор.

— Не думайте, что раз я веду уединенный образ жизни, то совсем не осведомлена о такой стороне жизни, — заговорила учительница. — Знаю, что происходит на свиданиях. Наслышана. Нередко мне приходится отбирать у пансионерок бульварное чтиво, все эти дрянные романтические книжонки! Но прежде чем отправить их в помойное ведро, где им и место, я иногда открываю первую главу — исключительно чтобы выяснить, чем интересуется современное юношество… Ну так вот, милорд, даже не надейтесь, что вам удастся порвать на мне корсет! Я не собираюсь расставаться с недельным жалованием по вашей прихоти.

— Золотые слова, мисс, — одобрил Мастер, отодвигаясь от нее подальше. — Подобная бережливость очень пристала женщине… Найджел, на пару слов!

Вампир подбежал к нему.

— Я отказываюсь от своих притязаний в отношении твоей сестры. Не хочу, понимаешь ли, растлевать ее невинность, — сымпровизировал Мастер.

Но у Найджела в этом деле был свой интерес.

— Возражение, ваша честь! — азартно воскликнул он. — То есть, милорд. Lex non a rege est violanda.[2]

— Тогда я упраздняю этот закон.

— Тоже невозможно. Даже у вас нет таких полномочий.

— Тысяча святых, да я сочинил его сколько лет назад?! И тогда я еще не был… женат.

Он моргнул. Оглянулся на учительницу, которая мысленно уже строчила ему счет за испорченные предметы туалета, и попытался представить на ее месте ту же мисс Грин… Не получилось! Ощущение полной неправильности происходящего никуда не делось. Вот если бы перед ним стояла Маргарет… Но что же она с ним сотворила? Околдовала, что ли?

— Ваш матримониальный статус ничего не меняет.

— Я тебя чесноком натру!

— И будете в своем праве, — поддакнул юрист. — Согласно статуту за номером…

— Так, — задумался Марсден, — так. Для начала, всем удалиться! — рявкнул он на гостей.

Те попятились к дверям, потом прыснули прочь, занимая очередь к замочной скважине уже другой стороны.

— Кроме вас, — он ткнул пальцем в коллегу. — Вы у нас во всех каверзах дока. Извольте же распутать это дельце.

Рэкласт внимательно перечел статут.

— А дополнить документ можно? — поинтересовался он, помахивая свитком.

— Нельзя.

— Раз в тысячелетие? Всего одно словечко?

— Целое слово — это слишком серьезное нарушение законодательной процедуры. Но одну букву, так и быть, впишите, — смягчился юрист. — Grammatica falsa non vitiat chartam.[3]

— Какой мне прок от одной буквы? — вознегодовал Марсден.

«Поставь неопределенный артикль перед словом „Мастер“, послышалось у него в голове.»

«Что за дрянь такая — неопределенный артикль?»

«Буковка „a.“ Поставь, полегчает.»

Лорд Марсден пробурчал, что он на самом деле думает про таких грамотеев и как им нужно все пальцы заклеймить, просто чтоб не умничали.

— Кровью вписывать, как обычно?

— Да, милорд. Что поделаешь, если законы пишутся именно так.

Поскольку вампиры сами были ожившей метафорой всего, что только можно, то и поговорки понимали буквально.

Найджел предупредительно оттянул манжету, обнажая для него свое запястье, но Мастер, хмыкнув, полоснул себя по руке длинным желтым ногтем и поймал каплю крови на острие пера. С торжественной тщательностью, свойственной людям малограмотным, вывел букву «а.»

— В качестве сатисфакции, любой Мастер имеет право… — перечел Найджел. — Постойте, что это зна…

Лорд Рэкласт уже склонился перед его сестрой и поцеловал ей руку, очень осторожно, даже не оцарапав перчатку удлинившимися клыками.

— С тех самых пор, как вы появились в зале, я не мог отвести от вас взгляд, — промурлыкал он — Вы, мисс Пинкетт, пагуба для любого мужчины. Предлагаю продолжить наше знакомство в более укромном уголке.

— А мой корсет? — распереживалась она.

— Я вам новый куплю. Из алого шелка. С кружевами здесь и вот здесь.

Легонько водя рукой по ее груди, он показал будущее месторасположение кружев.

— Тогда… можно попробовать, — снизошла мисс Пинкетт.

— Но с геополитической точки зрения, — опять ввязался Найджел, — вы вообще не Мастер, с тех самых пор, как Ирландия утратила автономию…

И схватился за ухо, схлопотав затрещину от своего нанимателя.

— Да Мастер он, Мастер, — веско сказал лорд Марсден. — И спорить не о чем.

— Попрошу это запротоколировать! — поддерживая вампиршу за талию, на ходу бросил Рэкласт.

— Уходи уже!

— Ухожу, ухожу. Lex dilationes abhorret.[4]

У дверей он в который раз проявил деликатность и постучал, давая толпе время отхлынуть от замочной скважины. На лицах вампиров читалась растерянность. Такого поворота никто не предвидел.

— Ой, сэр, она же такая колода! — обиженно воскликнула Доркас. — Что вы в ней только нашли?

Мастер Дублина ухмыльнулся.

— Доркас, а назови-ка мне столицу Мадагаскара.

— Не знаю, сэр.

— Мисс Пинкетт?

— Антананариву.

— Но…

— Люблю умных женщин, — подытожил Рэкласт.


Содержание:
 0  Стены из Хрусталя : Кэтрин Коути  1  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Нер(а)вный брак : Кэтрин Коути
 2  Глава 1 : Кэтрин Коути  4  Глава 3 : Кэтрин Коути
 6  Глава 5 : Кэтрин Коути  8  Глава 7 : Кэтрин Коути
 10  Глава 9 : Кэтрин Коути  12  Пролог : Кэтрин Коути
 14  Глава 2 : Кэтрин Коути  16  Глава 4 : Кэтрин Коути
 18  Глава 6 : Кэтрин Коути  20  Глава 8 : Кэтрин Коути
 22  Глава 10 : Кэтрин Коути  24  Глава 12 : Кэтрин Коути
 26  Глава 14 : Кэтрин Коути  28  Глава 16 : Кэтрин Коути
 30  Глава 19 : Кэтрин Коути  32  Глава 11 : Кэтрин Коути
 34  Глава 13 : Кэтрин Коути  36  Глава 15 : Кэтрин Коути
 37  Глава 16 : Кэтрин Коути  38  вы читаете: Глава 18 : Кэтрин Коути
 39  Глава 19 : Кэтрин Коути  40  Глава 20 : Кэтрин Коути
 42  Глава 22 : Кэтрин Коути  44  Глава 24 : Кэтрин Коути
 46  Глава 26 : Кэтрин Коути  48  Глава 28 : Кэтрин Коути
 50  Глава 30 : Кэтрин Коути  52  Глава 22 : Кэтрин Коути
 54  Глава 24 : Кэтрин Коути  56  Глава 26 : Кэтрин Коути
 58  Глава 28 : Кэтрин Коути  60  Глава 30 : Кэтрин Коути
 61  Использовалась литература : Стены из Хрусталя    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap