Фантастика : Юмористическая фантастика : Глава 13 : Марина Абина

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28

вы читаете книгу




Глава 13

Конюшни в академии всегда были переполнены, а так как студенты нуждались в лошадях крайне редко, то обычной практикой было сдавать скакунов на постой фермерам. Утром Клэр послала весточку одному такому фермеру, и он пригнал вампирше ее вороную, а также двух верховых лошадей для меня и Сатти и крепенького конька под поклажу. Теперь они дожидались нас на заднем дворе вместе с громадным гнедым мерином, которого Саор выделил Олоду для курьерской миссии.

Я осмотрел скакунов, предназначенных для меня и эльфийки, и скрепя сердце должен был признать, что они весьма и весьма неплохи. Не так хороши, как дроуские драги, но в настоящей ситуации выбирать не приходилось: на лошадей сейчас был такой же спрос, как и на сапоги, и счастье, что они вообще нашлись. Поэтому я рассчитался за них и за сбрую с фермером и с завистью глянул в сторону игризки Клэр.

Этот геномод был выведен вампирами и прекрасно переносил суровые условия Суммиттарра с его безводными пустынями и мертвыми скалами. Поджарое жилистое тело, легкие точеные ноги, сухая шея и узкая морда говорили, как мало нужно этому животному для выживания. Не существовало породы более неприхотливой, чем игризы, и в то же время не было лошадей горячее. Игризы-жеребцы настолько славились своей агрессивностью, что появилась поговорка: «Посади детей на игризов, и они выиграют за тебя войну».

Грива вороной с вплетенными в пряди цепочками была заплетена таким образом, что образовывала частую сетку, свисающую по обе стороны от шеи лошади наподобие кольчуги. Тонкие жилистые ноги до колен защищала обмотка из кожаных полос с шипами-заклепками. Иногда поверх кожи наматывалась еще и тонкая колючая цепь, но сейчас, перед дальним походом, в ней не было нужды, и игризка гарцевала на легких ногах. Ее шипованные подковы высекали искры из булыжников, которыми был вымощен двор. Кольчужной попоны, обычной на игризах в бою, сейчас тоже не было, но я не сомневался, что она упакована в одной из седельных сумок: игризы были неимоверно дорогими, и владельцы берегли их как зеницу ока. От лошади исходил острый характерный для этой породы запах.

– Привет, Пряная! – Я слегка поклонился кобыле: существовало поверье, что расположенная к кому-нибудь игризка отдает ему своего жеребенка. Вампиры не подтверждали это мнение, но и разубеждать в нем не спешили, поэтому Райнэр, как и многие другие воины, не терял надежды обзавестись когда-нибудь подобным животным, ведь купить подобного скакуна было невозможно – их получали только в дар.

Вороная скосила на меня злой взгляд отсвечивающих красным глаз и пренебрежительно фыркнула. Я усмехнулся:

– Фыркай, фыркай, твою госпожу я уже объездил, значит, и тебя обломаю. Запомни, ты должна мне жеребчика!

Пряная притопнула задней ногой и раздраженно махнула раздвоенным хвостом с костяными жалами на концах каждого отростка. Обычные лошади, привязанные рядом с ней, заволновались. Я подошел к рослому буланому жеребцу, которого выбрал для себя. Конь был агардинской породы и отличался горделивой посадкой головы на крутой шее, длинными, но крепкими ногами, прямой спиной и мощной грудью. Это была боевая и при этом достаточно быстрая лошадь. Почему фермер решил продать производителя с такими великолепными данными, я понял, когда попытался навьючить на него сумки. Буланый попятился, до предела натянув повод, которым был привязан к коновязи, и стал угрожающе бить копытом. Он даже попытался куснуть меня, когда я подтягивал ему подпругу, но Чешуя надежно защитила мое плечо от конских зубов.

– Ну ты, конина! – рявкнул я, стальным захватом зажимая жеребцу ноздри. – Еще раз так сделаешь, станешь мерином, понял?!

Но до конца он понял только после того, как я, предварительно убедившись, что один во дворе и из окон гостиницы и кухни за мной никто не следит, выпустил край Голода и мазнул им по упрямой животине. Буланый сильно вздрогнул, захрапел, по шкуре его пробежала дрожь, он присел на задних ногах, будто они враз потеряли всю силу. «Будешь упрямиться, скотина конская, – висеть тебе на крюке ободранной тушей!» – добавил я мысленное внушение, ярко представив в воображении соответствующую картинку и спроецировав ее в сознание строптивого жеребца. Тонко заржав, тот выкатил глаза и осел на зад.

– Что это с ним?

Во двор вышли мои спутники, нагруженные сумками с провизией.

– Да так, повторяем азы дрессировки. Это была команда «сидеть».

– Такой умный конь? – Похоже, Олод принял все за чистую монету. – А мне вначале показалось, что фермер сбагрил вам тупую злобную скотину.

Орк прошел мимо сидящего на заду жеребца и перевалил мешок с запасом зерна для лошадей со своих плеч на спину чалому коньку и стал закреплять поклажу ремнями.

– Это мне-то? Зеленый, да человечек просто не посмел бы!..

Олод пожал плечами:

– От людей всего можно ожидать. Тем более что достать сейчас приличную лошадь – большая проблема: половина студентов академии остались на своих двоих, и все торопятся уехать.

– Да, мне стоило большого труда уговорить фермера продать лошадей. – Кларисса передала орку пузатую сумку с припасами, на которые расщедрился трактирщик после очередного золотого. – Вначале он предлагал мулов.

– Мулов для дроу?! – От возмущения Саттория уронила свою сумку на землю. Внутри что-то жалобно звякнуло.

– Заграбыст тебя раздери, Сатти, там же бутылки! – воскликнул Олод и поспешно присел возле сумки на корточки. – Фууух… вроде все цело.

– Только о пойле и думаешь! – Саттория была в бешенстве. – Совсем в тебе чести нет, орково отродье!

– Полегче, высокородная! – Олод встал и навис над эльфийкой как скала над пригорком. – Честь чести рознь, пускать пыль в глаза холопам орки не станут, но за свои слова отвечают всегда!

– Олод, уймись. – Я потянул своего жеребца за повод, заставляя его подняться на дрожащих ногах. – И ты, Саттория, тоже. Не нравятся кони – можешь прогуляться до Драгнара пешком.

Саттория высокомерно вздернула подбородок, но промолчала и подошла к своей кобылке. Это была темно-серая с яблоками трехлетка тоже агардинской породы. Она отшатнулась и едва не взбрыкнула, когда я приблизился, чтобы помочь Сатти навесить сумки ей на спину. Рассерженный упрямством лошадей, я ухватил кобылу за гриву и заставил стоять на месте, при этом в горле у меня сам собой родился низкий, но будто бы неугрожающий рык, скорее даже тихое монотонное ворчание. Лошадь повернула ко мне голову, несколько раз с шумом втянула воздух с моим запахом и вдруг совершенно успокоилась.

Мда… и откуда у меня такие умения?

Закрепив поклажу, мы вскочили в седла и тронулись в путь.

Время давно перевалило за полдень, но мы единодушно решили не откладывать выезд на завтра. Я торопился покинуть город как можно скорее, надеясь, что оторвусь от убийц. Олоду необходимо было поскорее доставить донесение совету старшин оркских кланов. Клэр спешила застолбить место в другой магической школе, а Саттория задалась мыслью рассказать отцу о сговоре гномов и эль. Мы договорились ехать не останавливаясь, пока не сядут обе луны, а до этого момента было еще много часов, за которые могли отъехать от города лиг на пятнадцать – двадцать. До границы с Суммиттарром было около ста лиг, а потом еще приблизительно пятьдесят до спрятанной в укромной горной долине Смайты. В общем, наше путешествие до ближайшего портала могло растянуться на неделю. Оставалось надеяться, что задница Райнэра приучена к такому долгому пребыванию в седле.

Оказалось, что переживал я зря: мы с моим конягой двигались как одно целое, тело без труда уловило ритм лошадиного шага и идеально к нему подстроилось практически без участия сознания. Я не пытался как-то это контролировать и не вникал в суть процесса – рефлексы есть, работают, и ладно, а мне хотелось просто расслабиться. За минувшие несколько дней я настолько эмоционально вымотался, что был бы рад уступить бразды правления телом Демону или Светлому и даже Джару, лишь бы меня оставили в покое и дали просто поспать в тишине, не отвлекаясь на существование всего этого магического кавардака вокруг. Пока мы ехали по городу, я честно заставлял себя быть внимательным, помня о моей роли телохранителя и о собственных проблемах. Но когда ровная брусчатка улиц сменилась грубым булыжником тракта и по обе стороны от дороги потянулся однообразный загородный пейзаж, мое сознание само собой отключилось, и я пустился в плавание по тайному миру бессознательного.


Мне приснилось, что я огромный волк и бегу по унылой серой равнине, покрытой редкой травой, совершенно не пахнущей и мертвой. Мерный топот лап передавался земле, и от меня, словно круги по воде, во все стороны расходились волны вибрации, вместе с которыми разносилось и мое сознание.

Я осознал, что справа от меня высятся горы.

Высоченные пики оплавлялись и таяли от внутреннего жара, как свечной воск, но при этом не становились ниже – давление магмы постоянно выталкивало их из земной коры вверх, и я знал, что это будет продолжаться вечность. Это был мой Демон.

Слева серебрился океан кристально чистой воды с островами гигантских айсбергов – это Светлый. Я удивился, что он так огромен, а ведь казалось, что он самый слабый из нас троих.

Потом мое сознание вернулось в тело волка, бегущего по равнине, с одной стороны ограниченной плавящимися горами, а с другой – нетающими льдами. Сомкнутся ли эти крайности когда-нибудь? И что тогда будет со мной?

Об опасности меня предупредил туман. Равнину стремительно затянуло мутно-серой пеленой, освещение изменилось, и, задрав косматую голову кверху, я увидел танец двух лун в зените: Элл стоял напротив Эллаи, и вместе они заливали землю призрачным, но достаточно ярким светом. Вдруг я осознал, что в моем сне не было лун, как не было и ощущения жесткого седла под седалищем, да и тряская рысь лошади совсем не походила на текучий бег волка.

Я проснулся, всем естеством ощущая опасность, и уже чисто рефлекторно стал выстраивать матрицу боевого тела. Конь подо мной почувствовал прибавление веса и сбился с размеренного шага. Это привлекло внимание Сатти – я ехал сразу за ней, последним в колонне. Она оглянулась, и по ее расширившимся глазам стало понятно, что моя трансформация не осталась незамеченной. Эльфийка ничем больше не выдала своего удивления и спокойно отвернулась, но я знал, что сейчас она сканирует местность истинным взглядом на предмет опасности, вынудившей меня начать перекидываться. Умница!

Вскоре мне пришлось приостановить перевоплощение – бо́льшего веса спина моего коня просто не выдержала бы, а спешиваться я не хотел, чтобы не вызвать подозрений у тех, кто устроил нам тут засаду. Конечно, выглядел я теперь не супер: маленькая голова дроу на теле, комплекция которого больше подходила для орка, но приходилось мириться с таким нелепым видом ради маскировки. Я не сомневался, что предстоит бой, внутри меня уже разгоралось пламя азарта и предвкушения. И что странно, я никак не мог разобраться: кому принадлежали эти чувства – мне или Демону?

Выпустив Голод, я стал исследовать окружающее пространство в поисках врагов. На пустынной дороге нелегко было управлять им: в этой местности, бедной темными энергиями, демонический Голод превратился в дикого хищника и стал таким же неуправляемым и жадным. Он так и норовил пробраться в норки к вечно испуганным грызунам или высосать охотничий азарт из мелких хищников, подстерегающих тех среди камней. Он растекался маревом Тьмы вокруг меня, грозя накинуться на моих спутников, и, чтобы заставить его вытянуться в длинную тонкую струну, пришлось потратить энергию из дара. Нить Силы обмотала Голод, подпитывая его и не позволяя расширяться. Таким щупом я и нашел врагов.

Их было четверо, но спаянных в одну боевую единицу магической связкой под общим энергетическим щитом. Их спокойствие граничило с апатией, в общем ментальном фоне ощущалось лишь легкое неудовольствие, что с ними нет пятого, и ни следа сожаления о нем. Это были профессионалы – звено Лиги убийц.

– Клэр. – Спокойный голос Саттории привлек внимание вампирши. Та оглянулась и, конечно, увидела меня. В зрачках у нее полыхнуло красным, но она тут же перевела взгляд на эльфийку. – У тебя осталась вода во фляге?

– Нет, я всю выпила. – Кларисса тут же уловила суть игры и как ни в чем не бывало громко обратилась к орку, ехавшему во главе колонны: – Олод, у тебя есть вода?

Тот остановил коня и тоже обернулся. Когда мы с ним поравнялись, он протянул фляжку Сатти:

– Вот, возьми, но тут вино.

В этот момент он увидел, что плащ Райнэра больше не свисает свободными складками с его плеч, а туго обтянул их и едва не лопается по швам, что его конь взмылен и тяжело дышит, что его ноги дрожат от тяжести, которую ему приходится нести. И если Кларисса давно подозревала в Райнэре нечто такое и, сделав правильные выводы, сумела сдержать удивление, то простодушный и прямой орк не был готов обуздывать свои эмоции при виде раздавшейся фигуры друга. Его брови сошлись на переносице, рот раскрылся, но я опередил его возглас тихими словами:

– В ста шагах впереди четверо из Лиги, охотятся за этим, – жестом, будто хотел поправить ворот кольчуги, я указал на Чешую, – и за этим. – Мой взгляд скользнул к новой секире орка, которую он закрепил впереди себя поперек седла.

Олод закрыл рот и нахмурился сильнее. «Может, у Райнэра есть мегакрутое заклинание, вот он и раскачался так, – наверняка подумал он в этот момент. – Девочки спокойны, значит, и мне нечего удивляться. А вот мою секиру я никому не отдам!» Он перевел взгляд на Сатторию, которая продолжала невозмутимо отхлебывать из фляги, и успокоился окончательно.

– Мне оставь. – Клэр протянула руку к фляжке и очень тихо сказала: – Я никого не чувствую.

– Они в магической связке, под маскирующим щитом, – пробормотала Сатти из-под руки, которой якобы утирала губы. Она передала вампирше флягу и стала поправлять на седле сумку, незаметно оглядывая из-под челки окружающую местность. Но место для магической засады было выбрано идеальное – никаких укрытий вокруг не наблюдалось, мы находились посреди ровного степного участка, протянувшегося между двумя небольшими лесочками, которые могли бы послужить укрытием, если бы не были так далеко. А мы уже въехали в зону поражения боевой магии звена – слишком хорошо они замаскировались под чарами отвода глаз…

Я знал, что для лучшего магического сродства звено может состоять из представителей только одной расы, а значит, нам угрожают люди, товарища которых я убил в городе. Среди людей редко попадались сильные маги, поэтому они предпочитали пользоваться артефактами, и я запоздало пожалел, что не разобрался с перстнями, снятыми с первого убийцы, – сейчас бы это помогло.

Щуп из Голода беспомощно скользил над общей защитой убийц, она была не из Тьмы и не пускала его внутрь; чувствовалось только, как растет под энергетическим куполом концентрация силы – маги готовили заклятие, которое испепелит, разорвет, развеет – короче, сотрет нас с лица земли.

– Демон, я не могу до них добраться! А вдруг они бахнут драконьим огнем?!

Перед моим мысленным взором встало видение расплавленного камня на месте общественных уборных.

– Цыц, мелкий, я думаю.

По его тону я понял, что это правда.

– Думай быстрее!!

– Тихо ты, орешь так, что и убийцы никакие не нужны, – проворчал он. – Вот, нашел. Буйство Теней называется.

Память Райнэра сработала уже автоматически: суть заклинания заключалась в том, что в противника отправлялась метка-якорь, и, когда она достигала цели, к ней притягивались материализованные тени от окружающих предметов. Плюс такого странного заклинания был в том, что увернуться от атаки теней было невозможно. Можно было ее проигнорировать, укрывшись под мощным щитом, но метка продолжала действовать и из-под него, а удары притягиваемых к ней теней рассеивали энергию защиты противника и отвлекали его внимание. Минус был в том, что величина и количество теней сильно зависели от освещенности и типа местности. Сейчас в зените находились обе луны, и от каждого камушка на земле крест-накрест падали сразу четыре тени, но все они были очень маленькими. «Значит, будут сюрикены!» Я ухмыльнулся и шепнул остальным:

– У нас полминуты на подготовку, рассредоточиваемся и лупим по ним всем, что есть.

Демон уже готовил мне плетение Буйства: Тень, Тьма, Наполнение, Призыв, Множество, Повтор и еще несколько таких же наборов. Руны засияли перед моими глазами, я потянул энергию из дара и, скручивая из нее Нить Силы, стал соединять символы по три, а потом все вместе. Получавшаяся цепочка при наполнении ее силой оживала и сматывалась в тугой клубок, но как же медленно! Я понял, что не успею активировать заклятие полностью до атаки противника, если не воспользуюсь энергоканалами оборотня – у дроу они были недостаточно развиты и попросту не пропускали нужного количества силы быстро. Тогда я плюнул на конспирацию, спрыгнул с коня и запустил процесс перевоплощения на полную катушку. Потратив на это одно мгновение, во второе я уже залил Буйство силой и швырнул его в сторону щита убийц. И тут же начал сплетать следующую метку: ведь теневые конструкты питались от энергии метки, и моя первая атака не могла продолжаться долго.

Первая метка врезалась в магический щит звена, заставив его вспыхнуть в ночи фиолетовым светом, и тут же к ней со всех сторон устремились теневые сюрикены. Конструкты действительно получались небольшими, но в таком количестве, что полностью скрыли щит убийц от нас, а нас от них.

Олод тоже времени не терял, как и я, он спешился и послал в убийц вал огня вперемешку с Тьмой. Черно-оранжевая волна накатилась на защиту магов, успешно спалив мои сюрикены, но погасла от сиренево-синего взрыва – это лопнул энергетический щит наших противников. Не успели мы обрадоваться, как увидели, что из опадающего пылевого облака выступает новый щит – тот, что был под верхним. Граах! Значит, под ним стоит еще два – по числу магов в звене.

Я повторил свою атаку Буйством Теней, а вместо Олода выступила Клэр.

– Зеленый, что-то ты меня не впечатлил, – с пакостливой улыбочкой обратилась она к орку. – Смотри, как надо!

Вампирша простерла руки вперед, сосредоточилась, и во врагов полетел Жгучий Пух. Щит убийц оказался окружен вихрем из небольших созданий, чем-то напоминающих одновременно морских ежей и звезды с множеством извивающихся гибких лучей. Они садились на поверхность щита, распластывались по ней и начинали ее прожигать. Ну и мои метки пожгли тоже…

– Немного не рассчитала… – Клэр смущенно улыбнулась.

– Не знал, что вампирши бывают блондинками, – пробормотал я и услышал изнутри угрожающее рычание Демона. Пришлось добавить: – Ладно, бывает…

После Жгучего Пуха щит убийц сильно истончился, но выдержал, а под ним продолжала нарастать концентрация силы – видно, маги готовили нам что-то уж совсем особенное, раз даже не пытались отбивать наши атаки.

Тем временем к выступлению готовилась Саттория. Весь ее вид говорил о предельной концентрации и об огромном напряжении: что бы она ни делала, это давалось ей с огромным трудом и требовало массу энергии. Лицо и руки эльфийки расчертили узоры вздувшихся вен, черные радужки зрачков расширились во весь глаз, и в них отражались луны, пальцы крючились и сжимались, как от мучительных спазмов. А потом магичка вытянула руки перед собой, свела ладони, а когда стала их разводить, между ними образовался коричневый шар, похожий на грязный снежок. Саттория опустилась на колени и катнула его по земле в сторону щитов убийц. Шар покатился, оставляя на земле едва заметный след, к которому тут же стали стягиваться камушки и комочки грунта. Они стремительно слеплялись друг с другом и через считаные мгновения собрались в тело огромного червя с башкой размером с «москвич» и зубастой пастью. Наши лошади разбежались, когда этот монстр ожил и принялся изрыгать на щит убийц расплавленную полужидкую породу. При этом один за другим его задние сегменты втягивались внутрь, а по всему телу до головы проходила спазматическая волна, толкающая новый снаряд к пасти.

Олод восхищенно присвистнул, а когда к первому червю присоединился второй и стал оплевывать щит убийц с противоположной стороны, даже Кларисса уважительно поклонилась. Защита противников не выдержала обливаний расплавленной лавой и взорвалась, обнаружив под собой третий щит, который продержался под натиском плюющихся големов Сатти совсем недолго и тоже лопнул. Же-э-эсть! Просто мегакруто! Я оглянулся на эльфийку, она устало улыбнулась в ответ.

И все-таки у големов не хватило энергии преодолеть последний барьер, и они рассыпались грудами дымящегося пепла. В этот же момент маги нанесли свой удар: из-под их щита в небо взвилась гигантская призрачная змея. Ее тело было толщиной со столетний дуб, пасть раскрывалась метра на четыре, из нее жгучими потоками изливалась слюна, а между клыков пробивали молнии. Я едва успел создать над всеми нами Щит Тьмы, когда чудовище изогнулось и вцепилось в него. Мгновенно стало ясно, что щит долго не протянет – эктоплазменная слюна из змеиной пасти растворяла Тьму, как отбеливатель чернильные пятна. Единственным выходом для нас было постоянно подпитывать энергией разрушающийся щит, и мы все вместе прижали изнутри к нему ладони и пустили через них силу. Как самый высокий на данный момент, я подпирал потолок и, наверно, был похож на Титана, поддерживающего небесный свод, а чувствовал я себя при этом, как человек, взявшийся за оголенный провод под напряжением в триста восемьдесят вольт. Я выжимал свой дар, надеясь, что наших сил окажется все же больше, чем объединенных сил четырех магов и всех их артефактов. Мои товарищи активно помогали, так же, как и я, истощая свои дары, но мы все равно проигрывали – Щит Тьмы неуклонно истончался.

– Нужно нападать! – заорал в голове Демон.

Я не мог ответить, так как все мое внимание поглощала борьба с прорехами в щите. Я даже думать ни о чем не успевал, не то что искать подходящее заклинание и сплетать руны. Тогда Демон и Светлый взяли это на себя. Не знаю, что они там наплели, но, когда перед моими глазами возникла длиннющая цепочка рун, я просто направил часть энергии в нее, и дар стал опустошаться втрое быстрей. Ндааа, надеюсь, оно того стоило!..

Скорее всего, это была импровизация Демона, потому что наш щит вдруг оброс щупальцами, которые стали хватать атакующую змею за голову и каждый раз оставляли на ней пылающие рубцы. Наконец им удалось обхватить змеиную башку полностью и стянуть ей пасть, а потом по длинному толстенному телу щупальца потянулись к последнему щиту убийц.

– Жалкие людишки! Да как вы посмели на меня напасть?!

Меня затопили ненависть, лютая злоба и небывалый Голод – ведь резервы дара подходили к концу, и сейчас я не меньше самого Демона желал поскорее добраться до четырех душ.

– Быстрее! Быстрее! – подхлестывали мы с ним щупальца заклятия, ползущие по сверкающей змеиной коже. – Душки мои, вас ждет РАЙ! Ням!

Защита магов держалась уже на честном слове – они тоже истратили все свои резервы – и развеялась от первого же прикосновения нашего заклятия. Четыре рта раскрылись в диком крике, когда тугие кольца сдавили тела убийц, но это был писк по сравнению с торжествующим ревом Демона, вырвавшимся из моей глотки.


Содержание:
 0  Я демон! Что это меняет : Марина Абина  1  Глава 1 : Марина Абина
 2  Глава 2 : Марина Абина  3  Глава 3 : Марина Абина
 4  Глава 4 : Марина Абина  5  Глава 5 : Марина Абина
 6  Глава 6 : Марина Абина  7  Глава 7 : Марина Абина
 8  Глава 8 : Марина Абина  9  Глава 9 : Марина Абина
 10  Глава 10 : Марина Абина  11  Глава 11 : Марина Абина
 12  Глава 12 : Марина Абина  13  вы читаете: Глава 13 : Марина Абина
 14  Глава 14 : Марина Абина  15  Глава 15 : Марина Абина
 16  Глава 16 : Марина Абина  17  Глава 17 : Марина Абина
 18  Глава 18 : Марина Абина  19  Глава 19 : Марина Абина
 20  Глава 20 : Марина Абина  21  Глава 21 : Марина Абина
 22  Глава 22 : Марина Абина  23  Глава 23 : Марина Абина
 24  Глава 24 : Марина Абина  25  Глава 25 : Марина Абина
 26  Глава 26 : Марина Абина  27  Вместо эпилога : Марина Абина
 28  Использовалась литература : Я демон! Что это меняет    



 




sitemap