Фантастика : Юмористическая фантастика : Убийца : James Bibby

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29

вы читаете книгу




Убийца

…Из всех харчевен самой опасной для неосторожного путника была, пожалуй, «Роковая ошибка» в Орквиле, таверна, где заправлял Сесил Розовый, почти трехметровый горный тролль с очень малым запасом терпения.

Почти столь же опасна была «Драконья глотка» в Вельбуге. Множество дикого и свирепого народа туда сходилось, и не одного гнома находили там лицом в унитазе, во весь голос распевающего…

Розовая Книга Улай

Чем бы ты ни занимался, избегай «Драконьей глотки». В этой пивнухе действует своя собственная система правосудия. Преступления включают в себя Пролитие чужого пива, Лишение тебя всех денег или Битье ногами до потери сознания, а также Неспособность угостить (за это тебе отрубают руку). А еще никогда не пей с однорукими…

Всемирный путеводитвель Тарла по выпивке на халяву

Ронан закинул седельный вьюк за плечо и с усилием захлопнул сломанную дверцу стойла. Оставшийся внутри конь покорно жевал плесневелое сено, тогда как в соседнем стойле осел радостно зарывался мордой в двойную порцию мясного варева из неведомых ингредиентов. Через загаженный двор конюшни Ронан вышел к пристани. Над головой у него стены города тянулись в ночное небо, закрывая северные звезды. А перед ним великая река Лено неспешно текла мимо старых каменных пирсов, где на приколе устало покачивались потрепанные деревянные ялики и гуари. По ту сторону реки сверкали несколько огней, отмечая небо кучку домов у переправы. Дальше лежали широкие поля и равнины Бехана и дорога Абассал.

Воин немного постоял там, вдыхая прохладный воздух и прислушиваясь к звукам, доносившимся из захудалой таверны у него за спиной, воплям, рычанию и хриплому смеху, которые то и дело перемежались звоном бьющегося стекла. Ронан все еще с недоумением задумывался о сообщении своего отца и о том, как орки узнали, где его найти, однако теперь мысли его иногда прерывались краткими грезами о красивых женщинах, которые так запросто касаются твоей груди языком. Он чувствовал опустошение и усталость. Уже два года он энергично искал отмщения и уничтожал Зло, но уже начинал задумываться, нельзя ли взять от жизни чего-то большего. Ронан посмотрел туда, где на кнехте восседал Тарл, угрюмо швыряясь камнями в крупных летучих мышей, что проносились над рекой. Вот, пожалуйста – этот парень и впрямь всегда наслаждался жизнью.

Однако в данный конкретный момент Тарл особенно счастливым себя не чувствовал, ибо с ним происходила крайне необычная для него вещь. Его мучила совесть. Философия жизни Тарла была очень проста и выражалась в одной фразе: «Надуй других прежде, чем они надуют тебя». Не без синяков и шишек он научился не особенно доверять людям и в результате стал смотреть на дружбу точно так же, как и на деньги. У других деньги были, у него редко, и когда ему удавалось немного заграбастать, деньги быстро заканчивались. То же самое выходило с дружбой. И к тому, и к другому Тарл определенно не привык.

Однако за прошедшие четверо суток этот верзила, великий воин, стал его другом. Само по себе это проблемы не составляло, но этот парень был опасен. Клятски опасен! Его пытались убить! Вообще-то Тарл с легким сердцем бы от него отвалил, едва пройдя за городские ворота. Но этот парень ему симпатизировал, доверял и вроде как искренне хотел видеть его рядом с собой. Хотя и это особой разницы не составляло. Тарл знал, что Ронан очень скоро опять бросится в какие-нибудь дебри, и никоим образом туда вместе с ним не собирался. Но он действительно чувствовал по этому поводу нешуточную вину. Что же с ним такое творилось?

Тарл злобно швырнул последний камень в проносящегося мимо мотылька размером с крупного стервятника, а затем потопал туда, где Ронан ждал его под вращающейся вывеской, на которой надо полагать, изображалась «Драконья глотка». Свет заструился из двери таверны, когда они ее открыли, и темная фигура, что преследовала их от «Драконьей лапы», остановилась и несколько мгновении подождала в тени, прежде чем тоже войти внутрь… а за ней, в свою очередь, несколькими секундами позже последовала еще одна, более миниатюрная фигура.

* * *

Бар «Драконья глотка» представлял собой просторное, людное помещение с выложенными каменными плитами полом. Эти каменные плиты были обильно усеяны опилками, объедками и кусками сломанной мебели. С одного боку громоздился массивный резной камин, пылающий костер в котором излучал такой жар, что Ронан мигом вспомнил свои прежние дни в кузне. Периодически нижняя тяга в дымовой трубе посылала странное облако клубиться в баре, внося свой вклад в общую духоту от бесчисленных курительных трубок. Тарл был уверен, что улавливает отчетливый аромат эльфийской травки. Вдоль стены по правую руку располагалась ярко освещенная дорожка для метания копий, на которой несколько шумных, бесцеремонно пихающихся мужчин затеяли состязание.

Ронан с Тарлом протолкнулись сквозь толпу к стойке. Хотя Тарл выглядел здесь своим в доску, Ронан торчал как прыщ на носу, и многие выпивохи разом перестали поглощать спиртное и с подозрением на него посмотрели. Чувствуя себя довольно нервозно, Тарл оперся о стойку и изучил прикнопленный к стене список коктейлей. Обычно ему бывало комфортно в своей анонимности. В подобных заведениях он сливался с толпой. Тогда люди его просто не замечали, и он был в полной безопасности. Но когда он вошел сюда вместе с Ронаном, все глаза в таверне оказались сосредоточены на них, и Тарл нашел это весьма обескураживающим. Прикидывая, что неплохо было бы сохранить ясную голову, он с тяжелым сердцем, но твердо отказал себе в таких экзотических коктейлях, как «оркские яйца», «мозговорот» или «кинжал в прямую кишку» и заказал две большие кружки «Гнилого копыта» – оркского пива. Затем он повернулся к Ронану, который как раз взял меню и с мрачным видом принялся его изучать.

– Поверить не могу, как низко пал этот город, – пробормотал Тарл. – Ну, южан, орков и им подобных еще можно было сюда допустить. Но ты вот туда, на дорожку для метания копий взгляни. Пара немертвяков! Это уже ни в какие ворота не лезет. Форменное безобразие!

Ронан проследил за его взглядом и увидел двух зомби, что стояли рядом с организатором состязаний по метанию копий. У обоих были все характерные приметы – серовато-белая кожа с черными пятнами гнили, неподвижные глаза, вяло раскрытые рты, откуда сочилась темная жидкость. Они осыпали критическими замечаниями состязающихся, и даже оттуда, где он стоял, Ронан смог почувствовать тошнотворно-приторный запах разлагающейся плоти. Прямо у него на глазах у одного из зомби отвалился палец и с негромким плюхом упал на пол. Ронан в омерзении отвернулся.

– Скверное местечко! – прошипел он Тарлу.

– Ну, не знаю. Пиво очень даже ничего. – Тарл стал наблюдать, как у камина группа гномов играет в карты с эльфийской стайкой, и задумался, не сможет ли он как-то добиться приглашения к ним присоединиться. Он обожал играть в карты с гномами, потому что у них всегда была куча денег, а играли они хуже некуда. Одна хорошая партия «сидорского пота» – и наличности ему вполне хватит, чтобы вернуться в «Драконью лапу».

– А меню ты видел? – продолжил возмущенный воин. – Что это еще за еда? «Хлебный пудинг с ягодицами»?

– Это оркское меню, – объяснил бармен, который как раз наливал Тарлу еще кружку пива. Сам он был полуорком с таким кривым позвоночником, что его шея словно бы давно растаяла, отчего голова соскользнула к груди, так что макушка оказалась на уровне плеч. – «Хлебный пудинг с ягодицами» – одно из наших самых популярных блюд. Слои свежайшего хлеба и ломтики человеческих ягодиц с грибами и подливкой из гусиных потрохов и все это под корочкой сдобного теста…

– Именно это я и заказал, – прорычал орк, что навалился на стойку рядом с Ронаном. – И еще… миску пальцев не передашь?

Бармен взял фаянсовую миску, полную приготовленных пальцев, и плюхнул ее перед орком. Тот сразу же ухватил один палец и с жутким хрустом принялся его глодать.

– Похоже, вчера из этой миски кто-то уже угощался, – пробормотал Тарл.

Ронана затошнило.

– А для человека тут еда есть? – прорычал он, снова обращаясь к меню. – Как насчет вот этого? Что это за «Ирландский суп»?

– Это бульон из мальчика с овощами, господин.

– А пирог «Душистый пастух»?

– Начинка из настоящего пастуха, будьте уверены.

– А почему душистый? – поинтересовался Тарл.

– Он долго лежал, господин, – пояснил бармен. – По крайней мере, так кухарка сказала.

Когтистым пальцем орк поковырял между клыков, затем подался вперед и указал на последний пункт меню.

– Если вы самую вкуснятину ищете, – вызвался он помочь, – то вот, настоятельно рекомендую. «Пирог из адамовых яблок с рублеными яйцами».

Голос орка умолк, стоило ему только заглянуть Ронану в глаза. Тарл попытался забрать у Ронана меню с намерением побольше узнать о необычных блюдах, но выяснил, что рука воина сжимает обеденную карту как тиски. По смотрев ему в лицо, Тарл обнаружил там выражение такого гнева, что невольно отшатнулся. Другая рука Ронана тянулась к рукояти висящего у него за спиной меча. Тарл торопливо эту руку ухватил и всем своим весом на ней повис.

– Мы потом покушаем, – бросил он бармену, прежде чем снова повернуться к воину. – Ронан! Не надо – прошипел он. – Пойми, для орка есть человечину то же самое, что для тебя – рагу из ягненка! Это не их вина, просто мир так устроен! А если ты устоишь здесь бучу и половину клиентуры покромсаешь, мы никогда не найдем ниточку к тому, кто за тобой охотится!

Еще мгновение рука Ронана продолжала ползти вверх, и Тарлу пришлось приподняться на цыпочки, но затем она остановилась, и огонь в глазах Ронана немного улегся.

– Ты прав, – выдохнул он. – Но я чувствую такой… такой… гнев! Я просто должен кого-то убить.

И он снова потянулся к мечу. Тарл отчаянно цеплялся за его руку.

– Послушай, – предложил он. – Если тебе обязательно надо как-то это выплеснуть, иди копья пометай. Тебе полегчает, и мы сможем немного денег выиграть! – Ронан взглянул на дорожку для метания копий, затем гневно стряхнул руку Тарла и протолкнулся к организатору, который с интересом на него посмотрел.

– Что, господин, попытаться хотите? Всего один таблон за три броска. Шестьдесят процентов выручки – победителю. На данный момент лучшая сумма – шестьдесят пять. Ее Граэль набрал. – Он указал на какого-то местного здоровилу, который с уверенным видом прислонился к стене. Ронан холодно посмотрел на соперника, затем отстегнул таблон организатору, взял три крупных копья и подошел к черте.

Там он взвесил в руке копье. Затем пристальный взгляд воина быстро пробежал по всем зрителям и остановился на зомби. Ронан знал, что все положительные эмоции всегда остаются в могиле. Всякому зомби оказывались доступны лишь горечь и злорадство. Как же двух этих злобных тварей пустили в город? Гнев снова вспыхнул в его сердце, и Ронан с такой яростью швырнул первое копье, что наконечник целиком вошел в двадцатку.

– Легче, легче, без нервов! – хриплым, невнятным голосом взялся наставлять его один из зомби. Ронан сверкнул на него глазами, но это было бесполезно. Нельзя убить того, кто уже и так давно мертв. Тогда он взвесил в руке второе копье и с ледяным спокойствием, которое вдруг им овладело, безошибочно и метко швырнул его в двойную двадцатку. Все разом охнули. Теперь Ронану требовалось всего шесть очков для лидерства, и, не желая получить случайный отскок от одного из двух копий, что торчали в двадцатке, он швырнул третье копье в девятнадцать, в считанных сантиметрах от двойного.

Раздался восторженный рев, когда организатор объявил: «Семьдесят девять!» Ронан заметил, что даже Граэль зааплодировал. Улыбаясь, он вернулся к стойке и облокотился об нее рядом с ухмыляющимся Тарлом.

– Классные броски! – похвалил Тарл. – Такую сумму никто не побьет. – Он хотел было напомнить Ронану, что теперь его очередь угощать, но тут у камина вдруг началась какая-то заваруха, и они повернулись посмотреть.

Два южанина затеяли драку и с ножами в руках покатились по полу, отчаянно стараясь друг друга заколоть. Какое-то мгновение казалось, что один одержал верх, но затем противник сумел его отшвырнуть, и он спиной врезался в стол, где сидели гномы. Кружки и игральные карты полетели во все стороны, а ошеломленный южанин развалился на полу. Его противник быстро вскочил и с занесенным ножом бросился вперед, но внезапно поскользнулся на семерке червей (эльфийские карты имеют четыре масти: черви, цветки, ленты и пушистики). Когда он врезался в другой стол и в свою очередь оказался ошеломлен, первый южанин поднялся, но лишь затем, чтобы тут же споткнуться о гнома, который ползал по полу, пытаясь восстановить выигрышный расклад (гербильский флеш – побить его в «пяти картах» очень затруднительно).

Ронан смотрел на все это со снисходительным интересом профессионала, наблюдающего за парой жалких любителей. Он не заметил худого мужчину с накинутым на голову капюшоном, который тихо вытащил из-под плаща кинжал с чем-то зеленым на кончике. Что было сущим позором, ибо мужчина этот звался Карф – Мастер Наемных Убийц, и Ронан был его мишенью.

Карф оценил ситуацию через считанные секунды после того, как вслед за Ронаном проскользнул в таверну. Он преследовал его от самой «Драконьей лапы», где швейцар Гримбаль ему на него указал, но немного поотстал на улице. Одна из вещей, которым ты как профессиональный убийца учишься, это разбираться, с кем ты можешь без всякой опаски столкнуться лицом к лицу, а к кому требуется очень тихо подкрадываться. Но эта таверна оказалась просто идеальным местом. Половина клиентуры носила плащи с капюшонами и, подозрительно озираясь, обделывала всякие темные делишки, так что Карф прекрасно сюда вписывался. Он отстегнул каждому из двух южан по бронзовому таблону, чтобы те по его команде затеяли отвлекающую потасовку, а затем, никем особо не примеченный, стал пробираться вдоль стойки, пока не оказался непосредственно за спиной массивного воина. Теперь можно было спокойно нанести удар кинжалом, кончик которого был предусмотрительно обмазан традиционным ядом, и тем самым выполнить еще одно поручение. Дохлый дружок воина проблем не доставит, а больше здесь никому не будет дела до смерти какого-то здоровенного чужака. Ту ночь, когда в «Драконьей глотке» никого не убивали, можно было считать до неприличия тихой и спокойной.

Быстрый, безмолвный и смертоносный как змея, Карф Убийца ударил. Лезвие кинжала молнией сверкнуло к спине Ронана… и замерло в паре сантиметров от цели. Кисть убийцы оказалась сжата чьей-то рукой – кто-то, еще стремительней него, высунул руку сзади. Ладонь эта была тонкой и изящной. Повернув голову, Карф уставился на стройную фигуру, так же, как и он, закутанную в плащ с капюшоном, но заметно уступающую ему ростом, не выше метра шестидесяти. Подняв элегантную руку, фигура отбросила капюшон, и Карф вдруг обнаружил, что смотрит прямо в пару зеленых женских глаз, прекрасных, но смертоносных.

– Ты! – прошипел он, и страх ясно прозвучал в его голосе.

Женщина немигающим взором глядела на него в ответ.

– Эй, качок! – заговорила она, свободным пальцем тыкая Ронана в ребра, и воин, обернувшись, обнаружил в считанных сантиметрах от своей спины лезвие кинжала. Его несостоявшийся убийца тем временем отчаянно боролся со стальной хваткой невысокой и стройной женщины. Ронан обалдело наблюдал, как она заставила Карфа отвести руку, а потом сделала так, что кинжал выпал из вконец онемевших пальцев.

– Позволь, я тебя представлю, – улыбнулась женщина не сводя глаз с лица Карфа. – Этот навозный катыш зовется Карфом, Мастером Наемных… – Тут она резко осеклась.

Нож в свободой руке Карфа взлетел к ее груди – и снова был резко остановлен, когда ее пальцы сомкнулись вокруг кисти убийцы.

– Ну-ну, малыш, – продолжала женщина. – Как нехорошо. – А затем ее ладонь сжалась, и раздался треск нескольких мелких косточек в запястье Карфа. Тот вскрикнул от боли и выпустил клинок.

У Ронана возникло непривычное чувство полного отсутствия контроля над ситуацией. Что, эта соплячка только что спасла ему жизнь? В приступе гнева и смущения он схватил Карфа за волосы и резко запрокинул ему голову, намереваясь задать несколько вопросов. Громкий, как удар кнута, хруст сломанных шейных позвонков Карфа разнесся по всему помещению. Затем ноги наемного убийцы подогнулись, и он осел на пол.

Женщина возвела глаза к потолку.

– Да, качок, хорошенькие дела, – сказала она. – Ты же его убил. И теперь не сможешь выяснить, кто его послал.

Ронан вытаращился на нее как гном на золотую жилу. Ее стройная, почти мальчишеская фигурка была затянута в скроенный на воинский манер кожаный наряд почти того же цвета, что и ее загорелая кожа. Темно-каштановые волосы коротко подстрижены по эльфийской моде. Она была молода, не старше его самого, и все же, несмотря на непринужденный тон, в ней чувствовалась такая усталость и пресыщенность, что Ронан вдруг показался себе несмышленым двенадцатилеткой.

– Итак, ты Ронан, – произнесла она. – Я слышала, что ты в городе.

Он уставился на нее, а затем вдруг понял, что рот его по-дурацки разинут, и поспешно его закрыл.

– Я – Тусона. Правительница Вельбуга. – В ее глазах вроде как замелькал смех, а затем она отвернулась и, качая головой, медленно побрела к дорожке для метания копий.

Тарл вылез из-под стола, где он нашел себе пристанище, как только завязалась потасовка.

– Значит, это Тусона, – пробормотал он. – Впечатляет, ничего не скажешь, И как кстати она здесь оказалась – ведь она тебе жизнь спасла!

– Да, да! – рявкнул Ронан. – Сам знаю!

Бармен подался вперед и внимательно посмотрел на Карфа.

– Он мертв, не так ли? – осведомился он. – Отлично! – Тут он повернулся к двери на кухню и громко туда крикнул: – Эй, Вейн! Иди-ка помоги мне этот труп в холодильник перетащить. А потом сбегай в покойницкую и завтрашний заказ отмени. – Ронан бросил на него полный отвращения взгляд, но Тарл ухмыльнулся.

– Типичные орки, – объяснил он. – Никогда хорошего трупака не пропустят. Вспоминаю случай, когда я пошел в суд на одного своего приятеля посмотреть. Дело было в Орквиле, и его к смертной казни приговорили. – Тут Тарл принялся рычать, подражая судье-орку. – «Отсюда тебя отведут на место казни, где тебя немного разомнут, пока понежней не станешь…» – Тут он осекся, уставившись на дорожку для метания копий. – Проехали, – сказал он. – Смотри!

С тремя копьями Тусона стояла у метательной черты. По всей таверне слышался шепот: «Тусона! Это – Тусона!» Затем, когда она взвесила в руке первое копье, в зале повисла тишина. Все глаза сосредоточились на ней. Тусона посмотрела на Ронана и подмигнула, а потом рука ее метнулась вперед, и копье вонзилось в двойную двадцатку. Перед вторым копьем она взяла небольшую паузу, и внезапно почтительное молчание было нарушено одним из зомби.

– Ха! – пренебрежительно прохрипел он. – Просто повезло! Видал я коз половчее этой костлявой суки.

Тусона взглянула на него как кошка, прикидывающая прыжок до рассевшейся неподалеку птички, и Ронан вдруг понял, что она ненавидит злобную тварь не меньше его самого. А затем ее рука взметнулась раз, еще раз – так что оба оставшиеся копья пронзили воздух почти одновременно. Второе впилось в двойную двадцатку рядом с первым, и третье угодило в излишне говорливую голову зомби, отрывая ее от тела и пригвождая к стене позади. Руки зомби машинально взметнулись вверх и еще несколько секунд шарили по плечам, словно отыскивая пропавшую голову, а затем грязная черная влага засочилась из его шеи, и он устало осел на пол. На какое-то мгновение в зале воцарилась мертвая тишина, после чего раздался звонкий голос организатора.

– Один немертвяк и восемьдесят! – выкрикнул он, и вся таверна словно взорвалась.

Ронан изумленно оглядывался. Повсюду народ кричал, топал, восторгался и скандировал имя Тусоны. А позади него Тарл заливался радостным смехом и хлопал ладонью по стойке.

– Она тебя побила! – выдавил он сквозь смех. – Она тебя как ребенка побила! В жизни таких бросков не видел!

– Вот тебе и ответ, – ухмыльнулся бармен, – лучше Тусоны нет. – И он принялся напевать этот привязчивый стишок себе под нос.

Ронан испытывал нешуточную обиду. Когда доходило до подобного спектакля, в центре внимания обычно оказывался именно он. Уже пару лет его нельзя было превзойти ни в чем, и все же за каких-то пять минут ему сперва спасли жизнь, а потом превзошли в метании копий. И все это проделала женщина!

– В прямом поединке она бы меня не одолела, – услышал он собственный голос.

– В самом деле? – послышался негромкий голос сзади, и, обернувшись Ронан обнаружил, что Тусона стоит и в открытую над ним потешается. – И какой поединок ты предлагаешь? Может, на руках поборемся? – Она придвинулась поближе и закатала рукав. Бицепс Ронана был раз в пять больше, чем у нее. – Ну, валяй, – продолжила Тусона. Если очень хочешь, давай начнем. – Она села на табурет, поставила локоть на стол и с радостным блеском в глазах взглянула на Ронана.

– Поединок! – Шепот разнесся по таверне, и все сомкнулись вокруг них, толкались и привставая на цыпочки в поисках лучшего обзора. Ронан вдруг понял, что она из него круглого дурака делает. Если он отвергнет вызов, все подумают, что он испугался, а если примет, схватка будет выглядеть смехотворно неравной. Тут он напомнил себе, что, несмотря на внешность, она все-таки воительница, и, судя по всему, неплохая. Как она обошлась с Карфом… и как бросала те копья… нет, к этому лучше отнестись серьезно.

Он сел напротив, тоже поставил руку на локоть и ухватил ее ладонь.

– Раз уж ты выбрал вид поединка, – сказала Тусона, – думаю, будет честно, если я его начну. – Ронан не помнил, чтобы он делал какой-то выбор, но спорить с женщиной не собирался. – Когда я скажу «внимание, марш», тогда поехали, – продолжила она. – Согласен?

– Согласен.

– Вот и хорошо. – Она передвинулась в более удобное положение, а затем посмотрела ему в глаза. Смотрела. Смотрела. И смотрела.

«Боги мои, – подумал Ронан, – как она прекрасна!» Внезапно он остро ощутил тепло ее ладони, ее дыхание на своем лице, запах ее кожи… Он внимательно изучил лицо правительницы Вельбуга. Громадные зеленые глаза Тусоны, казалось, засияли, и она провела языком по губам. Ее дыхание все учащалось, а затем она стала медленно подаваться к нему – все ближе и ближе. Ронану вдруг почудилось, будто в животе у него запорхали мириады бабочек, когда он понял, что она собирается его поцеловать. Свободная рука Тусоны поднялась, чтобы приласкать его шею, губа ее были всего в паре сантиметров от его губ, и на мгновение сердце Ронана замерло. А затем рот ее при открылся, в одно слово выдыхая «вниманиемарш!» – и ее рука с такой силой припечатала его руку к столу, что Ронан слетел с табурета. А Тусона встала над ним, подняв руку в победном жесте, и бар взорвался таким восторгом, что казалось, крыша вот-вот рухнет.

Ронан сидел на полу в шоке, с горьким вкусом поражения на губах. Нет, это было не просто поражение – это было унижение! Он оглядел вопящую, возбужденную толпу, затем снова взглянул на Тусону, и тут до него вдруг дошло. Клят, да ведь она жуть как хороша! Умелая в обращении с оружием, быстрее всех, кого он встречал, умная, хитрая… просто чудо, как она его обольстила и провела! И пока мачо в Ронане отчаянно искал оправданий, воин утонул в восхищении. А что за вождь! Да попроси она собравшийся в таверне народ идти с ней на битву против целой армии Драконов, все до единого встали бы под ее знамена! Даже Тарл радовался и аплодировал. А затем она улыбнулась Ронану.

– Прости мне мою маленькую уловку, – сказала Тусона. – Но что еще бедной девушке с таким здоровилой поделать? – Внезапно она нагнулась и поцеловала его в щеку, а затем зашагала к двери меж рядов своих восторженных почитателей, хлопая их по протянутым ладоням.

Бармен подошел к Ронану и предложил помочь ему встать.

– Даже не думай, что ты чье-то уважение потерял, – сказал он. – Удостоиться вызова Тусоны – большая честь в нашем городе. И никто не справился бы лучше.

Ронан с благодарностью кивнул. Ибо на самом деле он не слушал. Он не на шутку задумался. В таком гаме он определенно оказался единственным, кто расслышал, как Тусона кое-что прошептала, когда нагнулась его поцеловать. Всего два тихих слова. «Лапа. Полночь».

Что она, интересно, задумала?

* * *

В личных апартаментах своей твердыни близ Сетеля Некрос с внешним хладнокровием выслушал новости о неудаче Карфа. Однако в тот самый миг, как хрусталь перед ним потемнел, он бешено выругался и швырнул огненный шар через весь зал в большую вазу в углу. К несчастью Некрос на пару метров промазал и попал в старуху-уборщицу, которая как раз полировала его доспехи. Последовал довольно вялый взрыв, и Некрос злобно уставился на получившуюся в результате паскудную кучу.

«Клятство! – подумал он. – Просто клятство кровавое».

С тех пор, как Шикара сумела уничтожить свою книгу заклинаний, серьезных успехов в магии у Некроса так ни разу и не было. Ожерелье Вотиона дало ему определенную Силу, но не такую, какой он ожидал, и его контроль был в лучшем случае частичным. Порой магия срабатывала превосходно, однако в иных случаях была напрямую опасна. Раз получилось, что он бросил заклятие в слугу и промазал. Заклятие отразилось от зеркала и прилетело назад, после чего Некрос провел сто лет в качестве жутко недовольной статуи в собственной спальне.

Впрочем, сочетания его магических способностей и боевого навыка вполне хватило, чтобы превратить Некроса в силу, с которой следовало считаться. Он очень славно провел время, глядя на мир, злобствуя и по-всякому сворачивая людей в бараний рог, но затем начал понимать, что можно добиться куда большего. Бессмысленно было наниматься к злым вождям, менее одаренным, чем он сам. Некрос мог делать все то же самое, но намного успешней.

Власть над Племенем Фаллона обеспечила его определенной опорой, и в течение весьма неплохой пары лет они терроризировали всю округу, грабя, убивая и предавал огню. Но проблема заключалась в том, что странами управляли города, а всякий раз, как они наезжали на какой-то город, люди просто закрывали ворота и метали в них со стен всевозможный огонь и стрелы. Каким бы сильным ни было Племя, армией оно не являлось.

Но затем, четыре года назад, с Некросом связались покровители – те, кто сделал на него ставку. У них были деньги. У них были планы. И у них был Маг Антракс. Медленно, но уверенно Некрос следовал их планам, пока Шесть Городов Галкифера не стали готовы пасть. Теперь Сетель и Гоблинвиль были у них в руках. Минас-Вельфер, Минас-Тряк и Мальвенис висели на волоске. Проблемы оставались только с Вельбугом и этой соплячкой Тусоной. Но их планы казались слишком умны, а интриги слишком изощренны. Не пройдет и нескольких дней, как Тусона погибнет, и Вельбуг падет, а вместе с ним и весь Галкифер. Тогда они смогут обратить свое внимание на другие страны Среднеземья.

Но тут вдруг пару дней назад Антракс предсказал пришествие ниоткуда этого черного воина и предупредил, что он вызовет не только крушение всех их планов, но и гибель самого Некроса! Некрос быстро предпринял нужные меры, но воин невесть как сумел сорвать обе попытки его устранить. Ну что ж, в следующий раз Ритте лучше сделать все как полагается. В ближайшие двадцать четыре часа и Тусона, и черный воин должны быть убиты – иначе Ритта вдруг обнаружит, что потолок его спальни разукрашен кусочками его тонких кишок.

Более точный огненный шар шипя пролетел в другой конец комнаты, и калайя в золотой клетке взорвалась ворохом перьев.

Некрос не на шутку обозлился.

* * *

В четверть двенадцатого Ронан в обнимку с пьянющим Тарлом шагал по темнеющим улицам Вельбуга. Он то и дело останавливался, якобы желая заглянуть в витрину магазина, а на самом деле – убедиться, что их никто не преследует. Впрочем, возможно преследователям вовсе не требовалось держать их в поле зрения, ибо Тарл то и дело разражался обрывками песен, и слышно его было за многие кварталы.

– В Орквиле, скажу вам я, – заревел он, жутко перевирая мотив, – клевых девок до… – Прихлопнув разинутый рот певца ладонью, Ронан оборвал песню, прежде чем заглянуть в очередную витрину…

– Ммм… ммм… ммм… – замычал Тарл. Ронан смягчился и убрал руку.

– Только потише. Ага?

– Ага. Хорошие песни, значит, тебе не по вкусу! – туманным взором Тарл вгляделся в витрину. Там было полно грязных черных нарядов, обожаемых не чуждыми моде орками женского пола. Над витриной имелась вывеска: «Наряды от Трувака». – Что, хочешь себе новое платье купить? – захихикал Тарл. Ронан сверкнул на него глазами.

– Просто удостоверяюсь, что нас никто не преследует, – прорычал он. – Уже надоело, что мне то и дело на хвост садятся. И Тусоне этой я не доверяю. «Ни одному мужчине не доверяй», – сказал тогда папа. Помнишь?

– Ну да, конечно! Если Тусона мужчина, то я монах из Ордена Трезвенников! – Тарл помолчал, а потом добавил. – Знаешь, если она мужчина, мне бы такой муженек не помешал…

Довольный тем, что их не преследуют, Ронан спешно потащил Тарла за угол. «Может, он и прав, – подумал он. – Ин вино веритас. Она не мужчина, так что, может статься, я могу ей доверять. Впрочем, ладно – скоро выясним».

* * *

Дверь «Драконьей лапы» раскрылась раньше, чем они постучали, и Ронан с Тарлом тихо проскользнули внутрь. Познер надежно запер дверь на засов, прежде чем жестом предложить им пройти в гостиную. Все свечи величественного канделябра уже потушили, и зал освещался лишь парой настенных факелов. Там было пусто, если не считать Тусоны, которая сидела за столом рядом с мраморной статуей. Перед ней стояла кружка пива. Когда Познер выскользнул за дверь у дальнего конца стойки, она встала их поприветствовать.

– Спасибо, что пришли, – сказала она и протянула руку Ронану. В воинской манере они пожали друг другу запястья, затем она повернулась к Тарлу. – Распоряжайся сам, – продолжила она, указывал на бар. – Все за счет заведения. Все, что захочешь, и сколько захочешь.

Тарл недоверчиво посмотрел на воительницу.

– Кажется, я в тебя влюбился, – пробормотал он, затем нетвердой поступью направляясь к стойке. – За это надо коктейль выпить!

Тяга Тарла к коктейлям, скорее всего, восходила еще к его раннему детству. Его мамаша тоже их обожала. Он припоминал, как она каждый вечер смешивала один из своих любимых. Равные количества джина, джина и джина смешать в высоком бокале, и еще долить джином.

Пить немедленно, а потом дать по мозгам маленькому сынишке. Впрочем, так Тарл по крайней мере выучился от удара кулаком уворачиваться. Вздрогнув от воспоминания, он схватил шейкер и бутылку бренди.

Тусона с усталой улыбкой за ним понаблюдала, затем повернулась обратно к Ронану.

– Ну ладно, качок, – вновь заговорила она. – Скинь гирю с мозгов. – Ронан сел напротив Тусоны и с очевидным подозрением наблюдал, как она делает славный глоток пива. – У нас обоих есть проблемы, – продолжила она. – У меня – кто-то, кто пытается взять власть над городом. У тебя – кто-то, кто пытается тебя убить. Случилось так, что это одна и та же персона.

– Кто? – спросил Ронан.

– Один милый парнишка по имени Некрос.

Тусоне пришлось отскочить назад и встать там, держа наготове меч, пока вокруг нее сыпались на пол кусочки мрамора. Но Ронан остался сидеть, тупо оглядывал останки разбитого стола, пролитое пиво и свой сжатый кулак, который все это безобразие устроил.

– Ох-х… извини! – пробормотал он. – Я… ну, я немного волнуюсь, когда это имя слышу.

Не слишком уверенно Ронан принялся излагать историю своей первой встречи с Некросом, и по мере того, каков ее излагал, Тусона все с большим и большим уважением за ним наблюдала. Да, похоже, это был человек, с которым она могла действовать сообща. Преданный воин, стоящий на стороне справедливости, который мог единственным гневным ударом кулака разбить на куски мозаичный мраморный стол при одном упоминании имени человека, которого ему случилось возненавидеть. Он станет славным союзником – а прямо сейчас союзник бы ей очень не помешал!

Тусона слушала Ронана и глаза ее просветлели, когда он рассказал о призраке своего отца.

– Эта первая тень надежды для нас за очень долгое время, – подытожила она. – И они капитально с тобой напортачили. Но все же я сомневаюсь, что у тебя есть хоть какое-то представление, за что ты берешься. У Некроса есть агенты во всех городах на востоке, и они славно поработали. Минас-Вельфер и дальний Абассал рассыпаются изнутри, Сетель и Гоблинвиль уже пали, но люди по-прежнему не понимают, что происходит… Эти парни, знаешь ли, идут в ногу со временем. Очень они смышленые. В наше время, если ты хочешь взять город, ты уже не подваливаешь к нему во главе целой армии и не берешь его в осаду. Ну какой от этого толк? Все кончается тем, что ты овладеваешь не городом, а выжженной оболочкой, где половина людей уже мертва, а чума и голод добивают остальных. Это отвращает от города искателей приключений и прочую публику, а ведь именно туризм приносит таблоны в такое место, как Вельбуг… Но эти парни умны. За четыре года они уже перепробовали все трюки. Дестабилизацию… тайные операции… терроризм… странные наемные убийства… и просачивание во власть. Особенно последнее. У них есть могущественная клика в городском совете, которую возглавляет Ритта. Есть тут такая старая жаба, хитрая до невозможности. Но моему отцу он был не чета.

Тусона умолкла, явно сдерживая слезы, и Ронан вдруг понял, что несмотря на внешнюю беззаботность, воительница испытывала колоссальное напряжение. Немного отдышавшись, она продолжила.

– Мой отец тоже был правителем города и лучшим воином, какого когда-либо видели на востоке. Народ его любил. Он вел людей за собой, невзирая на те хитроумные удары, которые пытался наносить Ритта. Старая жаба явно проигрывал, а потому сделал так, чтобы моего отца убили. Ему всадили нож в спину, когда он однажды темной ночью возвращался домой с заседания совета. Они, наверное, решили, что с его смертью, лишившись вождя, город падет, ибо у моего отца не было сына, чтобы ему унаследовать. Но они совсем упустили из виду меня. Еще когда я была совсем ребенком, отец меня тренировал, и тренировал как следует. Я справлялась с любым, кого Ритта мог ко мне подослать, и народ Вельбуга мне доверял. И все же с каждым годом мы все больше утрачивали позиции, а они все ближе подбирались к своей цели. Теперь они расставили своих людей во властных структурах по всему городу и медленно, но уверенно его меняют. Им даже удалось заполучить контроль над городским советом… Несколько месяцев тому назад они издали постановление, дарующее равные права оркам. А на прошлой неделе внесли поправку, распространяющую это постановление на немертвяков – зомби, духов, привидений, вервольфов. Я думала, у нас большинство, однако старый Парберд голосовал вместе с ними. А потом не смог мне в глаза посмотреть. Они как-то взяли его в оборот – вероятно, путем шантажа… Сегодня ты видел результаты. Нормальные, добропорядочные люди должны тереться плечо в плечо со всяким мусором вроде тех зомби. Но добропорядочные люди уже начали уезжать. Оставшиеся полагаются на меня, но я смогу продержаться лишь несколько дней. Ритта здесь как огромный жирный паук. Его сети повсюду.

Тусона ненадолго умолкла, глядя в пустоту. В зале повисла тишина, которую нарушала лишь негромкая икота, доносящаяся из-за стойки. Затем она вздохнула и продолжила.

– Ритта не может купить меня или запугать. И он уже понял, что не может меня дискредитировать. Поэтому он убьет меня – точно так же, как убил моего отца. Я чувствую, как кольцо смыкается…

– Тогда их необходимо остановить, – объявил Ронан. Рассказ Тусоны он слушал с бесстрастным видом, однако внутри у него бурлили эмоции. Только подумать, что его враг стоит за столь дерзким планом! А на пути к осуществлению дерзкого плана оказалась эта воительница, маленькая и одинокая, но опасная и решительная… и храбрая… и красивая. Ронан глядел на Тусону с чем-то сродни благоговению, она нежно ему улыбнулась, и сердце его вдруг пошло колесом по всей груди.

– Два дня назад, – продолжала Тусона, – до меня дошел слух, что Некросу не страшен никто на всем белом свете… кроме воина по имени Ронан. А потом по городу прошла весть, что ты уже на пути сюда. Но ты отвернул от самого моего порога! Я подумала, что тут может быть какая-то ловушка, а потому последовала за тобой и выяснила, что тебя преследует кое-кто еще. Карф Убийца! Должно быть, они не на шутку тебя боятся, раз именно его к тебе подослали!

Теперь она с откровенным восхищением на него глядела, и Ронан почувствовал, как грудь его надувается от гордости, будто кто-то специально ее насосом накачивал. Он попытался сделать более скромный вид, потерпел полный провал и закончил попытку с дурацкой ухмылкой на лице.

– Скажи мне, где этого Ритту найти, – попросил он. Тусона устало улыбнулась и покачала головой.

– Ничего не выйдет, – ответила она. – Ты просто в очередную засаду попадешь. Ты не представляешь, сколько у него в этом городе бойцов. Да и потом он просто марионетка.

– Тогда я должен убить Некроса. Но как мне его найти?

– Не знаю, – удрученно вздохнула Тусона. – Что он делает, не знает никто. Даже Ритта. Но он не обычный воин. Он просто прихлопнет тебя как муху. Очевидно, этот парень с магией знается. А ты не можешь вступить в честный поединок с тем, кто способен сперва превратить тебя в мокрицу, а потом просто на тебя наступить.

– Но ведь должен быть какой-то способ его остановить!

Тусона одарила его долгим оценивающим взглядом.

– Может быть, – сказала она. – Хотя для меня, наверное, уже слишком поздно. Но есть один человек, который хочет с тобой повидаться. Похоже, он думает, что ты способен остановить Некроса. Он-то как раз и сообщил мне о твоем скором приходе. Главная беда в том, что я не знаю, можно ли ему доверять. Я даже никогда его не видела и не знаю никого, кто бы его видел.

– Кто он? – спросил Ронан.

– Маг по прозванию Антракс.

* * *

Тарл и впрямь потрясающе проводил время за стойкой бара. Он уже смешал себе бокал «эльфийского пениса», коктейля, который он обычно не мог себе позволять (ибо в него входило шампанское «Бехан» и сидорский бренди).

Затем еще бокал. И еще. Тарл немного попел, подбадривая себя коктейлем. Затем умолк, когда половина бокала выплеснулась ему на ботинки. А затем начал прикидывать, чем там занимаются другие и не решили ли они что-то действительно важное – к примеру, что выпить или в какой клуб дальше закатиться. Тогда Тарл сосредоточил все свое внимание на них и услышал всю эту пораженческую лабуду про Некроса с Риттой.

В крайнем возмущении Тарл направился к выходу из-за стойки, но очень сильно мимо него промахнулся.

– Пслуште, – начал он, после чего довольно долго пытался привести себя в вертикальное положение. – Сам врем вссать и… – Тут Тарл опять рухнул. Прикинув, что делать две заковыристые штуки сразу, то есть стоять и говорить, ему будет малость затруднительно, он рассмотрел вариант «стоять и молчать», но все же выбрал «лежать и говорить». Тарл чувствовал, что с этим он худо бедно справится.

– Я это… я тут в «Глотке» с одним чуваком переговорил, – вполне внятно произнес он. – Прикинул, он, Тусона, твой друг. Сказал, его Атгул зовут… – Ронан и Тусона со снисходительными улыбками слушали, как Тарл чешет дальше, но очень скоро улыбки соскользнули с их лиц, сменяясь полной серьезностью. Серьезностью и сосредоточенностью. Ибо алкоголь творил с Тарлом странные вещи, он снабжал его идеями. И некоторые из этих идей были маленькими шедеврами.


Содержание:
 0  Ронан-варвар (пер. М.Кондратьев) : James Bibby  1  Меч : James Bibby
 2  Племя : James Bibby  3  Деревушка : James Bibby
 4  Город : James Bibby  5  Междусловие : James Bibby
 6  Книга вторая : James Bibby  7  Встреча : James Bibby
 8  Засада : James Bibby  9  Вельбуг : James Bibby
 10  вы читаете: Убийца : James Bibby  11  Ловушка : James Bibby
 12  Антракс : James Bibby  13  Лес Снов : James Bibby
 14  Страна гномов : James Bibby  15  Возмездие : James Bibby
 16  Поиск : James Bibby  17  Встреча : James Bibby
 18  Засада : James Bibby  19  Вельбуг : James Bibby
 20  Убийца : James Bibby  21  Ловушка : James Bibby
 22  Антракс : James Bibby  23  Лес Снов : James Bibby
 24  Страна гномов : James Bibby  25  Возмездие : James Bibby
 26  Приложение 1. Словарь : James Bibby  27  Приложение 2. Эльфы : James Bibby
 28  Приложение 3. Орки : James Bibby  29  Использовалась литература : Ронан-варвар (пер. М.Кондратьев)



 




sitemap