Фантастика : Юмористическая фантастика : Цвета ее тайны : Пирс Энтони

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17

вы читаете книгу




Странная на сей раз подобралась компания: нечасто бывает, чтобы судьба свела вместе морскую русалку, огрицу и прекрасную девушку, выросшую среди нимф, но явно не происходящую из этого легкомысленного племени. Всех их объединяет желание получить ответы на жизненно важные для них вопросы, но когда они, выдержав нелегкие испытания, попадают в замок. Добрый Волшебник, что совершенно неслыханно, отвечать отказывается. Ответы приходится искать самим, и тут оказывается, что судьбы трех героинь переплетены с судьбами другой троицы — борющейся за право стать вождем гоблинши Гвенни, эльфессы Дженни и их верного друга крылатого кентавра Че.

Глава 1. МЕЛА

Русалка Мела нервно плавала по своему подводному гроту, легонько обмахивая густые водоросли, покрывавшие стены и потолок. Роскошные волосы вились за ней зеленой волной, а движения хвостового плавника порождали маленькие, игравшие с кончиками длинных прядей, водовороты.Нырнув, она проскользнула над самым полом, едва не , коснувшись обнаженной грудью устилавших его светящихся разноцветных камешков, остановилась у очага и подбросила туда самых мокрых поленьев. Дрова затрещали, в очаге весело заплясало жидкое пламя, но настроение Мелы не улучшилось. — Сера вонючая! — выругалась русалка. — До чего же тошно без мужа!Вытащив из водорослей зеркального карпа, она повернула его к себе боком и принялась рассматривать собственное отражение. Ничего нового ей увидеть не удалось, однако в зеркальной чешуе отражалась очаровательная особа с великолепными волосами, грудью более пышной и соблазнительной, чем у любой нимфы, и хвостом, каким вряд ли могла похвастаться хоть одна рыба. Вдобавок на ее шее красовалось ожерелье с двумя прекраснейшими, чистейшей огненной воды, опалами. Всей этой красоты и великолепия было более чем достаточно, чтобы привлечь внимание самого наилучшего мужа в Ксанфе, но увы…Мела оставалась одинокой.

В чем тут причина — бедняжка решительно не понимала. Добро бы она была невесть какой привередой, так ведь нет — требования к будущему спутнику жизни Мела предъявляла самые скромные. Ей хотелось заполучить всего-навсего самого милого, красивого, отважного и умного из неженатых принцев Ксанфа, который, само собой, был бы счастлив возможности расчесывать ее дивные волосы и с радостью позволял бы ей делать все, что угодно. Например, плавать часами в соленом море и есть сырую рыбу. Как-то раз Меле удалось поймать Дольфа, принца всамделишного и вполне подходящего, за исключением одной мелочи — в ту пору ему едва минуло десять лет. Русалка обменяла его на свои опалы и считала заключенную сделку выгодной, хотя в последнее время ее начали посещать сомнения. Мальчик подрос и, как рассказывали, недавно женился на девице из своего собственного племени, которая наверняка не обладала и сотой долей несравненных достоинств Мелы. Мужчины, особенно сухопутные и бесхвостые, особым умом не отличаются и частенько в упор не видят своего счастья.

Беда заключалась в том, что при всей умеренности русалочьих требований отвечавшие им мужчины встречались до обидного редко, а коли встречались, то как назло оказывались женатыми. Бедняжка Мела обрыскала все моря, но достойного суженого так и не нашла — ну словно в сушу канул! И вот теперь измученная одиночеством русалка гадала — что же ей делать дальше?

Глубокий, печальный вздох волнующе всколыхнул манящую плоть. Однако как ни крути хвостом, похоже, у нее не оставалось иного выхода, кроме как отправиться за Ответом к Доброму Волшебнику. Конечно, Ответ придется отрабатывать, то бишь целый год торчать на противной сухой суше и заниматься какими-нибудь скучными людскими делишками, но хороший муж.

Хорошие мужья в ракушках не валяются, так что, возможно, чешуя стоит выделки.

Сейчас или никогда! Придя к такому решению, Мела сложила в невидимый кошель немногочисленные, но весьма полезные чары и заклятия, собранные ею во время скитаний по подводным тропкам, покинула грот и, нимало не беспокоясь о непотушенном очаге, устремилась к поверхности. Пожар ее гроту не грозил, поскольку магическое жидкое пламя разгорается под водой лишь в присутствии подводных обитателей. Загляни в ее грот другая русалка или морской русал, мокрые полешки заполыхали бы снова, однако этого опасаться не приходилось: глубоководные жители слишком хорошо воспитаны, чтобы соваться незваными в чужое жилище.

Грот Мелы располагался неподалеку от Острова Иллюзий, еще недавно являвшимся главной местной достопримечательностью. Вынырнув на поверхность — волосы ее тут же приобрели золотистый оттенок — русалка не без удовольствия вспомнила, как в этих самых местах отловила приснопамятного принца Дольфа. Его спутникам, ходячим скелетам Косто и Скелли, не оставалось ничего другого, как выкупить своего подопечного за те самые опалы, что красовались сейчас на русалочьей шее. «Интересно, — подумала Мела, — как у них нынче дела?» Конечно, скелеты народ слишком уж тощий, но в остальном вполне приличный и если на чей другой взгляд женских прелестей у Скелли недостает, то для Косто такая подружка в самый раз.

С тех пор как волшебница королева Ирис покинула остров, иллюзий там почти не осталось; разве что обрывочные миражи хранили воспоминания о былом великолепии. Но кто знает, возможно, когда-нибудь какой-нибудь великий иллюзионист снова поселится здесь и даст возможность ничем не примечательному во всем остальном острову оправдать свое славное название.

Близ места впадения Провала в Восточное море Мела подплыла к берегу настолько близко, что прибрежный песок стал царапать ее атласную кожу, села на дно, вытянув перед собой хвост, и сосредоточилась. Довольно скоро чешуя с хвоста опала и сам он — вот ведь потеха! — сделался того же цвета что и грудь. Плавники превратились в смешные пятипалые ступни, а пролегшая по всей длине хвоста складка углублялась до тех пор, пока он не расщепился на пару неуклюжих конечностей.

Согнув эти дурацкие подпорки в узловатых суставах (Мела помнила, что сухопутные люди вроде бы называют их «коленями», хотя по другим рассказам олени являлись какими-то обыкновенскими чудовищами), русалка осторожно, стараясь не потерять равновесия, встала. Выходить на сушу ей не приходилось очень давно, и она с удовольствием обошлась бы без этого, но к превеликому ее сожалению, никто в Ксанфе не удосужился соединить замок Доброго Волшебника с морем хотя бы самым плохоньким каналом.

Немного постояв и привыкнув к странному положению (которое люди называют вертикальным, хотя вертеться в нем ничуть не удобнее, чем в любом другом), русалка медленно зашагала вперед. С каждым шагом ноги ее крепли и держалась она на них все увереннее, хотя как это получается, не имела ни малейшего представления.

Однако, справившись с одним затруднением, русалка тут же столкнулась с другим: прибрежный песок раскалился на солнце так, что жег ступни, к тому же весь берег оказался усыпанным гадкими острыми камушками, так и норовившими порезать нежные ступни. Эти дурацкие людские ноги мало того что с виду не могут идти ни в какое сравнение с изящным русалочьим хвостом, но еще и слишком чувствительны, чтобы на них можно было спокойно передвигаться. Впрочем, последнее затруднение удалось разрешить быстро, поскольку росшую неподалеку туфелышцу Мела заприметила еще с воды. Прихрамывая, она поспешила к дереву и сорвала две пришедшихся ей впору туфельки. Теперь ничто не мешало ей идти дальше.

Быстро приноровившись к ходьбе по суше, русалка решила не мешкая выбраться из Провала. Мешкать не стоило по двум причинам: во-первых, чем дальше от моря, тем выше и круче делались стены ущелья, во-вторых, в Провале обитал Провальный Дракон. О последнем знали лишь немногие, поскольку почти все, кому довелось с ним повстречаться, оказались съеденными и не имели возможности поделиться полученными впечатлениями.

Впрочем, и имевшиеся довольно скудные сведения о Провале стали доступными лишь сравнительно недавно, когда развеялось долгое время скрывавшее сам факт существования этого гигантского ущелья Заклятие Забвения. И хорошо, что развеялось — иначе она запросто могла бы нарваться ненароком на пресловутого дракона, а поди-ка удери от него на таких неуклюжих конечностях.

Мела невольно задумалась о том, как туго приходится наземным обитателям, вынужденным постоянно использовать столь неудобный способ передвижения, однако, поразмыслив, решила: с этих чудаков и не то станется.

Странные они все и недалекие, хотя некоторые живут очень даже далеко от моря. Все у них шиворот навыворот: скажем, водный народ вполне резонно называет обитателей суши сухарями, тогда как сами они именуют тем же словом нечто совсем иное, кажется, даже съедобное.

Впрочем, этому едва ли стоит удивляться: точно так же, как глубоководным обитателям свойственно глубокомыслие, живущие над поверхностью океана отличаются поверхностностью суждений.

Все эти размышления не помешали Меле вскарабкаться по еще не слишком крутому склону и выбраться из Провала на относительно ровное плато. По ее представлениям замок Доброго Волшебника находился слегка к югу от ущелья, однако двинулась она не прямо туда, а на юго-запад, где пролегали зачарованные тропы. Лишь на одной из них русалка могла не опасаться хищников и чудовищ.

Но до какой-нибудь тропы еще следовало добраться, а на равнине можно было нарваться на кого угодно. Так оно и вышло — не сделав и нескольких шагов, русалка услышала истошный крик.

— Нимфа! Лови ее!

Русалка испугалась, но вместе с тем и страшно возмутилась, поскольку ничего общего с безмозглыми нимфами, водившимися главным образом с такими же пустоголовыми фавнами, не имела и иметь не желала. Кроме разве что одной мелочи: многие мужчины почему-то находили нимф весьма привлекательными. Стоит заметить, что у женщин подобного интереса к фавнам не наблюдалось.

Оглянувшись, Мела увидела чудного коротышку: росточком не выше эльфа, то есть ей по колено, он размахивал огромной угольно-черной пикой. Спустя несколько мгновений к нему присоединилась компания таких же чернявых карликов. Выкрикивая угрозы, они толпой устремились к ней, на бегу высоко подкидывая друг друга.

Теперь русалка поняла, что ненароком растревожила целую толпу дураков, причем не простых, а подкидных, да еще самой вредной пиковой масти. Подобно многим другим дуракам, пиковые подкидные обитали в колодах — одна, довольно замызганная, торчала как раз неподалеку — и по своей крайней дурости имели обыкновение тыкать кого ни попадя своими пиками, требуя какую-то взятку.

Находись Мела в родной стихии, эти уродцы не вызвали бы у нее ничего, кроме смеха, однако здесь дело обстояло иначе. Она мигом смекнула, что до моря уже слишком далеко, а по земле ей с непривычки от них не удрать. Хотя ноги у нее гораздо длиннее, в беге дураки поднаторели не в пример лучше. А вдруг она споткнется и грохнется, а эти гадкие злюки насядут на нее со своими пиками?

Увы, по всему выходило, что и пригодных для защиты чар у нее не было. Единственная имевшаяся в наличии водяная плюшка позволяла плюхнуть водой в физиономию лишь одному противнику, да и остановит ли такая плюха хотя бы одного дурака — неизвестно. Возможно, их отпугнул бы огонь, но ее мокрая щепа годилась на растопку только в воде, ну а волшебное зеркальце из чешуи зеркального карпа в таких обстоятельствах было совершенно бесполезно. В поисках выхода Мела принялась судорожно листать не раз выручавший ее в прошлом дорожный справочник «Магия Ксанфа», и книжица вновь оправдала возлагавшиеся на нее надежды. В разделе о дураках всех мастей, и подкидных, и прочих, говорилось, что их без труда накрывают и бьют козыри, причем в природе Ксанфа дурацкие колоды и козырные кусты, как правило, встречаются по соседству.

Оглядевшись, русалка и впрямь приметила раскидистый куст, густая крона которого разделялась на четыре навеса, как бы козырька, причем листья каждого из них были помечены особыми знаками. Черными пиками (в точности, как в руках у дураков), черными же крестиками, а также красными червями и того же цвета бубнами.

Бубны звенели, черви извивались, пики угрожающе клонились вперед и лишь крестики не шевелились и не издавали никаких звуков Мела метнулась к кусту и, едва успев увернуться от преследователей, укрылась за растением. Дураки, подкидывая один другого, забежали под, красный козырек с червями, который тут же прихлопнул их с такой силой, что они растянулись на земле. Книженция не соврала: козырь и вправду бил любую масть.

Усмехнувшись, Мела продолжила путь. Конечно, непривычная суша, тем паче земля Ксанфа, где на каждом шагу магия, — это не уютная морская стихия, но такая разумная русалка, как она, не пропадет нигде. Смекалки ей не занимать, нехватку знаний восполнит справочник. Капельку везения, и все будет в порядке.

Когда ее путь пересекла река, русалка, рассчитывая освежиться, радостно бросилась в воду, но тут же выскочила на берег, раздраженно отряхиваясь. Пресная вода для морской русалки явно не подходила: лучше угодить под пресс, чем нахлебаться такой преснятины Видимо, с купанием придется повременить до возвращения к океану.

Не желая больше вступать в противную воду, Мела зашагала вверх по течению, резонно полагая, что чем ближе к истоку, тем уже поток, так что рано или поздно его можно будет просто перепрыгнуть.

Через некоторое время на глаза ей попалось забавное четвероногое существо с розовой, покрытой щетиной шкурой и рылом, с помощью которого это создание рылось в земле. Пролистав справочник, она нашла соответствующую картинку и выяснила, что называется такое животное «свиньей», и встреча с ней не сулит особых неприятностей, за исключением тех случаев, когда свинью тебе кто-либо подложит. Куда именно — в книге не уточнялось.

Мела успокоилась и продолжила путь, но вскоре свиньи стали попадаться чуть ли не на каждом шагу. Все они рылись рылами в прибрежном песке, радостно повизгивая, когда одной из них удавалось откопать и прицепить к кончику носа блестящую круглую монетку — пятачок.

Не желая толкаться среди этого свинства, Мела отошла от реки и почти сразу же наткнулась на тропку, которая, стоило русалке встать на нее, расширилась, превратившись в мощеную дорогу. Конечно, для Мелы вовсе не являлось секретом существование в Ксанфе обманных троп, завлекавших неосторожных путников в логовища драконов или в объятия древопутан, однако эта дорога была не из таких. Ровная, удобная, она определенно была рада возможности принести кому-нибудь пользу. Ну а Мела, в свою очередь, не могла не радоваться возможности поберечь свои нежные ножки, не шагая по буеракам.

Но тут неожиданно над ее ухом раздалось громкое хрюканье и хриплый возглас:

— Эй.., нимфа! Прочь с дороги!

Мимо проследовала свинья: с виду вроде тех, что рылись на берегу, но гораздо больше, толще и важнее.

Оскорбившись тем, что ее уже в который раз обзывают нимфой, в то время как только подкидной дурак или последняя свинья не распознают в ней русалку, вынужденную временно сменить хвост на ноги, Мела сердито воскликнула:

— Что это ты тут командуешь? Разве это твоя дорога?

— Можно сказать и так.

— С чего бы это? Что ты за папа такая? — Какая еще цаца? Я боров-регулировщик. Регулирую движение, с прохожих пятачки собираю. Пока эти дурехи на берегу хоть один нароют, я тут на целый выводок натрясу. С тебя, с голой-то, взять нечего, вот я тебя и согнал на обочину. У разу млела, голь перекатная?

Не дожидаясь ответа, боров двинулся дальше. Решив, что такую противную свинью на такую хорошую дорогу наверняка подложил какой-нибудь злыдень, русалка попыталась вернуться на тропу, но тут поняла, что запуталась в ветвях придорожного куста. Хорошо еще, что, будучи обнаженной, она не порвала платье. А еще лучше, что растение оказалось не хищной древопутаной, а самой заурядной, только непомерно разросшейся крапивой. Но вот другое обстоятельство — то, что проклятая крапива мигом обожгла все примечательные части русалочьего тела (и одну неприметную, называть которую было бы не совсем скромно) — не радовало ни капельки.

Стоит ли терпеть такие страдания ради какого-то там мужа?" — подумала Мела, однако, немного поразмыслив, успокоилась. Повернуть назад сейчас, проделав уже немалый путь, было бы просто глупо. Если бы назад можно было поплыть, тогда дело другое, а коли и туда и сюда придется ковылять пешком, так лучше уж продолжить путь и узнать, что присоветует ей Добрый Волшебник.

Мела вернулась на тропу, которая через некоторое время вывела ее к роще, где помимо многочисленных пирожковии, увешанных где свежими, а где и зачерствевшими пирожками, попадались и ветви с едой более подходящей для русалок. Конечно, о свежей рыбешке, не говоря уж о морских огурцах или морской капусте, здесь не приходилось и мечтать, но на худой конец она могла удовлетвориться водяными каштанами и водяным салатом. Да и арбуз, будучи водянистым, тоже вполне годился. Конечно, еда на берегу такая же пресная, как и здешняя вода, но это стерпеть можно. Вот для купания вода непременно должна быть соленой.

Подкрепляясь, русалка, естественно, стояла на месте, а вот время, в отличие от нее, шло, и тени, воспользовавшись этим, заметно удлинились. Поначалу Мела обратила на это внимание исключительно из любопытства — на морском дне с тенями не густо — однако скоро смекнула, что отмеченное явление свидетельствует о приближении ночи. Успевшая устать (и как только эти сухопутные постоянно шастают по своим сухим путям?), зная, что на берегу по ночам путешествовать небезопасно, она решила подыскать подходящее убежище. А решив, тут же залезла в свой справочник и довольно скоро выяснила, что где-то поблизости находится пивнушка пузатая — дерево с толстенным, похожим на бочку, полым стволом. Правда, перспектива плескаться всю ночь в пиве манила ее еще меньше, чем купание в пресной воде, но потом Мела смекнула, что дорожный справочник не стал бы предлагать в качестве места для ночлега пивнушку с пивом, и речь, скорее всего, идет о высохшем пустом дереве. А такое и впрямь может послужить совсем неплохой спаленкой. Оглядываясь по сторонам, русалка довольно скоро углядела точно такое же, как на картинке, пузатое дерево, а подойдя поближе, обнаружила не обычную для пивнушек затычку, а трещины в коре, образовывавшие прямоугольник. Это могли быть только очертания двери, и стало быть, она нашла то, что искала.

Запустив пальцы в трещину, Мела потянула дверь на себя, открыла и заглянула в темное, сухое дупло. Конечно, она предпочла бы переночевать в соленой воде, но за неимением лучшего была готова удовлетвориться и этим убежищем. Путникам особо привередничать не приходится. Хватит и того, что у кого-то, побывавшего здесь раньше, хватило ума натаскать сюда подушек.

Едва русалка забралась внутрь, как на стенках дупла мягко засветилась древесная плесень. Конечно, этот свет не шел ни в какое сравнение с волшебным мерцанием подводных растений, но все равно радовал, хоть немного напоминая о глубинах моря. Тому, кто станет ее мужем, придется полюбить море, ведь она, Мела, принадлежит морю и душой и телом. Впрочем, тут затруднений возникнуть не должно: чтобы не любить море, нужно быть не просто сухарем, а сухарем редкостным, какой годится в мужья разве только черствой, как и он сам, сушке. С этой мыслью Мела блаженно растянулась подушках.

Подушка (та, которая оказалась у нее прямо под ушком) негодующе фыркнула.

— Что такое? — испуганно вскричала русалка, подскочив на месте.

Ответом ей было сердитое фырканье и пыхтение.

— Что здесь происходит? — с раздражением спросила Мела, неохотно поднимаясь на уставшие за день ноги.

Неожиданно у одной из подушек сформировался рот.

— Она еще спрашивает? — обиженно кривя пуховые губки, прошелестела подушка. — Это я должна поинтересоваться, что тут за безобразие творится. Как ты посмела плюхнуться своей скользкой задницей прямо мне на астрономию…

— Куда?

— На гастрономию, агрономию, автономию…

— Может, на физиономию?

— Это неважно. Важно, что ты не можешь спокойно вздремнуть без того, чтобы на тебя тут же не шлепнулось противное морское чудовище.

— Между прочим, многие находят меня весьма привлекательным морским чудовищем, — не на шутку обиделась Мела.

Рот скривился в насмешливой гримасе.

— Тоже мне красавица, вобла моченая. Ты можешь привлечь разве что голодного хряка, да и у того такая костлявая уродина поперек глотки встанет.

А ты… — Мела едва не задохнулась от возмущения. — Ты не подушка, а.., а подзадница! С такой подушкой ни один дуралей в Ксанфе спать не захочет.

— Это со мной-то не захочет!? — яростно зашлепала губами подушка. — Да стоит мне только поманить, и кто угодно…

— К тому же ты не та, за кого себя выдаешь, — уверенно заявила русалка, вообразив, что здесь пахнет магией.

— Я та, кем мне угодно быть в настоящий момент. Заруби это на своем носу. А лучше на впуклых ягодицах.

От такого неслыханного и несправедливого оскорбления у Мелы перехватило дух. Так отозваться о ее ягодицах, не просто выпуклых, а весьма соблазнительных и округлых! Возмутительно!

— Сама ты впуклая, жесткая и ни на что не годная.

Вместо мозгов у тебя перья, а что до ягодиц.., их у тебя вовсе нет!

— А вот и есть!

— А вот и нет!

— Ну смотри, треска заморенная… — на глазах у изумленной Мелы подушка вытянулась и перетянулась посередине, так что образовалась тонкая талия. Из верхней части выросли две руки, нижняя расщепилась на две стройные ножки, матерчатая наволочка преобразовалась в шелковистую кожу, и спустя несколько мгновений перед русалкой стояла пышная, чувственная молодая женщина.

— Смотри! — повторила она, поворачиваясь к Меле задом.

Нельзя было не признать, что ягодицы у нее не просто есть, а очень даже есть. Почти столь же соблазнительные, как и у самой русалки.

— Ты демонесса! — сообразила Мела.

— Она самая, а звать меня Метрия. А ты кто будешь?

— Мела, морская русалка.

— Надо же, морская… Что же ты делаешь так далеко от своей природной пятницы обитания?

— От.., чего обитания?

— Ну от субботы или этой, как ее…

— Может, среды?

— Неважно Что за нелегкая занесла тебя на сушу?

— Я ищу мужа. В море не нашла, вот и "пришлось мне выбраться на землю.

На сей раз Метрия окинула собеседницу взглядом понимающим и вполне одобрительным.

— Ну что ж, насколько я разбираюсь во вкусах наземных мужчин, с этим у тебя затруднений быть не должно. Для такой, как ты, захомутать муженька — плевое дело. А какой мужчина тебе подойдет?

— Сгодится любой принц, был бы только красивым да послушным. Один мне как-то попался, но он оказался совсем мальчишкой, и я его отпустила. Может и зря.

— Интересная история. А как его звали?

— Принц Дольф, из людского племени. Тогда ему и десяти не исполнилось, но нынче-то он, наверное, уже взрослый. Слышала про такого?

— Не только слышала, я с ним знакома. Да, этот мальчик вырос. Ему уже минуло семнадцать, и он женат.

— Наслышана, — печально вздохнула Мела. — Женился на какой-то девчонке, которая даже не была принцессой.

— Не была, зато теперь стала. Не только принцессой, но и матерью. Аист уже принес им двух девочек-близняшек. Одну нарекли Дон, а другую Иви. Еще их называют двумя Зорями, Утренней и Вечерней.

— Эти девочки могли быть моими дочками! — горестно воскликнула русалка — Не надо было мне отпускать мальчонку.

— Смертным свойственно ошибаться, — сказала Метрия.

— Не без того, — согласилась Мела. — Поэтому я и решила отправиться к Доброму Волшебнику: уж он-то знает, как мне подцепить принца. Ну а ты, Метрия, извини меня за вторжение. Я не думала, что это дупло занято.

— Да ладно, пользуйся. Когда я явилась сюда несколько лет назад, в дупле хозяйничал молодой огр по имени Эхс. Мне и в голову не приходило его выживать, но он сбежал отсюда и больше не появляется. А жаль, с ним было не так скучно.

— Да. Когда рядом мужчина, жизнь делается гораздо интереснее.

— Как верно сказано. Этот бестолковый огр мало того что смылся, так еще и женился на нахальной девице — медяшке из гипнотыквы, которую зовут Роза. Тоже мне, цветочек. Они уже и сынком обзавелись, а назвали его, ухохочешься — Огромедом.

— Все мужчины одинаковы! — обиженно заявила Мела. — Женятся на ком угодно, кроме тех, на ком надо.

Ну а как этот Огромед — есть у него талант?

— Не без того. Парнишка может делать все, что угодно, включая себя самого, полностью или частично твердым и тяжелым или, наоборот, легким и мягким. Когда он подрастет, это умение может сослужить ему добрую службу.

— Точно, — понимающе кивнула Мела. — Но, в конце концов, меня его способности не касаются. Я нацелилась на принца.

— Дались тебе эти принцы, — заметила демонесса. — Обычные мужчины ничуть не хуже, а встречаются гораздо чаще.

— Ты, конечно, права, но согласись — после того как самый настоящий принц был у меня, можно сказать, в руках, иметь дело с простонародьем уже как-то неловко.

— Возможно, ты и права. Одна моя подружка, демонесса Дана, как-то раз выскочила за короля и с тех пор ни на кого рангом ниже даже смотреть не хочет. А короли под ногами не валяются, свободных королей еще меньше, чем принцев.

— За короля, это конечно здорово. А как его звали?

— Король Хамфри.

— Вот это да! Он случаем не родич нашему Доброму Волшебнику?

— Не родич, а он самый и есть.

— Но Хамфри никакой не король, а Волшебник Информации.

— Это он сейчас не король, а в свое время распрекраснеиько королевствовал. Дане надоело жить среди людей, и она оставила его, но спустя всего какой-то несчастный век соскучилась. Вот уж точно — без мужчин тоска дай только.

Она вернулась к нему, и нынче они снова муж и жена.

— А я думала, он женат на Горгоне.

— И на ней тоже.., но это трудно объяснить.

В других обстоятельствах Мела непременно вызнала бы все до мельчайших подробностей, поскольку живо интересовалась вопросами, связанными с замужествами и женитьбами. Однако сейчас, будучи слишком усталой, она не стала ни на чем настаивать и лишь спросила:

— Ничего, если я у тебя здесь посплю? Конечно, на других подушках.

— Будь моей гостьей, — великодушно отозвалась Метрия и растворилась в воздухе.


***

Рано поутру Мела покинула уютную пивнушку и отправилась на поиски каких-нибудь фруктов или орехов.

По правде сказать, у нее имелись и другие, куда более настоятельные потребности, но она не была уверена в том, что в нынешнем своем облике, на этих неуклюжих ногах сумеет их толком удовлетворить. Больше всего ей хотелось оказаться в море, а уж коли никак нельзя, то на худой конец в пруду. Даже в пресноводном! Все-таки суша совершенно не приспособлена для нормальной жизни.

Неожиданно перед русалкой появилась и зависла в воздухе принявшая человеческий облик Метрия.

— Уже уходишь? — осведомилась демонесса. — А жаль.

— Мне пора. К тому же я думала, что ты не прочь от меня избавиться.

— Так и есть. А насчет того, что жаль — это шутка.

— Надо же, а звучит искренне, — промолвила Мела, не испытывавшая, впрочем, особых иллюзий насчет дружеского расположения демонессы. Ей случалось встречаться с демонами, и она знала, что они ухитряются обманывать, даже говоря чистейшую правду.

— По-моему, ты испытываешь некоторые затруднения, — заметила Метрия.

— Ну.., я бы спросила тебя, где тут ближайший водоем, но ты ведь наверняка отправишь меня не в ту сторону.

— А вот и нет. Я пошлю тебя куда надо, потому что ты все равно мне не поверишь и потащишься в другом направлении.

Метрия явно понимала, с чего это русалке так приспичило залезть в воду, и теперь потешалась над ней в обычной для демонов манере.

— Ладно. В пруду оно, может, и ловчее, но на худой конец сойдет и дупло… — с этими словами Мела решительно направилась к пивнушке.

— Эй, только этого не хватало! Иди лучше туда, — вытянутая рука Метрии приобрела форму стрелки, — там куст-ночник.

— Какой куст?

— Дневник, ручник, пикник, золотник, ученик, коренник.., короче, то, что нужно при нужде.., как это сказать…

— Может, нужник?

— Может быть. Но это не важно.

— А чем он хорош, этот куст?

— Тем, чем нужно. Топай туда, сама увидишь.

Мела ожидала подвоха, однако ее уже так распирало, что она предпочла испробовать этот дурацкий куст — было ясно, что ни до какого пруда ей уже не добежать.

И — надо же! — под кустом все получилось наилучшим образом. Во-первых, ветви загородили ее со всех сторон, кроме той, где осталась Метрия, во-вторых ей удалось без особого труда присесть и сделать свое дело так, словно она всю жизнь только и занималась этим на суше. Куст вполне оправдывал свое название: позволял справить нужду тому, кто в этом нуждался, не забывая при этом и о собственных нуждах. Таким затейливым способом он обеспечивал себя удобрениями.

— Спасибо, Метрия, — сказала Мела, вставая и отходя от куста.

— А ты злишься, что я подглядывала? — осведомилась демонесса.

— Как это не злюсь. Просто вне себя от ярости, — приврала русалка, знавшая толк в общении с демонами.

— Что-то по тебе не заметно. Нет чтобы взять да чем-нибудь в меня запустить.

— Воспитанные дамы так не поступают.

— А жаль. Потому что эта штуковина описала бы круг и плюхнулась прямо на тебя.

— Ну.., что-то в таком роде я и подозревала.

— О, я тебя раскусила! Ты стараешься выглядеть скучной, надеясь, что я потеряю К тебе интерес и оставлю тебя в покое. Скажешь, нет?

— И не подумаю. Я вижу, демонессы нынче пошли сообразительные.

— Не подлизывайся, не поможет. Я вот что придумала: просто увяжусь за тобой и буду ждать, пока ты хоть во что-нибудь да вляпаешься.

— Как тебе будет угодно.

— До чего же ты все-таки несносная особа. Я даже того в толк не возьму, действительно ли ты хочешь от меня избавиться. Вдруг я к тебе цепляюсь, а ты моей компании только рада.

— Ага, так оно и есть. А будь ты демоном мужского пола, я радовалась бы еще больше. Может, у тебя есть кто-нибудь на примете, так кликни его сюда — вместе повеселимся. Мужчины, будь они хоть демонами, хоть кем, не больно смышлены, но у них куча других достоинств.

— Ну как же, нанялась я тебя с демонами знакомить.

Вот уж дудки. Но от меня ты не отделаешься: я останусь с тобой, но донимать тебя не стану. Это на тебя все равно не действует, а вот скука, может быть, и проймет.

— Ну что с тобой сделаешь? — притворно вздохнула" русалка. На самом деле ее не слишком беспокоило присутствие демонессы, лишь бы только та не выкинула какой-нибудь особо гадкий фортель.

В конечном счете Метрия увязалась за Мелой, и дальше они двинулись вместе. Шли сначала на запад, а потом, чтобы не идти засвиняченным берегом реки, уклонились к югу. Сначала слегка, а потом, оказавшись в холмистой местности, еще сильнее — топать по равнине казалось сподручней. Или сподножней. Метрия, как и Мела, шла ногами, обычным, человеческим способом. Ради этого она полностью материализовалась, о чем свидетельствовали остававшиеся на земле следы.Неожиданно издалека донесся гулкий раскат грома.

— Что это там грохочет? — полюбопытствовала Мела.

— Разве кто-то хохочет? — притворно удивилась Метрия.

— Нет, я о том, что там гудит, — пояснила русалка.

— У тебя зудит. А в каком месте? — хмыкнула демонесса, сделав вид, будто не расслышала собеседницу.

Поняв, что Метрия прекрасно все слышит и просто над ней издевается, Мела умолкла, полагая, что происхождение грома прояснится, когда они приблизятся к его источнику.

Так и вышло. Вскоре спутницы увидели холмистую гряду. Время от времени один из конических холмов начинал трястись, а потом с грохотом взрывался, разбрасывая ,во все стороны вопящих младенцев. Аисты подхватывали их на лету и уносили куда-то в сторону Перешейка.

— Надо же, демографические взрывы, — удивилась Метрия — Раньше они случались только в Обыкновении, но, Видать, это поветрие добралось и до нас.

— А какой в этом смысл? И почему эти взрывы так чудно называются? — полюбопытствовала Мела.

— Насчет чудно ты права, но ведь название-то обыкновенское, а что взбредет в голову обыкновену, даже нам, демонам, не понять. Взять хоть бы этот взрыв — они точно называют его демографическим, но даже огру с первого взгляда понятно, что графика, то есть рисунки всякие, никакого отношения к появлению такого числа младенцев не имеет. И демо.., демоны, стало быть. ну, тут возможны варианты. А смысл — искать какой-либо смысл в чем-то, связанном с Обыкновенией, совершенно бессмысленно.

— Да, странное местечко эта Обыкновения.

— Не то слово. Недаром обыкновены при первой возможности норовят перебраться к нам в Ксанф. Нам бы от них было не продохнуть, но, к счастью, по большей части они не знают дороги. Так же как ты не знаешь дороги к замку Доброго Волшебника.

— Что делать, если спросить некого. Ты-то ведь наверняка укажешь мне не правильный путь. Или правильный — на тот случай, если я тебе не поверю. Хоть так, хоть эдак — а обдуришь.

— Это уж будь спокойна. Обдурить ближнего — самое премилое дело. Разве не так?

— Кто бы спорил, — буркнула Мела. Русалка старалась не подавать виду, но присутствие демонессы начинало ее раздражать.

Когда грохот демографических взрывов стих, перед ними открылась зеркальная гладь живописного озера.

— А вот и водица, — невинным тоном произнесла Метрия, от которой не укрылся проблеск интереса в глазах Мелы. — Ты, наверное, не прочь искупаться.

— А вот и нет.

— Да? Выходит, тебе известно, что это за озеро?

Мела отказалась от купания, сочтя озеро пресным, но сейчас смекнула, что демонесса имела в виду нечто совсем иное. Однако русалка прекрасно понимала, что спрашивать Метрию напрямую — только попусту расстраиваться.

Все жилы вытянет, но так ничего толком и не скажет. Поэтому она с деланным безразличием пожала плечами и заявила:

— Обойду эту лужу и пойду дальше.

— Скажешь тоже, лужу. Да и вообще, от Чмок-Поцелуйного озера никому еще вреда не было. Это тебе не Любовный источник.

«Ага, — смекнула Мела, — стало быть, это и есть озеро Чмок-Поцелуй». Что-то она о нем слышала.

— Метрия, а не из этого ли озера вытекает Люблю-река? У нас в море толковали, будто с ней нелады. Будто бы твои сородичи спрямили ее и переделали в Убью-реку.

— Было дело, но я тут ни при чем. Мне самой пришлось убраться из долины Прокопиев — как раз тогда меня и занесло в пивнушку к огру. А потом я помогла ему и копушам исправить реку, так что нынче с ней все в порядке. А тогда я неплохо позабавилась.

— Может, реку ты и исправила, но в озеро я все едино не полезу. Обойду его и двинусь на юг, — решительно заявила Мела.

— Я с тобой! — воскликнула Метрия с таким воодушевлением, что русалка мигом поняла: на этом пути демонесса рассчитывает поразвлечься. А туда, где демоны предвкушают забавы, смертным разумнее не соваться.

— Погоди-ка, — сказала она, — эта река, Люблю, Убью, или как ее.., она ведь вытекает из озера с юга?

— Ну и что?

— А то, что в пресную воду мне лезть неохота. Пойду-ка лучше на север.

— Ладно, пойдем вместе.

По всему выходило, что в лоб, что по лбу, однако у русалки особого выбора не было. От демонессы, видимо, не отвязаться, а полоскаться в противной пресной воде ей и вправду не хотелось. Лучше всего было бы озеро перелететь, но увы, русалки не летают.

Мела вытащила из невидимого кошелька свой справочник, хотя, признаться, особых надежд на него не возлагала. Нужные ей сведения наверняка имелись, однако разыскать их было не так-то просто. Например, в нем содержалась информация обо всех существах в Ксанфе, но отдельные особи не выделялись, и тем паче не указывалось их семейное положение. Из-за этой прискорбной недоработки Мела не могла воспользоваться книгой для поисков мужа. Что же до способа переправиться через озеро, не ступив в пресную воду, то она понятия не имела, в каком разделе его искать.

Пока русалка пялилась в книгу, небо над головой потемнело так, что трудно стало разглядеть картинку. Подняв голову, Мела увидела сгустившуюся над озером надутую щекастую тучу. Пролистав еще несколько страниц и добравшись до облаков, русалка установила, что это не кто иная как злонравная Тучная Королева, но она ничуть не обеспокоилась. Здешних сухарей Королева частенько из чистой вредности поливала дождем, однако ей вряд ли пришло бы в голову пугать водой русалку.

Куда больше Мелу заинтересовала двигавшаяся по озеру красная лодка, правил которой то ли очень большой человек, то ли очень маленький великан. Короче говоря, не поймешь кто.

— Ага, потеха начинается, — пробормотала Метрия и растаяла в воздухе.

Это вполне могло сулить неприятности, но, с другой стороны, могло оказаться и уловкой. Кто знает, вдруг этот чудной гребец не откажется переправить ее, Мелу, куда ей надо? А демонесса пытается напугать ее, чтобы сбить с "толку, а заодно и с правильного пути. Конечно, сев в лодку к незнакомому мужчине, она рискует.., но, собственно говоря, чем? В крайнем случае всегда можно сигануть в воду, путь даже и пресную.

Решив выждать, русалка спряталась за куст.Тем временем суденышко на всем ходу врезалось в берег, и гребец, словно изумленный этим обстоятельством, на удивление высоким для столь рослого существа голосом воскликнул:

— Вот ведь незадача! Этак я никогда не отыщу Доброго Волшебника!

Смекнув, что попутчик неприставучий бездельник, вроде Метрии, а тот, с кем у нее будет общая цель. Мела вышла из своего укрытия.

— Привет.

Незнакомец подскочил на месте и ударился в слезы.Пораженная русалка отступила к своему кусту, и уже оттуда произнесла:

— Эй, я не хотела ничего дурного. Просто случайно услышала, что ты тоже ищешь Доброго Волшебника, вот и подумала… ox! — Мела осекалась, — Да ты не мужчина и даже не человек. Кем будешь-то?

— Конечно не человек, и уж тем более не мужчина. Я огрица. А ты меня напугала.

— Огрица? Но ведь огры — они страшно свирепые, могучие, безобразные и тупые, чем справедливо гордятся.

А ты…

— А я просто насмешка над нашим славным народом.

Кость толком разгрызть и то не могу.

Видя, что юная огрица переживает, Мела решила сменить тему разговора.

— Слушай, нам ведь с тобой по пути. Ты не могла бы перевезти меня через озеро: по моему разумению, замок Доброго Волшебника где-то на той стороне.

— Конечно! — радостно откликнулась огрица. — А ты знаешь дорогу?

— Приблизительно. Но если тебе нужно туда попасть…

— Даже очень нужно.

— Тогда давай познакомимся. Я Мела, морская русалка.

— А я огрица Окра. Иду к волшебнику, чтобы узнать, как стать Главным Действующим Лицом.

— Лицом?

— Ну, это так называется. Еще говорят Главный Персонаж, или Герой.

— Разве лицо может быть героем?

— Главное Действующее Лицо — это такое лицо, которое не совсем лицо, даже вовсе не лицо, потому что у него есть не только лицо, но и все остальное. Поняла?

Мела не поняла решительно ничего, однако вдаваться в такие дебри вовсе не желала, а потому слукавила.

— Вроде поняла. Но зачем тебе это надо?

— Затем, что с Главным Действующим Лицом никогда не происходит ничего плохого, а вот со мной совсем даже наоборот.

— Интересно. Выходит, сделай я свое Лицо Главным и — как это ты сказала? — Действующим, мне бы удалось раздобыть подходящего мужа?

— Запросто. Главные Герои всегда живут счастливо, так что если такому персонажу нужен для счастья муж, считай, он уже в кармане.

— Но ведь герою приходится совершать подвиги.

— Обыкновенному — да, а Главному это вовсе не обязательно. Ему все равно всегда сопутствует удача.

— Ну что ж, Окра, может быть, благодаря нашей встрече удача улыбнется и нам. Давай переправимся через Чмок-Поцелуй и поищем Доброго Волшебника вместе.

— А что такое Чмок-Поцелуй?

— Озеро. Вот это самое озеро.

— Но я думала, что плыву по озеру Огр-Ызок.

— Должно быть, ты с разгону переплыла его и поднялась верх по Люблю-реке прямо к ее истоку.

Про себя Мела отметила, что для такого фортеля нужно быть очень сильной и очень глупой, так что, возможно, Окра на себя наговаривает. Из нее еще может выйти толковая огрица.

— Ладно, поплыли.

— Поплыли, — Окра с легкостью развернула красную лодку. — Я буду грести, а ты расскажешь, куда мы направляемся.

— Годится, — согласилась Мела, смекнув, что огрице трудно заглядывать вперед.

Они сели в лодку, и Окра взялась за весла. Гребла она лихо, так что лодка прямо-таки выскакивала из воды, однако, подняв глаза, Мела приметила летящую им наперехват Тучную Королеву.

— Будет буря, — сказала она. — Может, переждем?

Но увлеченная греблей Окра не расслышала обращенных к ней слов, и русалке оставалось надеяться, что они успеют проскочить озеро до начала бури. Конечно, опасность ей не грозила, но кому охота мокнуть под противным пресным дождем.



Содержание:
 0  вы читаете: Цвета ее тайны : Пирс Энтони  1  Глава 2. ГВЕННИ : Пирс Энтони
 2  Глава 3. ОКРА : Пирс Энтони  3  Глава 4. ЧЕ : Пирс Энтони
 4  Глава 5. ЯНЕ : Пирс Энтони  5  Глава 6. ДЖЕННИ : Пирс Энтони
 6  Глава 7. ПРИМЕРКА : Пирс Энтони  7  Глава 8. ГОДИВА : Пирс Энтони
 8  Глава 9. ХАМФРИ : Пирс Энтони  9  Глава 10. ГОРБАЧ : Пирс Энтони
 10  Глава 11. НАДА : Пирс Энтони  11  Глава 12. ИСПЫТАНИЕ : Пирс Энтони
 12  Глава 13. СИМУРГ : Пирс Энтони  13  Глава 14. РОКСАНА : Пирс Энтони
 14  Глава 15. СПАСЕНИЕ : Пирс Энтони  15  Глава 16. ПРИБЫТИЕ : Пирс Энтони
 16  Глава 17. ВОЖДЬ : Пирс Энтони  17  ОТ АВТОРА : Пирс Энтони



 




sitemap