Фантастика : Юмористическая фантастика : Сладкая парочка : Владимир Гусев

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  64  66  67  68

вы читаете книгу

Стас и Влада, прозванные в мире геймеров-«виртуальщиков» сладкой парочкой, приняли предложение поучаствовать в «новом слове» гейма — ВИРТУАЛЬНОМ ПЕЙНТБОЛЕ — и не посрамили своей славы, запросто уложив «мишень» — ТЕРРОРИСТА КАРЛОСА.

Сладкая парочка еще не знает, что убивает не в виртуале, а в РЕАЛЕ, — и что стала удачным приобретением таинственной спецслужбы, готовящей из подростков СУПЕРКИЛЛЕРОВ…


Виртуальная реальность — это так интересно! Играешь себе на конкурсе в стрелялку, лучше всех мочишь виртуалов из всех видов оружия — и вдруг… настоящая кровь. Вот так безобидная, казалось бы, игра превращается в изощреннейшую ловушку для молодых людей…

В данном случае для двух молодых и пока не искушенных — Стаса и Влады…

Часть первая

ПРЕКРАСНАЯ ВИРТУАЛЬНОСТЬ

Глава 1. СТАС

Ключ, добытый Стасом с таким трудом, подошел только к центральным двустворчатым дверям, над которыми висела табличка с надписью «Мантикор». Очень хотелось есть, и Стас решил, что скорее всего это местный вариант «Макдоналдса». И вообще слово «мантикор» ассоциировалось с чем-то съедобным: манты, коржики, мороженое…

В сложившейся ситуации Стас обрадовался бы и корочке хлеба.

Он дважды повернул ключ в замке, резко потянул на себя тяжелую дубовую створку и на всякий случай отскочил.

За дверью был мрак, густой и вязкий, как мумие. И там, в этом мраке, кто-то тяжело ворочался и вздыхал.

Стас подошел к стене, вынул из ближайшего кованого гнезда факел и осторожно переступил низкий порожек, стараясь держать факел повыше.

Но мрак не отступил. Напротив, он придвинулся ближе и протянул свои липкие щупальца за спину Стаса, стремясь обнять его, прижать к себе и проглотить. И мраку вполне удалось бы сделать это, если бы не его извечный спутник — страх.

Стас поспешно вышел. В глубине — комнаты ли, пещеры, огромного зала, непроглядной ночи или умершей тепловой смертью Вселенной? — зажглись не то два красных уголька, не то два Марса, потерявшие свое Солнце. Через мгновение они прыгнули на Стаса, пытаясь выжечь ему глаза. Стас взмахнул мечом, укрываясь за описавшим полукруг лезвием, как за щитом, и отпрыгнул в сторону.

Из мрачной в буквальном смысле комнаты выскочил зверь о четырех лапах, но с человеческой головой. Глаза его обжигали неутолимой ненавистью. Размерами зверь был с крупного льва, львиным было и его туловище. Но хвост чудовища, жесткий и угрожающе загнутый кверху, заканчивался не миролюбивой кисточкой, а воинственным скорпионьим жалом.

Зверь присел на задние лапы. Из уголков его злобно сжатых губ стекали струйки желтоватой слюны.

Стас, угрожая мантикору мечом, оглянулся, намечая пути отступления. По обе стороны от мантикорова логова — две запертые двери, ключей к которым Стас пока не нашел. За спиною — обширный холл, почти зал, освещаемый зыбким светом факелов. В центре дальней стены — дверь, открывающаяся только в одну сторону. Дорого бы дал Стас за то, чтобы вновь оказаться перед этой дверью, а не за нею…

Ожидая прыжка зверя, он отбросил факел и приготовился, упав на спину, острием меча вспороть желтоватое поджарое брюхо. Но мантикор — теперь Стас знал, что означает это слово, — вместо прыжка крутанулся на месте, как заправский каратист, готовящийся нанести удар ногой. Только целился он в голову Стаса не задней когтистой лапой, а ядовитым жалом скорпионьего хвоста.

Изменить план защиты Стас не успел, упасть тоже не успел — слишком быстро все произошло. Единственное, на что ему хватило времени, — это втянуть голову в плечи, зажмурить глаза и выставить перед собою нацеленный в сводчатый потолок меч.

Хвост оказался не только пятой, боевой пятой мантикора, но и его ахиллесовой пяткой. Удара Стас почти не почувствовал. Но вначале удивившись, что до сих пор стоит на ногах, а потом уже открыв глаза, он увидел, что мантикор вертится волчком, жалобно поскуливая и стараясь схватить зубами обрубок своего хвоста. Отсеченное хорошо наточенным лезвием жало с кусочком тонкого, в палец толщиной, хвостика конвульсивно дергалось в центре зала.

Мантикор наконец поймал свой укороченный хвост, прижал лапой к полу и начал жадно, по-собачьи, зализывать. Шея зверя оказалась в досягаемости Стасова меча и выглядела достаточно беззащитной.

Стас медленно, не дыша, поднял меч.

Нужно было довершить начатое. Двоим им в этом просторном зале будет тесно.

Но мантикор, угадав намерения своего не съеденного обеда, рявкнул так, что огни факелов испуганно затрепетали и чуть было не погасли. Стас, отпрыгнув, снова приготовился падать на пол и ловить сталью меча живую желтую плоть. Однако мантикор справедливо рассудил, что лучше быть голодным и живым, чем вряд ли сытым, но почти наверняка мертвым. Поджав остаток хвоста, он затрусил к оставшейся открытой створке двери. Дождавшись, пока постукивание когтей о каменные плиты пола станет глуше, Стас захлопнул дверь и дважды повернул ключ, оставив его в замочной скважине.

Неизвестно еще, что таится за двумя другими дверьми. Не исключено, что мантикор — самое безобидное из чудовищ, населяющих замок.

На всякий случай Стас вновь подошел ко входной двери, повращал туда-сюда и подергал бронзовую ручку, отлитую в форме кошачьей лапы.

Может быть, теперь, после битвы с мантикором, его выпустят отсюда? Очень уж есть хочется.

И не только есть.

Но открывающаяся только в одну сторону дверь осталась верной придуманному ей Стасом названию. Вздохнув, он вышел на середину зала.

Придется добывать ключи от остальных двух дверей. Какие еще варианты не проверялись?

Стас в который раз посмотрел на рисунок, скрытый среди каменных плит пола. Некоторые из них были чуть темнее, чем остальные. Две прямые, образованные более темными плитами, пересекались в центре зала, подобно полосам на Андреевском флаге. Полчаса назад Стас случайно наступил на плиту, находившуюся в перекрестье, и обнаружил, что, когда стоишь на этой плите, в левой стене между двумя оконцами-бойницами открывается узкая длинная ниша. Из нее Стас, после десятка неудачных попыток, извлек-таки тяжелый двуручный меч и ключ от центральной двери с надписью «Мантикор». По обе стороны от центральной тоже были двери. Над левой было написано: «Налево пойдешь». Над правой — в логике строителям замка не откажешь — «Направо пойдешь». Только вот пойти ни в одну, ни в другую сторону было нельзя: обе двери были заперты. И сколько ни топал Стас по остальным плитам пола, никакие ниши в стенах больше не открывались.

Стас попробовал через замочные скважины разглядеть, что делается за запертыми дверями, но ничего не увидел. Зато обнаружил, что скважины эти у дверей разные: у левой — горизонтальная, у центральной, мантикоровой, — вертикальная, у правой — крестообразная.

Ну и что?

Горизонтальная линия при наложении на вертикальную образует крест. Значит, вначале он должен проникнуть за левую дверь, где, охраняемый драконом или Медузой Горгоной, за стеной огня или на дне бездонного колодца лежит — если лежит — ключ от двери правой.

Стас был так голоден, что ни о чем, кроме еды, уже не могу думать. Горизонталь, вертикаль — все равно, лишь бы добыть что-нибудь съестное.

На глаза Стасу попалось жало, срезанное им с хвоста мантикора. К сожалению, совершенно несъедобное.

А что, если…

Стас пошевелил жало лезвием меча.

Не дергается. Но, может быть, оно ядовитое? Лучше все-таки не касаться шипов.

Стас бережно поднял ошметок хвоста, подошел к правой двери. Шипы точно вошли в замочную скважину. Он осторожно повернул «ключ», замок громко щелкнул. Стас дернулся как ужаленный. Но из-за двери никто не выскочил, не выпрыгнул, и клочки усталого и голодного Стаса не полетели по закоулочкам.

Он осторожно потянул дверь на себя и заглянул в щель. Ничего, кроме небольшого коридорчика, освещенного двумя факелами, Стас не увидел и, осмелев, переступил порог.

Коридорчик был проходным. Кроме двери в противоположном его торце, Стас обнаружил еще одну, с левой стороны. Украшала эту дверь чеканка с изображением котла и огня под ним.

Здешняя кухня, значит. Наконец-то. Интересно, что у них сегодня на обед?

К счастью, никаких головоломок для того, чтобы попасть на кухню, разгадывать не пришлось: дверь открывалась простым поворотом ручки, имевшей форму все той же кошачьей лапы. Первое, что бросилось Стасу в глаза, когда он открыл заветную дверь, был огромный камин, над огнем которого действительно висел на цепях внушительных размеров котел. Рядом на низенькой табуреточке сидел здоровенный мужик, голый по пояс, и деловито точил один об другой два длинных кривых ножа. Грудь его была не просто волосатой, но прямотаки каракулевой, как у породистой овцы.

— А вот и обед подоспел, — весело сообщил мужик Стасу.

Стас принюхался. Ничем съестным на кухне не пахло. В котел, видимо, только что залили воду. Может быть, для начала бутерброды дадут?

— И что сегодня на обед? — поинтересовался Стас, переступая низкий порожек, но на всякий случай держась поближе к двери.

— Глупый молочный Стасенок в томатном соусе, — ухмыльнулся мужик, вставая, и вдруг бросился на Стаса, норовя воткнуть ему в живот один из кривых ножей.

Ноги сами вынесли Стаса в коридорчик. Не оглядываясь, он отмахнулся от людоеда мечом, но, неловко зацепившись им за косяк двери, лишился своего единственного оружия.

— Врешь, не уйдешь! — гаркнул людоед, как показалось Стасу, над самым его ухом.

Возвращаться за мечом было бы самоубийством. Бежать обратно в холл, из которого так трудно попасть куда-нибудь еще, — глупо, там людоед сцапал бы его в три секунды. Оставалось уповать на то, что дверь, расположенная в дальнем торце коридорчика, окажется незапертой…

Сообразил все это Стас, уже захлопывая действительно оказавшуюся незапертой дверь за своей спиной.

Ни засова, ни ключа с другой стороны двери не было.

От тяжелой поступи людоеда дрожал пол.

Из комнаты, в которую попал Стас, вели в неизвестность четыре темных коридора. Он бросился в правый полусредний.

Миновав коридорчик, Стас открыл какую-то дверь и попал в альков, задрапированный красным шелком. На широком ложе, занимавшем добрую половину довольно просторной комнаты, лежала женщина в короткой ночной сорочке нежно-розового цвета. Левой рукой она подпирала голову, правая возлежала на бедре, подчеркивая крутизну его изгиба. Волосы незнакомки, как-то по-хитрому заплетенные в косички, торчали во все стороны, словно зубцы на короне статуи Свободы. Поначалу несколько испуганная внезапным появлением Стаса женщина, однако, быстро успокоилась. Одернув сорочку в тщетной надежде прикрыть колени — при этом сквозь полупрозрачную материю стали отчетливо видны ее груди с темными блямбочками сосков, — женщина зашептала горячим влажным шепотом:

— Иди сюда, мальчик… Тебе будет хорошо со мною…

Стас оглянулся на дверь. Она запиралась изнутри на толстый, в палец толщиной, железный засов.

Ну что же, гулять так гулять. Только пусть она вначале даст что-нибудь поесть.

Стас задвинул засов, и в ту же секунду в дверь с другой стороны бухнули чем-то тяжелым. Не иначе людоед попытался протаранить ее своим животом.

— Я тебя еще поймаю! — послышался его голос. — И зажарю на вертеле!

— Вначале поймай, — вяло огрызнулся Стас, с интересом разглядывая женщину. Ей было лет тридцать, не меньше. В общем, почти старуха. Но кожа ее была мраморно-белой, а лицо весьма и весьма красивым, и если бы не странная прическа…

Женщина откинулась на красные шелковые подушки и протянула к Стасу руки.

— Ну, иди же ко мне, мой повелитель! — пропела она голосом сирены.

Стас медленно подошел к ложу, чувствуя, что джинсы становятся ему тесны. Косички на голове женщины слабо шевелились. Утолщения на их кончиках при ближайшем в буквальном смысле рассмотрении оказались не украшениями, как подумал вначале Стас, а живыми змеиными головами, выпускающими и прячущими черные раздвоенные жала.

Стас отпрянул.

Женщина прыгнула на него с резвостью игривого котенка.

Стас бросился в угол комнаты, к шелковым красным портьерам — единственному месту в комнате, где могла быть вторая дверь. Первую, через которую он вошел, Стас при всем желании открыть уже не успел бы. К тому же, не исключено, там его подкарауливал людоед.

Стасу повезло — дверь за портьерой действительно была.

Дверь, закрытая на замок.

К счастью, изнутри он открывался без ключа, поворотом лилового диска с четырьмя выступами, на которые очень удобно ложились пальцы.

К несчастью, Стас крутанул диск против часовой стрелки, как и должен был открываться стандартный замок.

Однако замок оказался нестандартным.

Имевшиеся в распоряжении Стаса две секунды истекли. Поворачивая диск в противоположную сторону, он одновременно скользнул за портьеру вправо, максимально выпрямляя крутившую колесико левую руку. И правильно сделал: похотливая ведьма прямо сквозь красный шелк попыталась вонзить свои ногти-когти в спину ускользающей жертве, но поразила ими пустоту. Вернее, ее пальцы с противным металлическим скрежетом скользнули по поверхности двери.

Стас, оставив в покое уже повернутый до отказа диск, сильно дернул портьеру вниз, но сорвать ее с крючков и устроить тем самым ведьме «темную» ему не удалось. Тогда Стас рванул дверь на себя. Она ударила ведьму по рукам. Та жалобно ойкнула. Стас проскользнул в образовавшуюся щель, и дверь тут же с грохотом закрылась за ним: ведьма пыталась захлопнуть мышеловку.

«Точнее, мужеловку», — машинально отметил Стас, зыркая по сторонам.

Комната была небольшой. В каждой из трех ее стен было по входу в коридор и по окну. За одним из окон шумело море, за другим белели снежные шапки гор, за третьим шелестели деревья.

Стас выбрал коридор, который вел в лес.

Но никакого леса за коротким коридорчиком не было. А был холл, освещенный факелами, по которому бегал огромный тигр. Завидев человека, зверь бросился на него так стремительно, что Стас не успел даже испугаться. Даже глаза зажмурить не успел. К счастью, буквально в полуметре от жертвы тигр был остановлен стальной цепью, соединявшей надетый на него ошейник с вмурованным в стену кольцом.

Разочарованный рык потряс воздух.

С противоположной стороны холла была одна-единственная дверь. Над нею висела табличка «Оружие».

То что нужно. Но тигр…

Решение задачки оказалось простым. Скользнув вдоль стены до ближайшего факела, Стас вынул его из гнезда и, тыча огнем в морду недовольно зашипевшей кошки, проскользнул к двери с заманчивой надписью.

За незапертой дверью действительно было оружие. Арбалеты и луки, копья и секиры, шпаги и палаши. Маленькое корабельное орудие пиратских времен, тяжелое длинное ружье с сошкой, без опоры на которую из такой громадины невозможно прицелиться, пулемет «Максим» на железных колесиках, целый арсенал револьверов и наганов. А еще — гранатометы и базуки, пистолеты и пулеметы. Все аккуратно разложено на стеллажах, и под каждым образцом табличка, как в музее. Чтобы, значит, посетитель не перепутал мушкет с пищалью или бердыш с алебардой.

Завыла сирена, медленно меняя свой тон от низкого к высокому, и Стас понял: время, отведенное для выбора оружия, ограничено. Не выпуская из правой руки факел, Стас сунул за пояс джинсов кинжал в ножнах, набросил на плечо кобуру с «вальтером», у которого, как он слышал, обойма на 16 патронов, взял в левую руку автомат Калашникова. И опрометью бросился к двери: тон сирены уже подбирался к ультразвуку.

Дверь не открывалась.

Стас отступил на шаг и только теперь заметил на внутренней стороне двери две надписи. Первая предупреждала: «Не стреляй в тигра! Тебе же хуже будет!» Вторая ограничивала: «Разрешается вынос только одной единицы оружия».

От почти уже неслышимого, но тем не менее пронзительного писка сирены начали болеть уши. Стас швырнул на ближайший стеллаж автомат, отправил туда же кинжал и снова бросился к двери.

На этот раз она открылась.

Отпугивая факелом тигра и придерживая левой рукой тяжелую кобуру с пистолетом, Стас добежал до стены, которая была вне досягаемости зверя, вернул факел на место, аккуратно застегнул ремешки наплечной кобуры и вынул из нее пистолет. Он был очень похож на настоящий, только над рукояткой с левой стороны почему-то вспыхивал и гас зеленый глазок светодиода. Стас взвел затвор, мысленно помянув добрым словом отставного полковника Канаева, который вел у них в школе начальную военную подготовку, и снял пистолет с предохранителя. Готовый к встрече хоть с людоедом, хоть с ведьмой, а также с ними обоими и мантикором в придачу, Стас открыл дверь, ведущую в холл с тремя окнами.

Но никаких окон в холле не было. И вообще это был теперь не холл, а всего лишь длинный узкий коридор. В конце его Стас обнаружил то, что давно уже подсознательно искал: две двери со стилизованными изображениями мужской и женской фигур.

Наконец-то!

Стас открыл «свою» дверь. За нею был стандартный туалет, освещенный лампами дневного света: в крохотном предбанничке голубая раковина с никелированными кранами, за второй дверью — голубого же цвета унитаз.

Уф, кайф!

Освободив мочевой пузырь, Стас повеселел. Голод, правда, набросился на него с новой силой, но Стас не унывал. Теперь, с пистолетом в руках, можно смело идти на кухню. Помнится, там, кроме камина с котлом, был еще и холодильник. А в холодильнике, как известно, почти всегда бывает какая-то еда.


Глава 2. ВЛАДА

Все началось вскоре после возвращения Влады из Болгарии.

Отдохнули они замечательно. Папа в этом году особенно постарался: и домик их стоял на самом берегу моря, и фруктов было вдоволь, и в дорогие рестораны они три раза ходили. А уж за мамой он ухаживал… Правду говорят: седина в голову, бес в ребро. Очень хорошо, просто замечательно, что на этот раз бес ошибся и заставил папу снова влюбиться в маму.

Едва отдохнув после дороги и приведя себя в порядок, Влада включила «Пень», влезла в Интернет и на доске объявлений игрового сайта http://www.game-exe.ru/ среди сообщений типа:


20.07. 200? 12:16:49 Necroborg, Ё-бург, Скиталец-по-пустыне. Внимание меняю минигун Виндикатор и М60 на BOZAR с полным магазином, анклавовцев просьба не беспокоится Казино Мордино в Нью-рено ваш лучший выбор!!


20.07. 200? 2:24:18 Seal, Владивосток, Хрен его знает… Не подскажет ли кто откуда можно скачать BattleShip ломаный. Игруля старая, и уже не купишь на рынке… Thanxxx.


обнаружила баннер с тремя сменяющими друг дружку строчками:


Если ты крутой геймер и хочешь…

сразиться в Quake IV с самим Молотильщиком…

за приз в $15 тыс. — жми сюда!!!


Влада не считала себя крутым геймером — не женское это дело, — но иногда играла с кем-нибудь по Сети, а четвертая «Квака» была ее любимой «стрелялкой».

Недолго думая, Влада нажала на кнопку.

Прежде чем ее выпустили на «поляну», пришлось зарегистрироваться. Имя своему персонажу Влада выбрала простое — Gearl. Она, конечно, знала, что на противника еще до схватки нужно оказывать психологическое давление, потому геймеры и выбирают имена типа «Бессмертный», «Молотильщик», «Терминатор». Но у нее была другая тактика. Поверив, что перед ним девчонка (никакого, кстати, обмана!), противник начинал играть вполсилы или даже, проявляя благородство, не сразу стрелял из выгодной позиции. За что и бывал мгновенно наказан; Влада промедления не прощала.

Реагировали на проигрыш противники по-разному. Кто-то злился и требовал реванша, на что Влада никогда не соглашалась, некоторые пытались с нею познакомиться поближе — вначале виртуально, через Интернет, потом и реально. Виртуально Влада знакомилась охотно, реально — никогда. Мало ли на кого можно нарваться. Поклонников у нее и без того хватало. Мальчики из очень приличных семей наперебой за нею ухаживали и пытались затащить в свою постель, так что знакомиться через Интернет не было никакой необходимости.

Уловка сработала и на этот раз: Влада хоть и с трудом, но победила в раунде аж с четырьмя участниками.

— Йес! — крикнула она, вскакивая с удобного «компьютерного» кресла.

На этот вопль в комнату заглянула мама.

— Ага, мы тут с папой вещи распаковывать умаялись, в ванной гора стирки как-то незаметно образовалась, а наша ненаглядная дочь гоняется за монстрами!

— Я сейчас, мам… Только запишусь в таблицу…

Влада помогла маме разобрать шмотки, запустила стиральную машину. Полгода назад папа научил ее включать-выключать чудо-технику «Бош», и Влада с удовольствием освободила отца от обязанностей «машинной прачки». Решив, что вполне заслужила право на отдых, Влада вновь погрузилась в сетевую игру.

На этот раз ее убили — правда, последней в раунде. Но среднее количество набранных по двум играм очков позволило ей войти в двадцатку лидеров.

— Па, ты посмотри! Я стреляю лучше, чем полсотни мальчишек! — позвала Влада отца. — Из семидесяти трех зарегистрированных у меня девятнадцатое место! Вот, видишь, Терла — это я.

Отец, смотревший в это время на монитор, поморщился: молодежного, а тем более хакерского сленга он не любил.

— У тебя очень редкое имя, — усмехнулся он.

— Да, от всех этих «костоломов», «потрошителей», «крутых» и «кулаков» май нэйм отличается довольно сильно.

— Благодаря чему ты получаешь фору в несколько секунд, так? — догадался отец.

— Скорее, мгновений. Но мне этого вполне хватает.

— Сыночек мой Владушка… — прижал отец ее голову к своей груди. — Наверное, я неправильно тебя воспитывал, раз ты играешь в мальчишеские игры!

Влада знала: отец много лет мечтал о сыне, но мама после первых родов долго болела, потом лечилась, однако родить любимому мужу наследника так и не смогла. И отец как-то незаметно для самого себя (но не для мамы, конечно) научил дочь пользоваться домашней техникой и даже кое-что чинить, хорошо плавать и нырять, кататься на горных и водных лыжах и даже погружаться на дно Черного моря с аквалангом.

— Ну что ты, пап… — Влада обняла отца. — Наоборот, у меня много друзей-мальчишек как раз потому, что я могу с ними на равных и про компьютеры говорить, и про подводную охоту, и вкусняцкий салат приготовить при необходимости.

— А вот это уже заслуга мамы. Кстати, у нас ужин сегодня будет или нет? Что-то я проголодался с дороги.

— Будет, будет! Вот им-то я сейчас и займусь!

На другой день Влада еще трижды вступала в схватку сразу с тремя противниками — по принципу «все против всех» — и поднялась аж до восьмого места. Но потом они с мамой уехали на дачу. Ноутбук она с собой, конечно, взяла, но выходить в Интернет через сотовый телефон не стала — это было дороговато даже для ее отца-банкира. Так что об онлайновых играх пришлось на неделю забыть.

Вернувшись, Влада с удивлением обнаружила в своей электронной почте любопытное сообщение:


От: kuklovod@yahoo.com

Кому: vlada-S@hotmail.com

Тема: Приглашение участвовать в сборах

Приветствуем тебя, Vlada-S!

И с огромным удовольствием сообщаем, что ты вошла (надеемся, мы правильно обращаемся к тебе в женском роде?) в десятку лучших. Поэтому приглашаем тебя потренироваться в составе сборной страны. Тренировки продлятся две-три недели в живописнейшем уголке Подмосковья. По результатам сборов двое лучших геймеров отправятся в USA, на Первый международный турнир по виртуальным играм.

Что произойдет, если именно тебя выберут для поездки в Штаты? Тебя ждут слава, деньги (немалые, надо сказать!) и, вполне возможно, выгодные контракты!

Но даже если ты не станешь одной из двух, впереди у тебя — незабываемые впечатления! Целых две недели ты будешь бесплатно играть в новейшую виртуальную игру (бета-версия, последнее тестирование), о которой большинство твоих сверстников даже не слышали. И неудивительно — фирма-производитель готовит ее выпуск в строжайшей тайне. После появления этой игрули на рынке и «Quake IV», и все остальные трехмерные игры станут вчерашним днем. Будущее — за виртуальными играми, и первая из них… Впрочем, мы не имеем права разглашать название Игры.

Ты еще раздумываешь?!

Сообщай о согласии немедленно!

Но предупреждаем: если в течение 48 часов после отправки этого сообщения ты не вышлешь подтверждение, твое место немедленно займет другой участник.

Начало сборов 3 августа, завершение 3—24 августа, в зависимости от показываемых результатов.

Итак, ждем!


— Йес! — снова завопила Влада, вскакивая с кресла. И тут же плюхнулась обратно.

А мама? А папа? Если они и отпускали от себя на непродолжительное время любимую дочь, то лишь с ближайшими родственниками или со своими лучшими друзьями Лымаревыми. Но ни тетю, ни Лымаревых на сборах явно не ждут. Что же делать?

Влада щелкнула правой кнопкой мыши, выбрала в открывшемся меню пункт «Свойства».

Сообщение было отправлено 27 июля в 12:40. Часы в правом нижнем углу экрана показывали 12:10. Влада навела на них указатель мыши. Появилась дата: 29 июля сего года.

За полчаса уговорить маму? Немыслимо.

Но если начать с папы…

Отец, привезя с дачи жену и дочь, собирался на работу, но, к счастью, еще не уехал.

— Па, посмотри, как мне повезло! — позвала его в свою комнату Влада. Отец, хоть и листал в это время с озабоченным лицом какие-то документы, решил разделить радость дочери.

— Представляешь, у меня есть шанс поиграть в новейшую виртуалку! Бесплатно! С лучшими геймерами страны! Да еще, если повезет, в Америку смотаться! — сыпала Влада, не давая отцу толком прочитать сообщение.

— Погоди, не тараторь…

Отец привык во всем разбираться сам. Собственно, именно благодаря этой черте характера ему в свое время и предложили управлять «Мосакадембанком».

— Насколько я знаю, всякие сборы предполагают отрыв, так сказать, от семьи. То есть тебе и жить эти две-три недели придется в каком-то санатории или доме отдыха. А мама?

— Одна я ее, конечно, не уговорю, — печально вздохнула Влада. — Но если ты мне поможешь… — положила она руки на отцовские плечи.

— Мы с мамой будем очень по тебе скучать… — не решался принять сторону дочери отец.

— Я буду звонить вам каждый день и обо всем рассказывать! И школу с медалью обещаю окончить! — выложила Влада самый главный свой козырь. — Ну, пап… Вы с мамой как раз думали, как бы сделать интересными мои последние школьные каникулы. Вот Болгария плюс сборы — самое лучшее сочетание клавиш! Соглашайся, пап… Только побыстрее — у нас осталось пятнадцать минут.

— Хорошо. Идем попытаемся уговорить маму.

— Йес! — повисла Влада у отца на шее.

— Погоди, рано радуешься. Мама не такая слабовольная, как я, — ворчал отец по дороге на кухню.

— Ты не слабовольный, ты добрый, а это разные вещи, — утешала его Влада, чувствуя себя победительницей. — И хорошо меня понимаешь, иногда лучше даже, чем мама.

— Это кто там к отцу подлизывается? И по какому поводу? — возмутилась слышавшая последнюю реплику мать.

Она стояла у плиты и снимала пробу с борща: спешила накормить мужа обедом, прежде чем он уедет на работу.

— Да вот… Оказалось, у нашей дочери — недюжинные способности к компьютерным играм…

— Нет бы к чему серьезному! — нахмурилась мама, закрывая кастрюлю и выключая конфорку.

— …И ее пригласили в сборную страны, готовиться к международным соревнованиям, — продолжил отец, беря Владу за плечи и выставляя вперед.

Влада скромно потупила взор.

— Все это замечательно, — насторожилась мать. — Но судя по тому, что ты прячешься за спину дочери, произошел очередной Мюнхенский сговор. Так, отец?

— Ну, мы посовещались и достигли консенсуса в одном важном вопросе…

— В каком же?

Мать переводила взгляд с мужа на дочь и обратно. Она прекрасно знала: их построение тандемом не сулит ничего хорошего. Многолетний опыт показывал: этот тандем имеет силу тарана, способного сломить ее самое упорное сопротивление.

— Мамочка, я об этом всю жизнь мечтала! Представляешь, сборная страны! Пусть не по плаванию и не по горным лыжам, но все равно — сборная! И в Штаты есть шанс зарулить…

— Что, где, когда? — почти смирилась с неизбежным мать.

— Наша любимая дочь собирается покинуть нас на целых две недели… — вздохнул отец. — Уезжает на сборы для подготовки к олимпийским — ах нет, пока только компьютерным! — играм.

— Так олимпийским или компьютерным? — нахмурилась мать.

— Их пока еще не ввели в программу олимпиады, но после того, как наша дочь завоюет первый приз, не сомневаюсь, введут! — очень серьезно сказал отец.

— Опять зрение портить и в мальчишку превращаться… — покачала головой мать и укоризненно посмотрела на отца. Влада знала, это у них давний неразрешимый спор — воспитывать дочь сугубо как будущую жену и мать или как «эмансипированную гермафродитку»? Обидный термин придумала мама. Она была уверена, что не женское это дело — руководить, служить в армии, заниматься политикой и мужскими видами спорта. К последним она относила и компьютерные игры — ведь в них играли в основном мальчишки.

— Зато после сборов я сама свяжу себе свитер и буду каждый день готовить обед, — пришла Влада на выручку отцу. — И брюки… до самого Нового года ни разу не надену! Только юбки и платья!

— Мы по тебе скучать будем… — вяло сопротивлялась мать.

— Я буду каждый день звонить! По два раза!

— А я лично проверю, все ли у них нормально организовано. Окончательный вердикт будет положительным только в случае, если устроители — солидные люди, умеющие предусмотреть и исключить все неожиданности, — закончил отец.

— Через четыре минуты я должна подтвердить согласие. Ну, мам? — взяла Влада одной рукой под руку мать, другой отца.

— Ты уверен, что… — попыталась мать задержаться на последнем рубеже.

— Уверен, уверен, — ответила дочь за отца. — Да и мне уже не двенадцать лет!

— А всего лишь семнадцать… — вздохнула мать.

— Ура!! — попыталась Влада закружить родителей в хороводе.

— Осторожнее! Слон, газель и лань в посудной лавке! Все тарелки разобьете! — притворно сердилась мама.

Чмокнув обоих в щеки, Влада умчалась в свою комнату — подтверждать участие в сборах.

Через день она получила следующее сообщение:


От: kuklovod@yahoo.com

Кому: vlada-s@hotmail.com

Тема: Начало сборов

Приветствуем тебя, Vlada-S!

Для участия в сборах тебе необходимо явиться по указанному ниже адресу 3 августа ровно в 10 часов утра. Любое опоздание будет квалифицироваться как отказ от участия в сборах. С собой необходимо иметь немного денег и трехдневный запас продуктов, 2–3 пары белья, домашнюю одежду, вечернее платье и предметы личной гигиены — в общем, все как для курорта. Желаем успеха!

WBR, Герман Кукловодов, главный распорядитель.

Собиралась Влада недолго — она совсем недавно приехала с курорта, одежда была только что перестирана и переглажена. Продукты выделила мама.

— Что это за курорт такой, где не кормят… — ворчала она, вытирая посуду.

— Наверное, для поддержания спортивной формы и сплочения команды будет организован трехдневный пеший поход, — предположила Влада, расставляя тарелки. — С палатками, гитарой у костра… Я ни разу в походе не была!

— Романтики захотелось? Ну-ну… — усмехнулась мать. — Подгорелой каши без соли и чтобы через дырявую палатку на спальник всю ночь вода капала?

— Когда-то тебе это нравилось…

Влада знала — мама с папой познакомились в таком вот походе. Палатка протекала, мамин спальник промок, папа любезно предложил ей свой, а сам попытался высушить мамин у костра. Но дождь хлынул снова, мама папу пожалела и сказала, что спальник достаточно просторен для двоих. Папа оказался джентльменом и никаких вольностей себе не позволил. Маму, которая накануне не обращала на папу никакого внимания, это задело. Она бы, конечно, дала папе по рукам, но не без повода же! В общем, с той целомудренной ночи у них все и началось…

— Мы студентами были, о курортах понятия не имели. Сейчас бы я ни за какие коврижки…

— Даже вместе со мной и с папой? — не поверила Влада.

— Ну, если сзади джип будет везти рюкзаки и мне не придется готовить на костре… — заколебалась мама.

— Ура! В следующем году берем туристические путевки! — захлопала в ладоши Влада.

— Но-но! Я этого не говорила! И потом, в следующем году ты будешь куда-нибудь поступать, — напомнила мама, снимая передник. — А ты пока так и не решила куда.

— Еще успею выбрать, — беспечно ответила Влада. Училась она на одни пятерки и в том, что получит «верхнее», как говорила мама, образование, была вполне уверена. А какое именно — не столь уж и важно. Вон папа был инженером-физиком, а стал банкиром. Жизнь сейчас быстро меняется…


Глава 3. ВЛАДА

Провожал Владу на сборы, конечно же, папа.

Отцовский «пассат» остановился в Замоскворечье возле обыкновенного жилого дома. Указанная квартира была на первом этаже. Ее явно только что отремонтировали — дверь весело блестела лаком, а в коридоре витали запахи клея, шпаклевки и краски.

«3D-Action» — значилось на новенькой металлической табличке.

— Это, наверное, название фирмы-спонсора, — догадался отец. — Посмотрим, что за фирма, что за люди…

Он нажал на кнопку звонка. Мелодично прозвенел колокольчик, дверь тотчас отворилась. Не открылась, а именно отворилась, как отворяются все модные нынче бронедвери. На пороге стоял молодой бородатый мужчина в темных очках. Широкие покатые плечи, плотный торс не оставляли сомнений в том, что это либо борец, либо штангист, либо просто качок, переставший тренироваться и начавший быстро толстеть.

Борода у него была замечательная: росла чуть ли не от самых глаз и была широкой и обильной, словно Волга в нижнем течении.

— Здравствуйте, — слегка поклонился отец. — Мы по поводу сборов.

— Проходите, проходите, — гостеприимно улыбнулся бородач. — Это, должно быть, Влада Эс? — перевел он непроницаемый взгляд на Владу. — Полагаю, в скором времени вы станете по крайней мере призером соревнований! А это ваш… — слегка замялся бородач.

— Мой отец, — не сразу поняла Влада причину заминки. А, вот в чем дело: папа не пьет, не курит, раз в неделю ходит в тренажерный зал и раз в сауну, выглядит лет на пять моложе своего возраста, и открывший им дверь мужчина решил…

Влада улыбнулась.

— Проходите, пожалуйста, — посторонился бородатый, и Влада вслед за отцом вошла в офис. Три стола с компьютерами, радиотелефон, у окна — пальма, растущая не в кадке, а в огромной керамической вазе.

Никого, кроме бородача, в офисе не было. Может быть, остальные сотрудники в других комнатах? Как бы там ни было, выглядит офис хоть и не так, как отцовский кабинет в банке, но весьма солидно. У предков не должно быть поводов для беспокойства.

— Позвольте представиться: Сабельников Юрий Гурьевич, — протянул отец мгновенно появившуюся в его руке визитку, едва они сели в удобные кожаные кресла.

Бородач в свою очередь выудил из письменного прибора визитку, протянул отцу.

— Кукловодов Герман Фрицевич, заместитель директора фирмы «Три-Ди-Экшн».

Влада чуть не прыснула.

Герман Фрицевич — это почти что Немец Немецкович. Прикольное, однако, имя выбрали Кукловодову родители!

— Очень приятно, — протянул руку отец, приподнявшись с кресла.

— Рад познакомиться, — заулыбался Герман Фрицевич.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Извините, у нас тут накладочка произошла, — начал сразу же оправдываться Кукловодов. — Секретарь неправильно указала в «мыле» время прибытия. Всех остальных участников мы уже отправили, я задержался специально для того, чтобы встретить вашу дочь.

— Отправили — куда? — насторожился отец.

— В дом отдыха, недалеко от Архангельского. Там чудесные условия — лес, воздух чистый, шеф-повар до пенсии в столовой госдумы работал… Вашей дочери очень, очень повезло! — позавидовал Владе Герман Фрицевич.

— Как долго продлятся сборы?

— Один день или две-три недели, в зависимости от результатов. Из десяти оставшихся после выполнения первого задания претендентов четверых мы отсеем через неделю, вторую четверку — через две, а пару победителей будем тренировать еще неделю.

— Я смогу навестить свою дочь? — не успокаивался отец.

— Конечно! Никаких проблем! Единственное «но» — захочет ли этого Влада!

— Почему нет? — насторожился отец.

Наверняка он подумал о «Белом братстве» или «АУМ синрикё». Папа много раз предостерегал Владу от контактов с группами и обществами, занимающимися модификацией сознания. «Если куда и идти за утешением, так только в православный храм, — убеждал он дочь. — Но прежде всего — К нам с мамой. Нет такого вопроса, в котором мы тебя не поняли бы или вынудили бы поступать так, как тебе не хочется. Нам бы очень не хотелось, скажем, чтобы ты вышла замуж за алкоголика и тем более наркомана, но даже если такое случится — из беды мы будем выбираться все вместе».

— Для того чтобы Влада смогла побыть с вами, нам придется остановить игру. Вряд ли это понравится остальным участникам, и на вашу дочь станут поглядывать косо. Кроме того, маменькиных сынков вообще не жалуют в молодежных компаниях.

— Влада — девушка! — улыбнулся отец.

— Единственная из всех участников. Геймеры, кстати, с некоторым предубеждением относятся к девушкам. После работы, за кружкой пива — с удовольствием поболтают и поухаживают, но пускать их в святая святых, на арену «Квэйка» или даже просто за компьютер…

— Потому что некоторые девушки прекрасно знают цену и геймерам, и их любимому занятию, — ввернула Влада. — А больше этим придаткам компьютеров похвастать нечем.

— Совершенно верно, — согласился Кукловодов. — Может быть, вам будет достаточно ежедневных телефонных звонков от любимой дочери?

Отец вопросительно посмотрел на Владу.

— Торжественно обещаю: буду звонить каждый день по два раза, вздумают обижать — немедленно сбегу и позвоню из ближайшего автомата, — пообещала Влада.

— Ну, если по два раза…

Отец хотел спросить что-то еще, но Кукловодов уже встал со стильного вертящегося кресла.

— Вы сможете в любой момент позвонить мне по указанному в визитке телефону и получить исчерпывающий ответ на любой вопрос. То же самое относится к вашей жене. А сейчас, извините, мы должны ехать.

Отец взглянул на часы.

— Да и мне уже пора на работу…

Они покинули офис. Кукловодов закрыл бронированную дверь на два замка.

У подъезда его и Владу ждала темно-вишневая «мазда», явно не последнего года выпуска.

Кукловодов помог отцу переложить из машины в совершенно пустой багажник «мазды» Владин довольно-таки объемистый рюкзак. Отец, попрощавшись с Германом Фрицевичем за руку и поцеловав Владу, не таясь посмотрел на номер «мазды», демонстративно занес его в электронную записную книжку и лишь после этого сел в свой «фольксваген-пассат».

Кукловодов галантно помог сесть Владе, отрегулировал сиденье, чтобы ей было удобно, не торопясь обошел машину спереди и угнездился на месте водителя. Отец, не дождавшись их, бибикнул на прощание и уехал. Герман Фрицевич просигналил в ответ.

— Ну что, сборы начинаются? — усмехнулся он, доставая с заднего сиденья объемистый полиэтиленовый пакет.

В пакете был шлем от виртуалки, наверняка новейшей модели. Во всяком случае, даже на последней выставке ничего подобного не было. Кроме того, здесь были манжеты виртуального скафандра — наколенные, для локтей и для запястий.

— Знаешь, что это?

— А то… Но такого скафа я еще не видела.

— Мы не имели права нарушить один пунктик договора, когда давали первое объявление в Интернете, — пояснил Кукловодов, протягивая шлем и манжеты Владе. — Но теперь я с удовольствием подтверждаю то, что сообщал «мылом»: соревнования будут не по «Квэйку-четыре», а по новейшей виртуальной игре, которая пока не известна ни в России, ни в Америке.

— Почему? — не поняла Влада. — Обычно новые игры начинают рекламировать задолго до их выброса на рынок.

— Во время презентации игры одновременно будут проведены и первые международные соревнования. А зрители смогут видеть то же самое, что и участники игры, на огромных дисплеях. Паттерн будет настолько крутым, что заказы на игрулю и хард к ней превысят возможности производства, начнется ажиотаж… Надевай, надевай!

Влада, разобравшись с манжетами, довольно быстро застегнула их, благо была в юбке, а не в джинсах, потом надела шлем. Был он очень удобен и почти не ощущался на голове. Стекла шлема были темными, как в солнцезащитных очках, и Влада прекрасно видела волосатую руку Кукловодова, лениво потянувшуюся к автомагнитоле. У нее почему-то не было ручек управления, только пара кнопок, зато ЖК-дисплей был необычно большим. Жирный палец Кукловодова нажал на левую кнопку. Из-под дисплея выдвинулась клавиатура.

«Да это же бортовой компьютер! — ахнула про себя Влада. — В старой «мазде» — и такое чудо! Даже в «мерседесах» такие не устанавливают, только в лимузинах…»

Впрочем, в лимузинах Владе ездить пока не приходилось, и о том, какие компьютеры устанавливают в этих длинных, похожих на акул чудовищах, она могла только догадываться.

Кукловодов нажал пару клавиш, стекла Владиного шлема резко потемнели, через пару секунд вновь стали полупрозрачными, но…

От неожиданности Влада вскрикнула.

Мир волшебным образом переменился. И даже не волшебным, а сказочным. Потому что все, что было раньше (старенькая «мазда», плотно сбитый Кукловодов и даже урбанистический пейзаж за окнами автомобиля), исчезло. И теперь Влада ехала в старинном открытом экипаже — тарантасе, что ли? — запряженном четверкой лошадей. На голове у каждой покачивался белый султан, а дорогая сбруя посверкивала в лучах солнца если не золотом и алмазами, то, во всяком случае, серебряными насечками. На облучке сидел бородатый возница в синем кафтане; вокруг простирались поля, на которых работали крестьяне.

Конечно, разрешение микроэкранов шлема не было идеальным, и, присмотревшись, Влада могла видеть многоугольники-полигоны, из которых строилось изображение, а некоторые мелкие детали и вовсе съедались, терялись среди пикселов экрана. Точно так же можно, задавшись такой целью, видеть на экране телевизора не изображение, а строки растра. Но разве нормальный человек, усевшись перед ящиком, обращает внимание на развертку? Точно так же всякий нормальный геймер уже через минуту-другую, даже на паршивом мониторе и при никудышной графической карте, видит не полигоны и пикселы, но интерьеры, пейзажи и, главное, персонажей игры, которых нужно убивать или с которыми, наоборот, следует сотрудничать.

Уже через несколько секунд Влада полностью погрузилась в сказочный мир. Он настолько понравился ей, что, не сдержав эмоций, она весело рассмеялась.

— Мы едем в замок страшного людоеда, — покосившись на нее, сказал возница голосом Кукловодова. — Еще ни один Кот-в-Сапогах не уходил из этого замка живым. А уж о принцессах и говорить нечего. Людоед обожает деликатесное мясо!

— Подавится. Или зубы сломает. Я костлявая… — ни капельки не обиделась на сомнительного качества шутку Влада.

— Все подданные людоеда мечтают об избавителе. Или о прекрасной избавительнице, — добавил возница, оглядывая Владу с ног до головы. Именно в такой последовательности: вначале ноги, потом грудь и лишь в конце — лицо. Впрочем, оно было почти полностью скрыто шлемом, а жаль. Будь иначе, и последовательность осмотра была бы другой. Хотя претензий к собственным ногам у Влады тоже не было.

— Им совсем недолго осталось ждать. Мы скоро приедем?

— Минут через пятнадцать.

Возница без видимых причин остановил тарантас, потом свернул прямо в поле, на котором крестьяне серпами жали то ли рожь, то ли пшеницу. Впрочем, перед лошадьми сразу же нарисовалась проселочная дорога, ровная как стрела.

«Автомобиль остановился на перекрестке и свернул направо, — догадалась Влада. — А бортовой компьютер немедленно отреагировал на это».

Тарантас вновь остановился, потом медленно тронулся. Его дважды ощутимо тряхнуло, хотя никаких выбоин на дороге не было. Раздался звонок, невидимые железные колеса прогрохотали по невидимым рельсам — где-то рядом проехал трамвай. Явственно ощущался запах бензиновой гари, довольно часто слышались гудки автомобилей, но Влада не обращала на это внимания. Она по мановению волшебной палочки стала принцессой и ехала в замок воевать со страшным людоедом; все остальное перестало для нее существовать.

Тарантас еще несколько раз поворачивал то влево, то вправо, и каждый раз перед ним в чистом поле или в лесу мгновенно прокладывалась ровная, как учительская указка, дорога. А вскоре впереди показались и зубчатые башни замка. Было их четыре; над каждой возвышался конусообразный шатер со шпилем. Над шпилями темными силуэтами застыли флюгера — один в виде петушка, другой копировал кораблик Адмиралтейства, третий изображал Буратино, четвертый, насколько поняла Влада, — Мальвину, девочку с голубыми волосами.

Тарантас подъехал к воротам замка, повернул, плавно притормозил.

— Ну вот, принцесса, приехали, — сказал возница, слезая с облучка. — Подождите, сейчас я помогу вам выйти.

Он обошел повозку сзади, открыл низенькую дверцу, протянул руку.

— Осторожно… Земля ближе, чем кажется…

И действительно, асфальт (в виртуальности он выглядел как булыжная мостовая) оказался ближе, чем показывали очки шлема.

— Старинные экипажи гораздо выше, чем современные, — оправдывался Кукловодов. — Наш программист пока еще не решил проблему стыковки.

Картинка на микроэкранах шлема, на мгновение исчезнув, тут же вернулась и теперь почти полностью соответствовала реальности. Во всяком случае, Влада, отпустив руку своего провожатого, чувствовала себя вполне уверенно.

— Не забудьте свои вещички. Они вам еще пригодятся, — напомнил Кукловодов и помог «принцессе» надеть рюкзак.

Влада усмехнулась.

Мог бы и в замок рюкзак отнести, рученьки не отсохли бы. Но, может быть, это не разрешается правилами игры? Ведь она уже началась…

Буркнув: «Спасибо, вы очень любезны!» — Влада подошла к широким воротам замка. Они были плотно закрыты. Влада оглянулась на Кукловодова. Тот поспешно поднял обе руки вверх.

— Игра уже началась, ваше высочество! Теперь все зависит от храбрости и сообразительности принцессы!

Он отступил к экипажу. Передняя лошадь нервно била копытом; в такт движению ее ноги покачивался высокий белый султан.

Влада повернулась лицом к воротам замка. В их левую створку была встроена дверь привычных размеров, украшенная львиной головой. В пасти лев держал широкое медное кольцо.

Недолго думая, Влада трижды ударила кольцом по медной пластине, прибитой огромными гвоздями под головой льва.

Дверь со скрипом отворилась.

— Позвольте дать вам маленький совет, — услышала Влада голос Кукловодова. — Когда на экране появятся мешающие полоски, постарайтесь их убрать.

— Какие полоски? Как убрать? — не поняла Влада.

— Какие — это вы скоро увидите. А вот как… На этот вопрос ответить сложнее. Силой воли. Изменением состояния сознания. Категорическим императивом. Просто несгибаемым намерением, в конце концов! — выдал сразу несколько рецептов Кукловодов. — Может быть, ты найдешь какой-то свой, оригинальный метод. А теперь вдобавок к маленькому даю большой и очень ценный совет: если полоски случайно исчезнут с экранов, попробуй вернуться к тому внутреннему состоянию, при котором это произошло, и тогда они вновь исчезнут. Я уверен, у тебя получится!

— Это что, первое задание? — спросила Влада.

— Первое и самое главное. Удачной игры! — пожелал Кукловодов и замолчал; почти сразу же послышался шелест шин отъезжающей «мазды». Но все это было уже где-то там, далеко, вне сказочной виртуальности, которая отныне стала для Влады единственной и желанной реальностью.

Она смело перешагнула порог и очутилась в просторном холле. Он скудно освещался через два узких окна, и если бы не четыре горящих факела, укрепленных на стенах в специальных гнездах, в холле было бы совсем темно.

Прямо перед Владой темнели три двери — естественно, плотно закрытые. Надписи над левой и правой ни о чем не говорили; что такое мантикор, Влада тоже не знала.

Для того чтобы открыть какую-нибудь из дверей, наверняка нужно совершить маленький подвиг — например, перестрелять десяток монстров. Да, но где взять оружие?

Позади Влады что-то громко хлопнуло, и она в испуге обернулась. Но это всего лишь закрылась входная дверь. Тотчас на противоположной стене, над тремя другими дверьми, вспыхнула надпись: «Игра началась! Шлем снимать запрещается!»

Ну, запрещается так запрещается. Что дальше-то делать?

Инструкций Влада ждала минуты две. Убедившись, что с таким же успехом можно ждать троекратного свиста рака, непонятно зачем забравшегося на гору, она подошла к первой двери и подергала за медную кошачью лапу, заменявшую ручку.

Дверь не открылась.

Не открылись и две другие двери, а по краям микроэкранов-очков действительно появились белые полоски, похожие на два перехода-«зебры». Они оставляли свободным только центр экрана и мешали, словно бельмо на глазу.

Владе захотелось немедленно снять шлем и протереть очки носовым платочком. Но вместо этого она сняла надоевший рюкзак и пристроила его на полу возле стены.

Что там говорил Кукловодов про полоски? Их можно убрать силой воли или приказом. А еще очень сильным желанием.

Полоски очень мешали. Влада очень захотела их убрать. Но они, словно издеваясь над нею, плясали перед глазами, практически полностью лишая ее бокового зрения. А ведь монстры всегда выскакивают сбоку или из-за спины!

Влада заметила, что, когда она смотрит именно на полоски, они становятся шире и насыщенней. Но если, рассредоточив взгляд, она начинала смотреть на полоски боковым зрением, они вроде бы сужались и становились полупрозрачными.

Поэкспериментировав с полосками минут пятнадцать — двадцать, Влада научилась делать их узкими и почти прозрачными, а один раз они даже вообще исчезли с экранов.

Она попробовала вспомнить, что в тот момент чувствовала или хотя бы о чем думала, но полупрозрачные полоски по прежнему мешали. Пришлось возобновить эксперименты. И в конце концов полоски не выдержали натиска, сдались!

Можно было приступать к следующему заданию. Только в чем оно состоит?

Обрадованная Влада вернулась на середину холла, внимательно осмотрела его весь в поисках хоть какой-то подсказки.

Два высоких окна, четыре факела на каменных стенах, три закрытые двери, средняя из которых — двустворчатая. Пол тоже каменный, выложен квадратными плитами серого цвета. Некоторые из них чуть темнее, чем другие. Может быть, здесь зацепка?

Более темные плиты тянулись двумя диагональными полосами из угла в угол, пересекаясь в центре.

Влада наступила на ближайшую темную плиту, но ничего не произошло. Переходя с одной темно-серой плиты на другую, она дошла до центра холла, двинулась было дальше, но, заметив боковым зрением какое-то движение, остановилась и огляделась.

Ничего. Все те же окна, все те же факелы…

Влада вернулась на несколько плит обратно, вновь двинулась к центру холла.

Ага, вот! Когда наступаешь на центральную плиту, в стене между окнами открывается ниша, в которой сверкают серебристый меч и большой золотой ключ. Но когда сходишь с плиты, ниша закрывается!

Влада дважды попыталась, спрыгнув с центральной плиты, добежать до стены и схватить меч, пока ниша не закрылась, но это оказалось невозможным: каменные створки сдвигались почти мгновенно!

Что же делать?

Влада вернулась на центральную плиту. Ниша послушно открылась.

Интересно, сколько времени дают на решение этой задачи? Через сколько минут одна из дверей откроется, из нее выскочит какой-нибудь монстр и… Значит, прежде всего нужно хватать меч.

Влада задумалась.

Она должна была одновременно быть на центральном квадрате и возле стены. Как в русских сказках — не одетой и не голой, не верхом и не пешей и… что там дальше-то? Ни с подарком, ни без подарка.

Но почему в центре зала обязательно должна быть именно она сама? Может быть, достаточно положить на центральную плиту что-нибудь тяжелое, например, несколько факелов или…

Или рюкзак!

Как хорошо, что мама, вопреки протестам Влады, запихнула в рюкзак и колбасу, и сыр, и даже баночку варенья! Может быть, как раз вес этой баночки и станет решающим!

Влада перетащила рюкзак на центральную плиту, медленно сошла с нее…

Ниша осталась открытой.

— Йес! — завопила Влада, бросаясь к вожделенным мечу и ключу, как бросается грабитель к золоту и серебру.

Меч, как она и ожидала, оказался не очень тяжелым, можно сказать, дамским. Зажав его в правой руке, Влада взяла в левую ключ, быстро повернулась лицом к холлу.

Ну, где там монстры? Теперь ей никто не страшен!

Однако холл по-прежнему был пуст.

Позади раздался шорох, Влада отпрыгнула от стены, повернулась… Но это всего лишь закрылась ниша. Видно, таймер оттикал положенные секунды, и створки ниши…

Скрипнула дверь. Влада резко обернулась и еще успела увидеть, как закрывается входная дверь: кто-то умудрился незаметно проникнуть в холл и…

И украсть ее рюкзак! Ниша закрылась вовсе не потому, что истекло положенное время, а потому, что с центральной плиты исчез рюкзак!

Влада растерянно смотрела на по-прежнему пустой холл.

Он был довольно просторным: от входной двери до центра никак не меньше трех метров, и спрятаться совершенно негде: нет ни мебели, ни выступов. Ни один ниндзя не смог бы незамеченным подобраться к ее рюкзаку. А это означало, что…

Это означало только одно: в холле, помимо нее, все это время был еще кто-то, невидимый не потому, что он абсолютный ниндзя, а потому, что его не показывали очки шлема! И этот кто-то нагло украл рюкзак!

— Эй, вы! Верните рюкзак! — возмутилась Влада.

Ответом было молчание.

Влада подошла к входной двери. Никакой львиной головы с этой стороны двери не было. Не было также ни замка, ни скважины, в которую она могла бы вставить добытый с таким трудом ключ.

Влада попыталась открыть дверь наружу, потом, поворачивая дверную ручку в форме кошачьей лапы, внутрь. Но с таким же успехом она могла бы поднять себя в воздух, потянув вверх за тщательно вымытые и уложенные накануне волосы.

— Что за шутки, блин! В рюкзаке, кроме варенья и пары трусиков, ничего нет! Мне они дороги как память о первой ночи! Отдайте трусы!

И вновь лишь короткое эхо отозвалось на ее крик.

— Ах так! Тогда я выхожу из игры. Считаю до трех! Раз… два…

Выходить из игры не хотелось, а в рюкзачке действительно не было ничего ценного. Но иметь дело с ворами…

— Два с половиной… Два с четвертью… Ниточка перерывается… Три!

Надеясь, что недоразумение все же как-то уладится, Влада выждала еще несколько секунд, а потом начала нащупывать на затылке застежки шлема. Надевая его, она, помнится, просто щелкнула какими-то замочками. Не может быть, чтобы шлем снимался сложнее, чем лифчик.

Действительно, Влада быстро нашла замочки, они громко щелкнули…

Кто-то огромный и бесплотный ударил ее одновременно снаружи и изнутри. Владу швырнуло на пол; к счастью, так и не снятый шлем смягчил удар, но в глазах стало темно, а все ее туго натянутые нервы разом лопнули, наполнив голову звоном.

От неожиданности, боли и страха Влада закричала. Чисто инстинктивно она попыталась попросту содрать с себя шлем, но он был пригнан так плотно, что она чуть не поцарапала себе кожу на скулах. Тогда Влада дрожащими руками вновь попыталась нащупать замочки. К счастью, сразу ей это сделать не удалось, а через секунду в ее ушах раздался сердитый голос Кукловодова:

— Шлем снимать запрещается! Вы набрали очков больше, чем все остальные участники, но за следующую попытку снять шлем будете дисквалифицированы! Не съем я ваше варенье, и памятные для вас трусики мне тоже не нужны, — менее раздраженным голосом добавил он. — Вам все вернут по мере выполнения заданий.

— Да пошел ты!.. Я выхожу из игры! А трусики можешь оставить себе!

Влада с трудом встала. Она все еще не могла оправиться после удара током. Ноги и руки противно дрожали, во рту появился странный металлический привкус. Она вновь подняла руки, нащупывая замочки.

— За попытку снять шлем вы оштрафованы на пятьдесят очков. За вторую попытку будете оштрафованы на сто, к тому же шлем снять вам все равно не удастся. Выйти из игры можно только после завершения первого этапа. Больше я вас предупреждать не буду, — быстро сказал Кукловодов и отключился.

— Ты… Выпусти меня немедленно отсюда! Слышишь?! Выпусти!

Влада опустила руки. Испытать еще один удар током — об этом она не хотела даже и думать. Чувствовать себя пленницей и, еще хуже, игрушкой в чужих руках было противно.

Но каким-то шестым чувством (мама в его существовании была совершенно уверена, равно как была уверена в том, что имя ему — женская интуиция) Влада понимала: никаких переговоров с нею больше вести не будут, единственный способ выйти из игры — это пройти первый этап, а там…

Ну, папа им покажет!

Влада подняла с каменных плит пола меч и ключ, подошла к центральным двустворчатым дверям, вставила ключ в замочную скважину.

Ключ подошел.

Влада сделала один оборот, другой, медленно потянула на себя дверь…


Глава 4. СТАС

Настороженно поводя стволом «вальтера» из стороны в сторону, Стас продолжил путешествие по замку. Кухня, как ему казалось, была где-то слева. Но, миновав пару пустых проходных комнат, Стас попал не в альков ведьмы, а в бар, за стойкой которого стоял брюнетистый бармен, а на высокий табурет усаживалась девушка в кожаной мини-юбке и такой же жилетке. Под коленями и на локтях девушки темнели манжеты скафа. Светло-русые волосы незнакомки волнами стекали из-под шлема на плечи, почти скрывая ремни такой же, как у Стаса, наплечной кобуры. Лица девушки Стас не видел, но почему-то был уверен, что она красива, очень красива.

Знакомиться с девушкой, держа в руке снятый с предохранителя пистолет, считается дурным тоном. Стасу никто никогда не говорил этого — он сам догадался. Поэтому, спрятав пистолет в кобуру, Стас медленно двинулся к стойке, не забывая, впрочем, оглядываться по сторонам.

Девушка о чем-то вполголоса разговаривала с барменом и Стаса не замечала. А бармен если и заметил, то не обратил внимания. Словно догадывался, что в карманах у Стаса почти пусто.

А может быть, это не девушка, а Баба-Яга? Баба-Яга с красивыми длинными ногами.

— Нет! — громко сказала девушка. — В правила Игры это не входит!

— В правила Игры входит все. Кроме того, никаких правил не существует, — не согласился с нею бармен, демонстрируя голливудскую улыбку. И вообще он был очень похож на Тома Круза.

Девушка съехала с табурета, явно намереваясь уйти. Бармен схватил ее за руки и резко потянул к себе. Девушка попыталась вырваться, но не смогла. Она стояла теперь на цыпочках, грудью навалившись на стойку, и, кажется, пыталась что-то достать с той ее стороны.

Бармен легко перебросил свое мускулистое тело через стойку, красиво присел после прыжка, подошел вплотную к девушке.

— И это — самое приятное из всех правил, — ухмыльнулся он.

Приподняв левой рукой юбочку, бармен правой шлепнул девушку по обнажившимся упругим ягодицам и плотно прижал к ним ладонь.

— Ух! Какая соблазнительная попочка! — восхитился он. Зацепив большим пальцем резинку узких трусиков, он потянул их вниз.

— Отпусти меня, скотина! Убери руку! — крикнула девушка. Ее собственные руки были то ли привязаны, то ли прикованы к стойке бара, и была она совершенно беспомощна.

— Конечно, конечно! — хохотнул бармен. — Уже убрал! Рука мне и самому мешала! Закрывала, так сказать, цель моего визита к вам!

— Помогите! — безнадежно не крикнула даже, а всхлипнула девушка. Стас вытащил из кобуры пистолет.

— Ну ты, ублюдок! Отпусти девушку!

Бармен, вздрогнув от неожиданности, обернулся и сразу же навалился на стойку рядом с девушкой, приняв почти точно такую же позу и явно намереваясь что-то достать. Стас, будучи человеком любознательным, но не любопытным, не стал дожидаться, пока то, что доставал бармен, покажется над стойкой. Стараясь не волноваться, он дважды нажал на спусковой крючок.

Первая пуля угодила в бутылку над головой бармена, и посудина взорвалась, разлетевшись на тысячи осколков и брызг. Вторая пуля вошла бармену точнехонько в затылок. К брызгам шампанского добавились брызги крови.

— Вы… Вы… — всхлипывала девушка.

— Меня зовут Стас.

— Вы… освободите меня?

В голосе девушки звучали и надежда, и страх.

— Конечно! — с сожалением сказал Стас, скользнув взглядом по зажатым между коленями кружевным трусикам и задержав его — только на секунду, не больше, — чуть выше. Перемахнув через барьер — почти так же красиво, как пару минут назад это сделал бармен, — Стас положил пистолет на стойку, отстегнул сжимавшие запястья девушки кожаные ремни. На труп бармена он старался не смотреть. Очень уж реалистично выглядела развороченная выстрелом голова. Даже кости черепа белели по краям кровавого месива.

Девушка, съехав со стойки и коснувшись ногами пола, опустила руки вниз. Локти ее тут же приподнялись, щеки и шея порозовели. Натянув трусики, она оправила юбочку и начала растирать запястья.

— Гребаная Игра… Вы не знаете, как можно из нее выйти?

— Как обычно, нажав клавишу «Escape», — хмыкнул Стас. — Только я не знаю, где она находится. А еще я не знаю, где здесь столовая.

Стас перемахнул из-за стойки обратно и оказался рядом с девушкой. Она испуганно отшатнулась. Стас извиняющимся жестом поднял вверх обе руки.

— Столовой я тоже не нашла, — сквозь слезы улыбнулась девушка. — Но зато знаю, как пройти к холодильнику, который охраняет людоед. Его не так просто обмануть. Я думала, в баре можно будет что-нибудь перехватить, но скотина-бармен сказал, что денег с красивых девушек он брать не может, по и пиццу дать просто так тоже не может. Я спросила, как же быть, а он ответил, что не надо строить из себя эту… Ну, сам знаешь.

Шея девушки вновь слегка порозовела.

— Как тебя зовут?

— Влада.

— Меня — Станислав. Но для друзей и красивых девушек я просто Стас. Давай, Влада, перекусим пиццей, а потом ты покажешь мне дорогу к холодильнику. Я его уже находил однажды, но потом заблудился.

— Какую пиццу? — усмехнулась Влада. — Посмотри!

Стас оглянулся на полки бара. Бутылок на них уже не было, ни одной. На глазах Стаса исчезли и сами полки. Растворились в воздухе, как сигаретный дымок, обнажив голую стену.

Но на полированной стойке по-прежнему коченел труп бармена.

— Как ты думаешь, уж он-то — настоящий? — спросил Стас.

— Не знаю, — равнодушно посмотрела на труп Влада. — Я уже третий день здесь. Со всяким сталкивалась, и с виртуальным, и с настоящим, маскирующимся под виртуальное. А ты попробуй дотронься до него, — улыбнулась Влада краешками губ.

Стас протянул руку, осторожно коснулся забрызганной кровью белой рубашки бармена. Ничего не ощутив, погрузил пальцы в мертвую плоть. Кисть его руки, исчезнув в плече бармена почти целиком, коснулась чего-то гладкого и твердого. Стас отдернул руку.

— Труп виртуален, в натуре, — констатировал он.

— Но стягивал с меня трусы кто-то вполне реальный, — возразила Влада. — Я с такой виртуалкой еще ни разу не сталкивалась. Мало того что графика великолепная и разрешение бесподобное, так в нее еще и элементы реалки встраиваются, да так, что не отличишь, где кончается мир виртуальный и начинается реальный. К тому же — никаких проводов, соединяющих скафандр с компьютером. Его вообще нигде не видно, компьютера!

— Связь с ним осуществляется через широкополосный радиоканал. Или инфракрасный, — щегольнул эрудицией Стас. — А ты не пробовала снять шлем и посмотреть, что здесь происходит на самом деле?

— Пробовала. Так шибануло током — до сих пор как вспомню, так вздрогну, — и в самом деле передернула плечами Влада. — Ой, ты пистолет-то спрячь в кобуру! Он же у тебя разрядился совсем!

Стас взял со стойки «вальтер». Действительно, теперь вместо зеленого огонька на рукоятке вспыхивал и гас красный.

— Получается, я опять безоружный, — огорчился Стас.

— Это ненадолго, — успокоила его Влада. — Если ты вернешь пистолет в кобуру, примерно через минуту заряд восстановится и будет держаться после того, как ты выхватишь «пушку», секунд десять. А потом пистолет нужно опять возвращать в кобуру. Такое уж здесь правило.

— Оно введено для того, чтобы каждый игрок научился быстро выхватывать пистолет из кобуры, — догадался Стас.

— Наверное, — равнодушно согласилась Влада. — Например, вот так, — добавила она и, неуловимым движением выхватив из кобуры маленький «браунинг», приставила его ствол ко лбу Стаса.

Он почувствовал неприятный холодок, только не во лбу, а в паху.

Точно таким же почти неуловимым движением Влада спрятала пистолет в кобуру.

— Здорово у тебя получается, — искренне восхитился Стас.

— Есть захочешь — и не такому научишься, — усмехнулась Влада. — Чтобы обездвижить людоеда хотя бы на десять секунд, пистолет нужно выхватывать мгновенно. Если замешкаешься, людоед очухается уже через три секунды, и ты ничего не успеешь выкрасть из холодильника. А когда на тебя сексуальный маньяк набрасывается, нужно всаживать в него четыре пули, а не одну.

— Значит, бармен — не первый? — удивился Стас. Ему почему-то вдруг стало неприятно смотреть на Владу, на ее волосы, стекающие из-под шлема, на крутые соблазнительные холмики, прячущиеся под черной кожей жилетки, и даже на плотно сжатые стройные ноги.

— Пока мне везло, — улыбнулась Влада краешками губ. — Но если бы ты сейчас не подоспел… Спасибо!

Девушка впервые за все время их знакомства посмотрела Стасу прямо в глаза, но он мог лишь догадываться об этом: за темными очками шлема ее глаз, конечно же, не было видно.

— Я… Я очень рад, что… что оказался в нужное время в нужном месте, — очень кстати вспомнил Стас умную фразу из какого-то фильма. Влада, до сих пор стоявшая, прислонившись спиной к стойке, вдруг повернулась к Стасу, бережно обняла за плечи и коснулась его губ своими. Громко клацнули соприкоснувшиеся шлемы.

— Ну вот, в этом виртуальном мире спасшего тебя парня и поцеловать-то толком нельзя, — усмехнулась она.

— Пойдем поищем других барменов и маньяков, — вдохновился Стас. — Я их всех поубиваю! А ты за это…

Он посмотрел на Владу и осекся. Она стояла прямо перед ним — ноги на ширине плеч, руки опущены, но в любую секунду готовы выхватить пистолет — и спрашивала ледяным тоном:

— А я за это — что?

— Еще хотя бы один разок меня поцелуешь, — резко снизил Стас цену за предлагаемую услугу.

— А… Нетушки. В следующий раз я тебя поцелую, когда ты добудешь мне еды. И шоколада. И шампанского, — решила Влада ни в чем себе не отказывать.

— Договорились! — поспешил подвести черту Стас. — Где тут у нас людоед? А подать-ка мне его сюда! Куда идти-то? — добавил он, видя, что Влада не трогается с места и лишь озабоченно хмурит лоб.

— Погоди, дай вспомнить… Бар здесь появился только сегодня. А до этого был… Ладно, идем. Сориентируемся на месте. Стреляй во все, что движется, но не забывай сразу же прятать пистолет в кобуру. А я буду говорить, куда поворачивать, и подстрахую, если что. Кажется, вдвоем нам добыть еду будет проще.

Они вышли из бара через один из двух коридорчиков. За ним обнаружилась небольшая комнатка, вся в зеркалах, с изумрудно-зелеными простенками между ними и таким же потолком. Но своих отражений в зеркалах они не увидели.

— А ты еще кого-нибудь из людей… я имею в виду, из игроков, встречала?

— Да. Двух парней в таких же шлемах. Но я стреляла раньше, чем успевала сообразить, что это тоже игроки. И они от меня почему-то сразу же убегали.

— Значит, ты хорошо стреляла.

— По идее, Игра не должна допускать встреч игроков. Но почему-то…

— Нашу с тобой — допустила же? — возразил Стас.

— Ты жалеешь об этом? Боишься, что тебя дисквалифицируют?

— Да я был бы рад этому! — возмутился было Стас, но сразу же спохватился: — Впрочем, теперь, когда мы… Когда у меня появился могущественный союзник…

— Да, вместе нам будет легче, — не побоялась Влада произнести несколько двусмысленное слово «вместе».

Из изумрудно-зеленой комнаты они перешли в янтарно-желтую. В центре ее стоял высокий скелет в черном плаще с кроваво-красной подкладкой. Его череп украшал черный цилиндр. Заслышав шум шагов, скелет со скрипом повернулся и посмотрел на потревоживших его вечное одиночество людей пустыми глазницами так, что Стас почувствовал, как цепенеют руки и ноги.

Может ли скелет слышать, если у него нет ушей, и смотреть, если у него нет глаз? И для чего ему на голом черепе…

— Да стреляй же! — крикнула Влада, и это помогло. Стас выхватил пистолет, трижды выстрелил в Кощея и бросился, на ходу пряча пистолет в кобуру, к ближайшему выходу из комнаты.

— Не сюда! Направо! — откорректировала его траекторию Влада.

Пришлось бежать мимо задрожавшего крупной дрожью и громко застучавшего костями скелета.

— Не бойся… Десять секунд… После выстрела… У нас есть… — прокричала оказавшаяся теперь впереди Влада. — Сюда!

Они проскочили какую-то комнату — к счастью, пустую, — и остановились перед уже знакомым Стасу коридорчиком.

— Холодильник здесь. Ты как мужчина возьмешь на себя людоеда, а я займусь грабежом, — распределила роли Влада.

— Как женщина? — поинтересовался Стас.

— Как женщина! — решительно подтвердила Влада. — Тебя такой расклад не устраивает?

— Карты сданы, играем. А где мы потом встретимся?

— Я сейчас пройду коридорчик насквозь и встану за стеной с той его стороны. Ты заглянешь на кухню и выманишь людоеда. Потом выскочишь в эту комнату и побежишь в правый коридорчик.

— То есть поведу его в те комнаты, через которые мы только что проходили, — догадался Стас.

— А ты смышленее, чем кажешься на первый взгляд, — как обычно, лишь краешками губ усмехнулась Влада. — Твоя задача — заманить людоеда в комнату, где иногда появляется Кощей. Там — только там, не раньше! — ты должен выстрелить обоим в головы. Они вообще-то конфликтуют друг с другом и, может, даже без выстрелов дадут тебе фору секунд в десять — пятнадцать. Но пули — это все-таки надежнее. И за эти секунды ты должен примчаться опять в эту комнату.

— Здесь ты меня будешь ждать?

— На этот раз ты не угадал. Вбежишь ты сюда через правый коридорчик — и сразу же метнешься в левый.

— И там ты меня…

— Ишь какой нетерпеливый! Это только в старинных романах жены ждут мужей, ушедших в море или на войну. Но я тебе не жена и ждать в общем-то не буду. Заскочишь в коридорчик, пробежишь по трем комнатам и двум другим коридорам, в первой комнате выберешь левый проход, во второй — средний и в третьей — правую дверь. Вот там тебя и будет ждать… часть добытой нами еды.

— Только часть? — не понял Стас.

— Та, которую я не успею съесть. Но учти, я очень голодна, очень!

— А если я тебя не найду?

— Значит, я впервые за три дня наемся досыта, — явно обрадовалась такому варианту Влада.

— Закон суров…

— Но это закон.

Влада прошла коридорчик, скрылась в комнате с противоположной стороны. Стас последовал за нею, в середине коридорчика остановился перед дверью с изображением кипящего на огне котла. Только теперь он заметил, что из котла выглядывает рука бедолаги, доставшегося людоеду на обед.

Дверь он открыл ударом ноги.

— А вот и обед подоспел, — обрадовался людоед.

— Закрой хлебало, придурок, — дружески посоветовал ему Стас.

— Что?! — взревел людоед, вскакивая с табурета.

Все произошло так, как спланировала Влада. Единственное, чего боялся Стас, расстреляв людоеда в комнате, где вместо Кощея бегал из угла в угол огромный еж, время от времени выстреливая в разные стороны свои иголки, — это перепутать коридоры и если не навсегда, то, во всяком случае, надолго потерять Владу в лабиринте замка.

А что, если Влада — лишь очередной этап Игры? Очередное препятствие, которое нужно преодолеть?

Остановившись перед назначенной дверью, Стас вначале прикинул, куда будет бежать, если за нею вместо Влады окажется, скажем, уже знакомая ему ведьма, и лишь после этого рывком открыл дверь. Точнее, попытался это сделать: дверь была заперта.


Глава 5. СТАС

Стас еще раз подергал за ручку двери.

Тщетно.

Стас загрустил.

Интересно, за что больше начислят очков: за покалеченного мантикора, обманутого людоеда или спасенную от насильника девушку?

На всякий случай Стас решил постучать. В соседней комнате послышался топот: то ли Стаса разыскивал очухавшийся раньше времени людоед, то ли по комнатам рыскал какой-нибудь монстр.

— Это ты, Стас? — услышал он глухой, словно из подземелья, голос.

— Я. Открывай быстрее, а то меня уже начинают есть!

Влада впустила его в комнату. В дверь сразу же забарабанили:

— Мой обед! Отдайте мой обед!

— Не обращай внимания, он сейчас уйдет, — сказала Влада, снимая шлем. — Ты чего? Я что, не одета? — встревожилась она, вскидывая на Стаса огромные глаза.

То, что подбородок Влады узок и нежен, губы красиво очерчены, а кончик носа, выступающий из-под очков шлема, неопровержимо указывает на тонкость черт лица, — все это Стас отметил еще раньше. Но этот чистый высокий лоб, эти тонкие темные брови, на которые Джоконда с удовольствием променяла бы свою знаменитую улыбку… Теперь понятно, почему Влада не очень-то жаловала своего спасителя. Просто хорошо знала себе цену.

— Ты… без шлема? — нашел Стас способ объяснить свое временное остолбенение.

— Да. Спальня — единственное место, где шлем и скафандр виртуальной реальности можно снимать безнаказанно.

Стас оглянулся. Судя по двум кроватям, стоявшим по обе стороны от окна, эту небольшую комнатку действительно можно было назвать спальней. Но с таким же успехом — номером второразрядной гостиницы или комнатой студенческого общежития. У одной стены, помимо кровати, стоял узкий шкафчик, у другой — столик с графином, электроплиткой и тремя задвинутыми под столешницу стульями.

— И что, мне тоже можно снять шлем? — все еще сомневался Стас.

— Ты боишься так, как я в первый раз боялась снять трусики, — усмехнулась Влада краешками губ. Теперь, когда ее глаза и лоб не закрывал шлем, этот ее намек на улыбку показался Стасу и вовсе обворожительным.

Стас почувствовал, что краснеет. Вот так, запросто, говорить об ЭТОМ… Его сексуальный опыт был совсем небольшим: Вика Сквознякова, лишившая невинности чуть ли не половину мальчиков их класса, не обошла вниманием и Стаса. Но приходила Вика к нему домой, когда родители были на работе, лишь трижды, а потом переключилась на Кольку Попырина. Наверное, потому что Стас очень уж опасался неожиданного прихода с работы мамы или папы. И что бы тогда было…

Плохо быть сыном профессора.

Стас решительно снял шлем. Подсознательно — да и сознательно тоже — он все еще ожидал жгучего, надолго выбивающего из колеи удара током.

Влада, как обычно, оказалась права.

Стас положил шлем на стул, осмелев, снял и свой почти невесомый рюкзачок.

Теперь, когда очки не искажали реальность, Влада показалась Стасу еще красивее. Он с удовольствием смотрел на ее лицо, на стройную фигурку, действительно обтянутую кожаной жилеткой и такой же юбкой, на острые коленки и белые кроссовки, снова на лицо… Стас даже забыл, что голоден.

Клевая телка. Вот бы трахнуть такую… Только не по Игре, а по жизни.

— Ну и как? — насмешливо поинтересовалась Влада, и Стас понял, что те несколько секунд, которые он любовался девушкой, она внимательно отслеживала его взгляд.

— Действительно, в этой комнате шлем…

— Я не об этом. Что показал наружный осмотр? Клевая телка, да? Вот бы трахнуть такую…

— Наяву ты красивее, чем в виртуалке. Так что у нас сегодня на обед? — поспешил Стас переменить тему разговора, почувствовав, что вот-вот опять покраснеет.

А может быть, и уже покраснел.

— Филе из ягодиц людоеда, запеченное в духовке, и его же фаллос, тушенный в сметане, — хмыкнула Влада.

Она сняла с двухконфорочной электроплитки кастрюльку, поставила на ее место эмалированный чайник, вынула из шкафчика тарелки и ложки.

— А на самом деле?

— Суп из концентратов, сосиски без гарнира и несладкий чай. Но зато с эклерами.

— Класс! А сосисок много?

— Шесть штук. Я решила сварить все.

— Правильно. Съедим эти — ограбим людоеда еще разок.

— Только хлеба мало, — виновато улыбнулась краешками губ Влада. — Две маленькие булочки, и все. Давай поделим их по-братски: тебе обе булочки, мне оба эклера.

— С удовольствием! Терпеть не могу есть суп с эклерами!

Влада разлила аппетитное варево по тарелкам, торжественно вручила Стасу ложку.

— Ты, я вижу, прекрасно устроилась, — одобрил он. — А руки помыть здесь где-то можно?

— Вот такая я хозяйка… — огорчилась Влада. — Конечно, можно. Санузел — вот он, — мотнула она головой в сторону узкой двери, притаившейся справа от входной.

Это действительно был совмещенный санузел: раковина, унитаз, стоячий душ. На изгибе трубы висели махровые полотенца.

Стас вымыл руки и ополоснул лицо довольно быстро, но Влада уже успела съесть свой суп и теперь вонзала ровные острые зубки в сосиску.

— Извини, я слишком проголодалась. Но тебе тоже останется.

Суп показался Стасу восхитительно вкусным.

— Ты что, первый день здесь? — спросила Влада, выуживая из голубой кастрюльки вторую сосиску.

— Первый. И с самого утра ничего не ел. А сейчас уже… — Стас взглянул на часы. — Что, девять вечера?!

— Здесь время быстро летит. Тебе повезло, что ты встретил меня. Иначе бродил бы здесь, как я в первую ночь, голодный, и вздрагивал бы от каждого шороха. Я случайно нашла эту спальню. И только утром догадалась, что людоеда можно обмануть.

— Да, мне ужасно повезло, — согласился Стас с несколько неожиданной трактовкой произошедшего совсем недавно события. — Иду себе, иду, а тут ты навстречу…

— Ну ладно, нам обоим повезло, — неохотно признала Влада. — Расскажи лучше, как ты сюда попал?

Стас доел суп и наколол на вилку сосиску.

— Приехал тренироваться. Отцовский компьютер включен в Интернет… Ты ведь знаешь, что это такое?

— Разумеется. И на одной из электронных досок объявлений нашел предложение поучаствовать в онлайновых соревнованиях по компьютерной игре «Квэйк-четыре», — продолжила за него Влада.

— Так и было. Я скачал по сети рекомендованную программку-рефери, дважды сыграл в «Кваку»…

— И твоя фамилия появилась в списке двадцати сильнейших, вывешенном на той же доске объявлений, — продолжила Влада, разливая по чашкам чай.

— А потом я получил предложение явиться по адресу: Замоскворечье, дом… не важно, в записной книжке есть, — для участия в сборах.

— И обнаружил обычный жилой дом.

— В котором меня ждал Кукловодов. Он сказал, что все уже уехали, а он ждет лично меня. Что я многообещающий игрок…

— То же самое он врал и мне, — перебила Влада увлекшегося описанием своих достоинств Стаса. — Ты до этого имел дело с виртуалкой?

— Только пару раз, у приятеля. Ему отец из Штатов привез.

— Кукловодов привез тебя на четверке лошадей к замку. Тяжелая кованая дверь после нескольких ударов кольцом в медную пластину отворилась. Ты вошел. Дверь захлопнулась.

— И я очутился в просторном зале, освещенном факелами. На стене вспыхнула надпись: «Игра началась! Шлем снимать запрещается!» И — все.

— Но ты, убедившись, что все четыре двери, включая входную, закрыты, еще пару минут ждал дальнейших инструкций.

— Боюсь, это продолжалось дольше, — неохотно признался Стас.

— Потом на экранах появились полоски…

— И я часа два пытался их убрать — непреклонной силой воли, несгибаемым намерением и отчаянным желанием. В конце концов они как-то сами собой исчезли.

— Ты заметил, что, когда наступаешь на центральную плиту каменного пола, в стене открывается ниша с мечом…

— И закрывается, когда с этой плиты сходишь. Пришлось выложить на нее из рюкзака все съестные припасы, они самые тяжелые. Оставил только щетку, пасту и прочую гигиену.

— Ты схватил меч и ключ, оглянулся…

— А колбасу, сыр и прочее словно корова языком слизала. Ну, я возмутился, попробовал снять шлем…

— И понял, что инструкции в замке нарушать не следует. У меня все было почти так же. Вначале я решила, что это новый способ тренировки. Ну, как иностранный язык изучают методом погружения в языковую среду. Но потом, когда меня дважды попытались по-настоящему изнасиловать… Только в этой спальне я и чувствую себя действительно в безопасности. На двери засов, окно зарешечено.

Только теперь Стас заметил, что окно и в самом деле забрано узорчатой решеткой. Стекло рифленое, что за окошком, не рассмотришь, вместо форточки — кондиционер.

— А если вообще из спальни не выходить?

— Голод не тетка, — грустно улыбнулась краешками губ Влада. — А еды в холодильнике всегда бывает в обрез. Шесть сосисок — это впервые, обычно я нахожу только две. Вчера за весь день мне только два бутерброда удалось добыть, моих же, которые готовила мне в дорогу мама. Твои припасы тоже появятся в холодильнике, вот увидишь. А людоеда каждый раз нужно обманывать по-разному, дважды он на одну удочку не попадается. Вот и приходится ежедневно выходить из спальни, да еще и новые уловки придумывать.

— Голод стимулирует двигательную активность, — отцовским голосом резюмировал Стас.

— Твой папа профессор, что ли?

— И член-корреспондент.

— А мой — председатель правления банка. Так что виртуалка у меня своя. Но против этой она — что самокат против «мерседеса». Посуду мыть, между прочим, придется тебе: я готовила! — быстро проговорила Влада, едва Стас поставил опустевшую чашку на стол. Свои эклеры она давно уже прикончила. — Мой побыстрее, тебе еще придется ночлег искать, — огорошила она блаженно откинувшегося на спинку стула Стаса.

— Ночлег? Но здесь…

— Не могу же я спать в одной комнате с незнакомым парнем! — возмутилась Влада невоспитанностью своего спасителя. — В крайнем случае выставим вторую кровать в коридор.

— Где меня обязательно съест людоед. А поскольку сплю я очень крепко, то утром проснусь уже в его желудке.

— Ты собираешься мыть посуду или нет? — безжалостно нахмурила брови Влада.

Стас, собрав кастрюльки и чашки, отправился в санузел. Когда он вернулся, Влада сидела на разобранной постели с махровым халатом в руках.

— Не забудь надеть шлем и манжеты, — напомнила она. — Без этого из спальни выйти невозможно. Ну и личные вещи захвати, конечно!

Выставив посуду на стол, Стас с самым огорченным видом, который только мог изобразить, медленно надел рюкзачок, потом манжеты и шлем, защелкнул его замочки. Но желанного «Ладно, так уж и быть, оставайся!» не дождался.

— Здесь где-то наверняка должна быть свободная спальня, — утешила его Влада.

— Даже альков, — подтвердил Стас. — И в нем меня с самого утра ждет полуголая ведьма. Очень сексуальная, между прочим.

— Вот к ней и иди.

Стас отодвинул засов.

Дверь не открывалась.

— Кажется, заело, — притворно огорчился Стас. — Придется мне все-таки остаться здесь. Не хотелось, конечно, нарушать твое ночное одиночество, но…

— Не придется, — отрезала Влада.

Она гораздо быстрее, чем это только что сделал Стас, надела свой шлем.

— Мы оба должны быть в шлемах, — пояснила Влада. — Организаторы Игры очень не хотят, чтобы кто-нибудь из нас видел, что происходит там, в «замке», на самом деле.

Действительно, на этот раз дверь открылась.

— Так если я…

— Давай выставим вторую кровать в коридор прямо сейчас, — отсекла Влада Стасу все пути возврата в свою спальню.

— Спасибо, не нужно. Думаю, мне удастся что-нибудь найти.

— Гуднайт.

— Чао!

Дверь захлопнулась. Лязгнул засов. Стас походкой кошки, крадущейся за мышью, прошел по коридорчику, вошел в комнату, слабо освещенную тремя свечами. Помимо коридора, из которого вышел Стас, в комнату вели еще два.

Если долго бродить по дому отдыха, открывая все двери подряд, рано или поздно можно найти свободную «спальню», запирающуюся изнутри, в которой можно будет…

Стас замер.

Если это дом отдыха, то здесь должно быть множество самых настоящих спален. Где же они? Почему целый день он бегает по пустым проходным комнатам?

Стас вспомнил, как дом отдыха выглядит снаружи. Большое двухэтажное здание, с чем-то вроде башенок по углам. Значит, по периметру всего дома отдыха идет широкий коридор, по которому участники Игры целый день и бегают. Но в этот коридор должны выходить двери множества спален! Которые в виртуальной реальности почему-то не показаны. А в коридоре, наоборот, отображены квазистены и квазикоридорчики. И если на минуточку перестать верить глазам своим, а начать верить рукам…

Стас вытянул вперед руки и пошел прямо на ближайшую стену. Как он и ожидал, его руки прошли сквозь красновато-серые камни, не встретив ни малейшего сопротивления.

— Йес!! — крикнул Стас, смело шагая в серую неизвестность.

Споткнувшись обо что-то невидимое, он потерял равновесие и ударился об пол всем, чем только можно было удариться, — подбородком, плечом, локтем и обеими коленками. Рюкзачок съехал ему на затылок.

Мрак окружал Стаса. Непроницаемый, липкий, высасывающий душу. И в этом мраке медленно, словно в старинном танце, плыли человеческие лица. Они перемещались то в одну, то в другую сторону, менялись местами и с каждой секундой становились все ближе.

Стас наблюдал за ними без страха, но с любопытством.

Ничего плохого сделать игроку они не имеют права. Ну, в крайнем случае шибанут током. А интересно, на что еще, помимо мантикоров и людоедов, хватило фантазии устроителям Игры.

Фантазии их хватило не на многое: к Стасу приближались, пританцовывая, несколько вампиров с бледно-голубыми лицами и с устрашающего вида клыками. Стас устроился поудобнее, опершись на локоть левой руки и твердо решив не реагировать, что бы вампиры ни вытворяли.

Кровопийцы столпились вокруг него.

— Гляди, бурдюк со свежей кровью! — сказал один.

— И с дерьмом, — брезгливо добавил второй.

— Бросим жребий, кому начинать? — предложил третий.

— Благодарю вас, друзья! Я польщен такой честью! — грубо растолкал вампиров четвертый, который был на голову выше остальных.

— Так нечестно!

— Опять этот Дракула хочет сливки снять…

— Если бы только сливки! Всю кровь высосет, а нам что? — заволновалась кровожадная общественность.

— А может, его и вовсе нельзя трогать? — засомневался тот, что назвал Стаса бурдюком.

— С ним все что угодно можно делать, — зловеще улыбнулся Дракула. Клыки у него были тоже длиннее, чем у остальных. — Этот недотепа выскочил за рамки Игры, а следовательно, и за рамки закона.

— Значит, мы с ним можем делать все, что захотим? — все еще сомневался первый.

— Абсолютно все, — подтвердил Дракула.

— Ну тогда на хрен весь этот маскарад. Мне его пересоленная кровь и даром не нужна. Лучше мы его… Раз уж чувиху сегодня упустили, давайте хоть этого чувака опустим! — засмеялся он собственному каламбуру.

— Чур, я первый!

— Первым буду я, — не согласился Дракула.

Стас обнаружил, что стоит на ногах, раньше, чем собрался встать.

— Куда! Ишь какой резкий! Как лимонад!

На него набросились сразу двое или трое, сбили с ног, придавили к полу. Стас почувствовал, что с него стягивают джинсы. Рванувшись изо всех сил, он кого-то подмял под себя, через кого-то перекатился, но его вновь прижали к полу.

— Осторожнее снимай, чтобы скаф не повредить, — прозвучал над его ухом чей-то сдавленный голос. Со Стаса вновь начали стягивать джинсы.

Он дернулся еще пару раз, понял, что это бесполезно, и закричал. Закричал так, как никогда еще в жизни не кричал и — ему почему-то пришла в голову именно эта мысль — как никогда уже не будет кричать до самой смерти.

Кто-то из «вампиров» догадался щелкнуть замочком Стасова шлема, и жгучий удар тока заставил его, взревев напоследок уже совершенно благим матом, замолчать.

Насильники перебросились какими-то фразами, но их Стас не осознал. Возня вокруг него, однако, прекратилась, его так и не снятые до конца джинсы оставили в покое и вдавливать Стаса в пол перестали. Его, наоборот, перевернули с живота на спину, кое-как натянули и застегнули джинсы и куда-то, тяжело дыша, поволокли. После удара током все тело Стаса мелко и противно дрожало, и он плохо понимал, что с ним происходит. Кроме того, его по-прежнему окружал непроглядный мрак, в котором теперь не были видны даже бледные лица «вампиров».

Пятки Стаса подпрыгнули, пересекая порог. Над ухом его по-прежнему кто-то тяжело дышал. Наконец его бросили на пол и оставили в покое. Но ненадолго: чьи-то руки снова попытались, щелкнув замочками шлема, подвергнуть его удару током.

— Нет! — крикнул Стас, отталкивая руки.

— Тебе больно? Я только хотела снять шлем, — услышал он знакомый мелодичный голос.

— Нет! Только не это! — упорствовал Стас.

— Не бойся! Это я, Влада! В моей комнате можно снимать шлем!

И Стас снова ей поверил.

Влада сняла с него съехавший на сторону шлем. В комнате было совершенно темно, и присутствие Влады угадывалось только по ласковым прикосновениям рук и чуть слышному теперь дыханию.

— Я сейчас… Оклемаюсь немножко и уйду… — тяжело ворочая языком, пообещал Стас.

— Вначале прими душ, — предложила Влада. — Ты мокрый, словно только что из бани. Что с тобой было? Ты так кричал…

— Я попытался выйти за рамки этой гребаной игры… Я больше не хочу в нее играть!

— Вставай!

Влада нащупала в темноте его руку, помогла встать, повела, словно маленького мальчика, в душ. В санузле горела лампочка, и ее свет показался Стасу таким ярким, что он прикрыл глаза ладонью.

— Ты сам справишься, или мне тебя искупать? — спросила Влада. На ней был светлый халатик, разрисованный воздушными змеями и драконами.

— Сам, — буркнул Стас.

Влада закрыла за ним дверь. Стас с трудом снял кобуру, рюкзачок, джинсы и тенниску, отстегнул и сложил на притулившийся в углу стульчик с отломанной спинкой манжеты скафа. Потом открыл до отказа оба крана и долго плескался под душем, чувствуя, как из тела уходит противная дрожь. Как только он отключил воду и отдернул полиэтиленовую занавеску, из-за двери послышался голос Влады;

— Возьми голубое полотенце, я им не пользовалась.

Стас тщательно вытерся, повесил полотенце на изгиб трубы, надел трусы.

Теперь нужно было надеть скаф.

Стас с ненавистью посмотрел на манжеты запястий и налокотников, наклонился, чтобы надеть подколенные манжеты.

— Оставь это, — сказала неслышно появившаяся за его спиной Влада. — Идем.

Она снова взяла Стаса за руку, вывела из душа, оставив дверь открытой, подвела к разобранной постели.

— Ложись и спи. Это я виновата, что тебе так досталось.

— Я пойду! — заупрямился Стас.

— Пойдешь. Утром. Чтобы добыть нам завтрак, — согласилась Влада, обвивая шею Стаса прохладными шелковистыми руками и прижимаясь к нему всем телом. — Ты возненавидел меня, да? Решил, что я холодна и жестока?

— Вовсе нет, — возразил Стас, обнимая одной рукой податливые плечи, а второй узкую талию и прижимая девушку к себе так, чтобы она могла почувствовать: он испытывает к ней чувство, совершенно не похожее на ненависть. — Просто… Не могу же я остаться на ночь в одной комнате с незнакомой девушкой!

Влада усмехнулась краешками губ — Стас почти точно воспроизвел и ее слова, и интонацию, с которой они были сказаны, — и отступила на шаг. Руки ее скользнули вначале к поясу халатика, потом к плечам.

Халат соскользнул на пол.

— Если ты сейчас уйдешь, то уже навсегда, — тихо сказала Влада.

И тогда Стас начал целовать ее всю: губы, глаза, шею, нежные ямки над ключицами, восхитительно нежные груди, быстро твердеющие соски…

— А Игра… Не такая уж она и плохая, — прошептал он, поднимая Владу на руки и опуская в прохладу простыней.

— Мне она тоже начинает нравиться, — ответила она, прижимая голову Стаса к своей груди. — Она просто чудесная, эта игра! И здесь — не бойся выйти за рамки…


Глава 6. ВЛАДА

Утром, когда они облачились в скафы, на микроэкранах шлемов вновь появились полоски, похожие на те, которыми маркируют переходы, но теперь «зебры» были голубыми. Едва Стас и Влада обнаружили их и начали возмущаться глюком, допущенным программистами Игры, в ушах раздался знакомый голос Кукловодова:

— Не злитесь, полоски введены вновь для вашего же блага. Попробуйте опять их убрать усилием воли или силой мысли. Если вам удастся это сделать — значит вы действуете максимально эффективно, если полоски появились — значит вы теряете контроль над Игрой. Поскольку полоски уменьшают обзор, подсознательно вы будете все время пытаться их убрать и в конце концов научитесь делать это — или останетесь голодными. Все понятно?

— Мы уже убирали полоски. Почему они опять появились? — рассердилась Влада.

— Это был предварительный этап. Мы отбраковывали тех, кто вообще не имеет шансов победить. Сейчас — второй отборочный этап. Не волнуйтесь, у вас все получится! Сядьте поудобнее, успокойтесь и думайте о чем угодно, а сами поглядывайте на полоски. Как только они начнут уменьшаться — значит вы чувствуете и думаете в правильном направлении.

Пришлось сесть, думать и наблюдать за полосками. Однако они вовсе даже не хотели уменьшаться!

— Стас, у тебя что-нибудь получается? — спросила Влада минут через десять.

— Да… Кажется… Пока ты не спросила, что-то получалось.

— А у меня ничего. Я уже есть хочу.

— Я тоже. Попробуем так, с полосками? Середина-то экранов свободна!

— Давай попробуем. А пялиться на полоски будем после завтрака.

Они вышли из спальни… и обнаружили, что декорации Игры полностью переменились. Исчезли вампиры и ведьмы, людоеды и тигры. А холодильник с продуктами стоял теперь в салуне, где зависли пьяные ковбои.

— Ну и что будем делать? — растерялась Влада. — Ковбоев слишком много, мы не успеем всех перестрелять. Да еще и полоски мешают…

— А может, на этот раз обойдемся без пальбы? Похож я на ковбоя? — спросил Стас, выпячивая грудь колесом и делая лицо надменно-каменным.

Влада засмеялась.

— Ты выглядишь словно кандидат в президенты, только что узнавший о своей победе на выборах.

— Значит, похож. Ну, тогда попробую что-нибудь украсть, ты на стрёме.

Когда Стас вошел в салун через скрипучие воротца, ковбои дружно подняли головы, разговоры смолкли. Стас молча прошел к холодильнику, открыл дверцу. Секунд через десять Влада, прячась за воротцами салуна, увидела в его руках две аэрофлотовские упаковки с завтраком и двухлитровую пластиковую бутылку фанты. Все это он умудрился прихватить левой рукой, готовый в любую секунду правой выхватить из кобуры «вальтер». Стас уже почти дошел до выхода из салуна, когда за его спиной взвизгнул бармен, здоровенный детина в ковбойке с засученными рукавами:

— Господа! Этот джентльмен уходит, не заплатив за выпивку!

Между Стасом и выходом тут же возник ковбой, явно только что спрыгнувший с голливудского киноэкрана. Владе даже показалось, что она помнит эту наглую рожу, заросшую пышными, словно сорняки на не прополотой грядке, усами.

— Джентльмены, но я ничего не заказывал, — как можно учтивее сказал Стас и даже слегка поклонился.

— Я сам видел, как ты дважды заказывал виски! — взревел усатый ковбой и выхватил револьвер. Стас попытался опередить его, но не успел.

Выстрелом его швырнуло на пол. К счастью, свой пистолет Стас не выронил и сознания от удара током не потерял. Трясущимися руками Стас всадил-таки в жирный живот ковбоя две пули, а две другие поделил поровну между барменом и еще одним завсегдатаем салуна. После этого его пистолет «сдох».

Влада решила, что пора и ей промочить горло. Пинком распахнув дверцу, она решительно вошла в салун.

— Леди! К нам пожаловала леди! — взревели ковбои, тут же позабыв про Стаса.

Леди немедленно выхватила пистолет и открыла ураганный огонь. Стас, сунув «вальтер» в кобуру, подхватил с пола упаковки с завтраком и на четвереньках — так было безопаснее — ретировался из салуна. Влада, расстреляв весь боезапас, выскочила вслед за ним.

— Где ты… так здорово… научился бегать… на четырех? — поинтересовалась она, когда они вбежали в спальню и задвинули засов.

— Одна знакомая… собака научила, — признался Стас, с трудом переводя дыхание.

Позавтракав, они надели шлемы и скафы и вновь попробовали убрать с экранов полоски. Занимались этим долго — пока не проголодались. У них снова ничего не получилось. Пришлось и обед добывать, глядя на периферию виртуального мира сквозь «зебры».

Первым управлять полосками научился Стас.

— У меня получается! — завопил он на другой день перед обедом. Голубые полоски мешали так, что они с Владой пытались расправиться с ними все свободное время, и трудолюбие принесло свои плоды.

— Покажи, — автоматически попросила Влада.

— Что? — ухмыльнулся Стас.

— Ты должен был спросить не «что?», а «как?», — разозлилась Влада. — Ну расскажи хотя бы, как ты это делаешь.

— Не знаю. Я впадаю в какое-то особое состояние, которое невозможно описать словами, и полоски начинают уменьшаться в длину и в ширину.

— А о чем ты думаешь, когда впадаешь в это маразматическое состояние?

— О тебе, — мгновенно ответил Стас. На голове его по-прежнему был надет шлем, и Влада не поняла, правду он говорит или шутит.

— Я серьезно спрашиваю!

— А я серьезно отвечаю, — без тени улыбки в голосе сказал Стас. — Я почти все время о тебе думаю, потому что мне очень приятно о тебе думать. И вот как-то так получилось… Попробуй и ты думать о чем-нибудь приятном, не обязательно обо мне, — великодушно разрешил он.

— Вот еще! — фыркнула Влада и попыталась вспомнить что-нибудь приятное. Как ни странно, оказалось, самое приятное, что было с нею за последнее время, — это Игра и… Стас.

Теперь, после того как по ночам Влада перестала бояться всякого шороха, Игра с каждым днем нравилась ей все больше. Правда, появилась другая проблема — ненасытный Стас, который готов был ласкать Владу до полного своего и ее изнеможения. Но вскоре они поняли: на смену бессонной ночи всегда приходит голодный день, потому что сил на Игру после бурных ласк не остается, и Стас несколько умерил свои аппетиты. Но все равно воспоминание о его ласках оказалось приятным. И даже проблема полосок как-то отодвинулась на второй план. Влада перестала о них думать, и — о чудо! — полоски изменили свою форму!

Влада не стала кричать «Йес!», а попробовала усилием воли убрать их с экрана совсем, надеясь утереть нос Стасу, но полоски снова восстановили свои размеры. Влада огорчилась, но ненадолго.

Никуда они не денутся, эти полоски. Получилось раз — получится и в другой. Исчезли белые — исчезнут и голубые. Лиха беда начало…

Тренировки продолжались. Декорации Игры время от времени менялись, добывать еду становилось все сложнее. К тому же каждая пойманная «пуля» означала болезненный удар током. Не столь сильный, как при попытке снять шлем, но все равно ужасно неприятный. Стас изо всех сил старался уберечь от выстрелов Владу, не раз прикрывал ее своим телом, когда очередной план атаки холодильника проваливался, но иногда «пули» Владу все-таки настигали. Она не плакала и не упрекала его, только кусала губы, но Стас переживал ее «ранения» гораздо болезненнее, чем свои.

— Что ты так волнуешься за меня? — спросила однажды Влада. — Понятно же: устроители Игры хотят, чтобы мы научились нюхом, подкоркой, интуитивно чувствовать опасность и, таким образом, стали практически неуязвимыми для «пуль» противников. Пытаясь принять все выстрелы на себя, ты оказываешь мне медвежью услугу: на чемпионате я не пройду даже во второй круг. Ты специально так делаешь?

— Что ты, Владуся! — опешил Стас. — Я просто хочу, чтобы…

Стас беспомощно развел руками, искривил тонкие некрасивые губы и замолчал.

— Чтобы — что? — не выдержала Влада.

— Вернее, не хочу, чтобы ты… Нет, не так: я хочу, чтобы у тебя даже мысли не возникло променять меня на какого-нибудь другого игрока из тех, что пока предпочитают действовать в одиночку, — выпалил Стас и замолчал, словно только что выдал важную государственную тайну.

— Ты считаешь, что женщина, как кошка, мурлычет только для того, кто кормит ее сметанкой и гладит по шерстке? — обиделась было Влада, но тут же поняла: Стас совершенно прав. Не заботься он о ней, не бери на себя почти все тяготы Игры, она не только не спала бы с ним, но и минуты бы рядом не оставалась. Губы некрасивые, плечи узкие, волосы неопределенного цвета, кожа прыщеватая, лицо как у девочки. Уверенно ведет себя только в постели, да и то лишь в последние ночи, но этого для настоящего мужчины совершенно недостаточно. Владе нравились мальчики совсем другого типа — красивые, сильные, умеющие привлечь к себе внимание других. А Стас… Даже здесь он боится соперников. А там, в реальной жизни, вообще от ревности иссохнет?

Товарищи по счастью-несчастью большую часть суток проводить в виртуальности, они же соперники, встречались Владе и Стасу редко, но все-таки встречались. Один игрок, высокий и, не в пример Стасу, широкоплечий, попытался даже заговорить с Владой, в упор не замечая стоявшего рядом Стаса. И тогда Стас, неожиданно для Влады и, наверное, самого себя, выхватил пистолет и — тоже в упор — всадил в игрока «пулю», а Владу схватил за руку и почти силком увел в спальню. Она ничего ему не сказала, но в тот вечер была необычно молчалива, а ночью, как никогда, ласкова и предупредительна.

Удары током были так болезненны, что очень скоро Стас и Влада научились стрелять из любого положения, на шорох, на голос, на звук шагов, в прыжке и в падении, а также мгновенно выбирать оптимальные пути отхода, когда их план добычи завтрака или обеда в очередной раз проваливался.

Пару раз они ложились спать, поужинав лишь любовью. И ни разу им не удалось набрать еды впрок. Питание было разнообразным, почти всегда — усилиями Влады — вкусным, но каждую порцию приходилось завоевывать, словно престижный спортивный кубок.

Дни и ночи летели, как болиды в «Формуле-один». Днем они «играли», а точнее, тренировались, и были эти тренировки иногда столь утомительны, что, поужинав тем, что удалось добыть, они быстренько стелили постель, по очереди принимали душ, но к тому времени, когда Стас выходил из санузла, Влада уже спала — или притворялась, что спит, экономя свои и Стасовы силы для следующего, столь же изнурительного дня. Иногда Стас, по-мужски изголодавшись, осторожно будил Владу, она сердилась, отчасти по-настоящему, отчасти притворно, и снисходительно принимала его ласки.

Стас явно влюбился в нее, влюбился с первого взгляда. С одной стороны, это было, конечно же, приятно, с другой — иногда утомительно, а временами и вовсе надоедливо. На «поляне», во время сражений с привидениями и монстрами, Влада еще могла не помнить о том, что партнер к ней не равнодушен. Но потом, в спальне, в какую бы секунду она ни взглянула на Стаса, всегда оказывалось, что он начал смотреть на нее мгновением раньше — или вообще не сводил с нее взгляда. И Влада чувствовала себя как актриса на сцене или учительница у доски — ни нос нельзя почесать, ни тем более, пардон, поправить трусики.

Конечно, Влада могла бы не обращать на Стаса внимание и вести себя так, словно его рядом нет. Влюбился — твои проблемы, я-то тут при чем? Но то ли пробуждающееся женское тщеславие, то ли не умершая еще девичья гордость не позволяли ей ронять марку.

Стас, оберегая Владу, старался действовать нестандартно и эффективно. В первые дни планы операций с повторяющимися названиями «Завтрак», «Обед» и «Ужин» разрабатывала Влада, но за последнюю неделю она ни разу не сказала, что ее план лучше.

Самые ответственные и опасные моменты нападений на холодильник Стас брал на себя, но Влада умело его прикрывала и несколько раз спасала от «пуль». Их спальня теперь — от них же — охранялась, и для того, чтобы попасть в нее, Стасу и Владе приходилось, во-первых, выяснять, кто и как стережет их «гнездышко», во-вторых, обманывать или «убивать» охранников. Иногда безуспешные попытки отбить спальню растягивались на полночи, и они решали на следующий день лучше недоесть, чем недоспать, но голод каждый раз выгонял их на поиски пропитания задолго до времени обеда.

Они научились полностью убирать с экрана полоски. Вначале эту науку освоил Стас, через пару дней — Влада. Кукловодов оказался прав: если на экране во время игры не появлялись полоски, они делали все легко и непринужденно и становились неуязвимыми для пуль. Но «поймать» это состояние удавалось не всегда. И если во время тренировок в спальне они теперь довольно легко добивались полного исчезновения полосок, то во время боев во имя хлеба насущного это получалось редко.

Выход из положения нашел Стас.

Влада заметила, что он совсем перестал хватать «пули», да и ее как-то очень уж удачно оберегал от «наказаний за неэффективные действия». Вечером она устроила допрос. Оказалось, этот хитрец научился практически мгновенно очищать свой экран, мысленно произнося команду «Полоски!». Вначале он научился это делать в спальне, потом и во время «боев местного значения».

— Ты! Узнал такой секрет, а мне не сказал! — рассердилась Влада. — Да я тебя за это!..

— Десять поцелуев, не больше! За то, что я все-таки открыл тебе ужасно секретный секрет! Больше десяти я не выдержу! — веселился Стас все то время, когда Влада колотила его кулачками по плечам и спине. Потом легко перехватил Владины руки, обнял ее, прижал к себе и уже всерьез начал оправдываться: — Я думал, что ты убираешь полоски точно так же. И пока ты не спросила, не очень-то задумывался, почему они перестали мне мешать во время операций «завтрак-обед-ужин». Ты спросила, я напрягся и вспомнил, что именно почти бессознательно делаю после того, как увижу монстра или еще какого-нибудь придурка.

Влада, потренировавшись, тоже смогла почти мгновенно и почти в любой ситуации убирать полоски, и теперь во время схваток за еду ей ничто не застило виртуальный свет.

Они не сразу начали делать зарубки на косяке двери, ведущей в санузел, и теперь не знали точно, заканчивается сейчас вторая неделя сборов или уже началась третья. А спрашивать, какое нынче число, ни он, ни она у своих родителей не решались.

Телефон, стоявший на подоконнике спальни, украшала табличка «Разговор контролируется!», и никаких существенных сведений об Игре им разглашать не разрешалось: разговор тут же прерывался. Да и позвонить можно было лишь дважды в день. Оба в самых радужных красках расписывали родителям сборы, которые, конечно же, ужасно поправят их здоровье, но однажды Стас осторожно сообщил Владе, что от постоянного пребывания в помещении у нее под глазами появились темные круги.

— Это от другого круги, — усмехнулась она. — Не волнуйся, ничего со мной не станется. До конца сборов осталась максимум неделя, как-нибудь доживу.

Иногда Влада ловила себя на том, что привыкла к жизни, в которой еду, возможность провести ночь с парнем и даже просто выспаться нужно каждый раз завоевывать, иногда напрягая для этого все силы, и что эта жизнь ей нравится. Но долго так продолжаться не могло.

И действительно, в одно утро все в очередной раз резко переменилось. В холодильнике вместе с завтраком Влада обнаружила листок бумаги с инструкцией, которая предписывала им уничтожить Карлоса, террориста международного масштаба, тщательно законспирированного и хорошо охраняемого. Но разведке одного дружественного государства удалось установить, что он проживает сейчас в Багдаде. Прилагался план квартала, в котором проживал Карлос, указывалось, что каждое утро он куда-то уезжает по своим террористическим делам на черном «мерседесе», возвращаясь иногда через час, а когда и в час ночи. Давался полезный совет: проще всего ликвидировать Карлоса можно тогда, когда он садится в автомобиль. С одной стороны, именно в это время охранники наиболее внимательны, с другой — именно поэтому они меньше всего ожидают нападения.

Детали операции антитеррористам предстояло разработать самостоятельно. Награда — отдых в пятизвездочном отеле, с деликатесами и шампанским. Но — лишь при условии, что им удастся ускользнуть от полицейских, которые наверняка начнут их преследовать.

Выйдя из бывшего «салуна», в котором давно уже не шумели ковбои, и проделав предписанный инструкцией путь по комнатам «замка», Влада и Стас обнаружили себя стоящими на шумной улице арабского города, в двух шагах от «мазды» с иностранными номерами. Номера совпадали с указанными в инструкции.

— Стой здесь, я проверю, — попросил Стас, обходя автомобиль. Он потрогал руками лобовое стекло и капот, слегка надавил на последний, проверяя упругость подвески. Иллюзия того, что автомобиль настоящий, была полной. Стас открыл дверцу, сел за руль, повернул ключ, предусмотрительно оставленный кем-то в замке зажигания. Чуть слышно заработал двигатель. Стас открыл правую дверцу:

— Прошу вас, мадемуазель!

Влада уселась рядом с ним. Автомобиль слегка качнулся.

— Класс! — оценила она. — Совсем как настоящий!

— Он и есть настоящий. Ну почти. Ты почувствовала ветерок, когда мы вышли на «улицу»?

— Почувствовала. Словно мы и в самом деле… Тачка стоит во внутреннем дворике дома отдыха, да?

— Скорее всего. Но это все-таки не тачка, а высококлассный тренажер типа тех, на которых в Америке дети миллионеров готовятся разбивать автомобили своих папаш.

Стас плавно тронул с места, и улицы незнакомого города поплыли за окнами «мазды», создавая почти полную иллюзию движения. Даже ветерок начал дуть в приоткрытые окна — видимо, на дверцах тренажера были установлены вентиляторы. Лишь для показа мельчайших деталей городского пейзажа не хватало разрешения микроэкранов шлема.

Указанный в инструкции дом они нашли довольно быстро. Перед красивым беломраморным особняком, прячущимся в тени каких-то экзотических деревьев, стоял черный «мерседес». Водитель его скалил белые зубы, рассказывая что-то веселое охраннику. Второй охранник прогуливался по тротуару рядом, все время оглядываясь по сторонам. От яркого солнца голову его прикрывал огромный платок, прихваченный темным обручем.

Понимали Стас и Влада друг друга теперь с полуслова. К тому моменту, когда их «мазда» замерла неподалеку от «мерса», план операции был полностью согласован.

Охранник, разговаривавший с шофером, бросился к «мазде», едва она остановилась. Стас и Влада начали целоваться.

— Эй, ты! Здесь нельзя останавливаться, — сказал охранник почему-то на русском. — Проезжай!

— Счас, — не стал спорить Стас, неохотно прерывая поцелуй.

— Ты… позволяешь командовать собой каждой шестерке?! Хорошо! Тогда ты уезжай, а я останусь! — немедленно взбесилась Влада.

Она выскочила из машины, едва не развалив тренажер хлопком дверцы. Стас бросился за нею.

— Влада! Владочка! Я тебя умоляю!

Сцену ссоры юных влюбленных они разыгрывали до тех пор, пока возле «мерса» не появился Карлос с двумя охранниками. После чего началась банальная «стрелялка». Расправившись с охранниками, они всадили в Карлоса для верности по паре «пуль» и бросились к «мазде»: с соседней «улицы» уже доносилось завывание полицейской сирены.

В этот первый раз им удалось оторваться от полиции довольно легко. Петляя по узким улочкам и отслеживая свое местоположение на мониторе бортового компьютера, они въехали в указанную в инструкции пустынную улочку. Здесь, оставив в автомобиле пистолеты, они пересели в черный «опель», за рулем которой сидел бородатый водитель в темных очках — ни дать ни взять Кукловодов. Может, это он и был? Едва они отъехали, позади грохнуло. Оглянувшись, Влада через заднее стекло увидела, что их «мазда» горит багрово-оранжевым пламенем.

Цвет — тридцать два разряда, не меньше. Ишь какой костер…

Влада понимала, что за все это время они лишь перешли из одного тренажера в другой, ни один из которых и на сантиметр не сдвинулся с того места, где его установили устроители Игры. И тем не менее через десять минут они со Стасом вошли в роскошный отель, где были препровождены лопающимся от усердия смуглым служащим на второй этаж.

В таких апартаментах Владе бывать еще не приходилось. Гостиная с коврами, телевизором и дорогой мебелью, спальня с огромной кроватью, сверкающая никелем и чистотой ванная комната с маленьким круглым бассейном посередине.

Ha столике в гостиной в ведерке со льдом действительно стыла бутылка шампанского.

— Интересно, а шлемы здесь можно снимать? — забеспокоилась Влада.

— Боишься, что все исчезнет? Ну, тогда давай я первый.

— Если все — мираж, не говори мне об этом, — попросила Влада.

Стас снял шлем. Судя по тому, что руки его не дернулись, как у марионетки, которую резко потянули за веревочки, удара током не последовало. Но вместе с тем вел себя Стас как-то странно: прикоснулся ладонью к запотевшей бутылке, потом отдернул руку и как-то боком, по-крабьи приблизился к Владе.

— Ну что?

— Да как тебе сказать… — задумчиво протянул Стас. — Шампанское, кажется, настоящее. А вот лед… Ты сама оцени, — деловито предложил он и, быстро подняв руку, запустил Владе за шиворот льдинку.

— Ай! — вырвалось у Влады, и разозлилась она на Стаса — в натуре, без понтов — не за льдинку, а за это свое бабское «Ай!».

Она бросилась на обидчика, как фурия, но трусливый Стас заперся в ванной. Судя по немедленно раздавшемуся шуму льющейся воды, он решил пересидеть бурю в бассейне.

Влада осторожно сняла шлем. Ничего вокруг в общем-то не изменилось, только краски чуть потускнели, зато различимые глазом детали стали мельче. Поспешно освободившись от скафа, Влада набрала две полные горсти льдинок и загрохотала ногой в дверь ванной.

— Подлый трус! Выходи! — вызвала она Стаса на бой.

— Вначале сними шлем, скафандр и разоружись, — выставил ультиматум Стас.

— Я давно вышла из виртуальности! — кричала в ответ Влада. — Но твою цыплячью шею я и голыми руками сверну!

— Я не цыпленок! У меня уже гребешок вырос и кое-что еще. Показать? — дразнился Стас.

— Открывай без разговоров, — рычала Влада хриплым сопрано, стуча в дверь босой ногой.

Стас рывком открыл дверь. Влада влетела в ванную, пряча начавшие таять льдинки.

Бассейн розовато-желтого цвета, напоминающий огромную морскую раковину, был уже наполовину полон. Стаса, однако, в просторной ванной комнате не было. Влада резко повернулась. Стас, стоявший, конечно же, за ее спиной, подхватил Владу на руки.

— Вот тебе, вот, вот! — ликовала она, запихивая льдинки ему за шиворот.

— Остынь, милая, — посоветовал Стас, бережно опуская Владу в воду.

— Ай! — снова вскрикнула Влада, но уже не злясь ни на себя, ни на Стаса. — Я же одета!

— И в самом деле… — озадачился Стас, притапливая Владу так, чтобы над поверхностью воды оставалась только ее голова. — Но это легко исправить. Тебе помочь?

Влада плеснула на него водой.

— Твое счастье, что ванна оказалась настоящей! Иначе бы…

Она попыталась стянуть с себя блузку, но тонкая материя плотно прилипла к телу и не поддавалась. Влада обреченно подняла вверх руки.

— Ну, что стоишь, как сосватанный? Снимай!

Стас, не сводивший глаз с облепленных прозрачной тканью округлостей, бросился исполнять приказание. И, как обычно, взял на себя самую трудную часть работы: стаскивание блузки именно с этих округлостей.

— Ты подумал, в чем я теперь ходить буду? — притворно сердилась Влада, вставая. — Отвернись! Отвернись, говорю!

Стас со вздохом исполнил и это приказание. Через несколько секунд на голову его обрушилась мокрые джинсы, а едва он от них освободился — кружевные трусики.

— В халате ты будешь ходить, вот в этом, — указал Стас на два роскошных махровых халата, приготовленных заботливыми хозяевами гостиницы. — Но, по-моему, ты сегодня и без халата не замерзнешь.

— Да?! Перетопчешься! — злорадствовала Влада. — В следующий раз не будешь ледышки за шиворот запускать!

Стас развесил джинсы и прочее на полотенцесушителе и начал быстро раздеваться.

— Что ты делаешь? — удивилась Влада, успевшая за это время вылить в воду пару колпачков шампуня и взбить пену.

— Я тоже хочу искупаться.

— Но я первая заняла ванну! — возмутилась Влада.

— А я второй, — как обычно, не стал спорить Стас и шагнул в воду.

Влада, издав боевой клич, бросилась на агрессора.

— Я тоже тебя хочу! — успел крикнуть Стас, прежде чем волна цунами захлестнула его с головой. — Но не так резко, дорогая, — пробулькал он уже в воду.


Глава 7. СТАС

Следующие несколько дней они только и делали, что убивали Карлоса. Причем жил он теперь в Москве, в особняке недалеко от Каширского шоссе. Д


Содержание:
 0  вы читаете: Сладкая парочка : Владимир Гусев  1  Глава 1. СТАС : Владимир Гусев
 2  Глава 2. ВЛАДА : Владимир Гусев  4  Глава 4. СТАС : Владимир Гусев
 6  Глава 6. ВЛАДА : Владимир Гусев  8  Глава 8. СТАС : Владимир Гусев
 10  Глава 2. ВЛАДА : Владимир Гусев  12  Глава 4. ВЛАДА : Владимир Гусев
 14  Глава 6. ВЛАДА : Владимир Гусев  16  Глава 8. СТАС : Владимир Гусев
 18  Глава 2. ВЛАДА : Владимир Гусев  20  Глава 4. ВЛАДА : Владимир Гусев
 22  Глава 6. ВЛАДА : Владимир Гусев  24  Глава 8. СТАС : Владимир Гусев
 26  Глава 2. СТАС : Владимир Гусев  28  Глава 4. ВЛАДА : Владимир Гусев
 30  Глава 6. СТАС : Владимир Гусев  32  Глава 8. ВЛАДА : Владимир Гусев
 34  Глава 10. ВЛАДА : Владимир Гусев  36  Глава 12. ВЛАДА : Владимир Гусев
 38  Глава 2. СТАС : Владимир Гусев  40  Глава 4. ВЛАДА : Владимир Гусев
 42  Глава 6. СТАС : Владимир Гусев  44  Глава 8. ВЛАДА : Владимир Гусев
 46  Глава 10. ВЛАДА : Владимир Гусев  48  Глава 12. ВЛАДА : Владимир Гусев
 50  Глава 2. ВЛАДА : Владимир Гусев  52  Глава 4. СТАС : Владимир Гусев
 54  Глава 6. СТАС : Владимир Гусев  56  Глава 8. СТАС : Владимир Гусев
 58  Глава 10. СТАС : Владимир Гусев  60  Глава 2. ВЛАДА : Владимир Гусев
 62  Глава 4. СТАС : Владимир Гусев  64  Глава 6. СТАС : Владимир Гусев
 66  Глава 8. СТАС : Владимир Гусев  67  Глава 9. СТАС : Владимир Гусев
 68  Глава 10. СТАС : Владимир Гусев    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap