Фантастика : Юмористическая фантастика : Глава 28 А все тревоги - мелкие! : М Хмелинина

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30

вы читаете книгу




Глава 28 А все тревоги - мелкие!

Хьюго неторопливо, размеренно шагал по коридору к своему кабинету. Он изволил пребывать в отвратительном настроении, был мрачен и недоволен всем, в том числе и самим собой. Не один месяц прошел после их возвращения из далекой России в родные пенаты. Последние недели пребывания в российском филиале Академии Высшей Магии слились в причудливый калейдоскоп самых противоречивых и странных воспоминаний.

Вот очередные лихорадочные попытки привести в порядок новое здание, аудитории, документацию и прочее. Ему припоминалась беспорядочная беготня по этажам и коридорам; вот Саша драит окно, одновременно делая внушение тупому студиоту; Лина на пару с Майей привычно уже волокут стенд с этажа на этаж, следом топает Владя, нагруженный рулонами с новым расписанием, двумя стульями, молотком и гвоздями. Марик в запарке носится из аудитории в аудиторию, налаживая компы, которые налаживаться не желают; Нелли и Ульяна конвоируют упирающихся студентов в кабинет психомагического тестирования. Приезд комиссии, который стоил всем сотрудникам как минимум года жизни, если не больше; придирчивая проверка всего и вся, заставляющая народ глотать валидол и пачками пить валерьянку; затем - отъезд комиссии, получение лицензии и аккредитации, что было принято с безмерным облегчением и в то же время обреченностью: раз не закрыли, значит, придется работать дальше…

Хьюго и Марион, сочтя свою миссию выполненной, заторопились домой. С присущей им аккуратностью собрали вещи, подчистили текущие дела, привели в порядок рабочие места, которые отныне будут служить другим. Однако, явившись в Академию в последний раз, ошарашенные британцы поняли, что крупно вляпались - благодарные российские коллеги устроили им прощальную вечеринку в чисто русском стиле. Сие, разумеется, означало хорошую пьянку, не слишком-то полезную для английской печени. Но то ли акклиматизация прошла успешно, то ли радостное возбуждение предстоящего отъезда помогло, но профессоры держались молодцами. Шеллерман, в частности, отлично помнил не только начало вечеринки, так сказать, официальную часть, но и ее окончание, что удалось лишь немногим самым стойким. А на следующее утро он и Марион с облегчением распрощались с сумасшедшим домом, который по недоразумению именовался Российским филиалом Академии Высшей Магии, и отбыли в Англию.

Первые несколько дней Мастер-Целитель был безмятежно счастлив - его студенты не хамили, не спорили, не болтали и практически не опаздывали. Он был так рад, что даже ставил своим психомагам на десять процентов меньше двоек, чем обычно. Но спустя совсем немного времени профессор начал ощущать дискомфорт. То и дело ему казалось: что-то идет не так, как должно. Но сколько бы он не проверял все и вся, результат был один: полный порядок. Вскоре Шеллерман поймал себя на мысли о том, что частенько вспоминает своих несносных, нахальных, бестолковых и упрямых российских коллег: Лину с Людой, этих попугайчиков-неразлучников, умудряющихся расширить имеющееся пространство только с помощью карандаша и ластика; Маргариту Леопольдовну, беспокоящуюся по поводу и без повода, готовую помогать кому угодно; ребят-компьютерщиков, ехидных мастеров на все руки и чокнутых на все головы; Леопердовну с ее садовой скульптурой и крокодилом Грызли, но особенно - Майю с ее язвительными мысленными комментариями, неприличными анекдотами и жизнерадостной трепотней.

Профессор очень долго не мог понять, что с ним происходит. Это раздражало его безмерно. Кроме того, он все чаще замечал, что и Марион выглядит невеселой. Осознание того, что он просто-напросто скучает, показалось ему настолько диким, что он даже рассмеялся. Ведь такого просто не могло быть! Ну, какой дурак станет скучать по бардаку, тесноте и бесконечным скандалам?

А он скучал. Понимая нелепость своих чувств, ощущал, что его начали бесить дисциплинированные и серьезные английские студенты. И даже втихаря радовался, когда юные воспитанники учиняли-таки безобразия. Это было неправильно и расстраивало Хьюго еще больше.

Он шел к своим старшекурсникам, достойным продолжать обучение высшему пилотажу магической психологии, анатомии, медицины и фармакологии, которых всегда отбирал очень тщательно. Да и потом придирался к ним по поводу и без оного, оставляя на дополнительные занятия и отработки пропущенных с отменной щедростью. Так что студенты, посещающие его уроки, вели себя тише воды ниже травы, чем еще больше злили своего наставника.

Профессор Шеллерман вошел в кабинет и, остановившись у доски, обвел своих подопечных тяжелым взглядом. Все сидели тихо… все? Целитель заметил пустое место за столом и уже, было, возрадовался: надо же, хоть один прогульщик! Можно попрактиковаться в подзабытом заклинании "Сивка-Бурка". Но не тут-то было - заметив откровенно хищный взгляд сурового преподавателя, направленный на пустой стул, поднял руку староста.

- Ну? - рыкнул Шеллерман, переведя на него взгляд.

- Сэр, - юнец поднялся и деловито сообщил, - сэр, Мэйсон порезался, когда брился. Он в лазарете, сэр.

- Сядьте! - резко бросил в ответ разочарованный профессор и развернулся к доске. - Тема сегодняшней лекции - Аспириновое бренди. Имеет снотворное, успокаивающее действие, снижает жар, избавляет от кошмаров, но имеет побочный эффект - эротические галлюцинации. Записывайте показания к применению…

Когда же студенты принялись за традиционную проверочную работу на пятнадцать минут, Шеллерман окинул аудиторию орлиным взором - никто не занимался посторонними делами и даже не болтал. "Какая скука", - Хьюго опустился на стул, подперев рукой подбородок. Ему было все равно, что могут подумать старшекурсники о своем так некстати призадумавшемся наставнике.

Внезапно тишина подземелий взорвалась донельзя противным звуком, в котором с большим трудом можно было узнать мелодию из фильма "Бухер". Все присутствующие подскочили на месте. Шеллерман исключением не стал, несмотря на тот факт, что отвратная мелодия разрывала его собственный карман. Это был ни много ни мало мобильный телефон довольно древней конструкции, подарок на прощание от благодарных коллег-россиян. Двойник этого писклявого чудовища, не знакомого с изысками полифонии, был преподнесен профессору МакДугл. Полуэкт Полуэктович утверждал, что поставил на телефоны вечные волшебно-молибденовые батарейки, которые позволят не заряжать агрегаты и использовать их даже в метро. Шеллерман поблагодарил, сунул телефон в карман и забыл о нем. Теперь трубка злорадно мстила своему хозяину за склероз, едва не доводя его до кондрашки. Хьюго торопливо выдернул из кармана телефон, чуть не уронив его на пол, чудом нажал нужную кнопку и рявкнул в трубку:

- Да!

- …, про…р! - качество связи оставляло желать лучшего. Профессор поднялся и направился к выходу из аудитории. Плотно притворив за собой дверь, поплотнее прижал к уху неуклюжую трубку, пытаясь разобрать, что именно до него пытается донести собеседник или собеседница - голос тоже невозможно было опознать.

- Что случилось? - Хьюго не стал утруждать себя соблюдением правил этикета и сразу взял быка за рога.

- …ас…т на…й бардак!

- И все? К Вашему сведению, это не новость!

- Н…т, у… пожар…!

- Пожар?! Говорите четче, дьявол Вас разбери, ничего не слышно!

- Я г…ю, у н…с т… Паник…а…, а мы не у…ся! Затоп…али!… В об…м, полный здец!

В целом из всего разговора, где по общепринятой логике должно было быть описание сути рассматриваемого вопроса, из-за сильнейших помех Хьюго удалось разобрать всего несколько слов: "Бардак", "Пожар", "Паника", "Затоптали" и "Полный здец!" в указанной последовательности. По прошлому опыту профессор отлично помнил, что может означать последняя идиома, поэтому не стал тратить время на уточнение деталей.

- Еду! - бросил в трубку Шеллерман без особой уверенности, что его услышат, и нажал на кнопку сброса, после чего прочувствованно выругался по-русски, не упустив ни одного нюанса, словно предвидя всевозможные проблемы и трудности. И вдруг обнаружил, что несмотря на тревожность ситуации, улыбается до ушей. Целитель согнал с лица неуместную улыбку, заглянул в аудиторию, строго настрого наказав студентам продолжать без него, и поспешно отправился на поиски Марион.


- У вас случилось ЧТО?! - гневное восклицание Шеллермана разорвало давящую тишину.

"Академики" нервно запереглядывались, пока Майя, самая смелая из присутствующих, на одном дыхании не выпалила:

- Намнадовписатьсявнормативпопожарнымучениямивсеуспетьпоосновнойработе!

Хьюго поморщился; несмотря на факт (в чем он признался себе некоторое время назад), что взбалмошная коллега ему явно импонирует, ее чрезмерная болтливость порой просто выводила из равновесия.

- Повторите, пожалуйста, членораздельно, - резко потребовал он, надеясь, что ослышался в первый раз - думать, что ему пришлось лететь на скоростном ковре-самолете сомнительного российского производства лишь для того, чтобы организовать что-то настолько банальное, не хотелось.

- Может, мы лучше покажем? - неуверенно предложила Лина. - Тем более, что через пять минут все равно очередная тренировка будет - вот Вы сами и увидите.

И тут Шеллерман, почему-то, занервничал. Слишком уж серьезными были лица собравшихся. Сосредоточенные, решительно настроенные на хорошие показатели сотрудники твердым шагов промаршировали на свои рабочие места, обеспечив тем самым видимость активной деятельности; время от времени кто-то поглядывал на часы, другие постукивали яркими коготочками по столешницам, третьи же сидели с таким видом, будто были готовы принять старт, дабы на финише обязательно оказаться первыми. "Им бы такое рвение в работе, - с тоской подумал Мастер-Целитель, устраиваясь за свободным столом в предвкушении очередного шоу, - цены бы им не было". Однако долго скорбеть ему не пришлось.

Как только большая стрелка висевших на стене видавших виды часов оказалась на одиннадцати, а маленькая - на двенадцати, с места сорвалась нервничающая больше всех Масяня - так прозвали помощника старшего помощника главного бухгалтера - девочки маленькой с косолапыми ножками и реденькими волосиками. Звали ее Лада, но ладили с ней не все по причине крайне вздорного характера. В силу последнего, а может, чтобы оправдать свое прозвище, Масяня каждый раз оказывалась последней выбегавшей на улицу во время тяжелых пожарных учений.

- Фальстарт, - констатировала факт Люда, довольно ухмыльнувшись; Масяня приходилась ей двоюродной сестрой, что, однако, не означало наличия крепких семейных уз.

Далее события развивались с неимоверной быстротой.

Как только раздался уже знакомый и привычный всем вой, сотрудники повскакивали с мест и ринулись вон из кабинета, то и дело наступая друг другу на ноги, толкаясь и переругиваясь. Первыми у дверей оказались трое; протиснуться в проем одновременно им не удалось, в результате чего образовалась небольшая пробка. Ситуацию спас Владя, с разбега навалившись на несчастных застрявших и вылетев вместе с ними в коридор. Хьюго с нескрываемым интересом последовал за "несчастными". То, что предстало его взгляду, не укладывалось ни в какие мыслимые рамки.

Толпа постепенно становилась все больше, поскольку с каждой аудиторией к бегущим присоединялись явившиеся на лекции студенты; последние настолько привыкли к ежедневным марафонам, что приходили в вуз исключительно в удобной, спортивной обуви, перебежки как таковые заменили им занятия по физкультуре, а кураторы смогли поставить еще одну галочку в отчетах по воспитательной работе. Тяжелее всего приходилось самим менеджерам, особенно тем, кто не успел вовремя переобуться. Бежать на десятисантиметровых шпильках было крайне неудобно - Шеллерман искренне восхитился Брумгильдой Леонардовной, которая с первых же метров выбрала высокую скорость и умудрилась ни разу не оступиться да и в принципе вела себя так, будто всю жизнь бегала стометровку исключительно на каблуках.

Результаты подводили через полчаса, когда вконец измученные "академики" выстроились перед парадным подъездом. Выяснили, что на этот раз обошлось без серьезных травм, но на пару сломанных каблуков больше; Грызлику пришлось бинтовать хвост; четыре сорванных стенда, один из которых оказался вынесенным толпой на улицу, и одно разбитое окно, куда поначалу решили прыгнуть особо ретивые студиоты (решетка помешала), завершали неутешительный отчет.


Спустя час Хьюго расхаживал по кабинету, служившему сотрудникам актовым залом, конференц-залом и учебной аудиторией одновременно. Собравшиеся там "академики" уныло переглядывались - уже все знали, что пройдет всего два часа двенадцать минут, и очередная комиссия приедет принимать очередные нормативы. Как обычно, готовность к проверке составляла ровный круглый ноль без десятичных знаков после запятой. Шеллерман обвел гневным взглядом присутствующих и безапелляционно заявил:

- Хреново!

- Спасибо за информацию, - сварливо пробурчала в ответ Майя; она уже который день изволила пребывать в отменно дурном настроении, поскольку еще со школы не терпела уроки физкультуры в целом и пробежки в частности. И даже возвращение блудного Мастера-Целителя, к которому она испытывала более чем теплые чувства, ее не до конца утешило.

- Не за что! - сердечно отозвался в ответ означенный профессор. - Всегда пожалуйста, я только рад расширить Ваш кругозор! А теперь всем слушать сюда! С такими темпами и в таких коридорах мы едва ли добьемся более существенных успехов. А если учесть ширину дверных проемов, то ситуация представляется нестандартной.

- Более чем, - мрачно уточнила Лина, перелистывая свой блокнот. - Вчера, например, мы забыли в аудитории целую группу! Эти негодяи заперлись и вместо видеолекции по физиологии центральной нервной системы смотрели просто физиологию.

- Просто? - Шеллерман, не понаслышке знакомый со вкусами некоторых студиотов, скорее утверждал, нежели спрашивал.

- Немецкое порно, - пояснила Ульяна. - Это все Ядный. А диск мы конфисковали, правда, сами еще не видели, в сейф спрятали.

- Учитывая, что мы находимся в цейтноте, я вижу только один выход из положения - заклинание "Сивка-Бурка"! - не без злорадства продолжил Хьюго, представив, как уронит особо провинившихся коллег и высшее начальство, а после сошлется на чересчур большое количество вызванного народа, помешавшее ему сосредоточиться.

- Ой, бли-и-и-ин, - Вадя обреченно стукнулся лбом о косяк двери; косяк накренился, а дверь треснула. - Опять в синяках ходить!…

- Ничего, переживете! - безапелляционно сообщил профессор. - Зато в нормативы уложитесь. Значит, так. Чтобы через полчаса у меня были списки всех… Вы понимаете, ВСЕХ без исключения групп, которые сегодня в это время должны быть на занятиях, а также полный перечень отделов с пофамильным составом сотрудников.

- Профессор, - изумленно округлив глаза, оторопело проговорила Лина, - у нас на четвертой паре тридцать шесть групп от пяти до сорока восьми человек…

- Ну, и? - нетерпеливо поторопил ее Шеллерман.

- Ну, и нам очень интересно, с какой скоростью Вы эти списки зачитывать будете, чтобы всех успеть вызвать! Как ни крути, на пулемет Вы не похожи, - ехидно уточнила Майя.

- А я и не собирался зачитывать списки поименно! Достаточно будет названия группы; чем, спрашивается, Вы слушали на курсах повышения квалификации? - не менее ехидно отшил ее профессор. В ответ несносная коллега показала ему язык.

Так или иначе, задание поняли все и рьяно взялись за исполнение. В результате списки лежали перед Хью спустя уже пятнадцать минут - неслыханная оперативность! Видимо, "академикам" до чертиков надоело заниматься бегом по пересеченной местности, и они сделали все, чтобы избежать дальнейших тренировок.

- Молодцы, - снизошел до похвалы Шеллерман, аккуратно складывая листочки в стопочку, - можете, когда хотите!

- Не хотим, - кисло откликнулась Янина, - но каблуки ломать задолбались, а ремонт выходит в половину стоимости самих туфель, поэтому и можем!

- Знаете, ЧТО мы забыли? - Вольдемар, тем временем перечитывающий Положение о пожарной безопасности, спешно найденное в глобальной сети, наткнулся на любопытнейший абзац. - Комиссия будет смотреть не только на нормативы проверки в цифрах, но и на их фактическое выполнение.

Хьюго задумался, однако долго предаваться продуктивному мыслительному процессу ему не дали: Майя, со всей силы грохнув папкой-скоросшивателем о столешницу, с отвращением стряхивала с картонки останки большого рыжего таракана.

- Конечно. У нас же официоз! И несмотря на то, что все в нашем мире можно сделать с помощью магии, инструкции явно писались самыми ленивыми - впадлу пальцы скрестить, как положено, - бормотала она в ответ на замечания Марика. - А еще и бюрократию развели: сказано в инструкции: "Бежать!", значит, бежать! А сие означает…

- Что пробежки не избежать, - мрачно закончил Хьюго и взялся за голову, лихорадочно прикидывая порядок, в котором придется отправлять сотрудников в путь, чтобы потери оказались наименьшими.

ХЛОП!…

Второй удар папкой пришелся в аккурат на стену между календарем и старыми часами - усатое членистоногое свалилось под стул. Марианна с изрядной долей отвращения посмотрела на результаты своей деятельности и на всякий случай припечатала рыжего носком туфли к полу:

- Задолбали! Скоро на нас сидеть начнут, мерзкие твари!…

Мастер-Целитель, исподтишка наблюдавший за Майей, незаметно скрестил пальцы - на той же стене появилось второе насекомое, раза в два больше предыдущего. Его коллега, заметив очередное рыжее пятно, демонстративно стащила с ноги туфель и запустила… в Хьюго, приговаривая:

- Профессор, окажите мне любезность: в следующий раз, когда будете творить подобные иллюзии, хотя бы не делайте их цвета детской неожиданности!

И тут профессора осенило, однако для выполнения задуманного требовалась помощь настоящего мастера создавать что-то из ничего. На данную роль более всего подходили двое: Марион МакДугл, по семейным обстоятельствам не сумевшая приехать с Хьюго, и Полуэкт Полуэктович, являвшийся на техническую помощь со своим бездонным чемоданом по первому зову сотрудников.

Переговорив с начальником отдела ТСО и вкратце обрисовав ситуацию, Шеллерман изложил план: создавать иллюзию массовой эвакуации будет голограмма, а топот запишут на аудионоситель и проиграют в указанное время. Полуэктович идею одобрил, кинул клич своим подчиненным, которые в кратчайшие сроки установили наскоро собранные, а потому не проверенные, проекторы из найденного на местной свалке хлама на каждом этаже здания. С шумовым оформление оказалось сложнее, поскольку как "академики" ни старались подобрать соответствующие звуки, получалось что-то отдаленно похожее на рев слона, взлетающего самолета, даже писк мыши, попавшей в мышеловку, но никак не на стукоток каблучков, мягкие удары кроссовок и гулкие звуки тяжелых мужских ботинок. Решили бежать снова, попутно записывая необходимое звуковое сопровождение на диктофон. Диктофона не оказалось, зато нашлось несколько десятков крутых мобильников, на время одолженных у студентов (сами сотрудники видели такие исключительно в мечтах), которые расставили и запрограммировали на запись на основных отрезках дистанции.

Поскольку до приезда проверяющих оставалось чуть меньше часа, а фонограмму еще необходимо было подогнать под изображение, Хьюго выделил на пробежку пятнадцать минут, пригрозив проклясть всех и вся и уехать в Англию, если хоть кто-то приползет к финишу секундой позже. С перепуга уложились минут в десять; запись прослушали и остались довольны - кроме желанного топота записались также крепкие выражения, которые употребляли менеджеры, когда ломался очередной каблук; возмущения присутствующих на занятиях студентов, уже в который раз оказавшихся не в состоянии завершить тесты; истошные вопли Грызли в момент, когда ему наступали на хвост, и даже звук падающего со стены стенда, впоследствии вынесенного на улицу многочисленной толпой - словом, все, что могло бы быть на самом деле.

Измученные, сели ждать рокового часа. Лина с Майей, давным-давно привыкшие к перипетиям жизни и работы в Академии, решили, что мелкие проблемы не стоят их драгоценного внимания, а все проблемы с некоторых пор относились к разряду мелких, пили горячий чай с медом. Операторы отдела ТСО, чтобы скоротать время, пытались наладить нормальную работу очередной версии задолбавшей всех программы "СКИС", крестным которой во всеуслышание признали композитора Глюка, а про создателя хором пели любимую песенку, ставшей своеобразным гимном: "Кто тебя выдумал, спьяну был видимо!" Учебный отдел занимался любимым делом - бесконечным и бессмысленным трепом напропалую. Хьюго же прочитывал названия отделов и групп с пофамильными списками, чтобы, не дай Создатель, не ошибиться в самый ответственный момент, и мельком поглядывал на Марианну - бесшабашная девица почему-то привлекала к себе больше внимания, чем ему того хотелось.


Ждали, как водится, дольше, чем предполагалось, а посему сотрудники успели разойтись по рабочим местам, чтобы за день успеть сделать хоть что-то полезное. Однако стоило только настроиться на рабочий лад, как по чату разошлось многоадресное сообщение: "На старт, внимание, МАРШ!…"

Скрестив пальцы на удачу, Хьюго, не числившийся в списках штата и среди студенческой братии, спрятался в кустах, обеспечивающих прекрасный обзор внутреннего двора здания Академии, с заветными листами, разложенными в соответствии с планом эвакуации, и "Черепушкой" наготове. Полуэкт Полуэктович, проведя проверяющих по всем кабинетам и показав наличие в теории исправных огнетушителей, ждал последнего сигнала. Сигнал прозвучал спустя секунду после включения фонограммы. К счастью, из-за рева сирены на усиливающиеся топот и маты комиссия внимания не обратила, потому что имела удовольствие наблюдать, как стройные, упорядоченные, не паникующие ряды сотрудников и студентов неслись на первой световой в сторону выхода, умудряясь при этом забрать самые важные документы, стенд с расписанием и даже живой уголок Брумгильды Леонардовны, состоявший из крокодила, китайской розы и выцветшего колючего кактуса. Шеллерман же, тем временем на всю катушку использовал "Сивку-Бурку" - двор постепенно заполнялся народом.


Результаты проверки превзошли все ожидания.

Начать с того, что во время импровизированной иллюзорной пробежки наскоро собранные из подручного хлама проекторы работать периодически попросту отказывались, из-за чего то там, то здесь по толпе пробегали рябистые волны, изображение смазывалось, дергалось, на краткие доли секунды даже пропадало, как в старом цветном телевизоре, работающем только на авось. Все бы ничего, но звук, записываемый в течение 10 минут на последней тренировке, смонтировать не успели, поэтому нецензурные выражения и топот слышались еще какое-то время после того, как по всем показателям участники учений уже должны были быть во дворе. Объяснять сей факт поручили Полуэкту Полуэктовичу, который благодаря своей манере изъясняться мог запудрить мозги кому угодно. Обилие философско-технических терминов, употребленных начальником отдела ТСО, впоследствии не сумел бы повторить никто, поэтому представители комиссии просто поверили ему на слово.

Во дворе же царил хаос. Знаменитая всем "Сивка-Бурка" сработала настолько безупречно, что превзошла даже самые смелые ожидания Шеллермана, который обалдело разглядывал дело магии своей из придорожных кустов. Рядом с ним, раскрыв рот от изумления и хлопая глазами, сидела Майя, рухнувшая прямо на Хьюго несколькими минутами ранее, ибо больше во дворе падать было некуда. Сам дворик был довольно мал; две газели и директорская "Волга" занимали чуть меньше четверти свободной площади, так что места для необходимой тысячи человек явно не хватало. А поскольку Мастер-Целитель свою задачу выполнял добросовестно, на улице оказались ВСЕ студенты, штатные сотрудники и преподаватели Академии, даже те, кого по тем или иным причинам не должно было быть. Внешний вид "эвакуированных" варьировался разительно и охватывал деловой, спортивный, спальный и прочие стили - в зависимости от того, кто где находился в момент применения вышеуказанного заклинания. Например, на Абдубердыбабаеве из одежды было только большое банное махровое полотенце с разъяренными тиграми и пушистые мягкие тапочки с розовыми слониками. Ядный "прилетел" на встречу в сопровождении представителей местных органов правопорядка - попался за управление пассажирским ковром самолетом в нетрезвом состоянии. Группу студентов-лесагромагов, проходящих производственную практику, вытащили со дна морского в полном обмундировании - в аквалангах, масках, ластах и с подводными видеокамерами: они изучали влияние магических волн на больших белых акул в естественной среде обитания; на их объекты исследования, всем на радость, "Сивка-Бурка" не подействовала. Зато подействовала она на приезжавшего только на сессии студента-индийца, вытащив того вместе со своим белым слоном прямо в многострадальный двор многострадальной Академии.

Слона Майя заметила первой, когда вдруг ясное небо покрыла небольшая тучка. Тучка увеличивалась с каждой проходящей секундой и постепенно принимала устрашающую форму - с хоботом, мощными ногами и огромными ушами. Шеллерман, заметив неподдающееся описанию лицо своей бывшей коллеги, проследил направление ее взгляда и замер с таким же выражением. Ситуацию спас Владя - отлично усвоивший за время работы в Академии заклинание "Несибля-несубля-кудабля!", он не растерялся и применил свои познания на практике, сложными движениями пальцев отправив бедное животное домой, в Индию. Уже то, что слон не впал в состояние испуга после перенесенных испытаний прямо над двором, привело "эвакуированных" в восторг. Студенту-иностранцу повезло меньше, и он грохнулся на толпу, которую худо-бедно пытались выстроить, словно на торжественную линейку, обалдевшие кураторы.

Профессор с уважением посмотрел на Владислава:

- Вот можете же, когда хотите.

- Знаете, профессор, - подала голос Майя, оглядывая до отказа заполненный двор, - да и Вы - не промах! Вытащить на учения ВСЕХ - это впечатляет. Теперь попробуйте доказать комиссии, что наши студенты настолько дисциплинированы и ратуют за честь вуза, что приперлись по сигналу пожарной сигнализации даже из Австралии. Если сумеете, я, пожалуй, приглашу Вас на чашечку кофе, - Марианна посмотрела на Шеллермана, судя по внешнему виду, немного пришибленного получившемся результатом, и сжалилась над несчастным. - С коньяком. Видит Создатель, это Вам понадобится.

Как потом оказалось, чтобы привести в чувство представителей комиссии, понадобился не только коньяк, но и сеанс глубокого магического гипноза, проделанный самыми трудолюбивыми и действительно знающими свое дело студентами-психомагами. Последние внушили "клиентам", что неописуемый бардак, который те видели - сон, а на самом деле все было совершенно цивильно, согласно буквам положений и инструкций. Метод сработал, и усталые "академики" разошлись по рабочим местам.


Дело близилось к лету. Уже вовсю пели птицы, цвели деревья, сияло солнце, молодая изумрудная трава сверкала в его теплых лучах, пыль на дорогах изредка прибивалась легким серебристым дождиком, а душа томилась в ожидании очередного отпуска. Погода радовала, если не считать почти тридцативосьмиградусную жару, любезно пришедшую в гости в конце мая. Спастись от нее можно было разве что в продуктовых магазинах, в отделах замороженных и молочных товаров или в офисах, оборудованных кондиционерами. В Академии же просто закупили большие напольные вентиляторы, заявив, что сотрудники могли поблагодарить хотя бы за это. Работающие на полную мощность агрегаты практически не помогали, с шумом перегоняя пыль по душному помещению, а посему, когда температура воздуха зашкалила за сорок, порешили устроить небольшой сквознячок, настежь распахнув в кабинетах окна и двери. Что будет при этом с бумагами, в изобилие лежащими на столах, не подумали, за что и поплатились.

Первый же порыв ветра скинул все несброшюрованные курсовые со всех горизонтальных поверхностей и разметал их по коридору. Далее последовали лежащие в беспорядке экзаменационные ведомости, служебные письма и маленькие листочки для записей, где обычно "академики" писали, что необходимо сделать в течение дня (некоторым одного листочка хватало на неделю, а другим было мало даже одной пачки в день - например, Майе, которая, в качестве недурного метода релаксации, с упоением вырезала из них кружевные снежинки). Следующий порыв отправил вслед за бумагами мелкие канцелярские принадлежности: скрепки, карандаши, ластики и кнопки, маленькие, но острые - этот факт проверил на себе кто-то из сотрудников, наступив случайно на парочку на полу и огласив свое мнение на сей счет давно привычными нецензурными выражениями. Во избежание дальнейших казусов окна закрыли и, как работящая Золушка в сказке отделяла рис от гречки, сотрудники Академии со вздохом принялись разбирать оказавшиеся на полу документы. Курсовые собирали по листочкам, с горем пополам подбирая подходящие по смыслу странички. Все металлические канцтовары решили притянуть одним махом с помощью большого супермощного магнита, к которому заодно прилипли дверные ручки, оконные шпингалеты, винты и гайки со столов и стульев, а также гвозди из всех половиц, косяков, рам и подоконников, сведя на нет последствия недавнего капитального ремонта. "Урожай" получился внушительным, однако среди прочего кнопки, сделанные из второсортного алюминия, остались валяться по всему полу, доставляя особую радость выражения своих мыслей и чувств вслух проходящим мимо сотрудникам и студентам. Во избежание дальнейших незначительных, но неприятных травм, воспользовавшись веником и совком, кнопки кое-как смели в кучку, распихали по стоящим на столах органайзерам, курсовые засунули в ящики, рассовали ведомости по папкам и собрались, было, вздохнуть с облегчением, но впопыхах как-то забыли, что предметы мебели теперь держались только на соплях и честном слове. Мебель вдруг решила, что в отсутствии крепежа она не в состоянии достойно выполнять свои функции, и развалилась, обставив свою кончину максимально торжественно. Грохот падающих столешниц и рассыпающихся ящиков, шлепанье на пол тяжелых, средних, легких, твердых и мягких папок для бумаг, дребезжание мониторов, внезапно познавших земное притяжение и по закону подлости даже не подумавших зависнуть, разносились за полкилометра окрест. Все произошедшее, почему-то, явилось полной неожиданностью для злополучных "академиков", совершенно не предполагавших о бренности своих рабочих мест, если, конечно, этот хлам можно было назвать подобным гордым именем. Общую картину завершали свисающие по периметру обои в тех местах, где их прибивали к стенам гвоздями ввиду отсутствия хоть какого-нибудь клея.

С тоской окинув взглядом полуразрушенное помещение, народ принялся сочинять очередную заявку на стройматериалы и офисную мебель - приводить в порядок кабинет за свой счет никому не хотелось. Список требуемого получился внушительный, а посему к директору поначалу решили отправить самого смелого и талантливого, поскольку согласно Указа Петра I от 1 января 1703 года "Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый дабы разумением своим не смущать начальства". Добровольцев не нашлось, пришлось тянуть жребий, который пал на временно отсутствующего профессора Шеллермана. Менеджеры вздохнули с облегчением и разошлись по домам до понедельника.


Понедельник ознаменовался новой планеркой, рассерженной Нонной Вениаминовной и категорическим отказом подписывать заявку за неимением соответствующих средств по причине неоплаты студентами обучения, как, впрочем, и ожидалось. Все претензии на той же планерке предложили предъявлять высокому руководству Академии Высшей Магии, а чтобы не направлять соответствующие письма от отделов, написать одно общее. На исполнение указания дали неделю. Ответственными назначили секретариат.

С каждым днем содержание сообщения пополнялось, исправлялось и переписывалось всеми, кем ни попадя, пока, наконец, не решили собрать волнующие сотрудников вопросы на листочках и сделать из них единое целое. Для сбора материалов в приемной поставили небольшой почтовый ящик, куда и следовало бросать вышеуказанные записки. Сказано - сделано. К концу недели ящик вывернули, записки рассортировали по тематикам и на их основе составили леденящее душу послание. В конце каждого вопроса оставили немного места для личного мнения рядовых сотрудников, придя к выводу, что мысли сии сделают аргументацию и доводы о необходимости перемен более убедительными.

В результате получилось следующее:


Ректору

Британской Академии Высшей Магии,

Магу Высшей Категории,

Колдуну, Магистру Алхимии,

Доктору Практической Магии,

Кудеснику Б.С. Гробовски


Уважаемый Бертольд Сигизмундович!


Согласно распоряжению от 16 октября 200_ года направляем отчет по организации и проведению учебного процесса в Российском филиале Британской Академии Высшей Магии за прошедший, на текущий и, надеемся, предстоящий учебный год.


1. Средства, отпущенные на ремонт нового здания, израсходованы полностью; тем не менее, приведение в порядок корпуса не завершено по причине недостаточного финансирования…

…и вообще, извиняйте, господа хорошие, ввиду того, что вы там все жлобы и скряги, нет у нас нормального обиталища. И, как следствие, вот такая вот хреновая ситуевина получается - лестницы падают, потолки осыпаются, крыша протекает, а где не протекает, там шифер летит.

2. По причине удаленности расположения нового корпуса филиала Академии регулярно возникают проблемы с доставкой сотрудников на работу, а студентов к месту учебы, поскольку общественный транспорт в данном районе практически отсутствует за неимением каких-либо дорог. Поэтому просим Вас выделить для указанных нужд 2 (прописью: два) пассажирско-грузовых ковра-самолета грузоподъемностью не менее полутора тонн каждый…

…а то ведь останется только раскладушки, блин, принести и кипятильники. А заодно и маленькие электрические плитки - и все, можно жить на работе.

3. Установленная согласно Вашему распоряжению во втором триместре прошлого семестра новая версия программы СКИС полевые испытания не прошла, поскольку оценки, получаемые студентами в процессе тестирования, не транспортируются в базу должным образом…

…компы эти оценки берут в заложники и отдавать обратно отказываются, требуя спирт и новые запчасти. А на это все денег у филиала нет! Так что как хотите, так и разбирайтесь с этим бардаком. И СКИС свой новый суйте, куда хотите.

4. Возникли трудности с мониторингом движения студенческого контингента ввиду отсутствия наличия соответствующей программы…

…которая сдохла очень кстати, как раз в тот момент, когда мы отчисляли неплательщиков. И теперь никто не знает, в какой группе сколько студентов, кто они есть и как их звать. А знать это необходимо, поскольку пока их не позовешь - не придут! Программа не чинится, и фиг его знает, чем все это закончится.

5. Ввиду приближения очередных государственных экзаменов убедительно просим выслать примерные перечни корректно поставленных вопросов для подготовки хотя бы для преподавателей…

…потому как студиоты наши порой даже не знают, где ответы искать, и приходится в каморку подальше от любопытных глаз сажать своего человека с ноутбуком, который ответы сии разыскивает в глобальной информационной сети. А менеджеры тем временем стоят на шухере, чтобы представители Ваши шпаргалки не забирали. Поверьте, уважаемый, выпускать надо всех - еще четырех лет в развеселой компании Ядного и Абдубердыбабаева мы просто не вынесем.

6. Связь с головным вузом не может осуществляться посредством спутника по причине несовершенства установленной в филиале аппаратуры; во избежание экранирования вышеозначенной электроники в момент приема либо передачи информации ее приходится монтировать на крыше…

…где стратосфера уже близко, а там и до астрала недалеко.

7. Всю служебную корреспонденцию убедительно просим дублировать в электронном варианте…

…поскольку у всех бумажек существует тенденция куда-то деваться. И не находиться. Или находиться года через два-три…


И не судите нас строго: мы стараемся изо всех наших сил, пусть порой и не достаточно. Студенты у нас молодцы. Некоторые. По одному-двое на курс. Остальных перевоспитываем любыми средствами и способами - получается не всегда, но сдаваться мы не собираемся, хотя проблемы исчезнут еще очень не скоро. Понимаем, что надежды наши неоправданно оптимистичны и факт сей осознаем. И это хорошо. Правда, совершенно бесполезно, что логично. Но осознавать, что, несомненно, хорошо, однако, абсолютно бесполезно, - нелогично все это! Да только что тут поделаешь: все мы - Дети Понедельника…


С уважением,

Коллектив

Российского филиала

Британской Академии Высшей Магии


Содержание:
 0  Дети Понедельника : М Хмелинина  1  Глава 1 День первый, или Добро пожаловать Часть I. Утро : М Хмелинина
 2  Глава 2 День первый, или Добро пожаловать Часть II. Еще не вечер : М Хмелинина  3  Глава 3 Ученье - свет : М Хмелинина
 4  Глава 4 Шалость удалась!… : М Хмелинина  5  Глава 5 Всяческая суета : М Хмелинина
 6  Глава 6 Здравствуйте, я ваша тетя!… : М Хмелинина  7  Глава 7 Кто ходит в гости по утрам?! : М Хмелинина
 8  Глава 8 О, чат!… Как много в этом слове… : М Хмелинина  9  Глава 9 Великая Февральская Комиссия : М Хмелинина
 10  Глава 10 Возвращаться - плохая примета : М Хмелинина  11  Глава 11 Ночные снайперы : М Хмелинина
 12  Глава 12 Из дневника Лины : М Хмелинина  13  Глава 13 Операция "Визг-Антитеррор!" : М Хмелинина
 14  Глава 14 Министерское тестирование, или чудеса на виражах : М Хмелинина  15  Глава 15 К сожалению, День рождения : М Хмелинина
 16  Глава 16 И сырость капает слезами с потолка… : М Хмелинина  17  Глава 17 Что? Где? Когда? : М Хмелинина
 18  Глава 18 Свято место пусто не бывает : М Хмелинина  19  Глава 19 Что нам стоит дом построить?… : М Хмелинина
 20  Глава 20 У природы нет плохой погоды : М Хмелинина  21  Глава 21 От перемены мест слагаемых… : М Хмелинина
 22  Глава 22 Устали? Отдохнете на том свете… (из дневников сотрудников Академии) : М Хмелинина  23  Глава 23 Пойди туда - не знаю, куда… : М Хмелинина
 24  Глава 24 Вы у нас лечились, т.е. учились раньше?… : М Хмелинина  25  Глава 25 Слово - не воробей… : М Хмелинина
 26  Глава 26 И пусть весь мир подождет… : М Хмелинина  27  Глава 27 Мелкие тревоги не стоят внимания… : М Хмелинина
 28  вы читаете: Глава 28 А все тревоги - мелкие! : М Хмелинина  29  Эпилог Несколько месяцев спустя : М Хмелинина
 30  Использовалась литература : Дети Понедельника    



 




sitemap