Фантастика : Юмористическая фантастика : 8. Майор Богдамир и ужас происходящего : Леонид Каганов

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7

вы читаете книгу




8. Майор Богдамир и ужас происходящего

Зеленый свет полночной луны, падающий посреди лесопарка на красный дом с потушенными окнами, на часовню, вокруг которой бесшумно летают сонмища птиц, – это зрелище не для слабонервных. Но Хома с Кеша не были слабонервными, поэтому смотрели на дом внимательно, шаг за шагом приближаясь по аллейке. Что видел Хома своим третьим глазом, мы наверно никогда не узнаем, но что-то внутри дома он явно видел, потому что лицо его становилось все суровее, а губы сжимались в тонкую злую линию.

– Я слышу шорох, – прошептал Богдамир, поднимая степплер как бластер. – Думаю, они нападут первыми. Бей их, а я ворвусь в дом.

– Кого бить? – остановился Кеша и недоуменно развел крылья. – Кто нападет?

Богдамир вынул из кармана моток изоленты, который носил с собой всегда по религиозным соображениям, с хрустом отломил от ближайшего дерева несколько пышных веток, сложил их букетом и перемотал так, что получился веник с рукояткой. Веник он вручил Кеше.

– Твои перья – хорошая защита, – произнес он загадочно. – Но береги глаза и уши. Бей наотмашь по харям.

С этими словами Богдамир рванулся с места, выбил плечом дверь и исчез в недрах дома.

– По каким харям? – недоуменно прощелкал клювом Кеша, оглядываясь. – По каким харям-то?

И вдруг увидел прямо перед своим клювом очень маленькую, но очень самодовольную харю.

Харя была немолодой и плоской. Даже в зеленоватом лунном сиянии казался замогильным ее мертвенный землисто-серый оттенок. Губы свои харя презрительно поджимала, а выпуклые круглые глазенки злобно глядели на Кешу и моргали. Что же касается ушей – они у крошечной хари оказались огромными и колыхались, словно вентиляторы. От них шел сквозняк, который Кеша ощущал на своей мордочке. Колыхались уши так быстро, что разглядеть их не было никакой возможности, как нельзя разглядеть крылья зависшей в воздухе ископаемой птички колибри.

Еще раз скользнув злыми глазенками по Кешиным щекам и клюву, харя пришла в ажиатацию. Ее тонкие губы тревожно распахнулись, показав ряды острых зубиков, и послышался тонкий писк – причудливая смесь злобы, тревоги и торжества.

Кеша вдруг опомнился. В голове всплыл последний приказ Богдамира. Он сжал в крылолапке свой веник и молниеносным движением ударил врага наотмашь – справа-налево, слева-направо – и так много-много раз подряд, хотя враг давно исчез. Кеша осмотрел землю перед собой – хари не было. Тогда он бросил взгляд на веник – и вдруг увидел там зеленую бумажку. Полузорванная, она застряла среди прутиков и вяло шевелилась обоими концами, которые Кеша поначалу принял за уши. Харя в центре бумажки мучительно разевала рот, а глазки злобно таращились.

– Ссскотина… – возмущенно прошептал Кеша.

И вдруг услышал шипение и шорох. Он задрал вверх голову – и остолбенел. С неба, визжа и шурша, стремительно пикировал несметный рой. Это были не птицы.

Кеша не растерялся – молниеносно принял стойку, перехватил рукоять веника обеими крыльями, словно это был меч самурая на тренировке, и стал ждать, пока стая приблизится на расстояние удара.

* * *

Выбив дверь, Майор Богдамир упал на пол и сделал наугад несколько выстрелов из степплера. Но прежде, чем жестяные скобки вонзились в стены, перекувырнулся и отпрыгнул с воображаемой линии огня. Но линия огня так и осталась воображаемой – в него никто не стрелял, и вообще нападать не собирался. В холле стояла тишина.

Майор Богдамир бросился к лестнице, мигом взбежал на второй этаж, снова выстрелил парой скоб наугад, и остановился.

– Заходи, противный человечек, гостем будешь… – раздался мерзкий голос.

Голос этот оказался басовит, напрочь сорван, и напоминал угрожающий шелест.

– Заходи, заходи, – вновь зашелестел голос.

Теперь Богдамир хорошо разглядел его обладателя – в отличие от летающих тварей, этот монстр был теплым.

Обладатель мерзкого голоса сидел в кресле у декоративного камина и напоминал гигантский лист ватмана метров пять на два, но сильно разбухший в толщину. По всему зеленоватому периметру чудовища извивались длинные мерзкие щупальца. Харя монстра посреди листа была такой же, как у порхающих над домом тварей, хотя с такой комплекцией летать он, понятное дело, уже не мог. Некоторые щупальца сжимали топоры, некоторые – ножи, а два щупальца по флангам крепко обвивали рукоятки пары хороших армейских бластеров, какие бывают только у первопроходчиков дальних планет, спецназовцев или инкассаторов.

И вот это было для Богдамира неожиданностью. Раструбы обоих бластеров смотрели точно в третий глаз Хомы – точку над переносицей.

– Ме-е-едленно кладем свой бластер на пол… – зашелестел монстр, – и поднима-а-а-аем ручки вверх…

– А у меня и нет бластера. Я журналист, – соврал Хома.

Глазищи в центре ватмана стали еще более выпуклыми и недоуменно похлопали.

– Журнали-и-и-ст… – прошелестело чудовище. – А что это у тебя на поясе?

– Степплер. Мы, журналисты, всегда носим канцелярские принадлежности.

– Степплер. Журналист. – Тонкие губы чудовища задумчиво почмокали. – Журналистов у меня еще не было…

– А кто был? – сразу спросил Хома.

– Кто был… – Чудовище выставило вперед пару сотен шупалец и принялось загибать их одно за другим. – Два инкассатора, директор заправочной станции, три безработных дачника, шериф милиции округа Глорайхерзигсвассер и восемь профессиональных японских туристов. – Чудовище сыто рыгнуло, прекратило загибать щупальца и потерло ими друг о дружку в предвкушении. – Теперь будет журналист. Интересно, что там себе журналисты думают?

– Пятнадцать человек! – присвистнул Богдамир. – И ты их всех убил! Ты, проклятый мутант, порождение генетически-модицифированного хлопка и радиации трюма!

– К чему эти обидные слова? – поморщилось чудовище. – Зови меня просто: Франклинштейн. Сядь-ка в креслице…

Франклинштейн неожиданно свернулся в узкую трубочку и стал похож на зеленый хобот. Нижний конец хобота проворно потянулся с кресла к полу и с шумом принюхался. На полу перед креслом ровными белыми дорожками был рассыпан порошок из распоротого мешка, стоящего неподалеку. Неизвестно где Франклинштейн успел добыть такую дорогостоящую редкость, но Хома опытным нюхом опознал в порошке сахар-песок – излюбленную пищу всякого рода мутантов и просто мерзавцев, бесящихся с жиру. Франклинштейн с вожделением всосал в себя ближайшую дорожку, экстатично почмокал хоботом и блаженно развернулся в кресле, снова превратившись в лист ватмана, обросший щупальцами.

Тем временем приемник глубоко в ухе Хомы ожил: на связь выходил Кеша.

– Я не сссправляюсь! – кричал Кеша. – Они цццарапаютссся! Они зззагоняют меня в дом! Их тут миллионы!!!

– Тяни время, – приказал Хома. – Скоро будет подкрепление. Кстати, я выяснил: маленьких можешь убивать. Большого – нельзя.

– Какого большого?

Богдамир не стал уточнять.


– Ты с кем это разговариваешь? – поинтересовался Франклинштейн, с рожи которого уже сползало выражение экстаза. – Я же сказал: сядь в креслице. Ты не понял?

Франклинштейн снова поднял бластеры.

Хома обернулся и увидел то самое кресло, на которое указывал Франклинштейн. Кресло впечатляло. Похоже, прежние обитатели замка всерьез интересовались готикой и пытками. Хотя, кто знает, быть может, инкассаторам это было необходимо в сугубо профессиональных целях?

Железное, массивное, с высокой спинкой, оно было к тому же оборудовано защелками для рук и ног.

– Считаю до трех центов, – угрожающе произнес Франклинштейн и качнул левым бластером. – Один цент… Два цента…

Богдамир послушно сел в кресло.

Но тут зазвонил его селектор.

– Извините, – смутился Богдамир, вынимая трубку, – это жена… Да, дорогая? Нет, на работе пока… Что? Да, почти заканчиваю. Буду часа через полтора… Честное слово! Ну, заинька! Ну, котик! Ну что я могу поделать? Дел сегодня навалилось просто куча… Что значит, каждый день? Подожди! Да нет! Подожди!!! Ну… – Богдамир оторвал селектор от уха, посидел секунду, а затем спрятал за пояс и с ненавистью посмотрел на монстра. – Трубку бросила, – хмуро объяснил он. – Так о чем мы говорили?

Монстр неспешно поднялся, на пучках своих щупальцев, подполз ближе и ловко защелкнул зажимы. Хома не сопротивлялся.

– ЧЕГО ТЫ ДОБИВАЕШЬСЯ, БЕЗУМЕЦ? – громко спросил он монстра, как того требовала в подобных случаях служебная инструкция.

То ли монстр был в курсе, как следует себя вести злодею в разговоре с плененным и обездвиженным Вселенским следователем, то ли он смотрел сериалы, где нередко раскрывались многие следственные приемы, но разговор охотно поддержал.

– СЕЙЧАС Я РАССКАЖУ ТЕБЕ СВОЮ ИСТОРИЮ И СВОЙ КОВАРНЫЙ ПЛАН, – начал он, усаживаясь поудобнее перед креслом. – Я появился в середине большой и толстой пачки в сейфовом трюме броневика. Хотя я не знал еще, кто я, и где нахожусь. Моя генетически-модицифированная плоть из хлопка, облученного радиацией, оказалась послушной моей воле. И я вырастил себе щупальца, похожие на побеги хлопка. Внимательно ощупав себя щупальцами, я нашел на своем плоском зеленом теле множество отпечатков пальцев и даже каплю человеческой крови. И хоть она оказалась очень древней, но из нее я понабрался новых генов и сумел вырастить такие полезные вещи, как глаза, зубы, желудок и мозг. С мозгом дело сразу пошло быстрее. Я укусил зубами своих соседей по пачке – верхнего и нижнего. Каждому я впрыснул каплю слюны, и они тоже начали стремительно мутировать. Я велел им кусать своих неподвижных соседей, а сам выбрался из пачки и принялся оглядываться. Трюм был черен и наполнен коробками с бумажками, они кусали друг дружку и стремительно превращались в живые существа. Вскоре все вокруг шевелилось и шуршало. Лишь вдалеке виднелась тонкая полоска света, и оттуда пахло человеческим мясом. Я подполз к щели и протиснулся в рубку. За мной стали протискиваться мой Верхний брат и мой Нижний брат, а затем и остальные соплеменники. В рубке мы обнаружили двух человек в форме. Увидев нас, выползающих из щели, они пришли в шок. Один человечек начал лопотать про сквозняк, а другой – про галлюцинации. Но я еще не понимал языка. Все больше и больше моего народа появлялось из щели. Наконец один из людей схватил моего Верхнего брата! Брат принялся трепетать, вырываться и звать на помощь, но человек держал его крепко. И мой несчастный брат разорвался пополам! Этого мы не смогли простить людям! Я первым бросился на них! Они оказались неповоротливы – в два взмаха я перерезал им горло и начал пить кровь! Я рос все больше и больше! А потом запустил щупальца в горло и принялся высасывать мозг! И пока я высасывал мозг, я получал всю человеческую память, которая там хранилась! Так я узнал, кто я и где я! Так я научился разговаривать! Затем я высосал мозг и у второго трупа! Загрузил трупы в шлюз и вышвырнул в космос! Затем мы развернули броневик и прибыли в дом, где жили трупы, убивая всех людей, которые попадались нам по дороге. Затем мы похоронили с почестями Верхнего брата и…

– А чей разум украли твои прочие соплеменники? – задал Богдамир вопрос, который был очень важен.

– Соплеменникам я запретил пить кровь и высасывать человеческие мозги! – ответил Франклинштейн. – Потому что король баксов должен быть один! Лишь своему Нижнему брату мне пришлось скопировать немного знаний о том, кто он такой, и как управлять броневиком. Потому что королю баксов, великому Франклинштейну, нужен толковый помощник! Не царское это дело, работать шофером космического корабля!

– И где он сейчас, твой помощник? – озабоченно спросил Богдамир, оглядываясь так бойко, что слетели черные очки.

Увидев это, монстр усмехнулся.

– Ха-ха-ха! – проскрипел он. – Мой помощник – за твоим креслом, глупый майор Богдамир! Ты, верно, думал, что я не знаю, кто ты такой? Ты, верно, думал, будто я поверю, что ты журналист? Ха-ха-ха! Я выпил мозги пятнадцати человек, почти все они знали, кто такой Богдамир, и что у него в глазах! Ты хотел обмануть меня и увлечь разговором? А потом скинуть очки и аккуратно отрубить мне щупальца своими лазерами? А потом отдать меня на растерзание медикам, чтобы они выдрали из меня похищенный разум пятнадцати человек и вернули их к жизни? Ты хотел обмануть меня! Обмануть меня, великого Франклинштейна, вобравшего в себя разум пятнадцати, уже почти шестнадцати?! Ха-ха-ха!!!

Богдамир слегка смутился – именно это он и собирался сделать. Но как только он попытался распахнуть веки и высунуть лазерные пушки, почувствовал, как что-то липкое опускается на его лицо и не дает векам подняться.

– Все кончено! – торжественно объявил монстр. – Ты чуешь, что это? Это скотч! Я приказал своему Нижнему брату заклеить тебе глаза скотчем! Теперь ты в моей власти!

– ТОГДА РАССКАЖИ, ЧТО ТЫ ЗАДУМАЛ, БЕЗУМЕЦ? – снова вскричал Богдамир, стараясь соблюдать классическую процедуру допроса чудовищ жертвами, отполированную многими поколениями следователей.

– Сейчас расскажу! – охотно откликнулся монстр. – Сперва я выпью твой мозг, и получу твой разум. Затем сюда прибежит твой глупый пингвин, и я выпью его никчемный мозг – просто из гастрономических соображений. Не думаю, что мне это доставит особое удовольствие. Затем сюда прибегут роботы-милицейские, но прежде я выйду на берег и погружусь в озеро. И уйду по дну озера в поселок, пока родичи будут прикрывать меня с воздуха. Там я продолжу выполнять свой коварный план – мои родичи примутся резать людей и загонять их в мое логово, а я буду пить их мозг! Вскоре я уничтожу все живое на Земле, и полечу в космос! Я уничтожу всех, и стану правителем Галактики – ха-ха-ха!!!

Чудовище торжествующе замолчало, наблюдая, какой эффект произвела речь на Богдамира.

Но Богдамир загадочно молчал.

Он слушал, что говорит передатчик в ухе. А Кеша докладывал, что его со всех сторон облепили зеленые бумажки и тащат на второй этаж, и никаких сил нет им противостоять потому что их миллионы. Появление Кеши никак не входило в планы Богдамира – со свойственной ему горячностью, Кеша мог и убить монстра.

– Что ж ты молчишь, Богдамир? – удивился монстр. – Или тебе не нравится мой план? Ха-ха-ха-ха-ха!!!

– Кругом ты прав, – ответил Богдамир. – И на все твоя воля. Но тебе не уйти от роботов-милицейских! И я знаю, почему.

– Почему? – заинтересовался Франклинштейн.

– А вот не скажу! – гордо ответил Богдамир.

– Скажешь… – усмехнулся Франклинштейн.

– Знай: я тверд и неподкупен. Это лишь в идиотских частушках всяким мерзавцам и олигархам удается меня подкупить! – Богдамир с омерзением помотал головой.

Монстр усмехнулся и поднялся на щупальцах.

– Жалкий ничтожный человечек! – прошипел он, издевательски покачиваясь. – Да я сейчас выпью твой мозг и сам все узнаю!

– Ты не сделаешь этого, безумец! – воскликнул Богдамир. – Остановись!

– Не остановлюсь! Выпью сию же минуту! – заорал монстр.

И бросился на Богдамира, разинув свой огромный зубастый рот.


И тогда Богдамир сделал то, что еще не делал никогда. Он тоже распахнул свой рот широко-широко и задрал верхнюю губу так, что стали видны два острых передних зуба. И в тот миг, когда чудовище уже примерилось вцепиться ему в шею, он сделал резкий выпад и укусил податливую зеленую плоть.

– АУАУААУАУАУАУАУУУУААААА!!! – страшным голосом взвыл Франклинштейн, отпрянул от Богдамира и повалился на ковер готического зала. – Я умираю!!! – прохрипел он, дергая щупальцами.

– Еще нет, – объяснил Богдамир. – Ты парализован! Ведь никто из твоих пятнадцати людей не знал, что мои неизвестные родители подарили мне не только лазеры в глазах, но еще и зубы змеи, нейротоксин которых парализует жертву!

– Мерзавец!!! – захрипел монстр из последних сил, прижимая дрожащие щупальца к прокушенному носу, который стремительно распухал, закрывая серое лицо.

– Ты проиграл, король баксов! – сказал Богдамир, напрягая мышцы тела так, что стальные защелки на кресле выгнулись и лопнули. – Ты проиграл и тебе уже не уйти от правосудия! – повторил он, срывая скотч с лица и поднимая с пола очки.


В это время послушался шум, и в дверной проем вкатился с лестницы огромный шелестящий клубок, внутри которого пищал Кеша. Вытолкнув Кешу в центр зала, клубок рассыпался миллионами порхающих бумажек.

– Чччто здесь творитсccя? – закричал Кеша, оглядываясь.

– Все закончилось, – сказал Богдамир, торопливо запирая входную дверь на засов. – Злодей парализован. Скоро сюда прибудут медики и вынут из него разум людей, которых он убил. Все его тупые сородичи будут переловлены милицейскими роботами, поскольку он из жадности не позволил им обрести человеческий разум и хитрость.

– Братья!!! – захрипел монстр. – Спасите меня!!! Унесите меня отсюда!!!

Туча зеленых бумажек кинулась к нему, но Богдамир ловко поднял степплер и всадил в чудовище всю обойму, сотнями жестяных скоб пригвоздив его сквозь ковер к пластиковому паркету.

– Король умер, да здравствует король!!! – прохрипел Франклинштейн. – Брат! Нижний брат!!! Ты знаешь, что делать в случае моей гибели! Я оказался настолько хитер, что продумал заранее, как… – Рот чудовища открылся и больше не закрывался – его парализовало окончательно.


Первым опомнился Кеша и бросился в угол, где только что увидел метнувшуюся тень. Он ударил клювом, но промазал. Ударил снова – и снова промахнулся. Тень была холодная, и Богдамир не видел ее, но мог поклясться, что Кеша гоняется за большой и толстой стодолларовой бумажкой – она была меньше, чем монстр, но куда крупнее, чем остальные, и у нее тоже были щупальца.

Нижний брат запрыгнул на стол – Кеша за ним. Нижний брат запрыгнул на подоконник – Кеша за ним. Нижний брат кинулся на стекло оконной рамы – Кеша бросился за ним.

– Кеша, нет!!! – заорал Богдамир, но было поздно.

Изо всех своих сил Кеша клюнул врага – послышался звон стекла, и Нижний брат выпорхнул наружу. Следом за ним устремились летучие доллары.

– За ними!!! – скомандовал Богдамир, в миг оказался у окна и сиганул вниз со второго этажа.

– Нужжжен сачччок! – заверещал Кеша, прыгая следом.

– Дурак!!! – рявкнул Богдамир. – Они бегут к броневику!!! Главное – не дать им уйти с Земли!!!

Кеша замолчал и побежал со всех пингвиньих сил. Они ветром пронеслись сквозь аллею и выбежали к стоянке.

Поздно.

Последний зеленый листок залетел в закрывающуюся дверь, и броневик поднялся в воздух.

– Врешь, не уйдешь!!! – закричал Богдамир, закатывая глаза и выставляя вперед тугие цилиндры лазерных пушек.

Лучи ударили в бронированную обшивку корабля, но тщетно – обшивка крейсера оказалась слишком крепка, и броневик удалялся слишком стремительно.

– В погоню!!! – заорал Богдамир, сгреб Кешу в охапку и бросился к своему катеру.


Они взмыли в воздух, вышли из атмосферы и легли на курс. Впереди маячила удаляющаяся корма броневика. По нелепому стечению обстоятельств, инкассаторские броневики оборудовали такими же скоростными двигателями, как и милицейские катера. Поэтому Богдамиру не сразу удалось сократить дистанцию.

Но Хома был очень опытным пилотом, его катер управлялся ручной автоматикой, а Богдамир лучше любой автоматики умел виртуозно переключать дюзы на высокие режимы в оптимальные моменты, добиваясь максимального прироста скорости.

– Всссем поссстам! – кричал тем временем Кеша в селектор. – Блллокировать все выходы в подпространссство в районе Ззземли!

И это было очень своевременно – похоже, броневик, управляемый Нижним братом, действительно собирался нырнуть в подпространство. Издалека это выглядело так, будто он исчезал и через секунду появлялся снова в том же месте – подпространство не пускало его внутрь. Расстояние начало сокращаться.

Но броневик не сдавался – не в силах выскочить в подпространство, он все повышал и повышал свою пространственную скорость.

– К сссветовой близитссся! – прошипел Кеша.

– Сам вижу! – зло отозвался Хома. – Что я могу сделать?!

– Уйдет! – шипел Кеша.

– Сам знаю! – Богдамир тревожно косился на спидометр.

Скорость все нарастала. Мимо промелькнуло Солнце и исчезло за кормой. Впереди простиралась космическая бездна. Броневик все удалялся и удалялся, а Хома жал на педали, и все глядел и глядел на свой спидометр, раскаленная стрелка которого приближалась к горячей отметке 300000.

– Стоп, – произнес он наконец, нажал на тормоз и с размаху упал всей грудью на приборную панель. – Дальше нам нельзя.

Кешу тоже бросило вперед, и он едва не выбил клювом лобовой иллюминатор.

Броневик все удалялся. Вдруг он ослепительно вспыхнул и пропал.

– Сссгорел? – с надеждой спросил Кеша, потирая ушибленный клюв.

– Не думаю, – покачал головой Богдамир. – Просто перескочил световой барьер.

– И где он теперь? – удивился Кеша.

– Известно где, – вздохнул Богдамир. – В прошлом. Упадет куда-нибудь на сто лет назад, приземлится на тамошней Земле, да рассыпется зелеными долларами по планете среди людей…

– А люди? – испуганно щелкнул клювом Кеша.

– А что люди? Люди существа жадные: найдут стодолларовую бумажку, и в карман… А там – в обменник. Так и разойдутся по свету.

– И?!

– И ночью бумажка выпустит щупальца, распахнет рот, подкрадется к шее… – Богдамир озабоченно цыкнул зубом. – Впрочем, это не наше дело. Мы – стражи порядка на своем участке времени. А предки пусть сами разбираются. Мы свою работу выполнили, осталось только написать рапорт.

– Ты напиши, я прочту и подпишу, – кивнул Кеша: так они делали всегда – ведь Богдамир не умел читать, а Кеша со своими крыльями не умел писать – промахивался мимо клавиш.

– Рапорт-то я напишу… – задумчиво произнес Богдамир, разворачивая катер назад, к Солнцу. – Не проблема, рапорт написать. Напишу, как мы искали доллары, как выяснилось, что они ожили, как мы с ними воевали, и как они исчезли. Да вот поверит ли этому рапорту начальство?

– Поверит конечно, – убежденно кивнул Кеша. – Чччему тут не поверить?


И они полетели домой на медленной задумчивой скорости. Чтобы не скучать, Кеша нажал клавишу и включил последние известия. 

"Новости Минздрава: сообщение об эпидемии космической чумки официально подтверждено. Район Сириуса закрыт на карантин. Службы космической безопасности заняты уничтожением продуктов и товаров, произведенных в области Сириуса – их владельцы получат компенсацию. Особую тревогу медиков и журналистов вызывает отсутствие больных космической чумкой – это означает, что больные могут скрываться. Начат масштабный поиск больных." 

"Робот, пострадавший при Лунном теракте, перевезен в следственный изолятор Плутона. Там он выдал координаты одиннадцати сообщников, не раз употреблявших вместе с ним оптоволокно, а также адрес торговой точки, распространявшей оптоволокно среди роботов, и имена трех торговцев: Кристер, Пакстер и Жабло. Следствие возбуждено. Как сообщил журналитстам ведущий техник Станислав Руженко, в электронном подсознании робота найдено немало и других криминальных фактов." 

"Специалисты опровергли первоначальную версию о причинах пожара в здании Торгцентра на Венере. По мнению экспертов, причиной пожара стал не солнечный протуберанец, а термическая бомба. По горячим следам задержаны трое граждан галактики, бежавших в панике к посадочной площадке – по свидетельствам очевидцев, именно они выбегали из здания за миг до пожара. Проверка личностей показала, что граждане Кристер, Пакстер и Жабло уже не раз привлекались к уголовной ответственности, и сейчас находятся в розыске по подозрению в незаконной торговле оптоволокном." 

– Ссславно мы сегодня поработали! – щелкнул клювом Кеша.

– Ну, хватит! – оборвал Богдамир. – Что все о работе, да о работе? Рабочий день окончен, пора по домам. Меня жена заждалась. Давай-ка переключи на какую-нибудь музыку…

Кеша пожал тем местом, где у пингвинов бывают плечи, и переключил на музыкальный подкаст. 

"Майк Задди приступил к записи своего Солнечного альбома, пересадив свой разум внутрь плазменного протуберанца. Эта операция стоила ему четырех миллиардов кредитных единиц. Напомним, что его предыдущий "Дельфиний альбом" на сегодняшний день уже собрал двадцать пять миллиардов кредитных единиц. Предлагаем вашему вниманию семнадцатую композицию "Дельфиньего альбома". Она называется "Песнь о Буревестнике" и написана на стихи архаического поэта Горького. Слушайте внимательно, потому что с вашего счета уже снято восемнадцать кредиток…" 

Послышался плеск моря и заунывный шелест, а вскоре зазвучал и текст. Богдамир думал о жене и не замечал происходящего. А чем дальше звучала песня, тем в большее бешенство приходил Кеша. К середине он совершенно взбеленился, начал подпрыгивать на сидении и шипеть:

– За глупого ответишь! За тело жирное ответишь!

Хома, очнувшись от размышлений, быстро оценил ситуацию и выключил песню на середине, хотя денег было жалко. Он попытался урезонить Кешу, но Кеша продолжал бесноваться.

– Я тебя, сccуку, так робко спрячу, что до весны не найдут тело ни в каких в утесах!!! – шипел он.

– Ладно, ладно, – успокаивал друга Богдамир. – Займемся как-нибудь твоим Майком Задди, выясним, как он мучает своих роботов, и все ли налоги платит.

– Ага… – хмуро прошипел Кеша. – Так его сразу и поймаешшшь!

– Повесткой вызовем, – пообещал Богдамир.

– Ага… – прошипел Кеша. – Так он и пришшел!

– Ну, если он не явится по повестке, можно будет вызвать через космическую прокуратуру. А если он не явится и по этому вызову, то можно…

Богдамир покосился на Кешу и заметил, что тот его не слушает. Повернувшись спиной, Кеша пялился в иллюминатор. За иллюминатором маячила большая авоська, в которой горел кусок плазмы. Если бы не глазки, кусок плазмы выглядел бы неживым. Вокруг авоськи с плазмой болталась толпа автоматических зондов-секюрити. Сомнений не оставалось – это Майк Задди плескался в солнечных лучах, пересадив свой мозг внутрь протуберанца.

– Так-так… – оживился Кеша и предвкушающе защелкал клювом. – Так-так-так!

– Может, завтра? – уныло спросил Богдамир. – Меня жена ждет…

– Уссспеешшшь… – зловеще прошипел Кеша.

– Сегодня уже много поработали, – напомнил Богдамир. – Дай бог каждому.

– Дай бог кажжждому! – угрожающе прошипел Кеша, отталкивая Богдамира с пульта управления и медленно притормаживая рядом с протуберанцем. – Дай бог каждому!


2005—2006


Содержание:
 0  Майор Богдамир спасает деньги : Леонид Каганов  1  2. Майор Богдамир в офисе зеленых : Леонид Каганов
 2  3. Майор Богдамир в Южном Вселенском банке России : Леонид Каганов  3  4. Майор Богдамир в Северо-Восточном Вселенском Российском банке : Леонид Каганов
 4  5. Майор Богдамир на обеденном перерыве : Леонид Каганов  5  6. Майор Богдамир применяет алгоритмический метод : Леонид Каганов
 6  7. Майор Богдамир и самое интересное : Леонид Каганов  7  вы читаете: 8. Майор Богдамир и ужас происходящего : Леонид Каганов



 




sitemap