Фантастика : Юмористическая фантастика : Сумасшедший дом : Александр Клыгин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4

вы читаете книгу




«Сумасшедший дом»

Ранним утром к воротам психиатрической больницы для неизлечимых шизофреников подкатил микроавтобус с очередным пациентом на борту. Микроавтобус без труда пропустили, а пациента провели к директору клиники.

Директор, мистер Майклз, был очень рад новому пациенту, которого, возможно, ему удастся вылечить. Пациент выглядел несколько запуганным, в отличие от тех, кто уже давно пребывал в этой больнице.

– Добро пожаловать! – сказал мистер Майклз пациенту. – Как вас зовут? На что жалуетесь?

– Меня зовут Сэм, – ответил пациент. – Я ни на что не жалуюсь, просто этот мир такой страшный… Он должен быть другим… Более справедливым…

– Постойте, – обратился директор к двум врачам, сопровождавшим Сэма. – По-моему, он абсолютно здоров. По крайней мере, по критериям нашей клиники.

– У него шизофрения, – сказал один из врачей. – Но он безобидный. Вечно твердит о том, что видел ангела и толпу людей, которые ему поклонялись. И якобы ангел этот что-то такое говорил о мире и о справедливости. В принципе, этот человек поддаётся лечению, однако наше руководство решило поставить эксперимент и поместить его к неизлечимым психам, чтобы он понял, что его случай не самый тяжёлый. Он-то, по крайней мере, понимает, где он находится.

– Где вы находитесь? – спросил директор у Сэма.

– В психиатрической клинике для неизлечимо больных шизофренией, – ответил Сэм.

Мистер Майклз вытаращил глаза.

– Да это самый нормальный человек из всех, которые здесь находятся! – воскликнул он. – Чего я только не наслушался от своих пациентов! Некоторые считают, что они на космическом корабле, который везёт их домой, на Сириус! А виновата в этом мелкая секта чудиков, недавно обосновавшаяся в городе! Ну, да ладно, этого вашего Сэма мы за неделю на ноги поставим! Будет как новенький!

– Куда прикажете его отвести? – спросил один из врачей.

– В столовую, – ответил мистер Майклз. – Сейчас будет завтрак, а Эльдорадо, наверное, уже привёл свою армию на приём пищи.

Сэма увели, а мистер Майклз подумал, что это будет первый пациент за два года, которого он всё-таки сможет вылечить.

А тем временем на заднем дворе больницы, на просторной лужайке происходило нечто невообразимое. Все пациенты стояли в строю под предводительством так называемых офицеров, а на самодельной трибуне из деревянных ящиков стоял человек в костюме Зорро. Единственным отличием от настоящего Зорро были чёрные очки вместо маски и трость, на которую опирался этот человек.

Как читатели, возможно, уже догадались, на трибуне стоял не кто иной, как Эльдорадо, страдающий самой сильной формой шизофрении по сравнению с остальными пациентами. Перед ним выстроились все психи, содержащиеся в больнице, и Эльдорадо начал свою речь:

– Приветствую вас, воинство квартала! Сегодня мы собрались здесь не только для обычной утренней тренировки. Сегодня один из великих дней! Как вы помните, сегодня 21 июня, мой второй день рождения! Конечно, это не юбилей и даже не настоящий день рождения, но всё равно, радуйтесь и празднуйте! Сегодня разрешаю всем быть свободными до полудня. А сейчас мы споём наш великий гимн!

Эльдорадо поставил на трибуну «бумбокс» и включил его. Из динамиков донеслись звуки оды «К радости».

– Подпе-е-ва-ай! – крикнул Эльдорадо.

Раздался нестройный хор голосов, в котором каждый шизофреник слышал что-то своё. Эльдорадо видел перед собой великую армию в костюмах Зорро, настолько великую, что вся армия была ему не видна, арьергард скрывался за горизонтом. На самом деле психов было меньше сотни, но все они, действительно, были одеты в чёрное. Эльдорадо казалось, что нет никакого «бумбокса», ему казалось, что играют и поют его верные солдаты, а в такт гимна они ещё и потрясали самурайскими мечами. Сам Эльдорадо отчаянно жестикулировал и казался похожим на режиссёра. Когда гимн кончился, а мелодия ещё звучала в ушах психов, Эльдорадо скомандовал, не переставая махать руками:

– Напра-во! Ша-гом марш!

На развилке армия повернула налево и подошла прямо к воротам больничной столовой.

– В адну шеренгу стана-а-ви-ись! – заорал Эльдорадо.

– Вперёд! – крикнул он, когда все построились.

Так, по одному, психи стали заходить в столовую и рассаживаться за столики в предписанном порядке. А сам Эльдорадо подошёл к группе людей, стоявшей около входа в столовую. Это были мистер Майклз, два врача из другой клиники и Сэм.

– Привет, Эльдорадо, – сказал мистер Майклз. – Как твои дела?

– Неплохо, господин губернатор! – ответил Эльдорадо. – Жаль, что вы не смогли прийти на смотр войск, который я организовал по случаю праздника.

– У меня были срочные дела, – оправдался директор. – К нам только что поступил ещё один человек. Знакомься, Эльдорадо, это Сэм. Сэм, это Эльдорадо.

– Добро пожаловать! – сказал Эльдорадо, пожимая руку испуганного Сэма.

– Осторожней с ним, Эльдорадо! – прошептал ему на ухо мистер Майклз. – Сэма очень легко обидеть. Он немного не в себе.

– Чудик, что ли? – спросил Эльдорадо. – Вроде ваших людей?

– Почти, – ответил мистер Майклз. – Нам трудно определить, к какой категории отнести Сэма, поэтому мы и решили направить его к тебе, чтобы ты разобрался, какие наклонности в нём преобладают.

– Как всегда, кроме меня такие вопросы решать некому, – пробормотал Эльдорадо. – Ну ладно, господин губернатор. Поскольку мы сейчас расквартированы на вашей территории, я буду рад оказать вам эту маленькую услугу. К тому же, мне не хватает часовых.

– Почему бы вам не начать знакомство с завтрака? – спросил директор у Эльдорадо и Сэма.

– Хорошая мысль, – сказал Эльдорадо. – Пошли, Сэм, так и быть, познакомимся поближе.

И Эльдорадо потащил немного испуганного Сэма в столовую.

А мистер Майклз и его коллеги тем временем вернулись в кабинет.

– Послушайте, а этот ваш Эльдорадо… – начал один из тех врачей, которые привезли Сэма. – Это ведь очень любопытный случай. Можно взглянуть на его историю болезни? Просто из чистого любопытства.

– Конечно, – ответил директор. – Там есть даже подробные описания всех его представлений о мире. Этому психу не помогают никакие лекарства, но история его очень занимательная. Можно написать по ней огромное количество бестселлеров, да вот только никто до сих пор не осмелился.

– Почему? – полюбопытствовал врач.

– Эльдорадо, несмотря на свою шизофрению, оформил… как же он выразился… а-а… астральные авторские права на свою историю, – объяснил директор. – Как он объяснил… незаконное использование карается высшим вселенским законом в форме проклятья до десятого колена, или что-то в этом духе. А недавно среди наших чудиков прошёл слух, что события 11 сентября 2001 года вызваны как раз подобным проклятьем, вот только накладывал его не Эльдорадо. Ну, и с тех пор, как он наложил руки на высшую магию, его никто не трогает.

– Потрясающий случай! – воскликнул врач.

– Вы правы, – согласился мистер Майклз. – Я горд, что такой пациент принадлежит нашей больнице!

А тем временем Эльдорадо с Сэмом вошли в столовую.

– Так уж и быть, разрешаю тебе сегодня посидеть за моим столом, даже справа от трона, – говорил Эльдорадо. – Увидишь, как хорошо можно здесь жить! Конечно, для этого нужно сначала стать президентом.

Таким образом, Эльдорадо и Сэм уселись за столик у окна. В роли «трона» у Эльдорадо было большое чёрное кресло, за которым тот и сидел, ожидая, когда его адъютант поднесёт завтрак. Завтрак Эльдорадо представлял собой самую обыкновенную пищу, однако для Эльдорадо стол накрыли по всем правилам этикета, и посуду его была из настоящего китайского фарфора. Сэм уселся справа от Эльдорадо и осторожно попробовал то, что ему принесли.

– Не боись, не отравишься, – пробормотал Эльдорадо. – К моему столу доставляют лучшие деликатесы со всего мира. Кроме того, мои злейшие враги работают дегустаторами. Это гарантия того, что яд никто не подсыпет.

– Хорошо, – сказал Сэм. – Вы не могли бы рассказать мне, как вам здесь живётся?

– Мне? – переспросил Эльдорадо. – Ну, так и быть, расскажу. Каждые пять лет меня выбирают президентом. Конечно, нужно провести хорошую предвыборную кампанию, чтобы выбрали. Конкурентов здесь почти нет. Было несколько, теперь все работают на меня.

– Что вы с ними сделали? – спросил Сэм.

– Увидел мир их глазами, – ответил Эльдорадо. – И показал им себя. Между прочим, мне придётся и с тобой сделать то же самое. Господин губернатор просил меня установить, кто ты есть на самом деле. А сегодня у меня как раз всё утро свободное, так что мы с тобой этим и займёмся.

– Чем? – спросил Сэм.

– Долго объяснять, – ответил Эльдорадо. – Скоро сам всё поймёшь. Так о чём ты спрашивал?

– Меня здесь не обидят? – спросил Сэм.

Эльдорадо расхохотался.

– Да кто ж тебя обидит, если не я?! – воскликнул он. – А я тебя не обижу, так как меня об этом просил господин губернатор. Ты только нюни не распускай, а то за это могут и в морду дать.

– А как вы добились того, что вам все подчиняются? – спросил Сэм.

– Так я тебе уже сказал, что меня регулярно выбирают президентом, – ответил Эльдорадо. – Отдельное спасибо господину губернатору: он каждый раз предоставляет компьютер, принтер и бумагу для листовок и бюллетеней.

– А много здесь странных людей? – спросил Сэм.

– Нет, – ответил Эльдорадо. – Только господин губернатор и его гвардия. Они каждый день приходят к нам и делают уколы. Ну, подумай, разве не чудики? Ну, а мы относимся к бедным людям снисходительно, даже иногда делаем вид, что болеем. А они и рады. Ну, эти-то совсем чудики, а вот господин губернатор изо всех сил пытается стать нормальным. Я его очень уважаю. А его гвардейцы каждый день вкатывают нам снотворное на тихий час. Однако у меня есть привилегия. Иногда меня не усыпляют, когда мне нужно провернуть важное дело.

– Какое дело? – спросил Сэм.

– Тут в одном из домов сидит серийный убийца, маньяк, – ответил Эльдорадо. – Сидит, бедняга, связанный, эти чудики его боятся. И гулять его выпускают только тогда, когда у нас тихий час. А я этого человека – его Зигфридом зовут – назначил главным киллером управления разведки. Иногда, когда мне срочно надо кого-то убрать или провернуть секретную операцию со множеством жертв, я отказываюсь от уколов, выхожу на улицу и болтаю с Зигфридом. Даю ему инструкции. И он всегда выполняет. Я однажды даже уговорил господина губернатора разрешить Зигфриду целый день гулять во дворе. Для Зигфрида это эквивалентно награде в пятьдесят тысяч зелёных. Ну, да с ним ты потом познакомишься.

– А сейчас что будем делать? – спросил Сэм, допив чай.

– А сейчас пойдём узнавать, что ты за птица, – ответил Эльдорадо. – И птица ли ты вообще.

– Это как? – спросил Сэм.

– Пойдём со мной и увидишь, – ответил Эльдорадо. – Ничего не бойся.

Они встали из-за стола, и Эльдорадо, обратившись к остальным, ещё раз подтвердил им своё разрешение быть свободными до полудня, а затем они с Сэмом пошли во дворец Эльдорадо.

«Дворцом» Эльдорадо называл свою палату. За долгие годы лечения в больнице он добился того, чтобы ему отдали две палаты, проделав между ними дверь. Таким образом, у него теперь были спальня и кабинет. Эльдорадо оставил Сэма в кабинете, а сам прошёл в спальню. Сэм тем временем осмотрелся. В кабинете Эльдорадо стоял письменный стол, на котором было навалено в беспорядке множество бумаг: Эльдорадо проводил их сортировку примерно раз в полгода. Над столом висела не совсем понятная карта, видимо, начерченная самим Эльдорадо, а рядом с картой на стене был нарисован китайский символ «инь-ян», занимавший почти всю стену. Сэм подумал было о том, каким образом Эльдорадо смог выбить из директора клиники разрешение на это художество да еще краску, а потом забыл обо всём на свете, так как символ этот показался ему странно знакомым. Однако в этот момент из спальни вышел Эльдорадо.

– Нравится? – спросил он.

– Восхитительно! – воскликнул Сэм. – Я уже где-то его видел.

– Сейчас всё про тебя узнаем, – пробормотал Эльдорадо. – А видеть ты его мог где угодно. Это очень могущественный символ, но так как мы не догадались вовремя оформить на него магические копирайты, его теперь рисуют где ни попадя. Между прочим, свастика тоже является очень могущественным символом, хотя и олицетворяет совсем другую силу, мне неподвластную. Я только по своему отделу специализируюсь. Ну да ладно, хватит болтать, пошли лучше в сарайчик.

– Пошли, – машинально повторил Сэм, не в силах оторваться от «инь-яна».

Эльдорадо схватил его за руку и вытащил из кабинета в коридор.

– Никогда долго не смотри на этот знак, – предупредил он. – По крайней мере, в моём присутствии. Иначе мне потом придётся долго оправдываться перед господином губернатором по поводу того, куда ты подевался. Без меня люди тут часами медитируют, а стоит мне появиться, как начинаются чудеса. Джек из девятых апартаментов чуть было не ускакал. Хорошо, хоть я его вовремя поймал за шиворот.

– Так куда мы пойдём? – спросил Сэм.

– В сарайчик, – ответил Эльдорадо.

Как оказалось, сарайчиком Эльдорадо называл прекрасную китайскую беседку для медитаций. Это была бы обыкновенная беседка под крышей, сделанной на китайский манер, если бы Эльдорадо не объявил во всеуслышание, что он будет использовать её для глубоких медитаций в магических целях. С тех пор психи не приближались к этому месту, стоящему неподалёку от забора, отделяющего сумасшедший дом от остального мира. Однако врачи несколько раз проверяли окрестности на предмет подкопа, но ничего не нашли и решили, что через корни деревьев тоннель прокопать невозможно. Дело в том, что беседку с трёх сторон окружали высокие деревья, и она была практически не видна с остальной территории психбольницы. Что самое интересное – во время визитов начальства с целью проверок беседка неведомым образом исчезала, а Эльдорадо говорил, что обо всём позаботился. За это ему и разрешали разные маленькие слабости.

Итак, Эльдорадо с Сэмом подошли к беседке. Эльдорадо вошёл внутрь и уселся в позу лотоса.

– Садись напротив меня, – приказал он. – И обязательно в такую же позу.

Сэм подчинился приказанию Эльдорадо, который тем временем достал из кармана зажигалку и палочки тибетских благовоний. Эльдорадо зажёг эти палочки, а затем воткнул каждую из них в специальные дырочки, проделанные в полу беседки.

– Думаю, их хватит минут на пятнадцать, – пробормотал Эльдорадо. – Торопиться нам некуда, однако тянуть резину тоже не следует.

– Что надо делать? – спросил Сэм.

– Ты за что сюда загремел? – спросил Эльдорадо. – В смысле, что ты видел?

– Я видел ангела, который говорил мне… – начал было Сэм.

– Достаточно, – сказал Эльдорадо. – Мне можешь ничего не объяснять, просто постарайся увидеть этого ангела ещё раз. Не торопись, время у нас есть. Закрой глаза и представь себе эту картину во всех подробностях.

Сэм закрыл глаза. Сидение в позе лотоса и запах благовоний помогли ему настроиться на ту картину, о которой говорил Эльдорадо. И Сэм увидел всё именно таким, каким оно и было в первый раз.

Мир состоял из жёлто-розового цвета. В центре мира стоял огромный трон, на котором сидел ангел. Справа и слева от него был только жёлто-розовый туман. Трон был очень высоким, а на земле, которая имела тот же цвет, что и туман, стояло на коленях множество людей, которые пришли поклониться ангелу и послушать его. И тут Сэм услышал голос Эльдорадо.

– Да, ты действительно ненормальный, – пробормотал Эльдорадо. – Один раз увидел Аракрона и сразу загремел к нам. Вот, если бы он тебе за каждую неправильную мысль подзатыльники давал…

– Тихо ты! – воскликнул Сэм. – Не мешай его слушать!

– Да он всё о том же и о том же, – пробормотал Эльдорадо. – О мире и о справедливости. Смотри на меня!

Последние слова Эльдорадо произнёс таким тоном, что Сэм не выдержал, открыл глаза и посмотрел на него. И тут туман по левую руку от ангела начал рассеиваться. Сэм увидел ещё один трон, а вдали угадывалось что-то ещё. Откуда-то из-за спины Сэма вышел Эльдорадо, и, ухмыльнувшись, проследовал к пустому трону и уселся на него. Сэм заметил, что вместо чёрных очков Эльдорадо теперь носил маску, а на груди у него болтался медальон с символом «инь-ян». Приглядевшись, Сэм заметил такой же медальон на груди того ангела, которого Эльдорадо называл Аракроном. Туман продолжал рассеиваться, и теперь Сэм увидел тех, кто сидел дальше, по левую руку от Эльдорадо. Рядом с Эльдорадо сидело чрезвычайно волосатое существо с длинным носом в одежде арабского шейха. Однако, несмотря на отталкивающую внешность этого существа, Сэм сразу же понял, что оно весьма добродушное. Ещё дальше сидел воин в одежде шотландских горцев, в правой руке он держал огромный крестообразный меч. Туман по правую руку от ангела, наоборот, сгустился.

– Молодец! – сказал Эльдорадо, обращаясь к Сэму. – Увидел-таки! Ты Кастанеду читал?

– Нет, – честно ответил Сэм.

– Ну, так почитаешь, когда выйдешь отсюда, у меня сейчас нет времени объяснять тебе, что к чему, – сказал Эльдорадо. – Короче. Аракрон у нас – своего рода вселенский Нагваль. Ну, или галактический. А мы – его партия воинов. Правда, вся партия до конца не готова. Нам сейчас не хватает одного мужского воина и двух женских. И это минимальная партия. Всего надо шестнадцать. Ну, понял ты теперь что-нибудь?

Сэм ничего не понял, но понял, что надо сказать.

– Преклоняюсь перед вами, сэр! – обратился он к Эльдорадо. – Благодарю вас за всё это. Далеко не каждому выпадает шанс увидеть то, что вижу сейчас я.

– Надо же, понял! – воскликнул Эльдорадо. – Ладно. В сумасшедшем доме мы из тебя чудика в два счёта сделаем. Тебе по спирали развития ещё карабкаться и карабкаться. Здесь такие долго не задерживаются. Ничего, доживёшь и до того, что будешь свою партию воинов набирать. А может, и не доживёшь. И вообще, что это я за ерунду несу! Нам же возвращаться пора!

И тут Сэм увидел, что все эти существа, в сущности, двухмерная картина, а реален один только Эльдорадо. И как только он присмотрелся, оказалось, что палочки благовоний уже догорели, а Эльдорадо начал похрапывать. Но, как только Сэм открыл глаза, Эльдорадо тоже проснулся.

– Ну, что видел-то? – спросил Эльдорадо, позёвывая.

– А разве… – начал было Сэм, и Эльдорадо расхохотался.

– Да видел я, видел, – пробормотал он. – И говорил с тобой тоже я. Вот только точку сборки я тебе вправить не могу, чтобы ты стал окончательным чудиком и забыл всё то, что сейчас произошло. Для этого Аракрон нужен, да только он сейчас далеко. Так что придётся тебе самому окончательным чудиком становиться. Потому что, посмотрел я, посмотрел… не тянешь ты на развитого шизофреника. Запомни, самые продвинутые люди на Земле – это шизофреники! Но не такие тупые, как ты, а такие, как я, которые понимают то, что с ними происходит. В принципе, каждый, кто поступил в эту больницу, ничего не понимал, пока я не увидел мир его глазами. То же самое я сделал сейчас с тобой. Ну ладно, хватит, меня уже в сон клонит. Пошли, порадуем наших чудиков, дадим им сделать нам уколы.

Эльдорадо резко встал и вышел из беседки. Сэм поплёлся за ним.

Уколы действительно подействовали, и вся психбольница как будто вымерла. Из большинства палат доносился только храп храбрых шизофреников. Сэму тоже отвели «апартаменты», как выразился Эльдорадо. Проще говоря, его поместили в однокомнатную палату с прекрасным видом из окна. На самом деле, из окна была видна только стена соседнего домика. Сэм проснулся от невыносимого храпа, доносящегося из-за стены. Попытки постучать в стену ни к чему не привели, и поэтому Сэм встал, вышел из палаты и пошёл прогуляться. Народу на улице было немного, потому что не все ещё проснулись. Эльдорадо тоже нигде не было. Сэм увидел вдалеке адъютанта Эльдорадо и подошёл к нему.

– Простите, сэр, вы не знаете, где сейчас Эльдорадо? – спросил он.

– Господин президент сказал, что у него очень важное дело, – ответил адъютант. – Наверное, он беседует с господином губернатором. Или ушёл на разведку. Но со всеми вопросами можно обращаться к его заместителю.

– А где мне найти этого заместителя? – спросил Сэм.

– Пойдём, я тебя провожу, – сказал адъютант. – Между прочим, меня зовут Грэйн.

– Сэм, – представился Сэм. – Я буду очень рад познакомиться с заместителем господина президента.

– Только я не уверен, сможете ли вы пообщаться, – пробормотал Грэйн.

Они пришли к палате, соседней с палатой Сэма. Оттуда по-прежнему доносился храп.

– Это и есть заместитель господина президента? – спросил Сэм.

– Он самый, – ответил Грэйн и открыл дверь.

Это была самая маленькая палата во всей больнице. Дело в том, что её постоялец не нуждался в большом объёме пространства, так как постоянно спал.

– Что-то долго он спит, – пробормотал Сэм.

– Он может так спать 24 часа в сутки, – объяснил Грэйн. – Правда, он просыпается от того снотворного, которое вкатывают ему наши чудики. Эльдорадо встречается с ним только во время тихого часа.

– А за что же Эльдорадо назначил его своим заместителем? – спросил Сэм.

– Дело в том, что господин Хамэрхэд работал на сэра Эльдорадо в одной из прошлых жизней, – ответил Грэйн. – Никто из нас не достоин чести быть замом Эльдорадо в большей степени, чем Хамэрхэд. Я тоже знал Эльдорадо в одной из прошлых жизней, поэтому и работаю у него адъютантом. А тебя Эльдорадо кем назначил?

– Пока никем, – ответил Сэм.

– Значит, будешь сегодня в дозоре, – сказал Грэйн. – Эльдорадо часто говорит, что с дозорными дело совсем плохо.

– А что случилось? – спросил Сэм, выходя из палаты Хамэрхэда.

– Мы должны постоянно патрулировать территорию лагеря, – ответил Грэйн. – Для этого мы каждое утро и каждый вечер проводим тренировки. Однако у каждого из нас множество обязанностей. Нам просто не хватает людей. Конечно, можно ограничиться двумя-тремя дозорами, но тогда мы не сможем ловить всех лазутчиков, которые к нам забегают.

– А откуда берутся эти лазутчики? – спросил Сэм.

– А кто их знает! – ответил Грэйн. – Мы их ловим, потом их допрашивают. Некоторых отпускают, но большая часть сейчас под стражей. Мы готовимся к большой битве. Можем посмотреть на них, если тебе интересно.

– Мне очень интересно, – сказал Сэм. – И потом – я же должен знать, кого ловить.

– Тогда пошли! – сказал Грэйн.

Они спустились в подвал, где несколько пациентов психбольницы работали стражниками. На полках в клетках сидели самые разнообразные домашние животные, которые и являлись лазутчиками. На каждой клетке висела табличка с надписью: «Заключённый №…». Там были и кошки, и собаки, и попугаи, и даже аквариум с рыбками.

– Это и есть лазутчики? – спросил Сэм.

– Они самые, – ответил Грэйн. – В последнее время каждый день кого-нибудь ловим. Может, и сегодня поймаем. Эльдорадо говорит, что скоро будет битва, и мы усиленно готовимся. Сегодня вечером сам всё увидишь на тренировке.

– А почему у кошек клетки лучше, чем у собак? – спросил Сэм.

– Эльдорадо их любит, – ответил Грэйн. – И пытает их только щекоткой. Говорят, что под щекоткой они во всём признаются. Что до меня, то я языками не владею, поэтому на допросах не присутствую, так что о результатах можешь спросить у Эльдорадо или у переводчиков.

– А остальных животных тоже пытают? – спросил Сэм.

– Собак допрашивают без Эльдорадо, у него на них терпения не хватает, – ответил Грэйн. – У них, дескать, верности много. Не знаю уж, что с ними там делают. Однако мы даже лазутчиков не обижаем. Только в самом крайнем случае. Все мы уважаем жизнь на планете.

– А аквариум как сюда попал? – спросил Сэм.

– Вроде бы случайно, – сказал Грэйн. – Дозорные в кустах нашли. Говорят, подкинул кто-то. Ну, ничего, их скоро заберут. Господин губернатор находит чудиков, которым нужно всё это зверьё, и мы их продаём в рабство по самым низким ценам. Так что аквариум очень скоро пойдёт с молотка. Однако последние две недели мы никого не продаём, потому что, как я уже сказал, усиленно готовимся к битве. Есть большой риск, что лазутчик вернётся к нашим врагам. А как только выиграем битву, такой аукцион забабахаем!

– А куда идут деньги? – спросил Сэм.

– Да много куда! – воскликнул Грэйн. – Ты представляешь, во что Эльдорадо обходится содержание всего этого лагеря! Ну, а вообще-то он все затраты записывает в компьютер.

– Так у него и компьютер есть? – удивился Сэм.

– А как же! – воскликнул Грэйн. – Сначала господин губернатор выделил сэру Эльдорадо свой списанный компьютер, а потом Эльдорадо где-то достал карманный ПК. Носит его в кармане. А тот списанный компьютер теперь у меня стоит. Мы его используем только тогда, когда надо распечатать на бумаге что-нибудь. Например, предвыборную агитацию. Я ведь ещё и глава агитационного штаба.

– Здорово у вас здесь всё устроено! – воскликнул Сэм. – Я бы с удовольствием остался здесь навсегда, да только сэр Эльдорадо сказал, что из меня нормальный человек не выйдет.

– Один чудик, выпущенный из этого лагеря, приносит нам двоих нормальных! – раздался голос Эльдорадо за спиной Сэма.

Сэм обернулся и увидел самого Эльдорадо, который присматривался к клетке с рыжим котом внутри.

– Что это значит? – спросил Сэм.

– Это значит, что когда мне не хватает людей, сюда привозят чудика вроде тебя, я за неделю-другую делаю его полным чудиком, а потом сюда привозят пару-тройку нормальных людей, – ответил Эльдорадо. – Господин губернатор в таких случаях тяжело вздыхает, однако ему ещё не пришло в голову вывести подобную закономерность. Кстати, Сэм, сегодня ты и в самом деле будешь в дозоре. Но сначала тебе лучше посмотреть на то, как происходит допрос. Грэйн, нам нужен твой компьютер для составления протокола.

– Конечно, – сказал Грэйн. – Моё присутствие обязательно?

– Нет, – ответил Эльдорадо. – Проверь состояние казарм и доложи господину губернатору обо всех нарушениях. Чувствую, скоро грянет битва, и нам надо быть во всеоружии.

– Есть, сэр! – сказал Грэйн и ушёл.

– И кого же мы будем допрашивать? – спросил Сэм.

– Вот этого, – ответил Эльдорадо, показывая на рыжего кота. – Стража! Принести клетку для допроса!

Один из стражников, одновременно являющийся переводчиком-телепатом, принёс из дальнего угла клетку, обитую чёрным бархатом. Он открыл эту клетку, поставил её на полку напротив клетки рыжего кота и перетащил кота из одной клетки в другую. Кот при этом отчаянно упирался и пытался разодрать толстые рукавицы стражника.

– Вот так, – сказал Эльдорадо. – Пошли в комнату Грэйна.

Комната Грэйна представляла собой вполне обычную палату, однако в ней помещался огромный письменный стол с компьютером и принтером. Клетку с котом поставили на стол, Эльдорадо включил компьютер и приготовился печатать протокол допроса.

– А разве у вас нет машинистки? – спросил Сэм.

– А зачем нам машинистка, когда я и так прекрасно печатаю? – ответил Эльдорадо.

– О чём его спрашивать? – спросил переводчик.

– Обычный набор, – ответил Эльдорадо.

Переводчик уставился на кота, и видимо, о чём-то его спросил. Кот что-то недовольно промяукал.

– Он говорит, что всё равно не скажет, кто его прислал, – сказал переводчик.

Эльдорадо напечатал это и сказал:

– Ну вот, прогресс уже есть. Лазутчик сознался в том, что его кто-то прислал. Теперь спроси, откуда его прислали.

– Не говорит, – сказал переводчик через некоторое время.

– Отлично, – сказал Эльдорадо. – Приступайте к пыткам.

– Как скажете! – сказал переводчик и достал из кармана мышку на колёсиках.

Кот бросился к мышке, но ударился о дверь клетки. Сэм захохотал.

– Тихо, – сказал Эльдорадо. – Он всё ещё не желает говорить?

– Он говорит, что простой мышкой его не проймёшь, – сказал переводчик.

– А вот этим? – спросил Эльдорадо, доставая из ящика стола пузырёк с валерьянкой.

– Буду! Буду! Буду! – заорал кот.

– Отлично, – сказал Эльдорадо. – Кто вас прислал?

– Меня направил сюда один мой знакомый, чёрный кот по кличке Найт, – сказал кот, и Сэм вдруг понял, что понимает его язык. – Найт велел мне посмотреть, что тут происходит и рассказать ему.

– Отлично, – сказал Эльдорадо, быстро отстукивая всё это на клавиатуре. – На кого работает Найт?

– Не знаю, – ответил кот.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. – Как вы думаете, есть шанс, что Найт придёт сюда?

– Такое возможно, – сказал кот. – Особенно после того, как вы перехватили десяток его агентов.

– Отлично, – сказал Эльдорадо. – Мы их всех уже допросили. Протоколы в этой папке. Сейчас к ним прибавится ещё один.

– Вы меня отпустите? – спросил кот.

– Ваш адрес, – сказал Эльдорадо.

– Помойка № 5, – ответил кот.

– Отлично, – сказал Эльдорадо. – За то, что вы попались, вы будете проданы в рабство по сходной цене на ближайшем аукционе. А уж сможете вы оттуда сбежать или нет, – это дело ваше.

– Нет, только не к людям! – заорал кот. – Не хочу к людям! Слышите меня, я не хочу к людям!

– Дайте ему каплю валерьянки и уведите его! – приказал Эльдорадо. – Сэм, пошли отсюда.

Переводчик начал поить кота валерьянкой, а Сэм с Эльдорадо вышли в коридор.

– Эльдорадо, а он что… человеческим голосом говорил? – спросил Сэм, имея в виду кота.

– Не совсем, – ответил Эльдорадо. – Просто мы все на некоторое время превратились в кошек. Это называется сдвиг вниз. Самая простая магическая процедура. Проще может быть только телепатия. Для тебя эта штука, возможно, внове, однако мы все уже привыкли прибегать к этому методу на допросах. Однако некоторые люди более склонны к таким сдвигам, и их очень трудно вернуть в нормальное состояние. Например, Грэйн никогда не присутствует на допросах именно из-за этого. А ты даже не заметил, как вошёл в это состояние и вышел из него. Это значит, что чудика из тебя сделать можно, хотя и не сразу. Думаю, предстоящая битва будет тебе очень полезна. Если даже это не вернёт тебя в колею, то уж и не знаю, что тогда может тебе помочь. Однако я думаю, всё обойдётся благополучно. Есть у меня один приёмчик.

– Я почти ничего не понял, – признался Сэм. – Однако что мне делать сейчас?

– Пойдёшь в дозор с группой Грэйна, – ответил Эльдорадо. – И постарайся всё же поймать этого Найта.

Сэм не успел спросить, откуда Эльдорадо уверен в том, что сегодня ловить будут именно Найта, потому что Эльдорадо завернул за угол и исчез. Несколько минут поисков закончились тем, что Сэм наткнулся на Грэйна, который и привёл его в дозор.

За всю свою жизнь Сэм ни разу не оказывался в более странном положении. На фоне заходящего солнца, немного слепящего глаза, он стоял с игрушечной винтовкой в руках, в шлеме и самодельном бронежилете из картона. Грэйн сказал, что такой бронежилет может прокусить только бультерьер, однако подобные зверюги бывают здесь редко, и до рукопашной с ними дело никогда не доходит, с бультерьерами разговор короткий. Сэм совершенно не понимал, зачем он крадётся среди кустов, высматривая хоть какую-то живность. Правда, присутствие рядом ещё пяти человек, наряженных в подобный камуфляж, несколько стабилизировало ситуацию. Ещё Сэм не понимал, какой толк от игрушечной винтовки, к тому же сломанной, и в нескольких местах перебинтованной скотчем. Он всё пытался осознать это, и в тот момент, когда ответ, казалось, был где-то рядом, раздался крик Грэйна:

– Вот он, гад! Ловите!

Все бросились на голос, а Сэм, впавший в какое-то странное состояние сознания, почему-то побежал в другую сторону. Ему казалось, что он слышит мягкие шаги чёрного кота, бегущего к забору, который находился совсем недалеко. Сэм продирался сквозь кусты, уверенный в том, что впереди обязательно будет поляна, на которой лазутчика можно будет подстрелить. Ещё Сэм неожиданно понял, что на самом деле в руках у него настоящая автоматическая винтовка, а ещё он понял, что на самом деле ни секунды в этом не сомневался, но его разум отказывался поверить в это.

И тут Сэм выбежал на поляну. Солнце ударило ему в глаза, и он ещё успел подумать о том, что надо было попросить у Эльдорадо чёрные очки. Однако кота Сэм видел ясно. Огромный чёрный кот стремительными скачками пересекал поляну и уже готов был скрыться в кустах на её противоположной стороне, а оттуда до забора было рукой подать. Сэм даже не целился. Он просто дал приказ своим рукам направить винтовку на лапы кота. А ещё через секунду Сэм нажал на курок. Раздались звуки выстрелов, и чёрный кот подпрыгнул, но от пуль увернуться не успел. Он дёрнулся в полёте и упал на землю с пробитой задней лапой. Последнее, что видел Сэм, – это верёвка с грузом, привязанная к задней лапе кота в том месте, куда должна была попасть пуля.

Сэм снова ничего не понимал. Только что он был в кустах, раздумывая над тем, что надо делать с игрушечной винтовкой, а теперь он стоял на залитой солнцем поляне, в нескольких шагах от него лежал на земле чёрный кот. На теле кота не было заметно ни одной царапины, казалось, что он просто прилёг отдохнуть. Сэм помнил только, что кот должен был быть сражённым пулей, однако никакой пули не было, да и не могло быть: ведь игрушечная винтовка не была заряжена. Рядом с Сэмом стоял Грэйн и остальные дозорные. Около кота уже суетились стражники, которые затаскивали его в клетку. Стражниками руководил Эльдорадо, – он тоже каким-то невероятным образом появился на поляне за долю секунды.

– Вот так, – говорил Эльдорадо. – Пусть этот проспится, а завтра его допросим. Кто его так отделал?

– Это Сэм, – ответил Грэйн.

– Надо же! – воскликнул Эльдорадо. – Браво, Сэм, поздравляю! Люди господина губернатора, хоть и чудики, однако всё же оказались правы: пребывание в нашей среде определённо пошло тебе на пользу.

– Что со мной произошло? – спросил Сэм.

– Трудно объяснить, – ответил Эльдорадо. – Я и сам не ожидал от тебя такой реакции. Могу сказать одно: битва сделает из тебя полного чудика. То есть сначала ты станешь нормальным, но потом инерция вынесет тебя обратно в привычный мир. Примерно это сейчас с тобой и произошло. Вот только в обычный мир тебя не вынесло, поскольку ты тоже любишь кошек.

Сэм посмотрел на кота, лежащего в клетке. Тот уже открыл глаза и смотрел на Сэма с нескрываемой злобой. С тех пор Сэм всегда обходил стороной чёрных кошек.

– Ну да ладно, хватит пререкаться! – оборвал Эльдорадо немую перепалку Сэма и Найта. – Пошли ужинать. Завтра у нас трудный день.

Всю ночь Сэм спал как убитый. Когда зазвенел не замеченный вчера будильник, ему показалось, что он прилёг отдохнуть только на секунду. Сэм считал, что всё это последствия вчерашней метаморфозы, происшедшей с ним. Единственным разумным объяснением, которое он мог дать тому, что произошло, было предположение о том, что Эльдорадо совершил над ним какое-то магическое действие. Скоре всего, это произошло во время допроса. И Сэм твёрдо решил, что на допрос Найта он не пойдёт за всё золото мира. После завтрака, во время которого Эльдорадо, как ни странно, был немногословен, Сэм решил поговорить обо всём с Грэйном.

Грэйна он нашёл на заднем дворе, где тот проводил учения, заменяя Эльдорадо.

– Хорошо, что ты здесь, Сэм! – воскликнул Грэйн, увидев его. – Давай подключайся к общему делу! Ты проспал всю утреннюю тренировку, так что придётся тебе тренироваться с нами.

– А где сэр Эльдорадо? – спросил Сэм, вставая в строй.

– Понятия не имею, – ответил Грэйн. – Ушёл куда-то после завтрака. Ар-рмия! На-пра-а-во!

Поговорить с Грэйном Сэму так и не удалось. На учениях армия шизофреников отрабатывала не только боевые приёмы, но и ещё какие-то движения, очевидно, не имеющие отношение к дракам, но для чего-то полезные. Сэм проторчал на этой тренировке два с половиной часа, результатом чего явилось очередное странное состояние. Теперь Сэму уже было всё равно, что сделал с ним вчера Эльдорадо и надо ли спросить об этом у Грэйна. Сэм, казалось, чего-то ждал. Он решил побродить по территории лагеря, теперь он называл психбольницу именно так. Найдя лавочку под высоким деревом, Сэм удобно устроился на ней и глубоко задумался о чём-то.

Неизвестно, сколько времени он так просидел. Сэм очнулся только тогда, когда к нему подошёл Эльдорадо и, не говоря ни слова, взял его за руку и повёл за собой.

«Наверное, пришла пора идти на уколы», – подумал Сэм.

– Не совсем так, – сказал Эльдорадо. – В принципе, уколы уже всем сделали, а ты тут так хорошо засиделся, что тебя и не нашли. Но я сказал господину губернатору, что сегодня ты мне нужен, так что колоть тебя не будут.

– Куда мы идём? – спросил Сэм.

– Сейчас познакомишься кое с кем, – ответил Эльдорадо.

Они вошли во внутренний дворик одного из корпусов психбольницы. В этом дворике прогуливались два человека: один был одет в красную майку, потёртые джинсы и красную бандану, второй был в самом настоящем костюме Зорро. Сэм подумал, что это, наверно, Хамэрхэд, если он носит тот же костюм, что и Эльдорадо. А вот другого шизофреника Сэм не узнал. Эльдорадо подошёл к ним.

– Привет, Эльдорадо! – сказал Хамэрхэд немного скрипучим голосом. – Давненько мы не виделись!

– Да, несколько дней подряд мне делали уколы, – пробормотал Эльдорадо. – Привет, Хамэрхэд. Привет, Зигфрид. Как поживаете?

– Неплохо, неплохо, – сказал Хамэрхэд. – Ты просил меня узнать, откуда исходит угроза. Я узнал, но об этом мы поговорим наедине.

Эльдорадо кивнул.

– А как я могу поживать в моём-то положении? – сказал Зигфрид. – Не верят они мне. Всё боятся, что я на них наброшусь. Ну, да я не обижаюсь. Верно вы говорите, сэр Эльдорадо, чудики есть чудики. А кто это сегодня с вами?

– Сэм, познакомься, это Зигфрид, я тебе о нём говорил, – сказал Эльдорадо. – Зигфрид, это Сэм. Он почти чудик, да не совсем. Господин губернатор поручил мне сделать из него настоящего чудика.

– Очень приятно, – сказал Сэм.

– Приятно, приятно, – пробормотал Зигфрид. – Наверно, приятно быть чудиком. Никаких особых задач. А вот неприятности начинаются, когда постоянно хочется кого-то убить. Постоянно. Каждую минуту, каждую секунду…

– Ладно, Зигфрид, не перегружай его сегодня, – сказал Эльдорадо. – Я же сказал, что он почти что чудик. Даже испугаться может. Верно, Сэм?

– М-могу! – пробормотал Сэм.

– Ну, вот видишь, – пробормотал Эльдорадо. – Хамэрхэд, поболтай с ним.

Хамэрхэд стал расспрашивать Сэма о жизни в лагере, а Эльдорадо и Зигфрид отошли в сторону.

– Зигфрид, ты догадываешься, зачем я здесь? – спросил Эльдорадо.

– Конечно, – ответил Зигфрид. – Какие будут инструкции?

– Очень простые, – ответил Эльдорадо. – Вот тебе поддельные документы. – И Эльдорадо протянул Зигфриду конверт. – Поедешь сегодня в аэропорт, возьмёшь билет до Италии. Лучше приземляйся в городке на побережье Сицилии. Там увидишь военный крейсер под названием «Карфаген». Проберёшься на него и хорошенько там спрячешься. Крейсер этот идёт к берегам Африки. Ты должен пробраться в столицу Туниса. В центре города увидишь отель, там на твоё имя забронирован номер. Запомни хорошенько, я бронировал комнату № 411. Из этой комнаты в прицел очень хорошо просматривается зал для совещаний в здании напротив. В тот день, когда ты туда прибудешь, там будут совещаться наши враги. Пришьёшь всех, кого сможешь, в первую очередь, того типа, который будет во главе стола. Постарайся пришить как можно больше народу. Награда семьдесят пять тысяч.

– Маловато, сэр Эльдорадо, – сказал Зигфрид. – Может, ещё накинете?

– За такое простое задание? – удивился Эльдорадо. – Между прочим, эти деньги с учётом карманных расходов.

– Ну ладно, ладно, – согласился Зигфрид. – Просто я уже старею. С каждым разом эти дела даются мне всё труднее и труднее.

– Да, если ты рано или поздно выйдешь на пенсию, то нам никто тебя не заменит, – сказал Эльдорадо.

– Хорошо, сэр Эльдорадо, – сказал Зигфрид. – Не могли бы вы дать мне аванс?

– Сейчас, – сказал Эльдорадо и полез в карман. – Вот, здесь двадцать тысяч долларов.

И он протянул Зигфриду ещё один конверт.

– Спасибо, – сказал Зигфрид. – Будь другом, попроси господина губернатора, чтобы в эти дни меня не беспокоили.

– Конечно, конечно, – сказал Эльдорадо. – Ты только не медли. Война-то может в любой день начаться. А у тебя всего три дня.

– Уложимся, – сказал Зигфрид. – Если только вы не ошиблись в расчётах.

– Мне помогал Хамэрхэд, – сказал Эльдорадо. – Я только составил окончательный план, а все справки навёл именно он.

– Отлично, – сказал Зигфрид. – В таком случае, я спокоен. Отбываю немедленно, по окончании тихого часа.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. – Ну, а нам пора. Сэм, пошли!

– Иду! – крикнул Сэм, который в этот момент слушал рассказ Хамэрхэда о том, как тот путешествует в теле сновидения.

Эльдорадо вышел из внутреннего дворика и направился к своему дворцу. Сэм догнал его уже в коридоре.

– Ты что, кого-то заказал? – спросил он.

– Да, – ответил Эльдорадо. – Как ты уже понял из разговора с Хамэрхэдом, в своих снах он может путешествовать в любую точку планеты, да в принципе, и за пределы планеты. Он рассказывает мне о том, что он там видел и слышал, а я, в свою очередь, посылаю Зигфрида, если мне нужно убрать кого-то из наших врагов.

– А в чём причина этой вражды? – спросил Сэм.

– Разумную причину лучше не ищи, – ответил Эльдорадо. – Мы здесь перестраиваем людей по своему образу и подобию, а кто-то ещё перестраивает их по-другому. Отсюда и вся вражда. Мы сражаемся за человеческие души. Конечно, больше всего душ захватили главные психбольницы – мировые религии. С ними мы стараемся не конфликтовать только по той причине, что на их стороне куда больше народу. Однако в последнее время этим религиям доверяют всё меньше и меньше. И на сцену выходим мы. Разумеется, не только мы. И вот здесь возникают именно те враги, которых мы в состоянии победить. А смысла в этом нет никакого, поэтому Аракрон и избрал для нас такое место жительства, как психбольница. В сущности, все религии учат людей одним и тем же вещам, разница состоит лишь в том, как использовать полученные знания. И именно из-за этой разницы мы и дерёмся, как самые настоящие психи. Кстати, нам предстоит битва с соседним сумасшедшим домом. Его видно отсюда, если смотреть в подзорную трубу. Расстояние между нами составляет несколько километров.

– И что, там действует другая религия? – спросил Сэм.

Эльдорадо усмехнулся.

– Да, собственно, никаких религий и не существует, – сказал он. – Есть только люди, которые их выдумывают. И в принципе, выдумывают их чаще всего инопланетяне. У землян настолько убогое воображение, что они даже не представляют, что кто-то может ими манипулировать. А те, которые представляют, чаще всего оказываются здесь. Где я и делаю из них то, что нужно мне. В этом смысле я не лучше и не хуже других. Просто использую свои методы.

– А какую роль играют во всём этом земляне? – спросил Сэм.

– Роль овец, – ответил Эльдорадо. – Или, точнее, баранов. По моему личному мнению они все настолько тупые, что им просто необходимо, чтобы ими манипулировал хоть кто-нибудь. Никакой самостоятельностью от типичного землянина и не пахнет. А пахнет только беспросветной тупостью и наивностью. Ну да ладно, тебе ещё надо переварить всю эту информацию перед битвой. Так что иди отдыхай. И не забудь каждое утро приходить на тренировки, а каждый вечер стоять в дозоре. А я сейчас пойду к господину губернатору и скажу ему, что Зигфрид на несколько дней впал в летаргический сон. Через три дня он уберёт вождей наших врагов, и тогда можно будет начинать.

– Что начинать? – спросил было Сэм, но Эльдорадо опять испарился.

В течение последующих трёх дней Сэм переваривал информацию и ходил на тренировки. Как ни странно, но те упражнения, которые выполняли шизофреники, помогали лучше уложить в голове всё то, о чём рассказал Эльдорадо. Грэйн сказал, что упражнения, собственно, для того и предназначены. Ну, а в дозоре Сэму больше не посчастливилось никого поймать. Несколько раз он преследовал кошек, но каждый раз лазутчика перехватывал кто-нибудь другой. А однажды в лагерь забрёл бультерьер. Сэм видел только то, как его закапывали. И в конце третьего дня Сэм впал в довольно странное состояние, которое Грэйн назвал приступом хорошего настроения. Ему хотелось только одного: поскорее поучаствовать в битве, чем бы эта битва не являлась, и испытать свои силы.

Утро четвёртого дня выдалось довольно прохладным. Сэм, как всегда, пришёл на тренировку, однако Эльдорадо ограничился тем, что скомандовал всем построиться, а сам ушёл на разведку, оставив Грэйна следить за состоянием войск. Все молча стояли и ждали возвращения разведчиков. Сэм сначала пытался понять, что к чему, а потом в его сознании произошёл очередной сдвиг, и он понял, что на самом деле никакой он не псих, а солдат великой армии его величества сэра Эльдорадо, и сейчас эта армия выжидает прибытия противника.

Однако противник почему-то медлил: видимо, Зигфрид пришил весь генеральный штаб. И Эльдорадо отправился на разведку как раз для того, чтобы узнать, готов ли противник к атаке. Армия стояла часа четыре. Потом вернулся Эльдорадо и что-то шепнул Грэйну. Грэйн кивнул и приказал осторожно продвигаться вперёд. Огромное войско с трудом маневрировало на территории психбольницы. Весь день ушёл на то, чтобы дойти от одного конца лагеря до другого. И только когда солнце начало клониться к закату, Эльдорадо объявил всем, что битва начнётся с минуты на минуту, и лучше поскорее занять высоту. Это означало, что всей армии следовало влезть на крышу огромного склада с пустыми ящиками, который по непонятным причинам появился на территории психбольницы. Ещё около получаса ушло на то, чтобы влезть на эту крышу, так как с лестницами был дефицит. И тут всё войско, даже не построившись, ринулось в атаку.

Сэм уже вообще ничего не понимал. Противников он не видел, однако почему-то ясно видел соседнюю психбольницу. Он попытался понять, что же происходит. Все вокруг либо стреляли в пустоту из игрушечных пистолетов, либо колотили кого-то палками, собственноручно изготовленными из кленовых ветвей. Из оружия у Сэма были только игрушечный пистолет и маленькая деревянная палочка, которую он нашёл около помойки и которую Эльдорадо назвал лазерным мечом. Сэм достал пистолет и стал внимательней наблюдать за действиями окружающих. Особенно его поразил Эльдорадо, который использовал свою трость, видимо, в качестве пулемёта.

Сэм почувствовал, что его куда-то уносит, и прекратил всякое сопротивление. И тут он увидел! То, что в обычном мире казалось ему неясными тенями, обрело форму устрашающих сущностей, напоминавших нечто среднее между членами «ку-клукс-клана» и мертвецами с косами. Эти штуки были одеты в длинные белые плащи с капюшонами, однако вместо масок из-под капюшонов проглядывали черепа. Косы они использовали вместо мечей, хотя некоторые были вооружены и получше. Очевидно, они тоже не видели Сэма, пока он увидел их, потому что несколько мертвецов были совсем рядом. Сэм сжал в руке пистолет и начал стрелять по ним. Как и в случае с Найтом, его поразила собственная меткость. За полминуты он уложил троих, а потом пристрелил ещё одного, который пытался подкрасться к Сэму сзади. Теперь Сэм посмотрел, что же делают остальные. Игрушечные пистолеты превратились в настоящие, а кленовые палки стали самурайскими мечами. То, что Сэм считал тростью Эльдорадо, оказалось огромным пулемётом невероятной конструкции с автоматической системой подзарядки и почти неограниченным количеством патронов. Пулемёт был настолько огромен, что к нему прилагалось нечто вроде стойки, а Эльдорадо сидел в кресле и нажимал на курок. Из этого пулемёта он остановил атаку вражеской конницы. Однако людей у Эльдорадо явно не хватало. Конницу он остановил, однако несколько вражеских офицеров, вооружённых мечами, попытались штурмовать пулемёт. Эльдорадо достал что-то из кармана, и в его руке засверкал огромный самурайский меч, который в считанные секунды изрубил противников в клочья.

Сэм понял, что Эльдорадо нужна помощь, и побежал к пулемёту, поминутно пристреливая мертвецов. Эльдорадо, видимо, понял, что нужно подкрепление, поэтому он встал на колени, раскинул руки в стороны и начал читать заклинание. Сэм откуда-то знал наизусть текст этого заклинания и знал то, что оно означает, но ему было некогда переводить это на язык слов. Эльдорадо оставалось произнести ещё несколько слов, когда огромный мертвец в доспехах вскочил на пулемёт и замахнулся мечом, готовясь срубить голову Эльдорадо. Сэм в этот момент уже ничего не соображал. У него было только одно всепоглощающее желание спасти Эльдорадо и убить этого мертвеца. Ненависть вскипела в нём, как переполненный чайник, и выплеснулась наружу. И через какую-то долю секунды Сэм очутился на пулемёте и отбил удар начальника мертвецов. Началась драка на мечах. Сэм успел заметить только то, что он превратился в рыцаря-крестоносца и стал сильно теснить противника.

Эльдорадо произнёс последние слова заклинания. Солнце выглянуло из-за тучки. И в свете солнца на этой крыше возникла огромная армия эльдорадовцев, одетая в костюмы Зорро. Только сейчас Сэм впервые за время битвы подумал о том, что обычно Эльдорадо носит чёрные очки, а сейчас на нём была самая настоящая маска. И Сэм неожиданно превратился в офицера, в распоряжении которого был целый полк.

– Вперёд! – закричал Сэм.

Эльдорадовцы ринулись вперёд, и через несколько минут от армии мертвецов не осталось и следа. Снова что-то щёлкнуло в сознании Сэма, и огромная армия исчезла. На крыше остались только шизофреники. Заходящее Солнце заливало всё вокруг оранжевым светом.

– Ура! – закричал Эльдорадо, и все подхватили его крик.

Психи ликовали, прыгали от восторга, показывали кукиши соседней психбольнице. Подул ветер. В руках Эльдорадо появилось знамя, изображающее чёрную маску на синем фоне. Над маской находилась шляпа с надписью «мудрость», а под маской, – самурайский меч с надписью «сила».

Знамя развевалось на ветру, Эльдорадо размахивал им и тоже выкрикивал что-то восторженное. Грэйн развернул другое знамя, на котором был изображён «инь-ян». Кто-то открыл бутылку шампанского и начал усердно поливать им остальных. Эльдорадо медленными глотками потягивал красное вино. Сэм с удивлением заметил рядом с Эльдорадо Хамэрхэда и Зигфрида, которые казались более реальными, чем все остальные. И Сэм знал, почему. Теперь он знал…

Жуткий звонок будильника взорвал всю реальность. Сэм терпеливо дождался, когда будильник заткнётся, после чего попытался открыть глаза. Стены палаты немного покачивались.

«Господи! – подумал Сэм. – Сколько же я проспал?»

Он вскочил с постели. Всё было на месте, и в тоже время что-то было не так. Сэм попытался понять, что же произошло. Казалось, свет был чуть ярче, чем обычно, но теперь Сэм понял, что изменился не мир, а изменился он сам. И, скорее всего, изменился он в лучшую сторону. Однако объяснить этих изменений он не мог. Надо было срочно найти кого-то, кто мог бы объяснить, и Сэм отправился на поиски. Действительно, весь мир, казалось, был залит каким-то неярким, но очень приятным светом. Не то, чтобы это было красиво, а просто было приятно ощущать этот свет. Просто приятно было знать, что он есть. И Сэм знал. Он знал очень много вещей, но не мог объяснить того, что он знает.

Эльдорадо сидел около беседки для медитаций. Сэм заметил, что свет в этом месте чуть ярче, и, возможно, именно поэтому Эльдорадо притащил туда маленькую скамеечку, на которой он и сидел.

– Привет, Эльдорадо, – сказал Сэм, подходя к нему.

– Из тебя точно не выйдет нормального человека, – пробормотал Эльдорадо. – Ты разве не заметил, что все называют меня сэром Эльдорадо?

– Прошу прощения, ваше величество! – сказал Сэм и склонил голову.

– Ну, вот так уже лучше, – сказал Эльдорадо. – Садись.

Сэм присел на скамеечку рядом с Эльдорадо.

– Случилось что-нибудь особенное? – спросил Эльдорадо.

– Эльдорадо, ты заметил, что мир стал ярче? – спросил Сэм, решив начать издалека.

– А я думал, что ты спросишь про вчерашнюю битву, – сказал Эльдорадо.

До этого момента Сэм даже представления не имел о том, что вчера была битва, однако, услышав слова Эльдорадо, он мгновенно всё вспомнил.

– Конечно, меня многое интересует, но я хотел бы сначала узнать о том, как изменился мир, – сказал Сэм.

– Я понимаю твоё состояние, – сказал Эльдорадо. – Поэтому дам один ответ на все твои вопросы. Ты готов?

– Конечно, – ответил Сэм.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. – Тогда я начинаю. Помнишь, я говорил, что людям в наших играх отводится роль баранов? Так вот, люди играют эту роль только потому, что они сами этого захотели. Однако каждый человек может стать одной из центральных фигур на шахматной доске. Или, что ещё лучше, может уйти с этой доски совсем, создав свою собственную доску. Шахматной доской я называю мир, который существует вокруг нас.

Теперь я расскажу о том, как создаётся мир. Если ты не поленишься и прочитаешь все книги Карлоса Кастанеды после того, как выйдешь отсюда, то ты узнаешь, что каждое существо обладает светящимся телом, на котором есть точка сборки. Эта точка находится примерно между лопатками, если спроецировать её на физическое тело. Но в таком положении точка эта находится только у обычного человека. Таким ты был, пока не попал сюда. А сюда ты попал потому, что твоя точка сборки неожиданно сдвинулась туда, куда ей и вовсе бы двигать не надо. Главные психушки очень хорошо отслеживают такие процессы в людях. Главными психушками я называю основные мировые религии за исключением буддизма. Там сдвиги точки сборки поощряются. Ну, а поскольку мы не в Тибете, то тебя упрятали сюда. А ведь они и понятия не имеют, что у меня здесь свой собственный мир.

Итак, твоя точка сборки сдвинулась тогда, когда ты увидел и услышал Аракрона. Я отследил это перемещение и сам сместился в твой мир, в результате чего ты увидел нас всех. Это я про то, что произошло в беседке. После этого ты, под моим руководством, стал выполнять разные упражнения, которые помогли бы сдвинуть твою точку обратно. Когда я говорил, что нормального человека из тебя не получится, я имел в виду то, что твоя точка сборки ушла совсем недалеко. Однако и обратно вернуть её было непросто. В этом смысле ты просто уникальный экземпляр. И, как ты может быть, помнишь, одним из эффективных упражнений была погоня за Найтом.

– Я бы сказал, что основную роль здесь сыграл мой камуфляж, – вставил Сэм.

– Возможно, – согласился Эльдорадо. – Мы просто поставили тебя перед нестандартной ситуацией, и даже я не смог бы сказать, на какой из факторов ты среагируешь. Однако итог получился весьма забавным. Твоя точка сборки выехала из нового положения и отправилась дальше. Результатом этого явилось то, что ты, без всякой предварительной подготовки, подстрелил Найта. Наверняка при этом ты испытывал необычайную ясность ума. Это тоже один из побочных эффектов.

– Если я это и испытал, то только на пару секунд, – сказал Сэм. – Это очень быстро закончилось.

– Верно, – сказал Эльдорадо. – Потому что ты повёл себя очень глупо: не пошёл дальше и не вернулся в обычный мир, а спрятался в тот уголок своего существа, где ты видел Аракрона. То есть, вернулся обратно. И, как я и говорил, битва пошла тебе на пользу. Сначала ты увидел наших противников, однако это было вполне естественным после нескольких дней тренировок. А потом ты и в самом деле на короткое время стал нормальным, то есть, таким, как мы. Я ожидал, что ты бросишься меня спасать, как только увидишь этого гада, нависшего надо мной. И ты, в самом деле, бросился.

– Но ведь тебе угрожала опасность! – воскликнул Сэм и услышал смех Эльдорадо.

– Ну, во-первых, – сказал тот, отсмеявшись. – Я был окружён тремя слоями защиты, которые мог не заметить только такой чудик, как ты. Во-вторых, мне вовсе не нужно было времени для того, чтобы закончить заклинание, я мог бы сделать это в долю секунды. В третьих, я мог бы убрать этого скелетика одним ударом из третьего глаза. И в четвёртых, я в долю секунды мог бы телепортироваться в другое место, однако мне не хотелось уступать им пулемёт. И если бы ты был нормальным, ты бы увидел всё это, и не бросился бы меня спасать. Весь этот маленький спектакль был задуман только для того, чтобы заставить тебя сдвинуть точку сборки. Вот и всё.

– Так значит, это был всего лишь спектакль? – возмутился Сэм.

– Битва была самой настоящей, – сказал Эльдорадо. – И ты хорошо показал себя в ней. Когда ты превратился в крестоносца и уделал этого идиота по полной программе, твоя точка сборки уже приближалась к нормальному для нас состоянию. Когда ты командовал полком, ты был нормальным. И когда мы прыгали от радости, ты наверняка всё понял и даже подумал, что разложил это по полочкам в своём сознании. И именно из-за этой мысли твою точку сборки стремительно вынесло в обычное состояние, в результате чего ты и проснулся в своей палате. Твоя точка сборки вернулась в нормальное для обычного человека положение, однако, однажды перейдя границы восприятия, нельзя вернуть всё к состоянию обычного человека. Твоя точки сборки теперь немного не там, где она была раньше. Из-за этого ты и видишь свет. И ещё ты видишь мою маску.

Действительно, Сэм только что обнаружил, что Эльдорадо был в маске.

– А чем занимаетесь здесь все вы? – спросил Сэм.

– Я же уже говорил, – ответил Эльдорадо. – Воюем с соседними психушками по вышеупомянутым причинам.

– Нет, а если в терминах точки сборки? – спросил Сэм.

– Мы пытаемся отвоевать свой мир, – ответил Эльдорадо. – Каждое существо способно создать свой собственный мир, хотя бы в своём воображении. А для того, чтобы перенестись в этот мир по-настоящему, нужно сдвинуть точку сборки в определённую позицию. Все, кто попадает сюда, находятся в разных мирах, но затем их точки сборки двигают туда, куда надо, и все оказываются в моём мире. В других психбольницах людей заставляют сдвигать точки сборки так, чтобы попасть в другой мир, отличающийся от всех остальных. Отсюда и наши различия во внешности. В моём мире все носят военную форму, которой я не снимаю и в этом мире, а, например, в мире тех существ, которых мы вчера замахали, все превращаются в скелетиков. Кстати, сегодня в той психбольнице врачи наверняка наблюдают массовое улучшение состояния пациентов. Короче говоря, всё зависит от воображения и от точки сборки. От этих вещей зависит наше восприятие мира. Ну да ладно, хватит болтать. Тебя же завтра выписывают.

Весь этот день Сэм наслаждался необычным состоянием сознания и пытался понять все объяснения Эльдорадо. А на следующий день его действительно вызвал к себе мистер Майклз.

– Здравствуйте, господин губернатор, – сказал Сэм, входя в кабинет директора. – Очень рад вас видеть.

– Сэм, у нас с тобой сегодня будет собеседование, – начал мистер Майклз. – Я думаю, тебе будет нетрудно ответить на некоторые вопросы.

– Можете начинать, – сказал Сэм.

– Хорошо, – сказал мистер Майклз. – Итак, Сэм, где ты сейчас находишься?

– В психбольнице для неизлечимо больных шизофреников, которые считают это место военным лагерем, – ответил Сэм.

– Хорошо, – сказал мистер Майклз. – А это правда, что ты видел ангела?

– Трудно ответить на этот вопрос, господин губернатор, – сказал Сэм. – В принципе, я не мог видеть его на самом деле, однако эта картина почему-то появилась в моём воображении. Я просто читал много философских книг и стал думать о том, что мир должен быть лучше. Возможно, когда-то мне приснился этот ангел, и я стал думать, что он существует на самом деле. Однако мало ли, что может присниться.

– Веришь ли ты сейчас в существование этого ангела? – спросил мистер Майклз.

– Как вам сказать, господин директор, – пробормотал Сэм. – Если эта штука и существует, то только в моём сознании. И всё равно я собираюсь как можно чаще ходить в церковь, если выйду отсюда.

– Последний вопрос, – сказал мистер Майклз. – Кто такой Эльдорадо?

– Главный из здешних шизофреников, – ответил Сэм. – Он объяснил мне, как устроен мир и как устроен его мир. Хочу сказать, что он обладает весьма необычным восприятием мира и, что самое главное, он настолько верит в это, что вылечить его практически невозможно. Возможно, поэтому он и стал главным среди шизофреников.

– Вы хотите выйти отсюда? – спросил мистер Майклз.

– В принципе, мне всё равно, – ответил Сэм. – Люди здесь безобидные, хотя и немного сумасшедшие. Однако каждый человек немного ненормален. Просто все мы ненормальны в разной степени.

– Отлично, – сказал мистер Майклз. – Что ж, я могу сказать вам, Сэм, что вы абсолютно здоровы, и поэтому вас выпишут сегодня же.

– Благодарю вас, – сказал Сэм. – Я даже захватил с собой вещи, чтобы два раза не бегать.

– Тогда вы свободны! – сказал мистер Майклз.

The end

Эпилог

Сэм вышел из психушки, и постепенно вернулся к своей обычной жизни, хотя постоянно видел свет вокруг и внутри людей. Через некоторое время в психбольницу мистера Майклза привезли ещё трёх неизлечимых шизофреников. Эльдорадо очень обрадовался, так как смог увеличить число дозорных. Сразу после отъезда Сэма был устроен аукцион, на котором Эльдорадо продал всех животных, которые скопились в его клетках.

Новая жизнь Сэма отличалась от старой только тем, что теперь он не воспринимал всерьёз ни одну религию, и в церкви никогда не заходил. Он верил только в возможность человека изменять мир по своему желанию. В старости Сэм неожиданно исчез из этого мира, как и все шизофреники, когда-либо побывавшие в психбольнице Эльдорадо. Их исчезновение было приурочено к смерти земного тела, в котором пребывал дух Эльдорадо, первого заместителя Аракрона, великого владыки Света. Ходили слухи, что перед исчезновением каждый шизофреник видел невыносимо яркий свет, который и уносил его в другие миры. А в эзотерических кругах прошёл слух, что за каждым исчезнувшим приходили инопланетяне. Что касается Сэма, то он увидел только Эльдорадо и Аракрона, которые стояли в конце светлого туннеля и звали его к себе. А когда Сэм приближался к ним, он разглядел огромную пирамиду, на ступенях которой располагались владыки Света и их партии воинов. А потом Сэм увидел тот мир, о котором он всегда мечтал – мир, в котором было больше добра и справедливости, чем на отсталой планетке под названием Земля, каждый житель которой был вовлечён в бессмысленные битвы между психбольницами…


Содержание:
 0  Придурковатая подводная лодка : Александр Клыгин  1  вы читаете: Сумасшедший дом : Александр Клыгин
 2  Создательрекламы : Александр Клыгин  3  На Чёрнм море : Александр Клыгин
 4  Придурковатое кафе : Александр Клыгин    



 




sitemap