Фантастика : Юмористическая фантастика : Создательрекламы : Александр Клыгин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4

вы читаете книгу




«Создательрекламы»

Все события, описанные в данном рассказе, вымышлены. Любое сходство с реальностью – чистая случайность.

Закат уже догорал, но посетители летнего кафе на набережной расходиться не собирались. Напротив, веселье только начиналось. За крайним столиком сидели трое: один со спокойным видом любовался морем, разглядывая его через чёрные очки, второй так же спокойно потягивал коньяк, а третий что-то возбуждённо им объяснял.

– Господин Джефри, я, конечно, понимаю, чего вы от меня хотите, но и вы должны понимать, что всё это стоит немалых денег и нам придётся хорошо потрудиться, чтобы эта «рекламная кампания» не провалилась, – сказал первый, отрывая взгляд от моря и переводя его на Джефри. Тот битых полчаса объяснял им, что и как нужно сделать.

– Но сэр Эльдорадо, вы ведь сами сказали, что терроризм – это ваша вторая профессия, – сказал Джефри. – А какая первая, кстати?

– Вымогательство, – ответил Эльдорадо. – Послушай, Дэн, о чём ты думал, когда приводил сюда такого клиента? – обратился он ко второму.

– Я-то думал о гонораре… Если всё пройдёт успешно, – ответил Дэн, на секунду оторвавшись от коньяка.

– Ну, вы оба просто безумцы! – сказал Эльдорадо. – Вы предлагаете мне захватить заложников в вашем театре и пару дней сдерживать натиск спецназа за двести тысяч долларов? Да вы чего, офонарели?! Это вам не «Counter-Strike», между прочим!

– Сэр Эльдорадо, я готов сделать вас и вашего партнёра совладельцами моего мюзикла, если вы сделаете ему хорошую рекламу! – сказал Джефри. – Вы понимаете, чтобы провести законную рекламную кампанию, нужны очень большие деньги, а эффекта почти никакого! Поэтому я и решил обратиться к вам. Ведь вы же профессионалы! А в успехе я уверен. В любом случае, он будет зависеть от вас.

– Значит так, – начал Эльдорадо. – Я могу согласиться на следующих условиях.

– Я согласен на любые условия, – сказал Джефри.

– Семьдесят пять тысяч наличными в качестве аванса, – сказал Эльдорадо.

– Не вопрос, – сказал Джефри.

– Кроме того, как минимум половина заложников должна знать о том, что происходит, – продолжал Эльдорадо. – Иначе у меня просто людей не хватит.

– И как вы это себе представляете? – спросил Джефри.

– Ну, пусть половина ваших актёров будет на сцене, а вторая половина будет сидеть в зале, – ответил Эльдорадо. – Вы ведь уже провели минимальную рекламную кампанию?

– Конечно, – ответил Джефри. – Она обошлась мне в тридцать тысяч баксов, так что хоть вы не подкачайте!

– Ну, если вы действительно собираетесь со своим мюзиклом захапать миллионы, то я сделаю всё по высшему разряду, – сказал Эльдорадо. – Так вот, на минимальную рекламную кампанию хоть кто-то да клюнет, поэтому обычные зрители будут. «Наши» зрители быстренько заблокируют «ненаших», чтобы те не сбежали в первые секунды, а дальше мы нагоним на них такого страха, что им мало не покажется.

– Я надеюсь на вас, – сказал Джефри. – Все мои деньги ушли на создание этого мюзикла, и теперь мне срочно нужно его раскрутить, иначе я банкрот!

– Ну, банкротов мы спасали не раз, – сказал Эльдорадо. – Правда, Дэн?

Дэн молча кивнул головой.

– Отлично, – продолжил Эльдорадо. – Значит, мы всё выяснили… А теперь можно спокойно созерцать эту прекрасную картину.

И он снова устремил свой взгляд на море.

Если коротко изложить суть всего предприятия, задуманного нашими героями, то звучать она будет примерно так: мистер Джефри, не очень преуспевающий бизнесмен, накопил немного денег, чтобы осуществить свою мечту – создать собственный мюзикл. Мюзикл он создал и даже нашёл неплохих актёров, однако на рекламу денег уже не оставалось. Поэтому он взял в банке солидный кредит и решил раскрутить свое детище несколько необычным способом. Он начал искать террористов, которые могли бы захватить здание театра во время премьеры спектакля, и нашёл Дэна. Тот хоть и не был террористом, но был другом Эльдорадо, который тоже не был террористом, но любил грабить банки и т.п. Эльдорадо, как было ясно из разговора, согласился сколотить банду, которая могла бы провернуть эту операцию. В обмен на это Джефри обещал ему долю во всех доходах мюзикла. И Эльдорадо, не теряя времени, стал готовиться к премьере спектакля.

Премьера состоялась через неделю в одной из восточноевропейских столиц. На рекламную кампанию Джефри клюнуло довольно много народу. Кроме того, большая часть актёров заняла места в зале, – в основном, это были боковые места. Зал был почти что полным. Зрители ожидали весёлого представления, и оно действительно получилось весёлым! Хотя и несколько затянулось…

Во время первого действия спектакля к чёрному ходу подъехали три чёрных микроавтобуса. Из них повыпрыгивали «террористы» в чёрных костюмах и масках. У входа стоял режиссёр спектакля и парочка охранников, которые спокойно дожидались террористов.

– Ну, что же вы как долго? – спросил режиссёр, когда Эльдорадо вбежал на крыльцо. – Первое действие уже почти закончилось!

– Сейчас, сейчас, – пробормотал Эльдорадо. – Ребята, давайте скорее!

Террористы вбежали в чёрный ход вслед за режиссёром и охранниками.

– Значит так, – тараторил режиссёр, пока они все шли по тёмному коридору. – Сейчас я падаю на сцену, а вы меня как бы расстреливаете. На мне бронежилет и пакет с краской. Я уверен, что всё это растечётся, и зрители поверят, что я мёртв.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. Он успел навесить на себя кучу разнообразного оружия. – Замочим вас по полной программе.

– А жертвы будут? – спросил один из охранников.

– Ну, как же без жертв, – ответил Эльдорадо. – Хоть кого-то замочить да придётся. Ну, хотя бы вас.

– Меня? – спросил охранник.

– Угу! – сказал Эльдорадо. – Рош, замочи его!

Рошфорд достал пистолет с глушителем и расстрелял обоих охранников.

– Что это значит? – спросил режиссёр.

– Я должен убедительно сыграть свою роль, иначе вся ваша рекламная кампания полетит ко всем чертям! – сказал Эльдорадо. – Так что приготовьтесь. Мы уже подошли к сцене.

Танцы были в самом разгаре, когда сцену с обеих сторон окружили «террористы». Эльдорадо увидел, что всё готово, и скомандовал режиссёру: «Ваш выход!», после чего толкнул его так, что режиссёр вылетел на сцену. Эльдорадо выскочил вслед за ним и начал разряжать автомат. Режиссёр не издал ни единого звука, и уже можно было поверить, что он труп, как вдруг этот «труп» подскочил и заорал:

– Ой, в ногу попал, в ногу попал!

Эльдорадо на секунду растерялся, но Рошфорд достал пистолет, и разнёс режиссёру голову. Эльдорадо что-то заорал, изображая арабский язык. Все террористы выпрыгнули на сцену и бросились в зал, окружая зрителей. Кто-то из зрителей, видимо не поняв, что всё происходит на самом деле, вскочил и заорал:

– Круто!

Эльдорадо, в этот момент отвернувшийся, выхватил пистолет, развернулся и прострелил сердце вскочившему. Тут до зрителей постепенно начало доходить, однако зал уже был полностью окружён.

Внутренние помещения театра уже были под контролем людей Эльдорадо. Когда ему сообщили об этом по рации, шеф вышел на сцену и торжественно объявил:

– Уважаемые зрители. Мы вас долго не задержим, – всего лишь несколько дней, пока не выполнят все наши требования. К вашим услугам тысяча моих людей, все они – смертники. При попытке штурма они нас всех взорвут. Так что посоветую не оказывать сопротивления. Мы не хотим причинять вам вреда и не тронем вас, если будете сидеть тихо. При попытке бегства любой из вас будет расстрелян. А сейчас попрошу всех рассесться по своим местам. Представляю вам Рошфорда, моего заместителя. Он будет командовать вами, пока я договариваюсь с властями.

Рошфорд вышел на сцену, поклонился и мужественно перезарядил автомат. А Эльдорадо отправился в гримёрную, где соорудил некое подобие штаба.

Удобно усевшись перед зеркалом, Эльдорадо достал сотовый телефон и позвонил Джефри. Тот отозвался через несколько секунд.

– Добрый вечер, мистер Джефри, – сказал Эльдорадо. – Надеюсь, вы не пришли на премьеру вашего мюзикла?

– Ну, я же не круглый дурак, Эльдорадо! – ответил Джефри. – Что у вас там происходит?

– Театр под моим контролем, – ответил Эльдорадо. – И я хотел попросить вас не встревать в дело, пока мы не закончим. Я хочу убедительно сыграть свою роль, чтобы всё получилось. Возможно, вам что-то не понравится, но результат будет. А сейчас позвольте откланяться.

– Но… – начал было Джефри, но связь прервалась.

После разговора с Джефри Эльдорадо позвонил одному из своих знакомых журналистов, которые нередко делали сенсации благодаря его наводкам. Александр Клыгин отозвался и на этот раз.

– Приветствую независимую прессу! – сказал Эльдорадо, как только возник контакт. – Насколько я понимаю, газетам и, в особенности, телевидению нужна очень большая сенсация.

– Не помешает, – сказал Александр Клыгин. – Так что у тебя есть?

– Слышал про мюзикл Джефри? – спросил Эльдорадо.

– Конечно, – ответил Клыгин.

– Так вот, я захватил в заложники всех тех, кто пришёл на первую премьеру, – сказал Эльдорадо. – Пожалуйста, предупреди там высшее руководство, что жертв почти не будет, просто – не только вам нужна сенсация. Так когда нас окружат?

– Эльдорадо, ты это серьёзно? – спросил А. Клыгин.

– Совершенно, – ответил Эльдорадо. – Да, и, пожалуйста, скажи всем, что мы – арабские террористы. Друзей с востока тоже надо уважать и немного помочь их общему делу. Между прочим, это и рейтинг подогревает.

– Понял! – сказал А. Клыгин. – Уже лечу! Вас окружат через полчаса!

– Спасибо, – сказал Эльдорадо и выключил телефон.

После этого он снова вышел на сцену, где Рошфорд и остальные ребята показывали друг другу боевые приёмы.

– Ну вот, – сказал Эльдорадо. – Журналисты среагируют довольно быстро. Уже через полчаса сюда прибудут войска и телекамеры. Так что не волнуйтесь, ждать придётся недолго. Всё будет зависеть от того, как они будут вести переговоры.

Зрители немного заволновались, а Эльдорадо снова удалился в гримёрную.

Александр Клыгин сдержал своё слово: через тридцать пять минут театр окружили со всех четырёх сторон. В осаде участвовали и войска, и журналисты. По всем телеканалам тотчас же прервали развлекательные программы, передав сообщение о захвате заложников арабскими террористами. Зрители возненавидели этих террористов главным образом за то, что с экранов исчезли развлекательные передачи.

Когда число спецназовцев и журналистов превысило критический уровень, Эльдорадо понял, что надо что-то делать. Поэтому он и приказал Рошфорду найти среди заложников двух-трёх актёров мюзикла, прикинувшихся зрителями, и доставить их в гримёрную.

Вскоре двое из них уже были на месте.

– Значит так, – сказал им Эльдорадо. – Для вас у меня будет очень простое поручение, которое обеспечит вам славу на ближайшие три дня. Вы готовы?

– Да, сэр! – ответили актёры.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. – Вы будете разыгрывать сбежавших заложников. Для этого нам надо найти комнату с окном, из которого можно будет спрыгнуть, по возможности, не переломав кости. Кроме того, желательно, чтобы окно это попало в кадр какой-нибудь камеры. Рошфорд, скажи своим ребятам, чтобы поискали подходящее окошко.

– Есть, сэр! – сказал Рошфорд и удалился.

Ещё через десять минут Эльдорадо, Рошфорд, два автоматчика и два актёра собрались около того окна на втором этаже здания, перед которым стояла камера Александра Клыгина. Клыгин пялился прямо в это окно, и Эльдорадо даже подал ему условный знак. Клыгин понял и приказал оператору снимать окна. Эльдорадо, увидев, что всё в порядке, отдал актёрам следующие инструкции:

– Сейчас один из вас открывает окно, и вы в ужасе спрыгиваете со второго этажа. Даже не сделав передышки для того, чтобы встать на ноги, вы бежите к кустам, потому как в это время вам вслед будут палить вот эти ребята.

И Эльдорадо показал рукой на снайперов.

– Мы готовы! – сказал один из актёров.

– Отлично, – сказал Эльдорадо. – Камера, мотор, поехали!!!

Один из актёров бросился открывать окно. Оно оказалось наглухо закрыто, так что Эльдорадо помог ему, разбив стекло автоматной очередью. Услышав выстрелы, оператор Александра Клыгина грохнулся на землю, не переставая снимать, а остальные журналисты наперегонки понеслись к этому окну. Окно, в конце концов, открылось, и из него, один за другим, выпрыгнули актёры. Оба подвернули ноги, но всё равно попытались бежать к кустам, потому что им вслед стали палить автоматчики. Спустя несколько секунд актёры оказались в кустах, в относительной безопасности. Не всем журналистам удалось это снять на видео, но Александр Клыгин позже даже получил премию за то, что вовремя оказался в нужном месте.

Убедившись, что волна журналистов отхлынула, а актёров уже допрашивают местные органы правопорядка, Эльдорадо отозвал снайперов от окна и вернулся в гримёрную. Там сидел Рошфорд и слушал, как какой-то полицейский чиновник надрывающимся голосом орёт по рации что-то о помиловании. Рошфорд в ответ бормотал что-то на арабском языке.

– Рош, не ломай язык, говори на древнеегипетском, – посоветовал ему Эльдорадо. – Они всё равно ничего не поймут.

– Может, сам с ними поговоришь? – спросил Рошфорд.

– А почему бы нет! – ответил Эльдорадо, взяв в руки рацию. – Эй, начальник! Слышишь меня?

– Слышу! – донеслось из рации. – Я приказываю вам немедленно сдаться!

– Да не смеши меня! – ответил Эльдорадо. – Ты знаешь, сколько у меня здесь взрывчатки? А смертников ещё больше. Так что если хоть один из ваших болванов сунется в здание, это будет такой взрыв, какого вы ещё не видели! Да мы и взрывчатку не будем тратить! Дадим из автомата, чтобы вы не совались в чужие дела!

– Чего же вы хотите? – спросил по рации другой голос.

– Да хочу-то я того же, чего и все, – ответил Эльдорадо. – Мира во всём мире! И прежде всего, в арабском мире! Убирайтесь на фиг из мусульманских стран! Вас туды никто не звал! И ещё я хочу, чтобы людям не задерживали зарплату! Так что будьте добры к утру погасить все денежные задолженности перед народом! А утром я хочу поговорить с вашим президентом, или кем там ещё, кто войсками командует. А ещё лучше, тащите сюды всех! Мирно поболтаем!

Сказав это, Эльдорадо выключил рацию.

– Хорошую ты речь толкнул, – сказал Рошфорд. – Только на фиг про зарплату брякнул?

– Ну, надо же сделать хоть одно доброе дело в жизни, – ответил Эльдорадо. – А тут вот удобный случай подвернулся.

– Молодец, – сказал Рошфорд. – Сам бы я не догадался.

– Ну вот, теперь сиди тут и отвечай на звонки, – сказал Эльдорадо. – А я пойду прогуляюсь на сцену.

Ночь прошла довольно спокойно, если не считать нескольких попыток спецназа штурмовать здание театра. Всех участников этих попыток наши «террористы» изрешетили из автоматов. У Эльдорадо ещё оставался почти неограниченный запас патронов, так что по этому поводу волноваться не стоило.

Наутро часть требований Эльдорадо действительно выполнили: к зданию театра подкатили видные чиновники и министры. Все они в десять голосов орали по рации, чтобы террористы отпустили детей. Эльдорадо заглянул в зал, убедился, что детей в зале нет вообще, после чего подумал, что хоть кого-то отпустить надо, чтобы не разочаровывать чиновников и министров. Однако даже из этой ситуации наш герой извлёк максимальную пользу. Он дождался, когда некоторые требования начали выполнять, а потом позвонил Джефри.

Джефри, который тоже торчал около захваченного театра и сокрушался по тому поводу, что сорвали премьеру его спектакля, совершенно не ожидал звонка Эльдорадо. Поэтому Эльдорадо пришлось подождать, пока Джефри не отойдёт в безопасное место, то есть, в свой «Мерседес».

– Так Эльдорадо, чего тебе надо? – спросил Джефри.

– Я тут придумал, как ещё одну рекламу сделать, – ответил Эльдорадо. – У тебя есть какой-нибудь знакомый, которому срочно надо влезть в телек?

– Ну, вообще-то есть, – ответил Джефри. – А что?

– Да меня тут с утра по рации грузят, – ответил Эльдорадо. – Требуют, чтобы я детей отпустил. В театре детей нет вообще, мы всё здание обыскали.

– И чего ты от меня хочешь? – спросил Джефри.

– Ну, пусть этот твой знакомый торжественно войдёт к нам с миссией мира, может быть, даже с крестом на шее, – ответил Эльдорадо. – Внутри он якобы торжественно попросит меня отпустить часть заложников, я проникнусь какими-нибудь чувствами и отпущу человек пять. Особенно хорошо это сработает, если твой знакомый – какой-нибудь известный человек. Да, и ещё одно: скажи Клыгину, чтобы он всё это снимал. Рейтинг точно подскочит.

– Да, это ты хорошо придумал, – пробормотал Джефри. – Я обязательно найду человека, который может убедительно сыграть эту роль.

– Спасибо, – сказал Эльдорадо. – Ну ладно, пока.

– Пока, – сказал Джефри и отключился.

«Ну, вот и отлично, – подумал Эльдорадо. – Скоро тут начнёт попахивать сенсацией!»

Джефри и в самом деле нашёл человека, которому просто позарез нужно было засветиться на телеэкранах. Где-то в полдень к зданию захваченного театра подкатил «Мерседес», из которого вышел Джон Смит. Он был очень популярным певцом лет двадцать назад, однако в последнее время ни один продюсер его не раскручивал, и Джон поневоле засел на радио «Антиквариат», где его песни крутили почти с утра до вечера. Сейчас Джон Смит торжественно вышел из Мерседеса и торжественно направился к спецназу, оцепившему театр. Эльдорадо в это время пялился в окно с безопасного расстояния.

– Господи! – воскликнул он. – И где только Джефри откопал эту развалюху? Такой антиквариат, пожалуй, и в здание-то не войдёт на своих ногах!

К счастью, Эльдорадо ошибся. Джон Смит был твёрдо намерен войти и предложить террористам обменять себя на заложников. Министры и чиновники для виду поломались, однако один их них по совместительству был продюсером порнофильмов и решил сделать одолжение своим коллегам, разрешив Смиту войти внутрь. Собственно, от министров больше ничего и не требовалось.

Смит медленно подходил к главному входу, подняв обе руки вверх.

– Если он упадёт, а это свалят на нас, то я прекращаю своё участие в этом деле, – сказал Эльдорадо, наблюдая за медленными шагами Смита, страдающего одышкой.

Прошло пятнадцать минут. Смит дотащился до входа и зашёл внутрь. Весь его поход непрерывно снимали все телекомпании, однако Клыгин занял самую выгодную позицию, так как прибежал к воротам первым.

Итак, Смит вошёл в здание и оказался в вестибюле. Там никого не было, однако на одной из лестниц мелькнула чья-то фигура. Смит понял, что надо подняться по лестнице. Этот процесс дался ему неимоверно тяжким трудом, но Смит всё же дошёл до входа в зрительный зал, где его ждали… Смита окружили с четырёх сторон и направили на него дула автоматов.

– Простите, но мне говорили, что это… м-м-м… сплошная бутафория! – проскрипел Смит.

– Ты по-человечески выражаться можешь? – спросил его Рошфорд.

– Э-э, разве это всё не… м-м-м… фуфло? – спросил Смит.

– Верно подметил, – сказал Рошфорд.

Тут из двери, ведущий в зал, вышел Эльдорадо, который справедливо предположил, что до гримёрной Смит уже не дойдёт.

– Значит так, я здесь главный, – сказал Эльдорадо. – Вас зачем прислали?

– Я э-э-э… хотел, чтобы заложников… м-м-м… обменяли на э-э-э… меня, – ответил Смит.

– А если проще? – спросил Эльдорадо.

– Я тут вроде как э-э-э… миротворец, – ответил Смит. – Джефри сказал, что м-м-м… на этом можно сделать неплохую рекламу.

– Конечно, можно, – согласился Эльдорадо. – Эй, Рошфорд, приведи сюда человек пять заложников. Только настоящих заложников, а не фуфло!

– Есть! – сказал Рошфорд и ушёл.

Вскоре он вернулся, ведя за собой пятерых.

– Вот ваши заложники, мистер Смит, – сказал Эльдорадо. – Можете ими распоряжаться. И передайте властям, что мы не пойдём ни на какие уступки.

– М-м-м, хорошо, – сказал Смит. – Я рад, что вы поверили в мою м-м-м… силу убеждения.

– Вы очень убедительно говорите, – сказал Эльдорадо. – Прямо как Лесли Нильсен. Забирайте их.

Через пять минут из главного входа в театр выбежали пятеро заложников, которые несли на себе Смита, неожиданно потерявшего сознание. Впрочем, перед камерами Смит оклемался и долго рассказывал всем и каждому, как он убеждал террористов отпустить хотя бы нескольких человек.

Снова наступил вечер. Заложники уже съели всё, что было в буфете и хором просили у Эльдорадо еды. Эльдорадо понятия не имел, что делать в этой ситуации, и уже подумывал о том, чтобы сдаться, как вдруг зазвенел его сотовый телефон.

– Эльдорадо, это Джефри! – сказал Джефри.

– Саля малейкум! – сказал Эльдорадо. – Чё те надо?

– Секретная информация, – сказал Джефри. – В полночь они пойдут на штурм.

– Ну, вот и отлично! – сказал Эльдорадо. – Скажи, а канализационные люки у вас там кто-нибудь охраняет?

– Нет, – честно ответил Джефри.

– Ну, вот и хорошо, – сказал Эльдорадо. – Пусть штурмуют, мы сейчас приготовимся.

– Только без лишней крови! – сказал Джефри.

– Не боись, я профессионал, – сказал Эльдорадо.

После этого разговора он вышел на сцену. Заложники хором скандировали:

– Жрать хотим! Жрать хотим!

– Тихо! – заорал Эльдорадо. – Скоро вас освободят!

– Ур-ра! – заорали заложники ещё громче.

Чтобы их прервать, Эльдорадо выпустил очередь в потолок. Посыпалась штукатурка.

– Значит так, – сказал Эльдорадо. – Ребята, привяжите заложников к креслам, чтобы не сбежали. А мы сейчас уходим, позвольте откланяться.

Не все заложники поняли, радоваться или наоборот, но террористы начали их вязать, а Эльдорадо спустился в кладовку, где лежали полностью герметичные водолазные костюмы с фонариками на голове. Рошфорд уже облачался в такой костюм. Эльдорадо присоединился к нему. Скоро все террористы были одеты в эту униформу. Они начали спускаться в канализационный люк, случайно обнаруженный в здании.

За полчаса до штурма, когда весь спецназ сосредоточился на том, чтобы как можно оперативнее взять главный вход мюзикла, в парке, находящемся совсем недалеко, открылся канализационный люк – и из него один за другим начали выпрыгивать «террористы». Потом они некоторое время избавлялись от водолазных костюмов, затем сбросили эти костюмы в люк и разбрелись в разные стороны.

За пять минут до штурма взволнованный Джефри, стоя около своего «Мерседеса», думал, сможет ли Эльдорадо вовремя выбраться из окружённого здания. Неожиданно сзади раздался голос:

– Мистер Джефри, я очень сочувствую, что такое произошло на премьере вашего мюзикла.

Джефри обернулся и увидел ухмыляющегося Эльдорадо.

– А-а-а… а как же штурм? – спросил он.

– В смысле, кого будут штурмовать? – переспросил Эльдорадо. – Да никого. Ладно, мне надо выспаться, так что я свяжусь с вами завтра утром, окей?

– Окей, – сказал Джефри.

Эльдорадо отошёл и вскоре растворился в ночной темноте, изредка нарушаемой светом случайно избежавшего участи своих разбитых собратьев уличного фонаря.

Штурм начался в ноль часов, ноль минут и ноль с половиной секунд. Спецназовцы с шумом, который разбудил бы и мёртвого, ворвались в вестибюль, и, никого не обнаружив, помчались дальше. Ворвавшись в зал, они решили применить эффект внезапности и перестреляли половину заложников прежде, чем кто-нибудь что-нибудь понял. Ещё через пять минут обнаружилось, что террористов в здании нет и в помине. Растерявшиеся спецназовцы начали обыскивать здание и прилежащие районы. Через час в канализационном люке нашли водолазные костюмы. Когда об этом доложили генералу, командующему операцией, тот взбесился и долго не мог прийти в себя. Однако генералу пришёл на помощь майор, его помощник. Майор, чьё имя и должность остались неизвестными для истории, сказал следующее:

– Господин генерал, у нас все тюрьмы переполнены приговорёнными к смертной казни. А что, если привезти сюда пару десятков этих смертников, нарядить их как типичных террористов и расстрелять? Чтобы было море крови, и пресса смогла бы всё это снять. А утром сообщить, что эти «террористы» на днях сбежали из тюрьмы, но детали побега не разглашались до окончания служебного расследования. Что скажете, господин генерал?

Генерал пару секунд думал, потом расплылся в улыбке до затылка и сказал:

– Господин майор, быстро дуйте в центральную тюрьму, пока журналисты спят!

Утром весь мир обошли кадры залитого кровью вестибюля и зрительного зала. В крови валялись «террористы», которых уложили в самых живописных позах. Затем показывали печальное лицо генерала, который что-то бормотал о том, что террористов оказалось больше, чем предполагалось, и они успели расстрелять многих заложников во время штурма.

Мир потрясла эта трагедия, а спонсоры и продюсеры всячески утешали Джефри, обещая так раскрутить его мюзикл, как ещё никому и не снилось. Ведь где просто так достанешь такую фишку для мюзикла, как сотня убитых заложников? В то самое утро, когда всему миру показывали убитых террористов, Джефри заплатил банде двести тысяч долларов и подписал контракт с Эльдорадо, по которому доля Эльдорадо в доходах мюзикла составляла десять процентов.

The end

Эпилог

Остров Эльдорадо пару лет назад был маленьким необитаемым островком в Океании, на котором не было ничего, кроме двух гор, джунглей и пляжа. Сейчас на этом острове расположена шикарная вилла сэра Эльдорадо и отель для туристов, приносящий хороший доход.

Остров этот Эльдорадо купил вскоре после того, как мюзикл Джефри закончил турне по всему миру под слоганом «Скажи терроризму „НЕТ“!» Сейчас этот мюзикл уже сошёл с мировой сцены, однако Джефри занялся съёмкой фильмов о терроризме, а Эльдорадо, как я уже сказал, построил на своём острове отель для туристов VIP-класса.

Сам Эльдорадо в хорошую погоду любит лежать на своём личном пляже, отделённом от туристического пляжа скалой, попивать фруктовый сок и смотреть на морские волны, осознавая, что теперь он – самый счастливый человек на свете.


Содержание:
 0  Придурковатая подводная лодка : Александр Клыгин  1  Сумасшедший дом : Александр Клыгин
 2  вы читаете: Создательрекламы : Александр Клыгин  3  На Чёрнм море : Александр Клыгин
 4  Придурковатое кафе : Александр Клыгин    



 




sitemap