Фантастика : Юмористическая фантастика : ГЛАВА 3 : Андрей Льгов

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29

вы читаете книгу

ГЛАВА 3

Свет вокруг вдруг померк. Возникли звезды. Они неслись мимо Хэймлета с поразительной скоростью. Принц висел в пространстве и очумело озирался по сторонам. Вокруг стояла полная тишина, она неприятно давила на уши. Датчанин набрал полную грудь воздуха и закричал. Но изо рта не вырвалось ни единого звука.

"Где это я?" - волновалась его суеверная душа. Хэймлет качнул ногами и перевернулся вниз головой. К его ужасу, здесь не было ни низа, ни верха. Когда он поменял положение, то, что было верхом, стало низом, а то, что было низом, стало верхом. И еще он вдруг понял, что это не звезды летят навстречу ему, а он сам несется куда-то со страшной скоростью.

Хэймлет зажмурился, явственно представляя себе, как там, внизу, чудовищный дракон разинул свою пасть и плотоядно облизывается в предвкушении встречи с ним, Хэймлетом. От таких мыслей защекотало под ложечкой и датчанин по-детски еще крепче сжал веки.

"И угораздило же меня свалиться с края света",- думал он.

Вдруг неожиданно его зад больно врезался в воду. Раздался всплеск, и викинг начал погружаться. Он открыл глаза и, отчаянно работая руками и ногами, начал выгребать на поверхность. Вынырнув, Хэймлет огляделся. Похоже, это было озеро, берег находился совсем рядом. Датчанин поплыл в сторону приветливого песчаного пляжа.

Выбравшись из воды, молодой конунг почувствовал, что здесь довольно тепло, даже жарковато. Ничто вокруг не напоминало о поздней осени. По берегам водоема произрастала буйная растительность. Кусты и травы цвели, лаская глаз яркими красками, и своим благоуханием дурманили воина.

Хэймлет сделал шаг-другой и понял, что, прежде чем двигаться дальше, ему следует, по крайней мере, вылить воду из сапог. Он внимательно прислушался, проверяя, не прячется ли в кустах кто-нибудь для него нежелательный, и, не услышав ничего, кроме щебетания многочисленных птиц, решил заодно выкрутить и одежду.

Несколько поправив свой внешний вид, датчанин двинулся в глубь зарослей, исследуя местность, в которой он так неожиданно оказался. Он аккуратно раздвинул ветки и просочился между двух кустов. Дальше заросли не были так густы, и Хэймлет двигался свободнее. Когда же конунг вошел в дубраву, кустарник вообще почти исчез.

Видавшему виды викингу еще не приходилось встречать деревьев такой высоты, казалось, что они своими верхушками подпирают небо. Как ни странно, но, несмотря на густую листву, солнечные лучи легко проходили сквозь многочисленные переплетения ветвей и, падая на землю, ласкали мягкую травку.

Под деревьями совсем не было валежника! "Здесь никогда не опадает листва, значит, здесь ничто не стареет и не умирает,- поразила Хэймлета неожиданная догадка.- Вот это влип!"

Конунг осторожно пошел дальше. Пройдя еще сотню шагов, он уловил запах дыма. Кто-то жег костер. Крадучись, Хэймлет двинулся в том направлении. В конце концов нужно было осваиваться в этом незнакомом месте. Уже подобравшись совсем близко, датчанин услышал громкое чавканье и запах жареного мяса, он выглянул из-за куста.

Ну конечно. Кто еще мог своим обжорством нарушать райскую идиллию этого места? Только один человек, Олаф Торкланд.

Хэймлет вышел на лужайку.

Олаф поднял глаза, не отрываясь от своего занятия.

- Хэймлет, какого йотуна ты где-то шлялся два дня. Я уже устал слоняться по этому лесу. Хоть бы кому голову проломить, да тут разве кого встретишь? Тоска. Думал, со скуки помру. Вот утром дикая свинья под руку попалась. Ты присаживайся, растолкуй мне, что произошло.

Датчанин удивленно пожал плечами:

- Говоришь, двое суток здесь бродишь? Странно. Когда меня унесло, ты сидел возле непонятно зачем разваленной тобой печки и любовался каким-то мечом.

- Врешь, Хэймлет, когда я здесь оказался, ты еще лазил по помойным кучам гардарикской усадьбы, пытаясь найти винный погребок. Хотя, может, ты и прав, возможно, я или часть меня там еще сидит. Чего только боги не на-придумывают. В общем, как я посмотрю, ты, Хэймлет, тоже вляпался.

- Ну так объясни мне, Олаф, что все это значит? А то сплошные секреты. Это, наверно, твой друг Локи подстроил, чтобы нам жить не скучно было? спросил конунг, отрывая жирный кусок свинины.

- Ха! Локи! - усмехнулся Торкланд.- Бери выше. Это все Один. Локи так просто приходил, всего лишь послание передать.

Хэймлет аж присвистнул:

- Так где это, старина Олаф, мы сейчас, по-твоему, находимся?

- А что тебе? Не хель ведь. Место, по-моему, совсем неплохое. Живи радуйся. Скучноватое, конечно. Но для тебя в самый раз.

- Стой, Олаф, не мели языком впустую, лучше расскажи всю историю по порядку, раз уже втянул меня в это дело.

Олаф, кряхтя, поерзал задницей по кочке, на которой сидел, и, набив полный рот мясом, начал рассказ.

- Ммуу, мум, му,- раздалось из его жующей пасти.- Один, в общем, обиделся и потребовал, чтобы я украл магический меч у словенского бога Волха. А потом пришел Локи, ну, это при тебе было, и рассказал мне, что меч тот в крайней избе под печкой спрятан, как раз в той, куда мы пришли. Я меч взял, посмотрел на него - и вот здесь оказался. Кстати, то, что нам довелось отведать Ийланова гостеприимства, это тоже асы подстроили. Чтобы привести меня к тому месту, где меч захоронен.

- Хорошо, а что такое было му-му-му? - переспросил Хэймлет, подначивая обжирающегося товарища.

- А это то, мерзкий дан, что не подлезь ты со своим вином на хольмгардской ладье, пили бы мы тогда нормальный эль и тем же с Одином поделились, не обиделся бы Великий. Так что Локи - это не мой, а твой товарищ. Ко мне он просто по делу приходил.

- А кто тебя заставлял пить вино? - вспылил Хэймлет.- Давился бы своей кислятиной в обнимку с Одноглазым и радовался! Что теперь скалишь гнилые клыки?

- У тебя сейчас и таких не будет,- пробурчал себе в бороду Олаф, вставая и потирая кулаки.

Хэймлет приготовился к драке, как вдруг где-то за спиной зашуршали кусты и повелительный голос проговорил;

- Что вы это еще удумали, я не для того вас сюда тащил, чтобы вы друг другу глотки перегрызли.

Оба викинга разом оглянулись. Между деревьев стоял огромный, лохматый волк и, помахивая хвостом, говорил человеческим голосом на чистом датском языке:

- Собирайте-ка свои пожитки и давайте за мной. Хотя нет, подождите чуть-чуть.

Волк подошел к костру и впил свои огромные зубы в недоеденную свиную тушу.

- Мьелльнир тебе в печенку,- злобно процедил Олаф, но за свинину не заступился. Волк был размером с доброго быка, и Торкланд повел себя необычно осторожно.

Тем временем зверь в один присест расправился с мясом и, довольно облизнувшись, повернулся к викингам.

- Вот теперь все, следуйте за мной, ребята,- сказал он заметно смягчившимся голосом и грациозно вошел в лес.

Товарищи двинулись следом. Они прошли совсем немного, но ландшафт изменился до неузнаваемости. Вместо солнечной дубравы вокруг расстилался прекрасный сад. Земля сплошь была усеяна ковром разнообразных цветов. В воздухе порхало множество мотыльков, бабочек и удивительно пестрых птиц. А с яблонь, оттягивая упругие ветки, свисали огромные золотые плоды.

"Я пришел на лужайку с этой же стороны, странно, тут ничего такого не было, ведь мы не сделали и сотни шагов",- думал Хэймлет, озираясь по сторонам.

- Не удивляйся, человек,- прочитал его мысли волк,- у людей и богов различные дороги.

Они прошли сад и спустились к речке. Здесь стояло здание удивительной архитектуры. Такого Хэймлет не видел даже в городе Гранадгарде. Из раскрытой двери доносилась легкая приятная музыка и исходил знакомый запах. Нос Олафа задвигался, как у пса, почуявшего добычу. Хвала Одину, они шли именно в этом направлении.

Волк остановился у входа и, подогнув голову, перекатился через спину, потом кувыркнулся еще два раза, и-викинги не поверили своим глазам - на ноги ловко вскочил мужчина средних лет с убеленными сединой висками. Одет он был крайне странно. Его штаны и туника были раскрашены пятнами различных оттенков зеленого цвета и имели такое количество карманов, какое обычный северянин, находящийся в здравом уме, и представить себе не мог. Пояс был стянут нешироким ремнем. На плечах, на рукавах пестрели какие-то кружочки, полосочки, звездочки. Несколько ярких железочек различной формы болталось у него на груди. Викинги не знали, что все это значит, но вид этого человека интуитивно внушал им уважение.

Человек-волк улыбнулся суровой улыбкой и жестом пригласил друзей внутрь. Запах, струившийся из удивительного здания, говорил сам за себя, и викингов не пришлось звать два раза.

На пороге их встретил человек не менее странного вида, хотя и здорово отличающийся от него. Этот был одет во все белое, только на шее болталась какая-то широкая черная веревка.

"Наверно, трелл вонючий",- решил Олаф, тем более что встречающий услужливо поклонился.

Внутри было несколько изящных столиков и множество табуретов со спинками. Человек-волк указал им на один из них.

- Что, сюда? - выразил недовольство Олаф.- За этот хлипкий стол? Неужели у вас тут не найдется нормального дубового стола, за который не стыдно сесть приличному человеку. А если я вдруг захочу ударить по нему кулаком?

- Ничего страшного, бич рода человеческого, садись, он покрепче твоих дубовых столов, не бойся, можешь врезать,- проговорил приведший их человек.

Олаф не стал игнорировать предложение, и тут же, размахнувшись, въехал своей мощной рукой по столу. Удар был страшен. Олаф ожидал подвоха, не зря незнакомец так смело предлагал ему это сделать, поэтому он вложил всю свою силу. Еще ни одна вещь, сотворенная руками человеческими, не выдерживала такого удара. Но чудо свершилось. Хрупкий на вид столик даже не прогнулся под тяжестью могучей десницы. Наоборот, сам Олаф почувствовал острую боль в руке.

- Ну, мать всех грязных йотунов, чтоб тебя задницей сунуть в пасть Фенрира,-сцепив зубы, выругался Торк-ланд, пряча ушибленную руку за спину, и сконфуженно занял предложенный ему табурет.

Хэймлет и человек в зеленом тоже сели на свои места.

- Официант, водочки с перчиком, пожалуйста, и закусить,- повернулся человек к треллу с плоской веревкой на шее.

Трелл по имени Официант начал расторопно накрывать на стол.

- Смотри, Олаф, вот люди с жиру бесятся, у них даже раб хоть и некрашеное сукно носит, как и положено, но какое дорогое и как выбеленное,- заметил Хэймлет.

- Да и волосы, смотри, какие чистые, даже вшей нету, и не смердит от него ни капельки,- поддержал товарища Торкланд.

Приведший их человек слегка улыбнулся, слушая эту болтовню.

Хэймлет недоверчиво наблюдал, как он разливал по стеклянным стаканчикам желтоватую прозрачную жидкость.

- Пейте осторожно,- предупредил незнакомец,- вы еще такого не пробовали.И аккуратно опрокинул свой стакан прямо в рот.

Хэймлет последовал его примеру. В первое мгновение ему показалось, что весь огонь подземного мира оказался у него во рту и потек дальше в горло, сжигая все на своем пути. Сквозь выступившие слезы он видел, как вылезли глаза славного Олафа и готовы были уже скатиться на стол, но тут рука опытного воина нащупала тарелку с салатом и, зачерпнув горсть, опустила содержимое в рот. Глаза вернулись на место. Датчанин не растерялся и повторил тот же маневр. Действительно полегчало.

- Вот это да! Вот это напиток! Вот это пробирает, что Мьелльниром по голове! - кричал восторженный Олаф, едва отдышавшись.

Незнакомец с железным спокойствием наблюдал, как два морских волка грязными ладонями набирали пищу, рассыпая ее по столу и по полу, и запихивали в рот. Непривычно мелко нарезанная капуста вываливалась из рук, разлетаясь в разные стороны, а белая маслянистая жидкость, которой неизвестно зачем она была полита, протекала сквозь пальцы. И лишь мясо доставляло привычное удовольствие, хотя и было слишком мягким для их нордических челюстей.

Насытившись, викинги вытерли жирные руки об волосы и разом повернулись к человеку-волку, вдруг вспомнив о его существовании.

- Ну что, варвары,- усмехнулся тот,- заморили червячка, теперь к делу.- Он разлил по стаканам желтоватую жидкость.- Не будем ходить вокруг да около. Вам поди не терпится узнать, где вы находитесь и кто я такой. Представляюсь: я Волх из светлого Ирия. Тот самый Волх, у которого вы украли меч-кладенец. Но не волнуйтесь, мстить я не собираюсь, я его вам даже сам отдам, он мне не нужен. Вы только исполните для меня одну маленькую услугу.

"Вот это да! - Хэймлет бросил многозначительный взгляд на товарища и молча опрокинул налитый стакан. Напиточек на удивление быстро пробирал, и конунг уже после второго почувствовал веселость в голове.- Ай, будь что будет",- подумал он.

Олаф, видимо, тоже решил, что хуже уже ничего не может случиться, и, сморкнувшись в рыжую бороду, с видом полного достоинства приготовился слушать дальше.

Волх обвел взглядом викингов и, обнаружив глубокое спокойствие с их стороны, продолжил:

- Дело в том, мои доблестные воины, что вам выпало несчастье оказаться в нужное время и в нужном месте, поэтому выбор пал на вас. И даже то, что вы украли меч, не является вашей виной. Вы сами были пешками в планах Одина. Ведь даже не укради вы ничего, я все равно нашел бы за вами какую-нибудь вину, чтобы использовать в своей игре, тем более что особо и гадать не пришлось бы. - у вас грехов хоть отбавляй.

- Я, конечно, не настолько славен, чтобы задавать богам вопросы,- не выдержал Хэймлет,- но почему к нам такое внимание со стороны Великих?

- О, насчет этого не переживайте, не вы первые туда идете, я отправил уже множество народа, но еще никто не справился с заданием, все геройски погибли и получили заслуженную награду, после смерти. Но мне кажется, что у вас есть шанс. За те миллиарды лет, что я существую, мне еще не доводилось видеть столь наглых типов, которым все всегда сходит с рук.

- Слушай, Великий,- не выдержал Олаф, он уже некоторое время ерзал на своем сиденье, будто что-то ему мешало,- капни-ка еще чуть-чуть своего божественного напитка, и тогда мы с удовольствием продолжим нашу беседу.

Волх усмехнулся и взялся за бутылку.

- Скучной жизни у вас не будет, это я вам могу пообещать точно,- продолжал радушный хозяин,- да и перед Одином словечко замолвлю, он будет в курсе, по этому поводу можете не волноваться. А задача ваша - добраться до моря, переплыть его, залезть на дерево, спустить оттуда шкатулку и принести мне. Вот и все. Правда, на пути вам будут встречаться всякие трудности, но не мне же учить вас, закаленных воинов, как их преодолевать. Ну и, конечно, происходить это будет не совсем в людском мире, поэтому если будут какие-нибудь неожиданности, то не обращайте на них внимания, а идите к своей цели. Как вы это делаете на земле.

- А что это за шкатулка? - не унимался любопытный Хэймлет.

- В ней-то и вся соль,- продолжал Волх.- Вся штука в том, что в этой шкатулке находится Яйцо Мироздания. И не дай Род вам разбить его по дороге. Весь мир тут же погибнет. В основном людской, конечно, нас, богов, может быть, опять пронесет.

- А что, когда-то мир уже погибал?

- Какой ты любопытный, человек. Конечно, погибал, иначе я бы не суетился так. Был у нас один добрый молодец, неврастеник, от него девка сбежала в Пекельное царство, так он решил затопить подземелье и раздавил Яйцо. В результате весь мир утонул. Только небесные царства и уцелели. Да и то даже в ирийских дворцах вода в подвалах лет сто хлюпала. Вот тогда мы и договорились, все царства небесные, что второй раз не допустим такого безобразия, и упрятали новое Яйцо в место, где никто из нас достать его не может. Но теперь времена меняются. Появились новые непонятные боги, их сила стала для нас загадкой. И вот решил я схоронить Мировое Яйцо в светлом Ирии, от греха подальше. Так что дело вам предстоит совершить славное и благородное. И водки я вам в дорогу вдоволь дам, я смотрю, она вам понравилась.

- Во всем мне условия нравятся, и подраться с кем будет, и этого чудесного напитка ты нам дашь. Но есть у меня одно препятствие,- робко начал Олаф, от волнения ковыряясь в ухе,- обещал я на светлый праздник Йоль вернуться домой, к своей верной Асьхен, и если я свое слово не сдержу, то лучше мне с того света в Мидгард вообще не возвращаться. А путь, как я понимаю, нам предстоит неблизкий. Задача ведь нешуточная. Не поспеть мне домой ко времени.

- Не переживай, старый пройдоха,- успокоил его Волх,- путь неблизкий, да дорожка коротка. Время - не судный камень, его и в гармошку скрутить можно. Здесь год пройдет, а там ты, Рыжий, выйдешь из транса сразу, как только твой друг в избу с колбасой зайдет.

- Из чего-чего я выйду? - удивленно переспросил Олаф.- Я никуда вроде не входил. Как стал мечом любоваться, меня что-то как подняло да как понесло. А входить я никуда не входил, в избу разве что перед этим..

- Транс - это такое состояние, когда не тело твое входит, а душа,попытался объяснить ему Волх.

- А, знаю! - перебил того Торкланд.- Это похоже на то, когда тебя прикончат и душа летит в Валгаллу!

- Да, примерно так,- решил Волх не травмировать мозги северным витязям излишними подробностями.- В общем, отдыхайте. Кстати, в Ирии ночи не бывает, так что как напьетесь, так и ложитесь спать. Падать можно прямо здесь, о вас позаботятся.- Волх встал и, улыбнувшись треллу, который прислуживал в этом доме, проговорил: - Не отказывай им ни в выпивке, ни в еде. Мне они нужны свеженькими.

Весело кивнув викингам, он вышел.

Олаф открыл один глаз и огляделся. По всей видимости, он находился в шатре. Его вещи, в том числе и оружие, были аккуратно свалены в кучу у входа. Сам он был заботливо укутан в шерстяное одеяло. Викинг укусил себя за руку, чтобы убедиться, что он окончательно проснулся - в последнее время так все перепуталось,- и выполз наружу.

Яркий свет бесконечного дня ослепил Олафа, и он чуть не столкнулся с чаном воды, принесенным, как видно, для него. Торкланд с удовольствием окунул в воду заплывшее лицо и так понежился некоторое время. Потом высморкался и вытерся рукавом нижней туники. Довольный, он поднялся на ноги. Рядом находился такой же точно шатер, а у входа стоял такой же чан.

"Это, наверно, для датчанина",- решил Олаф.

Полог шатра был откинут, и Торкланд заглянул внутрь. Хэймлета не было. Шатры были поставлены совсем недалеко от пивной избы, в которой викинги вчера надрались, и Олаф недолго раздумывал, чем ему заняться в отсутствие товарища.

Однако Хэймлет его опередил. Он уже сидел за столиком и нагло наворачивал огромную баранью ногу, запивая каким-то пойлом из большой глиняной кружки.

- Привет, Олаф,- махнул он рукой,- ну ты и спишь, приятель. Я уже успел пошастать по окрестностям и прибарахлиться, спасибо Волху, а то ведь меня друг Ийлан в одних портках на белый свет выставил.

Тут Олаф поднял глаза и обратил внимание, что Хэймлет и вправду, как всегда, вырядился в красный кафтан, словно петух асгардский. На голове его возвышалась подбитая соболем шапка. На поясе висел узкий меч, а в углу пивной была свалена куча разнообразного оружия.

"Поработал уже, пройдоха",- подумал про себя Олаф и впил зубы в поданное ему мясо.

Пища на привередливый вкус Торкланда была не очень хррошо приготовлена. Мясо было слишком мягким и слишком пряным. А в поданном эле явно не хватало кислоты. Хотя, несмотря на все эти недостатки, викинг, как обычно, с удовольствием поглощал все, до чего могли дотянуться руки.

Олаф еще не успел как следует набить брюхо, когда в дверном проеме показался Волх и жестом велел следовать за ним. Настроение Торкланда заметно испортилось. Как это бывало всегда, когда дела отрывали его от удовлетворения чревоугодных потребностей. Но высказывать недовольство он не решился и молча поплелся вслед за Хэймлетом, который сгреб в охапку свои трофеи и теперь, кряхтя, тащился с ними по неровной тропе.

- Смотри, жлоб, не надорвись,- подначивал его Олаф,- дай тебе волю, ты весь Ирий по частям уволок бы.

У Торкланда было ужасное настроение, даже ругаться у него не получалось.

Так они перевалили через холм. Тут следовавший впереди Волх вдруг упал на четвереньки - и через мгновение перед викингами стояло огромное косматое животное.

- А ну, садись мне на спину,- прорычал Волк,- туда, куда мы отправляемся, ни на лошади не доедешь, ни пешком не дойдешь.

Хэймлет увязал свою ношу и вскочил на спину животного, умостившись позади Олафа. Волк побежал. Сделав три-четыре прыжка, он оттолкнулся от земли и воспарил в небесах.

- Держись покрепче, ребята! - прокричал он.

Хотя это было излишне, суровые красные лица викингов стали белы, как утренний снег на родине Олафа, а руки так крепко вцепились в густую волчью шерсть, что не было на свете ничего такого, что заставило бы их пальцы разжаться. Сильный ветер дул в лицо и слепил глаза. Тем не менее Хэймлету еще удавалось, прячась от ветра за могучей спиной Торкланда, украдкой посматривать вниз. Хотя толком он ничего не увидел - слишком большой была скорость. И датчанин еще крепче вжимался в волчью спину.

Однако летели они совсем недолго. Вскоре Волк начал снижаться. Коснувшись Лапами земли, он пробежал еще немного и остановился.

- Слезай, приехали,- выдохнул зверь. Держась то за голову, то за сердце, друзья сползли с его спины и попадали на землю.

- Что, славные воины, испугались? - Волк усмехнулся.- Ничего, привыкайте. Вы еще не такое увидите.

Олаф первый поднялся на ноги. Вокруг расстилалась бескрайняя степь. До самого горизонта, сколько видел глаз, колыхалась высокая, в рост человека, трава.

- И куда нам идти? - спросил приходящий в себя Хэймлет.

Трава была выше его, и кругозор молодого конунга, в отличие от Торкланда, был весьма ограничен.

- Куда подскажет ваша интуиция,- ответил Волк.- Я буду направлять вас.

Он поднял голову к солнцу, и из разинутой волчьей пасти раздался пронзительный свист. У людей позакладывало уши. Высокий Олаф первым заметил двух отменных жеребцов, во всю прыть несущихся к ним через степь. Хэймлет обернулся. Волк исчез. На том месте, где только что сидело огромное животное, стоял небольшой зеленый мешок с двумя ручками. Датчанин подошел и заглянул внутрь. Там стоял берестяной ящик, в котором, заботливо пересыпанные стружкой, лежали бутылки с божественным напитком Ирия.

- Олаф, а Волх не подвел! - прокричал товарищу восторженный Хэймлет.- Тут полный мешок перцовки!

- Мне тоже кажется, что он мужик ничего, хотя и свинья,- ответил довольный товарищ, выводя на пятачок вытоптанной травы двух прекрасных скакунов, полностью взнузданных и оседланных. По бокам необычно мощных крупов свисали большие седельные сумки, способные вместить в себя все барахло, которое Хэймлет намарадерил в Ирии, и при этом еще оставалось место.

Только теперь Торкланд рассмотрел поклажу своего друга. Там были вещи разнообразного назначения. Как крайне полезные, вроде двух мощных самострелов, с десяток метательных ножей и очень доброго кинжала с дорогой рукояткой, так и абсолютно ненужные: шерстяные одеяла, какая-то кастрюля и даже яблоко!

- Хэймлет, дружище, как поживает твоя голова?! Зачем ты украл золотое яблоко из Ирий-сада?

- Не знаю,- пожал плечами дан,- рука сама потянулась. Пусть лежит. У них, я смотрю, фрукты не портятся, может, для чего и пригодится.- И он деловито засунул золотой плод в седельную сумку своего жеребца вслед за всей утварью.

Друзья откупорили бутылку водки и, прополоскав горло, весело двинулись в путь.

Кони были очень сильными. Они мчали по степи, почти не замечая высокой упругой травы, и друзья быстро продвигались вперед. В отличие от Ирия, ночь здесь, по-видимому, существовала. Во всяком случае, солнце клонилось к горизонту. К вечеру ландшафт стал заметно меняться. Степь стала неровной.

Уже на закате, поднявшись на вершину большого холма, зоркий Хэймлет вдруг обнаружил, что по степи, в полумиле от них, движется пара всадников. Он указал Олафу на незнакомцев и стал вглядываться внимательнее, пытаясь их рассмотреть. Такое соседство не сулило ничего хорошего.

- Куда ты пялишься, Хэймлет? Они гораздо ближе, чем ты мне показал,услышал за спиной конунг.

Он глянул-туда, куда показывал Олаф. И действительно, совсем рядом у самого подножия холма ехали еще двое. Одеты они были совсем необычно. Какие-то грязно-желтые балахоны свисали с их плеч, закрывая все тело и круп лошади. Хэймлет оторвал от них взгляд, и - Великий Один! - в вечерней дымке он заметил еще двоих. А Торкланд уже тыкал в спину, указывая на очередную группу. Степь кишела людьми. Мало этого, стоящим на вершине холма викингам было хорошо видно, что все они с разных сторон направляются туда, где стояли товарищи, и еще до того, как на землю опустится темнота, будут на месте.

- По-видимому, Олаф, обещанные нам развлечения начинаются,- деловито заметил Хэймлет, слезая с коня и расстегивая седельные сумки.- Нам придется или перебить их всех, или подружиться с ними.

- Лучше перебить, на дружбу у нас водки не хватит,- ответил Торкланд, сидя на коне и осматривая окрестности.

Хэймлет зарядил самострелы, рассовал ножи и достал бутылку перцовки. У них был небольшой запас времени, и Олаф одобрил такую подготовку к сражению.

Вскоре совсем близко раздался цокот копыт, и на холм влетела пара всадников с темными, иссушенными солнцем лицами и раскосыми глазами, одетых в тяжелые кожаные доспехи и шлемы, подбитые конским волосом.

Они даже не обратили внимания на двух поджидавших их викингов. Навстречу им неслись еще более диковинно одетые люди. В доспехах из больших металлических пластин и в шлемах, похожих на муравьиные морды. Те скакали, подняв высоко над головой длинные, слегка загнутые к концу мечи.

- Разорви меня Тор, каких только уродцев земля не носит,- покачал головой Олаф.

Тем временем темнолицые выдернули из-за спины небольшие луки и, в мгновение ока кинув стрелы на тетиву, выпустили их. Обе пронзили первого всадника, и он на всем скаку вылетел из седла. Второй же успел доскакать до ближайшего темнолицего, и мягко срезанная голова покатилась по земле. Пронесшись мимо, он стал разворачивать лошадь, чтобы атаковать второго.

- Вот это работа! Вот это оружие! - восторженно кричал Хэймлет.

- Ничего особенного,- ответил Олаф,- тебе всегда нравились бритвы, а не настоящее оружие. Вот если бы он ему голову на куски разнес, тогда бы я оценил.

Тем временем узколицый уже вновь наложил стрелу на тетиву, и, казалось, участь муравьиношлемого решена. Тогда Хэймлет, не вынесши такой, по его мнению, несправедливости, схватил самострел и влепил стрелу прямо в ухо темнолицему.

- Все равно когда-нибудь пришлось бы убить,- прокомментировал он свои действия.

Спасенный воин придержал коня и, спрятав меч в ножны, висящие у него под мышкой, соскочил на землю. Он снял свой странный шлем и поклонился. Его лицо оказалось вполне приятным, во всяком случае симпатичнее, чем у темнолицых, хотя и походило на них раскосыми глазами. Волосы были чисто вымыты и спереди ровно острижены, а сзади заплетены в маленькую косичку.

Незнакомец подошел и, еще раз поклонившись викингам, что-то прощебетал на своем птичьем языке. Его аккуратный внешний вид совсем не сочетался с той доблестью, которую показал незнакомец в схватке. И Олаф на всякий случай взялся за рукоять меча. Тем временем чужак ткнул себя пальцем в грудь и проговорил:

- Кака Яма.

Потом, повернувшись к Хэймлету, он опять что-то сказал и еще раз поклонился. Вдруг его взгляд упал на землю, на то место, где у викингов стояла недопитая бутылка водки. Рука Кака Ямы вытянулась в том направлении, и он восторженно произнес:

- Сакэ!

- Он не демон, он свой парень,- проговорил Олаф, убирая руку с рукояти меча.- Ну что, Хэймлет, познакомимся с чудом природы?

Хэймлет взял бутылку и, пригубив, передал незнакомцу. А тот - Олафу. Довольный Кака Яма опять зачирикал. Но продолжить знакомство им не дали.

На холме появилось сразу множество всадников, которые тут же сцепились между собой. Некоторые из них, завидев товарищей, напали на них.

- Похоже, здесь все сами за себя! - прокричал Олаф.

- Это легче, чем если бы они были все против нас! - ответил ему Хэймлет.

Друзья стали втроем, спина к спине, отражая все атаки нападающих. Каких чучел тут только не было! Смех, которым давился Олаф, рассматривая эти произведения, душил его и мешал драться. Их новый приятель казался просто божественно красивым по сравнению с этим сборищем уродов. Хотя, конечно, тут встречались и с виду нормальные люди. Хэймлет тоже не уступал Торкланду, постоянно пихая того плечом и указывая на очередного уродца, появившегося в его поле зрения. Было удивительно, как этих смешливых викингов еще не убили. И только Кака Яма серьезно относился к происходящему процессу. Он аккуратно срезал головы своим отточенным под бритву мечом, ничуть не заботясь внешним видом своих жертв. В один из моментов короткой передышки Олаф вдруг с огорчением заметил, что этот маленький, трудолюбивый незнакомец втихаря положил народу уже больше, чем они с Хэймлетом на пару. Зависть заела викинга. Смех в момент сменился нарастающей яростью, и, не на шутку разозлившись, Олаф бросился вперед, разя налево и направо.

- Уууййаа! - разнесся по окрестностям боевой клич великого воина.

Уже спустилась ночь, когда Торкланд перевел дух. Похоже, еще не все были убиты, но непроглядная мгла препятствовала продолжению сечи. Вдалеке слышались удаляющиеся голоса и цокот копыт. Кто-то спешно уносил ноги.

-Хэймлет! -позвал Олаф в темноту.

- Да здесь я,- раздалось совсем с другой стороны,- и Кака Яма со мной. Я даже мешок с водкой отыскал. Так что иди сюда.

Олаф на ощупь пошел к товарищам. К тому времени Хэймлет уже надергал толстой сухой травы и высек искру. Маленький костерок указал Торкланду путь. Огонь не грел и почти не освещал. Но создавал уютную атмосферу. Олаф растянулся на примятой траве. Торкланд любил отдохнуть после тяжелой работы.

Утро было ясным. Друзья перекусили на скорую руку. Поймав своих лошадей, они двинулись в путь уже втроем. Трупы за ночь куда-то исчезли, причем вместе с одеждой и оружием, и только помятая трава да коричневые пятна засохшей крови напоминали о вчерашней битве.

К полудню въехали в лес. Олафу он сразу не понравился. Низкорослые деревья густо переплетали между собой уродливые ветки. Мечом негде размахнуться. Да и ехать стало тяжело. Посовещавшись, путники решили объехать лес стороной и, повернув лошадей, двинулись вдоль опушки.

Викингов съедало любопытство о происхождении их нового товарища. Но его птичий язык был им совершенно непонятен, хотя сам Кака Яма, слушая бесконечную болтовню северян, стал понимать некоторые слова и уже отвечал кивками на кое-какие несложные вопросы.

- Еще один день путешествия - и этот гномий родич начнет болтать по-датски, словно Локи на застолье,- заметил Олаф.

- Да, способный малый,- поддержал его Хэймлет. Наконец лес стал выше, подлесок совсем исчез, и всадники повернули в чащу. Местность начала заметно подниматься. Они все время ехали в гору. Кони, подаренные Волхом, казалось, вообще никогда не уставали, и, не очень-то привыкшие к седлу, морские волки решили сделать привал, не дожидаясь темноты.

- Чтобы его йотуны сожрали вместе с его Мировым Яйцом,- возмущался Олаф, примащивая свой отбитый за день поездки зад на запревшую кучу валежника.

- Да, с непривычки взвоешь,- последовал примеру товарища Хэймлет.

- Нисяво, сакэ няда, будит холесе,- вдруг раздалось сбоку.

Викинги ошарашенно повернули головы в сторону Кака Ямы. Тот, сидя на коленях, улыбался во все свое пухлое лицо и, неустанно кивая головой, повторял:

- Сакэ холесе, сакэ пить - боль убегать.

- Вот это способности! - присвистнул Хэймлет.- И дня не прошло, а он уже по-нашему разговаривает.

- Подумаешь,- отозвался Олаф,- невелика трудность датский учить, я его еще ребенком выучил. Вот попробовал бы он франкский выучить или, например, миклагардский - тогда да!

Хэймлет поручил друзьям заниматься костром, благо в лесу - не в поле, а сам, взяв самострел, отправился в лес подыскать свежего мясца.

Как оказалось, прокормиться здесь не составляло больших проблем, и трех жирнющих зайцев конунг подстрелил еще до захода солнца. Хотя со свининой, добыть которую он так надеялся, Хэймлет не встретился.

Зайцев освежевали и зажарили. Под водочку они были очень даже ничего. Викинги развлекались тем, что обучали Кака Яму датскому языку. Они называли слово, жестами объясняя его значение, и катались по земле от хохота, когда тот повторял.

- Борода,- говорил Олаф, дергая себя за рыжую во-лосину.

- Балдя, - отвечал вечно улыбающийся Кака Яма. Друзья заливались хохотом. Но добродушный чужеземец, похоже, ничуть не обижался и весело смеялся за компанию.

- Заяц.- Палец Торкланд а упирался в освежеванную тушу.

- Зяясь,- повторял новый товарищ. И опять по лесу раздавался раскатистый хохот. Водка обладала одним удивительно полезным свойством. Маленькая стеклянная бутылка вышибала мозги похлеще, чем пара бочонков вина, не говоря уже об эле. Поэтому друзья могли позволить себе каждый вечер крепко упиваться, и при этом их запасы истощались крайне медленно.

- Вот в этом Волх нам услужил, пошли ему Один здоровья,- поминал словенского бога Олаф, разливая перцовку по питейным рогам,- ну, а в остальном - дерьмо он, конечно.

Вдруг среди ясного, звездного неба ударил гром, и лес осветила вспышка молнии. Это случилось так неожиданно, что Торкланд выронил из рук бутылку. Та покатилась в костер, разливая по пути драгоценную жидкость. Но Олаф не мог допустить такого расточительства. Он смело сунул руку в огонь и спас склянку.

Кака Яма как ревнивый ценитель мужественных поступков поклонился великому ярлу в знак уважения. Торкланд был польщен. Но Хэймлет, малорослый датчанишка, даже не заметил поступка друга. Он сидел, отвернувшись в другую сторону, и к чему-то прислушивался.

Олаф уже серьезно почесывал кулаки, собираясь обидеться на товарища. Но тут Хэймлет повернулся и произнес:

- Кладу в заклад свою правую руку в пасть Фенриру, что это был не гром. И сверкала не молния.

Олаф открыл было рот, чтобы возразить молодому ярлу или хотя бы со злости нагрубить. Но его перебил новый раскат. И это действительно был не гром. Теперь во все-заглушающем звуке ясно слышался вой. Это кричал раненый зверь невероятных размеров. Небо снова озарилось светом. Так продолжалось добрую половину ночи, и друзья, вжавшись в землю, готовые ко всему, просидели до зари. Лишь на рассвете, когда все угомонилось, а вокруг защебетали беззаботные пташки, людей сморил сон. Впервые за долгое время викинги засыпали кристально трезвыми.

Вставали люди невыспавшимися и разбитыми, проспав почти до полудня.

- Смотри, датчанин,- толкал Хэймлета Олаф,- наш чистюля уже умудрился раздобыть воды и умыться. Он, конечно, хороший воин, но так холить свою внешность у нас даже девке на выданье не позволяют.

Кака Яма, как всегда улыбаясь, шел в одной нижней тунике. Мокрый с головы до ног, словно младенец при рождении, и, по всей видимости, очень довольный.

- Он еще и расчесался,- добавил Хэймлет, стряхивая со своей лохматой шевелюры листья, нацеплявшиеся за ночь.

Чужеземец тем временем подошел к северянам и, кивнув головой, расстелил маленький шерстяной коврик и уселся на колени.

- Ну что, допьем вчерашнюю? - достал бутылку Олаф. Хэймлет с готовностью протер свой рог от насыпавшейся за ночь земли и протянул ярлу.

- Сакэ утлем не холесе,- проговорил Кака Яма и отрицательно покачал головой.

- А он и вправду, как девка, себя ведет,- пожал плечами Олаф и плеснул Хэймлету по самый край.

Доев застывшее мясо, путники оседлали коней. Благо хитроумный Кака Яма с вечера привязал их к дереву, и те не разбежались, испугавшись ночного крика. Наконец люди двинулись в путь.

Вскоре лес поредел, а потом и вообще кончился. Искатели приключений очутились на горном лугу. В туманной дымке уже отчетливо была видна вершина горы, на которую они поднимались.

Лошади, почувствовав свежесть ветра, пошли быстрее, и солнце не успело пройти зенит, когда они выехали на перевал. Картина, открывшаяся им, потрясла бывалых воинов. Олаф и не мечтал совершить такие разрушения, которые простирались перед взором друзей.

Весь противоположный склон горы до самого подножия и подъем следующего были черны. Там, видимо, тоже когда-то рос лес. Но какой-то адский огонь уничтожил все. Мало этого, неведомая сила, не удовлетворившись сожжением, вырвала с корнями обугленные стволы и разбросала вокруг, присыпав все это пожарище еще и обломками скал.

Хэймлет аж присвистнул. Где-то в глубине души зашевелилось сомнение: может быть, объехать это гиблое место? Но другой голос, более сильный, подсказывал, что надо ехать вперед.

Путники начали спуск. Склон на этой стороне был более крут, и коней приходилось придерживать. Да умные животные и сами особо не рвались вниз. Пыль пепелища поднималась из-под копыт и мешала дышать. Пришлось разорвать белье и сделать маски. Пепел лез в лицо и засыпал глаза. К подножию друзья доехали чумазые, как дикие свиньи.

- Ну и морда у тебя, Хэймлет,- от души веселился Олаф,- те уродцы, которых мы порубили на холме, приняли бы тебя в свою компанию как родного.

- Ты на себя посмотри,- парировал датчанин.- Что осталось от твоей рыжей бороды. Ты вылитый йотун из Муспелльсхейма.

- Нисяво, тут водя,- услышали за спиной викинги.

- Это же наш Кака Яма! А ну, а ну, на кого он похож? - басил Торкланд на все ущелье.- Вот это урод! Цверг-рудокоп, точно!

- Сама улода, это плехой слово, не говоли, Оляфь, Кака Яме улода. А то моя убить, моя самурая,- ответил недовольный чужеземец.

- Ладно, ладно, я пошутил,- ответил Торкланд примирительно.

У него сейчас не было никакого настроения драться.

- А у этого парня нет чувства юмора,- обернулся он к Хэймлету,- он слишком серьезно относится к жизни.

- Оставь его в покое,- ответил конунг.- Если ты не доживешь до старости, то только благодаря твоим дружеским шуткам.

Тем временем они благополучно спустились на дно ущелья и пересекли протекающий там ручей.

- Слышишь, Олаф, придержи коня, надо бы умыться,- окликнул Хэймлет товарища, когда тот уже собирался подниматься в гору.

- Хэймлет, мне кажется, присутствие нашего нового друга на тебя отвратительно влияет. Я стал замечать у тебя кучу дурацких привычек.

- Не ворчи. Рыжий, я и сам мучаюсь сомнениями, мыть или не мыть, но пыль слишком уж позабивала мне глаза, да и фляги наполнить надо.

- А, ну тогда другое дело,- понимающе кивнул Торкланд,- фляги наполнить надо.

Пока викинги обсуждали непосильную проблему, стоит ли слезать с коня ради того, чтобы умыться, маленький Кака Яма резво скинул с себя почерневшую от сажи одежду и, окунувшись в горный поток с головой, тут же облачился в чистое, которое извлек из седельной сумки. Теперь узкоглазый товарищ улыбался во все свое широкое лицо и с блаженным видом расчесывал волосы.

- Тьфу! - не выдержал Олаф, глядя на эту картину. И твердо решил поступать по-мужски.

Хэймлет уже спрыгнул в ледяной поток и, наклонившись, набрал в рот воды. Тщательно высморкавшись, он размазал по лицу недомытую грязь и, наполнив фляги, посвежевший, вскочил на коня.

- Честно говорю, лучше бы ты этого не делал,- бросия Олаф датчанину, глядя на его физиономию.

Путешественники начали подъем. Здесь пыли было поменьше, так как пепелище в основном было засыпано камнями и обрушившимися обломками скал. Но при этом лошадям стало гораздо труднее. Зачастую друзьям приходилось спешиваться, чтобы разгрузить утомленных животных. Стало ясно, что до темноты им не пересечь перевал, и путники стали подыскивать место для ночлега.

Такое место скоро нашлось. Небольшой карниз шагов на десять в ширину вполне их устроил. А обугленные, но не догоревшие стволы, во множестве торчащие из-под камней, были прекрасным топливом для костра. Конечно, об охоте в этом гиблом месте не могло быть и речи, и людям пришлось довольствоваться сушеным мясом из личных запасов.

- Хвала Одину! - пробасил Олаф, опрокидывая в свою огромную пасть порцию водки.

Товарищи последовали его примеру. Хэймлета довольно давно подмывало попросить у Кака Ямы посмотреть его меч, словно масло срезающий головы с плеч. Но он, видя серьезное отношение чужеземца к своему оружию, все никак не решался, боясь оскорбить того своей просьбой.

Но сегодня вечер был необычайно хорош. Никто не выл на всю округу. Перцовка, как никогда легко, омывала внутренности, и, как следует накачавшись, конунг наконец решился.

- Послушай, Кака Яма-сан,- обратился он к чужеземцу. Из разговоров Хэймлет выяснил, что в той стране, из которой прибыл их новый товарищ, сан - это уважительное обращение, типа нашего "великий ярл" или "славный конунг".Разреши, пожалуйста, если, конечно, это не оскорбит тебя, посмотреть твой удивительный меч.

- Пазялюстя, Хэймлето-сан,- ответил вежливый чужеземец и, поклонившись своему оружию, достал меч из ножен и подал его молодому конунгу.

Хэймлет бережно принял клинок. Меч Кака Ямы здорово отличался от всего того оружия, которое видел принц датский за свою недолгую, но наполненную событиями жизнь. Рукоять его была довольно длинной - пять ладоней конунга. Дальше вместо привычной крестовины руки защищала изящная чашка. Но самое удивительное в этом мече - лезвие. Оно было в полтора раза длиннее, чем на принятых у северных народов, и, по крайней мере, такой же длины, как у чудесного полуторника, украденного Ола-фом у Волха, но при этом в несколько раз тоньше и острее. Ни один датский кузнец не смог бы сковать такого изящного оружия так, чтобы клинок не переломился от первого же удара. Хэймлет с вожделением попробовал режущую грань и, к его удовольствию, на пальце выступила кровь.

- Это оружие для худосочных девок и недомерков,- проворчал Олаф, недовольный тем, что компания отвлеклась от своего занятия.- Вот это оружие для настоящих мужчин,- потряс ярл своим новым мечом.- То, что я смогу им сделать, вам никогда не удастся с вашими детскими игрушками.

Как и викинги, изрядно захмелевший Кака Яма, по-видимому, понял ворчание Торкланда. Он встал со своего места и, порывшись в вещах, достал лоскут материи. Потом подошел к Хэймлету и, поклонившись, взял свой меч.

- Сейсяс вы увидеть,- проговорил он.

Обгорелые при пожаре стволы были свалены большой кучей и, разгоревшись, ярко освещали округу. Викинги внимательно смотрели, как чужеземец, скомкав, подбросил лоскут в воздух и, когда тот, поднявшись на максимальную высоту, развернулся и начал падать, взмахнул мечом.

Оба северянина видели, как Кака Яма начал движение, но дальше все слилось в один сплошной блеск металла в неровном свете огня. Глаз не уловил, как все закончилось. На землю, вертясь в воздухе, опустилось множество маленьких лоскутков. Кака Яма поклонился, спрятал меч в ножны, подошел к Хэймлету и протянул ему оружие.

- Хэймлето-сан,- проговорил он,- это моя подарка.

-Ты что, Кака Яма-сан, я не могу принять такую дорогую для тебя вещь,ответил датчанин, отчаянно жестикулируя. Предложение застало его врасплох. Хэймлет и в мыслях не мог представить себе такой оборот дела.

- Хэймлето-сан должен взять,- настаивал узкоглазый друг,- Хэймлето-сан моя друг. Пусть возьмет моя катана. Моя скоро умирать. Моя делать харакири.

- Что такое харакири? - удивленно спросил конунг. Кака Яма молча достал большой нож, очень напоминающий меч-катану, и красноречиво провел вокруг своего живота.

- Так зачем тебе вспарывать свое брюхо? - не унимался Хэймлет.

- Я должна делать харакири, я не выполнить клятва, я обесчестить себя.

- Какую клятву ты не выполнил? - продолжал настойчивые расспросы викинг.

Любопытство всецело захватило его. Ему нравился этот незнакомец, и он никак не мог понять, зачем тот должен лишать себя жизни.

- Меня послать бог Яма доставать шкатулка и всех по пути убивать. И вас убивать. Вы ведь тоже идти за шкатулка? Но Кака Яма не может вас убивать, вы друзья. -Я не выполнять клятву богу Яме, я найти друзей и потерять честь. Я буду делать харакири.- И он еще раз провел ритуальным ножом вокруг живота.

- Кака Яма-сан, я с удовольствием возьму твой подарок, но давай ты не будешь выворачивать себе кишки,- попытался Хэймлет отговорить своего нового друга от этого жуткого поступка.

Конунг взял меч-катану из протянутых рук товарища и, пристроив у себя под мышкой, как его носил чужеземец, вытащил из ножен свой меч. Оружие Хэймлета, откованное в мастерских божественного Ирия, тоже выглядело довольно изящным, рукоять была инкрустирована золотом, а лезвие обладало остротой и утонченностью.

- Возьми его от меня на память,- протянул датчанин чужеземцу свой клинок.

Кака Яма в очередной раз поклонился и нежно взял меч.

- Холесе, Кака Яма будет немножко убивать врагов своего друга Хэймлето-сан, а потом будет делать харакири.

Молодой конунг всплеснул руками, казалось, было легче обрушить скалы, чем склонить этого маленького человека изменить свое непонятное решение.

"Ничего,- решил про себя Хэймлет,- пойдем другим путем. Надеюсь, водка ему мозги вернет на место".

- Ну, вы там еще долго друг друга облизывать будете? - вмешался раздосадованный возникшей задержкой Олаф.- А ну давайте рога. Помереть мы всегда успеем. У нас доброжелателей сколько угодно. Для этого ничего в живот втыкать не понадобится.

Он взял бутылку и до краев наполнил поднесенные емкости.

- За Одина! - выкрикнул он, выдыхая воздух, и влил в себя очередную порцию.

Оказавшись снова в центре внимания и изрядно захмелевши, великий воин решил больше не упускать инициативу из своих рук.

- Я, между прочим, тоже могу тряпку на куски изрубить! - вызывающе заявил он и обвел присутствующих пытливым взглядом, ища несогласных.

Не встретив противодействия и досадуя на то, что не удалось затеять скандальчик, он решил продемонстрировать свое искусство. Тяжело поднявшись на ноги, славный ярл, раскачиваясь из стороны в сторону, подошел к связке барахла и вытащил оттуда шерстяное одеяло, прихваченное Хэймлетом в Ирии.

- Вот смотрите! - закричал он и подбросил одеяло вверх, при этом чуть не свалился в костер.

Когда он наконец удержал равновесие, одеяло уже давно приземлилось на огромный камень и спокойно лежало, угнездившись на самой верхушке валуна.

Торкланд то ли не заметил, что оно уже упало, то ли в его не очень трезвом воображении одеяло еще парило по воздуху, но только Олаф вдруг размахнулся мечом и со всей силой врезал по одеялу. Удар был страшен. Грохот разнесся по всей округе, разорвав тишину ночи. Раздался треск, и тяжелый клинок глубоко вошел в камень. Глыба развалилась пополам. Половинка, оказавшаяся на краю карниза, качнулась и рухнула в темноту. Снизу послышался шум нарастающего камнепада.

Хэймлет и Кака Яма вмиг оказались на ногах. Оползень - штука непредсказуемая, начавшись внизу, он мог потянуть за собой и камни, нависшие у них над головой.

Даже Олаф, похоже, протрезвел. В полном мраке невозможно было отыскать убежище, способное защитить людей от оползня, и друзьям оставалось полагаться на волю Одина.

Похоже, Один сегодня был щедр, и камнепад прекратился, не потянув за собой валуны с вершины склона. Друзья допивали молча. И лишь только Олаф время от времени гордо косился на оставшуюся половинку расколотого им камня, завернувшись в порванное им же одеяло. То ли путники взобрались слишком высоко, то ли погода начала портиться, но утром викинги проснулись покрытые инеем и слегка продрогшие.

- Великий Один! Прочисть мои мозги, чтобы я наконец понял этого человека,запричитал Олаф, едва открыв глаза и глядя на чужеземца.

Неутомимый Кака Яма опять встал ни свет ни заря и даже среди мертвых камней умудрился найти воду для умывания. Теперь, как всегда жизнерадостный, он весело раскланивался заспанным викингам и желал им доброго утра.

"И эта куча радушия и счастья завтра сунет себе нож в живот?" - не укладывалось в голове у Хэймлета, и он перевернулся на другой бок, предпочитая досматривать сны, нежели напрягать мозги, размышляя о непонятном.

Но Олаф не дал ему доспать, достав опохмелочную бутылку. Ведь Кака Яма по утрам пить отказывался, а великому ярлу не хватало компании.

Зато сегодня выехали рано. Отдохнувшие кони пошли резвей. До вершины оказалось намного ближе, чем это представлялось накануне, и путники вскоре поднялись на перевал.

Море открылось неожиданно. Оно манило к себе и звало просоленных псов, которым уже так надоело скитаться по пыльной и прелой суше. Отсюда, с высоты птичьего полета, оно казалось бескрайним. Линия горизонта терялась, и море сливалось с небом.

- Вот он, край мира,- прошептал восторженный Хэймлет.

- Пришли,- подытожил Олаф.


Содержание:
 0  Непобедимый Олаф : Андрей Льгов  1  ГЛАВА 1 : Андрей Льгов
 2  ГЛАВА 2 : Андрей Льгов  3  вы читаете: ГЛАВА 3 : Андрей Льгов
 4  ГЛАВА 4 : Андрей Льгов  5  ГЛАВА 5 : Андрей Льгов
 6  ГЛАВА 6 : Андрей Льгов  7  ГЛАВА 7 : Андрей Льгов
 8  ГЛАВА 8 : Андрей Льгов  9  ГЛАВА 9 : Андрей Льгов
 10  ГЛАВА 10 : Андрей Льгов  11  ГЛАВА 11 : Андрей Льгов
 12  Олаф Торкланд в Стране Туманов : Андрей Льгов  13  ГЛАВА 2 : Андрей Льгов
 14  ГЛАВА 3 : Андрей Льгов  15  ГЛАВА 4 : Андрей Льгов
 16  ГЛАВА 5 : Андрей Льгов  17  ГЛАВА 6 : Андрей Льгов
 18  ГЛАВА 7 : Андрей Льгов  19  ЭПИЛОГ : Андрей Льгов
 20  ГЛАВА 1 : Андрей Льгов  21  ГЛАВА 2 : Андрей Льгов
 22  ГЛАВА 3 : Андрей Льгов  23  ГЛАВА 4 : Андрей Льгов
 24  ГЛАВА 5 : Андрей Льгов  25  ГЛАВА 6 : Андрей Льгов
 26  ГЛАВА 7 : Андрей Льгов  27  ЭПИЛОГ : Андрей Льгов
 28  ГЛОССАРИЙ : Андрей Льгов  29  Использовалась литература : Непобедимый Олаф
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap