Фантастика : Юмористическая фантастика : Глава 29 Владыка пальмовой дороги : Евгений Лукин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39

вы читаете книгу




Глава 29

Владыка пальмовой дороги

– Погубит… Погубит… – Не в силах заснуть, Ар-Шарлах ворочался на расстеленных поверх ковра одеялах и бормотал, бормотал…

«Поверил, что любит?.. Да нет же, нет! Просто искал и нашел ей оправдание… Не могу! Даже чужими руками – не могу… А вот она может! Она может… Ар-Маура… Ах, досточтимый, как все нелепо, неправильно…»

Ар-Шарлахи всхлипнул и, стиснув зубы, уткнулся лицом в плоскую подушку. За низким окошком бродила листва, опыленная слабым светом молодой луны, и доносилась перекличка ночной стражи, изредка звякало оружие. Мятежная тень дремала чутко, вполглаза.

«Да что я говорю: погубит? Уже погубила!.. Прикажи я тогда чуть по-другому, вели я им задушить ее на том бархане… Ведь задушили бы… Сорвали бы повязку – и взахлест по горлу, дело привычное… Вот так, премудрый Гоен! Ты учил меня несколько лет, ты говорил, что убийство – недостойное деяние, что, убивая человека, ты убиваешь себя… А ей потребовалось двадцать дней, чтобы сделать из меня убийцу… Двадцать дней?.. Да нет, меньше… Убийцей я стал еще в ту ночь на „Самуме“…»

Слышно было, как по узкой извилистой улочке прошел, судя по приглушенному гомону и бряцанию металла, довольно большой отряд. Несколько раз почудилось слово «Шарлах…».

«Теперь еще и взбунтовавшаяся Ар-Аяфа… Уйти – значит предать. Предать людей, поверивших в тебя… Или даже не в тебя. В некоего Шарлаха, которого просто нет и никогда не было… А остаться – это снова кровь… и скорее всего смерть… Между прочим, твоя смерть, Ар-Шарлахи, не чья-нибудь…»

В тесной спаленке бесшумно открылась и закрылась дверь. Он не услышал и не увидел этого, он просто почувствовал кожей движение воздуха. Кто-то приблизился к его ложу и опустился рядом. Маленькая нежная рука тронула висок, скользнула по щеке…

– Уйди, – сказал он сквозь зубы.

– Почему? – испуганно шепнула она.

– Я тебе не верю.

– Почему?

Он резко приподнялся на локте.

– Ну скажи честно, Алият: ведь соврала? Просто захотелось жить – и все! Так ведь?

– Нет, – еле слышно прошелестело в темноте. – Я тебя и вправду люблю…

Он засмеялся – сухо и зло.

– Значит, я приказал зарыть тебя в песок по горло – и ты меня тут же полюбила?

– Да, – тихо и виновато ответила она. – Я и не думала раньше, что ты – мужчина…

Несколько секунд в комнатке стояла остолбенелая тишина.

– Да-а… – протянул наконец потрясение Ар-Шарлахи, снова опускаясь на ложе. – Слышал бы это премудрый Гоен…

– Кто это? – шепнула она без особого, впрочем, интереса, в то время как маленькая ручка уже добралась до его груди.

– Не надо, – угрюмо сказал Ар-Шарлахи, убирая ее ладонь. – Только не сегодня…

Алият прерывисто вздохнула.

– А потом уже будет некогда, – сердито молвила она.

– Это почему же?

– Из Ар-Нуера подкрепление пришло. И еще почтовик из Зибры.

– Какое еще подкрепление? – заранее ужаснувшись, бросил он.

– Так ведь в Ар-Нуере тоже бунт, – объяснила она. – и в Ар-Нау, и в Зибре…

– А там-то с чего? – еле выговорил Ар-Шарлахи.

– Не знаю, хотели сначала тебя разбудить, а потом решили не стоит… Тебе надо с ясной головой быть завтра…

С почтовой каторгой из Зибры прибыл старый знакомец – командир зеркальщиков Илийза. Ар-Шарлахи, растерянный и совершенно убитый последними событиями, принял мастера зеркального боя сразу же, как только услышал о его приходе.

Илийза нисколько не изменился. Все такой же неторопливый и уклончивый в суждениях, он внимательно, словно удивляясь, поглядывал на своего главаря и на вопросы отвечал не иначе как после краткого раздумья. Хрипловатый низкий голос, знакомый глянцево-розовый ожог у виска.

– Шакалы эти погонщики, – неспешно рассказывал Илийза. – Что тот, что другой. Сижу в веселом доме, никого не трогаю. Разбойничек какой-то подходит, купленный, конечно… А может, даже и на службе он у них, у погонщиков… Ни слова не говоря, тресь меня в храп!.. Я, понятно, его… Вяжут нас обоих – и в подвал. А погонщики будто бы и не знали… Утром прибегает этот, тощенький… Аилша?.. Да, Аилша. Ах-ах, раскудахтался!.. Ошибка, мол, отпустить немедленно!.. Ничего себе ошибка: семь наших у него под замком всю ночь просидели… Прибегаем в порт, а там уже ни «Самума», ни «Скорпиона»…

– Обиделся? – сочувственно спросил Ар-Шарлахи.

– Ну, поначалу-то, конечно, да. А потом думаю: да не мог Шарлах просто так с места сорваться и своих бросить! Значит, причина была какая-то… Так и оказалось. – Илийза помолчал, кашлянул. – А что… правду говорят, будто Лако…

– Правду, – не дослушав, отрывисто сказал Ар-Шарлахи.

Они помолчали. Илийза покивал угрюмо.

– Жаль… – обронил он. – Говорят, под кивающий молот угодил?..

– Потом расскажу, – буркнул Ар-Шарлахи. – Что в Зибре-то?

– В Зибре?.. – Илийза помедлил. – Резня в Зибре. Там же и наших полно жителей, и голорылых. Ну вот, прошлой ночью шум, гам, факелы… Судейский дворец подпалили… Тут все и началось. А мы только-только из Турклы пришли. Порт еще горелый, черный… Слышу, кричат: «Шарлах, Шарлах!..» Я уж подумал: может, ты опять налет затеял?.. Хватаю одного, спрашиваю: «Где Шарлах? Здесь?» «Нет, – говорит. – Он сейчас Ар-Аяфу поднимает…»

– Что?!

Оба непонимающе уставились друг на друга.

– Прошлой ночью, – медленно проговорил Ар-Шарлахи, – я только еще подходил к Ар-Аяфе… И я не собирался ее поднимать… Что происходит, Илийза?

Илийза неопределенно хмыкнул и повел широким плечом.

– Слух о тебе прошел… – скорее предположил, чем ответил он. – А слухи, знаешь, такая штука…

– Да, но откуда они узнали, что я иду именно в Ар-Аяфу?

Илийза бросил на главаря долгий испытующий взгляд, потом насупился и отвел глаза. Сам он был уверен, что жители Зибры узнали все от самого Шарлаха. Но если Шарлах решил почему-либо в этом не признаваться – что ж, ему виднее. На то он и главарь.

Снаружи за глинобитными стенами давно уже слышалось некое приглушенное клокотание, прорезаемое иногда громкими командами. Вне всякого сомнения, в оплетенном лозами дворике и на улице перед домом толпились, переговариваясь негромко и озабоченно, десятки, а то и сотни людей.

– Слушай, – не выдержав, сказал наконец Илийза. – Тебя там ждут, а ты тут со мной болтаешь… Ты бы вышел к ним, а то, знаешь, как-то…

Ар-Шарлахи хмуро взглянул на него исподлобья. Что его ждали, он и сам догадывался. Только вот выйти из маленькой этой комнатки туда, в толпу, было, честно говоря, страшновато. Однако податься было некуда. Ар-Шарлахи вздохнул обреченно и поднялся с подушек.

. Дальнейшее отложилось в памяти обрывками. Страшный ликующий вопль толпы на рыночной площади. «Шарлах! Шарлах!..» Кидались в ноги какие-то старцы в развевающихся белых отрепьях. Сияли злыми лунами голые черепа жрецов, возносились на шестах увенчанные рогом верблюжьи морды. Какие-то рослые угрюмые люди, увешанные оружием, бросали растопыренную пятерню на сердце и рычали слова присяги. Потом жутко выкатывали глаза и, повернувшись на север, грозили кулаком Харве. А совсем рядом с Ар-Шарлахи мрачно и нежно сияли неотрывно на него устремленные глаза Алият.

Это сумасшествие продолжалось чуть ли не до полудня. Потом он снова оказался в той же комнатке, только на сей раз в ней негде было повернуться. Из рассевшихся на ковре людей Ар-Шарлахи знал только Алият да Илийзу. В центре помещения расстелили карту, и стало совсем тесно. Возникла тоскливая мысль о добром кувшинчике вина, поскольку ясно было, что от главаря сейчас ждут решений, в голове же гудела пустота, и только жилка на виске подергивалась зло и болезненно.

Все, однако, обошлось. Сразу же, испросив на то позволения, заговорил один из незнакомых: смуглый выпуклый лоб, карие округлые глаза, упрямые брови… То и дело почтительно поворачиваясь к Ар-Шарлахи, он как бы давал понять остальным, что сам-то он, темнолобый и кареглазый, лишь глашатай замыслов вождя, не более. А замыслы, насколько мог судить Ар-Шарлахи, были дерзки и тщательно продуманы: отступить в глубь Пальмовой Дороги, вынудив флот Улькара разбиться на несколько караванов, самим же, собрав силы в единый кулак, разгромить их поодиночке, после чего начать блокаду Харвы.

Сначала Ар-Шарлахи ощутил облегчение, когда неизвестный столь любезно избавил его от необходимости строить из себя стратега. Затем пришло беспокойство. Во-первых, незнакомец (узнать хотя бы, как его зовут!) живо напомнил ему Тианги; вскоре Ар-Шарлахи даже стало казаться, что он улавливает в речи нежданного спасителя некую напевность и склонность к ненужным придыханиям. А во-вторых… Что-то не нравилось Ар-Шарлахи в этих детально разработанных планах. Когда же он понял, что именно, ему и вовсе сделалось не по себе.

– Ты говоришь, отступить… – сказал он, и в комнате стало совсем тихо. – А что будет с тенью Ар-Аяфы?

Карие глаза поглядели на него со сдержанным любопытством.

– Ну, поскольку я не государь, – негромко произнес их обладатель, – то ответить точно затрудняюсь. Скорее всего ничего хорошего.

– То есть ты собираешься отдать взбунтовавшийся оазис на милость Улькара? – Слово «милость» Ар-Шарлахи подчеркнул особо, и присутствующие, до этого завороженно слушавшие кареглазого, переглянулись с тревогой. Всем было отлично известно, какой милости можно ожидать от властелина Харвы.

– Тень Ар-Аяфы нам не удержать в любом случае, – пояснил кареглазый. – Сдача ее неизбежна. Кроме того, все кто способен носить оружие, уйдут с нами.

– А кто не способен?

Прямые брови собеседника на секунду перестали быть прямыми и вспорхнули изумленно. Очевидно, вопрос показался странным и наивным.

– Продолжай, – буркнул Ар-Шарлахи.

Кареглазый продолжил, но теперь отношение присутствующих к тому, что он говорил, было другим. Они уже не ловили каждое слово, как некое откровение, но поглядывали то и дело на Шарлаха, пытаясь прочесть по его лицу, как он сам относится к услышанному. А лицо становилось все мрачнее и мрачнее. Кареглазый начал нервничать и, явно смяв заключительную часть своей речи, умолк.

– Кто еще хочет что-либо мне посоветовать?

Фраза прозвучала несколько оскорбительно. Кареглазый выпрямился и заметно побледнел. Остальные переглянулись. Желающих что-либо посоветовать не нашлось.

– Хорошо, – сквозь зубы сказал Ар-Шарлахи. – Свое решение я сообщу вам чуть позже. А сейчас – идите. Ты – останься, – добавил он, обращаясь к Алият.

Секунда прошла в недоуменном молчании, потом зашуршали плащи, зазвякал металл. Вздыхая, озабоченно перешептываясь вполголоса и покачивая головами, люди поднимались с ковра, и вскоре комната опустела. Некоторое время Ар-Шарлахи сидел с каменным лицом, выпрямив спину, потом вдруг ссутулился и затравленно посмотрел на Алият.

– Слушай, достань вина… – упавшим голосом попросил он.

Та, не говоря ни слова, вышла и вскоре вернулась с кувшинчиком. Тревожно заглянула в глаза.

– Не знаю, что делать… – подавленно пробормотал он, срывая восковую печать.

– Вроде он все правильно говорил… – осторожно заметила Алият.

Ар-Шарлахи сделал ей знак немного помолчать и, отведя повязку с лица, залпом осушил полную чашку. Перевел дыхание, посидел, недобро прищурясь куда-то в угол. Потом вскинул глаза на Алият.

– Кто он?

– В смысле – как зовут?

– Да хотя бы это!..

– Как зовут, не знаю, а кличка – Кахираб.

– То есть выходец из Пьяной тени?

– Ну да… Вчера поднял тень Ар-Нау, привел три корабля…

– Ар-Нау? Так это же совсем рядом с кивающими молотами!

Алият замерла на секунду.

– Ты думаешь, что он… – Она не договорила.

– Да уверен!.. – проворчал Ар-Шарлахи, наливая вторую чашку. – Будь спокойна, без присмотра они меня не оставят… Что же делать-то, а?

Последнюю фразу он произнес самым жалобным тоном. Алият робко подсела и обняла его за плечи. Раба, во всем послушная господину. Раньше ее надо было в бархан закопать…

– Да ничего тебе делать не нужно, – жарко зашептала она. – Они сами все за тебя сделают. Ну что ты – хуже Улькара?..

– А что с Ар-Аяфой?

Алият чуть отстранилась.

– Ты тут вообще ни при чем, – сказала она очень серьезно. – Они сами подняли мятеж. Нас еще не было в этой тени, так ведь?

– Да в том-то и дело! – вскричал он в отчаянии. – Те, о поднял мятеж, уйдут с нами! А те, кто не поднимал? Они-то ведь останутся! В чём они виноваты?

– Ни в чем, – сказала Алият. – Но это ведь война. Всех не сбережешь… Там люди ждут, – напомнила она, кинув на дверь. – Ты пей, да я спрячу…

В угрюмом молчании Ар-Шарлахи выцедил вторую чашку и, отдав ее вместе с кувшинчиком Алият, расстроенно буркнул:

– Зови…

Когда предводители отрядов и послы от взбунтовавшихся теней расселись, Ар-Шарлахи уже восседал на подушках, как и подобает будущему владыке Пальмовой Дороги: позвоночник – прям, глаза – надменны.

– Кто задумал, тот и исполняет, так ведь, Кахираб? – негромко и медленно проговорил он.

Темнолобый кареглазый Кахираб с облегчением нагнул голову в глубоком кивке.

– План – твой, – так же неспешно, словно бы через силу, продолжал вождь. – Стало быть, тебе и командовать…

– Благодарю за честь! – прочувствованно ответил тот.

На него взглянули – кто с завистью, кто с уважением, кто просто внимательно.

На душе у Ар-Шарлахи было скверно. Он ждал, он надеялся, что вино произведет на него свое обычное действие, что в самый последний миг снизойдет вдохновение… Да нет, даже не вдохновение, а просто храбрость. То ли недостаточно выпил, то ли слишком устал, но не вышло, не выговорилось то, что он задумал сказать: «Командуй, отступай, разбивай караваны Улькара поодиночке, а я остаюсь здесь…» И ничего бы они с ним не сделали…

И все же нужно было что-то произнести, смутить, сбить спесь, хоть как-то расквитаться за собственную слабость…

– Да, кстати, Кахираб…

Тот вскинул голову. Карие глаза исполнены внимания и почтения – не придерешься. И Ар-Шарлахи продолжал небрежно:

– Такая просьба: передай от меня привет Тианги… при случае.

Как он и ожидал, Кахираб был искренне удивлен:

– Какому Тианги?

Ар-Шарлахи медленно усмехнулся, не сводя с него насмешливых презрительных глаз.

– Ты не знаешь Тианги?

– Я знаю нескольких человек, носящих это имя.

Усмешка увяла.

– Ты, должно быть, имеешь в виду Левую руку Анитамахи, – спокойно, не отводя взгляда, с бесстыдной откровенностью продолжал смуглый упрямобровый Кахираб. – Хорошо, передам сегодня же…


Содержание:
 0  Разбойничья злая луна : Евгений Лукин  1  Глава 2 Судья собственной тени : Евгений Лукин
 2  Глава 3 Луна и яма : Евгений Лукин  3  Глава 4 Побег, которого не было : Евгений Лукин
 4  Глава 5 Непостижимый и бессмертный : Евгений Лукин  5  Глава 6 Начало пути : Евгений Лукин
 6  Глава 7 Луна всему виною : Евгений Лукин  7  Глава 8 Между Харвой и Кимиром : Евгений Лукин
 8  Глава 9 Первая каторга : Евгений Лукин  9  Глава 10 Блистательная Алият : Евгений Лукин
 10  Глава 11 Провиант от Ар-Мауры : Евгений Лукин  11  Глава 12 Достоин казни : Евгений Лукин
 12  Глава 13 Собрат по ремеслу : Евгений Лукин  13  Глава 14 Три Шарлаха : Евгений Лукин
 14  Глава 15 Тесна пустыня : Евгений Лукин  15  Глава 16 Горький дым Зибры : Евгений Лукин
 16  Глава 17 Черный колдун : Евгений Лукин  17  Глава 18 Гостеприимная Туркла : Евгений Лукин
 18  Глава 19 Пьяный корабль : Евгений Лукин  19  Глава 20 Самые преданные : Евгений Лукин
 20  Глава 21 Там, где кланяется сталь : Евгений Лукин  21  Глава 22 Государь, отбившийся от рук : Евгений Лукин
 22  Глава 23 Ничья тень : Евгений Лукин  23  Глава 24 Молоты – бьют : Евгений Лукин
 24  Глава 25 Куда-нибудь! : Евгений Лукин  25  Глава 26 Война объявлена : Евгений Лукин
 26  Глава 27 Шарлах! Шарлах! : Евгений Лукин  27  Глава 28 Прости, так уж вышло : Евгений Лукин
 28  вы читаете: Глава 29 Владыка пальмовой дороги : Евгений Лукин  29  Глава 30 Ночной ливень : Евгений Лукин
 30  Глава 31 Союзник и родственник : Евгений Лукин  31  Глава 32 Ночь перед битвой : Евгений Лукин
 32  Глава 33 Победителей не будет : Евгений Лукин  33  Глава 34 Заговоренные : Евгений Лукин
 34  Глава 35 Те, с кем они воюют : Евгений Лукин  35  Глава 36 По обломкам железных птиц : Евгений Лукин
 36  Глава 37 Просто много воды : Евгений Лукин  37  Глава 38 Удача кончилась : Евгений Лукин
 38  Глава 39 Дважды мятежники : Евгений Лукин  39  Глава 40 Сорок дней бессмертия : Евгений Лукин



 




sitemap