Фантастика : Юмористическая фантастика : Глава 11. Нехозяйственные истории, или старые герои на новый лад : U Ly

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11

вы читаете книгу




Глава 11. Нехозяйственные истории, или старые герои на новый лад

— Может, покричим — кто и откроет? — предложил рыжий, но, судя по искрам в глазах, в голове у него пировали совсем другие мысли. И мысли эти были видны даже при тусклом свете, сочившемся из-под двери и из слухового окна высоко под потолком.

— Ну уж нет, — ответила я, вспомнив о том, что еще совсем недавно мои крики о помощи не привели ни к чему, кроме посаженного голоса. — Ты хочешь, чтобы весь замок обсуждал, чем мы занимались в этом чулане?

— А мы будем чем-то заниматься? — надежда в голосе была непередаваемой.

— Сейчас узнаешь, — заверила я. — Давай сюда свою отраву.

Повар на редкость быстро сообразил, что я имею в виду его десерт, и протянул мне креманку. Я спокойно взяла ее и поставила подальше на одну из полок.

— Чтобы не мешала, — пояснила я.

Кит замер в предвкушении, недоверчиво наблюдая, как я носком туфли распихиваю по углам хлам, лежащий на полу.

— Николетта, ты чего? — наконец, жалобно спросил он.

В этот момент я как раз сдвинула кипу бумаг с неизвестными надписями и чей-то дождевой плащ. Вот она!

— Чего-чего, открывай давай, — я указала на показавшееся кольцо люка в полу.

Рыжий шумно выдохнул:

— И это все? Нельзя быть такой двусмысленной!

— Это не я двусмысленная, это ты испорченный.

— И куда ведет этот люк?

— В подвал. Ни один уважающий себя дворец не обходится без подземных ходов. Этот ведет в винный погреб и прачечную — сможем там выйти.

Рыжий взялся за кольцо, но затем почему-то передумал:

— Знаешь, мне и тут хорошо. Подождем, пока нас найдут, — он показательно сложил руки на груди.

— Ты издеваешься, — без намека на вопросительную интонацию сказала я.

— Угу, моей репутации ничего не грозит. А тебе стоит научиться договариваться с людьми.

Я чуть не взвыла от такой несправедливости.

— Хорошо, чего ты хочешь? — по моему взгляду легко можно было прочесть, что лучше ему хотеть поменьше, иначе последствия будут непредсказуемыми.

Сэр Кит переступил с ноги на ногу, разрываясь между желанием сказать колкость и соображениями личной безопасности.

— Ладно, леший с тобой, — сломался рыжий. Видимо, все же победил голос разума, а не чего-то другого. — Ты пробуешь мой десерт, пока я открываю люк.

Так легко сдался — сплошное разочарование.


— Я вот все думаю, как человек, работающий на кухне, может быть таким худым и слабым? — наконец, не выдержала я, наблюдая за тщетными попытками Кита открыть люк.

— Я не худой, я жилистый! — рыжему удалось приподнять крышку, но откинуть ее до конца он не мог.

Я чуть не подавилась его приторным десертом.

— И вообще, — продолжил он, — ты не в том положении, чтобы отпускать такие замечания. Сиди тихо и продолжай дегустацию.

Я не послушалась и отложила ложку — этот образчик ничем не отличался от всех предыдущих.

— В следующий раз приноси хотя бы стакан воды, так будет гуманней.

— То есть ты не против следующего раза?

— Подвинься, — я потеснила повара и тоже решительно схватилась руками за кольцо люка. — Раз, два, взяли!

Крышка немного поддалась, а потом и вовсе распахнулась, открыв перед нами заплесневелые ступени, ведущие вниз.

— И ты будешь утверждать, что лучше спуститься в подвалы, нежели подождать здесь?

На лестнице и впрямь было темнее, чем в кладовке, но я лично осматривала этот спуск перед тем, как пустить сюда мага — если идти по прямой и никуда не сворачивать, то попадешь на нижний этаж прачечной. Прямо можно идти и в темноте.

— Если хочешь, можешь остаться здесь, а я, уж так и быть, выпущу тебя потом, когда выберусь. Но не сразу, конечно, — я решительно поставила ногу на первую ступеньку и, только спустившись до середины лестницы, вспомнила, что волшебный монокль так и лежит у меня за поясом платья.

И самое главное: я уже практически вышла со свой добычей из кладовки, а электрического разряда так и не последовало. Я же знала, что маг не может предусмотреть всего! То-то он удивится, когда я покажу ему монокль.

— Ни минуты покоя! — Кит заставил меня посторониться и полез вперед в подвал. — Ты же в темноте практически не видишь!

— Мне и не надо, — браво заявила я, хотя на последней ступеньке, которую уже не было видно, едва не оступилась. Ничего, неожиданных выступов здесь нет, так что если не падать, то риск травматизма минимальный.

— Держись!

— За что?

— Ты не видишь, но я, как истинный рыцарь, протягиваю тебе руку, — засмеялся в темноте рыжий. — Другая бы уже давно была тронута моментом.

Я нащупала его ладонь, и Кит помог мне спуститься с лестницы, но руку так и не отпустил.

— Я бы тоже была тронута, если бы на твоем месте был другой, — договорив фразу, я почувствовала, что произносить этого не следовало, даже будь слова хоть тысячу раз правдой. Рыжий замолчал и отпустил мою руку.

Теперь уже поздно что-то говорить. Я нашла на ощупь шершавую грубую кладку стены и, решив, что подобающая пауза уже выдержана, скомандовала:

— Ну а теперь пойдем вперед. Только говори, когда соберешься останавливаться, если не хочешь, чтобы я тебя затоптала.

Кит не ответил, но судя по звукам, и впрямь пошел вперед. Теперь еще полдня будет дуться и портить мне настроение. Понимая, что могу только усугубить положение, я все равно не удержалась и издала короткое, но крайне отчаянное "ой!". Визг бы подошел больше, но, к сожалению, визжать как следует я не умею.

Шаги повара тут же замерли.

— Николетта? Николетта, с тобой все в порядке? — его обеспокоенный голос тут же запрыгал по подвалу.

— Испугался, что меня съели тараканы? — засмеялась я.

— Нет, наоборот.

— Что?!

— Тшшш… — Кит подошел вплотную и закрыл мне рот ладонью, так что я едва подавила желание его укусить, но прислушалась.

Где-то за стеной явственно звучали голоса. Это в подвале-то?!

Я убрала руку повара ото рта и приложила ухо к стене. Было плохо слышно, о чем беседовали, но когда мужской голос стал разговаривать на повышенных тонах, мне удалось разобрать слова.

— Ты же говорила, что у нас достаточно времени!! Почему теперь мы, как плешивые шавки, должны драпать отсюда, не взяв всей добычи?

— Унесем, что сможем! Не сегодня-завтра нас раскроют, и тогда вам уже ничего не понадобится! — огрызнулся женский голос.

— Если бы не твоя бредовая идея стать королевой, мы бы уже давно вынесли эту чертову казну! — кажется, это был уже третий голос.

Страшное озарение наступило у меня в голове. Чтобы подтвердить свою догадку, я вытянула из-за пояса монокль и приложила к глазу. За стеной, как оказалось, горели факелы и мне первое время пришлось поморгать, чтобы привыкнуть к свету.

— Если бы не я, ты бы до сих пор обирал купцов на тракте! — между тем, ответил женский голос.

Стоявший рядом рыжий, видимо, решил не давать мне не только слушать, но и смотреть:

— Я все хотел спросить, что это за штуковина такая? — он дернул меня за рукав так, что я чуть не выпустила "штуковину" из рук.

Я не ответила, потому что как раз в этот момент картина за стеной предстала передо мной во всей красе. В подвальном помещении с низкими потолками и ярко-голубой плесенью на стенах принцесса Бьянка собственными белыми ручками завязывала грубый холщовый мешок. Рядом суетились два ее головореза, набивая второй чем-то очень похожим на золото и драгоценности. Когда в руках у татуированного мелькнул скипетр, который имели удовольствие видеть все посетители бального зала на парадном портрете Ратмира I, я шумно выдохнула и убрала монокль от глаза. В этот момент рыжий, судя по всему, решил еще раз добиться внимания и дернул меня за рукав. От неожиданности я выпустила волшебную вещицу, и хрупкая стекляшка разбилась на каменном полу с отчетливым дребезгом.

Отлично, теперь придется еще и извиняться перед магом — вся моя уже почти приготовленная речь по поводу безопасности кладовки, пойдет коту под хвост.

— Не слышу извинений, — сказала я в темноту, жаждя хоть какого-то морального удовлетворения.

— Я уже здесь, у твоих ног, бью поклоны, о Великая, — голос Кита явно удалялся по коридору, так что ни о каких поклонах и тем более чувстве сожаления не могло быть и речи.

Я заторопилась за ним — мне теперь надо было не только выбраться отсюда, но и еще попасть к начальнику королевской стражи. Срочно-срочно надо.

Впереди забрезжил свет, и я обрадовалась, что, наконец-то, добралась до выхода. Но дойти до двери я не успела: свет мигнул на секунду, как будто кем-то заслоненный, а затем кто-то грубо толкнул меня носом к стене и скрутил руки за спиной — я только и успела, что лягнуть обидчика каблуком. Судя по вою, попала точнехонько в коленку.


Как правило, я человек не очень требовательный в плане комфорта. Не изойду на стенания по поводу своей беспросветной жизни при отсутствии второй перины (да и просто при отсутствии перины тоже), давно смирилась с выводком пауков под крышей своего дома, и даже не настаиваю на том, чтобы с утра мне подогревали воду для умывания. Но лежать на каменном полу со связанными за спиной руками даже мне было, мягко говоря, неуютно. Кит, лежавший рядом, не только разделял мою точку зрения, но еще и бился в своих путах как рыба выброшенная на берег, пока не получил удар сапогом под ребра от татуированного головореза.

— Лежи смирно!

Рыжий притих.

Так биться надо было, пока тебя не связали. Когда уже связали, делать это напоказ не только бессмысленно, но и глупо. Я фыркнула.

Перед моими глазами появились миниатюрные атласные туфельки, запачканные голубой плесенью.

— Удивительная живучесть! Леди Николетта, и почему Вам всегда удается вставать на моем пути? — спросила принцесса Шанхры.

Я сделала неимоверное усилие и села, что со связанными за спиной руками, согласитесь, довольно непросто.

— Надеюсь, теперь Вы собой довольны? — засмеялась красавица.

Была бы довольна, если бы действительно ставила себе целью вставать у кого-то на пути. А так одни неприятности. Я покосилась на рыжего — сдается мне, подобно черному коту он приносит мне неудачу. Стоит ему появиться рядом, как я тут же влипаю в какую-нибудь историю.

— Никогда бы не подумала, что Шанхра находится в таком бедственном положении, — я кивнула на мешки, набитые драгоценностями.

— Ах, это, — принцесса засмеялась, — пусть король считает, что сделал мне подарок, за то что я почтила Вас своим присутствием.

Нехилый сувенир! Я прикинула стоимость одного такого мешочка — выходило кругленькое состояние, не все дворяне такое получают в наследство.

— Не поделитесь? — неожиданно для всех присутствующих предложила я.

— С чего вдруг? — подозрительно спросила Бьянка.

— Имея в сообщниках управляющего, гораздо легче вытаскивать казну из замка.

На мою удачу Кит помалкивал, а то я уже ожидала услышать от него полные оскорбленного патриотизма вопли вроде: "Николетта, как ты можешь!", "Одумайся!" и так далее. Что-что, а о собственной выгоде его рыжая голова соображает быстро.

— Что же Вы в прошлый раз не согласились сотрудничать?

— Обстоятельства не настолько располагали к сотрудничеству, — сыронизировала я, поглядывая на кинжал за поясом у татуированного. Интересно, куда направился еще один их подельник? Не то чтобы я горела желанием видеть его щербатую улыбку, но лучше знать, откуда ждать угрозы.

— Очень жаль, очень жаль, — красавица покачала головой, — но ты поздновато спохватилась, милочка.

Фокус не удался. Сейчас меня прирежут здесь, в подземельях замка, а потом какие-нибудь безвестные потомки найдут мои кости в позе, взывающей о помощи.

Внезапно в воздухе запахло морозом, и на пороге кельи раздался какой-то шум. Бьянка и ее не отличающийся дружелюбной внешностью приспешник переглянулись. Татуированный вынул из-за пояса кинжал и через секунду обнаружил, что оружие само вылетело из его руки и повисло в воздухе с острием, направленным ему в грудь.

На пороге появился наш спаситель!

— Никому не двигаться! — заорал Альбер, попутно будничными движениями обмахивая со своей меховой шапки (на этот раз лисьей) налипшую паутину. — Леди Николетта, зачем Вы вынесли монокль из кладовки?!

Что? Может я еще сама себя связала, чтобы броситься здесь на грязный пол?

Осмотрев помещение, маг, кажется, понял, что взял реплику не совсем из того сценария:

— Что здесь вообще происходит?

Объяснить я не успела, потому что Альбер потерял сознание. Нет не сам, конечно: кулак второго головореза, покрытый вязью шрамов, внезапно появился из темноты проема и врезался точнехонько магу в висок. Коротышка обмяк. По полу покатилась лисья шапка. Кинжал, до того висевший в воздухе, начал падать, но еще не успел коснуться пола, как был подхвачен быстрой рукой татуированного.

Может быть, в следующей жизни мне будет везти больше.


Рядок связанных тел у стены пополнился новоприбывшим — мага перемотали веревкой почти с ног до головы, благо запас пенькового изделия у преступников был приличный. Альбер находился без сознания, так что теперь уж точно помощи извне ждать не приходилось.

— Надо уходить, и срочно, — сообщил щербатый, со свистом втягивая воздух.

— А что с этими будем делать? — второй головорез указал на нас.

— Прирезать, и дело с концом.

— Нет, мага трогать нельзя, — вмешалась принцесса Шанхры. — Гильдия нам потом покоя не даст.

В уме воровке не откажешь. Стоит убить мага, и через минуту все его собратья по гильдии, находящиеся в радиусе до нескольких десятков километров, будут знать, что произошло, а уж вычислить где — не составит большого труда.

— Так, может, зарыть? Как того лакея, — предложил татуированный. — Под землей его никто не найдет.

— Нет у нас на это времени! — оборвала Бьянка. — И как ты собираешься зарывать тело средь бела дня? Пусть остаются здесь — их вряд ли найдут, но маг сдохнет не скоро.

И на том спасибо. Я с некоторой безучастностью смотрела, как они похватали свои мешки и, забрав подсвечники, вышли из каморки, оставив нас в полной темноте.

Интересно, как быстро хватятся во дворце управляющего, повара и мага? С прискорбием стоит признать, что быстрее и острее всего ощутят недостачу повара. Моему же отсутствию будут только рады. Разве что через недельку другую Его Величество вспомнит о госпоже управляющей, когда придет время организовывать церемонию представления невесты короля.

Где-то поблизости капала вода — наверно, это в том большом каменном сосуде, похожем на умывальник. Что-то мне подсказывало, что раньше здесь вполне могла быть темница. Во рту совсем пересохло, и я с неприязнью подумала о десерте повара, съеденном накануне.

— Куда ты ползешь? — спросил Кит, на слух уловив мои движения.

— Пить хочу.

— Я бы не советовал тебе оттуда пить.

— Это еще почему?

— Как-то было дело, у нас в холмах, рядом с домом, вдруг открылся родник. Все местные стали ходить туда за водой.

— И что?

— Потом оказалось, что это у гномов канализацию прорвало.

Я остановила свои поползновения.

— Ты как всегда умеешь подбодрить.

Вода все еще капала немилосердно.

— Что будем делать? — вопрос Кита повис в темноте. Хорошо, что он не паникует, а то я бы сейчас паниковала вместе с ним. Были бы тут и слезы, и стоны, и театральные вопли о помощи.

— Грызть веревки, — я сделала паузу, но воодушевленного отклика не последовало. — Или попытаемся привести в чувства мага.

— Что толку нам от его чувств, если он связан по рукам и ногам?

— Обижаешь. Я наняла качественного мага, для заклинания ему не обязательно махать руками, и уж тем более ногами.

"Надеюсь", — подумала я.

— Зато мне обязательно махать хотя бы руками, чтобы привести его в чувства.

— Надо поплескать ему в лицо воды. При этом не имеет никакого значения, из канализации она или нет, — насмешливо добавила я.

— И как ты собираешься это делать со связанными руками?

— Уж как-нибудь разберусь. Ты, главное, кати его сюда.

— Как?! Николетта, я связан!!

— Слушай, почему все проблемы решать должна я?

Кит не ответил, но в темноте послышались какие-то шорохи и глухие толчки.

— Что ты делаешь? — осторожно поинтересовалась я.

— Пытаюсь его пинать, но перекатывается он плохо.

Еще бы. Был бы маг чуть поупитаннее, да покруглее — катился бы лучше, но тогда встала бы проблема с массой.

— Николетта, мне кажется, он шевельнулся, — голос повара из темноты почему-то звучал испуганно.

— Так проверь.

— Он со мной потом ничего не сделает за это перекатывание?

— Не думаю, что это будет хуже, чем остаться здесь навсегда.

Ну зачем рассказывать рыжему, что Альбер довольно миролюбив по сравнению со своими коллегами. Так никакой остроты ощущений не останется.

— Он булькает, — удивленно проговорил повар, видимо, подползя к жертве своего перекатывания и склонившись над его лицом.

Маг пробудился довольно необычным образом:

— Апчхи! — этот чих был громоподобен и настолько энергичен, что сразу стало ясно — коротышка был не так хлипок, чтобы помереть от одного удара. Судя же по одновременно испуганному и возмущенному восклицанию рыжего, Альбер чихнул ему прямо в лицо.

— Господин Альбер, с Вами все в порядке? — спросила я.

— Кажется, да, — ответил маг странным гнусавым голосом. — А что произошло?

— Долго рассказывать, но итог в том, что нас оставили связанными в подвале замка. Вы же сможете помочь нам выбраться?

В темноте раздалось шмыганье, какие-то странные всхлипы и новый чих.

— Ненаю, — с совсем не свойственной себе плаксивостью ответил Альбер.

— Господин Альбер, с Вами точно все в порядке? — на этот раз я была уже крайне обеспокоена.

— Здесь, наверно, полно голубой плесени. Апчхи! А у меня на нее аллергия, — простонал страдалец.

— Тогда нам точно нужно уходить отсюда поскорее, — голос повара звучал встревожено, хотя, казалось бы, аллергия — это еще не конец света.

— Я попытаюсь, — прошмыгал маг.

— Начните со освещения, — посоветовала я и тут же пожалела об этом: по помещению запрыгал яркий, словно шутиха, сыплющий обжигающими искрами, огонек. Пролетел по стенам, на мгновение осветив ужаснувшиеся лица всех троих, и с шипением затих где-то в углу.

— Простите, — сказал Альбер и снова чихнул.

Я инстинктивно отползла подальше и храбро посоветовала:

— Попробуйте еще раз.

В течение минут десяти мы пересмотрели видов пятнадцать различных фейерверков, пока над головой не повис тускловатый, но вполне сносный и, что самое главное, безопасный световой шар. Сразу стало видно Кита, как и я предусмотрительно отползшего к стене. Маг лежал на полу с покрасневшими глазами, опухшим пятнистым носом и самым что ни на есть несчастным выражением на лице.

— Господин Альбер, соберитесь, пожалуйста! Вам надо освободить всего одного из нас, чтобы он развязал остальных, — я сделала небольшую паузу и выразительно указала глазами на рыжего. — Выберите, кого Вам не жалко.


После череды неудачных попыток нам наконец-то повезло, и магу удалось превратить веревки, связывавшие Кита, в безобидных ужей. К слову, сам освобожденный не считал это таким уж везением, а ужей безобидными. Поэтому минут пять отказывался меня развязывать, мотивируя тем, что я из предвзятого отношения нарочно поставила его под удар. Ну попробуй ему объясни, что это была не вредность, а логически взвешенное решение. Если бы маг первым освободил себя, то с его аллергией развязать нас руками оказалось бы едва ли не труднее, чем сделать это при помощи магии. Если бы первой освободили меня, то я не уверена, что "хрупкой леди" хватило бы сил развязать узлы — головорезы затягивали их с неведомой мне сноровкой. Оставался только Кит, но он, похоже, никак не хотел смириться с наличием у меня логического мышления.

Освободившись от пут, нам не составило особого труда выбраться из подвала. На свежем воздухе магу стало намного легче, но я все равно сказала повару отвести его к врачу. Сама же поспешила к начальнику королевской охраны. Ума не приложу, как они будут арестовывать принцессу чужого государства: с одной стороны, она вынесла из замка казну, включая некоторые королевские реликвии, причем сделала это сознательно, а не из-за запущенной формы клептомании; с другой стороны, арест Бьянки может автоматически означать переход в состояние войны с Шанхрой.

На полпути меня перехватил сэр Мэлори. Церемониймейстер был необычайно всклокочен (хотя не мне критиковать, мое платье вообще можно было сдать в какое-нибудь биологическое общество, и они непременно нашли бы на нем несколько видов еще знакомых науке грибков или плесени).

— Леди Николетта, прибыл гонец из Шанхры! — прокричал он мне на бегу, чтобы новость успела достигнуть меня раньше, чем сам церемониймейстер.

Я резко убавила шаг.

— Что за гонец?

— Я пока еще не разобрался, послание такое странное. Они извиняются, что принцесса Шанхры не сможет приехать на смотрины, и что послание дошло так поздно. Что-то случилось с предыдущим гонцом.

— О Боги, ну где же Вы были раньше со своим гонцом? — простонала я и, подхватив сэра Мэлори под руку, поволокла его за собой к караульной, чтобы там с его помощью представить полную историю начальнику королевской охраны.


А история оказалась такова. Жила-была на свете аферистка и авантюристка по имени Власта. Обведенных ею вокруг пальца простофиль в Шанхре было не счесть, надо отдать ей должное, некоторые даже и не подозревали, что их обманули, и никогда не начнут подозревать. Но заниматься мелким мошенничеством было скучно, а большие дела все не подворачивались, пока однажды один ее знакомый не от большого ума решил ограбить королевского гонца. Денег у гонца много не нашлось, зато была интересная грамотка, в которой сообщалось, что принцесса Шанхры по состоянию здоровья, или же, иными словами, по политическим соображениям, не приедет на смотрины в Греладу.

Попав в руки к нашей авантюристке, это сообщение породило грандиозный план в ее голове. За месяц были найдены слуги и наряды, и на свет появилась новая принцесса Шанхры Бьянка — столь обворожительная, что о истинной ее сущности, а тем более об истинных намерениях трудно было догадаться. Во дворце она освоилась быстро и так же быстро нашла способ добраться до казны, разобрав одну из стен в подвале, которую нерадивые рабочие так ни разу и не обновили за все время существования постройки. Лакей, случайно заметивший непорядок, был убран без лишнего шума и пыли. В конечном итоге все бы, наверно, вышло хорошо (для авантюристки, но не для Грелады), не приди ей в голову однажды, что раз уж она на смотринах, то вполне можно стать королевой: тогда в придачу к казне можно получить еще и королевство.

План обольщения провалился по неизвестной причине. Ну или причин было много.

Оставалось только вернуться к первоначальной стратегии.

И опять не задача! Второго гонца из Шанхры перехватить не удается, да еще и пронырливая управляющая (упорно не желающая стать жертвой несчастного случая) со своими подручными не только обнаруживает процесс вытаскивания казны, но еще и несмотря на связанные в буквальном смысле руки умудряется вовремя предупредить королевскую охрану.

В общем, воровку и ее пособников взяли недалеко от столицы на оживленном тракте, и вся их маскировка под зажиточных селян им не помогла.

Конечно, в эту историю я добавила много своих домыслов, но в целом события развивались примерно в таком ключе. И теперь, глядя на выловленную принцессу мошенников, сидящую на выстланном соломой полу камеры, я удивлялась, насколько отчаянной была эта девушка и сколь неоправданно ей везло. Во-первых, согласитесь, не каждая отважится выдавать себя за принцессу на смотринах в чужом королевстве, а во-вторых, не так уж много шансов, что на этих смотринах никто не будет знать, как выглядит настоящая принцесса Шанхры. И ведь самое интересное, у нее почти получилось. Не взбреди ей в голову стать королевой, сейчас в сокровищнице гулял бы сквозняк, а королевская стража хваталась бы за головы из опасения потерять их в качестве наказания.

— Что, довольна? — исподлобья сквозь решетку глянула на меня мошенница.

— Очень, — не стала скрывать я очевидную правду.

— Поиздеваться пришла, еще и карлика с собой притащила, — прошипела узница, кивая на мага, стоявшего рядом.

Альбер на оскорбление внимания не обратил.

— Так я и думал: это от нее полощет магией на весь дворец.

— А что в ней такого магического? — удивленно спросила я, приглядываясь к экс-принцессе. Будь она магичкой, фиг-два мы бы ее вообще поймали.

— Сейчас посмотрим, — Альбер начал водить руками напротив решетки.

— Убери свои грабли, убогий! — вскочила на ноги воровка.

Маг опять не обратил внимания, просто ухмыльнулся и щелкнул пальцами. Сначала я не поняла, что произошло, и только когда мой спутник указал на лицо пленницы, заметила изменения. Шокирующими их назвать было сложно, но несколько мелочей заставили поменяться и всю картину в целом: нос преступницы приобрел небольшую горбинку, тени под глазами стали глубже, веки тяжелее, изгиб губ чуть более язвительным. Она была все той же, но стала менее приятной, более взрослой и опасной на вид.

— Первоклассная эстетическая магия. За такую, наверно, пришлось заплатить немало денег. А?

Мошенница не отвечала, но смотрела так, словно мы только что эксгумировали могилу ее любимой собачки.

Мда, приятное выражение лица сложно сделать, если внутри нет ничего приятного. Это становится особенно заметно с возрастом: по лицу старика всегда можно понять, что это за человек. До старости ей еще далеко, но старуха из нее получится преотвратнейшая.

— Что вы собираетесь со мной делать?! — преступница начинала выходить из себя.

— Мы ничего. Скорее всего, тебя сдадут Шанхре, там и спросишь.

* * *

Спустя неделю тронный зал заметно преобразился. И не без моего вмешательства, конечно. На меня странно посмотрели, когда я приказала постирать тяжелые бархатные портьеры — видимо, с таким заданием к прачкам редко кто подходил. Подозреваю, что портьеры в этом замке вообще никогда не стирались. Когда они накапливали запас пыли и насекомых, объем которых уже невозможно было не замечать, дворец покупал новые портьеры и выбрасывал старые. Но извините меня, чтобы прилично одеть двенадцать высоченных окон по каждую сторону зала — это ж сколько золотых ладов придется выложить?! У казначея будет сердечный приступ, а у всей челяди дворца урезанное жалование. С другой стороны, король тоже не каждый божий день официально представляет свою невесту, будущую королеву — народу съедется уйма! А у нас сказать, что в тронном зале висят портьеры бордового бархата, может только тот, кто бывал в замке в первый год их покупки. Так что стираем, господа, стираем. Или если уж совсем страшно, то хотя бы выбиваем. Заняться этим перед приездом невест у меня времени особо не было, так что хоть напоследок блеснем шиком.

Когда с окон сняли портьеры, оказалось, что окна не мылись столько же, сколько не стирались портьеры. У слуг во главе с дворецким, получивших распоряжение вымыть в зале окна, лица вытянулись хуже, чем у прачек. Но за что их надо похвалить: никто не сказал ни слова поперек, хоть мысленно меня костерил каждый, понимая, что придется спешно приобретать навыки промышленного альпинизма. Почувствовав свою безнаказанность, я также приказала снять все три гигантские хрустальные люстры с потолка и протереть их. Снизу, конечно, грязи на них не заметно, но сдается мне, что когда-нибудь, заросшие паутиной, они вспыхнут от одной из свечей и подпалят весь дворец. Так что не будем надеяться на авось и, пока есть достойный предлог, повысим пожаробезопасность дворца.

Результатом всех моих усилий стал возглас сэра Мэлори, впервые вошедшего в обновленную залу:

— Леди Николетта, Вы расширили окна и купили новые шторы?!!

Я не стала его разубеждать. Чистота порой творит чудеса, не хуже ремонта.

— Прекрасно-прекрасно, так стало намного светлее! Зал кажется даже шире.

Стены я точно не трогала.

— А где трон для невесты? — продолжал сэр Мэлори, нисколько не беспокоясь, что из его реплик уже начинает получаться монолог.

В этот момент как раз прибыл трон — его втащили три лакея, обливавшихся потом. Я им не завидую: трон этот был преподнесен королеве Ижинке от мастеров железного дела. Мастера эти, похоже, довольно отдаленно себе представляли, как должно выглядеть королевское сиденье, а потому приделали ему вместо подлокотников двух клыкастых монстров, которые довольно живописно, но не слишком дружелюбно щерили пасти. Впрочем, беда была не в этом, а в том, что мастера железного дела не были бы мастерами железного дела, если бы не сделали трон из железа. Приходилось мириться и с этим фактом, потому что другого трона не было, а любое кресло во дворце, даже самое парадное, смотрелось убогой табуреткой рядом с королевским.

Лакеи с мрачными лицами людей, готовых в этот момент на убийство, дотащили железное чудо до положенного места и, не спрашивая разрешения, сели (или скорее уж рухнули) на ступени, ведущие к тронному возвышению.

Мы с сэром Мэлори обошли новоприбывший трон со всех сторон. Я засунула палец в дырку на обивке — для моли, как известно, нет ничего святого. Впрочем, как и для времени тоже — ткань вокруг дыры тут же начала расползаться от ветхости. Придется в срочном порядке вызвать реставратора.

— Ну это же поправимо, — оптимистично сказал сэр Мэлори. — Сейчас сюда пожалует Его Величество, чтобы в последний раз обсудить церемонию. Леди Николетта, Вы не могли бы попросить посторонних удалиться.

Церемониймейстер тактично указал глазами на развалившихся на ступенях лакеев и на горничных, суетящихся около канделябров в дальнем конце зала.

Едва я попыталась закрыть двери за только что выдворенными слугами, как в щель между уже смыкавшимися створками просунула голову с густой челкой княжна Стасья.

— Ты слышала? У нас уже объявили — вой стоит, закачаешься!

Дело в том, что на "тайном" совете, о котором стало известно половине дворца, было решено, что сообщить имя избранницы короля гостям следует заранее, во избежание некрасивых сцен на самой церемонии. Недобрым, но по возможности деликатным вестником назначили сваху. Видимо, деликатность не служила таким уж большим утешением.

— И все же мы молодцы, да? — с детской непосредственностью спросила Стасья.

— Не уверена, — протянула я. В последнее время ситуация почему-то все больше и больше не давала мне покоя.

— Да ладно, — девушка, неверно истолковав мою фразу, просунула между створками еще и руку и ободряюще похлопала меня по плечу. — Ты тоже внесла свою лепту в общее дело, пусть небольшую, но очень важную.

— Кхм-кхм, — раздался голос где-то за княжной. Неугомонная обернулась, пискнула что-то не разборчивое и скрылась из деверей, будто ее ветром сдуло, открыв мне отличный вид на короля, стоявшего в коридоре. Взгляд у монарха был рассерженный, я бы даже сказала жестокий.

— Ваше Величество, — я распахнула створки двери и поклонилась. Как же я ненавижу подобные моменты!

Король прошел мимо меня в зал, не удостоив и словом. Я закрыла двери, всем нутром ощущая, что грядет недоброе.

— Сэр Мэлори, давайте проведем небольшую репетицию, чтобы я ничего не перепутал на церемонии, — сухо сказал Ратмир II.

— Ну что Вы, Ваше Величество, Вы, конечно же, ничего не перепутаете, — тут же принялся подбадривать своего правителя добряк, но король поднял руку и церемониймейстер с одного этого жеста уловил монаршее настроение и тут же перешел на деловой тон. — Гости, как всегда, выстроятся с двух сторон от прохода. Вы с принцессой войдете в зал после торжественного объявления.

— Хорошо, давайте начнем с самого начала, — король вернулся к двери и предложил мне свой локоть. — Леди Николетта, Вашу руку.

— Ваше Величество, может, мне стоит позвать принцессу Агнесс? — немного растерялась я.

— Прошу Вас, не усложняйте мне жизнь, — он все еще ждал, а сбитый с толку, как и я, сэр Мэлори помахал мне рукой, чтобы я не задерживала короля.

Чувствуя себя очень неуютно и виновато, я встала слева от Его Величества и положила руку на его согнутый локоть. Ратмир II даже не пошевелился.

— Его Величество Ратмир II, король Грелады! — торжественно провозгласил сэр Мэлори.

Король величественно пошел вперед. Я поплелась следом. Обычно при таком королевском проходе придворные с обеих сторон склоняются в глубоких поклонах и реверансах. Я представила опущенные головы, обманчиво или нет подобострастные лица, стыдливо прикрытые рукой декольте, блеск драгоценных камней и дорогих тканей.

— Леди Николетта, держите спину прямее, Вы сбиваете Его Величество, — прошептал церемониймейстер.

Я выпрямилась, но лучше от этого не стало. Не было в моей жизни ни одного торжественного выхода, когда я была бы центром всеобщего внимания. Наконец, мы преодолели несколько ступеней, ведущих к тронному возвышению, и повернулись лицом к залу. Пространство с этой точки казалось огромным и бесконечным. Никогда не могла себе представить, каково это смотреть отсюда на всех придворных. Видно ли, чем занят каждый в отдельности? Или лица и люди расплываются в одну бесконечную человеческую массу?

— Ваше Величество, Вы должны будете взять принцессу за руку, да-да, примерно как в танцевальном па, и представить свою невесту подданным. Старайтесь придерживаться традиционного формального языка.

— Подданные королевства Грелада, — громко начал король и его голос разнесся по всему залу, — сегодня мы счастливы представить вам свою невесту и будущую королеву — леди Николетту!

Я едва не упала с возвышения. О чем он говорит?

— Ваше Величество, простите, но Вы путаете, — заметил сэр Мэлори.

Король впервые улыбнулся:

— Успокойтесь, сэр Мэлори, я путаю специально, на церемонии все будет сказано в соответствии с протоколом. Продолжайте.

— Теперь Вы должны будете одеть кольцо на палец принцессе в знак помолвки, Ваше Величество.

— В присутствии свидетелей Мы вручаем невесте это кольцо, — с этими словами Ратмир II снял со своего мизинца перстень с рубином, — чтобы оно стало залогом данного Нами обещания.

Король взял мою левую руку и надел перстень на безымянный палец.

По коже пробежали мурашки, я, невольно нахмурившись, посмотрела на короля, пытаясь понять, что же все-таки происходит. Так называемая репетиция была более чем странной. И я не могла избавиться от чувства, что мной недовольны, что меня в чем-то упрекают.

— А теперь необходимо закончить речь короля как-нибудь эффектно, Ваше Величество, — сэр Мэлори смотрел на нас снизу вверх очень удовлетворенным взглядом. — И потом Вы можете сесть, чтобы присутствующие принесли Вам должные поздравления.

— Да здравствует Грелада! — крикнул король.

И я уже видела, как сотни гостей вторят ему в ответ, как это всегда бывало.

— Этого достаточно, я надеюсь? — Ратмир II иронично улыбнулся.

— Да, Ваше Величество, кратко и патриотично, — ответил церемониймейстер.

Король кивнул и сел на трон. Я осталась стоять.

— Садитесь, леди Николетта. Когда Вам еще представится шанс посидеть на королевском троне?

— Ваше Величество, я думаю, это будет неучтиво с моей стороны, — я попыталась отказаться, жалобно посматривая на сэра Мэлори. Но толстяк отводил глаза.

— Я сказал садитесь, черт побери! — в мертвой тишине зала этот крик прозвучал словно удар набата.

Я села на трон, словно ноги у меня подкосились. Было жестко и неудобно. Прошло несколько секунд, прежде чем я отважилась поднять глаза на Ратмира II. Король глядел куда-то вдаль с истовым сосредоточением, и казалось, вовсе перестал замечать все происходящее вокруг. Костяшки пальцев, сжимавших подлокотники трона, побелели от напряжения.


Не помню, под каким предлогом я вышла из зала, но когда пришла в себя, то была уже в саду. У короля нервный срыв? Никогда еще не видела его в таком состоянии. Я потерла виски и для собственного успокоения в темпе прошлась вдоль дорожки. Со стороны все казалось нормальным: за последнюю неделю не было ни одного человека в замке, кто бы хоть раз в парке или в галереях не натолкнулся на мирно беседующих короля и принцессу Агнесс. Согласна, на влюбленных они похожи не были, но, судя по всему, ладили прекрасно. У меня не было ни малейших причин жалеть их. Я всегда считала, что замуж надо выходить по расчету. А если быть точнее, то только по собственному расчету. Любовь любовью, но когда встает вопрос, на что будут жить твои дети, и кто их будет воспитывать, руководствоваться только слепым чувством, отбрасывая голос разума, просто преступно. Наверно, в таком духе можно рассуждать, только не имея собственных привязанностей. Но все равно, подобной реакции от Его Величества я не ожидала.

Задумавшись, я потеребила кольцо на пальце…

Кольцо!!!

Я настолько стремилась уйти из тронного зала, что перстень с рубином так и остался на пальце. Что со мной сделают за мелкое воровство?

Или не мелкое…

Я подставила украшение к солнцу, и на нем маленькими искорками вспыхнули бриллианты.

Мда, колец я никогда не носила, потому что они мне мешали. Стянув дорогую безделушку с пальца, я зажала ее в кулаке и отправилась обратно к тронному залу, как бы мне ни не хотелось туда идти.

Короля я встретила гораздо раньше, чем ожидала, еще так и не успев добраться до входа в замок. Ратмир II был задумчив и снова тих. Похоже, что если бы я не окликнула, он бы меня не заметил, а если бы и вспомнил о кольце, то только не сегодня, и, наверно, даже не завтра.

— Ваше Величество, я забыла вернуть Вам кольцо.

Монарх вздрогнул и поднял на меня глаза.

— Оставьте себе, потом передадите внукам, как семейную реликвию, — он неожиданно улыбнулся.

— Но, Ваше Величество, в преддверии королевской свадьбы такой подарок могут неправильно истолковать, — секунду помедлив, возразила я.

— Все равно оставьте себе, может быть, место будущей королевы уже и занято, зато место моей фаворитки все еще свободно.

Увидев испуганное выражение на моем лице, он расхохотался в голос и пошел дальше.


Надо ли говорить, что на церемонию представления невесты я не пошла. От моего отсутствия там никто не погибнет, зато я буду жить на несколько лет дольше. Поэтому, когда толпа гостей благополучно втянулась во дворец, я, распихав по карманам яблоки, со спокойной совестью полезла на раскидистое дерево, с которого было отлично видно недавно вымытые окна тронного зала.

Вчера со скандалом, вернее с попыткой его закатить принцессой Сорой, и попытками всех остальных остановить этот хаос, уехало посольство Сабаку. Учитывая предыстерическое состояние маленькой террористки, останься они на церемонию, это могло бы стать явной угрозой добрососедским отношениям наших королевств. Я провожала караван белых верблюдов, стоя на крыльце. Было приятно в последний раз улыбнуться высокому красавцу кочевнику. Ярл Амеон не звал меня с собой, а я знала, что если бы и позвал, то я бы ответила отказом.

Потихоньку (хотелось бы мне сказать, что без лишних хлопот, но не могу) готовились к отъезду и другие гости. Княжна Стасья шумно, с погонями и преследованиями, зазывала нашего барда погостить в свое княжество. Наталь был столь подавлен после того, как маг снял чары с его лютни, и выступления перестали быть такими успешными, что, как я подозревала, был даже склонен согласиться на эту поездку. Чует мое сердце, обратно его мы не дождемся.

Происходили и совсем уж необъяснимые события: в один из дней пропал Людвиг, причем как раз аккурат перед тем Альбер собирался разобраться с "этим побочным продуктом дилетантской магии". Маг потом то ли в шутку, то ли всерьез заявлял мне, что сторонники этого зеленого существа, скорее всего, вывезли его заграницу, и он еще всплывет в мировых новостях, как президент какой-нибудь молодой демократической страны.

На следующий день после церемонии дворец должен был опустеть. А еще через неделю-другую его покинут король с принцессой Агнесс, дабы перед свадьбой сделать церемониальный визит в Катон. К всеобщему удивлению, принцесса Виолетта собиралась составить компанию своему племяннику в этом путешествии.

Как только все разъедутся, свободного времени станет не в пример больше, а дурацких забот намного меньше. Можно будет, наконец, собраться с силами и уволить дворецкого, а заодно и повара. Дворецкого — понятно почему, ну а рыжему здесь просто не место. Пусть идет и осуществляет свою мечту по открытию кондитерской. В общем, мне бы сейчас сидеть, да радоваться предстоящему затишью, но было как-то не радостно, даже немного грустно. Может быть, потому, что я ожидала от королевских смотрин совсем другого конца. Более романтичного что ли, вроде "и жили они долго и счастливо".

Но несмотря на то, что это были королевские смотрины, или как раз потому, что смотрины были именно королевскими, я подозревала, что за все время их проведения не было произнесено ни одного "я люблю тебя", как и не было сорвано ни одного поцелуя. Почему-то мне казалось, что именно эта фраза в устах любого из действующих лиц могла в корне поменять ход событий.

С моей ветки прекрасно было видно, как король со своей невестой вошел в зал и, поднимаясь по лестнице к трону, сумел-таки оступиться. Принцесса Агнесс среагировала на редкость умело: незаметно поддержала жениха, а затем сделала вид, что споткнулась именно она. Одна половина присутствующих, скорее всего, поверила в ее уловку, вторая же, наверняка, сомневалась в том, что она видела, и только моя точка обзора давала реальную картину. К счастью, больше никто не догадался смотреть на церемонию с дерева в парке.

— Я так и знал, что ты будешь здесь, когда не увидел тебя в зале! — я отвернулась от картины короля, надевающего принцессе кольцо на палец, и посмотрела вниз. Рыжий улыбался во все тридцать два зуба и как свой непременный аксессуар держал в руке вазочку с десертом. — Может, ты не в курсе, но период гнездования только что кончился!

— Поверь мне, я в курсе.

— Пробовать будешь? — рыжий продемонстрировал мне свой шедевр во всей его зеленой красе.

— Если ты хочешь, чтобы я его попробовала…

— …то соблаговоли подать его сюда, — не дал мне закончить мучитель. — Тогда двигайся.

Я подвинулась, освободив на толстой ветке достаточно места и для двоих таких поваров, а затем, когда рыжий добрался до ветки, по доброте душевной еще и перехватила у него из рук вазочку с очередным орудием пыток. Кит подтянулся и оседлал ветку.

— Ты чего такая грустная? — я посчитала вопрос риторическим и поэтому проигнорировала его, но мой сосед по дереву так просто не сдавался. — Жалеешь, что твой прекрасный погонщик верблюдов уехал столь рано?

Я опять промолчала — бурное отрицание всегда выглядит очень подозрительно со стороны. Запустив ложку в десерт, я решила, что хоть уважение к моему дегустационному процессу заставит его немного помолчать.

— Значит, не по погонщику скучаешь. Тогда…, - он посмотрел в окна зала и почему-то замолк на середине фразы, но, как и ожидалось от рыжего, не надолго. — Радует только одно: вот так посидеть на дереве ты можешь только со мной.

Я невольно улыбнулась — сколько самоуверенности. Интересно, насколько ее хватит?

Кит, очевидно, ждал от меня какого-то ответа, желательно колкого, но не дождавшись, стал обеспокоенно пытаться заглянуть мне в глаза.

— Николетта, ты что? Если не нравится мой яблочный десерт, то лучше не ешь. Хочешь, я схожу принесу тебе воды запить?

Вместо того, чтобы согласиться, я поднесла к губам очередную ложку. Во рту кисловатый вкус зеленых яблок смешивался с пряной корицей. Слегка пахло ванилью, хотя на языке ее сладости совсем не ощущалось.

— Ну хватит уже, — почти взмолился повар и попытался отобрать у меня вазочку.

Но я не отдала:

— Не мешай, на этот раз действительно вкусно.


05.04.2011


Содержание:
 0  Хозяйственные истории : U Ly  1  Глава 1. Уникальная методика борьбы с алкоголизмом : U Ly
 2  Глава 2. Секреты дрессуры животных и не только : U Ly  3  Глава 3. Борьба с паразитами подручными способами : U Ly
 4  Глава 4. Женщины: видовая принадлежность и классовые различия : U Ly  5  Глава 5. Мужчины: цели и средства : U Ly
 6  Глава 6. От желудка к сердцу: занимательный путеводитель : U Ly  7  Глава 7. Теория и практика заговоров : U Ly
 8  Глава 8. Курс молодого охотника : U Ly  9  Глава 9. Раздраконивание и прочие секретные техники : U Ly
 10  Глава 10. Основы практической магии : U Ly  11  вы читаете: Глава 11. Нехозяйственные истории, или старые герои на новый лад : U Ly



 




sitemap