Фантастика : Юмористическая фантастика : ГЛАВА ВТОРАЯ : Дмитрий Мансуров

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25

вы читаете книгу




ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда в лицо подул ураганный ветер и его тоскливый вой достиг самой пронзительной ноты, Кащей не выдержал и закрыл заслезившиеся глаза. Плащ яростно трепетал, и земля под ногами проносилась с дикой скоростью. В один миг преодолев несколько сотен километров, Кащей приземлился на краю леса и по инерции пробежал вперед несколько метров. Немного поморгал, открыл глаза и увидел, что прямо перед носом находится ствол высоченного и толстенного дерева. Лишний шаг, и кто-то начал бы свою приключенческую эпопею с проверки таранных свойств собственного организма.

— Кое-кто все уши прожужжал о телепортации, — пробормотал он, — а сам устроил ускоренный перелет, приколист несчастный!

В следующую секунду в ствол дерева, выше и правее на полметра от головы Кащея, вонзилась арбалетная стрела. Он отпрянул в сторону и бросился под укрытие деревьев. Кто бы там ни стрелял, выяснять, что к чему, было намного удобнее из укрытия.

Стрелы засвистели одна за другой, вонзаясь в деревья позади заторопившегося Кащея. Кто-то из нападавших угрожающе выкрикивал фразу, привычно составленную из производных одного распространенного ругательства, кто-то покрывал окрестности многоэтажными словесными композициями вселенского масштаба, но общий смысл всего высказанного сводился к тому, что «ты всё равно не убежишь, и никуда тебе не деться!».

Промелькнувшую было мысль о том, что Бог все-таки задумал кардинальным образом решить проблему образования новой Вселенной и подключил к поимке конкурента толпу стрелков, Кащей отмел сразу как абсурдную: к чему тогда сыр-бор с перемещениями во времени и прочими хитростями? Понятное дело, что это сильный и неожиданный ход: предварительное и основательное запудривание мозгов ради потери Кащеем бдительности и в результате — быстрый проигрыш. Но добропорядочный Бог не стал бы устраивать такие штучки: он далеко не злодей. По крайней мере, до тех пор не злодей, пока Кащей не доведет его до белого каления.

В речи стрелков промелькнуло упоминание о царевиче, и Кащей сообразил, что стрелы предназначались другому. А сам он попал не в то место и не в то время: его по ошибке приняли за царского отпрыска, сбежавшего от толпы разозленных преследователей.

Как минимум один человек будет доволен произошедшей заменой. Царевич. А если стрелки хорошо прицелятся и доведут начатое дело до конца — застрелят Кащея, то довольных станет на одного больше, поскольку на этом игра и закончится.

Он нырнул под защиту здоровенного дерева, обхватить которое смогли бы два или три человека, и выхватил из кармашка зеркало на телескопической рукоятке. Глянул в отражение и вздрогнул, когда зеркало вырвало из его рук очередной арбалетной стрелой и прибило к соседнему дереву.

— Мы так не договаривались! — рассердился Кащей, нашаривая шпагоплеть. Времени на раздумье не оставалось: стрелки быстро приближались к его временному убежищу. И он, воспользовавшись относительной темнотой, под прикрытием деревьев отступил в глубь леса.

Не таясь и громко переговариваясь, преследователи вошли в лес, опрометчиво давая Кащею знать, где находится каждый из них. Их шапкозакидательский настрой начинал его сильно раздражать. Захотелось бросить всё, выйти из укрытия и настучать им по физиономиям, показав, что они далеко не такие профессионалы, какими стараются показаться, но их оружие было дальнобойным и рисковать жизнью лишний раз не хотелось.

Кащей помянул не к месту исполняющиеся законы подлости — как обычно, с первых секунд погружаешься в приключения с головой, не имея времени на банальный осмотр окрестностей, — и поднял голову, рассматривая, высоко ли находятся нижние ветки многовековых деревьев. Оказалось, что до них всего-то метра три. Кащей немедля захлестнул ближайшую шпагоплетью и буквально взлетел наверх по импровизированному канату. Ветка пошевелилась под его весом, и стрелки замолчали, прислушиваясь, откуда донесся тихий шум. Кащей поудобнее устроился на ветке и слегка взмахнул шпагоплетью, уменьшая длину гибкого оружия до полутора метров.

Стрелков, судя по их голосам, было около десятка. У каждого в руке — по многозарядному арбалету, и все стрелы они были готовы выпустить по беглому царевичу.

«На кой черт он им сдался?» — думал Кащей, наблюдая, как первый стрелок прошел точно под ним, вглядываясь в темноту леса. Одетый в добротную походную одежду защитного зеленого цвета, стрелок носил сапоги со спрятанным за голенищем метательным ножом, на его поясе висел меч. Слабенький меч, стандартный, из тех, что делают по сто штук в год. Судя по всему, стрелок носил его ради красоты, по большей части используя арбалет. Иначе говоря, в ближнем бою от него не будет столько толку, сколько от его стрельбы из арбалета, но Кащей не стал заранее себя обнадеживать. С арбалетом в ближний бой и вовсе можно не ходить, ограничиваясь отстрелом приближавшихся на опасное расстояние врагов.

Второй и третий стрелки прошли примерно на одной линии, слева и справа от Кащея, старательно всматриваясь в кроны деревьев и пытаясь среди них хоть что-то разглядеть после открытого пространства с ослепительно сверкающим солнцем.

Оставшиеся стрелки вошли в лес дальше, и в первые секунды сражения не могли быстро приблизиться к будущему побоищу, чтобы прийти на помощь своим коллегам. Это был большой плюс: лишние секунды в подобные моменты давали дополнительные шансы на победу или удачный побег.

— Ты его видишь? — спросил стрелок справа от Кащея у стрелка слева.

— Так же, как и ты! — отозвался второй стрелок. — Этот царевич слишком быстро бегает! Может, фиг с ним? Пущай по лесам побродит! Нам хватит и советника с каретой, чтобы потребовать у царя выкуп.

— На что царю старый советник? — возразил первый. — Если мы его похитим, царь бросит клич по всей стране, к нему на зов тысячи прибегут на замену! С его-то жалованьем… А вот царевича ни один советник не заменит! Родная кровь!

«Разбойники! — догадался Кащей. — Не воины. Еще лучше!»

Однако уровень боевой подготовки у этих рыцарей с большой дороги приличный, сразу и не скажешь, что обычные бандиты. Зато с ними можно не церемониться — они сами ни с кем не церемонятся.

«Ты готов, Кащей? — мысленно спросил он себя и мысленно же ответил: — Я всегда готов».

Довести разбойников до изнеможения постепенным нагнетанием обстановки будет сложно. С большим количеством стрел в их многозарядных арбалетах им куда проще справиться со страхом, чем без оружия, так что придется действовать быстро. Скользить по лесной тьме, заводя их подальше в чащобу и ожидая, пока они полностью истратят боевой запас, можно до бесконечности. Но Бог к тому времени не то что сундук отыскать, он еще и иголку сломать успеет. И даже зайца с уткой пожарить на скромный прощальный ужин в старой Вселенной. И тогда — прости-прощай мечта о продолжении жизни в будущей Вселенной. Рай, конечно, место неплохое, но в самом положительном мире нет места для таких сражений, потому что там хоть и весело, но очень мирно.

— А я еще слишком молод, чтобы умирать, — пробормотал Кащей.

Стрелок услышал, резко обернулся и выстрелил на звук шепота. Звякнула тетива.

Кащей перехватил стрелу рукой в сантиметре от собственной груди.

«Неплохо, совсем неплохо, — мысленно похвалил он, аккуратно вонзив стрелу в ветку. — Еще один повод помолчать».

— Вы слышали шепот? — спросил стрелок приятелей.

— Слышали!

Времени на мирные прятки не осталось. Да не очень-то и надо.

Кащей ухватился одной рукой за ветку над головой и с силой ударил шпагоплетью по другой под ногами, срезая одним ударом. Тяжелая ветка, больше похожая на ствол восьмидесятилетнего дерева, камнем рухнула вниз. Стрелок не успел ни отскочить, ни уклониться, как она, шелестя листвой, крепко приложилась к его лбу, оглушив, и не менее крепко придавила к земле.

Стоявшие слева и справа от дерева разбойники повернулись на шум, увидели висящего над ними Кащея и молниеносно нацелили на него арбалеты. В то же мгновение он разжал пальцы, отпуская ветку, и полетел к земле. Опоздай Кащей хоть на миг, и вонзившиеся в дерево стрелы намертво пригвоздили бы его к стволу.

Стрелки сменили прицел, заново взяв Кащея на мушку и, как только он приземлился, одновременно выстрелили. Кащей же, едва коснувшись земли, резко присел, и выпущенные из арбалетов стрелы пролетели над его головой. Не успели разбойники сообразить, что к чему, как их стрелы пронзили маскировочные костюмы, и острые наконечники пробили тела насквозь. Синхронно издав предсмертный изумленный вскрик, разбойники повалились на траву.

Кащей подпрыгнул, хлестнул шпагоплетью по ветке над головой и снова взлетел на верхние этажи леса: укорачивающаяся шпагоплеть хорошо поднимала тяжелый груз.

Услышав крики и предсмертные хрипы, остальные бандиты собрались к месту стычки за считанные секунды и теперь нервно озирались по сторонам в поисках убийцы их товарищей.

Кащей встал на ветку так, чтобы не потерять равновесие, пристегнул уменьшившуюся шпагоплеть к поясу, выхватил из кармашков на поясе заряженные микроарбалеты и снял их с предохранителей. Сквозь ветки и листья посмотрел, где кто стоит: три разбойника слева, три справа. И один, судя по его нетерпеливым возгласам, болтался где-то у кромки леса на стреме.

Прислушивающиеся разбойники кружили в странном псевдотанце, поворачиваясь вокруг себя и направляя арбалеты на разные участки леса. Воцарившееся молчание нарушила кукушка, севшая на ветку рядом с Кащеем. Она успела прокуковать всего один раз, как выпущенная разбойником стрела рассекла воздух и превратила птичку-гадалку в бесформенный комок перьев. Кащей дернулся от неожиданности, когда ее разметало на кусочки. Несколько перышек попали на костюм, одно зацепилось за волосы, но быстро сорвалось и тоскливо полетело вниз, отправившись в последний прощальный полет.

— Ты идиот, она всего раз прокуковала! — разъярился кто-то из стрелков. — А я желание загадал, сколько мне лет осталось!

— Нашел во что верить! — презрительно отозвался выстреливший. — Детские приметы!

— Она не ошиблась! — крикнул Кащей во всеуслышанье. — Это вам на всех!!!

Разбойники подняли головы на шум и, следуя древнему трактату о ста правилах великих и мелких злодеев, не медля ни секунды, обстреляли ветку, на которой стоял скрывающийся от них говорун. Пусть будет хоть сам царевич, которого разбойники планировали взять в плен, но слишком уж он нахально кричал, чтобы подобное спускать ему с рук.

Сам Кащей, едва успев ответить, побежал по толстой ветке вперед, оттолкнулся, подпрыгнул, как на трамплине, и полетел вниз, развернувшись спиной вперед и падая прямо на огромный заброшенный муравейник. Арбалетные стрелы разбойников пролетали от него в считанных сантиметрах, вонзаясь в ветки, в ствол дерева и попадая по соседним деревьям. Кащей вытянул руки с микроарбалетами в сторону обстреливающих его разбойников и в падении расстрелял обе обоймы.

Разрывные стрелы вонзались в деревья, в землю, и последовавшие за этим взрывы смели разбойников вместе с выдранным с корнем подлеском. Около двух десятков деревьев подлетели над лесом, задевая вырванными корнями верхушки оставшихся на месте собратьев, и повалились с приличным шумом, обильно ломая ветки и обрывая листья. Многие деревья опасно накренились, но устояли, а штук шесть превратились в развороченные и разорванные на две части остовы.

Стоявший на стреме разбойник подумал, что, раз началась такая пьянка, следом запрыгает целый лес, и дал стрекача, не мечтая больше ни о царевиче, ни о выкупе.

Кащей упал, как и рассчитывал, точно в центр муравейника. От столкновения во все стороны полетели листья, пыль и мелкие ветки. Муравейник превратился в бесформенную кучу и засыпал Кащея тонким слоем лесного мусора. Упорно пытавшего выбраться из-под ветки стрелка тоже запорошило с ног до головы, и он, расчихавшись, высказал личное мнение относительно свалившейся на него гадости громкими и несколько неприличными восклицаниями.

Кащей вскочил и помотал головой, вытряхивая из головы муравьиный мусор.

— Я убью тебя, я убью тебя! — как заведенный бубнил разбойник, продолжая чихать.

Кащею представился старый патефон с заезженной пластинкой, постоянно щелкавшей и повторявшей один и тот же момент.

Свистнула шпагоплеть, и исчихавшийся до изнеможения неудачливый стрелок замер, не пытаясь больше выбраться из-под ветки.

— Поздравляю, приятель! — сказал Кащей, выхватывая арбалет из его руки. — У тебя крепкая голова, так что сотрясение мозгов и искривление мозговой извилины тебе не грозит. Могу тебя обрадовать, приятель! Ты выиграл соревнование по выживаемости и получишь главный приз: поездку в старинный английский город Нокаут! Теперь встань — лежачим приз не выдается!

Он подцепил ветку носком сапога и с силой отбросил ее в сторону.

Разбойник кое-как поднялся на ноги, мрачный как сама смерть. Кащей подождал, пока он стряхнет с костюма налипшую грязь и словно невзначай выхватит нож из сапога. Звякнула тетива арбалета, и сбитый стрелой нож отлетел далеко в сторону, вонзившись в дерево по самую рукоятку. Кащей презрительно хмыкнул.

Теперь, когда у стрелка не осталось никакого оружия, кроме неполной коллекции собственных зубов, и он наконец-то понял, что принял Кащея за сбежавшего царевича по очень большому недоразумению, можно было поговорить на заинтересовавшую таки Кащея тему «Великая лесная битва, и кто за что стоит горой?».

— Твое? — спросил он, кивком указав на арбалет в своей руке.

Вопрос был глупым, но разбойник молча кивнул в ответ, не решившись покритиковать спрашивающего за примитивность. Кащей удовлетворенно хмыкнул: это значило, что стрелок сдался и готов ответить на любой, даже самый несуразный вопрос без ехидных реплик и комментариев.

— Кто разрешил тебе им пользоваться? Разве ты не в курсе, что это опасное оружие, а не игрушка для детей-переростков?

Разбойник буркнул что-то невразумительное и слегка покраснел.

— Что-что? — переспросил Кащей.

— Я разбойник, — хмуро ответил стрелок. — Грабитель. Мне всё можно!

Кащей поглядел на арбалет: новый, можно сказать, только что с конвейера, и уже в руках разбойника. Плюс довольно приличная форма.

— Откуда военное обмундирование? — поинтересовался он. — Спецзаказ у местных портных?

— Ограбили военный обоз, — неохотно признался стрелок.

— Военный обоз?! – изумился Кащей. В его понимании, военные в любом царстве должны быть вооружены и обучены лучше, чем разбойники. — Не слабо! Никак количеством врага задавили?

— Да уж не один на один выходили! — подтвердил разбойник.

— А сейчас на кого охотитесь?

— На царевича.

— Тогда зачем в меня стали стрелять?

— Мы думали, ты — это он, дубина!

Кащей выстрелил, и арбалетная стрела чиркнула разбойника по уху.

— Поскольку арбалет у меня, — сурово сказал он, — надо говорить не «дубина», а «Ваше Высокодуболомие»!

— Извините, Ваше Высокодуболомие… — машинально извинился разбойник, схватившийся за оказавшееся целым ухо. В следующую секунду до него дошел смысл фразы. Но отреагировать он не успел, потому что наверху раздался дикий хохот, и с ветки сорвался молодой человек лет двадцати. Успев ухватиться за ветку руками, он на миг завис над землей, но не удержался и упал.

— А вот, видимо, и царевич на огонек пожаловал, — прокомментировал Кащей появление нового участника. — Смешливый попался.

— Так и знал, что он там прятался! — ругнулся стрелок. — Если бы не твой шепот, мы бы давно ему конечности прострелили, чтобы не сбегал больше без спроса!

— Я царевич! Когда хочу, тогда и бегаю! — воскликнул вскочивший на ноги парень.

— Сколько вас всего? — спросил Кащей.

— Девятнадцать! — гордо сказал разбойник и, не дожидаясь ответной реакции, громко воскликнул: — Ага, испугался!

Несмотря на уверенность в голосе, его глаза бегали по сторонам, и было понятно, что он пытается не столько напугать противника, сколько успокоить самого себя.

— Да-а-а-а, — задумчиво протянул Кащей, — испугался, до икоты прямо… Я, видишь ли, всё больше к мировым войнам привык, к счету на миллионы, а тут целых девятнадцать разбойников со скорострельными арбалетами! Я аж поседел от ужаса, представляешь? Только, понимаешь ли, решил мечом помахать для разминки, пару сотен врагов одним ударом уложить да сбежавших по лесам погонять, глядь, а врагов-то и не осталось! Обидно, понимаешь, страшно обидно!

Царевич, убедившись, что Кащей не собирается на него нападать, подошел к стрелку и со всего маху ударил того в челюсть.

— Вручить приз приглашается… — запоздало прокомментировал Кащей. Разбойник упал без признаков разумной жизни: традиционных грозных и истеричных ругательств не последовало. Царевич сплюнул на поверженного врага и поглядел на Кащея.

— Кто вы? — спросил он. — Они и вас хотели похитить?

— Похитить? Они?! – Кащею в миг представилась живописная картинка встречи разбойников, передающих требования выкупа, с одной стороны и Яги со Златой с другой…

— Фигу вам, а не выкуп! — зловредно улыбаясь, отвечала Яга толпе остолбеневших от ее заливистого жуткого хохота разбойников. — Сами похитили, сами и выкручивайтесь! Я лучше подожду лет пятьдесят, когда вы помрете от старости и когда Кащей сам вернется домой.

— Мы убьем его!

— Ну а потом настанет его очередь убить вас!

— Что ты несешь, старуха?

— Короче так, слухай сюды. Вы еще не знаете, с кем схватились! Он — маньяк! Он — черная смерть под покровом темноты! Он — комар, зудящий над вашим ухом в три часа ночи! Он — Черный Пла… км-км… Кащей Бессмертный!!! Дать вам ручку и бумагу, чтобы вы успели написать завещание, пока не стало слишком поздно?

— Они решили, что ты — это я! — ответил Кащей. — А меня, как и тебя, угораздило появиться здесь в самое неподходящее для нас обоих время.

«Хотя… — Подумал он внезапно, — почему не в подходящее? Это же царевич!» Царевич был того же мнения:

— Не знаю насчет случайности, но ты спас мне жизнь! Я могу тебя отблагодарить?

Кащей задумался: царевич запросто проведет его во дворец, и он на правах почетного гостя спокойно обследует все закоулки и потайные комнаты в поисках нужного сундука. Или же прямо попросит этот сундук в качестве награды за спасение царевича от похитителей.

— А если бы я не появился? — спросил он строго. — Не понимаю, как вы дожили до жизни такой, что в родном царстве на вас нападают разбойники?

— А это не мое царство! — ответил царевич. — Я тут проездом, путешествую по миру.

«Невезуха!» — подумал Кащей и повернулся к разбойнику, прикидывая размеры его костюма.

— Как звать-то вас, царевич-путешественник?

— Царевич Доминик! Можно на «ты», я не люблю, когда спасшие мне жизнь люди говорят мне «вы»

— Путешественник Змейго Рыныч! — по привычке представился Кащей: придуманный когда-то мимоходом псевдоним оказался настолько удобным и звучным, что Кащей его так и не забыл и периодически им пользовался. — А что, спасателей так много?

Здесь было чему изумляться: не дай Бог, если этому царевичу везет на разные приключения и он когда-нибудь станет царем, — подданные с ума сойдут, ожидая, какая неприятность случится с их любимым повелителем с наступлением нового дня.

Царевич призадумался, возведя очи горе. Кащей испугался, что сейчас он начнет перечислять всех спасших его людей поименно, но, к счастью, этого не случилось.

— Итак?

Царевич пожевал губу и смущенно ответил:

— Вы — первый!

— Забавно. И что ты, в таком случае, так долго высчитывал?

— Перепроверял.

— Что, много было приключений?

— Не особо, если честно, — замялся царевич, посчитав слова Кащея упреком. — А вы…

— Ты тоже можешь обращаться ко мне на «ты», — перебил его Кащей. — Я не люблю быть во множественном числе — начинаешь вслух сам с собой обсуждать жизненно важные вопросы, а окружающие думают, что к у тебя крыша съехала, и вызывают ремонтников — крышепоправителей.

Царевич удивился:

— Не знал, что всё настолько серьезно.

— А ты думал? — усмехнулся Кащей. — Ладно, проехали. Лучше скажи, как ты успел добежать до леса невредимым? До кареты Бог знает сколько идти, а меня чуть не подстрелили, едва я вышел из леса узнать, что за шум.

Немного достоверно выглядевшей неправды не помешает. Не говорить же, что его перебросило по приказу Бога — царевич моментально решит, что попал из огня да в полымя: от разбойников к рехнувшемуся от одинокой лесной жизни джентльмену.

— У меня… мне помогли. Когда нас осталось совсем мало, охранники просто вынудили меня покинуть поле боя! — туманно ответил Доминик. Кащей почувствовал, что царевичу становится не по себе. — А вы… ты не поможешь мне спасти советника? Они поймали его и держат в карете.

— Ты думаешь, я в силах победить банду разбойников? — делано усомнился Кащей.

— Думаю, да! — чистосердечно признался царевич.

— С чего ты взял?

— У тебя удивительное оружие!

Кащей посмотрел на шпагоплеть, которую всё еще держал в руке. Оружие и в самом деле удивительное. Еще более удивительным было то, что оно существовало столько лет, сколько царевич при всей своей фантазии не смог бы представить.

— Вот что, парень, — Кащей внезапно понял, что понятия не имеет о том, сколько царств в мире и в каком из них находится его сундук. — Сколько на сегодня всего царств и королевств?

Царевич недоуменно поморгал:

— Сорок три. А что?

— Ну, Боже… — недовольно пробурчал Кащей. — Ну, мелкий приколист, погоди!

Он указал на стрелка:

— Сними с него костюм. Наденешь его сам — для меня он будет тесноват — и побежишь к карете что было сил. Вторым эшелоном выбегу я, и у кареты разберемся.

— Со всеми?

— Смотря как убегать будут. Если уже не убежали, увидев полет деревьев.

— А при чем здесь страны? — удивился царевич. — Или ты хочешь раскидать разбойников по разным царствам, чтобы они никогда больше не встретились?

«Идея неплохая, — подумал Кащей, — но неосуществимая! А царевич молодец, быстро в себя пришел!»

— Потом узнаешь, — вслух сказал он, а сам мысленно схватился за голову: как бы не пришлось обойти Землю вдоль и поперек, прежде чем он наткнется на спасительный сундук-пропуск к существованию в новой Вселенной. Хотя плохая новость о количестве стран кое в чем и хороша: Богу тоже придется изрядно побегать по заграницам в поисках сундука. Это гарантирует, что игра не закончится в первый же день, а продлится достаточно долго для того, чтобы Кащей мог показать полную силу своего злодейского таланта. В крайнем случае, пусть победа и достанется Богу, но в Рай он уйдет так, чтобы всем стало ясно: последние часы существования старой Вселенной стали звездным часом Кащея Бессмертного! Царевич тем временем натянул костюм разбойника поверх своего: размеры позволяли.

— Слушай, а что же ты везешь, если на карету напала такая большая банда?

— Ничего особенного, — сказал царевич. — Там были только я и советник. А что?

— Я так думаю, будь ты поважнее, разбойники бросили бы карету и погнались за тобой, не сражаясь с охраной.

— Вообще-то, именно охранники не дали разбойникам сразу броситься за мной! А эти уро…

— Стоп! Это потом, — резко остановил его Кащей: только ругани сейчас и не хватало! Не время сейчас обсуждать, кто там последний гад, а кто просто змея подколодная. — Обзывать разбойников надо ПОСЛЕ их смерти, а не до нее. Это гарантирует, что именно ты будешь называть их последними словами, а не они тебя. Намек понятен?

— Понятен, — кивнул царевич и предположил: — Может быть, остальные не побежали, потому что решили, что карета из золота и что кто-то из них тайком от остальных отломает себе приличный кусок?

— Верно подмечено! — согласился Кащей. — Человек человеку — друг, товарищ… и волк!

— Но она не из золота, это просто крашеное дерево! — воскликнул царевич. — Золота там мало, его не соскрести…

Кащей хмыкнул, представив, как разбойники с высунутыми от усталости языками увлеченно счищают золотую пыль острыми ножами.

— А разбойники об этом знают?

— Конечно, нет! А ты думаешь, они…

— А кто их знает?

— Ладно, что теперь?

— Выбегаешь из леса. Обязательно свистни им что есть сил! Размахивай руками и беги к карете, как смертельно испуганный человек, не обращая внимания на то, что там разбойники. Это их сильно озадачит, я тебе гарантирую. В этом костюме тебя сначала примут за своего. Остальное я беру на себя. Главное условие: не оборачивайся назад, что бы ни услышал, а ты услышишь такое, что тебя потянет обернуться, но тогда вся затея — коту под хвост! Бояться можно, это даже лучше. И помни: кроме меня, следом за тобой никто не выйдет! Уяснил?

— Да!

— Держи арбалет, — Кащей зарядил его собранными с поля битвы стрелами, — выстрелишь куда-нибудь за спину, когда до разбойников останется самая малость. Стрелять не в разбойников!

— Понял.

— Тогда — вперед! — И царевич рванул.

Едва он пронзительно свистнул и отчаянно замахал руками, указывая на лес, притихшие после взлета и падения деревьев разбойники вновь схватились за оружие: казалось бы, полная победа над иноземным царевичем гарантировала им долгую и счастливую жизнь, но оказалось, что неприятности только-только начинаются!

Кащей хладнокровно искал в кармашках затерявшийся манок на матерых драконов. Сумев наконец-то нормально разглядеть дорогу, он понял, почему царевичу было не по себе от вопроса о том, как он спасся. Несколько человек в форме лежали на земле, из их спин торчали стрелы: охранники помогли ему убежать и спастись ценой своей жизни. Кащей нащупал тонкую ниточку, дернул, и небольшой манок весело закачался перед ним. Кащей посмотрел на бегущего к карете царевича и на застывших разбойников. Романтики с большой дороги никогда не относились к разговорчивым типам людей и предпочитали короткие, но максимально емкие монологи на тему: а где твои деньги, приятель? Вложи их в наше настоящее, и у тебя вновь появится собственное будущее. Во все времена требования разбойников были похожими как две капли воды. Это становилось до невозможности скучным, и было даже неудобно из-за того, что первым же его приключением на пути к победе стало столкновение именно с этими представителями далеко не лучшей части человечества.

На какой-то миг Кащея посетила мысль о том, что произойдет, если он сейчас самоустранится и добежавший до кареты царевич остановится напротив притихших разбойников? Ведь ни царевич, ни разбойники не будут знать, что делать дальше, потому что все изрядно напуганы происходящим, но не все понимают, что к чему.

В следующий миг он отогнал эту мысль: не до экспериментов сейчас. Да и не сделал царевич ему ничего плохого, чтобы вот так всё оставить на полдороги. Хотя шуточка получилась бы по-настоящему злодейской.

Царевич, словно пытаясь попасть в того, кто бежал следом за ним, высоко поднял арбалет и выпустил стрелу в безоблачное небо.

Кащей перестал злодейски фантазировать: пришло время для эффектного выхода на сцену.

— Встречайте, дамы и господа! Величайший злодей всех времен и народов Кащей Бессмертный!!! Аплодисменты, уважаемая публика! — вполголоса произнес он, поднес ко рту маленький манок и дунул в него изо всех сил.

Громоподобный, ужасающий, низкий дикий рев потряс землю. В следующую секунду в радиусе нескольких километров смолкло всё, что издавало хоть какие-нибудь звуки, и наступила полная тишина, нарушаемая разве что умеренной силы порывами ветра.

Перепугавшиеся разбойники поняли, что убежавший в лес царевич разбудил настоящего дракона. А дракон спросонья не разобрался в ситуации и теперь идет сражаться, издавая грозный боевой клич и готовясь съесть, сжечь или раздавить любого на своем пути.

Волосы у них встали дыбом, разбойники вытаращили глаза и решили, что самое время броситься прочь, но далеко убежать на ватных ногах оказалось делом весьма и весьма нелегким. Почти невозможным.

Два разбойника заблаговременно повалились на дорогу без признаков жизни, полагая, что драконы не едят мертвых и тех, кто себя таковым считает. Остальные пока еще медленно отходили, надеясь, что ревущее чудище просто охраняет свою берлогу и из леса не высунется.

Кащей навскидку стрелял из микроарбалетов под корни, и массивные деревья раскидывало прочь, словно кегли.

Разбойники в панике таращились на лесные акробатические этюды и с ужасом ждали, когда среди верхушек деревьев высунется голова разозленного дракона. И потому далеко не сразу заметили вышедшего из леса человека в черном плаще, кроху по сравнению с нарисованным их воображением чудовищем. И уж вовсе не обратили внимания на то, что к ним бежал царевич.

Кащей уверенным шагом приближался к разбойникам, дожидаясь, когда они опустят взгляды с вершин деревьев до его уровня. После чего громогласно поприветствовал их через компактный усилитель голоса.

— Господа, рад приветствовать вас на моем коротком шоу-представлении! Вижу, что вы торопитесь на тот свет, и буду предельно краток, дабы не отнимать у вас лишнего времени: заплатите мне по сто сорок процентов от всей вашей прибыли за последние двадцать лет и покойтесь с миром!

Разбойники сгрудились в кучу и засверлили Кащея испуганно-агрессивными взглядами: так разговаривать с озверелым большинством, по мнению самого озверелого большинства, мог только сумасшедший либо еще более озверелый маньяк-одиночка. Не зря же он так дико рычал минуту назад: простому человеку подобное не под силу… В зловещей тишине приближался Кащей к далеко не восторженной и весьма шокированной публике. В их глазах отчетливо читалась ненависть: из-за него сорвалась практически удавшаяся попытка выудить у почти что пойманных путешественников хоть что-то ценное. Кащей имел свое мнение насчет того, что конкретно получат разбойники при непосредственном боевом контакте, и подозревал, что им это понравится намного меньше демонстрации охотничьего манка. Самое забавное, что манок, который он достал из кармашка, был далеко не самым мощным. Услышав звук самого мощного манка, разбойники и царевич с советником не успели бы толком испугаться, как отдали бы Богу душу.

— Ты кто такой? — услышал он глухой голос главаря банды. Разбойники дрожащими руками нацелили на выходца из леса арбалеты.

— Я — добрый и мирный путешественник, — представился Кащей далеко не добрым и совершенно не мирным голосом. — Сею разумное и вечное. А вот вы сумеете рассказать о себе настолько красиво и оптимистично?

Главарь разбойников хотел ответить, но так и не сформулировал фразу: панический страх разбил логически связанные мысли на невнятные осколки и разбросал их по темным закоулкам подсознания. Чтобы ответить на прозвучавший вопрос, ему пришлось бы долго собираться с мыслями. А краткие «э-э-э», «а-а-а» и «ты кто?» не содержали ровным счетом никакой информации.

Разбойники молча ждали его команды, молясь всем известным богам, что сумеют застрелить или забросать ножами этого одиночку. А если и не удастся убить, то хоть ненадолго его притормозить и получить лишние секунды для бегства куда глаза глядят.

Кащей непринужденно взмахнул шпагоплетью, и четыре арбалета в руках разбойников превратились в жалкие обрубки. Незадачливые бандиты попятились, сопровождая отступление невнятным сердитым бурчанием.

Кто-то из них не выдержал и, укрываясь за спинами товарищей, метнул-таки нож, следом полетели еще два, и все три были с легкостью отбиты все той же шпагоплетью.

— Вы меня разочаровываете! — рявкнул Кащей, не замедляя шаг и двигаясь прямо на разбойников. Те продолжали синхронно пятиться назад, сохраняя одинаковую дистанцию между собой и Кащеем.

Царевич пялился на своего спасителя, как бедняк на выкопанный им сундук с золотом, а Кащей со злобной ухмылкой (игра на привычную к подобным кривляниям разбойничью публику) сильно щелкнул шпагоплетью. Разбойники вздрогнули от неприятного звука и увеличили расстояние между собой и Кащеем еще на несколько метров, то и дело бросая растерянные взгляды на лежащие в дорожной пыли сломанные ножи.

— Что, народ, вижу, слабо вам выйти толпой против мирного Кащея! — усмехнулся великий злодей. Следующее действие разбойников его сильно удивило: они вытаращились на него во все глаза — а сделать такое, когда и без того немало изумлен, не так-то просто. Мечи, дубинки и оставшиеся в их руках ножи тоскливо упали к их ногам. Царевич за его спиной что-то пискнул и выронил бесполезный теперь арбалет.

— Кащей?! – недоверчиво переспросил главарь. — Нет, парень, так не бывает! Ты, конечно, маньяк, но не до такой же степени!!!

— Это еще почему?! – возмутился Кащей.

— Так ведь это… он отъявленный злодей, каких свет не видывал! Он монстр, он…

— Как это, не видывал? — перебил главаря Кащей. — Если обо мне все говорят, значит, видели, и не один раз! Так что не заговаривайте мне зубы!!!

Новость о том, что его имя хорошо известно, оказалась подобна удару молнии у ног: он еще ничего не успел натворить в этом мире из-за того, что находился в нем считанные часы, а слава его уже превысила былую репутацию жуткого злодея.

Его опасно потянуло на воспоминания.

— Он силач, он одним взмахом руки сносит под корень целые леса!!! – вразнобой загомонили разбойники. — А ты…

Кащей указал рукой на поваленные деревья.

— Вроде этого, что ли? — поинтересовался он. У разбойников отвисли челюсти: они поняли, что им посчастливилось налететь на самого жуткого маньяка во Вселенной или на подделывающегося под него не менее жуткого злодея. Не зря он выглядит таким спокойным, словно не его грабить собрались, а он их решил обчистить всех разом. И ведь, по его собственным словам, он именно так и собирался сделать!

Кащей задумчиво хмыкнул: хорошо это или плохо, если про него уже знают? Поскольку первыми встречными оказались разбойники, то хорошо. Ведь они в город не сунутся, чтобы рассказать последние новости о необычной встрече: из-за их специфического призвания подобные новости на самом деле окажутся для них последними.

Но больше это имя лучше не использовать. Не называться ни Кащеем — по понятной причине, ни Леонидом — из-за остаточных проклятий, до сих пор бороздящих просторы Вселенной и периодически возвращающихся на родную Землю. Видимо, так и придется использовать звучный псевдоним агента-руководителя СОБ.

— Ладно, с этим я тоже разберусь, — задумчиво пробормотал Кащей. — А скажите-ка мне, нелюбезные, вы завещание успели написать, али как?

Неожиданный, хотя и прогнозируемый вопрос вогнал разбойников в краску. Главарь пробормотал про себя пару неласковых фраз о том, что не умеет писать, а написанное крестиками завещание понять никто не сможет. Ироничное предложение Кащея разбавить крестики ноликами он воспринял вполне серьезно и потому обиженно замолчал, не прекращая думать, как выбраться живым из страшной передряги?

Ожидаемый кровавый финал стычки Кащея и разбойников не произошел благодаря появлению на дороге большого количества всадников. Кащей опустил, шпагоплеть и поглядел на разбойников, в свою очередь с надеждой посматривавших на приближавшуюся процессию: вдруг великий злодей переключит свое пристальное внимание на новеньких и тогда стареньким удастся скрыться в лесу?

Всадники приблизились, и стало отчетливо видно, что они хорошо вооружены. Разбойникам с их иссякшим боезапасом выходить против профессионального войска — всё равно что при помощи водяного пистолета бороться с засухой.

— Так и быть, — сказал главарь, с опаской глядя на всадников, — не будем вам мешать, всего доброго и наилучшего! А мы пошли.

— Не торопитесь! — Кащей приподнял шпагоплеть и откровенно предупредил: — Кто покинет это место, заодно покинет и этот мир!

Всадники остановились в считанных метрах от места столкновения. На толпу разбойников и Кащея с царевичем нацелились арбалеты.

— Боевая дружина двадцать девятого царства! — грозно гаркнул воевода, разглядывая поле брани. — А вы кто такие? И кто тут… э-э-э… так громко кричал?

— Да вот, мы тут идем себе, разные фокусы друг другу показываем, — жалобным голосом сказал главарь разбойников. — А они прискакали в своей карете и начали нас обстреливать! Сломали нам весь инструмент…

— То есть, это вы так кричали? — уточнил воевода, после чего перевел взгляд с главаря на царевича. Подумал секунду и категорично заявил: — Не верю вашей версии! Мне думается, что всё было с точностью до наоборот! Это вы здесь всех обстреливаете, а они — просто путники, которых вы решили ограбить или убить.

Уличенные разбойники возмущенно загалдели, указывая на собственное искромсанное оружие и на шпагоплеть в руках Кащея. Воевода приподнял руку, призывая толпу помолчать, и обратился к Кащею:

— Теперь ты расскажи свою версию!

— Можно? — вышел вперед царевич. — Я — царевич Доминик, ехал проездом по вашему царству, как вдруг нас остановили эти разбойники. Они убили моих друзей и чуть не похитили меня!

— Врут они! — заголосили разбойники. — Этот человек — Кащей, они с ними заодно!!!

Дружина слаженно вытаращила глаза и нацелила арбалеты на Кащея. Тот усмехнулся: такого повышенного внимания со стороны окружающих он давно уже не помнил.

— Твоя версия, приятель!

— Я — путешественник Змейго Рыныч, странствующий по белу свету многие годы. А Кащеем назвался потому, что так безопаснее. Разбойный люд после этого тихо уходит, ничего не требуя взамен, — ровным голосом ответил он. — А вот здесь, едва я вышел из леса, они меня обстреляли и чуть не убили.

— Он умеет рычать по-драконьи и валить деревья! — продолжили свои обвинения бандиты. — Простые люди так не умеют.

Кащей молча протянул воеводе манок. Тот взял, недоуменно осмотрел крохотную свистульку со всех сторон и вернул Кащею.

— И что это? Пугач для воробьев?

— Манок на драконов.

Воевода с сомнением посмотрел на Кащея, явно подозревая его в слабоумии.

— Вы мне не верите? — вполне правдоподобно вспылил Кащей, цепляя укоротившуюся до тридцати сантиметров шпагоплеть на пояс рядом с мечом-кладенцом. — Вы смертельно меня оскорбили! Выходите на неравный кулачный бой, и я докажу вам, что вы все не сумеете дотронуться до меня даже пальцем!

— А как насчет этого? — хмуро поинтересовался дружинник, нацелив на Кащея арбалет со стрелой, на которой сверкал острый стальной наконечник. По его взгляду читалось, что он не особо верит в сказанное и, если бы не уверенность в словах Кащея, не поверил бы и вовсе.

— А как насчет этого? — Кащей сунул манок в рот и дунул со всей мочи. От драконьего рева кони шарахнулись в разные стороны, у дружинников встали дыбом волосы, воевода покачнулся, и нацеленная на Кащея арбалетная стрела улетела высоко вверх. Дружинники осыпали поле брани соответствующими словами и выражениями, одновременно пытаясь справиться с запаниковавшим транспортом и вставшими дыбом волосами.

Разбойники под шумок рванули к соседнему лесу. Кащей выстрелил в деревья на их пути из микроарбалета, и устремившийся к небу и повалившийся после краткого полета лес полностью перегородил им путь к отступлению. Разбойники остановились, небезосновательно подозревая, что лучше уйти с дружиной, чем совершить побег в присутствии изуверского злыдня.

Дружинники при виде взрыва сбились в кучу, а повидавший немало чудного воевода озадаченно почесал затылок.

— Я еще не закончил выступление! — прокомментировал Кащей.

Из-за общего гвалта разбойники его слова не расслышали, хотя и поняли, что он имел в виду. Дружинники кое-как успокоили лошадей и дрожащими руками всё же навели большую часть арбалетов в его сторону, намереваясь в очень скором времени превратить упрямца в подобие ежика. Но не выстрелили, потому что из кареты выглянул пожилой человек с длинными белыми и завитыми волосами. Кащей далеко не сразу сообразил, что это не настоящие волосы, а объемный парик, какие в незапамятные времена носила разная придворная знать.

— Панков на вас не хватает, — пробормотал он.

Человек отыскал взглядом воеводу. Тот увидел советника и просиял от радости:

— Кого я вижу! Наш любимый знаменитый острослов, вы снова едете на ежегодные соревнования по остроумию?

— Приветствую уважаемого члена жюри! — отозвался советник. — И на соревнования тоже. Да вот, видите, нас атаковали разбойники!

— Этот или эти? — воевода показал поочередно на Кащея и на бандитов, сгрудившихся на опушке поверженного леса.

— Конечно, они! А этот славный человек практически в последний момент спас нам жизнь!

Этого было достаточно для принятия правильного решения. Воевода указал дружине на разбойников:

— Арестовать их! А вы, охотник за драконами с оригинальным псевдонимом и дикими шуточками, в следующий раз предупреждайте о том, что носите с собой вещички с настолько впечатляющими эффектами! А то на самом деле примут за Кащея — беды не оберетесь! Пристрелят еще, чего доброго! А еще лучше, знаете ли, будет, если я этот манок у вас конфискую! Кстати, адресок не дадите, где вот такие убойные стрелочки и арбалетики делают?

— Манок — пожалуйста! — ответил Кащей, смиренно протягивая его воеводе. Подумаешь, мелочь какая! В кармане еще есть, и помощнее. — А вот арбалетик — это личный подарок одного волшебника, существует в единственном числе.

— Жаль! — вздохнул воевода. — Подарки волшебников конфисковывать нельзя. Может, сами подарите?

Кащей отрицательно покачал головой.

— Подарки не передаривают!

— И то верно! — согласился воевода. Поникшие разбойники живописно помянули много разного народу и посетовали друг другу на сегодняшние неблагоприятные обстоятельства, но легче никому из них не стало. Таким макаром дружина проводит всю шайку в столицу под конвоем, и там начнется настоящий праздник: разом извести всю местную организованную преступность — такое и в сказочном сне не приснится!

Дружина охлопала разбойников по карманам, отыскивая заранее припрятанные на черный день перочинные ножички, отмычки, напильники, ножовки и особенно тонкие, но прочные веревочные лестницы, намотанные на туловище.

— Жаль! — еще раз вздохнул воевода. Он перевел взгляд с разбойников на Кащея. — Я так понимаю, что вы, уважаемый господин рычащий путешественник, предпочитаете пробираться от города к городу лесами, или как? С таким ревом и оружием вам, пожалуй, не страшен ни один хищник!

— Вы прозорливы: в лесах и еда растет на каждом шагу, а на дороге только двуногих хищников и видишь. Но если вы мне предложите более комфортный способ путешествовать, то я с удовольствием им воспользуюсь! — не стал отказываться Кащей.

— Прошу в карету! — пригласил его царевич. — Мы будем очень рады подвезти нашего спасителя!

— Премного благодарен за приглашение! — ответил Кащей. — А вы не боитесь, что я устрою на вас покушение? Я так понял, что мой арсенал тут внушает…

Он не договорил.

— Еще как внушает! — перебил его царевич. — Мало ли, кто человеку в дороге встретится! И потом, не похожи вы на настоящего Кащея! Нормальные люди знают, что он такой трехметровый, с горящими глазами и серой сморщенной кожей!

Воображение Кащея нарисовало приличных размеров клыкастую образину.

«Снежного человека остригли, что ли?» — недоуменно подумал он.

— Кроме того, — добродушно улыбнулся советник, — если вы так ратуете за нашу безопасность: на подобные случаи в карете есть весьма хитрое приспособление, и место для гостей постоянно под прицелом. Это не угроза, а так, констатация факта, чтобы нас потом не обвиняли в заранее спланированном покушении. — Кащей едва не поперхнулся.

Дверца кареты гостеприимно открылась.


…Через два часа, когда погибших охранников похоронили на поляне и воевода пообещал следить за могилками, дружина и карета разъехались в разные стороны. Разбойники по приказу воеводы неохотно развернулись и поплелись под конвоем в не особо отдаленные места. Кащей забрался в карету следом за царевичем, два выживших охранника вскочили один на место кучера, второй на запятки кареты, она постояла еще с полминуты и тронулась с места.


Содержание:
 0  В конце времен : Дмитрий Мансуров  1  ГЛАВА ПЕРВАЯ : Дмитрий Мансуров
 2  вы читаете: ГЛАВА ВТОРАЯ : Дмитрий Мансуров  3  ГЛАВА ТРЕТЬЯ : Дмитрий Мансуров
 4  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ : Дмитрий Мансуров  5  ГЛАВА ПЯТАЯ : Дмитрий Мансуров
 6  ГЛАВА ШЕСТАЯ : Дмитрий Мансуров  7  Часть 2 ОХОТА ЗА СУНДУКОМ : Дмитрий Мансуров
 8  ГЛАВА ВТОРАЯ : Дмитрий Мансуров  9  ГЛАВА ТРЕТЬЯ : Дмитрий Мансуров
 10  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ : Дмитрий Мансуров  11  ГЛАВА ПЯТАЯ : Дмитрий Мансуров
 12  ГЛАВА ШЕСТАЯ : Дмитрий Мансуров  13  ГЛАВА СЕДЬМАЯ : Дмитрий Мансуров
 14  ГЛАВА ВОСЬМАЯ : Дмитрий Мансуров  15  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ : Дмитрий Мансуров
 16  ГЛАВА ПЕРВАЯ : Дмитрий Мансуров  17  ГЛАВА ВТОРАЯ : Дмитрий Мансуров
 18  ГЛАВА ТРЕТЬЯ : Дмитрий Мансуров  19  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ : Дмитрий Мансуров
 20  ГЛАВА ПЯТАЯ : Дмитрий Мансуров  21  ГЛАВА ШЕСТАЯ : Дмитрий Мансуров
 22  ГЛАВА СЕДЬМАЯ : Дмитрий Мансуров  23  ГЛАВА ВОСЬМАЯ : Дмитрий Мансуров
 24  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ : Дмитрий Мансуров  25  Использовалась литература : В конце времен



 




sitemap