Фантастика : Юмористическая фантастика : ГЛАВА 24 О том, что охота всегда пуще неволи : Анна Одувалова

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24

вы читаете книгу




ГЛАВА 24

О том, что охота всегда пуще неволи

Калларион и Дерри вернулись практически одновременно, и на пару в дурном настроении. Эльф вообще что-то неразборчиво буркнул и уселся за угол гробницы, чтобы его никто не видел. Даже не пожелав разговаривать с Диром и отказавшись от еды, на что Стик, раскладывающий кашу по мискам, только пожал плечами, сказав:

– Не хочешь, как хочешь. Нам такие люди позарез нужны. – Герцог вообще никого никогда не принуждал, руководствуясь принципом: другим больше достанется.

Дерри, в отличие от Каллариона, от ужина отказываться и не думал, в своей обычной манере сожрав все, что оказалось в пределах его досягаемости, правда, хорошего настроения ему это не прибавило. Молодой ксари был задумчив и угрюм, и Анет начала бояться, что ее, мягко сказать, странная просьба будет воспринята в штыки. Еще одним препятствием на пути к достижению цели было то, что Стик решил выставить охрану. Это было разумно в создавшейся ситуации, когда по гробницам свободно бегали оживленные Хакисой мертвецы, но задачу Анет усложняло. Правда, сдаваться она не собиралась.

– Дерри, – тихо прошептала девушка, толкая спящего ксари в бок.

– Что? – сонно пробормотал он. – Опять какой-нибудь дурацкий вопрос?

– Нет. – Анет подсела совсем близко к молодому человеку, чтобы, не дай бог, ее не услышал дежурящий Стик. – Не вопрос, а дело на тыщу баксов.

– Чего-чего? Дело на что?

– Ну, – замялась девушка, подбирая слова, – на много золота.

– Какого золота? – не врубался не желающий просыпаться Лайтнинг.

– Да ну тебя, – не выдержала Анет. – Давай вставай! Пойдем прогуляемся, у меня к тебе чрезвычайно важный разговор.

– А что, здесь поговорить нельзя? – пробормотал Дерри, пытаясь уснуть. – Зачем куда-то тащиться?

– Здесь нельзя, – не отставала Анет, пытаясь поднять парня на ноги силой. Дело принимало скверный оборот: на них уже начинал оглядываться Стикур и активно лез помогать вездесущий гхырх. – Дерри, ну давай же вставай! Пойдем погуляем, ты покажешь мне местные достопримечательности.

Понимая, что отвязаться от Анет и подоспевшего ей на помощь Зюзюки все равно не удастся, ксари со стоном сел на лавочке, приводя мысли в порядок. Что от него хотят, он не понимал, но послушно поплелся за тащившей его за руку девушкой, постоянно налетая на какие-то углы. Когда Анет показалось, что они отошли на достаточно большое расстояние и их разговор никто не услышит, девушка присела на ступеньки какого-то склепа, предложив Дерри место рядом. Из-за решетки заклацал зубами мертвяк, пытаясь полуистлевшей рукой дотянуться до косы девушки. Та на него грозно шикнула, так же как обычно шикала на разыгравшегося Зюзюку, и зомби, обиженно завывая, скрылся в темноте своей гробницы.

– Дерри, мне нужна твоя помощь, – с ходу выпалила Анет.

– В чем? – зевнул ксари, порываясь уснуть прямо так, в сидячем положении.

– Дерри, ты меня не слушаешь! – обиделась девушка. – А дело, между прочим, очень важное. Мне надо, чтобы ты для меня вытащил из гробницы и сжег один древний труп.

Видя, что Лайтнинг молчит, Анет растолковала это молчание как нежелание оказывать помощь, и поспешно добавила:

– Ну пожалуйста, там совсем маленький трупик, а может быть, даже не трупик, а скелетик. Просто я сама не сдвину крышку саркофага, она с виду очень тяжелая, а остальное я могу сделать сама. И решетку открыть, и тело вытащить, и подпалить уж тем более. Поможешь?

– Что я должен сделать? – вышел из шокового состояния Дерри, постепенно понимая, что Анет не шутит.

Девушка устало вздохнула, в который раз убеждаясь, что все мужики непроходимо тупы, и рассказала Дерри всю грустную историю эльфийской принцессы с самого начала, выдавливая из непробиваемого ксари сочувствие.

– Хорошо, – задумчиво кивнул Дерри. – Я тебе помогу. И это Стик, наивный, полагал, что ты ничего не захочешь утащить из гробниц. Ты быстрее, чем я, вляпалась в сомнительную авантюру.

– Я не хочу ничего утащить, и никуда я не вляпывалась, – ответила радостная Анет. – Пойдем скорее доставать скелет!

– Подожди, – остановил ее Лайтнинг, – я еще не договорил. Я помогу тебе, но только в ответ на одну твою услугу. Мне тоже понадобится твоя помощь.

– В чем?

– В чем, в чем? Надо. Так поможешь или нет?

– Ну я не знаю, – засомневалась девушка. – Кто знает, что ты от меня потребуешь? Может, мертвяков из одного склепа в другой перетаскивать заставишь, я откуда знаю?

– Может, и заставлю, – усмехнулся Дерри. – А то своего мертвяка она таскать согласна, а моего нет.

– Дерри, ну не издевайся надо мной! Расскажи все по порядку. В чем будет заключаться моя помощь? А я подумаю, соглашаться или нет. Я же тебе четко обрисовала свою проблему и сказала, что ты будешь делать, а ты все от меня скрываешь. Нет, так я ничего пообещать тебе не могу.

– Ладно, я тебе расскажу. Но учти, если ты мне помогать не будешь, то и от меня помощи не жди. Сама корячься с саркофагом, а когда все равно не сдвинешь его с места, сама объясняйся со своим недовольным призраком.

– Злой ты, – обиженно надула губы девушка. – Давай, гадкий, рассказывай, в какую авантюру ты хочешь меня втравить.

– Мне надо, чтобы ты помогла мне вскрыть гробницу одного древнего ксари.

– И ты туда же! – застонала Анет. – А ты-то что, сам не можешь?

– Во-первых, за решеткой прыгает хозяин склепа. Что ты прикажешь мне с ним делать? Порубить на мелкие кусочки, чтобы они потом до Круга вечности ползли за мной, пытаясь ухватить за штанину и добраться до горла. Ну уж нет. Ты его без проблем сможешь пришибить молнией или пульсаром. Потом, на гробнице очень толстая решетка из металлических прутьев, я сам ее ни за что не сломаю.

– Ладно, помогу, – кивнула девушка. – Пусть у нас сегодня будет день вскрытия древних гробниц. А зачем тебе это надо?

– Там адага.

– Что-что?

– Адага – оружие, подаренное гномами Апостерону Светлому, первому правителю-ксари.

– То есть ты хочешь, чтобы я подло сожгла великого правителя, пока ты v него забираешь некую ценную вещь, да?

– Ну не хочешь…

– Не хочу, но, так и быть, помогу. Чую, что нам очень сильно достанется от Стика, если он узнает о наших с тобой планах на ночь. Надеюсь, твоя адага стоит того, чтобы ради нее подвергать себя опасности.

– Ну что, по рукам? – улыбнулся Дерри, помогая девушке встать со ступеней гробницы.

– По рукам, – вздохнула Анет, показывая пальцем в ту сторону, в которую им надо было идти. – Нужно все сделать как можно быстрее, а то Стик и так, наверное, гадает, куда мы с тобой запропастились.

– Ну и пусть гадает сколько угодно, лишь бы не пронюхал, чем мы занимаемся, раньше времени. Иначе точно нам с тобой серьезно влетит. Особенно мне, как старшему.

Анет уверенно двинулась вперед к гробнице Лараны. Девушка еще не успела забыть ее месторасположение, да и находилась усыпальница недалеко от их лагеря.

– Ларана, – полушепотом позвала Анет. – Ларана, давай выходи! Мы пришли. Сейчас будем ломать решетку и доставать твое тело.

– Не пойду, – прошелестел едва слышный голос из склепа.

– Это еще почему?

– Боюсь.

– Позволь спросить, чего? – удивилась девушка.

– С тобой ксари. Я боюсь ксари.

– Дошли, – закатил глаза Дерри. – Меня боятся даже призраки.

– Ларана, не дури! Иначе мы начнем вскрывать гробницу без тебя или вообще уйдем. Давай уж показывайся! Дерри ничего тебе не сделает. Он хороший.

– Точно не сделает?

– Точно, точно, – закивал молодой человек, присматриваясь к прутьям решетки. – Да и что я могу тебе сделать? Ты же призрак.

Уступившая уговорам эльфийка неслышно появилась возле Анет со словами:

– А решеточку-то обязательно ломать? Она такая красивая.

– Обязательно, – пробормотала Анет. – Дерри, ты сам справишься или мне молнией попробовать?

– Сам. – Молодой человек уже взялся за тонкие витые прутья и громко запыхтел от напряжения. Его мышцы вздулись под тонкой тканью рубашки, на лбу уже выступили прозрачные бусинки пота. Даже призрачная принцесса смотрела на мучающегося ксари с интересом, без капли страха в огромных темных глазах.

– Дерри, может быть, мы ее все же молнией, а?

– Нет. – Прутья под руками Дерри начали понемногу разъезжаться в стороны. – Ты лучше побереги силы. Это не последняя решетка, с которой нам сегодня придется иметь дело. Ну вот и все. Кажется, в эту дыру я смогу пролезть. – Лайтнинг проворно нырнул в склеп и выругался, стукнувшись головой об очень низкий потолок. – Анет, посвети-ка мне. Ничего не видно.

Девушка на негнущихся ногах – отчего-то стало невероятно страшно – подошла вплотную к решетке и сунула внутрь склепа руку с горящими кончиками пальцев. Пульсары она с недавних пор зажигать не решалась. Анет стояла и дрожала, боясь сунуть в склеп голову. Казалось, завывающих во всех концах усыпальницы Великих зомби она боялась сейчас гораздо меньше, чем неизвестности этого маленького и тихого склепа. Рука с огоньками на кончиках пальцев дрожала, и чудилось, что ее обязательно схватит кто-нибудь страшный, сидящий внутри. Поэтому когда Дерри, со словами «Ну и что ты там встала? Давай лезь сюда», взял девушку за руку, Анет с диким визгом отскочила в сторону.

– Ты что? – Светлая голова ксари появилась из темноты склепа и укоризненно уставилась на испуганную девушку. – Ты что, с ума сошла? Чего ты орешь? Сейчас прибежит Стик спасать тебя, нервную, от страшных чудовищ. Сама будешь перед ним оправдываться и объяснять, чего делаешь рядом с почти разграбленным склепом.

– Я просто испугалась, – пришла в себя Анет. – Мне что, прямо к тебе в склеп лезть, да?

– А ты что думала? Я сдвинул крышку саркофага, надо посмотреть, что там лежит. Может быть, тело и не надо отсюда вытаскивать, а сжечь прямо в гробу.

– Страшно, – неуверенно отозвалась девушка, делая осторожный шаг вперед.

– Ну что я, уговаривать тебя буду, что ли? Больно надо. Давай уж лезь. – Голова Дерри исчезла за решеткой. – И вообще, чья это была идея? Моя, можно подумать. Давай быстрее. Можешь глаза закрыть и не смотреть. Без тебя я все равно не смогу зажечь тело. У меня спичек нет.

Анет зажмурилась и шагнула к Лайтнингу, пребольно запнувшись за решетку и полетев вперед. Если бы ксари ее не поймал, она бы угодила прямиком в саркофаг с костями принцессы. Сама Ларана осталась снаружи склепа. Она не хотела смотреть, как горит ее тело. Женская логика позабавила Дерри. Похоже, она не менялась в лучшую сторону и после смерти. Хотя для впечатлительной юной девушки на самом деле, наверное, тяжело увидеть свое тело, которое она помнила молодым и красивым, в таком состоянии. Так что эльфийскую принцессу Дерри в какой-то степени понимал, а вот трясущуюся от страха Анет – нет. Зомби она уже не боялась, отмахиваясь от них, как от надоедливых тараканов, а безобидные останки, мирно пролежавшие в гробу более тысячи лет, приводили ее в ужас. И ладно бы, ее заставляли вскрывать чужую гробницу насильно, нет. Все придумала сама, его подбила на эту авантюру и теперь стоит и трясется от страха. Так, спрашивается, зачем все это было надо? Дерри сгреб в переднюю часть саркофага все драгоценности, а в заднюю – кости принцессы. – Все, Анет. Поджигаем, зажимаем нос и уходим отсюда минут этак на десять.

– Ты думаешь, Стик ничего необычного не заметит? – неуверенно спросила Анет у стоящего рядом Дерри, разглядывая валящий из гробницы клубами дым.

– Может, и заметит, – пожал плечами ксари. – Главное, чтобы он не сопоставил странности, творящиеся в гробницах, с нашим отсутствием. А для этого нужно как можно быстрее собрать нашу принцессу в мешочек и смотаться с места преступления. Тем более вечер для нас с тобой еще не закончился.

Рядом тихо заплакала эльфийка. От ее слез, крупными туманными бисеринами стекающих по бледным призрачным щекам, Анет пробрал озноб. Накатила тоска, не дающая вздохнуть. Все неприятности и несчастья вспомнились разом, и девушка почувствовала, что теряет над собой контроль, погружаясь все дальше в пучину отчаяния.

– Ларана! Прекрати это безобразие немедленно! – Испуганный голос Дерри долетел до сознания Анет, уже начинающей всерьез подумывать о том, как бы побыстрее и поэффективнее свести счеты с жизнью. Призрачная принцесса последний раз всхлипнула, и отчаяние стало отступать.

– Ты что делаешь? – напустился ксари на Ларану. – Ты нас убить хочешь? Ты что, не знаешь, чем твои слезы чреваты для живых?

– Простите. – Принцесса была несколько смущена. – Я больше не буду, я не хотела ничего такого, правда. Просто этот склеп столько времени был моим домом, а теперь меня ждет неизвестность. Я боюсь выходить на поверхность, я не видела мир более тысячи лет.

– Что? Что это было? – наконец пришла в себя Анет.

– Прости, – грустно улыбнулась призрачная принцесса. – Это все мои слезы виноваты, я забылась и подвергла вас опасности. Я же призрак, а это не всегда хорошо для находящихся рядом со мной живых. Но вы не переживайте, я буду следить за своими чувствами, и подобное больше не повторится.

– Ладно, забыли и пошли дальше, – поставил точку в разговоре Дерри. – Только, Ларана, к тебе последняя просьба. Не могла бы ты исчезнуть и не появляться, когда кроме меня и Анет есть еще кто-нибудь. Дело в том, что компания у нас подобралась маленькая, но очень уж странная, и, боюсь, некоторые будут нервничать, если узнают, что с нами отправишься еще и ты. Рано или поздно этот факт все равно откроется, но лучше попозже.

– Хорошо, – кивнула все еще смущенная эльфийка. – Меня саму пока еще, после стольких лет одиночества, тяготят живые люди. Так что я исчезаю уже сейчас, понадоблюсь – зовите. А ты на самом деле хороший, ксари. Зря я тебя боялась. Мы, призраки, видим сущность живых, твоя сущность светлая и немного грустная, – добавила Ларана и исчезла.

– Фу, – выдохнула Анет, наблюдая за вылезающим из склепа Дерри с небольшим поясным мешочком в руках. – Одно дело, слава богу, сделано. Прячь давай прах принцессы. А то, не дай бог, кто-нибудь из наших его найдет и выбросит за ненадобностью. Ты представляешь, что с нами за это сделает разгневанный призрак? Я не представляю, но все равно жуть берет.

– Твоя принцесса, вот ты и прячь, – усмехнулся Дерри, протягивая девушке мешочек. – На пояс повесь, одним больше, одним меньше – все равно. Тем более, если он будет висеть у тебя на поясе, его уж точно никто по ошибке не выбросит.

– Ладно, – согласилась девушка после недолгого раздумья. – Пойдем дальше, что ли? Не хочешь свою гробницу оставить на завтра? А то не выслал бы Стик поисковый отряд.

– Не пытайся увильнуть от обещания. Мы все сделаем сегодня. А Стик… Не волнуйся ты, он не будет нервничать, если ты со мной. А сейчас прости, красавица, но придется немного пробежаться. До залов ксари далековато, и если мы будем идти туда прогулочным шагом, то не успеем обернуться и к утру, а мне бы еще хотелось немного поспать этой ночью.

Анет уже через десять минут тихо проклинала Дерри. Такими темпами она скоро станет просто олимпийской бегуньей. Немного пробежаться в понимании Дерри – значит нестись во весь опор. До места они, конечно, добрались очень быстро, но чего это стоило? Анет с тихим хрипом опустилась на парапет у гробницы, даже не обратив внимания на бьющегося в прутья мертвеца с горящими фиолетовыми глазами ксари.

– Ну что, быстро добежали, да? – обратилась она к Дерри, который почти не запыхался. – А теперь вот сиди и жди, пока приду в себя, хотя бы для того, чтобы встать и поднять руку. Мои легкие сейчас выпрыгнут через рот.

– А ты его пока не открывай, – посоветовал ей ксари, нетерпеливо приплясывая перед решеткой соседнего склепа.

– Если я не открою рот, – приваливаясь к стене, возразила Анет, – то они выпрыгнут через уши или нос. Или еще через какое-нибудь место… Уж пусть лучше через рот. Ладно, давай говори, что мне делать. Быстрее начнем – быстрее закончим.

– Надо снести решетку. С такими толстенными прутьями я не справлюсь.

– А точно надо? – поинтересовалась девушка, с трудом заставляя себя встать. – А с этим красавцем что делать будем? Не пришлось бы бегать от него по всем гробницам. Смотри, как, гадина, глазом косит. Может, мы его сначала того… пока он сидит в клетке и никуда не может из нее выбраться.

– А как? – тупо поинтересовался Дерри, который в непосредственной близости к желанной адаге перестал соображать.

– Как, как? – передразнила его девушка. – Так же, как и решетку – молниями, я по-другому все равно не умею. Могу в принципе пульсаром, но зачем? Силы отнимает больше, а эффект такой же.

– Ну давай уж быстрее делай что-нибудь! – нервничал ксари, с нетерпением переминаясь с ноги на ногу. – Хочешь, ломай решетку, хочешь, сначала убивай зомбяка, потом ломай решетку. В общем, действуй как-нибудь. Я очень хочу адагу!

– А ты точно уверен, что то, что тебе надо, находится именно здесь? Нам потом не придется вскрывать все усыпальницы ксари одну за другой?

– Анет, не издевайся надо мной! Принимайся за работу, адага здесь, я ее чувствую. И она очень хочет, чтобы я ее забрал себе.

– Ну насчет последнего заявления что-то очень сильно сомневаюсь, – не согласилась Анет, прицеливаясь по маячившей между прутьями решетки мумифицированной роже мертвяка. С первого раза конечно же не попала, и тут же что-то нервно пробормотал Дерри. Девушка подумала, что он сейчас напоминает ей футбольного болельщика перед телевизором, который весь полуторачасовой матч ждет, чтобы любимая команда наконец-то забила хотя бы один гол, и вот… мяч оказывается у игрока, стремительно летит в сторону ворот… и не менее стремительно пролетает мимо. Вопль отчаяния у болельщиков на трибунах, стопка валерьянки из рук жены и недельная депрессия до следующей игры. Вот и Дерри, точно так же переживал за спиной девушки. Правда, стопку валерьянки ему подать никто не мог, да и Анет, в отличие от футбольной команды, была в непосредственной близости от нервного ксари, а не по ту сторону «голубого экрана». Поэтому все «психи» Дерри сильно раздражали, мешали сосредоточиться, и Анет мазала и мазала по весело бегающему по стенам склепа древнему правителю.

– Слушай, – не выдержала девушка, – если ты будешь так громко вздыхать при каждом моем промахе и сопеть мне в ухо, я никогда не попаду. Сядь, посиди где-нибудь в сторонке, главное, не нервируй меня. Что ты бесишься, все равно я рано или поздно попаду в эту тварь. Да, с меткостью у меня плохо, но не надо притворяться, что ты этого не знал. Сейчас все будет нормально. Ты, главное, мне не мешай. Что ты здесь все крутишься и не даешь мне сосредоточиться? Твоя адага пролежала почти две тысячи лет, я не думаю, что еще десять минут сыграют какую-нибудь роль.

Как только обиженно сопящий Дерри отошел в сторону, дела пошли лучше. Анет удалось зацепить несколько раз мертвяка молнией. Это не убило тварь, но носиться по стенам она стала не так резво, давая девушке время и возможность прицелиться.

– Ну вот видишь, моя задача наполовину выполнена. Стоило ли так переживать? – поинтересовалась Анет, опускаясь на холодный камень рядом с Дерри, после того как бывший великий правитель превратился в маленькую кучку пепла.

– Вот именно, только наполовину, – обиженно возразил ксари, выразительно косясь на все еще целую решетку гробницы. – А ты уже уселась. Анет, давай быстрее ломай решетку, ты что, забыла, там адага, которую я очень хочу.

– Похоти ее еще чуть-чуть, а я немного передохну. Сколько я на этого твоего ожившего сородича молний извела? Дай хоть отдышаться. Я несколько раз попала в железный пруток, и ему хоть бы что. Мне кажется, что решетку придется не перебивать, а плавить. Или, по крайней мере, разогревать докрасна, чтобы она стала более хрупкой, а потом уже бить по ней чем-нибудь тяжелым. У тебя есть что-нибудь тяжелое?

– Вон камней сколько. – Дерри поднял с земли отколовшийся от угла гробницы кусок. – Ты, главное, разогрей, а там, если эти брусья можно перебить, я это сделаю.

– Сейчас. – Анет поднялась со ступенек и направилась к решетке. – Ты уверен, что в склепе нас не поджидает никакая пакость? Вспомни, что Стикур говорил перед входом в усыпальницы?

– А ты больше слушай Стика, – насмешливо пожал плечами Дерри, – он у нас известный паникер и перестраховщик, особенно если участвует в такой сложной миссии, как эта. Даже не забивай себе голову всеми глупыми сказками и страшилками, которыми любит всех пугать Эскорит. Если бы мы были не на задании, они с Дироном в первых рядах помчались бы проверять, что в гробницах спрятано интересного.

– Ну смотри у меня, – погрозила Анет Дерри пальцем и направила толстую струю огня на один из прутьев решетки. Как и договаривались, Анет раскалила толстую железную проволоку докрасна, а Дерри погнул горячие и поэтому податливые прутья вручную, с помощью подобранного здесь же булыжника.

– Моя адага! – радостно пробормотал ксари и исчез в склепе. На этот раз Анет он с собой не звал, и девушка, обрадованная этим, уселась в стороне. Хоть неспокойный жилец склепа и осыпался пеплом от ее молний, идти второй раз за ночь в чью-то гробницу совсем не хотелось.

Дерри тем временем достаточно быстро в темноте склепа обнаружил саркофаг и, не опасаясь наткнуться ни на чьи кости, быстро обшарил его дно, отгребая совершенно ненужные драгоценности. Рука легла на слегка блеснувшую в темноте тонкую перекладину адага, и Дерри возликовал. Все же древнее оружие оказалось здесь. Конечно, пока неясно, насколько оно хорошо, но это и неважно, главное – легендарная адага у него. Лайтнинг уже повернул к выходу, когда сзади, у себя за спиной, скорее угадал, чем увидел быстрое смазанное движение. Парень рванул вперед, движимый одними инстинктами, и кубарем вылетел к ногам Анет. Девушка испуганно подскочила и с ужасом уставилась на черный дым, тонкой струйкой выползший вслед за Дерри из склепа.

– Бежим быстро! – скомандовал ксари и схватил Анет за руку. Уже на бегу она заметила, что у аморфного черного тумана появились янтарные глаза и сам он постепенно приобретал форму чего-то жуткого и угрожающего.


Стикур недоумевал, куда могли запропаститься Дерри и Анет. Он, конечно, радовался, что они ушли вместе. Но так надолго? Его дежурство походило к концу, уже даже проснулся готовый его сменить Дир, а парочка все не появлялась. Крик Анет герцог не мог перепутать ни с чьим, вопила девушка по поводу и без, а вот чтобы заорал Лайтнинг – должно было произойти что-то особенное. Они вылетели из-за поворота на пару, держась за руки, с вытаращенными от ужаса глазами и воплями. По сравнению с визгом Анет, крик ксари воспринимался, конечно, не так эффектно. За ними плавно и неумолимо летело темное туманное облако. Рядом выругался проснувшийся Дир. Резко вскочил и сразу же начал плести сложное заклинание Калларион, а Стик дал себе обещание, что, как только тварь, идущая по пятам Дерри и Анет, будет уничтожена, он самолично придушит ксари, который бежал как-то странно, прижимая рукой к боку что-то, видимо, невероятно ценное. Перепуганная Анет и ошалелый Дерри нырнули за спину эльфу и, переводя дыхание, затаились за стеной гробницы. На Стика они старались не смотреть, а только ждали окончания заклинания Каллариона, надеясь, что преследующая их тварь куда-нибудь денется. К пению эльфа присоединился Дирон, и дело у них пошло быстрее. Черная тень с горящими глазами стала уменьшаться в размерах и бледнеть, пока не исчезла совсем с тихим хлопком, оставив после себя в воздухе только легкий запах тлена.

– Давай показывай, какая вещь стоила того, чтобы подвергать себя и Хранительницу такой опасности, – холодным голосом обратился к Дерри Калларион. – Ты хоть представляешь, что за вами гналось? И насколько трудно этого демона-хранителя изгнать обратно?

Лайтнинг сжался под взглядом нечеловеческих глаз и в который раз удивился, почему Калларион его так боится. Ведь сам он был намного опаснее. Дерри осторожно извлек на свет тонкую изящную адагу, на которой за тысячи лет не появилось ни одного темного пятнышка. Это действительно было великолепное оружие, выкованное по заказу богов древними гномами. Серебристое лезвие, торчащее перпендикулярно тонкой рукоятке с острыми иглами-краями, отливало холодным голубым светом. Поговаривали, что некогда гномы-умельцы заковали в адагу магическое пламя. По легендам – это было единственное оружие ксари, обладающее магическими свойствами. Оно убивало любую нечисть лучше молний и пульсаров магов, а также защищало и предупреждало своего владельца об опасности.

– Да, – выдохнул эльф, – подобное оружие стоит того, чтобы ради него рисковать жизнью. Мне нечего сказать тебе, ксари. Я бы поступил так же.

– Тебе, может, и нечего! – начал наступать на зажавшихся в углу Дерри и Анет Стик. – А мне вот есть чего сказать и тому и другому! Я должен был предположить, что Дерри Лайтнинг не удержится и попытается с риском для своей никчемной жизни умыкнуть из гробницы хоть какую-нибудь дрянь!

– Это не дрянь, – попытался безуспешно оправдаться ксари, но, взглянув на злющего Стика, предусмотрительно заткнулся.

– Ладно, ты идиот! Это ясно всем, а вот что в твоей компании делает Анет? Два дурака нашли друг друга, так?

– Так, – кивнула на все согласная девушка, но Стик этого жеста доброй воли не заметил. Сейчас он был занят тем, что орал на Дерри, Анет подозревала, что ее очередь настанет чуть позже.

– Я еще могу понять, зачем ты сам поперся взламывать гробницу! Я удивляюсь, как сам не вспомнил легенду про адагу раньше и не посадил тебя на цепь перед входом в катакомбы. Я не могу понять, зачем ты поволок с собой Анет?

– Там была решетка и мертвяк.

– Очень содержательное оправдание.

– Решетка была толстая, а мертвяк оживший, – тихо пояснила, на свою голову, Анет.

– Решетка толстая, а мертвяк оживший! – с удвоенной силой заорал Стикур, поворачиваясь к девушке. – И ты пошла, чтобы посмотреть, так, что ли? Объясните мне толком! Я не понимаю подобного глупого поведения!

– Ну Дерри не мог сломать решетку и избавиться от зомби, который занимал место в склепе. Я ему помогала, – пропищала Анет, ожидая очередной вспышки гнева, но герцог только махнул рукой со словами: – Я больше не могу. Я еще, наивный, думал, что на подобные глупости у нас способен один только Дерри, а нежная, впечатлительная Анет может только орать и в чужой склеп ни за что не полезет. И на вот! Она помогала Лайтнингу ломать решетку и убивать мертвяка, который, между прочим, ничего плохого не сделал, он тихо сидел у себя в домике и никому не мешал. Все! Вы меня вывели! Молчите и не говорите ничего. Дерри, с тобой я не знаю, что делать, вероятно, уже ничего не поможет. Можно разве что облегчить жизнь Сарту и пришибить тебя. А ты, Анет, если еще хоть раз за наше путешествие изволишь испугаться и заорать, я не знаю, что с тобой сделаю! Ты меня поняла? Если ты не побоялась лезть в древний склеп с этим авантюристом, несмотря на все мои предупреждения, значит, по идее, тебя не должно испугать уже ничего.

Этой ночью все же удалось немного поспать, хотя Стикур и грозился в наказание поставить дежурить до утра Дерри, а Анет прикрепить к нему – так, за компанию, чтобы было не скучно бдеть. Но не спали, несмотря на все вопли герцога, Дир и Калларион. Впрочем, эльф не сидел в лагере, а опять куда-то смотался и не появлялся до самого утра. Он пришел, когда Анет уже проснулась и, зевая, приводила в порядок свои спутанные волосы. Калларион был еще мрачнее, чем день назад. Создавалось впечатление, что весь его интерес к путешествию, в которое он сам напросился, иссяк. Если бы эльф заявил, что передумал идти дальше и поворачивает назад, Анет бы точно не удивилась. Лицо Каллариона было отрешенным и отражало полную апатию и сильнейшую душевную боль. Такое лицо, наверное, могло быть у Стика, если бы в замке Хакисы вместо хозяйки его ждала записка: «Извините, самоизгналась. Заходите через тысячу лет». Впрочем, нет, в этом случае герцог был бы удивлен и раздосадован, но в конечном счете рад, а вот если бы пресловутая записка гласила: «Сменила место жительства. Присылать письма и телеграммы по новому адресу: Кен-Корион, Хакисе арм-дамашской. Прежний адресат выбыл из Кен-Кориона. Обращаться: ближайшее кладбище, могила № 3». Вот тогда Стикур, наверное, был бы в том же состоянии, что и эльф, который не делился ни с кем своими переживаниями, даже с Диром. Маг ни один раз подкатывал к нему с расспросами, но, по-видимому, безрезультатно. Анет приходилось только гадать, чем вызвана тоска Каллариона.

Дирон в очередной раз подошел к другу, пытаясь начать разговор, но эльф только помотал головой, складывая в мешок скудные пожитки. Все остальные во главе со Стоком уже собрались, и Калларион с магом разместились в конце отряда, перед Зюзюкой, задирающим каждого мертвяка за решеткой. Эльф, опустив глаза, начал что-то тихо рассказывать Дирону. Анет, как ни крутилась, так и не смогла разобрать ни слова, к тому же ее очень быстро одернул Дерри, сказав, что подслушивать нехорошо, по крайней мере, это надо делать не так заметно. Поэтому молодые люди замешкались, копаясь в дорожных мешках, и заняли стратегически выгодную позицию сзади магов. Теперь вертеться не было нужды, но эльф говорил настолько тихо и мелодично, что Анет не разобрала ни единого слова.

– Келл, ну если не хочешь говорить о том, что ты так долго искал, но не нашел в эльфийских усыпальницах, то расскажи хоть, с чего это ты, добропорядочный эльфийский принц, вдруг увлекся магией, да и еще запретной ее частью? – осторожно начал прощупывать почву Дирон, понимая, что одно неосторожное слово, и эльф опять замкнется в себе, а значит, в ближайший день на разговор его будет вывести невозможно. Но Калларион на этот раз только вздохнул и, грустно улыбнувшись Диру, начал:

– Ладно уж, слушай. Ты же не отстанешь, я это понял. Все равно выспросишь все, не так, так эдак. Тем более то, что я не нашел в этих гробницах, напрямую связано с моим увлечением магией, по крайней мере с его истоками.

Когда-то невероятно давно, так давно, что, кажется, этот мир был другим, у меня была невеста. Прекрасная эльфийка, принцесса, но не наследная и даже какая-то моя очень далекая родственница. Обе наши семьи были невероятно счастливы, что их чада полюбили друг друга. Родители вовсю готовились к свадьбе.

Как и положено жениху в день помолвки, за полгода до свадьбы, я преподнес своей невесте подарок – золотой гарнитур, сделанный в лучшей гномьей мастерской, и по глупости, по молодости и наивности сказал ей, что, пока она носит эти украшения, наша любовь жива, будто бы эти тонкие изящные драгоценности на ее руках и шее оберегают меня от зла. И если она не будет расставаться с ними, то наша любовь не умрет никогда. В этот же день я уехал по тайному срочному делу – готовилось изгнание Хакисы, которое в конечном счете, как ты знаешь, закончилось победой. Предваряя твой вопрос, скажу, что в самом ритуале я не участвовал и подробностей не знаю. Я тогда был слишком молод, несведущ в магии и занимался стратегией, и то больше смотрел и учился, нежели действовал сам.

Домой в Д'Ларвин я приехал за неделю до свадьбы. Там меня ждали печальные вести и ненависть родителей нареченной, которую убили из-за того проклятого гарнитура – моего подарка, который я просил беречь больше жизни, так как он хранил нашу любовь. Она и берегла, даже тогда, когда драгоценности приглянулись появившейся на балу Хакисе. Родители принцессы обвинили, и, наверное, справедливо, в этом несчастье меня и даже не посчитали нужным сообщить о смерти невесты. А когда я со свойственной молодости горячностью объявил, что обязательно найду способ вернуть их дочь к жизни, они пришли в ужас и сказали, что спрячут тело так, что его никто не сможет найти, и они выполнили свое обещание.

– Ты искал здесь усыпальницу своей любимой? – потрясение пробормотал Дир. – Но зачем? Точнее, я хотел сказать не совсем то, почему именно сейчас?

– Я нашел возможность вернуть к жизни Ларану, так ее звали. Для этого мне пришлось проделать колоссальную работу, за которую в конечном счете меня и изгнали.

– Но ведь доказано, что любые эксперименты с телом умершего в конечном счете приводят к созданию зомби. Может получиться просто восставший мертвец, ничего не соображающий, или более совершенная модель, но так или иначе это будет не более чем живой труп. Не зря родители невесты боялись этого и спрятали тело. Понимаешь, что ты собирался сделать и на что обречь свою любовь?

– Ты не понял меня. Когда я сказал, что нашел способ вернуть Ларану к жизни, я имел в виду не операции с мертвым телом, а нечто принципиально новое. Маг, присутствующий при захоронении моей невесты, по секрету поведал мне, тогда еще просто жаждущему мести, что душа Лараны не упокоилась совсем, превратившись в призрак, который можно расспросить о смерти, если удастся разговорить. Этого я сделать не успел: в усыпальницу к принцессе, тогда находящуюся в Д'Ларвине, меня не допустили. Но в это же время у меня возникла идея, которая позже переросла в интересную гипотезу. Я провел много исследований и понял, что в некоторых, очень редких, случаях можно оживить умершего человека, и тело для этого не нужно, нужен его неупокоенный дух.

– А если духа нет?

– Если нет неупокоенного духа или, как его еще называют, призрака, ничего не получится. Ведь согласись, в человеке главное не тело, а душа. Если душа посчитала, что все дела в этом мире завершены, то пытаться вернуть ее обратно не стоит, все равно ничего не получится. Разработанное мною заклинание не является шаблонным. То есть подходит только для одного конкретного случая, для Лараны. Для претворения в жизнь этой идеи мне надо было отыскать призрак девушки, что я мог сделать и много лет назад, а также вернуть украденный Хакисой гарнитур. Когда я понял, что именно мне нужно, Хакиса вместе с замком и, соответственно, всеми украшениями была уже несколько сотен лет в небытии, и меня охватило отчаяние. Все труды оказались напрасны. Когда же я услышал о том, что Повелительница тьмы вырвалась на свободу, я понял, что это мой шанс, и нашел вас. Не думал, что, когда удача, казалось, улыбнулась мне, я не смогу найти Ларану. Много лет назад я провел детальное расследование и был уверен, что захоронение здесь. Я нашел точное место. Я его облазил вдоль и поперек, но ничего похожего на призрак не нашел. Все гробницы либо пусты, либо в них прыгают ожившие мертвяки.

– Да, – печально вздохнул маг. – Не позавидуешь твоей судьбе. Тысячу лет идти к тому, чтобы найти любимую, и не обнаружить ее – это тяжело. Но ты не теряй надежду, я думаю, если мы заберем гарнитур у Хакисы, можно будет попробовать найти и твою Ларану. Не могла же она исчезнуть бесследно. А ты уверен, что в этом случае все получится?

– Конечно, нет. Сейчас я вообще ни в чем не уверен. Слишком много «если». Если призрак вообще когда-либо существовал, если мы его найдем, если Ларана стала призраком именно потому, что берегла нашу любовь и этот треклятый гарнитур, а не по какой-нибудь другой причине. Знаешь, ведь бывали призраки, которые появлялись, потому что при жизни не успели вовремя покормить свою киску или всю неделю собирались выкинуть из ведра мусор и вот – не успели. Это незавершенное дело настолько тяготило их и так прочно засело в мозгу, что душа не смогла освободиться. Заклинание, с помощью которого я хочу вернуть к жизни принцессу, по своей сути просто, но для этого нужно очень хорошо знать объект воскрешения и то, что ему было больше всего дорого при жизни. Очень часто именно это заставляет призрак обитать в нашем мире. Заклинание похоже на ритуал, упокоивающий призраков, с той лишь разницей, что при упокоении мы даем призраку то, без чего он не может уйти из этого мира, или помогаем завершить начатое дело и машем ручкой. А при воскрешении, по моему мнению, надо манить дух в наш мир теми дорогими для него вещами, которые остались здесь. Если позвать дух усопшего правильно, может быть, он и вернется в нашу жизнь. Если хочешь, как-нибудь я расскажу тебе суть этого заклинания более детально, чтобы ты не на словах мог понять принцип его действия. Как ни странно, но разговор с тобой помог мне. Я обрел надежду. На самом деле, если драгоценности будут у меня, я уверен, Ларана рано или поздно найдется.

– Я рад, что тебе стало легче. – Дир потрепал подбежавшего Зюзюку и сунул гхырху в пасть большой кусок черствого хлеба, валяющийся в кармане с незапамятных времен. Вечно голодный зверь сожрал это сомнительное угощение без малейшего промедления, и маг в который раз подивился, насколько странного гхырха подобрала Анет. Он слушался всех, хотя, безусловно, приоритетными были приказы хозяйки. Ел тоже все. Его предпочтения в еде были вполне человеческими. То есть в принципе он бы с великим удовольствием лопал одни сушеные яблоки, но, если они заканчивались, ел все остальное, включая сырое мясо и черствый хлеб, пусть и без особой охоты. Скандалов при этом не было, он не пытался кусаться или качать права, как все остальные его сородичи. Иногда, правда, доставалось Анет. Зверь начинал ходить вокруг нее кругами и зудеть весь день, требуя еды и внимания, но все быстро заканчивалось, как только девушка громко и доходчиво поясняла Зюзюке, что все устали и хотят много нямы, а не только он один. Вот и сейчас гхырх тихонечко подкрался к девушке в надежде вытребовать у нее какое-нибудь угощение, но бдительная Анет, как всегда, видела все, в том числе, что Зюзюку подкармливает сердобольный маг, к которому в последнее время присоединился еще и эльф, изначально не очень жаловавший их «семейную» животину.

– Ты уже за утро сожрал свою дневную норму нямы! – одернула девушка подлизывающегося гхырха. Вон иди у Стикура выпрашивай. Все, что было в моих карманах, ты съел давным-давно.

– Анет, притормози немного, – придержал девушку Дерри, отодвигая себе за спину.

– Что случилось? – удивилась она и увидела, что Стик, делая знак рукой, стремительно отступает назад.

– У нас очень большие неприятности, – коротко бросил он. – Где маги? Что они, как всегда, тащатся где-то в конце отряда, разговаривая на околомагические темы, когда нужна их помощь?

– Стикки, что произошло? – начал Дир и замолчал на полуслове. Задавать вопросы не было нужды, все стало ясно. На них плыли три темные, закованные в металл фигуры – демоны смерти.

– Бежим, – крикнул Калларион, понимая, что скрыться они не успеют. Надежда на спасение была слабой, точнее, ее не было вообще. Демоны смерти практически непобедимы, и удрать от них нельзя. Они могут преследовать свою жертву бесконечно, загоняя в угол, и в конечном счете схватят. Единственное, что могло испугать темных воинов, – солнечный свет, но его не было в помине и в ближайшее время не предвиделось. Ну и еще могли их спасти слезы невинно убиенной души. Но этакое чудо найти еще сложнее. Хакиса рассчитала все предельно точно. В усыпальницах Великих Анет оказалась точно в клетке, из которой не выбраться, минуя слуг Повелительницы тьмы. Сейчас темные воины неумолимо двигались вперед, не отводя красных горящих глаз от прижавшейся к стене склепа девушки. Рядом с ней стоял воинственно настроенный Дерри, со своей адагой, зажатой в правой руке. Он готовился защищать спутницу и, похоже, единственный из их компании не понимал, насколько это бесполезно.

– Дерри, – сдавленно пробормотал Стик, – это не имеет смысла. Тебя просто убьют, у нас нет шансов.

– И что ты этим хочешь сказать? – по-звериному рыкнул ксари, не спуская глаз с приближающихся демонов.

– Если им нужна я, – тихо пролепетала Анет, – может, и ладно, отдайте меня и – с концами, если они такие непобедимые. Все равно ведь я достанусь им. Так какая разница, сейчас или через десять минут, тогда, когда вас убьют?

– Не все равно, – не отступался Дерри.

– И мне не все равно, – тихо шепнула Анет, глядя в огромные, полные ненависти глаза темных воинов. – Лучше я погибну одна, чем вместе с вами со всеми. Зачем вам умирать, когда еще можно жить? Я не понимаю вас. Лайтнинг, отойди, дурак и самоубийца! Вали отсюда, кому сказали! Тебя сейчас убьют, и я окажусь перемазанной в твоей крови. Не хочу!

Анет всеми силами пыталась вылезти из-за спины ксари или хотя бы оттолкнуть его в сторону, спасая от меча страшного порождения тьмы. С каждой секундой демоны смерти становились ближе. Анет не могла прорваться вперед, мимо стоящего намертво Дерри. К ним дернулся Стик, видимо тоже потерявший остатки разума и решивший со славой погибнуть за компанию. Выругавшись, за Стикуром бросились Дир и Калларион, и Анет застонала, понимая, что из-за ее проклятого браслета сейчас вместе с ней погибнут еще четыре человека и один гхырх. Девушка закрыла глаза, не в силах смотреть на приближающуюся смерть, и прижалась щекой к рубашке стоящего впереди Дерри. Сдвинуть его с места она все равно не могла, тем более впереди плотной стеной стояли два мага и Стикур. Девушка положила руку на пушистую голову Зюзюки, прильнувшего к ее ногами, и заплакала, услышав рядом с собой громкие всхлипывания Лараны, про которую Анет уже успела забыть.

Девушка-призрак появилась в воздухе из ниоткуда и плавно поплыла навстречу демонам смерти. По ее прекрасному, бледному лицу стекали крупные призрачные слезы. Она летела и плакала, Анет тихо опустилась на пол, отчаянно понимая, что слуги Хакисы не успеют их убить. Это сделает призрачная принцесса, которая в довершение к слезам еще и запела. Такой завораживающей песни никто и никогда не слышал.

– Ларана, – сдавленно выдохнул Калларион, но Дир крепко схватил друга за плечо, не давая ему дернуться вслед за призрачной девушкой, поющей очень странную песню. Мелодичные звуки ее голоса лились по подземельям, и темные воины начали медленно отступать. Призрак приблизился к ним вплотную, заставляя демонов смерти отпрянуть, спасаясь от известной лишь им опасности, которую несла Ларана. Она неуклонно следовала за закованными в темный металл фигурами, протягивая к ним тонкие прозрачные руки. Ее изящные пальцы коснулись щеки одного из воинов преисподней, и эльфийка с тихим вздохом прижалась к нему, обнимая. Прислужник Хакисы вздрогнул, пытаясь вырваться, но было поздно, призрачная девушка прижалась губами к его щеке, и воин смерти с криком исчез в вихре пламени. Остальные двое, не решившись испытывать судьбу, растворились в воздухе сами, уходя до более удобного случая.

– Как? Что? – не мог прийти в себя Стик. – Кто-нибудь может объяснить мне, что сейчас произошло и почему так получилось?

Но его никто не слушал. Анет с Дерри, словно нашкодившие мыши, зажались в углу, понимая, что хоть Ларана и спасла им всем жизнь, но все же ее присутствие открылось слишком рано. Тем более как-то странно вели себя Дир с Калларионом. Эльф – так тот вообще неотрывно смотрел на призрачную принцессу, силясь что-то сказать, но не мог.

– Я помню тебя, – прошелестел голос эльфийки, и она вплотную подлетела к Каллариону, заглядывая ему в глаза. – Ты знаешь что-то про мои штучки. Ты связан с моими штучками. Помоги мне отыскать их, и я, может быть, вспомню больше. Я знаю, ты поможешь мне вернуть их! Так ведь?

– Нет, – разошелся Стикур, – кто-нибудь объяснит мне, что вообще произошло. Кто это призрачное создание и как оно умудрилось так вовремя появиться?

– Ну э… – начала Анет, видя, что никто, похоже, кроме нее, ситуацию прояснить не может и не хочет. Дир о чем-то усиленно думал, Калларион смотрел непонятным взглядом на Ларану, а Дерри подло делал вид, что очень увлечен общением с гхырхом. Последнее время это стало любимым занятием ксари, чтобы избежать неприятных разговоров.

– Мне кажется, я должен сделать одно признание, – опустил глаза эльф, перебивая готовую начать рассказ Анет. И на одном дыхании пересказал свою грустную историю, которую несколько часов назад поведал Диру.

– Да уж, – вздохнула Анет, понимая, что сейчас им с Дерри капитально влетит за тот вандализм, который они учинили над телом принцессы, и неуверенно начала излагать свою версию случившихся событий. Во время рассказа Стик только стонал, закатывал глаза и бормотал себе под нос: «Они нашли друг друга. Оказывается, на подобные авантюры способен не только Лайтнинг!»

– То, что вы два идиота, – это я понял давно, – перебил Анет герцог. – Меня интересует в данный момент, почему отступили воины смерти? И вернутся они в ближайшее время или нет? Что их так сильно напугало?

– Я, – мелодичным голосом пропела Ларана из-за спины Каллариона. – Я их напугала. Воины смерти боятся призраков, не всех, правда, а только таких, как я, светлых душ, убитых безвинно и не затаивших зла на живых существ. Так что не беспокойтесь, пока я с вами, вряд ли они посмеют вернуться вновь, я им не дам. Мне нужно, чтобы Хранительница осталась жива и вернула мне мои штучки.

– Калларион? – тихо поинтересовался Дерри. – Мы как-нибудь сможем искупить свою вину за то, что сожгли тело твоей невесты?

– Да? – присоединилась к ксари Анет. – Мы не знали ничего. Ты же нас не будешь пытаться убить. Правда ведь? Меня нельзя, у меня ответственная миссия, а Дерри сложно, да и Стик этого тебе не позволит.

– Да, – кивнул герцог, – не позволю, я убью ксари самолично, чтобы он больше не мог натворить ничего, а тебя, Анет, я посажу на цепь, на короткий поводок и поведу на нем до Круга вечности. Слава богам, до него осталось идти всего несколько часов. Надеюсь, что за это время вы не натворите ничего страшного.

– Нет, – шепнула Анет, отвязывая мешочек с прахом Лараны от пояса. – Келл, мы когда-нибудь сможем искупить свою вину?

– Да что вы так волнуетесь? – усмехнулся эльф. – Вы нашли для меня Ларану, когда я думал, что все потеряно. Сделали так, чтобы она имела возможность идти с нами, и просите прощения? Неужели вы думаете, что я бы сам потащил с собой истлевший скелет? Вы все сделали правильно, мне неважно, в каком виде тело моей невесты, в виде пепла или в виде скелета. Пепел, пожалуй, даже лучше.

– Ну и слава богу, – выдохнул Анет, передавая мешок с прахом Каллариону, – а то я думала, что мы с Дерри совершили ошибку, которую уже нельзя исправить. Рада, что наша авантюрная выходка послужила вам на благо. Теперь я буду еще больше стараться победить Хакису, потому что понимаю: от моей победы зависит не только судьба Арм-Дамаша, но и судьба близких для меня людей.

– Ну раз мы разобрались со всеми проблемами, я думаю, нужно двигаться дальше. Мне бы хотелось добраться до Круга вечности уже сегодня, чтобы завтра с утра Анет могла активировать силу браслета, – возвращаясь к обязанностям командира, произнес Стик.

Все согласно закивали и начали быстро собирать вещи. На губах Каллариона застыла глупая улыбка, и он всматривался в пространство перед собой, не в силах отогнать образ своей любимой. Хотя сама Ларана давно исчезла, устав от такого количества впечатлений и живых людей.

Анет закинула на плечо дорожную сумку и улыбнулась, в очередной раз взглянув на счастливого эльфа. Девушку радовало стремление Стика добраться до Круга вечности как можно быстрее, ей самой хотелось сбросить с себя этот груз. Чем быстрее она активирует браслет, тем быстрее избавится от страха неизвестности. Единственное, в чем Анет была не согласна со Стикуром, – в том, что войти в Круг вечности герцог планировал назавтра. Анет подумала и решила, что ничего откладывать не будет, а Стику придется смириться. Она не была уверена, что сможет уснуть в непосредственной близости к магическому кругу. А раз так, то зачем же не спать всю ночь, мучаясь ожиданием завтра, когда все страшное можно сделать сегодня и лечь спать с чистой совестью.

Шли достаточно быстро, и по мере приближения к Кругу вечности все ускорили шаг. Анет и магов охватило странное нетерпение. Девушка вырвалась вперед, ведомая браслетом, ей уже не нужен был проводник, она сама знала, куда надо идти. Один зал сменялся другими, где-то грустно завывали зомби, безуспешно пытающиеся выбраться из склепов. Из темноты то тут, то там появлялись скелеты, но Анет не замечала ничего. Перед глазами был только свет, который манил к себе, притягивая, словно гигантский магнит. Анет даже казалось, что, если бы она сейчас захотела остановиться, все равно бы не смогла этого сделать. За очередным поворотом показался округлый арочный проход, и девушка нутром почувствовала, что ей нужно именно туда. Она ускорила шаг и вскоре поняла, что не ошиблась. За аккуратной готической дверью открывался круглый зал с абсолютно гладким, зеркальным полом. В центре зала мерцал толстый, уходящий в сводчатый потолок столб, переливающийся всеми цветами. От столба по гладкому полу расходились светящиеся круги, напоминающие свернувшуюся на полу кольцом радугу. Анет уверенно сделала шаг вперед в арку, когда услышала сзади себя крик Дерри. Девушка обернулась и увидела, как ринувшийся за ней в проход молодой ксари отлетел назад, словно ударившись о прозрачную стену. Следом за ним попытались прорваться и все остальные, включая гхырха, но эффект был тот же. Круг вечности не хотел пропускать никого, кроме девушки. Дерри попытался силой прорваться через странную магическую преграду, но она даже не дрогнула.

– Возьми меня с собой! – крикнул он, обращаясь к стоящей впереди Анет, и девушка подошла вплотную к магической преграде. Анет поднесла руку к щеке Лайтнинга и, осторожно проведя по ней пальцами, тихо сказала:

– Дерри, не майся дурью. Я через полчаса вернусь. Зачем тебе со мной? Тем более эту стену придумала не я. Приготовьте лучше что-нибудь пожрать, а?

– Я обещал, что не оставлю тебя даже у трона Повелительнице тьмы, – прошептал Дерри вслед уходящей Анет.

– А ты и не оставишь, – отозвалась девушка и, не оборачиваясь, отправилась к сверкающим на полу кругам. Обеспокоенные друзья прильнули лицами к прозрачной магической преграде.

Анет медленно двигалась к первому бурлящему потоку силы, в котором ярким фиолетовым ручьем неслась магическая энергия, хранящая память и знания обо всех колдовских деяниях, совершенных на Арм-Дамаше за многие тысячелетия. Радужный искрящийся поток подхватил девушку и понес в бешеном вихре мерцающих всполохов силы. Тонкая фиолетовая ниточка выскочила из потока и впилась в один из камней в «Низвергающем в бездну» и через браслет проникла в кожу и кровь Анет, принося вместе со жгучей болью знания и силу. За фиолетовым кругом последовал синий, зеленый и далее, вплоть до красного, примыкающего вплотную к радужному столбу, оказавшись внутри которого Анет получила последние капли необходимой силы. Анет купалась в переливающихся потоках, и у нее начала кружиться голова от обилия различных идей и мыслей. Она чувствовала себя всемогущей, но понимание того, что победить Хакису, даже с поддержкой Круга вечности и всей силы Арм-Дамаша, будет невероятно сложно, не покидало ее. Анет несколько раз глубоко вздохнула, добирая остатки столь необходимой живительной силы, и вышла на сверкающий гладкий пол. Руку с браслетом покалывало. Аметисты в «Низвергающем в бездну» – их оказалось семь – заискрились новыми цветами. Один отливал алым, другой – лимонным, третий – изумрудным, повторяя цвета Круга вечности. Разноцветные камушки искрились практически под кожей. Изящное украшение казалось сросшимся с рукой. Поворачивая к прозрачной магической преграде, отделяющей ее от друзей, Анет краем глаз уловила легкое движение воздуха, который начал темнеть и сгущаться, образуя плотный черный вихрь.

Девушка испуганно остановилась, оглядываясь на проем, в котором безрезультатно бился Дерри, пытаясь преодолеть сопротивление магического щита. И повернула голову в сторону непонятной, все сильнее сгущающейся субстанции, в которой медленно проявлялись три фигуры – два демона смерти в темных доспехах и между ними – высокая женщина с черными волосами и прямой тонкой спиной.

– Анет, беги к нам! – услышала девушка неестественно высокой голос обеспокоенного Дерри. – Это Хакиса!

Анет кинулась к проему и резко затормозила, понимая, что бежать от судьбы бессмысленно. Зачем пытаться скрыться от Хакисы сейчас, если потом придется искать Повелительницу тьмы, чтобы убить. Не легче ли закончить все здесь, раз уж чернокнижница соизволила появиться сама. Анет медленно повернулась к стоящей на зеркальном полу ведьме и с легкой улыбкой на губах сделала шаг вперед, навстречу своей противнице, стараясь не обращать внимания на вопли и крики Стика и Дерри, которые пытались пробиться к Кругу вечности теперь уже на пару. Восковое лицо Хакисы не отражало никаких эмоций, она сделала едва заметный жест рукой, повелевая своим слугам взять стоящую в нескольких метрах безоружную и практически беспомощную против них Хранительницу, но путь темным воинам преградила возникшая из воздуха Ларана, для которой магической преграды просто не существовало. Демоны смерти на секунду замешкались и с тихим стоном отступили, не реагируя на жесты Хакисы, приказывающей схватить жертву. Воины преисподней корчились от боли, шипели, но не двигались с места, не желая идти на верную гибель.

– А ты не так проста, Хранительница. – Громкий, холодный, властный голос Хакисы пробирал до костей, и Анет поежилась. Панический страх овладел девушкой. Повелительница тьмы, как и в первую их встречу, угнетала Анет. – Ты умнее, чем я думала, – продолжила Повелительница тьмы спустя какое-то время, – но тебе нет смысла тягаться со мной, девчонка. Сначала я хотела продлить тебе жизнь. Сделать одолжение, заняв твое тело. Мы могли бы существовать вечно вместе. Я и «Низвергающий в бездну», но ты слишком надоела мне. Ты успела активировать артефакт, и он не сможет теперь послужить мне, как я планирована, значит, придется убить тебя и подыскать себе другое, более достойное тело.

– Попробуй, – тихо произнесла Анет, стараясь скрыть дрожь в голосе, и начала медленно читать заклинание изгнания нежити. Слова сами всплывали в голове, сила Круга вечности мощным потоком текла по венам и вырывалась из кончиков пальцев, устремляясь в сторону Хакисы. Повелительница тьмы воскликнула что-то нечленораздельное и вскинула руки в ответном жесте. Два мощных потока силы сплелись в туманном вихре, скрыв ведьму и Анет.

Дерри припал к прозрачной магической преграде, тщетно силясь что-нибудь разглядеть в сверкающем мареве в центре Круга вечности. Сзади, в спину Дерри, пыхтели Стик и Дир. Маг безуспешно отмахивался от пытающегося просунуть морду вперед гхырха. На какое-то время туман в зале посветлел, и Дерри увидел, как поток силы вихрем закручивается вокруг фигуры Хакисы, буквально стирая ведьму из этого мира, начиная с ног и поднимаясь к голове. Когда от Повелительницы тьмы осталась только верхняя половина, похожий поток устремился и к Анет. Исчезли две женские фигуры практически одновременно во вспышке сверкающего света. Вместе с ними пропала и магическая стена, отделяющая ребят от Круга вечности. Дерри с рвущимся из глубины души криком «Нет!» вылетел в центр зала. От Анет не осталось ничего. Дерри тихо опустился на пол, закрывая глаза руками. Все его сомнения, надежды и мечты, его желание держаться от девушки подальше, его стремление быть с ней вечно – все испарилось и рассыпалось в прах. Судьба в очередной раз распорядилась по-своему, не дав сделать ему свой выбор. Лайтнинг сидел не шевелясь, сзади тихо подошел Стик и положил руку на плечо Дерри. Герцог, пожалуй, единственный, кто понимал горе ксари в полной мере. Стик один догадывался о его чувствах. Впрочем, кроме Стикура было еще одно существо, которое могло разделить страдания Дерри, – гхырх. Зюзюка с грустью в своих огромных черных глазах немного посидел поодаль от ребят, безуспешно пытаясь уловить присутствие своей хозяйки: ее мысли и чувства, но впервые с того момента, как он встретил Анет, ничего не смог почувствовать. Гхырх опустил мордочку, понимая, что он снова остался один, и медленными тяжелыми прыжками направился к выходу из катакомб.

Дерри увидел исчезающую розовую тушу, вскочил на ноги и крикнул вдогонку зверю:

– Хоть ты не уходи, что ли. Ты ведь единственное, что от нее осталось!

Зюзюка остановился и, медленно развернувшись, направился в сторону ксари, тихонько попискивая. Дерри запустил руки в пушистую шкуру зверя и впервые за много лет заплакал, тихо пообещав гхырху:

– Ты теперь будешь есть столько нямы, сколько сможешь.

Следующий час просидели молча. Радости от победы не было. Все вспоминали Анет, и никто не мог понять, что с ней произошло и почему она исчезла вместе с Хакисой. Дерри, пожалуй, мог бы просидеть так, прижавшись к стене, вечно, но у остальных были свои планы. Первым подал голос Калларион.

– К сожалению, все закончилось быстрее, чем мы предполагали, и намного грустнее. Но тем не менее ваша миссия закончилась, а моя только начинается. На Хакисе не было украшений Лараны, я должен их найти и совершить то, что задумал много лет назад. Так что до встречи, друзья мои. Надеюсь, судьба сведет нас еще не раз. – Эльф медленно поднялся и начал собирать свои сумки.

– Я пойду с тобой, – неожиданно, пожалуй, даже для себя самого, произнес Дир. И все с изумлением уставились на мага. – Мне надо немного отвлечься и прийти в себя. Смерть Анет стала для меня слишком тяжелым ударом, – добавил он, обращаясь к Стику, словно извиняясь за свое поведение. Герцог только махнул рукой.

– Я отправлюсь с вами, – хрипло отозвался из своего угла Лайтнинг, намереваясь встать, но Стикур положил ему руку на плечо, усаживая обратно со словами:

– Нет, ты отправишься со мной в Кен-Корион, надо сообщить лорду Корвину о том, что миссия завершилась успешно. И потом, я не оставлю тебя в ближайшее время без присмотра. Сдается мне, ты только и ждешь момента, чтобы натворить глупостей.

Дерри покорно опустил голову. Ему было все равно, и он понимал, что если ему вдруг захочется натворить глупостей, то уж Стик Эскорит вряд ли его удержит. Тем временем Дир и Калларион собрались в дорогу. В последний миг в темных катакомбах призрачной тенью мелькнула Ларана. Она остановилась напротив Дерри и, низко опустив голову, тихо шепнула ему на ухо:

– Никогда не теряй надежду, ксари. Кто знает, быть может, судьба еще улыбнется тебе.

Жирная муха с надсадным жужжанием билась о мутное окно больничной палаты. Трепыхающему крылышками, блестящему насекомому невдомек было свернуть чуть левее и вылететь в распахнутую створку на улицу, в пыльную, удушливую жару августа.

Алиса Савельева поморщилась от головной боли и прикрыла глаза, проваливаясь в ставшее привычным за последние шесть дней небытие. Рядом, держа ее за руку, всхлипывала сбросившая за последние недели весь свой светский лоск мама. Когда девушку нашли за городом в странной рваной одежде, напоминающей потрепанный реквизит бедного сельского театра, она была без сознания. Родители сначала даже не поверили, что это их дочь, без вести пропавшая почти месяц назад. Не поверили отчасти оттого, что уже потеряли надежду увидеть свое чадо живым. Отчасти потому, что девушка сильно изменилась: похудела, осунулась, может быть, слегка повзрослела. У нее на руке, там, где последние три года неизменно красовался серебренный браслет, подаренный бабушкой, был не то очень странный ожог, не то слегка размазанная татуировка, словно бы на коже пропечатались маленькие, похожие на смородиновые листочки. Девушка долго не приходила в себя, зовя кого-то в бреду, и как заклинание повторяла всего три слова: «Я обязательно вернусь!» Когда же она очнулась, выяснилась, что рассказать о том, что с ней произошло и где она отсутствовала почти месяц, Алиса не может, потому что помнит только, что двенадцатого июля собиралась на речку в компании друзей, и все…

Каждую ночь ее мучил один и тот же сон: залитое очень ярким зеленовато-желым солнечным светом поле с колышущейся странной, крупной пшеницей и фиолетовые глаза, неотрывно и с грустью следящие за ней.

– Я вернусь к вам! Обязательно вернусь! – шептала сквозь сон девушка и просыпалась с горьким чувством утраты чего-то дорогого и любимого, понимая, что на самом деле обязательно вернется, только вот разберется, куда и к кому.


Содержание:
 0  Низвергающий в бездну : Анна Одувалова  1  ГЛАВА 2 О том, что мир иной не всегда загробный : Анна Одувалова
 2  ГЛАВА 3 О том, что артефакты бывают разными : Анна Одувалова  3  ГЛАВА 4 О том, что страдания блондинки начались : Анна Одувалова
 4  ГЛАВА 5 О том, что это еще далеко не конец путешествия : Анна Одувалова  5  ГЛАВА 6 О том, что не все женщины – зло, но все же… : Анна Одувалова
 6  ГЛАВА 7 О том, что не всякий зомби упырь : Анна Одувалова  7  ГЛАВА 8 О том, что даже у безупречных есть скелеты в шкафу : Анна Одувалова
 8  ГЛАВА 9 О том, что красивая женщина или стерва, или дура – закон жизни, знаете ли : Анна Одувалова  9  ГЛАВА 10 О том, что не все карты ведут к острову сокровищ : Анна Одувалова
 10  ГЛАВА 11 О том, что лабиринт он и на Арм-Дамаше лабиринт : Анна Одувалова  11  ГЛАВА 12 О том, что надежда умирает последней : Анна Одувалова
 12  ГЛАВА 13 О том, что противника нельзя недооценивать : Анна Одувалова  13  ГЛАВА 14 О том, что незнакомый мир – это все же незнакомый мир : Анна Одувалова
 14  ГЛАВА 15 О том, что красота – страшная сила : Анна Одувалова  15  ГЛАВА 16 О том, что драконы бывают разные… : Анна Одувалова
 16  ГЛАВА 17 О том, что хотеть все сразу, может, и хорошо, но вредно : Анна Одувалова  17  ГЛАВА 18 О том, что в покере, как и в жизни, много значит удача : Анна Одувалова
 18  ГЛАВА 19 О том, что неожиданные встречи не всегда приятны : Анна Одувалова  19  ГЛАВА 20 О том, что неприятности на то и неприятности, чтобы идти одна за другой… : Анна Одувалова
 20  ГЛАВА 21 О том, что большой зверь необязательно опасный : Анна Одувалова  21  ГЛАВА 22 О том, что лучший не всегда сильнейший : Анна Одувалова
 22  ГЛАВА 23 О том, что зомби бывают разные… : Анна Одувалова  23  вы читаете: ГЛАВА 24 О том, что охота всегда пуще неволи : Анна Одувалова
 24  Использовалась литература : Низвергающий в бездну    



 




sitemap  

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение
WhatsApp +79193649006 грузоперевозки по Екатеринбургу спросить Вячеслава, работа для водителей и грузчиков.