Фантастика : Юмористическая фантастика : 4. Тулл анн Тиргас Лан : Михаэль Пайнкофер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  19  20  21  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  64  66  68  70  71

вы читаете книгу




4. Тулл анн Тиргас Лан

Дальнейшее путешествие в Тиргас Лан не принесло приключений и опасностей, что, с точки зрения Бальбока, было крайне печально, поскольку во время сражения против файхок'хай худощавый впервые после долгого перерыва попробовал крови и выяснил, что ему этого очень не хватало.

Битва, крики, жар схватки — все это радовало простодушного орка. Давно уже Бальбоку не доводилось так забавляться. Его брат притворялся недовольным, однако он просто не хотел признать, что потасовка в лесу доставила ему радость — в любом случае это было интереснее, чем сидеть на троне в больбоуге и швыряться золотыми вазами.

Уже много лун не чувствовал себя Бальбок настолько живым, хотя он ходил по самому краю темной ямы Курула. Именно этого чувства так болезненно не хватало Бальбоку в последнее время.

Наконец после продолжительного марша, во время которого Раммар потерял несколько лишних фунтов, орки и их проводник-человек добрались до восточной оконечности Черногорья. Они двинулись вдоль Граничной реки и пересекли ее у Большого брода, где войска орков и людей объединились в Первой войне.

Там-то они впервые и повстречались с пограничной заставой.

Посланник Корвина назвал стражам — тяжеловооруженным исполинским воинам из восточного Холмогорья — соответствующий пароль, после чего орков пропустили, впрочем, проводив недоверчивым взглядом. После этого дорога повела их на юг, вдоль равнины Скарьи, которую орки запомнили как скудную, неплодородную землю. Со времен великого приключения Раммара и Бальбока здесь, впрочем, кое-что изменилось.

После того, как проклятие Тиргас Лана было снято и лес Тровны перестал быть оплотом темной жуткой силы, на равнину Скарьи вернулась жизнь. Местность теперь покрывал кустарник и желто-зеленая трава, над всем этим стайками летали птицы. Кое-где выросли поселения: колонисты из восточных приграничных городов, пришедшие на запад в поисках счастья и лучшей доли, поселились здесь и стали крестьянами, ремесленниками или трактирщиками.

— Пока что здесь земля еще дикая… Неукрощенная земля, — пояснил посол, — но когда Землемирье объединится под одной правящей дланью, дороги соединят города и крупнейшие поселения империи. И настанет время мирного сосуществования, — как по писаному вещал человек. — Расцветут торговля и цивилизация, и все станет почти как во времена эльфийских королей.

— Ах, — произнес Бальбок, на которого это не произвело никакого впечатления, — до чего скучно…

Остаток пути прошел без происшествий, не считая яростной драки в одном трактире на западном краю Тровны. Зажиточный путешественник из Андарила принял Раммара по ошибке за пещерного тролля и хотел нанять его, чтобы тот нес багаж. Драка, в которую это вылилось, закончилась для путешественника переломом обеих рук, и он смело мог считать себя везунчиком, поскольку посол короля Корвина подействовал на братьев-орков в качестве ограничителя гнева.

Через лес Тровны, не имевший более ничего общего с той темной грозной вековечной чащобой, через которую продирались орки всего лишь год назад, теперь вели дороги древнего эльфийского царства, появившиеся из-под мха и лиан, обрамленные зеленеющими рощами и яркими цветами, источающими пьянящий аромат — по крайней мере, для обоняния человека. Путники наконец достигли Тиргас Лана.

Город — некогда эльфийский — тоже изменился.

Стены и башни, внезапно вырастающие среди зеленого буйства леса и вздымавшиеся высоко в небо, были залиты солнечным светом. Мрамор и алебастр обрели былое великолепие, ничто не напоминало больше о вездесущей саже, ранее покрывавшей город.

За крепостными стенами были разбиты палатки и построены хижины. После того, как по Землемирью пожаром разнеслась новость о том, что в Тиргас Лане появился новый король, сюда пришло много людей, в основном беженцев с востока, которым надоели вечные войны тамошних вельмож и которые жаждали мира. Древняя столица королей была такой притягательной, что переселенцев становилось все больше, и стены Тиргас Лана не могли больше вместить всех желающих.

Куда бы ни бросили взгляд Бальбок и Раммар, они видели людей, преисполненных надежды. Нельзя было отрицать, что из некогда забытого эльфийского города получилось то, что принято называть крупным центром.

Ясное дело, оркам город был отвратителен.

— Честно говоря, Раммар, — прошептал Бальбок на ухо брату, когда они входили в главные ворота, — раньше мне здесь нравилось больше. Стены были черными, ломкими, в каждом углу воняло гнилью и разложением. Но теперь…

— Ты прав, — ворчливо согласился с ним Раммар. — С тех пор как здесь стали командовать эти жалкие людишки, город кое-что потерял. Какие же эти молочномордые все-таки скучные.

Как и много раз прежде, когда путники проходили заставу, посол назвал соответствующий пароль. Все как обычно, но неожиданно, к ужасу Раммара и Бальбока, на этот раз на лицах стражников не отразилось недоверие, а странное удивление засветилось в глазах людей при виде обоих орков.

— Это они? — Раммар услышал, как один из солдат прошептал это на ухо своему товарищу.

— Наверняка, — ответил второй. — Один высокий и худой, второй — низенький и крепкий. Это Бальбок и Раммар, спасители короны…

Спасители короны!

Раммар сплюнул и одарил стражников исполненным ненависти взглядом, а затем они продолжили свой путь, вдоль главной улицы Тиргас Лана к большой цитадели, которая не так давно стала ареной драматичной борьбы между светом и тьмой. Жаль только, орки оказались в то время не на той стороне… Тогда они сражались за светлых.

Возвращение в Тиргас Лан пробуждало воспоминания, и обоим братьям казалось, что они только недавно покинули этот город, некогда построенный эльфами. Конечно, тогда улицы и улочки были не такими оживленными; зато сейчас их прямо распирало от людей самого разного происхождения, в самых разных одеждах, и казалось, они стекаются в королевскую столицу со всех концов света. Здесь купцы громко расхваливали свои товары, там перед таверной сидели постояльцы; чуть дальше устроили ярмарку, а там горшечники и столяры предлагали свои услуги.

— Скажи-ка, Раммар, — проворчал Бальбок, — ты знал, что молочнолицые отличаются друг от друга по цвету?

— Нет, — раздраженно ответил Раммар.

— Не только их скальпы, но и мех на лицах бывает то темным, то светлым… — бормотал Бальбок.

— Не считая того, что у многих из них на лице вообще нет меха, — добавил Раммар, — а некоторые, очевидно, уже потеряли где-то свои скальпы, но, несмотря на это, бродят себе, живехонькие.

— …цвет их шкуры тоже очень разный, — продолжал Бальбок, — то бескровный и бледный, то грязный, то совершенно обугленный, то болезненно-желтый.

Раммар вздохнул.

— Их теперь даже не обругаешь молочнолицыми…

Они приближались к цитадели. И большой купол возвышался над морем крыш. Тиргас Лан был в равной мере городом и крепостью, в древние времена воздвигнутой для того, чтобы быть центром огромной империи, занимавшей весь сохгал. В период Второй войны эта империя постепенно пришла в упадок, чему в немалой степени способствовали орки. Раммару было бы приятнее, если бы люди вспомнили об этом, а не о той бесславной роли, которую сыграли они с братом в освобождении Тиргас Лана.

На лица стражей цитадели приклеилось то же невысказанное удивление, из-за которого Раммар готов был раздавить их на месте. Можно ли вообразить большее унижение для орка, чем когда люди смотрят на него с восхищением? Конечно, Раммару не понравилось бы, если бы стражники смотрели на них свысока. Единственно приемлемым чувством, которое следовало испытывать человеку при виде орка, был страх.

— Что такое? — рявкнул Раммар на стражника. — Вы не собираетесь хотя бы попытаться отнять у нас оружие?

— Нет нужды, — успокаивающе произнес королевский посол. — Ни Тиргас Лану, ни королю нет нужды опасаться добрых друзей.

— Добрых друзей? — заревел Раммар. — Кто это, клянусь вонючими внутренностями Торги, осмелился утверждать, что мы друзья? Сейчас я тебе затолкаю дружбу прямо в глотку, ты, отвратительный молочнолицый…

В большом холле не было и следа былого мрака, помещение украшали знамена всех городов, присоединившихся к новой империи. Идти здесь было для обоих орков подобно наказанию: стражи в зеленых мундирах и серебряных кольчугах, в цветах Тиргас Лана, салютовали оружием, когда орки проходили мимо.

Королевский посол наслаждался церемонией, и Раммар еще мог это понять; людям — как и эльфам, и карликам — иногда нравилась такая суета. Но того, что Бальбок ухмылялся при этом, словно кастрированный луговой тролль, Раммар понять просто не мог!

— Прекрати искажать свою рожу, умбал! — зашипел Раммар на брата. — Эти людишки насмехаются над нами, а ты чувствуешь себя польщенным?

— Доук, — решительно покачал головой Бальбок.

— Тогда чего ж ты растягиваешь свою пасть в улыбке?

— Потому что мне невольно пришло в голову наше последнее посещение этого зала. Ты помнишь? Здесь я обработал черепушку Грайшака подсвечником высотой в орочий рост…

Да, Бальбок был прав. Раммар не узнал бы место их судьбоносного сражения, если бы Бальбок не обратил на это его внимания. Коридор не утопал в сумеречной темноте — яркий солнечный свет струился сквозь высокие окна. Но это был, без сомнения, тот самый коридор, где они встретились с предателем и скрестили с ним клинки — и кое-что еще.

Коридор вел к большому залу под куполом — там заседали король и королева, точно так же, как и тысячу лет назад.

Раммар вздрогнул и разразился громкими проклятиями, когда раздались оглушительные звуки фанфар. Щетина на его спине встала дыбом от звонкого, дребезжащего звука.

— Шнорш! — взревел он. — У этих молочнолицых еще меньше понимания музыки, чем у нашего проклятого барда!

Через открытые двери трое прибывших вошли в тронный зал — оба брата и посол, громко провозгласивший:

— Ваши королевские величества! Вы посылали меня, дабы найти тех, кто помог вам в самый тяжелый час, когда речь шла о судьбе этого города и всего мира. Я взбирался на горы, переходил долины, пересекал реки и озера, чтобы выполнить ваше поручение. Я проник вглубь Гнилых земель, и там я нашел их. Ваши королевские величества, вот они — оба храбрых, героических воина-орка: Бальбок и Раммар!

Зал разразился громкими аплодисментами, обрушившимися на орков со всех сторон. Бальбок и Раммар инстинктивно схватились за оружие и издали воинственный клич. Аплодисменты тут же умолкли, а в следующий миг Бальбока и Раммара окружили стражники, угрожающе наставив на них алебарды.

Орки обменялись недовольными взглядами, но ввиду численного превосходства решили, что, пожалуй, несколько переборщили, и опустили оружие. Стражники тут же убрали алебарды и открыли им путь. Расступаясь, они образовали коридор, ведущий к центру зала, где в мраморном полу зияла круглая дыра. Раммар и Бальбок знали, что она ведет в сокровищницу Тиргас Лана, из которой они увезли груженную золотом колесницу — с согласия королевской четы, как выяснилось впоследствии…

На противоположной стороне зала на каменном возвышении стояли два украшенных богатой инкрустацией и гербом Тиргас Лана трона, а на тронах сидели старые знакомые.

— Смотри-ка, — прошептал Раммар своему брату. — А вот и хозяева…

На глазах всего двора, собравшегося в зале, орки широкими шагами пересекли зал. Раммар изо всех сил пытался казаться мрачным — в конце концов, он не какое-нибудь вшивое чудовище, а главарь Гнилых земель. С золотым шлемом на уродливой башке он гордо двигался мимо красиво одетых господ и дам в длинных платьях, которые морщили свои маленькие бледные носы: похоже, сильный запах, сопровождавший братьев, был им неприятен.

Наконец Бальбок и Раммар добрались до царственной четы. Посол, шедший впереди, низко поклонился, чем высказал свое глубочайшее почтение. Раммар не видел повода для этого, и, когда Бальбок тоже собрался было кланяться, брат с такой силой пнул тощего под ребра, что тот издал сдавленный крик.

Конечно, они некоторое время не виделись… И Раммару, если он хотел быть до конца честным перед самим собой, приходилось признать, что крохотная часть его мрачной души обрадовалась встрече. Впрочем, жирный орк скорее откусил бы себе язык, чем признался в этом открыто. Он достаточно хорошо знал обоих сидевших там, на тронах, и, хотя многое изменилось, он по-прежнему видел перед собой оборванного охотника за головами и высокомерную эльфийскую бабу…

— Добрый день, Бальбок, — приветствовала Аланна худого орка, и ее благородно-бледные черты лица озарила приветливая улыбка. — Благодарю тебя и твоего брата за то, что вы откликнулись на наш зов. Рада видеть вас.

— А я благодарю тебя, королева, — ответил Бальбок на языке людей, потому что в орочьем не было слова, при помощи которого можно было выразить благодарность, и, к немалому возмущению Раммара, после этого долговязый братец еще и поклонился.

— Непроходимый недоумок! Проклятый умбал! — прошипел Раммар. — Не надо перед ними склоняться. Ты же сам главарь, не забывай этого.

— Уже нет… — шепотом напомнил ему посол.

— Рот закрой! — заворчал на него Раммар.

— Я сознаю, что вы оба пришли сюда по доброй воле, — взял слово Корвин, голос которого в воспоминаниях Раммара был менее звучным и внушающим почтение. — За это я вам очень признателен.

— Так оно и есть, охотник за гол… э… э… король, — быстро поправился Раммар. — Только не забудь об этом, корр?

— Корр, — подтвердил Корвин и ухмыльнулся; и если бы не бархатный, украшенный золотыми бортами камзол и эльфийская корона на его голове, то Раммар готов был поклясться, что по-прежнему имеет дело с тем же продувным негодяем, который едва не оскальпировал и его с Бальбоком. Черты лица, отшлифованные непогодой, хитрая ухмылка, повязка на правом глазу — все это больше соответствовало охотнику за головами, а не властителю мировой империи.

Совершенно иначе дело обстояло с Аланной. В ее облике всегда было что-то возвышенное, задолго до того как Корвин сделал ее своей супругой. В свою бытность верховной священнослужительницей ледяного храма Шакары она хранила тайну эльфов. Похоже, благородная красота и достоинство были присущи ей с рождения, как и многим представителям ее расы. И именно это орки и не выносят в эльфах (хотя обе расы, как довелось узнать Раммару и Бальбоку, имели одни и те же корни и состояли в родстве, хуже того: орки были потомками этих высокомерных зазнаек!). Обманчиво-хрупкая фигурка Аланны и мягкие черты ее лица с высокими скулами и острыми ушами легко заставляли забыть, что эта эльфийская баба крайне упряма и вынослива. И к тому же хитра, словно змея, как выяснили Раммар и Бальбок.

— Не окажете ли нам честь присутствовать на сегодняшнем банкете? — поинтересовался Корвин.

— Корр, — брякнул Бальбок, прежде чем Раммар успел что-либо сказать, — если там будет что-то приличное, чтобы набить брюхо! А то у меня в животе ужасно урчит.

— Умбал! — обругал его Раммар, обнажая зубы. — Ты что, забыл, какие невероятно несъедобные штуки едят люди? — И, совершенно забыв о том, что сам он терпеть не может человечины, добавил: — Не думаю, чтобы гостеприимство Корвина зашло настолько далеко, чтобы он приказал набить брюхи парочки себе подобных чесноком и луком только для того, чтобы как следует нас накормить, — коротконогий громко расхохотался, от чего некоторые придворные испуганно вздрогнули и даже отступили на шаг.

— Это точно, — ответила Аланна, — но мы дали указание королевскому повару приготовить бру-милл, так ведь называется ваш знаменитый густой суп или нет?

— Будет бру-милл? — Бальбок запрокинул голову и громко втянул носом воздух, словно пытаясь учуять запах своего любимого блюда.

— Я прямо предвкушаю, — заявил Раммар, очевидно, не разделявший воодушевления брата, хотя изголодался он точно так же, как и долговязый орк, и от мысли о бру-милле у него прямо слюнки текли.

— Нам доставило бы огромное удовольствие принять вас как дорогих гостей, — заверила Аланна с улыбкой, которая на первый взгляд казалась приветливой, но по опыту Раммар знал, что такой перекос лица эльфийки не предвещает ничего хорошего. — Мы посидим, поговорим о старых добрых временах…

— Корр, — согласился Раммар. — А после этого вы наконец-то скажете нам, что вам от нас нужно…


Это был не тот бру-милл, который готовят орки — королевский повар взял свежий троллий жир вместо прогорклого, который обычно в ходу у орков. Тем не менее Бальбоку и Раммару пришлось признать, что густой суп был вполне неплох — с учетом того, что готовил его ахгош-бонн. Орк-предводитель убил бы своего повара и добавил бы его внутренности в бру-милл.

Вокруг ведущего в сокровищницу отверстия в полу были выставлены длинные столы, за которыми заняли место король и королева со всеми своими придворными и, конечно же, дорогие гости — оба орка, Бальбок и Раммар. Во время застолья братья то и дело пытались заглянуть в глубину за край, там по-прежнему сверкали горы серебра, золота и драгоценных камней.

Выступали танцовщицы, соревновались в пении лучшие барды. Бальбок почти ничего этого не замечал, поскольку был занят: то и дело с бешеной скоростью тощий наполнял свою тарелку бру-миллом и требовал от слуг добавки. Раммар же считал, что певцы подобрались омерзительные. Он подумывал над тем, не исполнить ли одну из написанных им песен, но не стал этого делать. Наверняка люди не смогут оценить искусство орков. Исполнять им сагу о Раммаре Резком все равно, что метать золото перед троллями[1].

После окончания банкета, когда смолкли отвратительные вопли бардов, люди начали постепенно покидать тронный зал; один придворный льстец за другим поднимался, кланялся и удалялся в ночь.

— Это что еще такое? — повернулся к Раммару чавкающий Бальбок. — Почему они все уходят? Жратва ведь только начинается!

— Не все же такие проглоты, как ты, — возразил ему толстенький брат.

— Никак не пойму я этих молочнолицых, — пожаловался Бальбок. — То надменно приглашают на пир, то уходят сразу после закуски.

— В другой ситуации я бы с тобой согласился, — ответил Раммар, внимательно оглядываясь по сторонам, — но сейчас я догадываюсь о причине, по которой молочнолицые покидают зал.

— Вот как! И что это за причина?

— Ты только взгляни на Корвина. Он то и дело посматривает на нас — по крайней мере, тем глазом, который у него остался. Спорим, он ждет не дождется, когда сможет с нами поговорить.

— Думаешь?

— Как бы там ни было, зачем бы он нас ни звал, похоже, он сидит в шнорше довольно глубоко. Человеку нужна серьезная причина для того, чтобы позвать на помощь орка, можешь мне поверить.

— Хм, — произнес Бальбок, снова принимаясь за свой бру-милл; поскольку предназначение ложки для орков — тайна, покрытая мраком, долговязый трескал густой суп прямо из тарелки, издавая при этом довольно неаппетитные звуки; Раммар невольно ухмылялся каждый раз, когда один из придворных с отвращением косился на ненасытного братца.

Прошло совсем немного времени, тронный зал почти опустел, и за столом остались только Бальбок и Раммар с одной стороны и Корвин и Аланна — с другой.

— Много времени прошло, не так ли? — произнес Корвин в тишине, нарушаемой только чавканьем Бальбока.

— Ну, не так уж и много, — ответил Раммар. — По крайней мере, я еще помню все довольно хорошо.

— Равно как и я, — кивнув, произнесла Аланна. — И в воспоминаниях я вижу нас вместе, выступивших в борьбе против зла, державшего в своих лапах Тиргас Лан.

— Доук, — решительно покачал головой Раммар. — Может быть, это вы сражались против зла, это вполне возможно. Но мы с Бальбоком просто делали то, что сделал бы на нашем месте любой другой орк: мы убивали всякого, кто оказался достаточно глуп, чтобы встать у нас на пути, расправились с парочкой предателей, которые собирались оспорить наше право на сокровище, и побратались с жалкими гномами, а также пытались извлечь максимальную выгоду из всего этого дела.

— И совершенно мимоходом стали героями, — добавила Аланна.

Толстенький орк вздрогнул, словно его хлестнули плетью.

— И что вы, остроухие и молочнолицые, так носитесь с этим геройством? — агрессивно прорычал он. — Что, скажите на милость, может быть такого замечательного в героической славе, чтобы вступаться за других и даже ноги за них протянуть?

— Все, — ответила Аланна.

— Ничего, — возразил Раммар. — У нас, орков, тоже есть герои, на которых мы смотрим с уважением, но они вели себя не так глупо, как ваши. Гульц Мясник, к примеру, был известен, потому что вспорол животы целому войску врагов и приказал начинить их всех луком и чесноком. А Хирул Безголовый получил свое имя не просто так — он продолжал сражаться даже тогда, когда тролль оторвал ему голову. А Корука Ядососущего зовут так потому, что он…

— Достаточно. — Аланна подняла руки, успокаивая орка. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Возможно, наши представления о геройстве и великих деяниях не совпадают, но, тем не менее, вы не можете не признать, что вы внесли свою лепту в освобождение Тиргас Лана, вольно или невольно. Вы храбро сражались и проявили себя как добрые союзники — и по этой причине мы и позвали вас сюда.

— Ах, — засопел Раммар. — Мы постепенно подходим к сути вопроса. Что случилось-то? Зачем вам нужна наша помощь?

Корвин нахмурил лоб. Похоже, дать ответ, к немалому удовольствию Раммара, стоило ему немалых усилий, и он заговорил только после того, как Аланна бросила на него требовательный взгляд.

— Как вы погасили бы огонь? — наконец поинтересовался он.

— Огонь? Водой, конечно же. Неужели вы, люди, настолько поглупели, что приходится звать орка для того, чтобы получить ответ на такой простой вопрос?

— Вода — это только одна возможность, но есть еще и другая, — ответил Корвин, не обращая внимания на оскорбление. — Народы востока, к примеру, побеждают степные пожары, пуская встречный пал, отнимая таким образом пищу у пламени. Оба пожара движутся друг навстречу другу и в конце концов гасят друг друга.

— Да что ты говоришь, — проворчал Раммар; об этом ему никогда прежде не доводилось слышать. Орки не были особенно заинтересованы в победах над пожарами, им больше нравилось их устраивать. Если в Гнилых землях разгорался пожар, все радовались его разрушительной силе. Только последнему умбалу могло прийти в голову погасить пламя. — А зачем ты все это нам рассказываешь?

— Что успел рассказать вам мой посол? — вопросом на вопрос ответил Корвин.

— Достаточно, чтобы понять, что у тебя неприятности, — без обиняков заявил Раммар, в то время как его брат продолжал чавкать и лакать суп. Бальбок подошел к делу основательно: он отбросил тарелку и велел принести котел, который использовал как большой бокал, принявшись пить из него жадными глотками.

— Неприятности, действительно, — кивнул Корвин, поднялся и в задумчивости принялся мерить зал широкими шагами, а потом начал рассказ:

— Поначалу было легко. Весть о том, что эльфийская корона избрала королем Тиргас Лана человека, который взял в жены эльфийку, распространялась быстро, и многие приходили высказать свое почтение. Многие оставались. В течение нескольких месяцев Тиргас Лан, так долго бывший городом призраков, стал центром мира и новой надеждой. Князья карликов и многие герцогства северо-восточного Холмогорья признали меня королем и присоединились к новой империи, на благо Землемирья и всех его жителей.

— Но не все, — подсказал Раммар.

Корвин покачал головой. Он так и остался стоять.

— Поначалу их было мало — тех, кто не хотел признать мою власть. Я не обращал бы на них внимания, если бы они не начали нападать на соседей, которые перешли под защиту Тиргас Лана. Дело дошло до войны…

— И что в этом нового? В восточных землях люди давно пробивают башку друг другу, насколько я помню. Карлики поставляют им оружие, орки подряжаются в их войска наемниками. Так было всегда и так будет. Все довольны, почему что-то должно измениться?

— Уже давно не все этим довольны, — возразил ему Корвин. — Ты забыл о высокой цене, которой требует война. Женщины становятся вдовами, дети — сиротами. А мужчины, доблестные воины, отправившиеся на войну, возвращаются домой калеками — если вообще возвращаются.

Раммар не понял, что Корвин находит в этом плохого, и пожал своими широкими плечами.

— Ну и что?

— Этому нужно положить конец, — решительно произнес Корвин.

— Э?.. — непонимающе протянул Раммар. — Это еще зачем?

— Ты был прав в отношении того, что говорил, — продолжал Корвин, не обращая внимания на вопрос Раммара. — Война неотъемлема в восточных землях, как солнце и день. Десятилетиями сражались там люди друг с другом в борьбе за главенство. Но с этим должно быть покончено. Король вернулся в Тиргас Лан точно так, как предсказывал Фаравин, а с ним — закон и порядок. И есть только одна сила, восстающая против пророчества и против Тиргас Лана.

— Одна сила? — переспросил Раммар. — Я думал, их несколько, тех, кто противится твоему владычеству…

— С лордами кланов северо-востока мы справимся, — пояснила Аланна. — Они действуют на свой страх и риск, часто не понимая, что делают. Кто-то другой — или что-то другое — беспокоит нас гораздо больше.

— И это?..

— Далеко на юго-востоке, в городе Каль Анар, появился новый властелин. Мы точно не знаем, что там происходит, но похоже на то, что там готовятся к войне против Тиргас Лана.

— Откуда вы знаете?

— Мы сделали заключение из тех немногих новостей, которые проникают к нам оттуда. Это даже не столько новости, сколько слухи. Надежных сообщений мы не получаем уже давно, потому что шпионы, которых мы послали, вернулись только… частично.

— Частично? — спросил Бальбок, который тем временем покончил с трапезой (не то чтобы он насытился бру-миллом, просто котел опустел). — Что это значит?

— Это значит, что вернулись только их головы, остальное осталось в Каль Анаре, — суровым голосом ответил Корвин. — Враг не знает пощады.

— Ну что ж, эта штука с головами — в ней нет ничего особенного, — высказал свое мнение Раммар. — Вероятно, ты ожидаешь, что мы поддержим тебя против того, кто бы там ни командовал в Каль Асаре.

— Город называется Каль Анар, — поправил Корвин, — и вы должны помочь не мне, а Тиргас Лану.

— В чем разница?

— Речь здесь идет не обо мне, — пояснил Корвин. — Важна только корона на моей голове. Первые несколько лун я почти не спал, ворочаясь с боку на бок и то и дело спрашивая себя, почему она опустилась именно на мою голову.

— Мне бы тоже хотелось это знать, — со вздохом произнес Бальбок.

— Я не мог понять, — продолжал Корвин, — почему именно мне была оказана эта честь и возложена эта огромная ответственность, однако Аланна пояснила, что дело не в том, на чьей голове лежит королевская корона, а в том, чтобы ее носитель поступал правильно. Когда-то эта корона украшала головы эльфийских королей, правивших всей землей в мире и согласии — и именно этого хочу и я. Вы правы, когда говорите, что на востоке война стала обычным делом. Но сейчас есть возможность покончить с этим бессмысленным кровопролитием. До единства империи рукой подать. Но если нам не удастся погасить пламя войны, то этот разрушительный огонь будет распространяться все дальше и дальше и поглотит нашу мечту еще до того, как она станет реальностью.

— Я понял, — кивнул Раммар, широко ухмыляясь. — Отсюда и вся эта болтовня о пожаре и всем таком прочем. Ты хочешь, чтобы мы стали встречным палом.

— Грубой силой, которая справится с грубой силой, — подтвердила Аланна. — Закон равновесия сил.

— В законах я понимаю мало, — ответил Бальбок и не без гордости добавил: — Но я умею считать. И я не понимаю, что два орка могут сделать против целого города. Не считая того, что там, может быть; сидит целое войско, готовое выступить против Тиргас Лана.

— Вот видишь? — Раммар улыбнулся бывшему охотнику за головами. — Даже мой глуповатый брат понял, что твой план — полная чушь. Мы, орки, называем это кро-трууарк — предприятие, из которого никто не вернется живым.

— Вы были бы не одни, — возразил Корвин. — Под вашим командованием был бы отряд.

— Командование? Отряд? — поросячьи глазки Раммара жадно заблестели: командовать другими, говорить им, что они должны делать, а что делать нельзя, было уже вполне в его вкусе. Впрочем, была еще одна закавыка. Мало того, что предприятие было крайне рискованным и опасным, у Раммара было такое чувство, что Корвин еще не все ему рассказал…

— Звучит неплохо, — заявил коротконогий орк. — Тем не менее здесь что-то не так, это я чую. Может быть, у тебя и корона на голове, но ты по-прежнему все тот же прохиндей, что и раньше, Корвин.

— Ты прав, — без обиняков заявила Аланна. — Кое-что важное мой супруг от тебя утаил.

Толстяк состроил рожу.

— И почему я не удивлен?

— И что это за информация? — поинтересовался Бальбок.

Корвин бросил на Аланну предупреждающий взгляд, но эльфийка, очевидно, была настроена на то, чтобы открыть оркам всю правду.

— Каль Анар, — начала она, — это не просто какой-то город. Сейчас это поселение людей, но раньше там жили эльфы, и один из них позднее стал известным… Печально известным. Каль Анар был родиной Маргока!

— Маргока?

— Мы говорим о том самом Маргоке? — спросил Раммар.

Аланна кивнула.

— Да, о том самом Маргоке.

— О Темном Эльфе? — В голосе Бальбока внезапно мелькнул страх. — О том, кто создал орков? Который занял тело Рурака и таким образом хотел вернуться в сохгал?

— Именно он, — подтвердил Корвин.

— Но… но Маргок был уничтожен! — воскликнул Бальбок. — Его сожрал Драгнадх. Я сам видел, как он…

— Не беспокойтесь, Маргок мертв, — заверила их Аланна. — Однако не исключено, что та темная сила, которая управляет Каль Анаром… — она умолкла, подыскивая точные слова, а затем договорила до конца: — …некоторым образом связана с ним.

— Некоторым образом связана? Чертова болтовня эльфийская! — возмутился Раммар. — Что это означает?

— Именно это вы и должны выяснить, — пояснил Корвин.

— Мы до сих пор не знаем, что сделало Маргока Темным Эльфом — еще тогда, давным-давно, — добавила Аланна. — Вероятно, корни зла находятся в Каль Анаре, хотя раньше никто не догадывался искать там. Воины света были так заняты тем, что побеждали Маргока, что это даже не пришло им в голову. Но теперь в Каль Анаре что-то зашевелилось, что-то очень древнее и очень злое… Я чувствую это, но точно определить не могу. То, что нам нужно, это информация — и только вы сможете ее для нас добыть, друзья мои.

— Может быть, — согласился Раммар. — Но со злой силой Маргока я больше иметь дел не хочу. А ты, Бальбок?

— Ну, э, я…

— Бальбок тоже по горло сыт тем, что подставлял ради вас голову, — недолго думая, перебил его Раммар. — Можешь говорить, что хочешь, эльфийская баба. И ты тоже, охотник за головами. Наш ответ: нет.

— Это твое последнее слово? — спросила Аланна.

Раммар мрачно кивнул.

— Можешь быть уверена.

— А как насчет больбоуга?

— А что с ним должно быть?

— Наш посол сообщил нам, что с вашим предводительством все не так уж гладко, — пояснил Корвин. — Якобы среди файхок'хай произошло восстание, и вас сместили с поста главарей больбоуга.

— Корр, — подтвердил Бальбок, прежде чем Раммар успел что-либо произнести.

— И вы собираетесь это так оставить? — спросил бывший охотник за головами. — Пусть предатели из рядов орков ликуют?

— Нет, конечно, — пролаял Раммар, — уж в этом ты можешь быть уверен!

— То есть вы хотите отомстить?

Раммар обнажил желтые зубы.

— Вот именно.

— И как вы собираетесь это провернуть? Два орка против целой деревни — мне сложно себе это представить.

— Это тебя совершенно не касается! — рявкнул на него Раммар. — Я не просил тебя ломать из-за нас голову.

— А что, если я вам помогу? Взамен того, что вы отправитесь в Каль Анар?

— Конечно, поможешь, — произнес полным сарказма голосом Раммар. — Пошлешь человеческое войско по ту сторону Черногорья, освободишь больбоуг и совершенно мимоходом присоединишь Гнилые земли к своему королевству. Думаешь, я не знаю, как такие вещи делаются? Может быть, я толст и туп, но не туп и толст. Я очень хорошо вижу, на что ты нацелился.

— Ты неверно оцениваешь мои намерения, — возразил Корвин. — Предложение, переданное мною через посла, а именно по поводу суверенитета границ Гнилых земель, все еще в силе. Но я мог бы помочь вам, поделившись золотом из сокровищ Тиргас Лана. Богатством, достаточным для того, чтобы собрать войско орков-наемников, с помощью которого вы сами смогли бы отвоевать больбоуг.

— Золото из сокровищницы Тиргас Лана? — во взгляде Бальбока полыхала лихорадка жадности. Мысль о всех тех красивых переливающихся камнях, лежащих в сокровищнице внизу, которые им пришлось оставить во время прошлого визита, заставила орочье сердце забиться быстрее.

Раммар тоже широко распахнул глаза, и с его пухлых губ закапала слюна.

— Вот… Что-что ты собираешься сделать? — переспросил он.

— Это было бы достойным вознаграждением за неоценимую услугу, — заметила Аланна.

— И в чем именно заключается эта услуга?

— Все очень просто: вы пойдете в Каль Анар и осмотритесь там. Попытайтесь собрать как можно больше информации и разведать силы врага. И, если возможно, разузнайте, что за темная сила хозяйничает в Каль Анаре.

— И это все? — недоверчиво поинтересовался Бальбок.

— Это все, — заверила Аланна.

— А если зачинщик всей этой неразберихи нечаянно подлезет под сапарак?

— Ваша задача в первую очередь заключается в том, чтобы составить представление о положении дел, — пояснил Корвин. — Но если вы сразу сумеете устранить проблему, то не стесняйтесь.

— Минуточку, — встрял Раммар, бросая на своего нескромного брата строгий взгляд, затем обернулся к его величеству Корвину. — Если мы должны окончательно устранить проблему вместо тебя, то это стоит немного больше, чем парочка горшков с золотом и драгоценными камнями.

— А что вы хотите за это?

— Все эльфийское сокровище! — без обиняков заявил Раммар.

— Исключено, — категорически отказался Корвин.

— В таком случае, боюсь, вам обоим придется забыть об этом деле, — сказал Раммар. — Пошлите кого-нибудь другого в Каль Асар, или как там эта дрянь называется, и пусть он вам рассказывает, что там творится. И если он вернется, готовьтесь к долгой и бессмысленной войне, которая будет стоить жизни множеству молочнолицых, — и с этими словами он поднялся. — Вставай, Бальбок, мы уходим.

— Но Раммар, может быть, у них на кухне еще остался бру-милл и…

— Мы уходим! — повторил толстенький орк настолько яростно, что брат не осмелился противоречить ему.

Повесив голову, он тоже поднялся и побрел вслед за Раммаром, шедшим к большой двери в зал с гордо поднятой головой.

Но Раммар не торопился. Ему было не к спеху покидать тронный зал. И он хотел дать Корвину и Аланне возможность изменить свое мнение. Он догадывался, что за его спиной они обмениваются торопливыми взглядами, лихорадочно соображая, что же предпринять. Он поставил на карту все, как говорят молочнолицые, и был уверен, что выиграет.

Вполне уверен, можно даже сказать.

Впрочем, чем ближе подходили орки к двери, тем медленнее двигался Раммар. Он не хотел слишком торопиться, давая время человеку и эльфийке принять правильное решение.

А если они этого не сделают?

До двери оставалось всего несколько шагов. Если он дойдет до нее, возврата больше не будет.

Неужели он перегнул палку? Надо было брать что дают и держать свой дерзкий рот на замке?

Орк уже почти пожалел о своих словах и даже мысленно подготовил парочку аргументов, которые позволили бы изменить свое мнение, не выставляя себя при этом жалким гоультором. Коротконогий замер перед самой дверью, уже занеся лапу, собираясь толкнуть ее…

— Минуточку! — крикнул Корвин.

Раммар почувствовал, как у него камень с души свалился.

— Что еще? — с надеждой спросил он, оборачиваясь, чтобы тут же раздраженно добавить: — Уже поздно, я устал и хочу спать!

— Мы согласны, — произнесла Аланна. — По поручению Тиргас Лана вы отправляетесь в Каль Анар. Если вернетесь с важной информацией, то получите за это золото, которого будет достаточно для того, чтобы нанять войско и вернуть себе больбоуг. Если, кроме того, вам удастся устранить угрозу, то все эльфийское сокровище будет вашим.

— И больше никаких дополнительных условий? — подозрительно спросил Раммар.

— Только одно, — ответил Корвин. — Вы должны торжественно обещать не пользоваться золотом против Тиргас Лана и оставить неприкосновенными границы империи. В противном случае мы ничего не выигрываем.

Раммар колебался всего мгновение.

— Конечно же, мы обещаем, — наконец заверил он. — Даже торжественно, если так нужно, не правда ли, Бальбок?

— Корр, — ухмыльнулся худощавый орк. — Они ведь понятия не имеют, насколько торжественными могут быть орки.

— В первую очередь, когда речь идет о том, чтобы прибрать к рукам целое сокровище, — широко улыбнулся Раммар. — Но вообще-то эльфийское сокровище и без того наше. В конце концов, мы ведь последние потомки эльфийского рода, которые еще бродят по сохгалу, не правда ли?

Аланна крепко сжала губы и ничего не ответила. Хотя последние слова Раммара были исполнены насмешки и издевки, в них имелась некоторая логика. Строго говоря, сама Аланна уже не была эльфийкой, после того как отказалась от бессмертия и взяла в мужья человека, а поскольку орки были некогда созданы из эльфов при помощи темной магии отступника Маргока, Раммар — в каком-то смысле — был прав.

Разумеется, толстенький орк не собирался держать данное Корвину обещание, каким бы торжественным оно ни было. По мнению орков, обещания существовали лишь для одной цели: чтобы их нарушать. Не то чтобы у орков не было понятия о чести, понятие было, просто оно в корне отличалось от того, что вкладывали в это люди. Обманывать врага, хитростью и подлостью дать ему почувствовать себя в безопасности, чтобы потом ударить в спину — это было для орка очень даже честно и считалось среди орочьего племени очень хитрым и изощренным способом мести. А Раммар считал себя кристально честным, хитрым и изощренным орком. С быстротой молнии он придумал план, как можно не только завладеть всем эльфийским сокровищем и отвоевать больбоуг, но и мимоходом самому стать королем Тиргас Лана.

Сначала Бальбок и он отправятся в чужой город и посмотрят, что там творится. Затем Раммар отправит своего брата вперед, чтобы тот уничтожил ужасного врага, кем бы он там ни был. После этого они триумфально прошествуют в Тиргас Лан, где получат вознаграждение и где люди снова будут чествовать их как спасителей — пока братья не наймут войско за золото, чтобы с его помощью напасть на королевскую столицу. Когда с неба польется огонь и его орки-наемники убьют каждого человека в стенах города, никто больше не усомнится в злой воле Раммара Резкого, и его слава и честь будут восстановлены…

На лице Раммара на миг появилась подленькая ухмылочка. События развивались так, что лучшего и желать нельзя, и на миг у коротышки настолько поднялось настроение, что даже показалось, что никто и ничто не сумеет больше испортить его. Впрочем, длилось это мгновение не слишком долго…

— Итак, мы договорились, — подытожил Корвин. — По моему поручению вы направляетесь в Каль Анар — во время путешествия вас, кстати, будет сопровождать ваш старый знакомый.

— Старый знакомый? — навострил уши Раммар. — Кто?

— О, вы наверняка очень хорошо его помните. Тайные пути в восточные земли известны ему лучше, чем кому-либо другому, поскольку он долгое время использовал их для того, чтобы перевозить запрещенные товары. Впрочем, со временем он исправился — теперь он работает на корону. Он отрекся от своей карьеры контрабандиста.

— Контрабандиста? — переспросил Раммар, начиная испытывать смутное подозрение. Не может ведь быть такого, чтобы…

Или может?

Стоявший рядом с ним Бальбок запрокинул голову и принялся принюхиваться, и Раммар слишком хорошо знал, что пытается учуять Бальбок — отвратительный запах карлика.

— Вы правильно предположили, — объявила Аланна с веселой улыбкой. — Храбрый воин, который поведет вас в Каль Анар, это Ортмар фон Бут…


Содержание:
 0  Клятва орков Der Schwur der Orks : Михаэль Пайнкофер  1  Пролог : Михаэль Пайнкофер
 2  Книга 1 Куннарт анн оур (Опасность на востоке) : Михаэль Пайнкофер  4  3. Ольк ойгнаш : Михаэль Пайнкофер
 6  5. Ан-да фойзахг'хай-шроук : Михаэль Пайнкофер  8  7. Артум-тудок! : Михаэль Пайнкофер
 10  9. Трурк : Михаэль Пайнкофер  12  11. Госгош'хай ур'оруун : Михаэль Пайнкофер
 14  13. Анклуас : Михаэль Пайнкофер  16  15. Ор куль ур'оуаш : Михаэль Пайнкофер
 18  2. Сголь'хай ур'курзош : Михаэль Пайнкофер  19  3. Ольк ойгнаш : Михаэль Пайнкофер
 20  вы читаете: 4. Тулл анн Тиргас Лан : Михаэль Пайнкофер  21  5. Ан-да фойзахг'хай-шроук : Михаэль Пайнкофер
 22  6. Кулаш кнум : Михаэль Пайнкофер  24  8. Крутор'хай ур'дораш : Михаэль Пайнкофер
 26  10. Ойнзохг анн иодашу : Михаэль Пайнкофер  28  12. Сохгоуд'хай анн дораш : Михаэль Пайнкофер
 30  14. Комхорра ур'суль'хай-коул : Михаэль Пайнкофер  32  Книга 2 Морор ур'Каль Анар (Повелитель Каль Анара) : Михаэль Пайнкофер
 34  3. Тулл ур'Бунаис : Михаэль Пайнкофер  36  5. Дуркаш ур'артум'хай шуб : Михаэль Пайнкофер
 38  7. Каль Анар : Михаэль Пайнкофер  40  9. Снагор-тур : Михаэль Пайнкофер
 42  11. Анн хуам'хай ур'намхал : Михаэль Пайнкофер  44  13. Суль ур'Снагор : Михаэль Пайнкофер
 46  15. Блар тозаш'док : Михаэль Пайнкофер  48  17. Буунн ур'лиосг : Михаэль Пайнкофер
 50  1. Самашор ур'оуаш'хай : Михаэль Пайнкофер  52  3. Тулл ур'Бунаис : Михаэль Пайнкофер
 54  5. Дуркаш ур'артум'хай шуб : Михаэль Пайнкофер  56  7. Каль Анар : Михаэль Пайнкофер
 58  9. Снагор-тур : Михаэль Пайнкофер  60  11. Анн хуам'хай ур'намхал : Михаэль Пайнкофер
 62  13. Суль ур'Снагор : Михаэль Пайнкофер  64  15. Блар тозаш'док : Михаэль Пайнкофер
 66  17. Буунн ур'лиосг : Михаэль Пайнкофер  68  Эпилог : Михаэль Пайнкофер
 70  Приложение Б Кровавое пиво : Михаэль Пайнкофер  71  Использовалась литература : Клятва орков Der Schwur der Orks



 




sitemap