Фантастика : Социальная фантастика : 6 : Андрей Ерпылев

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  5  6  7  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  64  66  68  70  72  74  75

вы читаете книгу




6

Вы, конечно, думаете, что стоит только попасть на некую золотоносную речку, как самородки можно будет распинывать ногами, будто булыжники? Увы, этим вы повторяете распространенное заблуждение множества любителей быстрой наживы, когда-либо заболевавших «золотой лихорадкой». Ей за всю историю страдали миллионы, а счастье улыбнулось, в лучшем случае, тысячам. И неважно, где возникала эпидемия: на Аляске, в Сакраменто или в Сибири… А что бы вы хотели? Будь хоть чуть-чуть иначе, из драгоценного металла давно бы уже отливали самые необходимые сантехнические приборы по завету основателя РСДРП(б).

Друзья трудились на «золотой» речке второй день, а добыча их состояла лишь из щепотки (правда, большой такой щепотки – в половину чайной ложки) тяжеленьких желтых песчинок и двух крошечных самородков размером с горошину черного перца.

– Да-а… – оторвался Павел от созерцания горсточки черного шлиха[7] на дне своего лотка (он, хитрован, и лотки для промывки с собой прихватил, оказывается), в котором сиротливо поблескивали две крошечные «золотинки». – С такими темпами мы с тобой, Котька, и десятой части нашей экспедиции не окупим. Правда, объективности ради замечу: чтобы столько золота намыть, у нас и месяца не хватит…

– Так что же? – Константин швырнул на гальку свой лоток с еще более скромной добычей – одной золотой крупинкой. – Мы тут все две недели будем кажилиться? Я тебе в батраки не нанимался!

– Остынь.

Павел осторожно выколупнул из шлиха обе песчинки и, присоединив к ним Костину, рачительно спрятал в пластиковую баночку из-под заморских таблеток к уже собранному «золотому запасу». После этого черкнул пару закорючек в блокноте.

– Мы ведь не прииск тут открываем, а лишь разведку ведем. Определяем, так сказать, перспективу.

– А потом чего? Преподнесем государству на блюдечке? За спасибо? Нет, я не согласен! Это мой мир, я его открыл, и пропади ты пропадом со своим золотом! Я тут на одной рыбе…

– Уймись ты, чума! – повысил голос Безлатников. – Никто никому и ничего преподносить не собирается! Просто сидеть, как собака на сене, – глупо.

– А пахать тут, как лошадь, из-за пяти граммов золота, не глупо? Когда рыба в руки прет недуром…

– Плюнь ты на свою рыбу. Найдем россыпь – озолотимся!

– Ага! Найдешь ее тут! Кубов двадцать щебенки с песком перелопатили, а толку – чуть.

– Ну насчет двадцати кубов ты, конечно, загнул… Мы не экскаваторы с тобой…

– И все равно – мартышкин труд.

– А вот это ты читал? – взъярился на скептика Пашка, выхватывая из кармана блокнот и суетливо ища нужную страницу. – «В 1902 году прииск купца Желтобрюхова „Фартовый“ выдавал 19 с половиной фунтов червонного золота в неделю…». «Горные ведомости» номер седьмой за одна тысяча девятьсот седьмой год… Сколько весит фунт, знаешь? Или тебе перевести в граммы?

– Так ведь то прииск…

– Да желтобрюховский «Фартовый» как раз на этой речке располагался, а называлась она тогда Дуванкой, от иссельдупского «дуван» – «добыча».

– Забожись!

– Век воли не видать! – щелкнул Пашка ногтем большого пальца по переднему зубу и им же чиркнул по горлу.

Полузабытая дворовая «зэковская» клятва, за которую от родителей можно было схлопотать хорошего ремня, прозвучала так органично, что Лазарев поверил другу.

– Девятнадцать фунтов…

– Ага. С половиной.

– Это ж будет…

– Много будет. Куда там рыбе со всеми остальными дарами природы. Хотя до желтобрюховских показателей мы вряд ли дотянем, – самокритично заметил он. – У него, поди, десятки рабочих трудились… Да ладно: я тут кое-какую механизацию придумал… Догоним и перегоним кровососа допотопного, как раньше говорили! Вот только россыпь найдем…

– Чего ж ты сидишь, жиртрест! – напустился Костя на друга, хватая свой лоток, вытряхивая из него «пустую породу» и устремляясь к реке. – Расселся тут!..

– Стой!!! – диким голосом заорал Павел, коршуном бросаясь к кучке шлиха с несколькими гальками, которые незадачливый старатель из промытой породы выбросить поленился.

– Золота, говоришь, нет? – сузив глаза, свистящим шепотом произнес он, сжимая в грязном кулаке крупный окатыш. – Жиртрест, говоришь?..

Константин струхнул не на шутку.

«Вот так с ума и сходят! – думал он про себя, загораживаясь пустым лотком и пятясь в реку от наступающего на него Безлатникова с камнем в руке. – Трахнет по маковке и привет родителям!.. Никто и не хватится…»

– Э, э! Павлик!.. Ты успокойся…

Костя зашел в стремительный поток уже по колени и, чувствуя, как ледяная вода наполняет сапоги, остро сожалел, что карабин остался далеко. Нет, убивать друга он не собирался, но хотя бы пальнуть разок в воздух или под ноги, чтобы охолонул…

Пашка остановился на кромке воды и протянул другу руку с камнем. На перемазанном лице его цвела широкая улыбка.

– На, посмотри, Фома неверующий!

Бок голыша, повернутый к зрителю, отливал явственным латунным блеском…

* * *

На настоящую россыпь наткнулись уже почти на закате.

В первом же лотке, взятом за поворотом Дуванки, там, где течение резко замедлялось, а стремнина пролегала по подмытому противоположному берегу, золота оказалось раз в пять больше, чем «старатели» намыли за все предыдущее время.

– Видал! – словно дети радовались мужчины над рассыпанным по холстинке богатством, демонстрируя друг другу то похожий на миниатюрного шахматного коня самородочек, то сросток из нескольких тонких стерженьков. – Как Эйфелева башня прямо!..

– Вот здесь и застолбим… – довольно откинулся на спину Павел, закидывая руки за голову. – Девятнадцать не девятнадцать, а фунтик-то мы с тобой иметь будем без проблем. Если, конечно, россыпь эта не метр и не два тянется… Кстати: ты знаешь, что мы с тобой только что на приличный срок себе наскребли?

– То есть?

– А то и есть. Добыча золота частными лицами без соответствующего разрешения на территории Российской Федерации запрещена. Точно не помню, но, кажется, «от двух до пяти». Строгого режима, между прочим.

– Да ну? – струхнул Костя, настороженно рассматривая золотую «коняшку». – А кто узнает-то?..

– Вот именно. Если молчать будем, да золотишко реализовывать со всей осторожностью. Ты понял?

– Ага…

– Не «ага», а «так точно». Знаю я тебя, разгильдяя!

– Ну ты не очень-то…

Лазарев надулся и, швырнув самородок в кучку золота на расстеленной тряпице, демонстративно отвернулся.

– Ладно, не скрипи зубами… – окликнул его Павел, понявший, что переборщил. – Пошутил я.

– Пошутил он! – продолжал кипеть Константин. – Не у себя в конторе, понимаешь! Я ведь тоже пошутить могу!..

– Ну извини.

– Между прочим, это я Парадиз открыл, так что свои командирские замашки брось…

– Я же извинился!

Лазарев продолжал возмущаться до самого лагеря, не обращая внимания, что болтается в полусотне метров между сумеречным небом и землей, и прекратил, да и то не сразу, только после того, как Пашка по прибытии «домой» махнул рукой на бережливость и раскупорил заветную флягу со спиртом. Честно говоря, оно того стоило – не каждый день натыкаешься на золотое месторождение!

– А ведь это только цветочки! – заявил он, когда, чокнувшись «бокалами», друзья приняли по первой. – Ягодки-то впереди…

– Не понял… – прошамкал Костя, вгрызаясь в истекающую жиром золотисто-прозрачную спинку копченого ленка.

– Вечно ты, тормоз, ничего не понимаешь! Молчу, молчу…

– За «тормоз» ответишь.

– Я же сказал «молчу»? Так вот…

Безлатников обстоятельно закусил, разлил по второй и продолжил:

– Золото это – тьфу! Я имею в виду Дуванку, – пояснил он, отстраняя руку друга, потянувшегося за «тарой». – Мелочь! Так, на первое время наскрести чуток.

– А дальше?

– А дальше – весь мир в кармане и небо в алмазах! Ты ведь убедился, что мир этот, Парадиз – тот же, что и наш? До мелочей такой же.

– Ну, допустим, не совсем… Там зима, а здесь – даже снежок не пролетает…

– Вот это как раз мелочи! Просто нет тут людей, чтобы климат успели испортить. Озоновые дыры всякие, парниковый эффект – это все дело человеческих рук, понимаешь? Кислотные дожди опять же…

– А при чем здесь дожди?

– Да ни при чем, – отмахнулся Павел, в очередной раз отпихивая Костину руку, упрямо лезущую к кружкам. – Так, к слову пришлось.

– Ты лучше подумай: мир тот же, география та же и-и…

– Чего «и-и»? Не задерживай тару!

– Дурак ты, ваша светлость, прости Господи! – безнадежно махнул рукой Безлатников, огорченный явной тупостью друга. – Если география та же, то и все месторождения полезных ископаемых находятся на тех же местах, что и у нас!

– Постой… Это значит… – задумался Константин.

– Слава Богу! – воздел руки к темному небу Павел. – На третий день дошло! Как до жирафа!..

– Значит, все месторождения…

– Во-во… Даже давно исчерпанные. По желтобрюховскому прииску я, между прочим, в обычной библиотеке информацию нашел. В заводской.

– И алмазы можно найти?

– И алмазы, и платину, и уран с нефтью.

– Так мы же с тобой богачи! Рокфеллеры!!

– Вот за это и предлагаю выпить. За златые горы!..

– И реки, полные вина!..

* * *

Костя проснулся в абсолютной темноте от того, что кто-то тихонько, но настойчиво пихал его в бок.

Вообразив спросонья, что это опять Иринка проснулась от вечного его храпа, он отмахнулся и попытался перевернуться на другой бок, что в спальном мешке, да еще в тесной палатке не так уж и просто. Толчки от этого не прекратились, а только усилились, напоминая уже тумаки.

– Чего ты!.. – попытался прекратить это безобразие Лазарев, но чья-то рука тут же зажала ему рот с неженской силой.

Ладонь тоже была отнюдь не женской, а жесткой и мозолистой, к тому же пахнущей не то бензином, не то соляркой.

– Тиш-ше!.. – прошипел ему прямо в ухо Пашкин голос, а отросшая щетина больно уколола щеку. – Не шуми, ради Бога…

– Чего там? – прошелестел Константин, окончательно проснувшись, когда ладонь убралась.

Темнота уже не казалась абсолютной. Например, на фоне тускло светящегося полога четко выделялся силуэт товарища, настороженно приникшего к щели входа. Вместо ответа он поманил Костю к себе, прижимая палец к губам.

Из щели между слегка раздвинутыми складками полога открывался отличный вид на пустынный лагерь, залитый серебристым светом полной луны.

– Чего ты?.. – начал было Лазарев, но язык примерз к его гортани…

Из угольно-черной тени, отбрасываемой углом «лабаза», выдвинулся чей-то не менее темный силуэт, похожий больше на сгусток тьмы, и плавно пересек поле зрения.

Кошка! Но разве бывают такие огромные кошки? Спина зверя доходила до половины строения, а в нем почти два метра высоты… Тигр?!!

– Тих-хо!.. – вероятно, последнее слово Костя выдохнул вслух. – Он нас не чует… Ветер на нас… Может быть, сам уйдет?

– Ага!.. Он рыбу в балке чует и дичь. До утра не уйдет.

– А если ветер переменится?

Словно в ответ жидковатый помост качнулся, будто от порыва ветра. Или от того, что кто-то большой и тяжелый потерся об одну из опор.

Павел в панике схватил друга за локоть.

– Сюда лезет! – Павел, умный и рассудительный в обычной жизни, никогда с детских лет не отличался особенной храбростью, особенно в таких вот ситуациях.

– Отстань!

Константин сбросил руку и зашарил в тряпичной складке возле своего мешка. Помост снова качнуло.

Но Лазареву уже было все равно. Он передернул туговатый от редкого употребления затвор карабина, загнав патрон в ствол, и свободной рукой начал расстегивать полог.

– Прекрати! – запаниковал Безлатников, снова цепляясь за него. – Сам уйдет!

– Не сс…! – презрительно бросил ему через плечо охотник, осторожно высовываясь наружу. – Я ему уйду! От Лазарева добром не уходят…

Мгновением спустя грохнул выстрел, затем еще один, и Костя стремительно выскочил из палатки.

Третий выстрел…

– Эй, умник! – донесся снаружи веселый голос. – В штаны не наделал? Спускайся сюда, не дрожи! А то вся палатка ходуном ходит!..

Павлу уже стало стыдно за проявленную трусость, и он неуклюже, задом, принялся выбираться из палатки, недовольно ворча под нос:

– И ничего не наделал… Просто это дикий зверь… Крупный… Опасный, между прочим…

Ноги все-таки предательски дрожали…

* * *

Преследование зверя, которого «завалил» Костя (он клялся и божился, что все три пули не прошли мимо), оставили на утро. Хотя уснуть все равно не могли и просидели до рассвета у костра-великана, сжимая в руках оружие – карабин и Пашкину двуствольную «тулку», заряженную картечью, – и озираясь на каждый шорох.

К счастью (или к сожалению), самым крупным зверем, выскочившим к костру, был бурундук. Ошалело отсвечивая бусинками глаз, «хищник» посидел с минуту на задних лапках, что-то стрекоча миниатюрным пулеметиком, а потом исчез, растворившись в темноте, так как Павел на полном серьезе взял его на прицел своего «оленобоя»[8].

– Не трать патроны, – полусерьезно остановил до сих пор дрожащего друга Лазарев, отыгрываясь за все предыдущие подколки с его стороны. – Заряды у тебя на эту дичь крупноваты…

Охотничье чутье его никогда не подводило.

Едва восходящее солнце позволило различать окружающее с большей или меньшей четкостью, он устремился в погоню за подранком.

– Не мог я ошибиться, понимаешь? – возбужденно твердил он не отстававшему Пашке. – Первый раз прицельно саданул, между лопаток! Веришь? Его аж на бок опрокинуло. И второй раз бил наверняка… А третий уж так, вслед, но по цели, а не в белый свет…

– Ага!!! – прямо-таки взвыл он, обнаружив обильный кровавый след на опавшей листве. – Видишь! Зацепил я его, и серьезно!.. Эх, собаку бы сюда!..

Собака не понадобилась. Зверь рыже-бурой горбатой грудой лежал в сотне метров от лагеря, глубоко зарывшись передними лапами и мордой в опавшую листву. Похоже, перед смертью, в агонии, он рыл землю когтями, будто огромный кот…

И в самом деле, крупный хищник на первый взгляд больше всего напоминал кота или тигра – даже темные полоски имелись вдоль окровавленного хребта, на лапах и коротком пушистом хвосте… Но только на первый взгляд и со спины. Стоило же его совместными усилиями перевернуть…

– Саблезубый тигр!!!

Огромную, довольно отдаленно напоминающую тигриную голову с остекленевшими глазами, в которых навсегда застыла недоуменная ярость, украшали длинные желтоватые клыки, правый из которых был цел, а левый обломан примерно на четверть…

* * *

– Э! Ты! Брось филонить!

Костя битый час пытался освежевать тушу «смилодона»[9], подвешенного к мощной ветви клена за задние лапы. Заковыристым имечком окрестил убитую тварь Пашка, быстро пришедший в себя, как только ночные страхи миновали. К сожалению, то, что легко удалось проделать Маугли с Шер-Ханом в одноименном мультфильме, на практике оказалось чертовски трудным и грязным занятием.

Перемазанный кровью с головы до ног Лазарев теперь напоминал мясника или палача за любимым занятием, только вот кожаными колпаком и фартуком он обзавестись не сподобился, напрочь испортив одежку. Хорошо хоть куртку снять ему присоветовал Безлатников, наблюдающий за любительским сеансом патологоанатомии с почтительного расстояния.

К тому же не слишком умелый свежеватель умудрился проколоть в туше что-то такое, что трогать категорически не рекомендовалось, и теперь все вокруг «благоухало» таким амбре, что хоть святых выноси!

– Помог бы хоть! – взвыл Константин, безуспешно борясь со скользким и тяжелым лоскутом шкуры, упорно вырывающимся из пальцев. – Знаешь, как тяжело?

– И не подумаю, – спокойно и немного гнусаво заявил Павел, зажимая нос платком, на который вылил едва ли не половину флакона с антикомариным лосьоном «Ангара»: репеллент совершенно не пригодился по прямому назначению из-за того, что кровососы давно уже откочевали на зимние квартиры, зато ядреным ароматом своим легко перебивал тигриное зловоние. – Это ты у нас в детстве жуков с мухами мучил. Я вообще в общество защиты природы вступил в четвертом классе.

– У-у-у, толстовец!.. – прорычал Костя, с отвращением зарываясь в тушу с головой.

Он много раз и во всеуслышание похвалялся перед многочисленными знакомыми, как неоднократно участвовал в лицензионной охоте на лосей и косуль и даже часто производил решающий выстрел, и все это было святой истинной правдой. Умалчивалась лишь одна небольшая подробность: свежеванием туш добытых животных занимались профессионалы – егеря и проводники, а для остальных участников охота завершалась фотографированием на фоне поверженных лесных великанов. Далее они контактировали с добычей лишь в виде аккуратно вырезанных кусков мяса, шкур и голов с рогами, разыгрываемых по жребию.

Лазарев вряд ли признался бы другу, что даже для того, чтобы «ободрать» убитого зайца, он звал старика-отца, в свое время его к благородному охотничьему занятию и приохотившего.

Но не боги горшки обжигают, и с тигра под аккомпанемент язвительных замечаний товарища все-таки удалось спустить шкуру. Самым ответственным занятием – извлечением черепа он решил заняться после отдыха, тем более что мухи откочевали вслед за комарами и опасаться их налетов не стоило.

– И что ты скажешь? – вернулся Константин к животрепещущей теме, отмывая руки в ледяной озерной воде после того, как бесполезную вонючую тушу общими усилиями оттащили подальше от лагеря и временно забросали ветками, попозже намереваясь предать земле. – Саблезубых тигров вроде бы у нас не водится…

– Естественно. Водились тысяч сто лет назад, еще до ледникового периода, но давно повымерли. Мультик американский видел?

– А серьезно?

– Серьезно? Конечно, можно предположить, что мы каким-то образом угодили в прошлое… Вернее, нашли мостик, это прошлое с нашим настоящим связывающий. Но это – чистая фантастика.

– Будто параллельный мир – не фантастика!

– И это фантастика, – легко согласился Безлатников, протягивая другу мыло. – Но прошлое мне нравится меньше.

– Почему?

– А ты Рэя Брэдбери читал? «И грянул гром…». Там бабочку случайно в мезозойской эре каблуком давят, а в США из-за этого не того президента избирают. Причинно-следственная связь. А мы тут столько всего наворотили…

– Ага! – с готовностью подхватил Костя. – Возвращаемся обратно, а там по телеку: «Дорогой Леонид Ильич в связи со столетием со дня рождения награждается тридцать первой звездой Героя Советского Союза…».

– Или «Хорст Вессель»[10] из репродукторов и концлагеря повсюду… Шутник. Нет, я думаю, что мы все же в параллельном мире. Иначе топография не совпадала бы до мелочей. За тысячи лет реки, понимаешь, до неузнаваемости меняют свои русла…

– А смилодон? Они же вымерли сто тысяч лет назад?

– Вымерли или люди истребили… Ученые выдвигают и такие гипотезы. Кстати, это может быть и совсем не смилодон… Если же здесь вообще не было ледникового периода… Клены-то не вымерзли.

– Ух ты! Значит, тут где-то мамонты бродят?

– Точно. И шерстистые носороги, и гигантские олени, и пещерные медведи… Между прочим, некоторые зоологи полагают, что последние мамонты были истреблены в Сибири лишь в семнадцатом веке.

– Да ну!

– Не проверено, конечно, но индрик-зверь из сибирских летописей вполне может быть мамонтом.

– А смилодон?

– Дался тебе этот смилодон! К твоему сведению, саблезубых тигров было несколько видов, причем совсем не родственных друг другу. А в летописях… Встречался в летописях и он. Бамбром его называли. Правда, историки считали, что это название хорошо всем известного амурского тигра… Только не объясняли, откуда амурский тигр взялся, к примеру, в Тобольске. Так что, если бы твоих коллег было поменьше – я охотников имею в виду…

– А сам-то кто?

– Ну… Я – другой коленкор: только по уточкам…

– Вот-вот!

– Ладно. Если бы наших коллег было поменьше – мамонты все еще паслись бы и в том, нашем мире.

– Угу… Только это еще нужно проверить: вдруг там, хи-хи, все еще Боря Ельцин правит из-за того, что я эту киску завалил, а?..

– А не вернуться ли вам, господин шутник, к своим баранам? К тиграм то есть. Шкура-то пованивает, присолить бы…

* * *

На постройку крепкого сарая-ангара для дельтаплана, который решено было оставить в неразобранном состоянии, и чего-то вроде мансарды на втором этаже этого сооружения ушло почти все время, оставшееся до возвращения. Павел после той памятной ночи наотрез отказался ночевать в столь ненадежном сооружении, как палатка, каждый вечер удаляясь «на ту сторону», чтобы выспаться в промерзшем насквозь, но таком надежном и безопасном вездеходе.

– Предпочитаю ночку померзнуть в «Ермаке», – ворчал он. – Чем проснуться тут с перегрызенным горлом…

Ему было легче: никаких болезненных ощущений при пересечении незримой грани между мирами он почему-то не испытывал. Константину же больше нравилось засыпать в обнимку с заряженным карабином и остро наточенным топориком под боком, чем в очередной раз ощущать животный страх при виде того, как растворяется в дрожащем холодцом воздухе спина друга, а сердце ёкает, словно натыкаясь на бесплотную, но мертвяще-ледяную преграду.

Хорошо, что через неделю лесорубных и плотницких работ (оба в свое время изрядно поколесили с институтским стройотрядом по окрестным селам, а древесина в лесном краю – первый стройматериал) первопроходцы Парадиза уже вселились в пахнувший свежей смолой сруб, в шутку окрещенный «Блокгаузом».

– Как в «Острове сокровищ», помнишь? – весело тормошил друга Костя, поднимая над крытой тесом крышей придуманный сообща флаг нового мира. – Мы же новую страну открыли – как без флага?

Ярко-желтый запасной лоскут от крыла дельтаплана пожертвовал Павел, а саблезубую морду намалевал на нем красной краской – не слишком похоже, но убедительно – Костя. Он, было, предложил изобразить под смилодоном двух перекрещенных хариусов, но рассудительный друг отмел это украшение в зародыше: слишком смахивало на пиратский флаг.

– Вообще-то, в верхнем углу этого лоскута следует нашить российский триколор, – заявил он, критически оглядывая лазаревское «творение». – Так в Британской империи поступали: в углу флага каждой колонии помещали «Юнион Джек». А у нас ведь тут первая российская колония.

– Точно! – восхитился Константин. – Российская колония Парадиз! Вторая Аляска! Вот только тряпочек нужных цветов у нас нет…

– Если бы только за этим дело стало…

Череп смилодона, первого геральдического зверя Парадиза, очищенный от остатков мяса и сухожилий (варили на отдельном костре подальше от лагеря двое суток), был торжественно водружен на вбитом в землю колу посредине лагеря, так как лучшего ему применения не нашлось – не тащить же на «Большую Землю»? Показать кому-нибудь свежий череп давным-давно вымершего животного – угодить на первые страницы газет и… оказаться за бортом столь заманчивого освоения нового мира.

От шкуры тоже, кстати, пришлось отказаться – несмотря на просаливание, несло от нее даже не козлом, а просто суперкозлом. Возможно, виноваты в этом были какие-нибудь мускусные железы, но в биологии друзья разбирались слабо и, скрепя сердце, оттащили ее на смилодоновское кладбище на радость грызунам, уже понарывшим ходов в неглубокую могилу хищника и теперь сновавшим взад-вперед с самым деловитым видом. С одного бока курган раскопал и некто более крупный – обглоданные кости были раскиданы по всей полянке.

Итак, освоение Парадиза началось.

Лес друзья пытались валить аккуратно, но все равно еще вчера девственный ландшафт вокруг «стойбища» напоминал разделочную площадку леспромхоза. Кругом валялась щепа, обрубленные сучья, содранная с лиственничных стволов кора…

– Ничего, – успокаивал друга, болевшего душой за весь этот разгром, Константин. – Лесу тут немеряно – от двух-трех десятков кубов не убудет… А мусор потом приберем и спалим, чтобы короедов не плодить.

– Угу… Наши предки тоже так считали, когда новые земли осваивали, а теперь посмотри вокруг – пустыня.

– Ну… На наш с тобой век хватит. Да и детям нашим, и внукам… А может, и правнукам…

– Дорога в ад, как известно, вымощена благими намерениями… – вздохнул Павел.


Содержание:
 0  Второй шанс : Андрей Ерпылев  1  1 : Андрей Ерпылев
 2  2 : Андрей Ерпылев  4  4 : Андрей Ерпылев
 5  5 : Андрей Ерпылев  6  вы читаете: 6 : Андрей Ерпылев
 7  7 : Андрей Ерпылев  8  Часть 2 Парадиз для избранных : Андрей Ерпылев
 10  10 : Андрей Ерпылев  12  12 : Андрей Ерпылев
 14  14 : Андрей Ерпылев  16  16 : Андрей Ерпылев
 18  8 : Андрей Ерпылев  20  10 : Андрей Ерпылев
 22  12 : Андрей Ерпылев  24  14 : Андрей Ерпылев
 26  16 : Андрей Ерпылев  28  Часть 3 Парадиз для всех : Андрей Ерпылев
 30  20 : Андрей Ерпылев  32  22 : Андрей Ерпылев
 34  24 : Андрей Ерпылев  36  18 : Андрей Ерпылев
 38  20 : Андрей Ерпылев  40  22 : Андрей Ерпылев
 42  24 : Андрей Ерпылев  44  Часть 4 Парадиз ни для кого : Андрей Ерпылев
 46  28 : Андрей Ерпылев  48  30 : Андрей Ерпылев
 50  32 : Андрей Ерпылев  52  27 : Андрей Ерпылев
 54  29 : Андрей Ерпылев  56  31 : Андрей Ерпылев
 58  Часть 5 Катастрофа : Андрей Ерпылев  60  35 : Андрей Ерпылев
 62  37 : Андрей Ерпылев  64  34 : Андрей Ерпылев
 66  36 : Андрей Ерпылев  68  Эпилог : Андрей Ерпылев
 70  39 : Андрей Ерпылев  72  38 : Андрей Ерпылев
 74  40 : Андрей Ерпылев  75  Использовалась литература : Второй шанс



 




Всех с Новым Годом! Смотрите шоу подготовленное для ВАС!

Благослави БОГ каждого посетителя этой библиотеки! Спасибо за то что вы есть!

sitemap