Фантастика : Социальная фантастика : Странный мир : Сергей Калашников

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  3  6  9  12  15  18  21  24  27  30  33  36  39  42  45  48  51  54  57  60  63  66  69  72  75  78  81  84  87  90  93  96  99  102  105  106  107

вы читаете книгу




Почему бы не прокатиться и заодно не показать дорогу симпатичной девушке по имени Агриппина? Однако поездочка оказалась намного длиннее и уж точно круче всего того, что могли бы придумать самые отвязные толкиенисты. Громыхнуло, полыхнуло, тряхнуло, и джип вдруг очутился в воде. То есть реально тонул. А когда пассажиры героически выбрались на берег, обнаружили степь да степь кругом и ни намека на присутствие братьев по разуму. Оставалось одно — как упомянутому в песне «отчаянному психу», попробовать остаться в живых на этом необитаемом острове с названием Земля. А потом, может, и разобраться: что случилось и что со всем этим делать…

Земля через тысячелетие после исчезновения человечества. Потепление. Уровень мирового океана поднялся на десятки метров. В степи Северного Причерноморья попали наши современники. О том, как они устраивались среди дикой природы, и повествуется в этом написании.

Глава 1


Звук автомобильного мотора за спиной не удивил Славика. В лесу нынче людно. Он еще когда туда шел, видел, что на Стартовой Поляне собирается очередная тусня любителей забав на свежем воздухе. И это, наверняка, добирается до места сбора, кто-то из их компании.

Посторонился, давая дорогу, но машина остановилась рядом и симпатичная девушка с водительского места спросила:

— Здравствуйте! До Стартовой Поляны правильно еду?

— Добрый вечер! Правильно, только впереди сосна упала и просеку перегородила, так что, как увидите, что колеи уходят влево — сразу езжайте по ним, потом снова на эту дорогу вернетесь.

— Знаете, я уже вместо обещанных семи километров, верных двенадцать по этим загогулинам накрутила, так что, если Вам в ту же сторону, может, покажете?

Смелая, однако, особа. Не боится среди леса незнакомого парня к себе в машину сажать. И почему бы не подъехать, раз попутно? Тем более, погромыхивает неподалёку. Ему в футболке и штанишках до колен попадать под тёплый летний дождь совсем не хочется.

Задние сидения почти под крышу оказались завалены мешками, тюками и чехлами с разными продолговатыми предметами, а вот пассажирское место оставалось свободным. Уселся. Девушка сманипулировала кнопочками, подняв стёкла.

— Чтобы комарьё не лезло, — пояснила, — и пристегнитесь?

— Думаете, у развилки ГАИшники дежурят? — пошутил он привычную шутку.

— Для меня. Я вожу пока не слишком хорошо, — она плавно, как-то академично тронула машину и…

Громыхнуло, полыхнуло, тряхнуло, свет снаружи сделался ярче, а "Судзучий потрох" оказался в воде капотом к песчаному берегу.

— Расфиксируй двери, — Славик это почти взвизгнул, настолько быстро произнёс.

Щёлкнули замки, двигатель, взревевший на высоких оборотах от потери колёсами сцепления с землёй, смолк. Опустив нос, машина погружалась.

— Замри, — предупредил он попытку девушки открыть дверь. — И ремень пока не отстёгивай.

Уровень воды в салоне быстро повышался, и скапливалась она в передней части, залив торпедо и лобовое стекло. Ноги, уперевшиеся вперёд, естественно, тоже. Но вот в дно с чувствительным толчком уткнулся бампер. Задняя часть опустилась тоже относительно быстро, и автомобиль замер с чуть приподнятым передом. Вода уже дошла до пояса, уровень её поднимался стремительно. Где-то булькал воздух. За стёклами — та же вода. Девушка смотрела на Славку взглядом… нет слов, чтобы описать это отчаяние.

— Отстегнись и плавно встань на сидении на колени лицом ко мне. Пойдешь за мной через правую дверь. Я её открою, когда вода почти заполнит салон. Здесь неглубоко. Вынырнем. И не вздумай хватать меня за ногу, дай мне выйти, развернуться и протянуть тебе руку. — Теперь он говорил нарочито спокойным тоном. Паника в этой ситуации могла погубить обоих.

Кивок. Выражение лица обречённое. Но делает, что велел. Хорошо, хоть не в потёмках. Светло, и вода прозрачная. Лёгкая такая сумеречность, словно в фильме про Ихтиандра.

Упёршись головой в потолок, сделал хороший вдох и, потянув за ручку, навалился плечом на дверь. Тяжело тронулась, но в приоткрывшуюся в верхней части притвора щель хлынул поток, и сопротивление ослабло. Путь открыт. Славка "вышел" и подал руку спутнице. Отлично, хват за запястье. Выводим рыбку из пещерки, охватываем сзади за талию, сгибаем ноги в коленях… как хорошо, когда тебя понимают без слов! Толчок, короткий путь наверх, и услада полноценных вдохов.

До берега доплыли быстро. Оказалось недалеко. Длинная песчаная коса, концов которой не видно, в отдалении за ней угадываются кроны деревьев, да коряга лежит неподалёку, наполовину занесённая песком. Солнце за спиной, стоит невысоко, однако, лучи его подозрительно ласковы. Противоположный возвышенный берег далеко, до него сотни метров. Угадывается обрыв и заросли по его нижнему краю. Против света смотреть не слишком удобно.

Девушка, в облепившей грудь футболке, выглядит аппетитно. И мокрые штанишки, кажется, это называется бриджи, подчёркивают гармоничность фигуры. Хотя, ростом она почти со Славика.

— Меня Агриппиной родители назвали, — похоже, к ней вернулось самообладание. Хотя, не сказал бы, что она его теряла. Даже когда плыли, не хваталась за что попало, а подгребала лёжа на спине, не возражая против того, что он тянет за ворот, который, как стало ясно уже на берегу, оказался спиной собравшейся у горла футболки. Плавала она отвратительно. — Но лучше Рипой клич, а то язык сломаешь.

— У меня с именем тоже не всё в порядке. Всеслав. Представляешь, бабуля родная Всесиком зовёт. Терплю, конечно, — улыбнулись, — Слава, в общем.

— И куда же это, Слава, ты меня завёл? — На Рипином лице ехидная усмешка, — или в вашем волшебном лесу столько телепортов, что ты уже и не упомнишь, куда какой ведёт?

— Ни разу ни одного не встретил. Я думал, что это твоя колымага — замаскированный нуль-транспортиратор, то есть, транспортатор, или транспортёр.

— Не ломай язык. Правильно — транспортировщик. Только это не про мою машину, это из анналов литературного жанра, именуемого фантастикой. И не обижайся на шутку. В общем, по-любому, нужно разыскать людей, и попросить помощи в вытаскивании автомобиля. Да и домой следует отзвониться. Ты не знаешь, где ближайший телефон? Свой я забыла в машине.

Девушка Славке понравилась. Не внешне, хотя здесь всё в порядке, а своей реакцией на шок. Ведь дрожит, губы трясутся, а никакой истерики. Жалко, что она его явно намного старше. Студентка или отучилась даже, может быть давно замужем. Не пара, в общем, юноше, перешедшему в последний класс обычной школы. С ней не соскучишься, да и душевный комфорт, который он испытывает при общении с этой красивой даже в мокром виде женщиной — великое дело.

Одежда сохнет прямо на теле, приметная коряга обозначает место, куда следует привести помощь. Донырнуть до машины, чтобы закрепить трос, он, пожалуй, сможет. На глаз, глубина там, где она затонула, метра четыре, или пять. Только, если вытаскивать, буксируя за трактором, то на песке можно забуксовать. Лучше бы джип встретить с лебёдкой, такие нынче встречаются у народа, что по лесам колобродит.

Пошли прямо по песку, удаляясь от берега, наступая на собственные длинные тени, и вскоре достигли верхней точки этого нанесённого течением вала. Впереди снова вода. Узкий длинный залив поперёк пути. Их сторона изрезана косыми зубчиками крошечных песчаных бухточек. На противоположной стороне кромка воды ровная, редкие кусты, отдельные деревья и трава, не радующая глаз ни высотой, ни густотой. Берега неширокой водной полосы сходятся справа, но понижение местности в этом направлении продолжается, прерываемое лужами. Однако пройти можно. Туда и двинулись.

На мокром песке вдоль кромки воды обнаружили створки ракушки. Как у мидии, две симметричные половинки, лежащие рядом. Одна, правда, сломана. Поднял. Ничего подобного в их местах не встречалось. Сплошной перламутр, темный снаружи и играющий, как жемчуг, с внутренней стороны. Рипа тоже такую нашла, только поменьше и обе половинки целые. А вот и деревья. Тень не самая густая, но контраст почувствовался сразу. В жарких они краях, однако. Присели.

— Самолётов не видать, моторов не слыхать, дымом даже не пахнет. Как людей собираешься искать? — Девушка видела то же самое, что и он. И думает те же мысли.

— Бакенов на реке видно не было, а судя по ширине, она судоходная. И один берег у неё крутой, там большие глубины. А другой — намыт из песка, следовательно, могут быть мели, — рассуждает Славик. — Кроме того, русло поворачивает. Не должно так быть, чтобы речники никаких пометок не оставили. Бывал я на пароходиках, всегда с них хоть что-то на берегу видно. Может, заблуждаюсь.

— Полагаешь, нас запулило в мир неведомый? — на лице Рипы нет выражения, которое можно было бы истолковать. — Смотри, ивы, вон вяз и клёны. Я не ботаник, но эти деревья часто встречаются. Клёны вообще обычно сажают в лесополосах вдоль железных дорог, поэтому и растут они повсеместно. Однако лиса непуганая, — Славик проследил за её взором. Точно остромордая собачка с пушистым хвостом метрах в двадцати поглядывает в их сторону, что-то выскребая лапой из земли.

Встал. Лиса напряглась, но занятие своё не прервала. Только немного повернулась, так, чтобы удобнее стало задать стрекача.

А солнышко здесь серьёзное. Всего-то прошлись по песочку, а кожа на икрах ног и предплечьях уже полна самых сильных ощущений.

— Ты как, белокожая, легко сгораешь?

— Обычная, как все, легко сгораю и облупляюсь. А на этом солнышке в два счёта обуглюсь, и буду лежать и поскуливать. В общем, если идти, то только короткими перебежками от тени до тени.

Дёрнул травинку. Легко оторвалась у самого корня. Другую. Эта лопнула в месте, за которое ухватился. А вот третья поддаваться не захотела. Пришлось вставать, отламывать от нижних сухих сучьев неназванного Рипой дерева палочку, наматывать на неё верхнюю часть стебля и вырывать из грунта, держа двумя руками, за счёт силы ног. Травина прямая с редкими невыразительными листиками оказалась удивительно прочной.

Вот они то ему и нужны. Технология добычи отработана, за дело!

Вообще-то и трава здесь растёт непривычно. Расстояние от растения до растения примерно на ширину ступни. Каждая травинка — сама по себе. Все отмеченные виды не отличаются мясистостью стебля или листьев, что характерно для мест, где много солнца. Кстати, хорошо, что заросли неплотные, а то недолго и на змею наступить. Вторую отпугнул, топая посильнее. Как в книжках и пишут, они отползают от мест, откуда исходят сотрясения.

Когда принёс к месту, где сидела его спутница, вторую охапку, получил на голову шапку, живо напомнившую Страшилу Мудрого, сидящего на колу на краю пшеничного поля. Девушка выплетала пелерину. Вообще-то она эти стебельки протягивала, держа за концы, вокруг сука, отчего с них слетали листики, и сами они делались мягче. А потом прополаскивала в воде, вымывая остатки сока. Попробовал — на ощупь как шпагат. И на разрыв крепко, руками не разорвать. Каждая травинка — сантиметров семьдесят. Конечно, узелки при связывании немного съедают длину, но плетение этими узлами вообще изобилует. И "ткань" получается редкая, сетчатая. Правда от солнца защищает неплохо, перекрывая львиную долю светового потока за счёт существенной толщины "нитей".

— Ты прав, со здешним солнышком шутить не следует, — Рипа словно часть своих мыслей высказывает вслух, не отрываясь от занятия. — Стебельки, конечно, жестковаты, но не рвутся, так что некоторые приёмы техники макраме использовать можно. Продолжай, надо ещё на юбки набрать. — И Славка отправился продолжать.

Утомительное это занятие, выдёргивать отчаянно сопротивляющиеся травинки по одной. Каждой приходится кланяться, наматывая её вершину на палочку, а потом с натугой вырывать. Небыстро прирастает добытое. И частенько надо выбираться из тени, постоянно расширяя зону охвата. Солнышко-то припекает.


***

Без еды, оно, конечно, неудобно. Да и пить скоро захочется. Но если, в крайнем случае, прямо из реки напиться можно, то с пищей придётся потерпеть. А аппетит уже разыгрался. Однако без огня ничего не приготовишь, и окрестные деревья откровенно не радуют изобилием истекающих сладким соком плодов.

Ребята перешли ниже по течению реки, так, чтобы из затенённого места, где творится одежда, была видна часть русла. Если пройдёт пароходик, или проплывёт лодка — заметят. Да и нужную траву на старом месте он уже всю повыдергал. А тут её много.

Помог Рипе с плетением юбок, в четыре то руки куда веселее дело пошло. А потом, повернувшись спиной к реке, пошли они сами. Кроссовки уже просохли, а про футболки и штаны и говорить нечего. Фыркать при виде друг друга перестали уже через пару минут, колоритный видок, нечего сказать. Юбка убежавшего от Нильского крокодила Египетского фараона, пелерина выбравшейся из стога великосветской красавицы и головной убор огородного пугала, их не тяготили. Так что футболку Славка снял, чтобы не липла к телу. Кажется, пора проделывать это же и со штанами. Хотя, не стоит занимать руки лишним предметом. Надо ведь палку держать наготове.

Под ногами почва, в значительной степени состоящая из песка. Ещё в ней присутствует глина, что обнаруживается, если чуть копнуть, и ил, придающий поверхности некоторую связанность. Прошлогоднего палого листа не видно. Зато кругом куча деревянного мусора — обломков ветвей и сучьев. Коряги, застрявшие между корявыми стволами, на которых есть отметка уровня подъема воды в половодье значительно выше человеческого роста. Заросли постоянно меняют свою плотность, но, в принципе, почти не заставляют петлять. Несколько продолговатых озер, вытянувшихся поперёк их маршрута, тоже не сильно удлинили путь. Местность плавно шла на подъём, вот и полосочка, оставленная на стволах разливами, видна совсем низко, и почва стала глинистой.

А теперь и деревья закончились. Перед ними степь. Трава почти по колено. Вдали наблюдаются перелески и купы кустарника. И стадо коров. Больших очень диких коров. Мохнатых, однотонных, поджарых. И все дружно смотрят на людей. Метров с пятидесяти их можно разглядеть вполне "разборчиво".

— Толи буйвол, толи бык, толи тур, — выдыхает Славка.

— Еще бизонов вспомни.

— Или овцебыков. Дикие твари из дикого леса, одним словом.

— Итак, в результате данного наблюдения, — насмешливо говорит Рипа, — делается вывод о том, что это совсем не наша Земля, а нечто совершенно иное, лишенное человеческой цивилизации. Не бродят такие стада по Земле-матушке давным-давно.

Славка, повернувшись в её сторону, вдруг обнаруживает, что она натурально плачет. Невольно приобнял, долго ковырялся в своей травяной юбке, пока отыскал носовой платок, лежавший в заднем кармане штанов. Влажноватый ещё, забытый и непросушенный.

— У меня через три недели свадьба, — прорыдала вдруг Рипа, и заревела белугой. Славка осушал девушке слёзы и, словно ребёнку, помогал высморкаться. Хоть она и старше, и, во всех отношениях, опытней, но всё равно — женщина. Умная, прекрасно владеющая собой, сильная, но, тем не менее, зависимая от своей природы. Собственно, а кто от неё не зависим? У него вон, тоже шевельнулось, хотя и не в душе. Пожалуй, стоит чуть-чуть отстраниться, а то, могут верно понять.


***

Прежде всего, имело смысл хорошенько оглядеться, что и было проделано с ближайшего дерева. Корявый такой раскидистый тополь, который за огромный размер хотелось назвать вековым. Зато лезть на него — одно удовольствие.

Пойма реки широкой полосой вытянулась с одной строны, и ширина её на глаз определялась как несколько километров. С другой стороны — лесостепь. Равнина, прерываемая участками более выразительных зарослей. На ней выделяются две полоски, смыкающиеся с пойменным углублением. Видимо овраги, по дну которых растут деревья и кустарники, а их вершины, возвышаясь над кромками, видны издалека. Пошли к тому, что справа. Получалось, что оно выше по течению реки, а главное, приближаясь к нему, приходится удаляться от стада диких коров. И солнце в спину, так что — одни плюсы.

Действительно — овраг, заросший кустами и деревьями. На мокрой глине дна отпечатались следы животных. Один принадлежит довольно крупной кошке. При его виде Славка крепче сжал в руках палку.

Вообще-то и не палка это, а просто слёзы. В пойме отломать что-нибудь путное от деревьев просто не получилось. Всё гнётся и расмохрачивается, не отрываясь. Сухие ветви напротив, настолько хрупкие, что толку от такого "оружия" вообще никакого. Да и корявое всё. А среди того, что валяется повсюду, принесённое половодьем, масса обломков на любой вкус. Но и они на что-либо путное идут с трудом. Ненормально лёгкие, и ужасно ломкие. Похоже, не раз вымокли, подгнили и высохли до такой степени, что гниль в них погибла. А потом — еще раз. И еще. В общем, то, что показалось минимально подходящим в качестве оружия, было скорее очень тонким бревном. Не слишком тяжелым, но пальцы в хвате вокруг этого предмета смыкались не вполне.

А тут прекрасные палки — стволы лещины. И как их отделить от остального? Камнем бы перебить, да вот беда, вокруг только песок, ил и глина. Ну и еще по кромке оврага можно разглядеть, что равнина степи покрыта чернозёмом.

— Ты ключи от машины в замке оставила?

— Ага.

— А маникюрный набор у тебя с собой?

— Нет, в сумочке между сиденьями.

— Может, хоть зеркальце в кармашке завалялось?

— Славик, у меня на одежде нет ни одного кармана. Пошарь по своим.

Молча предъявил пластиковую тубу с мазью от комаров. Хорошая, кстати мазь, очень помогает.

— Хоть зубами эти палки перегрызай. Хотя…

Попытался пилить кромкой ракушки. Неважно дело идёт. Приходится осторожничать, чтобы не разрушить хрупкий перламутр. Тут на неделю работы, только, чтобы… отломилось… ну-ка, мы её вот так.

Проскрёб кору, несколько миллиметров верхнего слоя древесины и надломил через принесённую с собой палку, которую Рипа держала, уперев конец в землю. Мохнато, но сойдёт. Через полчаса у обоих были крепкие ореховые посохи.

Вдоль следа водного потока, когда-то изливавшегося из оврага, до реки добрались быстро. Вернее, могли добраться, если бы Славка не отвернул снова вправо, где обнаружил уютное место, в котором удачно расположенные деревья дают хорошую тень.

Однако чувствуется утомление. Руки, ноги и спина просто ноют, после того как ему пришлось несколько часов рвать эту проклятущую траву. Выбрал подходящий с виду кусок просохшего дерева, сбегал к реке, подобрал несколько раковин. И принялся за самое неверное дело своей жизни.

Сначала — сделал углубление в боковой поверхности лежащего древесного ствола, потом проскреб от него две бороздки вдоль волокон. Выбрал подходящую палочку, исключительно по признаку прямизны. Кривулину для лука тоже подыскал среди деревянного мусора. Ему ведь из него не стрелять, так что даже упругости особой от этого предмета не требуется. Под скептическим взором Рипы насобирал дровишек, наломал тонюсеньких палочек и быстренько помчался к тополю. Он там заметил следы налипшего недавно мокрого пуха, так что стоит попытаться собрать.

Именно это дело оказалось самым трудным. Словно паутинки соскребаешь с шершавой коры и выковыриваешь из развилок. В час по чайной ложке получалось, пока глаз боковым зрением не отметил в воздухе движение. Есть! Несколько гроздей бруньки, как раз в состоянии, когда из них полезла эта белая вата. Явно припозднилась одна из ветвей с выпусканием семенного материала. Удача! Собрал всё, до чего мог дотянуться. Ветка, на которой стоял, неожиданно отломилась. Повис на руках, растеряв часть добычи. Хорошо, что он этот пух сразу запихивал в карман.

Захлестнув тетивой из самой длинной травинки палочку, они в четыре руки принялись "сверлить" углубление в деревяшке. Самым сложным оказалось удерживать противоположный конец "инструмента". Нагревается и жжет руку, норовя содрать кожу с ладони. А ведь "сверло" надо еще и прижимать, как следует. В общем, пришлось городить целую конструкцию с рогулькой, верёвочкой и еще одной привязанной ко всему этому палки.

Дымок пошел быстро, но пока удалось извлечь пламя, прижимая к нагретому месту соломинки и палочки с прикреплёнными к концу комочками пуха — натренировались оба. Один крутил "сверлилку", другой, стоя на коленях, священнодействовал на все манеры, пробуя разные варианты подкормки для того, чтобы добиться горения. Загорелось у Рипы. Когда пламя костра стало устойчивым, она, наконец, улыбнулась.

— Знаешь, я сообразила, как нужно это делать. В другой раз за пару минут разожжем.

Пока Славка готовился к добыванию огня, его спутница оборудовала убежище на ночь. Принесённых половодьем деревянных предметов вокруг встречалось немало. А ветви пары деревьев оказались на подходящей высоте. Сооружение, возведённое ею справедливо заслуживало высокого звания "халабуда", поскольку не имела четко выраженной формы. Однако, скреплённое завязками из всё тех же травинок, отличалось устойчивостью, и вмещало в себя два смертельно уставших тела, оставляя ещё место для скромного костра и запаса дров.

Славка, стараясь не топать, чтобы не спугнуть, отыскал в траве змею и убил палкой. Не имея сведений о её ядовитости, просто отбил голову многократными ударами по одному и тому же месту на наковальне из ствола дерева. Размозжил и оторвал, одним словом. Потом, свернув то, что осталось, плоской спиралью, обмазал глиной, и, отодвинув костёр, закопал в горячий песок. Сверху развели огонь, и через час, как раз солнышко ушло за горизонт, поужинали. Не сказать, чтобы было вкусно, да и досыта не получилось, однако подкрепились. Пить прямо из реки, забредя в место, где отчётливо чувствуется течение, они начали еще, когда плели одежду. Чистая бегущая вода не вызывала чувства опасности, а возможность подхватить заразу…

— Все когда-нибудь умрём, — как сказала Рипа. — Просто от жажды — быстрее.



Содержание:
 0  вы читаете: Странный мир : Сергей Калашников  1  Глава 2 : Сергей Калашников
 3  Глава 4 : Сергей Калашников  6  Глава 7 : Сергей Калашников
 9  Глава 10 : Сергей Калашников  12  Глава 13 : Сергей Калашников
 15  Глава 16 : Сергей Калашников  18  Глава 19 : Сергей Калашников
 21  Глава 22 : Сергей Калашников  24  Глава 25 : Сергей Калашников
 27  Глава 28 : Сергей Калашников  30  Глава 32 : Сергей Калашников
 33  Глава 35 : Сергей Калашников  36  Глава 38 : Сергей Калашников
 39  Глава 41 : Сергей Калашников  42  Глава 44 : Сергей Калашников
 45  Глава 4 : Сергей Калашников  48  Глава 7 : Сергей Калашников
 51  Глава 10 : Сергей Калашников  54  Глава 13 : Сергей Калашников
 57  Глава 16 : Сергей Калашников  60  Глава 19 : Сергей Калашников
 63  Глава 22 : Сергей Калашников  66  Глава 25 : Сергей Калашников
 69  Глава 28 : Сергей Калашников  72  Глава 32 : Сергей Калашников
 75  Глава 35 : Сергей Калашников  78  Глава 38 : Сергей Калашников
 81  Глава 41 : Сергей Калашников  84  Глава 44 : Сергей Калашников
 87  Глава 4 : Сергей Калашников  90  Глава 7 : Сергей Калашников
 93  Глава 10 : Сергей Калашников  96  Глава 13 : Сергей Калашников
 99  Глава 16 : Сергей Калашников  102  Глава 19 : Сергей Калашников
 105  Глава 22 : Сергей Калашников  106  Глава 23 : Сергей Калашников
 107  Глава 24 : Сергей Калашников    



 




sitemap