Фантастика : Социальная фантастика : Слабые мира сего : Феликс Кривин

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12

вы читаете книгу

Феликс Давидович Кривин не раз издавался в библиотеке «Крокодила». На страницах журнала регулярно печатаются его ироничные новеллы-притчи о представителях живой природы. В книжку «Слабые мира сего» включены «Записки юмориста из живого дома природы».

ЛЮБОВЬ И ВЛАСТЬ

Симбиоз

Долго Рак жил отшельником, одиноким и угрюмым Раком-отшельником, и сидел в своей раковине, с отвращением глядя на мир. Он лениво заглатывал то, что само плыло ему в рот, а если вздумывал идти погулять, то тащил на себе свою раковину, потому что не доверял этому подводному миру.

Конечно, хорошо бы с кем-то скоротать одиночество, но ведь попробуешь скоротать, а получится на всю жизнь, потом не развяжешься. Правда, может случиться, и повезет, как, например, раку Пагурусу. Его актиния Сагартия раскрывается только перед раком Пагурусом, а для всех остальных сердце ее закрыто. И когда какой-нибудь другой рак говорит ей: «Сагартия, ну чего ты в самом деле, ведь один раз живем!» — актиния Сагартия дает этому раку такой ответ, какого он, безусловно, заслуживает. И как бы долго ей ни пришлось ждать рака Пагуруса, она все равно будет его ждать, потому что знает: рак Пагурус идет к ней, минуя всех на свете актиний, он идет к ней, единственной для него актинии Сагартии, он идет к ней, ее единственный рак Пагурус.

Сентиментальные сказки! Рак-отшельник считает, что это сентиментальные сказки. К сожалению, в жизни видишь другое, в жизни видишь актинию Антолобу, которая сама выбирает себе спутника и сама определяет, какой отрезок пути пройдет с ним. Собственно, пройдет — это только так говорится. Идет ее спутник, а Антолоба сидит у него на спине и поглядывает по сторонам, выбирая более подходящую спину. Сама-то актиния не продвинется ни на шаг, поэтому главная ее цель — оседлать кого-нибудь.

Не-ет, Рак-отшельник не даст себя оседлать, он скорее последует примеру вон того Краба.

Этот Краб устроился неплохо, у него по актинии на каждой клешне. Для кого-нибудь это был бы трагический треугольник, но Краб не видит в этом трагедии. «Я люблю тебя, Краб!». «Я люблю тебя, Краб!» «Мы любим тебя, Краб!» И что же отвечает на это Краб? Он отвечает одно: «Занимайтесь-ка своим делом!» А дел у актиний много: они и кормят Краба и обороняют его от врагов, — словом, выполняют всю мужскую работу. Потому что Краб — настоящий мужчина, а за настоящих мужчин выполняют работу женщины. И живет Краб, как настоящий мужчина: по актинии на каждой клешне. «Я люблю тебя, Краб!» «Я люблю тебя Краб!» «Занимайтесь-ка своим делом!»

Рак-отшельник охотно последовал бы примеру Краба, но у него не было таких клешней, чтобы на каждой устроить по актинии. И он жил отшельником и таскал на себе свою раковину, а больше никого не таскал.

Но в один прекрасный, очень прекрасный, быть может, самый прекрасный день он встретил актинию Адамсию.

Она приглянулась ему тем, что была одна, как и он, совершенно одна посреди этого общего для них окружения. И Рак сказал ей:

— Вы совершенно одна.

— Да, я одна, — сказала ему Адамсия.

Конечно, она была совсем не то, что Сагартия, но ведь Сагартия была не одна, так что тут уж ничего не поделаешь. Адамсия же была одна, совершенно одна…

— Я тоже совершенно один, — сказал Рак и почему-то добавил: — А дом у меня хороший, надежный дом. И всякой пищи хватает.

Не то чтобы Рак представлял какой-нибудь интерес, но Адамсия посмотрела на него с интересом.

— Как это чудесно, что мы одни, что мы оба одни, и что дом, и все остальное… — сказала Адамсия, и с этого момента, с этого замечательного — ну, во всяком случае, знаменательного — момента Рак перестал быть отшельником. Он посадил Адамсию на свою раковину, и так они стали жить.

— Мое сердце было для всех закрыто, — говорила Адамсия, потому что ей была известна история Сагартии и рака Пагуруса. — И как бы долго мне ни пришлось тебя ждать, я бы ждала все равно…

— Потому что ты знала, что я все равно приду, — подхватывал Рак, припоминая ту же историю. — Ты знала, что я иду к тебе, мимо всех на свете актиний я иду к тебе, моей единственной Адамсии…

— Мой единственный Рак-отшельник!

Сентиментальная сказка превращается в сентиментальную быль, и тогда уже вовсе не кажется сентиментальной. Рак-отшельник любил Адамсию, да, конечно, он любил ее, потому что она охраняла его уют. А она, в свою очередь, любила, ну естественно, любила его, потому что он давал ей и кров и пищу.

В науке это называется симбиоз, то есть сожительство с взаимной выгодой, но Рак и Адамсия были в науках не сильны, и свои отношения они называли любовью.

Золотое правило

Сейчас самое время поговорить о любви. О любви созидающей, а не разрушающей, о любви укрепляющей, а не расслабляющей, о настоящей любви.

Когда дружок Прыткой Ящерицы хватает ее за хвост, у нее не отрывается хвост, как в других, пусть даже не несчастных, но, уж конечно, не настолько счастливых случаях. У нее не отрывается хвост, чтобы не оскандалить ее перед другом.

Разве можно полюбить ящерицу без хвоста? Вы бы, например, полюбили ящерицу без хвоста? Поэтому хвост держится крепко: чтобы и самому удержаться и друга возле себя удержать.

Ведь в любви знаете как? Голову не теряй, сердце раздели с другом, а хвост свой отдай врагу. Золотое правило ящериц.


Любовь и власть

По своему устройству курятник ближе всего к конституционной монархии: петух в нем царствует, но не правит.

А правят курятником три курицы, три министерши, которые жестоко клюют подданных, видимо, за недостаточную любовь к королю.

Министерши очень любят своего короля, но почему-то не пользуются взаимностью. Простым курицам, лишь простым курицам отдает свое сердце конституционный монарх, и они в его сердце царствуют. Царствуют, но не правят.

Свадьба

Орел-скоморох на своей свадьбе сам и орел и скоморох, сам и музыка, и песни, и танцы! Не плавные па (па вперед, па в сторону), а настоящие антраша, двойные и тройные кульбиты. Орел — скоморох выступает, как воздушный гимнаст: все свои номера он выполняет в воздухе. Причем выполняет не так, как это бывает, когда работаешь на публику, а так, как это бывает; когда работаешь на себя, когда выступаешь на собственной свадьбе.

— Скоморох! — уныло замечает Орел-могильник, который и на свадьбе не теряет уныния, который проносит его через всю жизнь — к своей заранее намеченной цели. — И чего веселиться? Ну, свадьба. Потом будут похороны…

Орлу-могильнику не нравится Орел-скоморох. Впрочем, скоморох и не стремится ему понравиться. Он хочет понравиться своей невесте, такой же скоморошке, которой только дай поскакать, особенно на собственной свадьбе. «Скачи, скачи, — размышляет Орел-могильник на ее счет, — после свадьбы наскачешься…»

И она скачет. Она выкидывает все эти антраша, все эти двойные и тройные кульбиты, словно в жизни ее произошло невесть какое событие.

А какое событие?

Ну, свадьба. Ну, нашелся такой же, как и она, скоморох, который польстился на такую же, как и он, скоморошку. Так уже, значит, прыгать, скакать? Словно ты не орел, а блоха, простите за выражение.

Тьфу!

Орел-могильник произносит мысленно «тьфу!», как бы подводя итог своим размышлениям. А чего размышлять-то? Стоит ли по этому поводу размышлять?

Ну, свадьба. Потом будут похороны. И между тем и другим один шаг. Одно па, выражаясь по-скоморошьи.

Отчего светлячки — Светлячки?

Светлячкам повезло. Сами-то они невидные, неприметные, одна слава, что светлячки. А откуда слава? От жен. Это жены их светятся, пока мужья где-то летают.

И пока мужья где-то летают (а они только и делают, что летают), жены их сидят дома и светятся, светятся своей верной любовью. И от этой любви светлячкам светло—и во тьме светло и в беде светло, хотя сами они почти не умеют светиться.

Личная жизнь инфузории Туфельки

Когда Туфельке хорошо, она размножается обычным делением, а когда Туфельке плохо, она заводит семью. Дело житейское.

Пока хорошо, можно и без семьи размножаться, а станет плохо, тогда заводи семью. Как говорится у Туфелек, ищи себе пару.

Макропод и его Макроподиха

Даже в воде можно строить воздушные замки. Для этого берутся пузырьки воздуха и осторожно, чтоб они не полопались, переносятся на дно моря, океана или, в худшем случае, аквариума. Здесь нужно аккуратно сложить пузырек на пузырек, и от того, как они будут сложены, зависит архитектура воздушного замка, а также его полезные качества.

Макропод с большим искусством строит воздушные замки, но хозяин в них не он, а его сварливая жена Макроподиха, которая любой воздушный замок превращает в каменную тюрьму.

Макроподиха передралась со всеми соседками, она очень не любит соседок, потому что ей кажется, что всех их любит супруг ее, Макропод. Да, неважный характер у Макроподихи.

Но Макропод строит воздушные замки и, конечно, многого не замечает. И даже когда жена его бросает детей — еще икрятами она бросает их где придется, — Макропод подбирает их осторожно, как воздушные пузырьки, и несет в свой воздушный замок. Здесь он укладывает их под воздушными пузырьками так, что на каждого икренка приходится по воздушному пузырьку.

— А на меня что приходится? — кричит жена Макроподиха, которую можно было б назвать и матерью, если б можно было назвать.

Макропод нянчит икрят и поет им колыбельные песенки, которые, однако, совсем не слышны, потому что их всегда заглушают скандалы. И под эти скандалы, заменяющие им колыбельные песенки, икрята растут, подрастают, постепенно превращаясь в маленьких макроподов-мальков.

— Смотри, они уже сами плавают, — говорит растроганный Макропод.

— Плавают! — свирепеет жена Макроподиха. — Они, мне тут все перебьют. Это ты, ты научил их плавать!

И она начинает гоняться за своими детьми, и Макропод видит, что она готова их съесть. И тогда он сразу преображается.

Боже мой, что с ним произошло? Макроподиха не узнает своего Макропода. Ей становится страшно оттого, что она его не узнает, и она говорит:

— Макропод, это ты? Посмотри, это я, твоя Макроподиха!

И Макропод постепенно приходит в себя. Да, конечно, это она, его Макроподиха. Его жена Макроподиха. Мать его любимых детей…

— Любимых детей? А я тебе кто? Не любимая?

Ругается Макроподиха, скандалит, но Макропод уже не слышит ее. Он уже опять строит воздушные замки. (Кстати, вы не забыли, как строятся воздушные замки? Сначала берутся пузырьки воздуха, а потом аккуратно складываются — пузырек на пузырек…)

Жизнь комариная

Комара Пискуна принято считать кровососом, но считать так может лишь тот, кому неизвестна его семейная жизнь…

Жил комар Пискун холостяком, роился с такими же, как и он, пискунами. Собирались по вечерам, перепискивались между собой без каких-то там серьезных проблем, но и без глупостей. Молодежь, известное дело, ей только дай попищать.

Так и роились они, не зная забот, пока не случилось это несчастье. Какая-то залетная комариха умыкнула комара Пискуна, оторвала его от друзей, от привычного общества. Говорят, это любовь с первого взгляда, но какая там любовь — один взгляд. И нет комара Пискуна. Не существует его, по крайней мере для общества. Тут уже ни пороиться, ни с товарищами попищать. Сиди, строй семью. А из чего ее строить?

В этом-то весь вопрос. Видно, не зря называют их кровососами.

Хотя вообще-то, как утверждает наука, комары крови не пьют. Конечно, выпить они могут, да и как не выпить, если все время вертишься возле воды, но чтобы пить кровь — нет, в смысле крови комары непьющие. Комарихи — вот кто настоящие кровососы, вот кто никого не щадит.

Так утверждает наука, но в народе считают не так. В народе считают: если ты живешь с кровососом, если ты водишься с кровососом, если ты миришься с кровососом, значит, ты сам кровосос.

Даже если ты в смысле крови непьющий.

Семейство Толкунчиков

Сказать по правде, какой из Толкунчика жених? Нос длинный, ноги длинные, а голова такая маленькая, что даже сомневаешься, сможет ли Толкунчик подумать о семье. Да, на такого поглядишь — не обрадуешься. Муха он или не муха? Ножищи кривые, лохматые, а по всему телу плешь. Как будто когда засевали Толкунчика, начали с его ног, а на остальное не хватило посевного материала. А нос у Толкунчика что портновская игла. Такой бы нос Муравью-Портному, Муравей-Портной сколотил бы на нем состояние. А Долгоносик-Фрачник уж такой бы сшил себе фрак! Но Толкунчик не портной, и никакой он не фрачник. На него хоть шей, хоть не шей — главное наруже останется.

Такой он, Толкунчик. Как говорят, не подарок, тем более не свадебный подарок и тем более не в качестве жениха. Поэтому, чтобы как-то поднять это качество, Толкунчик является к своей невесте с подарком. Он приходит с мешком, как какая-нибудь Бабочка-Мешочница, а в мешке у него мошка или мушка — словом, приданое. При другой внешности можно бы приданое взять с невесты, но при такой внешности — спасибо что хоть от тебя соглашаются взять.

Впрочем, тут дело не только во внешности. Тут дело в характере невесты, вернее, жены. Потому что как только невеста становится женой, она готова съесть своего мужа Толкунчика.

Вы видели такое?

Пока она невеста, она готова его любить (хотя любить Толкунчика — это, можно сказать, подвиг). Но едва став женой, она готова съесть своего мужа Толкунчика. Где такое видано? Разве что у пауков, где мужья частенько сбегают от жен, потому что те их буквально съедают. Можно, конечно, сбежать от жены, но Толкунчик не сбежит, хотя ноги у него как будто специально для этого приготовлены. Толкунчик старается задобрить свою жену после того, как она перестает быть невестой.

Что имеем, не храним… Бабочка-Мешочница вообще без мужа живет, вот бы она, наверно, любила своего мужа! Но она живет без мужа, да и жизни ее — каких-нибудь несколько минут. Без мужа долго не проживешь. Дать Бабочке-Мешочнице мужа, она бы, конечно, пожила да еще бы благодарила. А жене Толкунчика этого не понять. Она считает, что без мужа она не останется. Разве на свете один Толкунчик? На свете много Толкунчиков. С таким носом.

Следила бы за своим носом — это было бы самое правильное. У самой нос что твой шприц, что твой заступ. Дали б такой шприц Жуку-Пилюльщику, он бы весь мир вылечил без пилюль, а Жук-Могильщик с таким заступом всех уложил бы в могилу. И в общем, если честно сказать, у Толкунчика жена ничуть не лучше самого Толкунчика.

Но это если честно сказать. А вы пробовали ей честно сказать? Ну-ка, ну-ка, попробуйте ей честно сказать! Вот когда вам пригодятся длинные ноги.

Чтобы быть красивой лягушкой…

Лягушка, которую обычно называют Стеклянной, хотя она совсем не стеклянная, право же не стеклянная, старается делать все, чтобы быть красивой лягушкой. Если не заботиться о том, чтобы быть красивой лягушкой, можно так себя раскормить! А ведь толстые лягушки обычно самые некрасивые.

У Стеклянной лягушки прозрачный живот, это очень важное преимущество. Проглотила букашку, вторую, третью — стоп! Посмотри на живот, посчитай. Если не считать, то можно так себя раскормить, что ни в какое болото не поместишься. Почему свиньи такие толстые? Почему носороги такие толстые? Почему бегемоты такие толстые?

Потому что они не считают. Потому что у них непрозрачные животы.

Квакша-Кузнец

Квакша-Кузнец отнюдь не кузнец своего счастья. Кузнец его счастья — его жена.

И пока она кует его счастье, он сидит у нее на спине и следит за тем, чтобы все было как положено: и дом, и уют, и все остальное. Правда, ни во что не вмешивается, тихо сидит.

А вокруг шумят товарищи его, кузнецы, те, которые еще не успели обзавестись женами. Они шумят, потому что тоже хотят ковать свое счастье. Тихо сидеть, чтоб не спугнуть своего счастья…

Ведь сам Квакша-Кузнец, в сущности, не кузнец своего счастья, а жену так легко спугнуть, когда сидишь у нее на спине.

Берегитесь спугнуть кузнеца вашего счастья!

Квакша в семейной жизни

Квакши очень плохие матери, и по этой причине все заботы о детях ложатся на плечи отцов. Отец присматривает за детьми, когда они, еще совсем маленькие и невылупившиеся, лежат где-нибудь под кустиком, где их оставила беззаботная мать, а когда дети вылупятся, отец взваливает их на себя и несет в ближайшую воду.

— Мама! — говорят ему дети, и он откликается, хотя он совсем не мама, а в душе ругается, как может ругаться только отец.

— Мама! — ругается он. — Взять бы такую маму да выбросить, чтоб не путалась зря в семье!

Так грубо говорит он в душе, а вслух выбирает слова поласковей, потому что дети нуждаются в ласке.

— А где ваша супруга? — спрашивают у него знакомые, видя, как он несет на себе детей. — У вас такая красивая супруга, ее повидать — одно удовольствие, так почему же ее не видать?

Знакомые всегда выберут, что спросить, — так, что им не выберешь, что ответить. И отец Квакша им не отвечает, он идет дальше, по-прежнему ругаясь в душе:

— Красивая! Прыгать — конечно, красивая! На солнышке загорать — красивая! А каково в жизни? В семейной жизни?.. И почему это у нас так устроено: либо жена красивая, либо красивая семейная жизнь?

Мухолов-Пеструшка

Пеструшка, старый мухолов, знал когда-то немало песен. И он пел их, вылетая на мушиную ловлю, нисколько не боясь распугать мух. Напротив, мухи, казалось, сами летели на песни и, заслушавшись, даже не замечали, как он их ловит.

Пеструшка, старый мухолов, был тогда молодым мухоловом, и он исполнял три тысячи шестьсот песен в день, совмещая это с продуктивной мушиной ловлей. Хорошие были песни, и мухи были хорошие, и Пеструшка, старый мухолов, был хороший, потому что он был тогда молодой мухолов.

А потом появилась Мухоловка-Пеструшка, которая тоже показалась хорошей, хотя не знала никаких песен и не очень удачно ловила мух, но это ей прощалось, потому что она была молодой мухоловкой, да и сам Пеструшка был молодой мухолов.

Сколько времени прошло с тех пор? Может, и немного… Но Пеструшка, молодой мухолов, превратился в старого мухолова. Семья большая, только мух ловить поспевай. И песен он теперь исполняет всего лишь тысячу двести в день — всего-навсего тысячу двести, да и сами песни уже не те…

Потому что старая его мухоловка ждет от него не песен, а мух… И молодые его мухоловки ждут от него не песен, а мух…

И мухи летят, слетаются, как в прежние дни.

Видно, только они ждут от Пеструшки песен.


Содержание:
 0  вы читаете: Слабые мира сего : Феликс Кривин  1  Симбиоз : Феликс Кривин
 2  Макропод и его Макроподиха : Феликс Кривин  3  Семейство Толкунчиков : Феликс Кривин
 4  САМАЯ НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА : Феликс Кривин  5  Дети ринодермы : Феликс Кривин
 6  Ковер-самолет : Феликс Кривин  7  Страусовы перья : Феликс Кривин
 8  Ковер-самолет : Феликс Кривин  9  Неполнозубые : Феликс Кривин
 10  Начало млекопитающих : Феликс Кривин  11  Неполнозубые : Феликс Кривин
 12  Начало млекопитающих : Феликс Кривин    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap