Фантастика : Социальная фантастика : Глава 7. Евангелие от Тихони: …поскольку Наш Мир был отдан нам… : Александр Лукьянов

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




Глава 7. Евангелие от Тихони: «…поскольку Наш Мир был отдан нам…»

Зона

Стена, общежития «Звезды»

4 часа 35 минут 4 ноября 2047 г.

Так называемых «средств массовой информации» в Зоне, разумеется, не было. Их с успехом заменяла общая компьютерная сеть «Наш мир». В разделе «Новости» каждый житель Зоны, включая Переселившихся, мог разместить любую с его точки зрения значимую информацию, включая прямой самодеятельный репортаж с места события. Включив компьютер и пролистав раздел, каждый мог быть в курсе происходящего. Ну, и, наконец, Старик мог в экстренном и чрезвычайном случае одновременно связаться со всеми, позвонив на личные КПК.

Всё это было отлично известно Айсбергу, однако сегодня ему пришлось еще раз убедиться во всём этом воочию.

В 4.34 в общежитии второй роты визгливо заныла сирена. Айсберг вскочил, отбросив одеяло. Под потолком его комнаты ярко мигала белая сигнальная лампочка. Тускло-синяя в сочетании с басовитым гудением обозначала бы обычный тренировочный сбор, а вот комбинация белых сполохов с высокими тонами могла применяться только в случае действительно чрезвычайной ситуации. Одеваясь на ходу, Айсберг выскочил в коридор, уже заполненный бегущими «звёздными», где на него налетел ефрейтор Гильза.

— Это чего ж, матерь божья коровка, творится-то? — обеспокоенно пропыхтел ефрейтор. — Первый раз на моей памяти так визжит!

«Звёздные» построились в коридоре.

— Равняйсь! — скомандовал дежурный сержант. — Смирно! Товарищ капитан…

— Отставить! — оборвал капитан Хмара. — Роте поставлена боевая задача: выдвинуться в район севернее Марьино и оцепить участок, который будет указан по прибытии. Форма одежды — вторая, полевые комбинезоны средней степени защиты. Три минуты — на получение оружия и сухих пайков, минута — для погрузки в транспорт. Всем включить КПК на приём и надеть наушники: Старик лично объяснит обстановку. Разойтись!

На плаце в лучах прожекторов мокро блестела брезентовыми крышами дюжина дрезин-фургонов. Кучеры сидели под навесами рядом с облачёнными в брезентовые робы титанами. Первая дрезина выехала за ворота, посадка взвода во вторую уже заканчивалась, место Айсберга было в третьей. Он устроился между Гильзой и Вирусом. Дрезина колыхнулась, хрустнула колёсами по мокрому коричнево-оранжевому покрытию плаца, описала разворотный круг и покатила вслед за двумя первыми.

— Темнотиш-ша, хоть глаз выколи. — прошептал Вирус. — Вероятно, и впрямь что-то серьёзное.

— Разговорчики! — тут же среагировал с первой скамьи сержант Фугас. — Приказ не помните? Для забывчивых повторяю: КПК включить на приём, молча ждать инструкций Старика.

— Спасибо, Фугас. — заскрипел у каждого из сидящих в фургоне в наушниках под капюшонами хорошо знакомый искусственный голос. — Здравствуйте, первый взвод. Молодцы, ребята, быстро собрались. Попытаюсь в общих чертах обрисовать положение. В районе Марьино под землёй происходит непонятный мне процесс. Вероятно, нечто, связанное с мощными гравитационными узлами. Вообще говоря, похожее также наблюдалось в других Зонах. В Мармонтской, например, то есть той, что в Канаде. Там это явление получило у учёных названия «заводной медвежонок» и «бродяга Дик». Но у нас, кажется, будет гораздо более интересно и куда менее приятно. Наверх движется сферическая аномалия метров пятидесяти в диаметре.

Вирус невольно присвистнул, спохватился, но замечания Фугаса не последовало. Тот сам был явно поражён.

— Вероятны неприятные последствия, характер которых предсказать не берусь. Но вполне возможно, что вообще ничего нехорошего для… нас… не произойдет. Как бы то ни было, когда аномалия достигнет поверхности, потребуется окружить место её появления, беспрепятственно выпускать за кольцо оцепления всю живность. Включая всякую мелочь вроде мышкарей и тушканцев. Но при этом никого не пропускать внутрь. Во избежание и на всякий случай, так сказать. Задача ясна?

— Так точно. — ответил Фугас. — Разреши спросить.

— Да?

— Амазонки тоже будут участвовать?

— Это не для них, здесь нужна армия. Еще вопросы есть?

— Никак нет!

— Спасибо, ребята. — сказал Старик. — Дальнейшие инструкции — по прибытии. Пока же настоятельно советую перекусить. Неизвестно когда сегодня поедите по-человечески, а вы, всё-таки, привыкли к режиму. Война — войной, а обед — по расписанию. Приятного аппетита, мешать не буду, свяжусь с вами на месте.

Дрезины, освещающие дорогу фарами двигались по дороге № 16, ведущей к Марьино. На прозрачные пластиковые окна оседала мелкая ноябрьская морось. Микроклимат Зоны очень отличается от внешнего, сибирского. Осени и зимы тут тёплые, температуратура никогда не опускается ниже нуля. но вот что касается промозглости и сырости — традиции сохранены.

— Дрянь у меня термос. — пожаловался Гильза. — По возвращении обязательно сменю. Кофе совсем остыл.

— Зато у меня — кипяток, язык сварился. — сказал Айсберг. — Давай смешивать.

— Давай.

Они сосредоточенно жевали бутерброды с сыром. Сквозь окошки на задней стенке фургона пробивался свет фар следующей за ними дрезины.

Через полтора часа скрипнули тормоза.

— Бойцы, к машине! — прозвучала уставная команда Фугаса и взвод посыпался из фургона. Сержант построил подчинённых.

— Светает потихоньку. — заметил Вирус.

— Очень потихоньку. — буркнул Гильза. — Не мешало бы добавить ясности

— Добавляю. — тут же откликнулся Старик. — Нужно оцепить вон тот сухостой. Аномалий нет, я всё убрал. Так что — действуйте, герои.

Сержанты быстро расставили личный состав. В десяти метрах слева от Айсберга стоял Гильза с автоматом наперевес, справа на таком же расстоянии — Вирус. Шло время. На востоке серело небо. Сухие деревья уже не темнели неясной массой, их корявые ветки вырисовывались всё чётче.

— Показалось мне или нет? — негромко произнёс Вирус во вшитый в капюшон микрофон.

— Р-рядовой Вирус! — рявкнул Фугас. — Изволь докладывать по-уставному! Чётко и точно!

— Вроде, под ногами земля дрогнула. — сообщил Вирус.

— И под моими колыхнулась.

— Такое же чувство.

Со стороны оцепленного участка донесся стонущий скрип и шелест. Казалось, что просыпаются и потягиваются, мелко тряся ветвями, засохшие лет пять назад осины. Ощущения были очень неприятными.

— Привидения. — хмыкнул Гильза. — Массовое самозарождение.

— Приготовьтесь, ребята. — предупредил Старик. — Лезет.

— Кто лезет?

— Не «кто» а «что». Аномалия, о которой я говорил.

Впрочем, ничего объяснять не потребовалось. Айсберг с внутренним содроганием заметил, как сухостой внезапно зашатался, стволы раскачивались в разные стороны с разной амплитудой, хрустя и ломаясь при ударах друг о друга. Из кустов вынеслась ополоумевшая динго[30] и с поджатым хвостом стрелой понеслась прочь по дороге. Испуг-испугом, а соображает тявкало рыжее, чистым полем через аномалии не удирает.

— Пропустили пёсика-то? — благодушно осведомился Старик. — Правильно. Вот так всех и выпускайте. А туда — никого! Ни-ни!

Да кто же попрётся-то в такой ужас?! Окруженный «звездными» участок стал медленно вспухать, словно под ним просыпался исполин и медленно вставал на колени, приподнимая сгорбленной спиной сырую осеннюю почву.

— Матерь божья коровка! — ужаснулся кто-то. — Вот это да! Ну и ну!

— Трепотня в эфире! — рыкнул в микрофонах сержантский бас. Земля ходила ходуном, перед изумленными «звездными» вырастал правильной формы — в виде идеального полушария — холм. На его вершине и боках осыпались пласты чернозёма, грязь и мокрый суглинок перемешивались с падающими деревьями, оттуда в ужасе прыскали прочь какие-то мелкие зверьки. Через час экватор лезущей наружу сферы сравнялся с поверхностью земли, движение прекратилось, сотрясения под подошвами армейских ботинок затихли.

— Кажется, всё. — скрипнул Старик. — Вроде, никто не пострадал…

— Так что же это было?

— Не имею понятия. — отрезал Старик. — Прыщик на лице матушки-Зоны.

— Дык, ни фига себе — «прыщик»! — возмутился Гильза. — Полсотни метров в высоту!

— Осядет. Приглажу аномалиями, а зеленью само со временем покроется. Амазонки новый лес вырастят.

— Да? — усомнился Фугас, разглядывая ужасающее месиво. — А много таких волдыриков собирается вскакивать?

— Пока не могу ответить. Надо понаблюдать, поразмыслить. — ответил Старик. — Для меня это — неожиданность.

— Во всяком случае, всё какое-то разнообразие. — заметил Фугас. — А то у нас ландшафт плоский до отвращения. Пара-другая высоток не помешала бы. Ну что, по домам?

— Да, само собой, большая благодарность всем, бойцы! — в наушниках щёлкнуло, Старик покинул общий эфир.


Зона

Стена, «Детский сад»

11 часов 4 ноября 2047 г.

Плюс нажал кнопку «пауза», изображение на экране остановилось. На фоне серого утреннего неба возвышались гряно-бурые склоны большого холма.

— Да-а… — протянул Морж, морща лоб. — Знатно выпятилось. Монблан. Объявляю запись в клуб альпинистов.

Воспитатели «детского сада», а также пять новоприбывших девушек-китаянок смотрели видеозапись утренних событий.

— Старик, ты понаблюдал, поразмыслил? — спросила Апельсинка.

Плюс ткнул пальцев в клавишу и экран, мигнув, отобразил пустое помещение Сената. Старик медленно спускался по мраморным ступеням.

— Насколько смог. — вздохнул он. — Только вряд ли мои объяснения кого-нибудь обрадуют. У сегодняшнего аттракциона — внешняя причина.

— Что это значит?

— Только одно. На планете нет силы, воздействие которой заставило бы Зону откликнуться таким образом. Выход наружу столь мощной аномалии — реакция Зоны на хозяев. Настоящих хозяев, понимаете?


Зона

Усть-Хамский информационный центр

16 часов 45 минут 4 ноября 2047 г.

Сборщик «штук» Малыш проголосовал на дороге и подсел в дрезину, направлявшуюся на окраину развалин Усть-Хамска. Там в здании бывшей телерадиостудии был оборудован центр электронной связи. Еще тридцать лет назад Угрюмый и его бригада из шести помощников впервые соединили компьютерную сеть Зоны с её Мозгом. Потом строители ремонтировали одно помещение студии за другим, а команда Угрюмого расставляла всё новое оборудование. На сегодня в пятнадцати комнатах белостенного дома под красной крышей из металлокерамики работал десяток связистов, обеспечивавших практически весь информационный обмен в Нашем Мире. Их возглавлял эндоген Радий. Там же проходил стажировку Электроник, с которым Малыш познакомился на днях.

— Медведица, понимаешь, уже в печёнках сидит. — жаловался Малышу подвозивший его кучер Соловей. — Матёрая, скажу тебе, зверюга! Поселилась рядом с центром и повадилась тут разгуливать. Едешь-едешь, вдруг видишь: сидит эта толстомордая посреди дороги, задумчиво так чешется. И ведь не сдвинешь! Подачку кинешь — съест, а сама ни с места. Я было Мурлына посылал её сгонять (титан покосился, услышав свою кличку), так она только рычит и скалится. Ну, не убивать же дуру! Вызвали как-то амазонок, те всадили ей под лопатку ампулу со снотворным, отвезли на противоположную сторону Зоны. Берлогу в лесу под Лукьяновкой устроили со всеми удобствами. Так нет же! Через месяц опять сюда вернулась, шляется здесь, попрошайничает. Ей ребята из центра сгущёнку таскают, а амазонки Старику жалуются, что у животного от сладкого печень может заболеть. О, слышишь, опять ревёт в лесу — это ж матерь божья коровка что такое! Замуж, что ли хочет? Так не орала бы, а ведьмедюгу какого-никакого себе искала. Правда, худа без добра не бывает: своими воплями она всех кабанов из округи разогнала.

Малыш от души посмеялся. Дрезина подкатила к орешнику, окружавшему центр электронной связи. Сквозь его голые ветви виднелись остатки кирпичных зданий, которые не стали восстанавливать. Из какой-то развалины поднимались сизые клубы пара: там образовалась крематорка, температурная аномалия, испарявшая падающую в неё дождевую морось.

— Приехали. Давай разгружаться, Мурлын.

— Благодарствую. — сказал Малыш кучеру, выбрался из кучерской кабинки и зашагал по мощеной бетонной плиткой дорожке к стеклянному вестибюлю центра, где его уже поджидал Электроник. Сборщик обменялся с ним крепким рукопожатием, стажер жестом пригласил войти.

— Ну, в точности — космонавт! — восхитился Электроник. — Скафандр, ранец… Вот только автомат из общего стиля выбивается.

— Да с удовольствием гулял бы по Зоне налегке. — вздохнул Малыш. — Но разве Старика переубедишь? «Нет ничего дороже здоровья. Лучше сто раз перестраховаться, чем остаток жизни провести инвалидом.» — и всё в том же духе.

Он поставил автомат в угол, расстегнул ворот зелёного скафандра, бросил сферический шлем с зеркальным забралом на диван и ловко вывернулся из лямок ранца.

— Э, что ж мы здесь-то, словно цыгане, табором расположились? — заметил Электроник. — Давай ко мне в лабораторию.

— Нет, тороплюсь, кучер обещал подбросить на обратном пути. — отмахнулся Малыш — Сразу от вас поеду в тридцать девятый сектор Стены, санитары своего барахла ждут. Ну, и еще хочу там кое-кого повидать…

Он осторожно открыл герметический ранец. Там были аккуратно уложены блестящие фарфоровые контейнеры, на крышках которых фломастером были написаны названия собранных Малышом «штук»

— Шевелящийся магнит заказывали, правильно? Ага, вот он, держи.

Один из контейнеров был вручён Электронику.

— Поосторожнее с ним. — предупредил Малыш. — Название-то не случайное. Словно живую мышь в руках держишь.

— Ладно, учтём.

— Удачных опытов! Если еще что понадобится — сигнальте, добуду.

Малыш вновь закинул ранец за спину, взял шлем и винтовку и направился к стеклянной двери вестибюля.

— Дикая природа вокруг, а окна чуть не во весь фасад! Не боитесь, что побьют? — спросил он.

— Кто? — удивился Электроник.

— Ваша горластая медведица хотя бы. Вот вломится…

— Машка что ли? — улыбнулся Электроник. — Не-е, она шумная, но смирная, постоянно обедать приходит. Видишь под березой миску? Мы ей туда рисовую кашу со сгущенным молоком подкладываем.

— Смотрите, бдительности не теряйте, медведеводы-любители. Зверь всё-таки. До скорого.

Малыш вышел наружу, посмотрел на нарукавный термометр.

— Плюс девять. — констатировал он. — Ветер. Моросит. Нет, летом всё-таки не в пример лучше.

Из тетради с конспектами, сделанными Электроником во время обучения в «детском саду»

На обложке написано его рукой: «К зачёту по физике Зоны»

…ки, однако, это неизвестно.

Белым обручем называют кольцо из легкого материала, напоминающего алюминий. Находят по периметру аномалии под названием трамплин. Напоминает «браслет» (см. выше), однако светлее и больше по весу и диаметру. Если эту «штуку» насадить на тонкий горизонтальный стержень и слегка раскрутить, обруч будет двигаться до тех пор, пока его не остановят, приложив серьёзное усилие. Когда белый обруч был найден в Канадской (Мармонтской) Зоне его назвали «вечным двигателем». На людей не оказывает ни положительного, ни отрицательного воздействия, практического применения в жизни обитателей Зоны не получил. Старик называет обручи отходом энергетической сети Зоны и разрешает продавать за Стену в неограниченном количестве: —«Пусть их ученые забавляются, надо же им на чём-то диссертации защищать.»

Медуза также образуется в трамплине. В этом полупрозрачном красно-буром бесформенном образовании, словно в янтаре, можно различить сжатые и затейливо выгнутые мощной гравитацией остатки растений и почвы. Помещенная на теле между лопатками, позволяет странствующему по Зоне чувствовать приближение к гравитационным аномалиям, таким как воронка и карусель. По этой причине в прежние времена медуз вшивали в комбинезоны собиратели «штук». Теперь Старик выкладывает на КПК каждого, кто выходит в Зону подробнейшую карту аномалий и предупреждает о приближении к ним. Так что медуза потеряла своё значение. Эти «штуки» также массово продают за Стену, но их цена невысока.

Булавки. Они же — «устройства стержневого типа». При определенных условиях (например, если сильно потереть их пальцами) начинают «говорить» — отображать последовательность спектрально чистых цветов видимого спектра. Выбрасываются на большое расстояние аномалиями машины времени. Их категорически запрещено не только продавать, но и вообще собирать. Старик утверждает, что булавки поддерживают феноменальную устойчивость радиосвязи в Зоне и полную защиту от прослушивания нашего эфира извне.

Саррочка-золотце. Давший название этой штуке определённо обладал чувством юмора. Красивое образование с с золотисто-глянцевой поверхностью и оранжево-красными вкраплениями действительно отдалённо напоминает фигурку упитанной дамы. Эту «штуку» порождает в виде отхода своей деятельности аномалия жемчужное одеяло. Та самая, превращающая человеческий организм в титанский. Гуляла в своё время зловещая легенда, будто саррочки-золотца — высосанные и сплюнутые аномалией души ставших титанами. Оказывают благотворное действие на хранящиеся продуты, великолепно предохраняя их от порчи. По каковой причине их вмонтируют в задние стенки холодильников. За Стену практически не продают.

Зуда — устройство неизвестной фактуры, возникающее в аномалии, называемой лентой. Старик до сих пор отказывается определённо объяснить её природу, мотивируя это тем, что в человеческом языке нет соответствующих понятий. Крайне неточно говоря, внутри крохотной зуды элементарные частицы постоянно превращаются в энергию и наоборот. «Расшевелённая» зуда испускает некие волны и/или звук на некой частоте. Это вызывает чувства страха и дискомфорта у всех живых организмов, включая флегматичных титанов. Старик додумался встраивать зуды в обычные винтовочные пули, что придало им поражающую силу снаряда гаубицы.

Ночная звезда — редкая и красивая «штука» с зеркальной поверхностью и цветными фосфоресцирующими жилками на ней. Ночью освещает зеленоватым светом все вокруг себя в радиусе 1–2 метра, за что и получила своё название. Появляются в потоках зелёнки. Совсем недавно лучший хирург Зоны Потрошитель открыл удивительное свойство ночной звезды мобилизовать все силы оперируемого человека. После чего отделал звёздами потолок операционной. Однако поправляющемуся и тем более здоровому человеку лучше держаться от неё подальше, поскольку «форсажный режим», в который она вводит человеческий организм в чрезвычайных ситуациях, быстро изнашивает живые ткани. Вероятность появления ночной звезды в аномалии кисель — низкая. Поэтому в основном ими интересуются местные медики-эндогены, а на экспорт эти «штуки» идут редко.

Чёрные брызги, выбрасываемые аномалией чертов котёл, весом и формой напоминают шарики для подшипника. До неузнаваемости искажают попадающий в них пучок света (выходит с задержкой и более низкой частотой). Кроме как в ювелирном деле, никакого применения не нашли. Влияние на человека не изучено. Существует также предположение, согласно которому эти образования являются гигантскими областями пространства с иной метрикой, принявшими под воздействием нашего пространства компактную трехмерную форму.

Лунный орех производится аномалией невесомка. Полупрозрачен. Со светящейся сердцевиной, изредка сыплет маленькие молнии-искры. «Штука», которую в Зоне никогда не ценили и без всяких сожалений сбывали за Стену. Впрочем, не забывая спросить за неё соответствующую плату. Единственная выясненная особенность ореха заключается в том, что поднесенная к нему электронная техника перестаёт работать. Выключаются карманные компьютеры, глохнут и слепнут детекторы, объявляют забастовку цифровые бинокли и прицелы. Говорят, что именно орехи, вшитые в Тихоней в одежду Старика, позволили тому пробиться сквозь излучение Антенны. В последние годы китайский военно-промышленный комлекс охотно скупает орехи в любом количестве.

Этак (или «вечная батарейка» у западных учёных). Ребристое блестящее образование. При определенных условиях размножается делением. Одного «этака» достаточно, чтобы заменить аккумулятор автомобиля. Своеобразное инопланетное «растение», Старик в шутку сравнивает его с геранью на подоконнике Зоны. Продавался и продаётся вовне в неограниченных количествах: несмотря на то, что этаки давно научились размножать по всей планете, выросшие внутри Зон отличаются повышенной мощностью и надёжностью.

Бенгальский огонь находят рядом с аномалиями электра. Отлича…

Зона

Дом Белоснежки,

20 часов 30 минут 7 ноября 2047 г.

— С праздником! — сказал Старик с экрана ноутбука. — Хотя он имеет большее значение для внешнего пространства, а не для нас, но не будь событий семнадцатого года, не появились бы на свет ни я, ни ты. Найди как-нибудь в свободную минутку в Большой Библиотеке забавный фильм, называется «Ленин в октябре», посмотри. Повеселишься… Впрочем, это лирическое отступление, а вообще-то хочу спросить: как рука?

Белоснежка машинально спрятала забинтованную кисть за спину.

— Спасибо, ничего. Пустяки, не болит…

— Не пустяки, а разгильдяйство и безалаберность. — рассердился Старик. — Что такое жгучий пух, учила? Учила. Сама про него рассказывала «детсадовцам»? Рассказывала. О том, что от него ожоговые волдыри образуются на коже, объясняла? И сама в него вляпалась! Восхитительно. Чудесно. Бесподобно.

— Больше не повторится.

— Очень надеюсь. Завтра опять покажешь свои болячки Сверчку. И не смей отговариваться! «Пустяки» ей, видите ли…

— Хорошо. Обязательно зайду в медпункт.

— Что-то смущает? — спросил Старик.

— Смущает. — твёрдо ответила Белоснежка. — Как я поняла, врачи в Зоне — эндогены.

— Ну, не одни они…

— Практически все. Из ста четырёх — девяносто семь. Почему?

— На то два объяснения. Во-первых, как ты знаешь лучше меня, остатки русского населения не получают никакого высшего образования. В том числе — медицинского. Ни здесь, в китайской Сибири, ни в марионеточных «республиках» европейской части бывшего СССР. Так что медики к нам не попадают. Выучиться врачебному делу здесь, в Нашем Мире, невозможно по очевидным причинам: не каждое большое государство с медицинскими институтами с этим справляется. А уж нам-то… Во-вторых, эндогены по сравнению с переселенцами-экзогенами обладают буквально сверхъестественными способностями к самообразованию и гипертрофированной чувствительностью. Достаточно им осмотреть больного, чтобы понять, где и что в его организме не в порядке. Достаточно почитать медицинские справочники и учебники (а читают они невероятно много), чтобы понять, в каком лечении нуждается пациент. И, кстати, медицинских ошибок практически не бывает. Даже при принятии врачом-эндогеном единоличного решения. А уж если созывается консилиум, такая возможность совершенно исключена. Поверь, за подобного эскулапа с жадным урчанием ухватилась бы любая из клиник для богатеев там, за Стеной.

— Охотно верю. — вздохнула Белоснежка.

— И всё-таки что-то по-прежнему беспокоит?

— Видишь ли, Старик… — Белоснежка замялась. — Прости, конечно… Может показаться неэтичным… Но я, разумеется, ни с кем сомнениями на эту тему больше не делилась…

— Смелее. — подбодрил Старик. — Знаешь ведь: всё останется между нами.

— Мне кажется, что эндогены… не совсем люди.

— Боишься, что впала в наказуемую ересь? — мягко спросил Старик, переходя на её голос. — В расизм? Гм… порассуждаем. По существу всё верно, родившиеся в Зоне отличаются от перебравшихся сюда. Весьма и весьма. Это очевидно. Никто и не притворяется, что различий нет. Так что же?

— Такое ощущение, — наконец решившись, выпалила Белоснежка, — что медики-эндогены относятся к нам, пациентам-экзогенам, словно ветеринары к животным. К существам другого вида.

— Повторяю, вы для них — именно существа другого вида. Хотя слово «животные» я бы всё-таки не употреблял: сами они меньше всего считают, что рождены животными. «Ветеринары»? Гм… Так что из того? Плохие «ветеринары»? Неумелые?

— Гениальные. — твёрдо сказала Белоснежка. — По моему, тот же Сверчок может вылечить любую хворь.

— То есть помощь от плохого врача с такой же, как у тебя внешностью, но с сомнительным результатом примешь без колебаний? А гарантированное исцеление тебя гениальным эндогеном-«ветеринаром» Сверчком будешь считать чем-то унизительным? Только оттого, что у него вертикальные зрачки посреди оранжевой радужки?

— Как-то нехорошо получается… — смутилась Белоснежка. — В самом деле — расизм…

— Нехорошо. — подтвердил Старик. — Но, напомню, никто никогда не узнает об этом разговоре. И постоянно помни: если, не приведи судьба, снова потребуется помощь врача, то убедишься, что наши «ветеринары» в лепёшку разобьются, а вылечат.

Белоснежка тяжело вздохнула.

— Вижу, читаешь Тихонино сочинение. Когда закончишь, обязательно посмотри сегодняшние новости. Имею в виду заседание Сената. Информация, обязательная к ознакомлению для всех экзогенов.

— Обязательно. — пообещала Белоснежка.

Старик кивнул, экран компьютера окрасился синим. Белоснежка подцепила закладку, открывая страницу в рукописи, на которой остановилась вчера.

Без даты и времени. Предположительно — между 11 и 14 января 2012 г.

Эндогены. Дословно — «рождённые внутри» Зоны. За полвека от появления Зоны до Переселения Старика в Мозг Зоны их появилось всего пятеро. Нет, у женщин, тем или иным путём попавших в Зону, дети рождались. Но практически все либо были мертворожденными, либо умирали в первые же дни. Немудрено — самые причудливые мутации делали их организмы совершенно нежизнеспособными, в уцелевших ожидали невообразимые лишения. Полдесятка выживших получили за их сверхъестественные в сравнении с обычными людьми, способности прозвища Шаманов. Каждый из них обладал качествами, невероятными с точки зрения обычного, родившегося вне Зоны, человека. Гиперчувствительность, удивительная память, сверхобучаемость, гибкий интеллект, идеальная приспособленность к условиям Зоны и прочее и прочее… Но при всём том, у Шаманов не могло быть никакого будущего. Во-первых, все дети-эндогены рождаются исключительно мужского пола. Ни одной девочки за всю историю Зоны! Во-вторых, даже если бы эндоген подыскал себе подругу (эндогенку или экзогенку — безразлично) потомства у них всё равно не появилось бы. Их отличия от переселившихся в Зону экзогенов и друг от друга непреодолимы. Генетический набор каждого из Шаманов уникален и несовместим ни с чьим другим, да и внешне они, кстати, весьма непохожи. Отмечу к слову, что эндогены отдают себе отчёт в этом и не делают никаких попыток искать брачного партнёра.

К моменту Переселения Старика (август 2007 г.) в Зоне проживало лишь два Шамана — Марьинский и Глузинский.

Впоследствии Старик сумел договориться с марионеточным росиянецким и сменившим их китайским режимами о переселении в Зону женщин. Уже к 2009 г. соотношение полов выровнялось, а с 2011 г. женщин среди нас даже чуть больше (амазонки, разумеется, не учитываются). Стали образовываться семьи. Рождение детей перестало быть редким явлением.[31]

У меня возникло подозрение, что Старик не просто одобрительно относился к складыванию семейных пар в Зоне, но и негласно проводил какие-то свои эксперименты. (Впрочем, когда я напрямую спросил его об этом, он с бурным негодованием отверг все догадки.) Во всяком случае, с каждым образующимся семейством он проводил собеседование и призывал стократно обдумать рождение ребёнка-эндогена. Но если муж и жена всё же, невзирая на предупреждения Старика о неминуемых последствиях, принимали такое решение, то отношение Старика к ним становилось заботливым и предупредительным до назойливости. Он опекал беременную женщину вплоть до напоминаний вовремя принимать витаминные смеси, а молодые мамы получали подробные консультации в любое время суток. И опять же подозреваю, что он подкрутил-таки какие-то регуляторы в механизме Зоны: смертность среди новорожденных эндогенов упала практически до нуля. К настоящему времени население Зоны состоит из 4480 переселенцев-экзогенов, 259 туземцев-эндогенов и 106 амазонок.[32]

Роды у женщин принимали врачи, которыми в подавляющем большинстве опять же становились эндогены. До трёх лет поведение малыша-эндогена ничем (с моей, разумеется, дилетантской точки зрения) не отличалось от поведения обычных ребятишек. Зато дальше… Свободно читать, писать и решать математические задачи. Запоминать большие объёмы информации. Тонко чувствовать Зону и свободно ориентироваться в ней. Всё это для четырёхлетнего эндогена не было проблемой. Ему быстро наскучивали игры и общение с родителями. Отношение к отцу и матери становилось почтительно-ровным, не обременённым эмоциями. И, как правило в четырёхлетнем возрасте маленький эндоген деликатно покидал семью. Его воспитанием и образованием занимались взрослые эндогены, к которым он примыкал. В их сообществе происходили стремительная социализация и выбор будущей профессии, в которой юноша достигал блистательных высот. Обычно в пятнадцати-шестнадцатилетнем возрасте эндогены уже заявляли себя как превосходные медики, инженеры, ученые-исследователи.

Традиционно подавляющее большинство эндогенов проводит большую часть времени у Марьино. Само собой, живут они не в восстановлённых зданиях. На окраине густо заросших березняком развалин бывшего поселка расчищены, выровнены и залиты дорожной массой несколько площадок. На них стоят разнообразные дома на колёсах с тарелкообразными антеннами на крышах — эндогены не признают проводной связи, поскольку в любой момент могут переместиться вместе с жилищем в любой другой уголок Зоны. Ежедневно можно наблюдать, как к какому-нибудь трейлеру подъезжает дрезина, берет передвижной дом на прицеп и буксирует куда-нибудь в сторону Лукьяновки или Депо. Пожив там и проведя свои исследования, эндоген просит кого-то из кучеров вернуть его в Марьино. Дома-прицепы врачей, как правило, перетаскивают по Стене, из сектора в сектор, где их хозяева оказывают помощь всем, кому она требуется.

Белоснежка задумчиво покачала головой и пролистала рукопись Тихони назад. Там на страницах, датированных концом 2009 года, говорилось об амазонках.

2 декабря 2009 г.

После Переселения Старика амазонки совершенно не изменили своего замкнутого образа жизни. Старик в начале прошлого года оповестил всех, что боевые сестрёнки попросили у него разрешения превратить бывшую исправительно — трудовую колонию в своеобразную резервацию, куда был бы закрыт доступ всем, кроме них самих. Старик, разумеется, согласился, с присущим ему академическим юмором окрестив это место «гинекеем». К «гинекею» и раньше никто не приближался, а теперь и подавно. Но если всё же кто-либо нечаянно подступит ближе, чем на сто метров к высокой облупленной кирпичной стене бывшей колонии, тут же, словно призраки из-под земли вынырнут патрули амазонок. Пострадавшему, разумеется, окажут на месте первую помощь и, не проронив ни слова, доставят в безопасное место. Неосторожному страннику холодно укажут, как безопаснее обойти «гинекей» стороной. Любопытствующего (каковых пока, к слову, не находилось) молча и без церемоний выпроводят прочь.

Старик рассказывал мне, Бобру и Ушастому, что образ жизни амазонок в «гинекее» очень оригинален.

— А ты-то откуда знаешь? — не удержался я.

Поскольку амазонки рождены в Зоне, контактное вещество они принять и усвоить не могут. По этой причине Старик ничего не может видеть глазами и слышать ушами боевых подружек.

Старик, словно не слыша вопроса, сообщил, что все здания в «гинекее» давно пришли в полную негодность, а амазонки активно помогают их разрушению и обрастанию травой, кустарником и деревьями. В этом деле они изрядно преуспели, исключением является лишь прямоугольник внешней кирпичной стены в два человеческих роста высотой, да входные ворота. Их подруги кое — как ремонтируют и обновляют предостерегающие надписи. Живут же амазонки на деревьях.

— Как мартышки?! — томно восхитился Ушастый.

Нет, как эльфы в фэнтезийных романах, игнорируя восторг Ушастого, продолжал рассказывать Старик. Вся территория бывшей колонии за полвека поросла соснами. Их толстые стволы поддерживают крепкие и ровные настилы из бревен. На настилах, соединённых переходами, устроены брезентовые шатры. На настил можно взобраться по лестнице.

— Так они же должны дико мерзнуть зимой, а бабам это противопоказано. Плюс десять градусов, да под дождями… — хмыкнул Бобёр. — Хотя, какие там бабы: в озёрах размножаются, мужиков не хотят, бегущих кабанов с одной пули бьют.

Над шатрами с октября по апрель постоянно вьются дымки. Но очаги ли, печи ли отапливают жильё — неизвестно. Во всяком случае, Старик был твёрдо убеждён в том, что с комфортом у амазонок всё в порядке. Они совершенно не заинтересовались возможностью заказать у репликаторщиков мебель, электронику и хотя бы простейшую бытовую технику вроде портативных газовых плит. А вот продуктов, медикаментов, керамической и фарфоровой посуды, тёплых одеял, рулонов брезента, натуральных и синтетических тканей пожелали получить немало. И даже ковров.

— Как цыганки? — деловито уточнил Ушастый.

А еще девы затребовали новейшее снайперское оружие, а также боеприпасы к нему.

— Как Терминатор? — деланно ужаснулся Ушастый.

Тут даже Старик не выдержал и потребовал от него заткнуться.

«…как эльфы в фэнтезийных романах…» — сказал Старик. Белоснежка задумалась. Что ж, сходство есть, и немалое. Амазонки разумеют и чуют удивительную природу Зоны как никто другой. Они почти невидимыми тенями скользят по Зоне, никому не попадаясь на глаза, искусно обходя аномалии, появляясь, где им заблагорассудится и когда захочется. Боевые сестрёнки пересаживают молодые деревца из загущённых участков на пустоши, расчищают застрявшие на пути к озёрцам и заболачивающиеся ручьи. При чрезмерном увеличении численности зверья берут у Старика лицензию на выборочный единичный отстрел. Охота, кстати, служащая для жителей Зоны основным источником мясопродуктов, является абсолютной и нерушимой монополией амазонок. Даже «звёздным», несмотря на их непрекращающееся нытье «насчёт поохотиться», Старик неумолимо отказывает: «По мишеням палите хоть из гаубиц!» Раз в десять дней сестрёнки доставляют на продуктовый репликатор № кабанью тушу, а уже оттуда парное мясо попадает во все столовые, а также в продуктовые пункты Стены на радость всем любителям домашней кулинарии.

Прошло почти восемьдесят лет с времени возведения Стены и несколько её башен пришли в негодность. Поскольку они всё равно пустовали, было решено разобрать их, а полученный стройматериал пустить на укрепление остальных. Амазонки облюбовали смотровые площадки на верхушках оставшихся башен для наблюдения как за природой Зоны, так и за ближайшими внешними окрестностями. Старик с очень большой похвалой отзывается о зоркости и внимательности ратных подруг. Так, по его словам нет ни одного движения китайцев на их базе, которое не отследили бы амазонки с башен и «звёздные» с КПП.

Амазонки несут постоянное дежурство в «детском саду». Боевых сестёр никто не видит, но они, находясь в специальных помещениях, зорко наблюдают за новичками, чтобы в случае неадекватного поведения кого-либо из них применить самые решительные меры. Белоснежка вспомнила поразивший в своё время их группу трюк со стаканом, разбитым амазонской пулей на лету, и усмехнулась.

Как и для любого живого существа рожденного в Зоне, контактное вещество для амазонок — смертельный яд. Они не способны принять и усвоить его. Поэтому для боевых сестрёнок невозможно Переселение по окончании их телесной жизни. Но, кажется, никаких переживаний по сему поводу у гордых дев Зоны нет. Когда умирает амазонка, подруги относят её тело в крематорку. Затем добавляют горсть легкого пепла в вырытую рядом с «гинекеем» лунку, куда высаживают сосну. Что ж, далеко не худший вариант памятника.

«…какие они бабы: в озёрах размножаются, мужиков не хотят…» — сказал Ушастый. Грубо, но точно. Смерть боевой сестры либо приводит к принятию в ряды амазонок новой желающей присоединиться к ним, либо даёт право одной из подруг стать матерью. Новых в свои стройные шеренги подруги принимают крайне редко, неохотно и, как правило, по рекомендации Старика. Вот недавно он решил по одному ему понятным причинам отправить к амазонкам двух пятнадцатилетних китаянок из числа недавно прибывших. Девчонок, вроде бы, приняли. Однако, это исключение, в большинстве случаев — партеногенез.

Когда образовывалась Зона в Глузинской женской исправительно-трудовой колонии находилось около тысячи заключённых женщин. Погибли все, за исключением трёх. От уцелевших и происходит весь нынешний род амазонок. Впоследствии в Зону за десятилетия её существования попадало очень мало женщин. И только двум удалось достигнуть Глузино. Организмы «матерей-прародительниц» испытали мутационные изменения до сих пор не известного характера. Важнейшей из перемен стала способность к партеногенезу.

Строго говоря, размножение, при котором женская половая клетка развивается без соединения с мужской — не порождение Зоны, оно свойственно многим растениям и даже беспозвоночным животным Земли. (К слову — с бесполым способом размножения партеногенез ничего общего не имеет!). На такую форму размножения следует смотреть, как на приспособление к борьбе за существование. Партеногенез в огромной степени увеличивает продуктивность женщины без риска остаться неоплодотворенной и, следовательно, бесплодной. Именно это позволило трём праматерям амазонок дать начало целому виду эндогенных обитателей Зоны. Но! При таком размножении у амазонки всегда будет рождаться только дочь, притом внешне являющаяся почти полной копией матери. Вот вам и объяснение феноменального сходства амазонок — потомков общей прародительницы.

Итак, когда умирает амазонка, собирается общее собрание всех желающих родить дочь. Боевые подруги выбирают с их точки зрения наиболее достойную и та проводит у Жизнетворящего озера летнюю неделю, трижды в день купаясь в его водах. Старик утверждает, что до сих пор не разобрался в природе воздействия озера на женский организм, после которого партеногенез становится единственно возможной для женщины формой размножения. «Но, по-моему, тут Старик темнит… О чём-то он, кажется, всё-таки догадывается и отчего-то помалкивает.» — заметил Тихоня на полях своего сочинения. Беременность и роды протекают у амазонок так же, как и обычных женщин: через девять месяцев на свет появляется ребенок, вырастающий впоследствии в почти абсолютную копию матери.

Вероятно, образ размножения, а, следовательно, обусловленный этим образ жизни наложили отпечаток на психику амазонок. Мужчины в качестве половых партнёров ими совершенно не рассматриваются. Быть может, мужчины для боевых подруг — вообще иной биологический вид, с которым в исключительных случаях допускается только обусловленный интересами дела кратковременный симбиоз?

В младенческом и раннем возрасте дочь находится при матери, но когда выучится ходить и говорить[33], её воспитанием занимается вся община: старшие девочки, девушки, взрослые и пожилые женщины.

Думается, Старик совершенно прав, утверждая, что перед нами — самые первые шаги по формированию нового вида Homo Sapiens Sapiens. Точнее — Femini Sapiens AmaZones. Пока что эти шаги не завели слишком далеко в сторону, амазонки по многим чертам близки нам, экзогенам, но обольщаться не стоит: они — биологически другие существа. Вероятно, есть смысл упомянуть об отношении амазонок к Старику. Оно сродни отношению к солнцу, луне, ветру и другим природным силам, непреодолимо могучим и безукоризненно рациональным. Любую просьбу Старика девы выполняют мгновенно и без малейших раздумий. И, кажется, Старик относится с ним с большой симпатией, если такое чувство вообще возможно у Переселившегося.

Из конспектов, сделанными Белоснежкой для лекции воспитанницам «детского сада»

Здесь — Наш Мир. Иногда мы называем его Зоной.

Вот Устои Нашего Мира:

Устой 1. Устои Нашего Мира учреждаются только нами и никем не нарушаются.

Устой 2. В Нашем Мире живём мы:

— экзогены («родившиеся вовне»), то есть люди, переселившиеся из внешнего пространства. Любой, кто попадает в Наш Мир, получает выбор: быть одним из нас, или перестать быть. Желающий стать экзогеном проходит курс ознакомления с основами жизни в Нашем Мире и принимает ампулу с контактным веществом. Она, вступив в контакт с организмом, даёт возможность при приближении или наступлении телесной смерти совершить Переселение сознания в Мозг Нашего Мира. Не пожелавшему стать одним из нас, гарантируется мгновенная и безболезненная смерть;

— эндогены («родившиеся внутри»), то есть амазонки и сыновья экзогенов, рожденные в Нашем Мире. Для них Переселение невозможно.

— Переселившиеся.

(Далее — несколько густо зачёркнутых строк)

Устой 3. Все жители Нашего Мира, независимо от места рождения и биологических отличий, равны в их правах, даже если не равны в возможностях.

Наши общие права:

— на жизнь. Никто из нас не вправе отбирать ничью жизнь иначе как по доказанному обвинению в преступлении и по последующему приговору, выносимому общим судом. Старик и Переселившиеся не принимают участия в работе суда;

— на труд в соответствии со своими склонностями, возможностями, а также рекомендациями Старика и Переселившихся, не являющимися обязательными;

— на обеспечение всеми богатствами и благами Нашего Мира в оптимальном количестве и качестве;

— на (с разрешения Старика) создание и воспитание потомства (рождение сына-эндогена в семье экзогенов, клонирование члена семьи экзогенов, рождение дочери амазонкой, клонирование эндогена);

— на неприкосновенность жилища. Никто не смеет войти в него иначе как с разрешения хозяина или (в чрезвычайной ситуации) по особому распоряжению Старика;

— на личную тайну. Все сведения о чьей-либо частной жизни могут быть получены исключительно из первых уст.

Особые права экзогенов:

— на Переселение или отказ от него. Когда земное существование каждого экзогена подходит к концу, или в любой иной определенный экзогеном момент, его тело — если на то будут его согласие и недвусмысленно выраженная экзогеном воля — помещается в Порт для Переселения сознания в Мозг Нашего Мира для дальнейшего существования там.

Особые права эндогенов:

— на определённые места Нашего мира (гинекей амазонок), куда категорически воспрещён доступ всем остальным;

Особые права Переселившихся:

— на выбор любых форм существования в Мозге Нашего Мира;

— на… (Далее поверх текста — рисунок улитки с вопросительным знаком на раковине)

Устой 4. Все жители Нашего Мира, равны в объёме их обязанностей, даже если качественно обязанности различны в зависимости от места рождения, биологических, половых и возрастных отличий.

Наши обязанности:

— неукоснительное соблюдение Устоев;

— труд на общую пользу в соответствии со своими склонностями, своими возможностями и с рекомендациями Старика.

Особые обязанности Старика:

— сохранение Зоны;

Устой 6. Права Старика и Переселившихся

Старик имеет право:

— нарушать тайну личности любого жителя Нашего Мира, совершившего преступление, незамедлительно сообщая всем о факте преступления;

— отказывать в Переселении, не объясняя причин;

Обязанности Старика и Переселившихся

Старик обязан:

— нарушать тайну личности любого жителя Нашего Мира, совершившего преступление, незамедлительно сообщая всем о факте преступления;

Устой 9. Мы, независимо от места рождения и биологических отличий, в соответствии со своими биосоциальными особенностями, делимся на три сообщества: Искателей, Созидателей и Хранителей. Распределение экзогенов по сообществам является обязательным и производится Стариком или Сенатом в соответствии с биосоциальными качествами экзогена. Вступление эндогенов в сообщества — добровольное.

Сообщества избрали для себя отличительные цвета: Искатели — фиолетовый, Созидатели — оранжевый, Хранители — зелёный. Цвет сообщества может быть изменён решением сообщества. Сообщества подразделяются на отряды, имеющие собственную символику (нашивки, шевроны, эмблемы и др.). Количество отрядов и их символика определяются сообществом. (Далее поверх текста — рисунок улитки с восклицательным знаком на раковине)

Устой 29. Внешнее пространство.

Всё, что существует за пределами Нашего мира интересует нас лишь в том смысле и в той мере, в каких может быть для нас полезным. У нас нет никаких обязательств по отношению к внешнему пространству

Попытки покинуть Наш Мир никому не запрещаются. Но каждый должен осознавать, что при пересечении границы Нашего Мира (купола защитного поля) он погибнет.

(Далее — несколько густо зачёркнутых строк, следующая страница вырвана)

Зона

Дом Зигзага и Молнии, Стена

21 час 7 ноября 2047 г.

Ноутбуки Зигзага и Молнии одновременно мелодично тренькнули сигналами вызова.

— Старик на связи. Старик на связи. — хором сообщили они хозяевам. — Личный вызов. Личный вызов.

Супруги переглянулись и, подсев к столику у окна, коснулись стилами экранов.

— Доброго вечера. — пожелал Старик, сидящий на скамье под большой яблоней. — Еще раз поздравляю с праздником. Хочу вернуться к нашему позавчерашнему разговору.

Молния и Зигзаг вторично обменялись взглядами.

— Мысль о ребенке не оставили?

— Нет. — сказала Молния.

— Несмотря на то, что позавчера — заметьте, вовсе не собираясь вас отговаривать! — я еще раз напомнил о последствиях этой задумки, и без того хорошо известных вам?

— Несмотря.

— Отлично. Только что прошло экстренное и чрезвычайное заседание Сената. С моим выступлением обязаны ознакомиться все экзогены без исключения. А уж вас это касается в первую очередь. Но это совершенно случайное совпадение. — заверил Старик. Итак, смотрите заседание, после этого продолжим разговор.

Зигзаг запустил видеозапись, Молния, выключив свой ноутбук, села на диванчик рядом с мужем и прижалась к его плечу.

На экране компьютера развернулось изображение зала Сената. На скамьях сидели Переселившиеся в одинаковых одеждах: таких же, как у Старика белых свободных рубахах и широких льняных штанах.

Старик, заложив руки за спину и глядя под ноги, медленно расхаживал по круглой мраморной площадке в центре помещения.

— Все, что сейчас сообщу вам, мои уважаемые сенаторы, следует обязательно знать не только Переселившимся, но и каждому жителю Зоны. — говорил Старик, — Поэтому всех без исключения обяжем просмотреть видеозапись нашего заседания. Причём, прямо и непосредственно это будет касаться тех экзогенов, кто решит образовать семью и обзавестись потомством.

Зигзаг и Молния переглянулись.

— Общеизвестно, что с самых первых дней независимого существования Нашего Мира главной трудностью стало воспроизводство населения. То есть, для амазонок это, конечно, проблемой не являлось, а вот для экзогенов до недавних пор обзаведение потомством оставалось очень болезненным вопросом. Не буду бередить раны и сыпать на них соль — каждому понятно, что я имею в виду. Эндогены же вообще не могли мечтать о продолжении рода.

Так вот, должен информировать всех, что, если проблема и не разрешена в прямом её понимании, то найден альтернативный вариант. Кстати, весьма и весьма удовлетворительный… с моей личной точки зрения, естественно…

Ещё в 2010 году мною был обнаружен на глубине около ста метров под Глузино некий небольшой объект, который можно условно назвать «инкубатором». Но название появилось позднее, а тогда возможности использования объекта с пользой для Нашего Мира были совершенно неясны. Для чего «инкубатор» нужен в системе Зоны, не могу до конца определить и по сей день.

Тем не менее, в 2027 г. возникла гипотеза: в ста пятидесяти капсулах «инкубаторa» можно успешно клонировать живые организмы Зоны. Мне удалось подвести к объекту две шахты и доставить к капсулам исходный материал — клетки организмов млекопитающих. Начался долгий цикл изучения возможностей «инкубаторa». Работа велась не то, чтобы секретно… Но без афиширования, так скажем. К чему шум и декларации обширных намерений, если не было известно, чем всё завершится.

В биолаборатории Синего и его помощников было установлено, что появившиеся на свет из капсул щенки динго, суперкотята, детёныши тушканцев и крысюков совершенно ничем не отличаются от их собратьев, появившихся на свет при обычных обстоятельствах. Мои личные наблюдения и эксперименты привели к выводам, полностью совпадающим с мнением Синего. Смертность выпущенных на волю животных не превышала норму, они оставляли нормальное потомство и вели себя абсолютно так же, как и прочие их собратья.

В 2038 году в две капсулы поместили клетки экзогенов Ласки и Слитка, которые согласились принять участие в длительном эксперименте. Через девять месяцев, с разницей в три дня, четвёртого и седьмого ноября… родились… гм, наверное, можно так сказать… дочь Ласки и сын Слитка. Младенцы сразу же после… рождения из вытолкнувших их и тут же распавшихся капсул были переданы отцу и матери. Для семьи был оборудован домик в укромном уголке за густой вербовой рощей на берегу Камышового озера. Этот участок объявили, как некоторые знают, опасным и запретным и доверили попечительству амазонок, которые десять лет охраняли его и не пропускали туда ни любопытствующих, ни зверьё. Амазонки же доставляли всё необходимое для семьи. Все годы оба родителя занимались только одним: заботились о детях, следили за их развитием, воспитывали, обучали. Я старался помогать, насколько возможно. Ну, и наблюдал, конечно. И вот итог.

Старик указал пальцем на мраморный пол рядом с собой. Тут же на этом месте возникли трёхмерные изображения мальчика и девочки, держащихся за руки.

— Клён и Ива. — представил Старик. Он впервые поднял голову и обвёл ряды сенаторов внимательным взглядом. — Как видите — ни малейших ненормальностей в физическом развитии по сравнению с их сверстниками там, за Стеной. Никаких отклонений от нормы в психическом и умственном созревании. Состояние здоровья — хорошее, несколько обычных для детворы простудных недомоганий, синяки и царапины в играх — не в счёт.

Тайны из их обстоятельств появления на свет не делали, но и не акцентировали на этом внимания детей. И, похоже, на упомянутые обстоятельства ребята не обращают ни малейшего внимания. Родители объясняли Иве и Клёну, что живописное приозёрье было выбрано как наиболее благоприятное для детского здоровья место. Дети рассматривали в бинокли Стену, слушали рассказы о том, как в ней живёт население Зоны. Просматривали… гм… в рамках начального домашнего образования информационные странички нашей компьютерной сети: природоведение, история и Устои Нашего мира. Полагаю, дети психологически вполне подготовлены к вхождению в общество Нашего Мира. Они с нетерпением ожидают переезда на Стену, который, думаю, вполне может стать подарком к их дню рождения. Пора.

Вот, уважаемые сенаторы, вкратце то, что хотел сообщить. Полагаю, теперь следует ответить на вопросы. Уверен, их окажется много.

Старик присел на край скамьи первого ряда.

Зигзаг выключил компьютер и ошеломлённо посмотрел на Молнию.


Содержание:
 0  Трейлер Старика : Александр Лукьянов  1  Часть 1. Три круга Ада : Александр Лукьянов
 2  Часть 2. Три сектора чистилища : Александр Лукьянов  3  Часть 3. Три сословия рая : Александр Лукьянов
 4  Глава 2. Евангелие от Тихони: …когда открылись врата в царствие небесное… : Александр Лукьянов  5  Глава 3. Евангелие от Тихони: …и увидел он, что это хорошо… : Александр Лукьянов
 6  Глава 4. Евангелие от Тихони: …благословенны дела его… : Александр Лукьянов  7  Глава 5. Евангелие от Тихони: …благословенны дела наши… : Александр Лукьянов
 8  Глава 6. Евангелие от Тихони: …иначе и быть не могло… : Александр Лукьянов  9  вы читаете: Глава 7. Евангелие от Тихони: …поскольку Наш Мир был отдан нам… : Александр Лукьянов
 10  Глава 8. Евангелие от Тихони: …но сердце его исполнилось забот и тревог… : Александр Лукьянов  11  Глава 9. Евангелие от Тихони: …ибо путь не окончен : Александр Лукьянов
 12  Глава 1. Евангелие от Тихони: И был вечер, и было утро : Александр Лукьянов  13  Глава 2. Евангелие от Тихони: …когда открылись врата в царствие небесное… : Александр Лукьянов
 14  Глава 3. Евангелие от Тихони: …и увидел он, что это хорошо… : Александр Лукьянов  15  Глава 4. Евангелие от Тихони: …благословенны дела его… : Александр Лукьянов
 16  Глава 5. Евангелие от Тихони: …благословенны дела наши… : Александр Лукьянов  17  Глава 6. Евангелие от Тихони: …иначе и быть не могло… : Александр Лукьянов
 18  Глава 7. Евангелие от Тихони: …поскольку Наш Мир был отдан нам… : Александр Лукьянов  19  Глава 8. Евангелие от Тихони: …но сердце его исполнилось забот и тревог… : Александр Лукьянов
 20  Глава 9. Евангелие от Тихони: …ибо путь не окончен : Александр Лукьянов  21  Часть 4. Исход : Александр Лукьянов
 22  Использовалась литература : Трейлер Старика    



 




sitemap  

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение
WhatsApp +79193649006 грузоперевозки по Екатеринбургу спросить Вячеслава, работа для водителей и грузчиков.