Фантастика : Социальная фантастика : 2 : Наталия Новаш

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49

вы читаете книгу




2

Я прихожу сюда в такую рань каждый день — с тех пор, как началась весна. Когда снег растаял, все проснулось вокруг и, закипев жизнью, стало изменяться на глазах, будто впитывая сказочные силы, что прибывали вместе с теплыми утренними дождями; с ветром, несущим из синих высот озон и грозы; с солнцем — теперь обжигающим, могучим и близким. Кусты вдоль реки цветут: облака лепестков, море душистой пены. И деревья распускают свои маленькие листья, даже на дубе набухли почки. Желтые, рассеивающие пыльцу сережки падают мне на голову и путаются в волосах. А если прислушаться, то кажется, что гудят в высоте тысячи пчел…

Каждое утро я иду по траве босиком. Она доросла мне уже почти до колен. Роса холодная, как вода в речке, что шумит за спиной. А там, на холме, за красными развалинами и темнеющим хвойным лесом, всходит солнце, и всякий раз в такую минуту я вспоминаю, как увидела этот мир впервые…

* * *

Придя в себя, я почувствовала, что сижу в неудобной позе — будто бы на земле или на полу, вытянув ноги и прислонившись спиной к чему-то твердому и шершавому. Я инстинктивно поискала руками опору и нащупала под собой сухие листья и влажную холодную землю. В этот момент я открыла глаза. Поразительно безучастно подумала, что все еще там, в парке… Но нет, это был совсем другой парк — где-то вблизи реки на заливных лугах. И стояла другая, уже глубокая осень… Пахло старой травой, слышался шум течения по камням, и воздух, чистый, как в детстве, леденил зубы.

Листва на земле была уже не желтая, а безнадежно побуревшая. Почти точно можно было сказать, что это листья дуба. И все-таки это была лишь иллюзия дубовых листьев. Мозг, как безошибочная счетная машина, видел фальшь. Так искуснейшая подделка бывает неотличима от подлинной вещи, но глаз говорит: «Не то! Здесь что-то не то». Вроде восковых яблок, поразивших меня в доме приемных родителей. Чем румяные бока яблок отличались от настоящих, было загадкой, но сразу чувствовалось, что они искусственные… Продолжая смотреть на листья, я поняла, что меня смущало: листья были грубее, жестче. Какая-то лишняя доля миллиметра толщины всю картину делала иной. И не так обычно осенью покрывают землю листья в дубовом лесу… «Тонко сделано!» — машинально отметил мозг, еще не успев осознать важность этой детали, и тут мое внимание было отвлечено другим.

Наверное, я все же очень медленно приходила в себя. Иначе как было не заметить, что рядом — в поле моего зрения — находились еще три человека. Двое сидели на земле слева от меня, так же, как я, прислонившись к огромному дереву с грубой потрескавшейся корой. Люди были без сознания или спали, и только третий, похожий на подростка, ковылял невдалеке в облетевших кустах.

Я медленно повернула голову к незнакомцам. Нет, точно, они крепко спали, накрытые целым ворохом хвои и сухих листьев. С краю ворох был разворочен — видно, третий как раз выбрался из этого укрытия. Я подняла ветку незнакомого хвойного дерева с длинными голубоватыми иглами. Тяжелая густая хвоя уколола мне пальцы, и я вдруг представила, что двое сейчас проснутся и увидят меня. В этот момент, словно по команде, один из них, лежавший ближе, светловолосый и широколицый, потянулся и открыл глаза. В их быстром и умном взгляде почувствовалась сила спокойного превосходства. Темно-серые и необычно живые, они смотрели словно бы и не со сна: самоуверенно и заинтересованно, даже с некоторым оттенком наглости. Обернувшись ко мне, светловолосый пробормотал что-то. В глазах и лице его, простецки грубом, но с чуть презрительно-высокомерным ртом, заиграла ухмылка. Странно кривясь, начали растягиваться губы, насмешливо сморщился нос, а в энергичных складках у рта проступило нечто довольное и слегка хищное. Наконец он расхохотался, оглушительно, как из бочки, голосом пропившегося мужика, но с теплой хрипотцой, и тотчас на грубом лице его ясно обозначилось притягивающее и обезоруживающее добродушие. Смехом он разбудил своего соседа — темноволосого человека с утонченными чертами лица, который глянул на меня удивительно и настороженно.

Затем темноволосый резко обернулся, словно ища взглядом кого-то, но место рядом с ним оказалось пусто — только в беспорядке были разбросаны хвоя и сухие листья. Не на шутку взволнованный, уже не обращая на меня внимания, он рывком сел и принялся озираться вокруг, пока не заметил в кустах удалявшийся мальчишеский силуэт. Этот, третий, так сильно хромал, что белый помпончик на его клоунской ярко-синей шапке забавно вздрагивал, а развевающаяся слишком широкая куртка в контрасте с узкими брючками подчеркивала тщедушность фигуры.

Темноволосый крикнул что-то вдогонку. Хромой оглянулся, махнул рукой и еще быстрее заковылял к реке.

Потом, когда я выучила их язык, Вольф — так называли блондина его спутники — рассказал мне, что был, конечно же, удивлен, но больше обрадован, увидев меня в ту минуту. «Прибавилось покойничков!» — вот что произнес он, прежде чем расхохотаться и разбудить Карина. Вольф меня сразу же насторожил, и я вдруг подумала, что Карин — как раз тот человек, которого надо держаться, если понадобится защита. Внешняя наглость Вольфа подсказывала мне, что защиты искать придется… Я даже придвинулась тогда машинально к худому задумчивому человеку с такими усталыми глазами и одухотворенным лицом, все черты которого словно приготовились к полету — столько сосредоточенности и совершенства было в его отточенном профиле.

Светловолосый ухмыльнулся еще раз и, потягиваясь сонно и с удовольствием, обнял меня за плечи и потянул к себе, совершенно не обращая внимания на мои попытки помешать. Я насторожилась и невольно замерла. Мой темноволосый сосед смотрел некоторое время на нас, потом встал и, обогнув ствол дерева, оказался справа. Развернулся и через меня буквально вышиб Вольфа ударом руки из кучи дубовых листьев. Казалось, Вольф опомнился и окончательно проснулся только в этот момент. Медленно встал с колен, отряхнулся и, протирая глаза, посмотрел на Карина с удивленной и добродушной улыбкой. Потом улыбнулся шире — очень широко, так что все лицо его как бы накрылось одной широкой улыбкой… Такое простое, доброе и понимающее лицо. В глазах его все еще сохранялась прежняя сонная мечтательность. Он почесывал голову и, с удовольствием потягиваясь, глядел на нас с Карином, как смотрят на несмышленую детвору. Потом опять усмехнулся, но уже как-то по-новому, словно втихомолку про себя чему-то удивляясь, полным извинения жестом приложил ладонь к груди и, закрыв глаза, с укором покачал головой. Мягко и выразительно на незнакомом языке сказал нам что-то успокаивающее, будто обращался к детям. Я даже подумала, что зря обидели человека…


Содержание:
 0  И я там был..., Катамаран Беглец : Наталия Новаш  1  Повести : Наталия Новаш
 2  1 : Наталия Новаш  3  2 : Наталия Новаш
 4  3 : Наталия Новаш  5  4 : Наталия Новаш
 6  5 : Наталия Новаш  7  И я там был… : Наталия Новаш
 8  1 : Наталия Новаш  9  2 : Наталия Новаш
 10  3 : Наталия Новаш  11  4 : Наталия Новаш
 12  5 : Наталия Новаш  13  6 : Наталия Новаш
 14  7 : Наталия Новаш  15  8 : Наталия Новаш
 16  9 : Наталия Новаш  17  Лето с племянниками : Наталия Новаш
 18  2 : Наталия Новаш  19  3 : Наталия Новаш
 20  4 : Наталия Новаш  21  5 : Наталия Новаш
 22  1 : Наталия Новаш  23  2 : Наталия Новаш
 24  3 : Наталия Новаш  25  4 : Наталия Новаш
 26  5 : Наталия Новаш  27  И я там был… : Наталия Новаш
 28  2 : Наталия Новаш  29  3 : Наталия Новаш
 30  4 : Наталия Новаш  31  5 : Наталия Новаш
 32  6 : Наталия Новаш  33  7 : Наталия Новаш
 34  8 : Наталия Новаш  35  9 : Наталия Новаш
 36  1 : Наталия Новаш  37  вы читаете: 2 : Наталия Новаш
 38  3 : Наталия Новаш  39  4 : Наталия Новаш
 40  5 : Наталия Новаш  41  6 : Наталия Новаш
 42  7 : Наталия Новаш  43  8 : Наталия Новаш
 44  9 : Наталия Новаш  45  Рассказы : Наталия Новаш
 46  Ночь святого Христофора : Наталия Новаш  47  Пока не зашло солнце : Наталия Новаш
 48  Ночь святого Христофора : Наталия Новаш  49  Владимир Куличенко Катамаран Беглец : Наталия Новаш



 




sitemap