Фантастика : Социальная фантастика : Амба Amba : Уильям Сандерс

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1

вы читаете книгу

В представленном ниже впечатляющем рассказе писатель переносит нас в плачевное — и слишком правдоподобное — будущее Земли, где люди пытаются справиться с переходом от плохого к худшему…

В представленном ниже впечатляющем рассказе писатель переносит нас в плачевное — и слишком правдоподобное — будущее Земли, где люди пытаются справиться с переходом от плохого к худшему…

Клиент посмотрел на часы, а затем, приподняв бровь, на Логана. Логан кивнул и развел руками, надеясь, что жест получился успокаивающим. Клиент покачал головой и снова уставился на поляну. Лицо его выражало что угодно, только не счастье.

Стараясь не проявлять собственных чувств, Логан повернул голову и взглянул в другой конец лабаза,[2] где Юра, охотник-полукровка, сидел, скрестив ноги, со старой винтовкой Мосина на коленях. Следопыт одарил Логана щербатой ухмылкой, и Логан через секунду усмехнулся в ответ.

Вновь приняв серьезное выражение лица, он кинул взгляд в потайное оконце. Солнце уже стояло высоко; желтый свет проникал сквозь листву и покрывал землю светлыми пятнами. Ранний утренний ветерок стих, и все вокруг безмолвствовало — за исключением сопящего и ворочающегося на дальней стороне прогалины поросенка.

Клиент возился с дорогущей на вид камерой; Логан не знал этой модели. Ну вот, снова посматривает на свои чертовы часы. Кстати, тоже дорогие. Клиент определенно преуспевающий. Звали его Стин, и был он настоящим дерьмом.

На самом деле, не слишком уверенно сказал себе Логан, Стин не так уж и плох, по крайней мере не настолько, как некоторые из их прошлых клиентов. Он высокомерен, но таковы они все. Хотя нынешний еще и нетерпелив, и это делает его настоящей занозой в заднице, особенно в засидке. Да, ждать, скорчившись внутри замаскированной палатки на дереве, когда все затекает, а ты молчи, не шуми и не дергайся, не слишком удобно, но все это ему объяснили заранее, а если ты не в состоянии выполнять простые правила — сиди себе в Новосибирске, смотри по телевизору «В мире животных».

Они проторчали здесь все утро, и, возможно, Стин решил, что это слишком долго. Но черт побери, разве это время, когда поджидаешь тигра, даже на его территории, даже с приманкой.

Плечи Стина приподнялись и опустились, по-видимому в немом вздохе. Что ж, молчать он умеет, в этом ему не откажешь. Не то что тот тупой прошлогодний сукин сын в устье Бикин,[3] распугавший шумом всю живность от Владивостока до Хабаровска, а потом потребовавший назад деньги, потому что не добыл…

Внезапно Логан ощутил легкий толчок в плечо. Он оглянулся — рядом с ним, вскинув руку, сидел на корточках Юра. Под седеющими усами зашевелились губы, безмолвно произнеся слово: «Амба».

Логан пристально вгляделся туда, куда показывал палец Юры, но ничего не увидел. И не услышал тоже, совсем ничего; даже поросенок перестал копаться в земле и застыл, повернувшись в ту же сторону, что и Юра.

Стин тоже выглянул в оконце, глаза его расширились, и он еще крепче вцепился в камеру. Логан дождался, когда клиент посмотрит на него, и кивнул.

А вот и он — выступил на залитую солнцем поляну во всем своем темно-рыжем великолепии.

Краем глаза Логан заметил, как Стин зажал ладонью рот, несомненно подавив возглас изумления. Что ж, его нельзя винить: крупный самец амурского тигра, свободно разгуливающий на своей территории, — зрелище, от которого у любого перехватит дыхание. Даже у Логана в первые секунды каждый раз подкатывал к горлу комок благоговейного трепета.

А вот поросенок явно не испытывал таких чувств. Его поведение изменилось радикально — малыш заверещал и отчаянно забился на привязи, не отрывая перепуганного взгляда от тигра, остановившегося и разглядывающего визжащую добычу.

Клиент, вскинув фотоаппарат, то и дело жал на кнопку. Лицо его пылало от возбуждения. Интересно, а догадывается ли он, как ему повезло? Это чертовски большой тигр — честно говоря, самый большой из когда либо виденных Логаном вне зоопарка. Весит зверюга где-то около трехсот килограммов, и от носа до кончика хвоста в нем порядка трех—трех с половиной метров, хотя последнее сказать наверняка было трудно, поскольку тигр, изучающе уставившись на поросенка, ритмично хлестал хвостом из стороны в сторону.

Если Стин хоть немного петрит в фотографии, снимки должны выйти отличные. На спину тигра как раз падает широкий солнечный луч, так что в густой коричневатой, более спокойного, чем у огненно-рыжего бенгальца, оттенка шкуре светится каждый волосок, отчего зверь кажется еще крупнее.

Тигр сделал пару неторопливых, почти жеманных шагов, беззвучно ступая неимоверно широкими лапами по прелой листве. Пусть он и самая большая кошка в мире, но он все равно кошка — тигр понимал, что что-то тут не так. Он не мог учуять троих спрятавшихся поблизости мужчин — спасибо чудесному и загадочному травяному отвару, которым Юра окропил лабаз, — но знал, что поросята, привязанные к деревьям, обычно не встречаются посреди чащи.

С другой стороны, он был голоден.

Тигр остановился, хвост его заходил быстрее, и зверь припал к земле. Мышцы на плечах вздулись буграми, точно он готовился к прыжку…

Стин чихнул.

Нет, не чихнул, конечно, скорее фыркнул, ухитрившись зажать нос рукой и приглушить звук. Но этого оказалось более чем достаточно. Тигр резко обернулся, уши его встали торчком, и на миг Логану показалось, что взгляд огромных жутких глаз впился прямо в его зрачки, — а потом зверь метнулся через прогалину лесным пожаром, возвращаясь туда, откуда пришел. Спустя секунду он исчез.

За спиной Логана Юра пробормотал:

— Govno.

— Простите, — глупо выдавил Стин. — Не знаю, почему…

— Конечно. — Логан пожал плечами. Он привстал со скамеечки, согнувшись под низкой крышей. — Ну по крайней мере ты заполучил пару фоток, верно?

— Думаю, да. — Стин что-то сделал с камерой, и на задней стороне аппарата засветился квадратный экранчик с крошечной цветной картинкой. — Да. — Он посмотрел на Логана, направившегося к занавешенной дверце засидки. — Что, уже уходим? А нельзя подождать, вдруг он вернется?

— Не вернется, — ответил Логан. — Охотники почти полностью истребили его породу. Он знает, что здесь люди, и не станет рисковать из-за порции свинины на ужин. Черт, ты же видел его. Едва ли он умирает с голоду.

— Может, другой…

— Нет. Тигры — одиночки, им требуется чертовски громадная территория. Взрослый самец, такой как этот, единолично царствует на пятидесяти, а то и ста квадратных километрах. Или больше.

Они говорили по-английски; Стин отчего-то предпочитал общаться так, хотя по-русски шпарил не хуже Логана.

— И кстати, — продолжил Логан, — ты заплатил за однодневную экскурсию. Если хочешь остаться и подождать, может, увидишь еще что-нибудь. Волков-то наверняка — явятся как миленькие, как только услышат поросячий визг. Может, даже медведя, хотя вряд ли. Впрочем, позавчера ты имел счастье наблюдать пару косолапых, а волки, сам сказал, тебе не в новинку.

— Да. В окрестностях Новосибирска их много. — Стин вздохнул. — Думаю, ты прав. Лучше вернуться.

— Вот и ладно. — Логан начал спускаться по лестнице, но остановился. Поросенок все еще вопил. — Юра, — устало сказал проводник по-русски, — ради бога, пристрели эту треклятую свинью.


Чуть позже они шагали обратно по той же узкой тропе, петляющей меж деревьев, по которой пришли к лабазу ранним утром. Логан замыкал шествие, перед ним плелся Стин, а Юра выступал первым, баюкая на руках старика «мосина». Вдруг Стин заговорил:

— Полагаю, он поставил винтовку на предохранитель? Юра хмыкнул.

— Предохранителя нет, — не оглядываясь, ответил он по-английски, с сильным акцентом, но правильно строя фразу. — Это ружье.

Шея Стина слегка порозовела.

— Извини, — сказал он. — Я действительно рад, что один из нас вооружен. Ведь вокруг звери…

Логан едва сдержался, чтобы не фыркнуть. В сущности, он был далеко не уверен, что Юра застрелит тигра, если тот набросится на них. Для удэгейцев и прочих тунгусских народностей Амба — это могучий священный дух, почти бог, которого надо чтить и которому ни в коем случае нельзя причинить вред.

С другой стороны, Юра наполовину русский — хотя следопыт как-то проговорился, что его дед, крымский татарин, был политическим заключенным, который бежал из ГУЛАГа и нашел приют в уединенной нанайской деревне, — и никогда не знаешь, какая из его половинок одержит верх. Так что Логану всегда было любопытно, чем закончится дело, если тигр нападет на Юру или еще на кого-нибудь.

Ружье в основном предназначалось для защиты иного рода. В этом краю люди вовсю заправляют темными делами: тут полно наркодилеров, скупщиков краденого, браконьеров, дезертиров, китайских и корейских нелегалов и тех, кто их перевозит. Здесь, в глуши, можно столкнуться с кем угодно, и тигры — меньшая из опасностей.

Тропа взбиралась на склон невысокого, но крутого холма, заросшего густым молодым леском. День, несмотря на солнце, выдался холодный, и кое-где под деревьями еще лежали грязные кучки снега, но Логан при подъеме все равно расстегнул куртку, чувствуя, как под рубахой бегут струйки пота. На вершине он объявил привал, и они со Стином присели на поваленное дерево. Юра прислонился к стволу, вытащил из-за пояса нож и принялся чистить лезвие пучком сорванных листьев: несмотря на приказ Логана, он не стал тратить ценный патрон, а перерезал поросенку горло.

Стин взглянул на Логана.

— Ты американец, — утвердительно произнес он. — Можно узнать, как ты оказался в этой стране?

— Я отвечал за безопасность в совместной русско-американской трубопроводной компании, тут, в Сибири.

— Это было еще до потепления?

«Как раз перед тем, как все стало настолько плохо, что люди наконец это признали».

— Да, — сказал Логан.

— Ясно, — кивнул Стин. — И с тех пор ты не был дома?

— Мой дом, — голос Логана неожиданно для него самого прозвучал хрипловато, — дыра под названием Галвестон, штат Техас. Этот городишко вот уже пару лет как под водой.

— О, — вздохнул Стин. — Я знаю, каково это. Мне, как и тебе, некуда возвращаться.

«Без дураков», — подумал Логан. Интересно, кто этот Стин? Судя по имени — голландец или бельгиец; а с чертовым потопом и морозом, превратившим весь северо-запад Европы в холодильник, после того как таяние полярных льдов отклонило Гольфстрим, странам Бенилюкса в наши дни несладко.

Стин, видно, один из тех, кто вовремя свалил и был достаточно сообразителен, богат и удачлив — а обладать нужно было всеми тремя качествами разом, — чтобы включиться в сибирский бум в самом начале, до того, как сюда хлынул поток западных беженцев и русские начали захлопывать двери. И он, должно быть, добился больших успехов в своем деле, чем бы он ни занимался. Посмотрите на него: уже может позволить себе роскошь провести отпуск на Дальнем Востоке. Не говоря уже о связях, которыми надо обладать, чтобы получить необходимые разрешения на это маленькое приключение.

Логан поднялся:

— Идем. Пора двигаться дальше.


Теперь тропинка побежала вниз, вдоль узенького ручья, и вышла на старую, заброшенную лесовозную дорогу, уже заросшую сорной травой и кустарником. Пережиток старых недобрых дней, когда древесину незаконно вывозили из страны на юг за Амур и на восток за Уссури,[4] вырубая обширные участки предположительно охраняемого леса почти без вмешательства подкупленных властей, переправляя бревна на вечно голодные китайские и японские рынки.

Это было страшное, запутанное время, и все же в итоге все это оказалось не важно. Древняя тайга, пережившая многие тысячелетия, не справлялась с повышением температуры: потепление губило ее быстрее и глобальнее, чем дровосеки.

Но потом рынки рухнули вместе с экономикой развитых стран; алчные лесозаготовители двинулись на север, в Сибирь, с ее безбрежными лесами, страстно желая заполучить пиломатериалы для растущих как грибы новых городов. Заброшенные просеки начали затягивать раны, зарастая карликовым кустарником, а потом и самоуверенными молодыми деревцами.

Что означало, для оленей например, изобилие свежей, доступной пищи; и очень скоро популяция оленей неимоверно размножилась, к вящей радости тигров, медведей и волков, весьма отощавших за последние пару десятков лет.

Дорога оказалась достаточно широка, чтобы Логан и Стин пошли рядом, хотя Юра продолжал шагать впереди. Стин все молчал, и Логан начал надеяться, что его наниматель уже не откроет рта, но в конце концов он все-таки заговорил:

— Мало.

Обескураженный Логан переспросил:

— Что?

— Мало, — повторил Стин. — Ты должен признать, что мало. Всего минута. Даже меньше.

Логан сообразил. «О господи, — подумал он, — этот тип все три километра себя накручивал». Он осторожно сказал:

— Мистер Стин, вы наняли нас, чтобы мы показали вам участок и дали возможность сфотографировать дикую природу. Если припомните, контракт не гарантировал встречи с тигром — только наши старания показать вам его. Что мы и сделали — сегодня утром тигр стоял перед вами.

Лицо Стина обрело упрямое, сердитое выражение.

— Формально ты прав, — сказал он, — но все равно это неправильно. Это не стоит тех денег, что я тебе плачу.

— Мистер Стин, — терпеливо повторил Логан, — вы, кажется, не представляете, насколько вам повезло. Некоторые наши клиенты неделями сидят в лабазе, прежде чем увидят тигра. А кое-кто так и уходит ни с чем.

Стин качал головой.

— Знаешь, — сказал Логан, — если тебе кажется, что нынче утром ты не нагляделся, и если хочется попробовать снова, мы организуем вторую попытку. Добавим ее в первоначальный контракт, обойдется ненамного дороже.

Стин уставился на Логана.

— Я подумаю об этом, — произнес он наконец. — Возможно. Я не считаю, что должен платить еще что-то, но возможно. Утром я приду в офис и сообщу вам о своем решении.

— Отлично, — кивнул Логан. — Уверен, мы найдем разумное решение.

А сам подумал: «Сукин ты сын. Самодовольный богатенький сукин сын со своей чертовой суперкамерой, которую ты можешь запихнуть себе в задницу вместе со своими треклятыми суперчасами».

Но он промолчал, сунул руки в карманы куртки и зашагал дальше. Клиент всегда прав.


Через пару часов они вышли на широкую просеку на вершине холма, где встретились с дожидающимся их возле большого вертолета «Ми-2» низкорослым коренастым человеком с закинутым за спину автоматом Калашникова.

— Логан! — воскликнул тот, поднимая руку. — Zdrast'ye.

— Миша, — кивнул Логан. — Как дела?

— Нормально. Ничего не случилось, ждал вас, морозил задницу. Ну и где, спрашивается, это глобальное потепление, о котором столько талдычат?

— Ха! Десять лет назад в это время года ты бы и вправду отморозил себе задницу, поскольку торчал бы тут в снегу — по самую по нее.

— Да ну, не обращай внимания, уж и поныть нельзя, — сказал Миша по-английски и снова перешел на русский: — Как прошло? Получил он своего тигра?

Логан кивнул, глядя, как Стин забирается в вертолет. Юра стоял рядом, у дерева, щедро поливая струей ствол.

— Так скоро? Bozhe moi, и впрямь быстро.

— Слишком быстро. — Стин уже сидел внутри, и Логан не думал, что он может услышать их; впрочем, его это уже не волновало. Он рассказал Мише, что произошло. — Не смейся, — поспешно добавил он, видя, что Стин наблюдает за ними из окна кабины. — Сейчас он не очень доволен. Считает, что за свои денежки чего-то недополучил.

— Shto za chort? Он что, ожидал, что тигры выстроятся рядком и хором споют ему популярную песенку? — Миша огляделся. — А где свинья?

— Я попросил Юру убить ее. Слишком хлопотно тащить ее обратно, а просто бросить бедного порося на привязи дожидаться волков я не мог.

— Хреново. Мы могли бы отдать его Кате, она бы поджарила нам свининки.

Он скинул с плеча «Калашников» и протянул автомат Логану.

— Позаботься о моем дружке, пожалуйста, а я попробую заставить старичка «миля»[5] еще раз отнести нас домой.


— Значит, — спросил Миша, — ты считаешь, это тот же самый? Большой, прошлогодний?

— Думаю, да, — ответил Логан, наливая себе еще. — Конечно, наверняка не скажешь, но место то, и я не представляю, чтобы два крупных самца занимали одну территорию.

Поздним вечером они сидели в квартирке Кати в Хабаровске. В комнате было тесно, шумно, душно, в спертом воздухе клубился табачный дым, но они забились в угол, подальше от суеты. На столе между ними стояла литруха водки. Точнее, в этой бутылке когда-то был литр водки, сейчас же ее содержимое значительно сократилось.

— В сущности, — продолжил Логан, — мне вообще трудно представить двух настолько крупных самцов. Если это не тот же самый, если они все вырастают до таких размеров, тогда мне придется повышать расценки.

— Так это же здорово. Если мы знаем, что в здешних лесах бродит огромная симпатичная киска, то дело пойдет, — заявил Миша и вдруг нахмурился. — Если какой-нибудь придурок не пристрелит его. Такая большая шкура — это реальные деньги.

— Рынки почти загнулись, — сказал Логан. — У китайцев слишком много своих проблем, чтобы интересоваться шкурами, — засуха, пыльные бури, полстраны пытается прорваться в Монголию, — и богатые старикашки, жаждавшие раздобыть экстракт из тигриного члена, чтобы поднять свой собственный, слишком заняты попытками сохранить то, что у них есть. Или смыться.

— Все это правда, — кивнул слегка осовевший Миша: он уже немного перебрал. — Но знаешь, еще существуют те, кто берет то, что им хочется. Они будут всегда, в Китае или в России, да где угодно. — Он криво ухмыльнулся. — И это для нас хорошо, da?

Логан выпил и скорчил гримасу согласия. Миша прав: их прибыль зависит в основном от определенных людей, имеющих возможность получать то, что они хотят. В связи с ограничением зарубежных и местных авиаперелетов — Россия, возможно, была одной из немногих стран, действительно выигравших от атмосферного потепления, но хорошенького понемножку, — что должно было способствовать охране дикой природы, теоретически частные рейсы на Сихотэ-Алинь стали почти невозможными. Но имелись, конечно, и необходимые исключения.

— Да ладно, Миша, — сказал Логан. — Ты отлично знаешь, что все наши клиенты — особы, официально занимающиеся важнейшей научной деятельностью. Так значится в их документах.

— Konechno. Я и забыл. Ох, Россия, Россия. — Миша осушил стакан и налил еще. — В прошлом мы постоянно прозябали в бедности, так что стали продажными. А теперь мы богатейшая страна в мире, но коррупция никуда не делась. Как там у вас выражаются? «Сила примычки»?

— Привычки.

— Ах да. И почему я всегда…

Он замолчал, уставившись на человека, направляющегося к их столу.

— Gozmo. Смотри, кто идет.

Евгений Лаврушин, долговязый, тощий, носатый, протискивался сквозь толпу, путаясь затянутыми в джинсы кривоватыми ногами в полах длинного кожаного плаща. Он остановился у столика и сунул Логану руку.

— Приветик, — поздоровался он. — Логан, дружище, как делишки?

По-английски он говорил с забавным акцентом, скорее бруклинским, чем русским. В прошлом Лаврушин десять лет проработал в Нью-Йорке таксистом, до того как США, объятые разросшейся ксенофобией, не решили прекратить действие чуть ли не всех грин-карт. Теперь он жил в Хабаровске и владел маленьким парком грузовиков, которые осуществляли достаточно законных перевозок, чтобы служить прикрытием настоящему предприятию Лаврушина. Поговаривали, что Евгений связан с мафией, но едва ли замешан в чем-то крупном.

Логан проигнорировал протянутую ладонь:

— Евгений, — равнодушно бросил он, — задумал очередную гадость?

— Какого черта! Может, предложишь мне присесть?

— Нет, — буркнул Логан. — Что тебе нужно?

Евгений театрально повертел головой, озираясь, после чего, опершись о стол, наклонился к проводнику.

— Есть деловое предложение. — Он перешел на шепот. — Серьезные деньги…

— Нет, — ответил Логан, а потом, когда Евгений вновь попытался заговорить, резко повторил: — Нет, черт побери. Nyet. Что бы это ни было — твое предложение нас не интересует.

— Кроме того, — добавил по-русски Миша, — с каких это пор твои обычные клиенты путешествуют по воздуху? Им что, надоело выступать в роли селедок в бочке, трясясь в кузовах твоих грузовиков?

Ворот плаща Евгения дернулся вместе с кадыком.

— Господи, не говори так больше… — Он опять оглянулся. — Слушайте, это не китайцы, понятно? Ну, в некотором роде, конечно, ты прав, но…

— Евгений, — вздохнул Логан, — у нас был чертовски длинный день. Уматывай.

— Понял, не дурак. Смываюсь. — Он шагнул прочь, но снова повернулся и навалился на стол. — Только одно. Вы ведь, парни, знаете, где бродит какой-то большой тигр, верно? Если вдруг понадобятся деньжата, я подскажу, где всегда дадут хорошую цену за чистую шкуру… Логан начал вставать.

— Ладно, ладно. — Евгений вскинул руки, точно защищаясь, и попятился. — Спокойней, приятель. Если передумаешь, знаешь, где меня найти.

— Эх, — пробормотал Логан, когда Лаврушин исчез в толпе. — С таким только свяжись… Дай бутылку, Миша, мне нужно хлебнуть еще.

— Интересно, что он хотел, — задумался Миша. — Насколько я знаю, его основной бизнес — перевозка китайских беженцев-нелегалов. Думаешь, он снюхался с наркоторговцами или кем-то вроде того?

— Не важно. — Логан налил себе водки и огляделся в поисках пробки. — Не знаю и знать не хочу… Так, это последняя. Завтра еще разбираться со Стином, — он крепко завернул крышку, — а меня определенно не греет заниматься этим с похмелья.


Но наутро Стин не появился.

— Его здесь не было, — сообщила Логану Лида Шапошникова. — Я пришла рано, где-то в полдевятого, подготовила его счет, но он не показывался.

Логан взглянул на часы:

— Еще нет и десяти. Проспал, наверное. Подождем.

Их контора находилась в комнате, выходящей на главный фасад маленького деревянного каркасного дома на окраине Хабаровска, неподалеку от аэропорта. Персонал целиком и полностью состоял из Лиды. Задние комнаты были набиты снаряжение ем и припасами, а также различными загадочными деталями, с помощью которых Миша ухитрялся заставлять летать старый вертолет. Кухня осталась кухней. Логан прошел туда, налил себе чашку кофе, отнес к своему рабочему столу и уселся дожидаться клиента, а Лида тем временем вернулась к своим делам за компьютером.

Но пару часов спустя, когда близился полдень, а от Стина по-прежнему не было ни слуху ни духу, Логан сказал:

— Может, стоит ему позвонить? Спроси, когда он собирается прийти.

Он поднялся и направился на крыльцо глотнуть свежего воздуха. Когда же он вновь шагнул в комнату, Лида доложила:

— Я позвонила в гостиницу. Он выписался сегодня утром, в девять.

— Вот дерьмо! Тогда звякни…

— Уже. — Лида откинулась на спинку кресла и оглядела начальника с ног до головы темными, чуть раскосыми глазами, доставшимися ей от бабушки-кореянки. — Утренним рейсом он вылетел в Новосибирск.

— Сукин сын! — по-английски рявкнул Логан.

— Кажется, да, — отозвалась Лида.

— Что ж… — Логан поскреб подбородок. — Ладно, продолжим, пересчитай его сумму и сними со счета. У тебя же остался номер его кредитки с прошлого раза.

Лида кивнула и повернулась к компьютеру. Через несколько минут она пробормотала что-то себе под нос и принялась торопливо стучать по клавишам. В этот момент распахнулась дверь и вошел Миша.

— Sukin syn! — прорычал он, когда Логан описал ситуацию. — Он от нас сбежал?

— Все в порядке, — заверил напарника Логан. Он кивнул в сторону стола Лиды, с кем-то разговаривающей по телефону. — Мы просто снимем свое с его кредитной…

— Не снимем. — Лида положила трубку. — Кредитка аннулирована.

— Он это сделал? — поразился Миша. — Просто вот так взял и сделал?

— Еще вчера, — ответила девушка. — Счет за гостиницу он оплатил чеком.

И вся троица хором выругалась на разных языках. Затем Миша сказал:

— Ему ведь это так не пройдет, а? Он не смоется?

— Легально вряд ли. Но на практике… — Логан пожал плечами. — У него должны иметься связи. Ты же знаешь, как трудно что-то сделать с тем, у кого связи. Можно попытаться, но не думаю, что наши шансы велики.

— В лучшем случае, — заметила Лида, — это отнимет много времени, которого у нас нет. — Она махнула рукой на экран. — Я тут взглянула на цифры. Они неутешительны.

— На подходе несколько платежей, — вставил Миша. — Мы задолжали аэропорту за топливо, и инспектор желает знать, почему еще не получил свою ежегодную мзду. Я как раз пришел, чтобы сказать…

— Дьявол! — Логану жутко хотелось пнуть что-нибудь. Или кого-нибудь. — Что ж, придется мне заняться поисками другой работы.

На секунду в комнате повисла тишина. Логан и Миша переглянулись.

Потом Миша заговорил:

— Мы можем…

— Мы не можем, — оборвал его Логан.

Но, конечно, именно это он и собирался сделать.


— Как я уже пытался объяснить тебе раньше, это не китаезы, — сказал Евгений. — В смысле они китайцы, но не обычные работяги, тянущиеся на север в поисках работы и пропитания. Это китайцы из высших классов, понимаешь? Таких не впихнешь в грузовик, не спрячешь за ящиками с картошкой.

— Дело политическое? — осведомился Логан. — Если так, то к черту.

— Нет-нет, ничего подобного. Это… — Евгений ссутулил костлявые плечи. — С вами, парни, я буду честен — понятия не имею, что там за дрянь, но политика ни при чем. Люди, которым это требуется, политикой не занимаются.

Значит, мафия, значит, Евгений обкурился, поскольку сегодня в России понятия «мафия» и «политика» неразделимы. Значит, все еще хуже, чем кажется.

— Предупреждаю сразу, — заявил Миша, — на китайскую территорию я не полечу. Что пользы в деньгах человеку с теплонаводящейся ракетой в заднице?

— С этим порядок. Есть один островок на реке…

— На Уссури? — ехидно вставил Логан.

Уссурийские острова принадлежали военным и были серьезно укреплены: на китайской границе уже происходили всякие инциденты.

— Нет, парень, на Амуре. К западу отсюда, я покажу карту — они дали мне координаты и все такое. Это всего лишь маленький песчаный островок, отмель. На русской стороне канала, но это все равно, там никого нет — нет даже нормальных дорог.

Его палец принялся чертить на столе поясняющие рисунки.

— Вы, парни, приземлитесь здесь, на китайском берегу будет лодка, из нее выйдут пятеро китайцев, вы их заберете и смотаетесь оттуда. А высадите тут, на главной дороге, у черта на куличках. Их будут ждать.

— Кажется, все продумано, — сказал Логан. — Зачем же им нужны мы? Что-то не верится, что у таких, как они, не нашлось своего летательного аппарата.

— Нашлось, нашлось. Они вызвали свой вертолет, только пилот ошибся и разбился возле Благовещенска, его размазало по всему полю. Так что они связались со мной и попросили нанять кого-нибудь из местных.

— Евгений, — заявил Логан, — если что-то пойдет не так, молись, чтобы я не вернулся, потому что иначе я найду тебя.

— Если что-то пойдет не так, то не ты один. Эти люди, — Евгений заговорил очень серьезно, — не те люди, с которыми стоит связываться. Понимаешь, о чем я?


— Хотела бы я знать, во что вы ввязываетесь, — сказала Лида. — А может, и не хотела бы. Не важно. Ты же мне все равно не расскажешь, да?

— М-м-мпфр-р, — ответил Логан, по крайней мере прозвучало нечто похожее. Он зарылся лицом в подушку. Логан полуспал и пытался устранить эту половинчатость, если, конечно, Лида замолчит.

— Знаешь, я говорила с Катей, — продолжила девушка. — Мы ведь давно знакомы. Она видела тебя с Лаврушиным.

Логан перекатился на спину, уставившись вверх, в темноту спальни.

— Ничего особенного. Просто небольшая работенка, кое-куда слетать.

— Ну конечно. Кое-куда слетать — и за это тебе заплатят достаточно, чтобы компания рассчиталась с долгами. Ты неисправимый дурак, но, надеюсь, меня ты за дуру не держишь.

Она придвинулась ближе и ласково провела рукой по его груди.

— Посмотри на нас. Ты нуждаешься во мне больше, чем любишь. Я люблю тебя больше, чем нуждаюсь. И почему-то это срабатывает. Я не жалуюсь. Только не ври мне.

Он не знал, что на это ответить.

— Ну, — стояла на своем Лида, — по крайней мере, скажи мне, когда это случится.

— Завтра ночью. А… — начал он, но тут ее рука поползла ниже.

— Значит, нужно извлечь из тебя хоть какую-то пользу, — заявила девушка, — прежде чем тебя убьют или посадят.

— Лида, — запротестовал он, — я жутко устал.

Она закинула на него длинную гладкую ногу и стала медленно водить ею вверх и вниз по телу мужчины.

— Нет, не устал. Может, ты так и думаешь, но ты не устал. Пока не устал. Вот видишь, — сказала она, поднимаясь, разводя ноги и пристраиваясь половчее, — ты совсем не устал.


Часы Логана утверждали, что уже почти час ночи. Он слегка поежился на прохладном речном ветру.

Не так уж много лет назад в это время года по реке плыли бы большие льдины — символ весенней оттепели; но сейчас в тусклом свете узкого месяца мимо него лишь плавно скользила темная вода, а за ней смутным мазком виднелся далекий китайский берег.

Остров оказался в полкилометра длиной и пятнадцать—двадцать метров шириной. Как и предупреждал Евгений, это была всего лишь песчаная коса. На верхнем конце громоздились кучи выброшенного течением плавника, но другой был чистым и плоским — отличная посадочная площадка для «миля».

Логан опустил руку на приклад «Калашникова» и немного приподнял автомат, чтобы ремень не давил на плечо. Рядом с ним сидел на корточках Миша. Лицо его было гротескно искажено огромными летными очками ночного видения.

— Пока ничего, — сказал он.

— Еще рано.

— Знаю. Просто не люблю ждать.

Логан знал, что гложет Мишу. Ему не хотелось глушить двигатели вертолета, чтобы мгновенно сняться, если что-то пойдет наперекосяк. Но толку все равно никакого: Логан уже говорил, что из-за этой пары двигателей Изотова они не услышат пограничный наряд, пока тот не приблизится настолько, что уже поздно будет смываться, к тому же, в конце концов, куда им вообще бежать?

Где-то на русском берегу завыл волк, к нему присоединились другие. Стоящий в тени поблизости Юра сказал что-то не по-русски и тихонько хихикнул.

— Волки сейчас повсюду, — заметил Миша. — Раньше я никогда столько не видел. Интересно, что они едят. Знаю, поголовье оленей выросло, но не думаю, что этого хищникам достаточно.

— Тиграм хватает, — отозвался Логан.

— Да… кстати, о тиграх, — оживился пилот. — Я тут подумал — может, мы должны обратить на этого здорового самца особое внимание? Время от времени привозить на ту полянку поросенка или овцу, приучить его захаживать туда. Тигр такого размера — это же верные деньги в банке, если мы станем показывать его клиентам.

— Гм… Неплохая идея.

— Пусть Юра рассыплет там свою тайную приманку, — понизил голос Миша. — Думаешь, эта дрянь и вправду работает?

— Кто знает? — Логану хотелось, чтобы Миша заткнулся, но он понимал, что его компаньон болтает, борясь с нервным напряжением. — Возможно.

— Их народец свое дело знает. Как-то раз я видел… — Миша замолчал. — Там что-то происходит. — Он поправил очки. — Не разглядеть, что именно. Что-то вроде машины, и вокруг снуют люди. Сколько — точно не скажу.

На дальнем берегу дважды коротко вспыхнул красный огонек. Логан вынул из кармана фонарик и трижды быстро включил и выключил его.

— Chto za chart?! — вскинулся Миша. — А, ну да, они тащат что-то к реке. Наверное, лодку.

Логан пожалел, что не прихватил и себе пару очков.

— Пойду-ка прогрею двигатель.

Несколько минут спустя Логан увидел вытянутый черный силуэт, движущийся к острову. Не доносилось ни звука — наверное, лодка была оснащена электромотором. Когда суденышко приблизилось к берегу, он разглядел двух стоящих на носу мужчин с чем-то вроде ружей в руках. Логан потянулся к предохранителю «Калашникова», но тут парочка закинула оружие за спину, спрыгнула на мель и начала вытаскивать громоздкую плоскодонку на песок.

Из лодки поднялись несколько темных фигур и неуклюже двинулись к носу. Двое высадившихся протянули пассажирам руки, помогая спуститься. Когда на берегу стояли пятеро, гребцы с ружьями спихнули лодку с отмели и забрались на борт, а клиенты двинулись к Логану.

Первый, тощий верзила в очках, в светлом пальто, наброшенном поверх темного костюма, остановился перед проводником. В левой руке он нес небольшой дорожный несессер.

— Добрый вечер, — произнес он по-русски с сильным акцентом. — Я доктор Фонг…

— Я не хочу знать, кто вы, — перебил его Логан. — Я не хочу знать ничего, что мне знать не нужно. Вы — главный в этой группе?

— Полагаю, так. В некотором смысле…

— Хорошо. Поднимайтесь вместе со своими людьми на борт. — Логан повел стволом «Калашникова» в сторону вертолета, который уже подвывал на высокой ноте, вращая длинными лопастями.

Высокий мужчина кивнул, оглянулся на лодку и сказал что-то по-китайски. Плоскодонка поплыла назад. Долговязый заговорил снова, и остальные быстро зашагали к «милю», волоча сумки и тюки.

— Пора, — бросил Логан Юре. — Davai, poshli. Ниже по реке снова завыли волки.


Дорога в лунном свете казалась темной полоской, бегущей через равнину и сквозь густые лесные заросли. Никакого движения не наблюдалось, да Логан и не ожидал увидеть здесь транспорт. Они летели над одним из последних достроенных участков Транссибирской магистрали. С самого начала плохо уложенный асфальт уже раскрошился; дороги ремонтировались редко, и не многие осмелились бы ехать по этим колдобинам ночью.

— Где-то тут, — сказал Логан, изучая врученную ему Евгением карту. — Это третий мост после деревни, правильно?

Миша бросил взгляд на землю внизу:

— Думаю, да.

— Тогда снижаемся.

Миша кивнул и убавил ход, потянув рычаг газа. «Миль» плавно скользнул к дороге, а Логан, пошарив вокруг себя в полутьме кабины, отыскал сумку с очками ночного видения. Дальше сложности не предполагались, но с такими пассажирами можно было ожидать чего угодно.

Теперь Миша шел, едва не касаясь верхушек деревьев.

— Если и есть то, что я ненавижу больше, чем летать по ночам, — проворчал он, — так это летать по ночам низко… Впереди что-то мелькнуло?

Логан еще возился с очками, и когда натянул их, то увидел, как примерно в четверти километра от них на шоссе дважды вспыхнули фары.

— Наверное, они, — кивнул он Мише. — Давай еще ниже, посмотрим.

Вертолет нырнул ближе к дороге, скорость его снизилась до скорости автомобиля. Логан с усилием приоткрыл окно и высунулся наружу. Воздушный поток от винта ударил в толстые стекла очков, пытаясь свернуть человеку голову, но он, сражаясь с давлением, разглядел машину, стоящую посреди дороги капотом на восток. Еще Логан мельком заметил темные фигуры, а потом все пропало — «Ми-2» взмыл вверх.

— Ну? — поинтересовался Миша.

Логан хотел сказать, что все в порядке, надо разворачиваться и приземляться, но вдруг что-то всплыло на поверхность его сознания, и он заявил:

— Нет, погоди. Сделай круг, пролетим над дорогой тем же путем. Да помедленнее, чтобы я мог получше рассмотреть.

Миша мягко нажал на педали, повернул штурвал, добавил мощности и поднял вертолет над лесом.

— Shto eto?

— Пока не знаю.

Что-то показалось ему неправильным там, на дороге, что-то не складывалось, но Логан пока не разобрался, что именно. Может, дело просто в воображении.

Они развернулись по широкому кругу и, громыхая, вернулись к дороге. Снова дважды вспыхнули фары, на этот раз оставшись гореть подольше.

— Теперь медленно, — велел Логан, опять натянул летные очки и высунулся в окно. — Так, так… ага!

Он сорвал очки и зажмурился, чтобы сцена, как фотография, отпечаталась в сознании: темный горб средних размеров машины посреди дороги, пара людей по бокам. Еще один мужчина — или женщина — стоял на правой обочине.

— Дерьмо!.. — выдохнул Логан, открыл глаза и обернулся: — Эй, ты. Доктор Фонг.

— Да? — Высокий китаец подался вперед. — Что-то не так?

— Эти люди, с которыми у вас встреча… Им известно, сколько вас?

— О да. — Красные огоньки приборной панели отразились в стеклах очков Фонга, когда тот энергично закивал. — Им известны наши имена и… все остальное. Это точно.

— Что случилось? — поинтересовался Миша.

— Их там трое, — повернулся к товарищу Логан. — И по крайней мере еще один в машине, включает фары. А ожидают они пятерых.

— И что?

— И то, что такая машинка не вместит девять пассажиров. Вертолет смог бы, да и то это был бы цирковой трюк. Таким образом, появляются кое-какие вопросы.

— Ух… — Миша переваривал информацию. — И что ты думаешь?

— Думаю, надо разобраться получше. — Он помолчал несколько секунд. — Ага, вот что мы сделаем. Садись прямо тут, за этим пригорком, выпустишь меня — и взлетай, покружись немного, словно ты в замешательстве, ясно? Прикрой меня шумом, а я подберусь поближе и посмотрю.

Он похлопал по рации, лежащей в левом нарукавном кармане куртки.

— Если все в порядке, я тебе позвоню. А если пошлю только один длинный гудок, сделай вид, будто собираешься приземляться, и вруби посадочные огни.

— Дошло, — кивнул Миша. — Юру берешь?

— Естественно. Ну, давай. — Логан расстегнул ремень безопасности и выбрался из правого кресла.

Когда он перелез в пассажирский отсек, доктор Фонг спросил:

— Пожалуйста, в чем дело?

— Пока не знаю. — Логан с трудом протиснулся в заднюю часть кабины, туда, где возле двери сидел Юра. — Не беспокойтесь, — бросил он через плечо, надеясь, что Фонг не заметил, как он достал «Калашников». — Вероятно, ничего особенного.


Вертолет завис над землей, в полуметре от асфальта, давая время Логану и Юре выпрыгнуть. Когда ботинки Логана ударились о потрескавшееся покрытие, он согнул колени, смягчая толчок, и почти сразу услышал, как изменился рев винта, — это Миша потянул штурвал, поднимая машину.

Логан вскинул руку, подавая знак Юре. Тот кивнул, бесшумно перебежал дорогу и исчез в тени под деревьями справа. Логан прошел вдоль шоссе, поднялся на вершину небольшого возвышения и свернул с асфальта налево.

С этой стороны деревья росли редко и вразброс, а буйные кусты мешали передвигаться тихо. Логан прикинул, что отсюда до машины примерно километр. Шагая медленно и осторожно, прижимая «Калашников» к груди, он пробирался по лесу параллельно дороге. Очки он сдвинул на лоб: они были слишком громоздки и неудобны, к тому же сейчас он и без них все видел. Луна висела высоко, облака сдул ветер, и глаза человека быстро привыкли к тусклому ночному свету.

Над головой, направляясь назад, пролетел «Ми-2», ревя турбинами и цокая лопастями. Внезапно вертолет накренился, развернулся, пересек дорогу, на краткий миг застыл высоко над деревьями, а потом полетел неровными зигзагами. Логан усмехнулся: кто бы ни ждал там, на шоссе, сейчас они, должно быть, сильно озадачены. А уж как бесятся!

Он подумал, что надо подобраться вплотную, и почти уже вылез на дорогу, чтобы проверить, где находится, но тут «миль» появился снова, идя метрах в шести над трассой, и вдруг между стволами вспыхнул яркий свет, ближе, чем ожидал Логан, — это вновь загорелись автомобильные фары.

Проводник остановился и замер. Шум вертолета затих, и Логан услышал мужской голос, вполне отчетливо произнесший:

— Ah, tvoiu mat'.

Он подождал, когда вертолет зайдет на следующий круг, чтобы его рев заглушил любой шорох. Несколько быстрых шагов — и Логан уже стоял возле шоссе, прижимаясь к слишком тонкой сосне. Он опустил на глаза очки ночного видения и осторожно высунулся, чувствуя, как сжимается от страха сфинктер.

Они стояли там, в точности так, как ему запомнилось: двое по обе стороны машины, еще один — на противоположной обочине. У всех троих, в чем он сейчас убедился, имелось оружие: какие-то винтовки или карабины, точнее было не разобрать.

Логан снова поднял очки, повесил «Калашников» на плечо, вынул рацию, включил ее и нажал одну кнопку. Досчитав до пяти, он вырубил связь, сунул аппаратик обратно в карман и снова стиснул приклад автомата.

«Миль» опять загудел над дорогой; фары машины мигнули, и вертолет начал снижаться. Логан выступил из-за дерева и быстро пошел вдоль дороги, даже не пытаясь скрываться; сейчас эти ублюдки не обращали внимания ни на что, кроме вертолета с непредсказуемым пилотом.

Геликоптер уже летел со скоростью велосипеда, если не медленнее. Когда до машины оставалось метров шесть, он остановился и завис в воздухе. Логан тоже застыл и перевел «Калашников» в автоматический режим — и тут Миша врубил посадочные огни.

Внезапный свет превратил сцену в контрастную черно-белую фотографию. Один человек возле машины вскинул руку к лицу. Кто-то выругался.

Логан поднял «Калашников» и набрал в грудь побольше воздуху.

— Всем оставаться на местах! — гаркнул он, перекрикивая шум мотора. — Бросайте оружие!

На миг ему показалось, что фокус сработает. Люди на дороге застыли на месте, точно манекены в витринах. Логан еще успел задать себе вопрос, что он, черт побери, будет с ними делать, а потом все полетело к дьяволу.

Мужчина на той стороне шоссе начал разворачиваться, очень быстро, на ходу поднимая оружие. Раздался оглушительный хлопок, и он, дернувшись, уронил ружье и сам рухнул на асфальт.

Пока грохот Юриной винтовки рокотал меж деревьями, двое у машины вступили в игру, двигаясь синхронно и целенаправленно. Ближайший широко шагнул в сторону, крутанулся и припал к земле, меж тем как другой пригнулся и кубарем покатился под прикрытие автомобиля.

Логан достал второго, не успел тот еще завершить кувырок, и перевел дуло «Калашникова» на оставшегося. Красный глазок подмигнул ему, и что-то треснуло далеко в кустах; мужчина стрелял вслепую, его зрение еще не приспособилось к резкой смене освещения. Сам же он, озаренный сзади посадочными огнями, был как на ладони; Логан уложил его тремя короткими очередями в грудь.

Дверца машины распахнулась, и кто-то вылез наружу. Старая винтовка Юры грохнула снова. Четвертый упал.

Логан медленно подошел к машине с «Калашниковым» наготове. Возле открытой двери лежал человек с автоматическим пистолетом в руке. Логан заглянул в салон, вытащил рацию и включил связь:

— Все путем, Миша. Можешь садиться.

Он подошел к телу последнего застреленного им и осмотрел валяющееся рядом с трупом оружие. Снайперская винтовка Драгунова, снабженная чем-то вроде прибора ночного видения. Убитый, кем бы он ни был, определенно профессионал.

Вернувшись назад, Логан присел на капот машины, не найдя лучшего места, чтобы дождаться приземления Миши. С отвращением он заметил, что его руки слегка трясутся.

Подошел Юра, с винтовкой за плечом и автоматом вроде «Калашникова» в руке.

— Прости, что замешкался с последним, — сказал он, поднял автомат и ткнул пальцем в сторону тела на дальней обочине. — Это было у него.

— Тогда, ради бога, разряди его. — Вспомнив, Логан вытряхнул патрон из своей винтовки и накинул ремень на плечо. Впервые за долгое время он пожалел, что бросил курить.

Лопасти вертолета замедлили вращение, вой турбины утих, перейдя на малые обороты. Через пару минут Миша подошел к машине.

— Bozhe moi, — ошеломленно выдохнул он. — Что…

— Комитет по организации торжественной встречи, — ответил Логан. — Устроил тут славную маленькую засаду. По крайней мере, похоже на то.

Миша оторопело огляделся:

— Ты уверен?

— Насчет засады — не совсем. Возможно, они позволили бы пассажирам высадиться и дождались бы, когда мы улетим, чтобы перебить их без свидетелей. Черт, только посмотри, чем они были вооружены. Не думаю, что они прихватили все это, потому что боялись волков.

Юра обошел машину.

— Пара лопат в багажнике, — доложил он. — А еще проволока и скотч.

— Видишь? — Логан сплюнул; во рту у него неожиданно пересохло. — Они не намеревались никого никуда брать — разве что на короткую прогулку в лес.

Китайцы уже вылезли из вертолета и разглядывали машину и тела. Миша выругался:

— Я велел им оставаться внутри…

— Все в порядке, — заверил Логан. — Теперь уже не важно. Доктор Фонг зашагал к ним. «Радостным он не выглядит, —

подумал Логан, — но и удивленным — тоже».

— Полагаю, вы понятия не имеете, в чем тут дело? — сказал проводник.

Фонг остановился.

— Возможно, — ответил он. — Я… Позвольте мне подумать.

— Только не слишком долго. Нам надо убираться отсюда.

— Да. — Фонг взглянул на Логана. — Вы говорите по-английски?

— Некоторым образом.

— Ага. — На губах Фонга дрогнула короткая полуулыбка. — Американец. Хорошо. Мой английский гораздо лучше русского.

Он поправил очки кончиком костлявого пальца. Они не сползали; Логан решил, что это нервная привычка. Китаец повел рукой, охватывая машину и тела.

— Можем ли мы отойти от?..

— Конечно. — Логан соскользнул с капота и зашагал рядом с Фонгом по обочине. — Мне просто нужно знать, — сказал он, — в какие неприятности мы вляпались. Если твои парни политические…

— О нет. — Фонг остановился и повернулся к проводнику. — Нет, мы никоим образом, как вы выразились, не политические. Просто группа безобидных ученых.

— Какие-то вооруженные до зубов люди очень хотели остановить вас. Кто-то, должно быть, не считал вас безобидными.

— Ну да… — Фонг всмотрелся во тьму под деревьями и снова перевел взгляд на Логана. — Вы только что спасли нам жизни, — сказал он совсем другим тоном. — Возвратить этот долг мы едва ли сможем, но кое-что взамен я могу дать. Информацию.

— Научную?

— Да. — Если Фонг и заметил сарказм, он не показал этого. Китаец снова поправил очки. — О потеплении.

Не сразу Логан сообразил, о чем это толкует Фонг. Адреналин уже не бурлил в его крови; он чувствовал себя усталым и старым.

— Оно продолжается, — заявил Фонг. — Уверен, вам это известно, это не секрет. Но… — Он сделал паузу, наморщил лоб. — Кривая. Не могу припомнить слова… кривая отличается от той, что была прежде.

Его указательный палец нарисовал в воздухе направленную вверх дугу.

— Потепление усиливается. Скорость потепления возрастает, и — не знаю, как это сказать — скорость возрастания сама по себе растет.

— Значит, теплеть станет быстрее? Фонг кивнул:

— О, некоторое время изменения будут незаметны. Возможно, года два или пять, никто пока не знает… но потом, — кончик пальца резко устремился к небу, — все начнет меняться действительно стремительно.

— Ты имеешь в виду…

— Подождите, это еще не все. Вторая часть заключается в том, что, вероятно, это будет продолжаться дольше, чем думают.

Принято считать, что процесс практически исчерпал себя, что «потолок» скоро будет достигнут. Только пока неясно, где этот потолок. И существует ли он вообще в общепринятом смысле.

Слова китайца проникали в уши Логана, но утомленный, затуманенный мозг с трудом улавливал их значение.

— Потепление продолжится, — повторил он, — будет становиться все жарче и жарче, все быстрее и быстрее, и скоро будет куда теплее, чем сейчас. Верно?

— Именно так.

— Но это значит… О господи! — Логан тряхнул головой. — Господи, — беспомощно и глупо повторил он. — О господи!

— Можете взывать к нему, если верите. Если бы я верил в каких-нибудь богов, то тоже молился бы им. Все будет очень, очень плохо.

— Как будто уже сейчас не плохо.

— Да, конечно. Не знаю, долго ли вы пробыли в этой части мира, но уверен, вы слышали по крайней мере некоторые новости из других регионов.

— Слышал, что в Китае несладко.

— Вы даже не представляете насколько. Поверьте, там много, много хуже, чем вы слышали. Правительство строго контролирует информационные потоки. Даже в самом Китае не всегда есть возможность узнать, что происходит в соседней провинции.

Фонг протянул руку и коснулся грубой коры ближайшей сосны.

— Вы живете в одном из немногих мест, оставшихся почти незатронутыми глобальной катастрофой. Тихая заводь огромной страны внезапно зацвела, но расцвету скоро придет конец.

Он тихо, коротко и невесело рассмеялся:

— Полагаете, Российская Федерация сейчас испытывает проблемы с отчаявшимися китайцами, пересекающими границу? Подождите немного, друг мой. Уровень отчаяния в моей стране почти достиг критической точки. Когда люди осознают, что все становится совсем худо, они пойдут — и ни пограничники, ни блокпосты, ни даже реки их не остановят.

Логан попытался заговорить, но слова отчего-то застряли в горле.

— Ваши американские журналисты и историки, — добавил Фонг, — привыкли писать о китайских милитаристах, использующих тактику «людских волн». Теперь эта пограничная полоса увидит людское цунами.

— Ты говоришь о войне, да?

— Так или иначе. — Фонг дотронулся до очков. — Я не искушен в данной области. Все, что я могу сказать, — это место становится очень опасным для обитания.

— Спасибо за предупреждение.

— Я уже говорил, вы спасли наши жизни. А в моем случае — вероятно, вы спасли меня от того, что хуже смерти. — Фонг повернулся и посмотрел на дорогу, где остальные китайцы все еще бродили вокруг машины и тел. — Подозреваю, у них накопилось ко мне немало вопросов. Это будет не слишком приятно.

— Так что это все значит? — спросил Логан. — С каких это пор мафию интересует горстка физиков, или климатологов, или кто вы там еще?

— Что? — Фонг как будто опешил. Он снова поправил очки и улыбнулся. — А, понимаю. Вы недопоняли. Никто из нас не является ученым такого рода. Нет, мы специализируемся в химии. Фармацевтической химии. А это интересует… определенные круги.

Логан кивнул. Не нужно было быть гением, чтобы сделать соответствующие выводы.

— Информация, которой я поделился с вами, — продолжил Фонг, — не имеет ничего общего с моей работой. Я получил ее от старшего брата, входившего в команду, совершившую данное открытие. Он объяснил мне, показал цифры — все не так уж и сложно, если знать хотя бы основы физики, — как раз перед тем, как его забрали.

— Забрали? За что? А, китайское правительство решило засекретить данные.

— Примерно так.

— И тогда ты решил смыться оттуда?

— Не совсем. Мы некоторое время работали и уже наладили контакт с… э-э… соответствующими персонами. Но, допускаю, эти новости послужили мощным стимулом.

— А сегодняшняя переделка? Фонг пожал плечами.

— Так называемая русская мафия — всего лишь неуправляемое сообщество группировок и местных преступных организаций. Полагаю, кто-то пронюхал про наш план и отчего-то решил остановить нас. Возможно, конкуренты одного из тех, кто хотел нас нанять. Но это только предположение. — Он скорчил гримасу. — Я не рад вмешательству подобных людей, но все равно сделал бы все возможное, чтобы выбраться из Китая. Не могу представить себя низкооплачиваемым подсобником-нелегалом, вкалывающим на какой-нибудь стройке на Лене или Енисее.

Логан снова кивнул:

— Ладно, все ясно, а сейчас нужно пошевеливаться. Что вы теперь собираетесь делать? Мы можем доставить вас в Хабаровск, но…

— О, с нами все будет в порядке. Машина, кажется, не повреждена, несмотря на перестрелку, а один из моих коллег — опытный водитель. У нас есть связи, номера телефонов и надежный адрес в Белогорске.

Логан заметил, что пара китайцев вполне профессионально изучает оружие мертвецов. Ничего себе книжные черви! Интересно, какова вторая половина истории? Но этого, конечно, он никогда не узнает. Черт побери!

— Так что вы можете улетать. — Фонг протянул руку. — Еще раз спасибо.

— Не за что. — Логан ответил на рукопожатие. — Довольный клиент — лучшая реклама.


— Итак, — сказал Миша, — ты думаешь, это правда?

— Сейчас, — ответил Логан, — я понятия не имею, какого дьявола обо всем этом думать.

К этому времени они преодолели уже три четверти пути до Хабаровска. Луна сияла на небе, и Транссибирская магистраль отчетливо виднелась под носом «Ми-2». Отличные условия для ППП-навигации:[6] «Перед Пилотом Путь». В кабине мирно похрапывал Юра.

— Он мог все выдумать, — заметил Миша. — Но зачем?

— Людям не обязательно требуется причина для лжи. Но, учитывая ситуацию, не представляю, для чего бы ему понадобилось тратить время, чтобы кормить меня баснями.

— Эти люди… — В голосе Миши явно прозвучали многовековые предубеждения. — Кто за них поручится?

— Ну, если Фонг прав, через пару лет, а то и раньше, сюда хлынет чертова уйма народу, и ничего хорошего из этого не выйдет. Даже если история Фонга на девяносто процентов брехня, все равно жди беды. Судя по тому, что я слышал, эти несчастные ублюдки и так уже на грани. Если ситуация хоть немного ухудшится… — Логан повернулся и взглянул на Мишу. — Думаю, когда это произойдет, нам не захочется оставаться тут.

Миша тяжело вздохнул:

— Угу, что уж тут неясного.

Вдалеке начали появляться огни Хабаровска. Логан посмотрел на датчики топлива. Стрелки дрожали рядом с нулем; конечно, добраться до дому солярки хватит, но наверняка придется перейти на запасной бак.

— И куда ты отправишься? — спросил Миша.

— Проклятие, понятия не имею. — Логан потер глаза, жалея, что никто не догадался прихватить с собой термос кофе. — Возможно, на север.

— А о возвращении в Америку не думал?

— Не всерьез. На самом деле я даже не уверен, что меня впустят обратно. Вот уже двадцать лет, как я не живу в стране, а каждый, кто отсутствует больше пяти, автоматически заносится в список угрожающих национальной безопасности. — Логан поморщился. — Штаты катятся в ад, и не только из-за потепления и потопов. Сходить с ума они начали давным-давно. Еще до того, как я уехал.

— Тогда, может, в Канаду?

— На сегодняшний день попасть в Канаду еще труднее, чем в эту страну. Особенно для людей из Штатов. Аляска, — задумчиво произнес Логан, — это, возможно, вариант. Говорят, сепаратисты платят наемникам хорошие деньги. Но для этого я слишком стар.

— Только что ты не выглядел слишком старым. — Миша ухмыльнулся, тускло блеснув в темноте зубами. — Приятель, я и забыл, насколько ты хорош.

— Чепуха. Нет, если я решу смыться, то, думаю, снова рвану в Сибирь. Я не терял связи с кое-какими людьми из прошлого. Хочешь со мной? Толковый пилот никогда не лишний.

— Может быть. Подумаю. В былые деньки мы здорово повеселились в Сибири, да? А теперь там не будет так зверски холодно.

Хабаровск выплыл из мрака россыпью желтых огней за рекой. Лунный свет мягко поблескивал в волнах Амура, вырисовывая группу островков там, где поток сливался с водами Уссури.

— А Лиду прихватишь? — полюбопытствовал Миша.

— Не знаю. — Логан пока не задумывался над этим. — Возможно. Если она захочет. Почему бы и нет?

Он выпрямился и потянулся, насколько позволило тесное пространство.

— Понимаешь, я еще толком не определился и не собираюсь ничего предпринимать, пока не придет время серьезно раскинуть мозгами.

Логан уставился на огни Хабаровска:

— А сейчас мне надо позаботиться о более насущных вещах. Начиная с долгой задушевной беседы с Евгением.


Но назавтра начался аврал, так что времени думать о Евгении, китайцах или чем-нибудь еще просто не осталось. Абсолютно законная научная экспедиция, что-то вроде отряда геологической разведки из Комсомольска, нуждалась в неотложной транспортировке — их пилот напился и скрылся в неизвестном направлении вместе с вертолетом.

Так что следующая пара недель выдалась жутко суматошной, хотя и прибыльной. Логан был слишком занят, чтобы обращать внимание на что-либо, кроме своих непосредственных обязанностей; он даже не сразу воспринял сообщение Юры, что тот уходит на несколько дней, чтобы проверить какие-то слухи.

Но наконец работа была закончена, и жизнь снова вошла в свою колею. Логан вновь принялся размышлять о делах старых и новых, когда в контору явился Юра и заявил, что нашел нечто, что Логан должен увидеть.

— Идем, — сказал он. — Я покажу.

Что-то такое было в его лице, что отметало все возможные споры и возражения. Логан только спросил:

— «Миль» нужен? Юра кивнул.

— Отлично, — сказал Логан. — Пошли за Мишей.


— Ну, — произнес Миша сдавленно, — теперь мы знаем, чем питаются волки.

Логан не ответил. Он был слишком поглощен попытками удержать в желудке завтрак.

— Медведи тоже. — Носком сапога Юра показал на ближайшее тело. — Видишь? Отметины зубов великоваты для волков.

На прогалине, по прикидкам Логана, лежало пятнадцать— двадцать трупов. Сказать наверняка было трудно, потому что большинству тел не хватало многих кусков, явно растащенных по кустам.

— И тигры, — добавил Юра. — Только не в этом месте.

— Сколько? — выдавил Логан. — В смысле — мест.

— Не знаю. Пока я нашел одиннадцать. Возможно, больше. Я остановился. — Юра поморщился от отвращения. — Местами все еще хуже, чем здесь. Пролежали слишком долго. Гниль, вонь…

— Да, да, — поспешно откликнулся Логан, поскольку желудок снова взбунтовался. — Верю на слово.

Запашок и тут стоял тот еще, хотя тела пока не совсем разложились. По крайней мере для мошкары еще рановато. Через пару недель… Он выбросил из сознания живописную картинку. Или хотя бы попытался выбросить.

— А эти места, — спросил Миша, — они просто разбросаны по округе?

Юра кивнул:

— Большинство возле заброшенных лесовозных дорог, как здесь. Число китайцев всюду одинаково.

Интересно, откуда он знает? В этих трупах и люди-то различались с трудом.

— Они приехали по дороге, — махнул рукой Юра. — Один грузовик, небольшой. Остановился у тех деревьев, все вышли. По тропинке пришли сюда. Китайцы построились лицами вон туда, опустились на колени. Четверо встали за их спинами и расстреляли. В затылок. Из «Калашникова». — Он поднял выцветшую гильзу. — Очередями. Кто-то из китайцев пытался бежать. Один почти добрался до леса, когда его достали.

Миша явно отнесся к сказанному скептически. Наверное, он удивлялся, как это Юра делает такие выводы, просто глядя на следы на земле. Но Логан не сомневался. Он много раз видел Юру за работой.

— И в каждом месте то же самое, — добавил следопыт.

— И тот же грузовик?

— Наверняка не скажу. В паре мест — думаю, да.

— Бедные недоноски, — буркнул Миша. — Запихнули их в кузов, повезли по колдобинам, наверняка умирающих с голоду, — слабыми, одурманенными, сбитыми с толку проще помыкать. Велели построиться и встать на колени, они и не сопротивлялись.

— В одном месте, — заметил Юра, — похоже, китайцы попытались дать отпор. Только без толку.

— Твой народ, — спросил Логан, — знает об этом?

— Кто-то что-то знает. Ходит молва, я и услышал. Тут осталось мало деревень. Когда начались лесозаготовки, многие ушли. Или лесорубы их погнали.

— Сколько это могло продолжаться?

— Судя по слухам и по тому, как выглядят местами тела, — ответил Юра, — возможно, год.

Логан и Миша переглянулись.

— Думаю, — сказал Логан, — нам нужно кое с кем повидаться.


— Китаезы?! — недоверчиво взвыл Лаврушин. — Это все из-за гребаных китаез?!

Тыльной стороной руки он потер ободранную кожу — Юра только что сорвал кусок клейкой ленты, которой был залеплен рот Евгения. Получилось довольно неуклюже — руки его остались связанными.

Расположившийся рядом с ним на заднем сиденье Логан ответил:

— Не совсем. Мы и без того собирались потолковать с тобой.

— Эй, парни, я не виню вас за то, что вы злитесь, я бы и сам взбесился. Но клянусь, я не знал, что все так хреново выйдет.

Голос его звучал визгливее, чем обычно, и слова вылетали изо рта очень быстро. От перепуганного Лаврушина исходил болезненно-сладкий запах пота, такой сильный, что Логан все время порывался открыть окно, несмотря на ранний утренний морозец.

— Многие взбесились из-за того, что случилось, — продолжал пленник. — Очень, очень многие. И если бы они думали, что я тут как-то замешан, я бы сегодня не разговаривал с вами, парни. Поверьте мне.

— Поверить тебе? — бросил через плечо Миша. — Так, как поверили те китайцы?

— Вот дерьмо! Какого черта! Слушайте, — заявил Евгений, — вы должны понять схему. Времечко, когда можно было ввозить столько китаез, сколько вмещается в кузов, и всем было плевать — страна большая, а воротилы только счастливы заполучить дешевых шабашников, и менты не лезут, пока им отстегивают их долю, кануло в прошлое.

Миша крутанул руль раздолбанной «тойоты», огибая выбоину. Евгений потерял равновесие и навалился на Юру — тот выругался и отпихнул его.

— Проклятие! — выкрикнул Лаврушин. — Может, парни, все-таки снимете этот дурацкий скотч?

— Нет, — отрезал Логан. — Так о чем ты?

— А? Ах да. Так вот, сейчас гайки завинтили. Время от времени можно прихватить кое-кого, как ту группу, которой вы занимались. Но если я начну таскать китаез через границу пачками — иначе невыгодно, — ох, парни, я вляпаюсь в такое дерьмо, вы даже не представляете. Говорят, кого-то уже сцапали.

— Значит, ты берешь у беженцев деньги, — сказал Логан, — запихиваешь людей в кузов, везешь в чащу и расстреливаешь.

— Ради бога! — В голосе Евгения зазвучали обиженные, нетерпеливые нотки; на лице застыло выражение, с каким человек пытается объяснить нечто очевидное, совершенно не нуждающееся в объяснениях. — Они китаезы!

— Они люди, — сказал Миша.

— Черта с два. Китаезы не люди. Кстати, — заявил Евгений, глядя на Логана, — как будто ты никого не убивал? Я слышал, в Якутске…

Он резко замолчал.

— Извини, — прошептал Лаврушин. Логан посмотрел в окно:

— Почти приехали. Скоро аэропорт. Итак, ты ведь не доставишь нам неприятностей, а, Евгений? Пойдешь с нами без шуму, без крика? Юра, покажи ему.

Юра протянул руку и повернул голову Евгения лицом к себе. Ухмыляясь, он продемонстрировал большой охотничий нож.

— Ладно, ладно. Договорились. — Евгений побледнел. — Нет проблем… Эй, куда это мы?

— Увидишь, — ответил Логан. — Это сюрприз.


Шагая по лесовозной дороге, глядя на плетущегося перед ним Лаврушина, Логан размышлял, не следовало ли им дать ему хотя бы набросить куртку. Евгений подошел к двери своей квартиры открыть на стук в неопрятном тренировочном костюме, в котором, несомненно, спал; они позволили ему обуться, но когда вспомнили о пальто, запястья Евгения уже были обмотаны клейкой лентой, так что с верхней одеждой вышел облом.

Теперь он дрожал на холодном ветру, продувающем склон; Логана это не слишком волновало, но он устал от постоянного нытья Лаврушина. Ну ничего, уже недолго.

Идущий впереди Миша свернул на тропу, ведущую к гребню.

— Туда, — велел Логан Евгению.

— Дерьмо, — всхлипнул тот. — Что это все значит? Говорю вам, парни, если вы нашли тут каких-нибудь ублюдков, я тут ни при чем. Я никогда не работал в этом районе. И близко не подходил.

— Заткнись! — оборвал его Логан, ткнув в спину дулом «Калашникова». — Просто иди за Мишей. Молча.

Они долго взбирались в гору, а потом спускались с другой стороны. Евгений оказался жутко неповоротливым: он постоянно спотыкался и несколько раз падал. Но, по крайней мере, он перестал болтать, не считая, конечно, эпизодических проклятий.

Когда они наконец добрались до маленькой поляны, Лаврушин привалился к дереву и застонал:

— О господи! И вы, парни, проделываете это каждый раз? Вы что, психи?

Логан взглянул на него и мимо него, изучая ствол. Дерево не то, которое он мысленно наметил, но и это отлично подойдет. Он повернулся и кивнул остальным.

— Ну, — заявил Евгений, — вы собираетесь мне сказать, что… эй, какого че-е-е…

Голос его сорвался на визг, когда подступившие с двух сторон Логан и Юра схватили его под руки и прижали спиной к дереву, крепко долбанув о ствол. Миша уже стоял рядом, с рулоном клейкой ленты.

— Эй, эй, что, почему… — От ужаса Евгений стал заикаться. — Да ладно вам…

— Horosho, — сказал Миша, отступая. — Глянь-ка. Аккуратненько?

Логан обошел дерево, осматривая путы.

— Замечательно, — одобрил он. — Весьма профессиональная работа.

Миша тряхнул остатком скотча:

— Заклеить ему рот?

Евгений издал скорбный неразборчивый звук вроде глухого стона. Логан хотел дать «добро» Мише, но потом передумал и покачал головой.

Юра уже исчез, углубившись в чащу по узкой звериной тропе. Вернулся он с маленьким мешочком, из которого доставал и сыпал на землю щепотки зеленовато-коричневого порошка. Дойдя до дерева, у которого обвис прикрученный к стволу Евгений, он расширил горловину кисета и вытряхнул остатки содержимого прямо на Лаврушина.

— Теперь ты хорошо пахнешь, — сказал он Евгению. Тот забормотал:

— О боже, о господи! — сперва по-английски, потом по-русски, снова и снова.

Логан не думал, что он молится, хотя кто знает?

— Отлично, — заявил проводник. — Идем.

Без задерживающего их пленника они довольно быстро добрались до гребня и, уже спускаясь, услышали утробный, надсадный, басовитый рев, несущийся откуда-то из-за спин.

Они остановились и переглянулись, а Юра сказал:

— Амба голоден.

Они прибавили шагу, и когда добрались до лесовозной дороги, их снова нагнал рев, а за ним — тонкий пронзительный визг, не смолкавший еще очень и очень долго.


Содержание:
 0  вы читаете: Амба Amba : Уильям Сандерс  1  Использовалась литература : Амба Amba
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap