Фантастика : Социальная фантастика : ГЛАВА 13 Начало и Конец : Олаф Стэплдон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  49  50  51  52  54  56  58  60  62  63

вы читаете книгу




ГЛАВА 13

Начало и Конец

1. Назад к туманностям

Пробудившиеся галактики страстно хотели полностью использовать последнюю фазу их ясного сознания. Того же хотел и Я – несовершенный космический разум. И тут со мной произошло новое странное событие. В ходе своих телепатических исследований я натолкнулся на существо или существа, поначалу показавшиеся мне совершенно непостижимыми.

Сначала я решил, что непреднамеренно вошел в контакт с существами субчеловеческого уровня, населяющими какую-то естественную планету на примитивной стадии развития, что-то вроде амебоподобных микроорганизмов, плавающих в первичном океане. Я улавливал только грубые плотские желания, вроде жажды накопления физической энергии, жажды движения и контакта, света и тепла.

Я раздраженно попытался отбросить эту бесполезную банальность. Но она продолжала преследовать меня, становясь все более навязчивой и четкой. Постепенно эти создания стали проявлять такую физическую активность, такое здоровье и такую уверенность в себе, какие не проявляло ни одно духовное существо с тех самых пор, как появились первые звезды.

Нет нужды в подробностях описывать тот путь, каким я, наконец, пришел к пониманию этого ощущения. Постепенно я обнаружил, что установил контакт не с микроорганизмами, и даже не с разумными мирами, звездами или галактиками, – а с разумными существами, населявшими большую туманность еще до того, как она распалась на звезды, образовавшие разные галактики.

Теперь я мог проследить их историю с того момента, как они впервые осознали себя, когда существовали в форме легких облачков газа, разлетевшихся в сторону в результате взрыва, бывшего актом Творения, – и до той поры, когда, создав из своей субстанции мириады звезд, они одряхлели и умерли.

В самой ранней фазе своего существования, когда в физическом смысле они были самыми разреженными облаками, их мышление было ничем иным, как смутным желанием действия и сонным ощущением бесконечно медленного уплотнения их чрезвычайно тонкой субстанции.

Я наблюдал, как они сжимаются в плотные шары с четкими контурами, затем в двояковыпуклые диски, украшенные яркими потоками и темными расщелинами. Когда облака сгустились, каждое из них обрело более цельную и органическую структуру. В результате этого, пусть и незначительного, сгущения их атомы стали оказывать друг на друга большее воздействие. Хотя, если принять во внимание их размеры, они находились так же далеко друг от друга, как звезды в космосе. Теперь каждая туманность была огромным озером слабого излучения, единой системой всепроникающих волн, распространяющихся от атома к атому.

А потом разум эти самых больших мегатерий, этих амебоподобных титанов стал выходить на уровень смутного единства ощущений. По человеческим меркам и даже по меркам разумных планет и звезд, ощущения туманностей были невероятно замедленными. Ибо из-за огромных размеров туманности и медленного прохождения волн, с которыми было физически связано ее сознание, – тысячелетие казалось ей неуловимым мгновением. Периоды, которые люди называют геологическими и которые вмещают в себя взлет и падение многих видов существ, для туманностей были тем же, чем для людей являются часы.

Каждая большая туманность воспринимала свое двояковыпуклое тело, как определенный объем, заполненный звенящими потоками. Каждая туманность жаждала реализации своего органического потенциала, жаждала ослабления давления физической энергии, медленно накапливавшейся внутри нее. И в то же самое время жаждала свободного выражения всех своих способностей к движению, и еще чего-то большего.

Но, несмотря на то, что эти первичные существа, как в физическом, так и в умственном смысле были странно похожи на населявшие планеты первобытные микроорганизмы, у них были весьма существенные отличия. По крайней мере, они проявляли характер, которого даже Я, рудиментарный космический разум, не замечал у микроорганизмов: у них была «воля» или «пристрастие», если, конечно, в данном случае можно употребить столь неуклюжую метафору.

Хотя эти существа даже в пору своего расцвета в Физическом и в интеллектуальном смысле были очень примитивными, они обладали определенным даром, который я вынужден назвать незамысловатым, но очень острым религиозным сознанием. Ибо этими существами правили две страсти, и обе, по своей сути, были религиозными. Туманности стремились, или, вернее, испытывали слепую страсть к единению друг с другом и слепое желание вернуться к источнику, из которого вышли.

Разумеется, вселенная, в которой они жили, была очень простой и нищей. И для них она была очень маленькой. Для каждой туманности космос состоял из двух вещей: ее собственного почти бесформенного тела и тел других туманностей. В этот начальный период истории космоса туманности располагались очень близко друг к другу, поскольку в то время объем космоса был мал относительно своих частей, будь-то туманности или электроны. В тот период туманности, которые современному человеку кажутся свободно парящими в небе птицами, толпились, если использовать ту же метафору, в очень тесном птичнике. Поэтому каждая туманность оказывала значительное воздействие на своих собратьев. И по мере того, как каждая туманность становилась более организованным, более прочным физическим единством, – она все более четко отличала изначальное движение своих волн от тех отклонений, которые возникали в результате воздействия ее соседей. И в силу способности, присущей ей с того момента, как она оторвалась от общего прародительского облака, она истолковывала это воздействие, как признак присутствия других разумных туманностей.

Итак, в пору своего расцвета, туманности смутно, но остро ощущали друг друга как отдельные существа. Они осознавали существование друг друга; но их общение было незначительным и развивалось очень медленно. Как сидящие в разных камерах заключенные, которые уведомляют друг друга о своем существовании, перестукиваясь по стенам, и даже могут со временем создать примитивную систему сигналов, – так и туманности сообщали собратьям о своем присутствии, оказывая на них гравитационное воздействие и озаряя себя длинными вспышками света. Даже в начальный период существования туманностей, когда они располагались поблизости друг от друга, – многие тысячи лет уходили на то, чтобы составить послание и многие миллионы – на его путь к адресату. В пору расцвета туманностей весь космос вибрировал от их бесед.

В начальный период бытия, когда эти огромные создания все еще были незрелыми и по-прежнему находилась близко друг к другу, все их беседы состояли исключительно из рассказов о себе. С детской непосредственностью они подробно рассказывали о своих радостях и печалях, о своих стремлениях, пристрастиях и капризах, о своем жгучем желании воссоединения друг с другом, желании быть, как сказали бы люди, едиными в Боге.

Но даже в начальный период, когда зрелых туманностей было еще очень немного, а большинство еще не обладало хоть сколько-нибудь ясным мышлением, – наиболее развитым из этих существ стало ясно: они не только не воссоединяются, а наоборот – неуклонно отдаляются друг от друга. Их физическое воздействие друг на друга ослабевало, и каждая туманность видела, как ее собратья тают вдали. Теперь послания шли еще дольше и, соответственно, еще дольше приходилось ждать ответа.

Если бы туманности были способны к телепатическому общению, то «расширение» вселенной не вызвало бы среди них никакой паники. Но эти существа были слишком примитивны, чтобы поддерживать друг с другом непосредственный умственный контакт. И потому обнаружили, что обречены на одиночество. И поскольку темп жизни был очень медленным, то им казалось, что, едва обретя друг друга, они уже вынуждены расставаться. С горечью они сожалели о своем детском невежестве. Ибо, достигнув зрелости, они не только познали страсть взаимного наслаждения, которую мы называем любовью, но и убежденность в том, что путь к общему источнику лежит через единение их разумов. Когда неизбежность одиночества стала очевидной, когда с таким трудом созданное сообщество этих наивных существ уже разваливалось из-за нарастающих трудностей в общении, когда наиболее удаленные туманности на большой скорости исчезали в пространстве, – каждая туманность была вынуждена приготовиться к тому, чтобы остаться с загадкой существования наедине.

Далее последовала эпоха (а для этих медленно живущих созданий – короткий отрезок времени), когда они пытались посредством управления своей плотью и духовной дисциплины прийти к тому высшему озарению, поиски которого присущи природе всех развитых существ.

Но сейчас возникла новая проблема. Некоторые из наиболее старых туманностей стали жаловаться на странную болезнь, которая мешала им медитировать. Внешние края их тонкой плоти начали завязываться в маленькие узелки, которые, в свою очередь, превратились в плотные яркие огненные зернышки. Между ними было лишь пустое пространство, если не считать нескольких заблудившихся атомов. Поначалу это заболевание вызывало не больше опасений, чем у человека вызывает сыпь на коже. Но со временем оно проникло в более глубоко расположенные ткани туманности и вызвало серьезное умственное заболевание. Напрасно обреченные существа пытались использовать болезнь во благо, восприняв ее, как посланное свыше испытание духа. На какое-то время они могли преодолеть болезнь, относясь к ней с героическим презрением. В итоге, она все равно сокрушала их волю. Теперь космос казался им царством бесполезных усилий и ужаса.

Теперь молодые туманности наблюдали, как, один за другим, их старшие товарищи утрачивали ясность мышления и физическое здоровье, что неизбежно заканчивалось погружением в сон, который люди называют смертью. Вскоре даже самым жизнерадостным созданиям стало ясно, что эта болезнь была не случайной, а изначально присущей природе туманностей.

Один за другим, небесные мегатерии гибли, уступая место звездам.

Глядя на эти события из своего далекого будущего, Я, рудиментарный космический разум, пытался дать знать умирающим туманностям далекого прошлого, что их смерть не только не была концом света, а, наоборот, являлась начальной стадией жизни космоса. Я надеялся утешить их, дав им определённое представление о большом и сложном будущем, о моем собственном окончательном пробуждении. Но общение с ними оказалось невозможным. Хотя в пределах своих примитивных ощущений они были способны на определенное мышление, в остальном они были практически идиотами. С таким же успехом человек мог пытаться успокоить умирающую зародышевую клетку, давшую ему жизнь, рассказом о своей будущей успешной карьере.

Поскольку попытка утешения оказалась тщетной, Я отбросил сострадание и удовлетворился наблюдением за окончательной гибелью сообщества туманностей. По человеческим меркам его агония была невероятно долгой. Она началась с распада самой первой туманности на звезды и закончилась (или закончится) спустя много времени после гибели последней человеческой расы, населявшей Нептун. Действительно, последняя туманность полностью утратила сознание только тогда, когда многие трупы ее собратьев уже превратились в симбиотические сообщества разумных звезд и миров. Для самих медленно живущих туманностей болезнь протекала невероятно быстро. Одно за другим, эти огромные религиозные создания оказывались лицом к лицу с коварным врагом и мужественно вели безнадежную борьбу до тех пор, пока смерть не одолевала их. Они так и не узнали, что их распадающаяся плоть давала начало более быстрой жизни мириадов звезд, что в разных местах космоса такие создания, как люди, вели свои несравненно маленькие, несравненное быстрые и несравненно богатые жизни, и что вся насыщенная событиями история этих существ уместилась в несколько последних беспокойных моментов жизни первобытных чудовищ.


Содержание:
 0  Создатель звезд (другой перевод) : Олаф Стэплдон  1  ПРЕДИСЛОВИЕ : Олаф Стэплдон
 2  ГЛАВА 1 Земля : Олаф Стэплдон  4  1. Отправная точка : Олаф Стэплдон
 6  ГЛАВА 2 Межзвездное путешествие : Олаф Стэплдон  8  2. Суетный мир : Олаф Стэплдон
 10  1. На другой Земле : Олаф Стэплдон  12  3. Перспективы расы : Олаф Стэплдон
 14  ГЛАВА 5 Бесчисленные миры : Олаф Стэплдон  16  3. Наутилоиды : Олаф Стэплдон
 18  2. Странные человекоподобные : Олаф Стэплдон  20  ГЛАВА 6 Намеки Создателя Звезд : Олаф Стэплдон
 22  2. Композиты : Олаф Стэплдон  24  1. Симбиотическая раса : Олаф Стэплдон
 26  3. Люди-растения и другие : Олаф Стэплдон  28  ГЛАВА 9 Сообщество миров : Олаф Стэплдон
 30  3. Кризис в истории галактики : Олаф Стэплдон  32  5. Трагедия извращенцев : Олаф Стэплдон
 34  1. Суетные утопии : Олаф Стэплдон  36  3. Кризис в истории галактики : Олаф Стэплдон
 38  5. Трагедия извращенцев : Олаф Стэплдон  40  ГЛАВА 10 Галактика : Олаф Стэплдон
 42  2. Катастрофа в нашей галактике : Олаф Стэплдон  44  4. Галактический симбиоз : Олаф Стэплдон
 46  2. Катастрофа в нашей галактике : Олаф Стэплдон  48  4. Галактический симбиоз : Олаф Стэплдон
 49  ГЛАВА 12 Чахлый дух космоса : Олаф Стэплдон  50  вы читаете: ГЛАВА 13 Начало и Конец : Олаф Стэплдон
 51  2. Близится момент истины : Олаф Стэплдон  52  3. Момент истины и после него : Олаф Стэплдон
 54  2. Близится момент истины : Олаф Стэплдон  56  ГЛАВА 14 Миф о Творении : Олаф Стэплдон
 58  2. Зрелое творение : Олаф Стэплдон  60  1. Незрелое творение : Олаф Стэплдон
 62  3. Окончательный космос и вечный дух : Олаф Стэплдон  63  ГЛАВА 16 Эпилог: Возвращение на Землю : Олаф Стэплдон



 




sitemap