Фантастика : Социальная фантастика : VII : Пер Валё

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27

вы читаете книгу




VII

— Я много слышал о вас, Йенсен, — сказал министр. — Несколько лет назад вы доставили мне немало хлопот.

Было заметно, что он изо всех сил старается говорить нормальным голосом, чтобы казаться спокойным.

— Хотите пива? — неожиданно спросил он.

— Нет, благодарю вас.

— В этой стране умеют делать чертовски хорошее пиво.

Он сел напротив Йенсена. Когда он наливал пиво, его руки так дрожали, что он едва не выронил стакан.

— Вы, конечно, узнали этих господ?

Йенсен никогда раньше их не видел и не знал, кто они такие — даже после того, как министр представил их ему. Оба входили в правительство.

— Кто-то однажды справедливо заметил, что расстояние между народом и властями слишком велико, — пробормотал министр.

Йенсен понял, что он имел в виду. Рыжеволосый полицейский врач участка как-то сказал:

— Можно ли представить себе что-нибудь более абстрактное, чем Господь Бог и министры?

В этих словах заключался глубокий смысл. Политика страны, направленная на достижение единообразия и устранение каких бы то ни было различий, не допускала усиления влияния той или иной личности — кроме тех, чья сила и власть зиждились на капитале и кто занимал ведущее положение в обществе независимо от желания народа. Однако в результате последних выборных кампаний на авансцену стали выдвигать определенного человека — это делалось для того, чтобы не допустить чрезмерно большого разрыва между подавляющим большинством народа и узкой группой технократов, в руках которых формально была сосредоточена власть в стране.

— Господин премьер-министр… — начал Йенсен, но тот оборвал его:

— Я не являюсь главой правительства. Выборы были… отложены.

— Отложены?

Министр поспешно встал, сделал было порывистый жест, но, взглянув на свои дрожащие руки, засунул их в карманы пиджака.

— При создавшихся обстоятельствах мы приняли решение отложить проведение демократических выборов в стране, — официальным тоном произнес он.

Один из членов правительства, до сих пор молчавший, кашлянул и спросил:

— Комиссар Йенсен?

— Да?

— Вы давали присягу в верности правительству?

— Да.

— Сколько раз я говорил, что это совершенно не относится к делу, — раздраженно проговорил министр.

В комнате стало тихо — слышался только рев реактивных двигателей за окном. Йенсен поочередно посмотрел на присутствующих и тихо спросил:

— Что случилось?

— Самое непонятное заключается в том, что мы и сами не знаем. Нам не известно, что произошло, более того, нам не известно, как это произошло. Между теми событиями, о которых мы знаем, не существует никакой логической связи.

— Какие же подробности вам известны?

— Йенсен, нам придется начать с самого начала.

— Хорошо. Почему вы находитесь здесь?

— Не знаю.

— Не знаете? Как вы сюда попали?

— Так же, как и вы. Самолетом. Мы возвращались из-за границы… из поездки с государственным визитом. Продолжить путь нам не удалось. Все пути сообщения были прерваны.

— Почему?

— Мы не знаем. Никто этого не знает.

— Как долго вы находитесь здесь?

— Три дня.

— Вы пытались вернуться домой?

Министр не ответил.

— Это вы вызвали меня сюда?

— Да.

— Зачем?

— Йенсен, давайте разберемся во всем по порядку. Во-первых, согласны ли вы выполнить наше задание?

— Какое именно?

— Выяснить, что там произошло. Поскольку нам не известно, где мы находимся, я не могу вам приказывать.

— Я знаю, где мы находимся.

— Вы меня не так поняли. Я имею в виду юридическую сторону вопроса. Вы же знаете, что по чисто экономическим соображениям наше правительство не признает режима, существующего в этой стране. Для нас она — всего лишь географическое понятие. Мы не пользуемся никакими экстерриториальными правами.

— В таком случае почему же вы здесь?

Министр неожиданно всплеснул руками и, потеряв над собой власть, крикнул:

— А куда же нам деваться, черт побери? Я обращаюсь к вам с просьбой оказать услугу стране, а вы…

Он осекся. Третий член правительства, который до сих пор не произнес ни единого слова, покачал головой и сказал:

— Полиция. Я же вам говорил.

Он был совсем молод. Его лицо и вся поза выражали презрение и высокомерие. Йенсен вдруг вспомнил, что раньше слышал его имя. Этот человек принадлежал к числу наиболее многообещающих политических деятелей. Он занимал различные посты в правительстве и, по всеобщему мнению, со временем должен был стать премьер-министром. Сейчас он возглавлял Министерство просвещения. До этого он был министром связи, и ему вменялась в обязанность деликатная задача — руководить цензурой на радио и телевидении.

Йенсен равнодушно посмотрел на него и негромко произнес:

— Мне хотелось бы напомнить, что я сейчас не на службе, что мы находимся на территории иностранного государства и что я до сих пор не получил никаких конкретных разъяснений — если не считать той информации, которую мне удалось получить в зале ожидания.

— Йенсен, Йенсен, — умоляющим тоном начал министр. — Мы знаем вас как исключительно способного офицера полиции.

— Вот как?

— Да, да. И хотя расследование того неприятного дела, которое вы провели четыре с половиной года назад, осложнило ситуацию, с технической точки зрения вы провели его безукоризненно…

— Настолько безукоризненно, что в результате погибло тридцать два человека?

— Нужно ли снова копаться в старых неприятностях?!

Министр просвещения холодно процедил:

— Господин Йенсен, надеюсь, вам ясно, что в тот момент, когда положение стабилизируется, мы можем разжаловать вас и отправить патрулировать улицы? Мы можем вообще уволить вас из полиции. Вы и раньше причиняли нам немало хлопот.

— Совершенно верно, — подтвердил министр. — Подумайте о своей семье.

— Я одинок, — заметил Йенсен.

— Ну хорошо, чего вы хотите? Денег?

— Правды.

— Но я уже сказал, что нам ничего не известно. Мы не знаем, что произошло в стране.

— Почему отложены выборы? — спросил Йенсен.

Министр нервно пожал плечами.

— Ведь я уже сказал…

Министр просвещения быстро встал и презрительно взглянул на своего коллегу.

— Выборы отложены потому, что в ходе заключительной части предварительной кампании возникли серьезные осложнения, — сказал он.

— Что вы имеете в виду?

— Уличные беспорядки. Мятежи. В них замешаны полиция и армия.

— Восстание? — с сомнением произнес Йенсен.

— Ни в коем случае. Скорее можно сказать, что население справедливо выступило против внутренних врагов страны. К сожалению, при этом были использованы насильственные меры, перешедшие все границы.

— Что случилось после того, как выборы были отложены?

— Этого мы точно не знаем. К тому моменту большинство членов правительства покинуло страну.

— Вместе с семьями?

— Да. Они находятся в безопасности.

— А регент?

— Он тоже вне опасности.

— Почему закрыты границы?

— Насколько нам известно, границы открыты.

— Но все сообщение прервано?

— Да. Под предлогом, что в стране вспыхнула эпидемия. Как здесь, так и в других странах эта версия общепринята.

— Существуют ли какие-нибудь факты, подтверждающие ее?

— Да. Незадолго до того, как было прервано сообщение, власти запросили медицинскую помощь из-за рубежа.

— Дальше.

— Многие медики из различных уголков земного шара, в основном врачи и медицинские сестры, тотчас откликнулись на это обращение и отправились туда в качестве добровольцев. Вскоре после этого поступили официальные сообщения о том, что распространение эпидемии приостановлено, положение в стране находится под контролем и в дальнейшей медицинской помощи нет необходимости.

— Что произошло потом?

— Вслед за этим все транспортные коммуникации и связь были прерваны.

— Когда это случилось?

— Дней пять назад. Точнее, в течение последних пяти суток не поступало официальных сообщений.

— А неофициальных?

— За это время многие покинули страну. Большими группами и в одиночку. Мы беседовали кое с кем из них, но никто с уверенностью не может сказать, что же там произошло.

— Почему они покинули страну?

— Из страха и чувства неуверенности. Но…

— Продолжайте.

— Некоторые утверждают, будто в стране свирепствует тяжелая эпидемия. Несколько человек умерло в зарубежных больницах.

— Диагноз?

— Врачам не удалось установить характера заболевания.

— Пограничная охрана на месте?

— Вы же знаете, что б óльшая часть нашей границы проходит по морю, а сухопутная граница, как вам, безусловно, тоже известно, проходит в основном через ненаселенные районы. По нашей настоятельной просьбе полиция соседних государств обследовала пограничные заставы на нашей территории. С крайней неохотой, между прочим. Все боятся эпидемии.

— Каковы результаты инспекции?

— Пограничные заставы покинуты.

— Судьба иностранных представительств вам известна?

— Большинство было эвакуировано еще во время волнений. Полиция и армия не имели возможности, а может быть, и желания, охранять их.

— Не верится.

— И тем не менее это факт. Остальные посольства были закрыты при первых же слухах о чуме.

— Что вы знаете о медиках-добровольцах из-за рубежа?

— Никто из них не вернулся. И никто не дал о себе знать.

— Действует ли внутренняя связь в стране?

— По-видимому, нет. Три военных самолета и один гражданский разбились на территории соседних государств. Причина неизвестна.

Йенсен на мгновение задумался, затем спросил:

— Все эти сведения точны?

— К сожалению, да.

Наступило молчание. Йенсен некоторое время сидел не двигаясь.

— Еще один вопрос, — сказал он наконец.

— Я вас слушаю.

— Может, все население погибло?

— Нет. Нам известно, что в стране развивается бурная деятельность, особенно в столице.

— Откуда у вас эти сведения?

Министр просвещения быстро взглянул на своего коллегу. Тот покорно пожал плечами.

— Я не могу ответить на этот вопрос, не разгласив военной тайны.

Йенсен промолчал.

— Но я все-таки попытаюсь ответить. Дело в том, что в течение ряда лет над территорией нашей страны совершают систематические полеты на большой высоте разведывательные самолеты одной дружественной великой державы. На борту этих самолетов установлено исключительно мощное разведывательное оборудование. Через неофициальные каналы мы получили информацию о некоторых результатах их наблюдений.

— Что вам сообщили?

— Я уже сказал: в стране отмечают значительную активность.

— Военные действия?

— Не в столице. Однако в сельской местности замечены признаки передвижений войск.

— Что происходит в столице?

— Этого мы не знаем. Но знаем, что там что-то происходит.

— Это производит впечатление организованных действий?

— Да.

Немного помолчав, Йенсен снова задал вопрос, с которого начал беседу:

— Почему вы находитесь здесь?

Министр просвещения ответил с циничной откровенностью:

— Потому что все остальные страны отказались нас принять.

— Почему же вы не хотите отправиться домой?

— Не решаемся.


Содержание:
 0  Стальной прыжок : Пер Валё  1  II : Пер Валё
 2  III : Пер Валё  3  IV : Пер Валё
 4  V : Пер Валё  5  VI : Пер Валё
 6  вы читаете: VII : Пер Валё  7  VIII : Пер Валё
 8  IX : Пер Валё  9  X : Пер Валё
 10  XI : Пер Валё  11  XII : Пер Валё
 12  XIII : Пер Валё  13  XIV : Пер Валё
 14  XV : Пер Валё  15  XVI : Пер Валё
 16  XVII : Пер Валё  17  XVIII : Пер Валё
 18  XIX : Пер Валё  19  XX : Пер Валё
 20  XXI : Пер Валё  21  XXII : Пер Валё
 22  XXIII : Пер Валё  23  XXIV : Пер Валё
 24  XXV : Пер Валё  25  XXVI : Пер Валё
 26  XXVII : Пер Валё  27  XXVIII : Пер Валё



 




sitemap