Фантастика : Социальная фантастика : Глава 14 Давность : Александр Звягинцев

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23

вы читаете книгу




Глава 14


Давность

[14]

Ледников прикидывал варианты.

Итак, нужен человек, который знает, что произошло с господином Негодиным несколько лет назад. Какое такое событие превратило его трудный характер в невыносимый? И в чем эта невыносимость, собственно, заключается? Вопрос: где же этого человека взять? Видимо, в «Мангуме». Но знакомых там у Ледникова не было, друзей тоже. Попытаться сделать это с помощью Сережи Прядко? Но Ледников понимал, что он и так уже задолжал ему слишком много, а Сережа такие ситуации не приветствует. И тут он вспомнил про Артема. В смысле друзей и знакомых он был совершенно фантастический человек. В любом заведении Москвы рано или поздно обнаруживались люди, с которыми он учился, работал, отдыхал, выпивал… Последних, разумеется, было абсолютное большинство.

Ледников был уверен, что Артем еще не убрался из города, об этом ему придется напоминать еще раз сто. Так оно и вышло. Зато проблема с «Мангумом» решилась тут же. Разумеется, там работал знакомый Артема - одноклассник жены. Причем как работал! Менеджером по персоналу, ни больше ни меньше.

Встретились во время бизнес-ланча в ресторанчике, затерявшемся в сретенских переулках. Одноклассника жены звали Павел. На нем были розовая рубашка, оранжевый галстук и светлосерый костюм в густую полоску. Ледников заподозрил неладное, в смысле нетрадиционной ориентации, но потом решил, что ориентация тут не помеха. А может, даже и помощник.

Поначалу, разумеется, надо было дать Павлу покрасоваться собственной значительностью и удачливостью. Посему пришлось покорно выслушать лекцию о том, что сегодня на смену совковой характеристике, содержание которой было тупо стандартным и ничего не говорило о человеке, пришли «сиви» - «Carriculum Vitae», резюме, которые человек пишет сам о себе и обычно рассылает по Интернету.

Артем выслушал это известие, зевая и почесываясь.

- Ты по-русски сказать можешь, что это значит? Что ты нам мозги пудришь своими каракулями и куркулями?

- «Carriculum Vitae» в переводе с латинского - «жизненный путь», - просветил его Ледников.

Павел посмотрел на него с любопытством. И потом в ходе разговора уже улыбался Ледникову отдельно.

- А если человек в этом самом «сиви» наврет про себя как сивый мерин? - хохотнул Артем. Ясно было, что он заинтересовался этим делом практически - уже прикидывает, как будет писать про себя эту самую «сиви». - Выдаст себя за кого-то? Чужие заслуги припишет?

- Поэтому и нужны такие специалисты, как я, - снисходительно объяснил Павел. - Поэтому нам и платят такие деньги.

- А ты что же, прямо такой Шерлок Холмс? - не унимался Артем. - Враз просекаешь врага народа? Его черную душу? И потом, неужели ты думаешь, он тебе напишет, что воровал колоски с колхозных полей? Или что его уволили по пьяному делу?

Павел, едва заметно улыбнувшись Ледникову и пожав плечами, принялся объяснять Артему давно известные Ледникову вещи. Ну, прямая и крупная ложь распознается опытным человеком сразу, очень подозрительные вещи можно и проверить. А какие-то преувеличения или недомолвки роли не играют, главное, человек в «сиви» виден сразу целиком, становится понятен образ его личности. А преувеличения, наоборот, очень полезны - они дают возможность понять амбиции человека, уровень его мыслей и притязаний.

Он очень себе нравился в этот момент, этот самый Паша в оранжевом галстуке, и Ледников решил, что пора уже и поинтересоваться непростой жизнью сотрудника холдинга «Мангум» Станислава Рудольфовича Негодина.

Поначалу Паша слегка напрягся - все-таки служба безопасности, у них там свои порядки и свои тараканы… Но потом Ледников с Артемом дружно на него насели и додавили-таки. И он скороговоркой поведал, что несколько лет назад, когда «Мангум» из-за недомыслия и мании величия своего руководства влез в противостояние с государством, гражданская жена Негодина, работавшая в одном из филиалов холдинга, во время налета ОМОНа потеряла сознание… У нее со здоровьем вообще проблемы были после того, как на ее глазах взорвали отца и мужа.

- Подожди, Паш, то есть, она, случаем, не дочь академика Дроздецкого?

- Так точно. А еще и бывшая супруга адвоката Аристархова.

Ледников хорошо помнил эту историю, хотя в те годы взрывали и стреляли чуть ли не каждый день.

- В общем, после всех этих «масок-шоу» она оказалась в состоянии комы и пребывает в ней до сих пор в какой-то частной клинике. Вот тогда Негодин и переменился. Он и так-то был малоприятным типом, явно страдал манией величия, а тут весь почернел, замкнулся. Говорят, он ездит в клинику чуть ли не каждый день… Такая любовь оказалась, что все бабы у нас просто рыдают. Так завидуют этой Аристарховой, что сами готовы впасть в кому, но чтобы Негодин к ним каждый день наведывался…

После этого оставалось только выяснить адрес клиники, что Паша по просьбе Ледникова тут же и сделал, позвонив по мобильнику в филиал, где когда-то работала жена Негодина.

Когда Паша удалился, ласково улыбнувшись на прощание, Ледников спросил задумавшегося о чем-то своем Артема:

- Тебе Андрей не звонил?

- Звонил, - рассеянно ответил Артем. - Напоминал, что надо к матери в больницу съездить. А то я без него этого не знаю… Строит из себя главу семейства!

- Больше ничего не сказал? - аккуратно поинтересовался Ледников.

- Слава богу, нет, - засмеялся Артем.

«Значит, Андрей решил не посвящать брата в открывшиеся обстоятельства жизни судьи Востросаблина, - подумал Ледников. - Пока или вообще? Неужели так ничего не расскажет своим про Нюру и отца?»

- Слушай, так ты действительно считаешь, что мне надо куда-то смыться? - озабоченно спросил Артем. - Может, ты преувеличиваешь, а? Мужик этот, Иван Алексеевич, больше не звонит, в банке тоже тихо… Может, все рассосалось? А?

- Ага, само собой, - покачал головой Ледников. - Беременность оказалась ложной, можно снова предаться разврату.

- Да какой там разврат, - заныл Артем. - Дел по горло.

Ну, твои дела известны, милый друг!

- Смотри, я тебя предупредил, - пожал плечами Ледников. - Хотя бы смотри по сторонам, когда переходишь улицу, чтобы не попасть под машину ненароком…

И подумал, что, если бы он, как Пилат, умывал руки после каждого бесплодного разговора по душам, у него давно не осталось бы кожи на ладонях - истерлась бы и смылась. Народ нынче пошел упертый, недоверчивый, живет своими убеждениями, переубедить кого-то невозможно, никто не верит, что ему действительно желают добра. Просто не способен в такое поверить. Потому как привык к обратному.


Лечебница расположилась очень удобно - в старинной усадьбе на берегу Яузы. Трехэтажный дом с колоннами, два одноэтажных просторных флигеля, парк, спускающийся прямо к реке… Все это мало напоминало больницу, скорее санаторий для весьма обеспеченных людей.

Как выяснилось из беседы с улыбчивой и кокетливой медсестрой, Екатерина Юрьевна Дроздецкая-Аристархова лежала в правом флигеле. И там же располагался кабинет ее лечащего врача Игоря Ефимовича Цапцына. «Вы с ним помягче разговаривайте, поделикатнее, - предупредила медсестра. - Он у нас впечатлительный очень, вспыльчивый».

Игорь Ефимович был еще не стар, но сильно лысоват, голова у него напоминала перевернутый высокий треугольник. Ледников вспомнил, что в институте у них был преподаватель, который утверждал, что такая форма головы встречается только у истинных интеллектуалов, такие лица и черепа имеют большинство преподавателей вузов. Между прочим, среди черепов доисторических людей черепа такой формы никогда не находились и уже вряд ли будут найдены. Из чего поклонник треугольных черепов и лиц делал смелый намек, что их обладатели являются потомками какой-то неизвестно откуда появившейся, а потом исчезнувшей культуры, которая, очевидно, была не чета нашей. Но нос Цапцына, великоватый и толстоватый для его лица, выдавал человека со слабой волей, склонного к панике и не способного к серьезному сопротивлению. Он выглядел, как положено человеку с таким носом, - подавленным и донельзя расстроенным.

- Игорь Ефимович, мы занимаемся обстоятельствами гибели академика Дроздецкого и адвоката Аристархова, - официальным тоном известил доктора Ледников. - В связи с этим возникла необходимость поговорить с вами как с лечащим врачом Екатерины Юрьевны Дроздецкой.

Цапцын выслушал эту абракадабру совершенно покорно и согласно закивал головой. Ему и в голову не пришло осведомиться, а кто такие эти самые «мы», или попросить предъявить какие-нибудь документы. Ледникову на мгновение стало стыдно - обманывать человека, который верит каждому твоему слову, все равно, что обижать ребенка. Но что поделаешь, ничего более благородного в голову ему не пришло.

- Мне также необходимо задать вам несколько вопросов относительно Святослава Рудольфовича Негодина. Вы его хорошо знаете?

Ледников буквально почувствовал, как Цапцын внутренне окаменел и отшатнулся от него. Потом он обреченно кивнул и принялся за рассказ.

- Мы с ним вместе в школе учились, правда, в разных классах. Однажды он меня спас от одного хулигана или бандита… После школы мы с ним не виделись. Я слышал, что он служит в КГБ, но и только. Честно говоря, я просто забыл о нем. А три года назад к нам привезли Катю, а потом появился он… Я его сразу узнал.

- Катю? - удивился Ледников. Это прозвучало слишком фамильярно даже для лечащего врача.

- Катю, - повторил Цапцын, стараясь не смотреть на Ледникова. - Ах да, вы же не знаете!.. Мы с Катей тоже знакомы с детства - учились в одной музыкальной школе. Да что знакомы! Знакомы… Я был в нее влюблен. Влюблен страстно, но… безответно и безнадежно. Я ей не нравился. Совсем. Потом пути наши разошлись. Несколько раз мы сталкивались случайно, что-то говорили друг другу, какую-то полагающуюся в таких случаях чепуху. Когда случилось это покушение на ее отца, я был за границей, работал в австрийской клинике. Слышал только, что она, к счастью, осталась жива, но не знал, что ей тоже сильно досталось… Потом я вернулся, меня пригласили работать сюда, мы с ней не виделись… А через какое-то время Катю привезли к нам. И сразу появился Негодин.

Цапцына не нужно было о чем-то спрашивать. Он все говорил сам, будто ожидал появления Ледникова.

- Оказалось, они с Катей давно уже живут вместе… Он был похож на сумасшедшего. Ему ничего нельзя было объяснить. Он говорил, что спас мне тогда, в детстве, жизнь, и теперь я должен спасти Катю… Он ничего не хотел слушать о том, что в ее состоянии ничего нельзя радикально изменить, все зависит от того, как распорядится природа. В общем, он стал меня в чем-то подозревать. Чуть ли не в том, что я неправильно лечу Катю. Лишь бы она оставалась здесь как можно дольше. Бред! К тому же он запугал и подкупил медсестер, чтобы они доносили ему обо всем, что я делаю… И одна сказала ему, что я провожу очень много времени рядом с Катей… Как будто даже разговариваю с ней…

- Это неправда?

Ледникову показалось, что еще чуть-чуть, и Цапцын расплачется от бессилия.

- Что значит неправда? - грустно спросил он. - Да, я иногда сижу рядом с ней и что-то ей говорю… Пытаюсь понять, слышит ли она меня? А вдруг будет какая-то реакция!

Цапцын смотрел на него в отчаянии. Ледников молчал. Было ясно, что, несмотря на то что прошли годы, в отношении Цапцына к девочке, в которую он был влюблен когда-то, ничего не изменилось. Какую же жизнь надо прожить, сколько отчаяния претерпеть, чтобы обрести самого близкого человека в безнадежно больной женщине, не способной ни слышать, ни видеть, ни понимать. И только ей рассказывать и доверять то, что никому больше доверить невозможно.

- Он сказал, что заберет ее отсюда! Увезет за границу!.. Я стал объяснять ему, что это стоит сумасшедших денег, но он ничего не хотел слушать. И я не смогу ему помешать! Хотя готов сам оплачивать ее пребывание здесь. Но он не хочет ничего слушать. И я ничего не смогу сделать, если он заберет ее!

Цапцын, судя по всему, действительно был в отчаянии. Но утешить его было нечем. Ледников мог только оставить ему свою старую, времен работы в прокуратуре, визитку, чтобы звонил, если потребуется помощь.


Содержание:
 0  Ярмарка безумия : Александр Звягинцев  1  Вместо пролога : Александр Звягинцев
 2  Глава 1 Неоконченное преступление : Александр Звягинцев  3  Глава 2 Конфабуляция : Александр Звягинцев
 4  Глава 3 Агнаты : Александр Звягинцев  5  Глава 4 Психологическая аутопсия : Александр Звягинцев
 6  Глава 5 Аномия : Александр Звягинцев  7  Глава 6 Преступная самонадеянность : Александр Звягинцев
 8  Глава 7 Эмпатия : Александр Звягинцев  9  Глава 8 Аффект : Александр Звягинцев
 10  Глава 9 Локус контроля : Александр Звягинцев  11  Глава 10 Интуиция следователя : Александр Звягинцев
 12  Глава 11 Очаг аффектации : Александр Звягинцев  13  Глава 12 Крайняя необходимость : Александр Звягинцев
 14  Глава 13 Самооговор : Александр Звягинцев  15  вы читаете: Глава 14 Давность : Александр Звягинцев
 16  Глава 15 Мера пресечения : Александр Звягинцев  17  Глава 16 Следственный эксперимент : Александр Звягинцев
 18  Глава 17 Агенс ин ребус : Александр Звягинцев  19  Глава 18 Подстрекатель : Александр Звягинцев
 20  Глава 19 Вергельд : Александр Звягинцев  21  Глава 20 Изобличающие вопросы : Александр Звягинцев
 22  Глава 21 Судебное следствие : Александр Звягинцев  23  Использовалась литература : Ярмарка безумия



 




sitemap