Фантастика : Социальная фантастика : Глава 20 Изобличающие вопросы : Александр Звягинцев

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23

вы читаете книгу




Глава 20


Изобличающие вопросы

[20]

- Надоел! - наставительно сказал Якуб, обращаясь к бесформенной куче на полу, в которую вдруг превратился Негодин. - Достал! Пальто - мое, хочу - снимаю, не хочу - не снимаю.

Потом он присел у неподвижного тела Негодина и принялся обыскивать карманы.

- Так, бумажник, ключи… Все, что надо, - с удовлетворением бормотал он, не обращая никакого внимания на Ледникова.

Ледников, глядя на невозмутимое лицо Якуба, лихорадочно пытался сообразить, что все это значит и чего можно ждать от молчаливого человека в светлом пальто.

- За что ты его?

Якуб встал, сунул руки в карманы. Посмотрел на Ледникова задумчиво, видимо размышляя, стоит ли что-то объяснять. Наконец серьезно сказал:

- Достал он меня, понимаешь, прокурор! Затрахал своими делами…

- Я не прокурор.

- Да ладно, что ты задергался! Мне этот, - он кивнул в сторону Негодина, - все про тебя рассказал. И про папу твоего тоже. Прокуроры бывшими не бывают, так что ты теперь до конца жизни прокурор… А этого раньше надо было убирать, тогда бы не пришлось утром сегодня доктора кончать. И взрывать твоих дружбанов тоже не пришлось бы!

- Чего же взрывал?

- Так вот он заставлял!

Якуб небрежно пнул носком ботинка тело Негодина, как мешок.

- Он меня столько лет за горло держал… Как личное дело мое к нему попало, так он в меня вцепился! Причем хитро так - мы, мол, с тобой друзья с детства, из одной школы, работаем вместе… Дружок нашелся! Он хитрый был, умный. Все заранее придумывал, изучал. Если говорил: делай так, значит, можно делать, все продумано, все концы обрублены. Но когда эта баба у него появилась, у него что-то с мозгами случилось…

- Дроздецкая?

- Ну да! Сначала он от счастья обалдел. А потом, когда ее удар стукнул, от горя свихнулся. Я видел, как его понесло, но все надеялся, что он отойдет, очухается… Но он на этом деле совсем закоченел. И понеслось - этого убрать, эту убрать, этих убрать… Куда столько? Бабок нам все это не приносило, а людей просто так лущить я не подписывался. Если для дела - это одно. А так мочить, только потому, что у него мозги скрутились… Нет, это не для меня! Тем более чувствую, он уже не остановится. Сейчас, говорит, из этих двоих выбьем, кто еще в курсе наших дел, и ими займемся… Я говорю: куда столько? Остановись! Засыплемся, как пить дать. Но ему все по барабану. А я-то тут при чем? Вышку для себя зарабатывать? Тоже радость!

- Что теперь? - по возможности спокойно спросил Ледников.

- Теперь? - удивился Якуб.

Он смотрел на Ледникова с искренним и веселым изумлением. И Ледников понял, что этот веселый взгляд не сулит ничего хорошего.

- Так этот… - Якуб еще раз пнул тело Негодина. - Он все уже придумал.

- И что он придумал? - зачем-то спросил Ледников.

- Нормально придумал. Как всегда, когда у него башка работала. Сказал, устроим пожар, и все сгорит с концами. Все подумают, приехали, мол, двое голубков потрахаться на природе, ну и заигрались, не заметили, как пожар начался… Их, сказал, для полной убедительности надо будет рядом положить и ручки друг на друга положить - как будто обнимаются… Смешно, да?

Ответить Ледников не успел. Раздался еле слышный протяжный стон Негодина. Якуб удивленно покачал головой, подошел к неподвижному телу, присел на корточки, присмотрелся, ни к кому не обращаясь, только для себя сказал:

- Живучий. Надо же.

Чуть примерившись, он размахнулся и резко рубанул ребром ладони по шее Негодина. Стон сразу стих.

Якуб встал. Наставительно сказал, обращаясь к тому, что было совсем недавно человеком по фамилии Негодин:

- Ну вот, теперь все. Теперь точно не встанешь, братан… А я сейчас поеду посмотрю, что у тебя на квартире припрятано… И наш с тобой договор на этом закончится, братан.

Он повернулся к Ледникову и деловито сообщил:

- Ну, пойду зажигать. Надо, чтобы наверху тоже полыхнуло. Чтобы без вариантов!

- Слушай, отпусти женщину! - сказал Ледников. - Зачем тебе еще один труп? Ты же не маньяк. Тебе-то она что сделала?

- Ну, прокурор, ты даешь! - удивился Якуб, даже присвистнул. - Мне она ничего не сделала, да, но как же я ее отпущу? Она же все ментам доложит. Ты что, прокурор! Сам же все понимаешь… Не пори ерунду. И вообще умолкни, а то шею сверну!

Якуб вышел в коридор, потом стало слышно, как он поднимается по лестнице на второй этаж. Ледников как безумный снова стал до дрожи и боли напрягать и расслаблять мышцы, надеясь, что скотч все-таки удастся растянуть…

На мгновение остановившись, он прислушался, пытаясь понять, не доносится ли каких-нибудь звуков из маленькой комнаты. Но слышен был только топот Якуба наверху. И Ледников опять принялся раздирать проклятую ленту, теперь уже, когда его никто не видит, напрягая и выворачивая все тело.

Якуб возник в двери неожиданно. С удовлетворением доложил:

- Все. Горит что надо! Бывай, прокурор! Может, еще встретимся на том свете, тогда и рассчитаемся. А мне пора… Слушай, может, бабу придушить маленько, чтобы не мучилась? Ладно, не дергайся, не буду. Ты не бойся, прокурор, мучиться вам долго не придется. Вы дымом отравитесь быстро - тут химии вокруг полно, вон линолеум везде… Так что боли потом и не почувствуете…

За спиной Якуба уже полыхало и трещало пламя. Он обернулся, видимо почувствовав его жар.

- Ого, хорошо пошло! Ладно, прокурор, бывай! Да, ты учти, дверь я входную запру! Так что не ерзай. Дыши глубже - быстрее отравишься, легче помирать будет. На том свете разберемся!

Якуб, уже торопясь, выскочил в коридор, затопал, потом хлопнула дверь, и действительно раздался скрежет ключа в замке.

А потом настала тишина, в которой все сильнее и сильнее слышался гул и треск разгорающегося пламени. И сизый дым, как туман, пополз по полу в комнату.

- Я здесь! - крикнул Ледников. - Попробую сейчас освободиться! Не бойся, я сейчас! Ты только держись!

Ледников скатился с дивана и, извиваясь и судорожно дергаясь всем телом, стал продвигаться в сторону маленькой комнаты. Ленту ему все-таки, видимо, удалось как-то растянуть или надорвать, и ему казалось, еще чуть-чуть и он сможет освободить руки…

Но ничего не получалось!

Он привалился спиной к батарее и принялся драть проклятую ленту о ребро, раздирая в кровь собственную кожу, рискуя вывернуть плечи, как некогда выворачивали их у нечестивых, подвешивая на дыбу.

Огонь в коридоре рокотал и выл все сильнее и оглушительнее. Там уже что-то валилось и с треском падало. Комната неотвратимо наполнялась плотным и едким дымом. У Ледникова заслезились глаза. Отвратительный, острый запах гари мутил голову. Еще немного, и он задохнется.

И эта сводящая с ума тишина в маленькой комнате! Гланька не пыталась даже как-то стукнуть, поскрести ногами по полу… Она или была без сознания, или…

В двери вдруг возникла какая-то странная темная фигура, у которой не было головы. Фигура склонилась над телом Негодина, потом снова выпрямилась.

- Гланя! Валентин! Вы где тут?

Господи, это же Нюра! Ее голос! Откуда она взялась?

- Нюра, тут я! - задыхаясь и кашляя, просипел Ледников.

Фигура приблизилась к нему. Это действительно была Нюра. Только телогрейку свою она накинула на голову, спасаясь от огня.

- Нюра, руки развяжи, руки! Гланька там, в комнате!

- Вот гады-то, подожгли! - бормотала Нюра, распутывая ленту на руках Ледникова. - Совсем люди тварями стали!

Едва Ледников почувствовал, что руки его свободны, он, ломая ногти, стал сдирать скотч на ногах.

- Нюра, Гланьку развязывай, скорее! Там она, в маленькой комнате!.. Давай, Нюра, давай!..

Нюра без страха метнулась в маленькую комнату, где уже пылало, а Ледников продолжал рвать проклятый скотч.

Избавившись наконец от липких пут, задыхаясь и кашляя, не чувствуя онемевших ног, он ввалился в маленькую комнату, уже сильно затянутую дымом.

Гланька сидела посреди комнаты на стуле. Руки связаны за спиной, ноги скручены, рот заклеен. Голова ее была бессильно и жутко запрокинута назад.

Ледников чуть тряхнул ее за плечи и с дикой радостью, которой он даже не ожидал в себе, увидел, как глаза ее открылись. Он осторожно, чтобы не причинить ей боль, стал отдирать кусок ленты, которым был заклеен ее рот. Глаза ее опять закатились.

- Ты на руки ее бери, не дойдет она сама! - толкнула его в спину Нюра. - Давай, Валентин, давай!.. Волоки ее! Сейчас газовые баллоны за кухней рваться начнут - пропадем! Ну, что ты копаешься? Выноси ее, там развяжешь!

Ледников подхватил Гланьку на руки, отбросил ногой стул и тяжело поспешил за Нюрой, которая опять накинула телогрейку на голову и превратилась в нелепую, непонятную фигуру.

Нюра была уже в дверях, когда Ледников словно споткнулся у тела Негодина. Ему вдруг показалось, что Негодин шевельнулся.

- Брось его! - повелительно крикнула Нюра. - На кой он тебе? Потолок сейчас обвалится, прогорело все!

Входная дверь уже пылала, когда они проскочили через нее. Холод Ледников почувствовал, лишь когда отошел от дома на несколько шагов. Он вдруг почувствовал, что ноги его подгибаются, голова ничего не соображает, рот набит вонючей гадостью… Он понял, что прямо сейчас просто рухнет на землю. Вместе с Гланькой.

Тут обернулась Нюра и, словно поняв все сразу, подхватила Гланьку под ноги.

- На скамейку неси, не на снег же ее класть!

Уже вдвоем они дотащили Гланьку до садовой скамейки. Ледников усадил ее и буквально свалился рядом. Глаза у нее были все еще закрыты, но она дышала.

Нюра садиться не стала. Отошла на дорожку, откуда был лучше виден пожар, и смотрела, как зачарованная, на полыхающий дом.

Вдруг в одном из окон появилась тень, похожая на человека. Тень как бы припала к окну, но тут внутри дома что-то грохнуло, дом сразу осел, крыша с грохотом и треском повалилась внутрь, и оттуда поднялся фонтан искр.

- Ну и слава богу! - вдруг с облегчением вздохнула Нюра. - Теперь чужим не достанется. Я ведь его сама хотела поджечь, да не сумела - рука не поднялась. А теперь все… Нет его. И хорошо.

Было уже совсем темно. Огонь от полыхающего дома высвечивал красные стволы сосен, темные треугольники елей, искры кружились над пожарищем в горячем воздухе - словно валил красный снег.

- Конец дома Востросаблиных, - вдруг негромко сказала Гланька. - Будто и не было его на свете… А бабуля так за него переживала!

Лицо ее то растворялось в темноте, то резко проступало из нее, когда огонь вспыхивал сильнее.

- Нюра, это ты нас спасла? - поинтересовалась Гланька.

Нюра только рукой махнула в ответ.

- Так я и знала. Сидела, связанная, и думала: если Нюра придет, выберемся. А не придет - конец!

- Тебя Валентин вынес, на своих собственных руках, - негромко и без всякого интереса к разговору сказала Нюра.

- Нюра, а ты чего примчалась вдруг? - спросил Ледников. - Неужели огонь увидела?

- Так от меня разве увидишь?.. Далеко больно. Просто как толкнуло что-то - беги посмотри, что там! На душе вдруг такая тоска наступила! Как тогда, когда Николай Николаевич погиб. Только тогда я не успела…

- Еще бы пара минут… - вздохнул Ледников. - И ты бы нас уже не спасла.

- Нет, Нюра, ты титан, - уже обычным своим голосом сказала Гланька. - Ты даже не знаешь, кто ты… Какая сила в ней сокрыта…

- Да ладно, разохалась! - отмахнулась Нюра. - Вы теперь как - домой поедете или тут переночуете, у меня?

- Нет, Нюра, я тут больше не могу, извини, - хихикнула Гланька. - Впечатлений после всей этой ярмарки безумия вполне достаточно. Мне только этот дяденька Якуб теперь долго сниться будет. Поедем.

- Ну, глядите, - не стала уговаривать Нюра. - Только осторожней на машине-то.

И в это мгновение в кармане у Гланьки затарахтел мобильник.

- Да, - сказала она. - Что у тебя с голосом?..

Потом она уже только слушала. Ледников с тревогой смотрел на нее - не хватало еще на сегодня новых приключений!

- Скоро буду! - устало сказала Гланька. - Ты меня жди, я уже еду.

Она отключила мобильник, посмотрела на Ледникова, на Нюру, потом на догорающий дом. Огонь на глазах стихал. Уже стало слышно карканье ворон в черных верхушках деревьев.

- Бабушка умерла, - сказала Гланька. - Час назад. Как раз когда мы тут парились и жарились… Надо к отцу ехать, он что-то совсем расклеился.

Нюра молча несколько раз перекрестилась. Кто знает, что у нее было в мыслях, о чем она думала в этот момент? Наверное, о себе, о судье, о Виктории Алексеевне… Но что именно?


Усевшись за руль, Ледников позвонил Сереже Прядко.

- Сережа, наш друг господин Негодин только что погиб. История долгая, приеду, расскажу. Убил его подельник по кличке Якуб… А тебе его искать не надо. Он отправился к Негодину на квартиру - что-то его в ней очень интересует. Так что там его в ближайшее время можно будет взять… Давай, Сережа, вперед, на тебя вся надежда. Приеду, расскажу столько интересного, что даже ты ахнешь… Да, учти - у него минимум две пушки, и он может начать палить…

Ледников отключил мобильник, посмотрел на притихшую Гланьку.

- Надеюсь, они его возьмут живым.

- А он тебе нужен живой? - угрюмо спросила Гланька. - Я-то вот очень надеюсь, что его пристрелят.

- Не исключено.

Большую часть пути в Москву молчали, думая каждый о своем. Гланька то ворчала, что вся пропахла дымом, то бросалась разглядывать себя в зеркало - удостовериться, что у нее не обгорели волосы и брови. Уже перед самой Москвой вдруг задумчиво сказала:

- Слушай, я хочу посмотреть на нее. Покажешь?

- Кого? - не понял Ледников.

- Женщину этого психа…

- Дроздецкую?

- Женщину, из-за которой он убивал людей. И хотел нас с тобой спалить на ритуальном костре.

- Ты думаешь, он убивал из-за любви?

- Во всяком случае, так он считал, - пожала она плечами.

- Там был еще один псих, - напомнил Ледников. - Он вздыхал по ней с юности и почувствовал себя счастливым, когда ее доставили к нему в коме.

- Видимо, редкая женщина.

- Не знаю, - сказал Ледников.

Они подъехали к дому, из которого несколько дней назад вынесли на носилках Викторию Алексеевну. И снежинки тогда ложились на ее белое лицо и закрытые глаза…

- Ты не поднимешься? - удивилась Гланька, заметив, что он не собирается выходить из машины.

Ледников покачал головой.

- Нет. Вам сейчас лучше побыть без посторонних, тем более вам уже ничто не угрожает. Так что я могу считать свою миссию исполненной. Правда, Викторию Алексеевну я не спас…

- При чем тут ты? - удивилась Гланька.

- Может, и ни при чем… - не стал спорить Ледников. - Но в любом случае мне надо отдохнуть от господ Востросаблиных и их проблем.

- Пожалуй, - согласилась Гланька. - Ты прав. Ладно, пойду на семейный совет! Вечером позвоню.

Дома Ледников скинул с себя все, что на нем было, сунул барахло в пластиковый пакет и отнес на балкон, чтобы в комнате не пахло дымом и гарью. А потом полез в ванную. Он лежал и ждал звонка.

Наконец заверещал телефон.

Ледников быстро вылез из ванной и прошел в комнату, оставляя мокрые следы на паркете. Это был действительно Сережа Прядко.

- Алло, Валек, тут такая пальба вышла! - возбужденно прокричал он. В нем будто проснулся мальчишка, поигравший в войну.

- Где? - не понял сразу Ледников.

- Ну, в доме Негодина! По твоей наводке. Ты же сказал, что он с пушкой, ну я и послал ребят с автоматами посидеть в засаде. Он скоро явился, дверь стал открывать, они ему: «Руки вверх!» Так он достал пушку и давай палить, одного нашего задел. Ну, они его из автоматов тут же и положили…

- Ну, - сказал Ледников.

- Что ну? Завалили. Мне бы надо с тобой поговорить - что да как… Ты можешь сейчас?

- Сережа, у меня сегодня уже четыре трупа. Меня самого чуть не сожгли заживо…

- Подумаешь, четыре трупа за день! - хохотнул Сережа. - У меня и больше бывало!

- Так то ты! - устало сказал Ледников.

- Это ты верно заметил, - согласился Сережа. - Только это, Валя… Трупов-то по этому делу, боюсь, уже пять…

Ледников замер.

Гланька? Нюра? Андрей? Артем?.. Кто? Почему? Когда?

- Сегодня умерла жена этого самого Негодина… Ну, которая в коме лежала…

Ну вот и случилось то, что должно было случиться, - еще один невинный человек ушел из жизни. И никто не способен объяснить, почему это произошло. Ее смерть даже не была кому-то нужна. Она никому не мешала, просто подвернулась под руку. И ничего тут нельзя было поделать.

- Валя, у меня одни трупы, а мне дело нужно сложить! - ковал железо Сережа Прядко. - Без тебя у меня не склеивается, потому как ты один в теме. Ты давай отдыхай. А завтра утром я у тебя… Договорились?

- Договорились, - сказал Ледников.


Содержание:
 0  Ярмарка безумия : Александр Звягинцев  1  Вместо пролога : Александр Звягинцев
 2  Глава 1 Неоконченное преступление : Александр Звягинцев  3  Глава 2 Конфабуляция : Александр Звягинцев
 4  Глава 3 Агнаты : Александр Звягинцев  5  Глава 4 Психологическая аутопсия : Александр Звягинцев
 6  Глава 5 Аномия : Александр Звягинцев  7  Глава 6 Преступная самонадеянность : Александр Звягинцев
 8  Глава 7 Эмпатия : Александр Звягинцев  9  Глава 8 Аффект : Александр Звягинцев
 10  Глава 9 Локус контроля : Александр Звягинцев  11  Глава 10 Интуиция следователя : Александр Звягинцев
 12  Глава 11 Очаг аффектации : Александр Звягинцев  13  Глава 12 Крайняя необходимость : Александр Звягинцев
 14  Глава 13 Самооговор : Александр Звягинцев  15  Глава 14 Давность : Александр Звягинцев
 16  Глава 15 Мера пресечения : Александр Звягинцев  17  Глава 16 Следственный эксперимент : Александр Звягинцев
 18  Глава 17 Агенс ин ребус : Александр Звягинцев  19  Глава 18 Подстрекатель : Александр Звягинцев
 20  Глава 19 Вергельд : Александр Звягинцев  21  вы читаете: Глава 20 Изобличающие вопросы : Александр Звягинцев
 22  Глава 21 Судебное следствие : Александр Звягинцев  23  Использовалась литература : Ярмарка безумия



 




sitemap