Фантастика : Космическая фантастика : Глава вторая Охота на охотника : Александр Абердин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30

вы читаете книгу




Глава вторая

Охота на охотника

   Денис вернулся домой в половине шестого вечера, когда уже стемнело. Дом, который он купил на окраине города, был по сути дела небольшим, низким турлучным сараем с двумя комнатками и тамбуром. Мечтая о том, что когда-нибудь, желательно как можно скорее, он снесёт его и построит на участке в двенадцать соток, из-за чего и была куплена эта лачуга, добротный, большой дом, Денис не стал делать своему приобретению капремонта. Из-за него он и без того влез в долги на целых три года. Он просто пристроил к дому кухню-веранду из всякого деревянного хлама, купленного на заводе, перекрыл заново рубероидом крышу и сложил новую печку, благо улица была газифицирована. Получилось дёшево, но сердито. Плохо было только одно, в свой собственный дом ему приходилось входить согнувшись и он в нём чуть ли не упирался макушкой в потолок.

   После армии у него имелся выбор, где жить. Он мог вернуться в квартиру родителей, да, только его туда совершенно не влекло. После смерти матери, умершей от сердечного приступа ещё до того дня, как его призвали в армию, отец, работавший инженером в трамвайном управлении, стал пить. Характер у него и без того был не сахар, а тут сделался ещё хуже. К тому же он почему-то считал, что мать умерла из-за того, что Денис попал в милицию, подравшись с каким-то хулиганьём, правда, это произошло за полгода до приступа. Помимо в городе жили дед с бабкой. Они звали его жить к себе, мол места хватит, но он решил устраиваться в жизни сам и добиваться всего своим собственным трудом. Да, и не один он был на этом свете, поскольку имел младших брата и сестру, так что .

   Зато в своём доме, пусть и небольшом, он был сам себе хозяин и хотя у него не до всего доходили руки, например до огорода, треть его который год оставалась не вскопана, считал, что живёт в своё собственное удовольствие. Вот только отец, коммунист с сорок второго года, почему-то считал его куркулём, но медок трескал за милую душу. Его младшая сестра, вся из себя комсомолка, тоже считала его доходы нетрудовыми и даже пыталась читать нотации, но на неё у него имелась хорошая дубина, орден "Красного Знамени", да, и отец тут же вставал на его защиту и говорил, что мёд нужен советскому народу ничуть не меньше молока, яиц и мяса. Вот с кем у Дениса никогда не было проблем, так это с дедом и младшим братом. Они часто помогали ему на пасеке, а дед так и вовсе не вылезал с неё всё лето, хотя пчёл почему-то боялся и по большей части был сторожем.

   Денис загнал "Газик" во двор, но заезжать в большой, утеплённый сарай, половину которого занимали ульи с пчёлами, не стал. Первым делом он покормил Вертухая и Зека, двух здоровенных, косматых кавказцев. Вот это, в отличие от деда, была сторожа, так сторожа, чуткие и, что самое важное, неподкупные. Пусть кто-нибудь чужой им скормит хоть мешок колбасы, они с него все равно штаны спустят при малейшем поползновении похитить хозяйское добро. Утром их покормил Пашка и даже оставил сторожам на кухне ведро с кашей и варёными куриными головами, замотанное в старое пальто. По всей видимости его друг и напарник по пасеке почти весь день возился в сарае, поскольку в доме было ещё тепло, хотя печь уже не горела. Денис зажег её и сразу же стал готовиться к выезду на охоту.

   Километрах в тридцати от города имелись три большие балки, Глубокая, Крутая и Дальняя. Три года назад он выяснил, что в Далёкую балку зимой частенько забредали кабаны из предгорья. В ней росло несколько десятков здоровенных дубов и они выкапывали из-под снега и листьев желуди, но в одном месте надолго в балке не задерживались и частенько куда-то откочёвывали. Наверное у них были и другие хлебные места. Ну, а Денис иногда рассыпал под некоторыми дубами мелкую картошку, кормовую свеклу и даже помои, которые брал с заводской кухни, а прикормив кабанов, время от времени устраивал на них охоту, забивая по три, четыре кабанчика или свинухи за зиму, чтобы быть с мясом. Места эти были дикие, на охоту туда никто не ездил, да, и проехать туда было сложно, но он на своём "Газ-69" ещё ни разу не застрял в тех буераках.

   Войдя в комнату он первым делом достал из-под пола тщательно припрятанное в тайнике ружьё, единственную действительно ценную вещь в его небогатом доме. Ружьё было трофейное, немецкое, "Зауэр", вертикалка, причём весьма необычная. Верхний ствол был шестнадцатого калибра, гладкий, зато нижний, - нарезной, калибра семь шестьдесят два, под винтовочный патрон. В их городе дислоцировался полк внутренних войск и Денис как-то раз прикупил у прапорщика целый цинк с патронами для ротного пулемёта Калашников, так что охотиться, не переохотиться. С таким винтовочным стволом, да, ещё с привычкой тщательно выцеливать зверя, он редко когда тратил на кабана больше одного патрона и добивал его обычно только жаканом.

   Завернув ружьё в одеяло, с собой он взял всего пять винтовочных патрона и два жакана, Денис собрал в дорогу довольно объёмистый тормозок на тот случай, если, вдруг, застрянет в Далёкой балке до утра, а то и вообще припозднится до вечера следующего дня. Бак был заправлен почти под завязку, но он забросил в машину ещё и канистру с бензином. Так, на всякий пожарный случай. Вдруг придётся сидеть в машине всю ночь, а так хоть будет работать двигатель и, соответственно, печка. В восьмом часу вечера он выехал со двора и поехал к балкам кружной, просёлочной дорогой, чтобы не встретиться с гаишниками. Как говорится, до береженого и Богу нет никакого дела.

   Ночь была безветренная и безоблачная. Ярко светила луна, что означало удачную ночную охоту. Если, конечно, кабаны придут к прикормленному месту. Денис ехал не слишком нажимая на педаль газа и всё гадал, что же явилось причиной пожара. Неужели на складе действительно загорелась обтирочная ветошь? Такое, в принципе, могло случиться, но что тогда рвануло, словно взрывпакет? Уж точно не ветошь. Он всё больше и больше сходился на том, что это был элементарный поджог. Видать со склада спёрли что-то очень ценное и таким образом решили замести следы, но он со своими подозрениями даже и не думал идти куда-нибудь доносить на поджигателей, вполне справедливо считая, что сколько у государства не воруй, а своего всё равно не вернёшь. Оно, государство, в накладе никогда не останется.

   Денис в этом году должен был выйти из комсомольского возраста, но комсомол вместе со всей его нудятиной не был ему помехой. Вот уж чего-чего, а комсомольской организации в отряде не было. Была какая-то там комсомольская ячейка и даже парторганизация из семи человек, но этих товарищей никто и в упор не видел. Зато профсоюзная организация имелась и он два года был её председателем, но потом взвыл и сказал, что больше не желает заниматься этим делом и в отряде избрали другого профорга. Если раньше он был просто обязан ходить на профсобрания и полоскать мозги своим друзьям, то теперь избегал их под любым, даже, порой, самым фантастическим, предлогом, лишь бы не сидеть три часа в красном уголке и не слушать, как новый профорг, Васька Сиволап, метёт пургу.

   Да, пожарные народ занятой, семейный, у каждого, в среднем, по две семьи плюс любовница, а потому они очень ценили своё свободное время. Денис любил свою, так сказать, основную работу, но ещё больше он любил свой родной первый караул, как его частенько называли, караул не спящих. Очень уж азартный народ собрался в нём. Домино, бильярд и нарды это были ещё семечки. Порой их кубрик превращался в самый настоящий игорный притон и в него набиралось человек десять гостей, чтобы поиграть в трыньку, простую, но до жути азартную игру. Поигрывал в картишки и Денис, но редко и весьма осторожно. Если масть не шла, то он, проиграв рублей двадцать, тут же отваливал в сторону, но иногда ему везло и тогда он бывал с немалым выигрышем. Однажды даже сорвал свару, то есть куш в целых семьсот тридцать рублей и тут же со смехом отошел от стола.

   Кто-то из проигравшихся в дым гостей стал возмущаться, но ему посоветовали срочно двигать домой и доставать из подушки деньги, либо вкалывать и приходить с заработанными, но только не гоношиться из-за того, что человек вышел из игры с крупным выигрышем. И вот ведь странное дело, когда Славка, большой любитель гульнуть налево, прокуролесив всю ночь напролёт возвращался домой, выгребал из кармана рублей на сто трояков и врал жене, что всю ночь играл в третьем карауле в карты, и та не говорила ему ни слова. Порой Денис не понимал его, дома такая красавица, а этот чёрт отправляется к какой-нибудь профуре. Увы, но ему с нормальными бабами не везло. Очень уж их пугала его обгорелая физиономия, зато тем шлюхам, что слетались в пожарку, как мухи на дерьмо, на это было наплевать.

   Правда, Дед Фомин по этому поводу не раз говорил ему такие слова: - "Не дёргайся, парень, вот стукнет тебе лет тридцать пять, будет у тебя дом полная чаша и "Волга", в момент найдёшь себе молодую и красивую в какой-нибудь станице, из баб старой закваски, из тех, что понимают, с лица воду не пить, а если и жить, то с таким мужиком, как ты." Да, похоже, что Дед Фомин был прав, ведь чем старше становился Денис, тем чаще он обращал внимание, что девушки, приезжающие на работу из соседних станиц, смотрят на него вполне доброжелательно и это при том, что на машзаводе среди женского контингента самым большим оскорблением было: - "Да, тебя даже пожарники трахать не станут!" Увы, вот тут они были правы.

   Так что Денис не очень-то комплексовал из-за своих шрамов, уродовавших в первую очередь его лицо. Это раньше он сожалел о том, что та часть тела ниже пупка, которую можно было спрятать под трусами, совсем не пострадала, а вот лицо обгорело очень сильно. Зато тех шлюх, которые частенько залетали к ним в пожарку на огонёк, его поцелуи совершенно не интересовали и они, наоборот, радовались тому, что ниже пояса на его теле шрамов нет. Впрочем, иногда к ним захаживала такая краля, что её физиономия была даже пострашнее, чем у Дениса, но зато у неё было просто обалденное тело, Афродита отдыхает. Сам того не понимая, с чего это мысли у него с пожара сами собой съехали на баб, он закурил и вскоре тоже съехал на совсем уж неприметный просёлок, чтобы доехать до Далёкой балки поверху.


   Показав Гриммелю ещё несколько видеозаписей, Саакш хищно оскалился, показывая свои длинные, желтоватые, острые клыки и спросил:

   - Ну, компаньон, как тебе нравится этот экземпляр?

   Тот зажмурил третий глаз, улыбнулся и робко спросил:

   - Саакш-юс-Миш, он, несомненно, хорош, огромного роста, с прекрасно развитой мускулатурой, да, и двигается, как прирождённый боец, но не слишком ли мы рискуем из-за него? Мы ведь задержались на этой планете уже на вдвое больший срок, что ты говорил, и нам, к тому же, пришлось отказаться от нескольких пойманных туземцев, которых мне пришлось срочно разбудить.

   - Всё правильно, Грим, я пошел ради него на определённый риск, но, поверь мне, дело того стоит. - Кивнув, согласился Саакш, и принялся объяснять - Понимаешь, если бы этот обгорелый громила попался в поле зрения моих разведчиков первым, то я сразу стал бы подстраиваться именно под него. Мои разведчики хотя и обошлись мне недёшево, себя полностью окупили, как раз именно этим экземпляром. Они ведь у меня непростые, а снабжены детекторами, способными считывать излучения мозга. Хотя чужих мыслей мои роботы читать не могут, они способны считывать и составлять психоментальную карту, а это Гримми, самый надёжный способ узнать, чего стоит боец на самом деле.

   Трёхглазый Гриммель оживился и быстро спросил:

   - Ну, и чего же стоит этот парень?

   - О, Грим, он прирождённый командир! - Возбуждённо воскликнул Саакш - А это, как ты сам понимаешь, довольно редкое качество. Командиром хочет стать каждый, но далеко не у всякого к этому имеются данные, а у этого парня они есть и потому я приказал тебе выбросить всех туземцев, что мы загрузили в гибернатор раньше и подобрал команду специально под него.

   Гриммель недоверчиво улыбнулся и выразил сомнение:

   - Саакш, я служил в имперской армии по контракту целых двадцать пять лет и вот что тебе скажу, хотя в ней тоже просвечивают мозги каждому рекруту, собрать хороший боевой отряд, пусть даже и маленький, всего из десяти бойцов и одного командира, очень сложное дело. Особенно, если речь идёт о космическом десанте. Там, порой, бойцы года по три притираются друг к другу, прежде чем получится просто хороший отряд.

   Саакш нервно дёрнулся, сердито проворчал:

   - Много ты в этом понимаешь, Грим. Имперцы, к твоему сведению, только потому и проигрывают эту войну, что они ничего не соображают в таком деле, как создание боевых отрядов, способных работать, как единый организм. - Насмешливо улыбнувшись, он добавил - Они просто помешаны на дисциплине, чинопочитании и этой своей имперской гордости. Ну, а я, Гримм, представь себе, до малейшей тонкости знаю, что такое бои на арене. Сам прошел через эту мясорубку и, как ты видишь, жив, хотя и попал с самого начала в зверинец такого урода, у которого что ни месяц, то до половины бойцов отправлялось на тот свет.

   Гриммель озабоченно покрутил головой и сказал:

   - Не знал этого, Саакш. Но, постой, но ведь ты по внешнему виду лигианец, а Лигиана, насколько это мне известно, куда более развитый мир, чем даже Гверра, откуда родом я, и у нас такие бои находятся вне закона, а всех тех моих сограждан, кто сражается на аренах, власти отправляют в психиатрические лечебницы.

   Компаньон трёхглазого Гриммеля оскалился, показав свои клыки, и весёлым голосом ответил:

   - Это фальшивые клыки, Грим. Я их вставил себе, чтобы быть похожим на лигианца, а на самом деле я родом с Вении, это планета очень похожа на Землю. В первую очередь тем, что она тоже не входит в Галактический Союз и не скоро войдёт в него. На Вении не так давно, чуть более сотни лет назад, когда я ещё был бойцом, произошла глобальная война с применением термоядерного оружия и теперь это ещё один грязный мир в галактике, наглухо закрытый для посещения.

   - Извини, не знал. - Склонив голову сказал Гриммель.

   Саакш махнул рукой и, с насмешливой улыбкой на лице, миролюбиво успокоил его:

   - Пустяки, Грим. Меня похитили с Вении больше двухсот лет назад, а потому это давно уже не моя родная планета. У меня ведь не осталось на ней никого, кто был мне дорог. Теперь я точно такой же космический бродяга, как и ты, без родины и флага.

   Космический охотник и работорговец умолк, но при этом продолжал испытующе смотреть на своего нового компаньона. Тот, однако, не стал задавать ему самого острого и нелицеприятного вопроса, почему Саакш, пройдя через мытарства на бойцовских аренах, стал в конечном итоге поставщиком бойцов для владельцев бойцовских команд. Более того, Гриммель повернулся к своему пульту и принялся готовить камеру для последнего, одиннадцатого, а не десятого, как было сказано раньше, пленника, всем своим видом показывая, что он всем доволен. Между тем Саакш, помолчав пару минут, поинтересовался сам:

   - Гримми, почему ты не спрашиваешь меня, по какой такой причине я занялся таким бизнесом, раз сам был когда-то пойман, словно дикий зверь, и брошен в клетку? Ты ведь считал до этого, что я всего лишь охотник на экзотических животных.

   Повернувшись к Саакшу, Гриммель ответил:

   - Наверное потому, что я и сам сейчас нахожусь в рубке твоего крейсера вместо того, чтобы, вернувшись с работы, читать нотации своим внукам. - Помедлив, он добавил - Или ещё по какой-нибудь причине, знать которую тебе вовсе не обязательно, но поверь, род твоих занятий не заставляет меня издавать возмущённые вопли. На один вопрос я по крайней мере получил вполне внятный ответ, Саакш, зачем тебе нужен надёжный телохранитель. Поскольку ты не юс-Миш, то и твоё энерийское гражданство скорее всего не является полным, а раз так, тебе ни в коем случае нельзя пускать в ход оружие, мигом загремишь на каторгу независимо от того, был ты прав или виноват. Ну, что же, зато я в этом плане ничем не ограничен, а твои побуждения меня интересуют меньше всего. Тот бизнес, которым ты занимаешься на самом деле, далеко не везде находится вне закона и я хорошо знаю, что те же подданные Звёздной Империи Тиар охотно пользуются услугами охотников на бойцов точно также, как граждане Технореспублики Ан-Рабат покупают у нашего брата экзотических животных для своих домашних зоопарков. Поэтому меня действительно нисколько не смущает твой бизнес, в котором ты предлагаешь мне принять самое деятельное участие.

   Саакш осклабился, пристально посмотрел на Гриммеля, сидевшего с невозмутимым видом в соседнем кресле, и сказал:

   - Я всё-таки отвечу на этот вопрос, Гримми, чтобы ты не подумал обо мне того, чего я никогда не делаю, а никогда не делаю я следующего, - не продаю бойцов в те зверинцы, из которых невозможно выбраться. Поэтому я не стремлюсь заработать слишком много денег, хотя и не прочь. Моя логика такова, парень, чем больше бойцов я смогу вывезти из отсталых миров в большую галактику и чем скорее они сумеют освободиться, показав свою удаль на арене, тем больше в мирах галактике появится парней и баб, которые захотят вернуться домой и рассказать своим правительствам о том, что существует Галактический Союз и что войти в него можно только одним способом, построив гиперсветовой двигатель, позволяющий выйти в подпространство и преодолевать в космосе гигантские расстояния за считанные месяцы. К сожалению глобальная война разразилась на Вении гораздо раньше, чем я смог бы до неё добраться с нужной документацией. И ты знаешь, Гримми, пусть это были и не мои клиенты, но уже семь планет вошли в Галактический Союз именно таким путём. На них правительства бросили все свои силы на создание гиперсветового двигателя и установок синтеза телурения и других сверхтяжелых металлов вместо того, чтобы воевать друг с другом за энергетические ресурсы и жизненное пространство. Кстати, Саакш это моё настоящее имя, данное мне родителями, но у меня есть ещё и фамильное, переходящее по наследству, Ровайн. Ну, а что касается тебя, Гриммель, то я навёл справки и ты можешь успокоиться на свой счёт. Меня ты вполне устраиваешь и мне плевать, что на Гверру тебе возвращаться опасно. Эта планета мне совершенно неинтересна и я туда ни ногой.

   Саакш замолчал и немигающим взглядом уставился на своего компаньона. Тот усмехнулся и, глядя чуть в сторону, сказал:

   - Ну, а у нас, гверрийцев, есть одна отличительная черта, Саакш, мы устойчивы к любым допросам и даже ментосканер не сможет выудить из моей головы ни одной, самой куцей, мыслишки. Ладно, Саакш, твои мотивы мне мере вполне понятны, ну а лично меня интересуют в этом бизнесе одни только космические путешествия, ну, и ещё было бы желательно, чтобы я не оплачивал их из своего собственного кармана и при этом хоть что-то смог отложить на старость, чтобы потом писать мемуары. Когда я служил в военном космофлоте Империи, мне так и не удалось попутешествовать, хотя её миры и протянулись чуть ли не через всю галактику, так что с удовольствием стану бродяжничать по всей галактике с тобой.

   В ответ Саакш лишь молча кивнул, да, и то с насмешливой улыбкой, но её можно было расценивать по разному. Оба молча продолжили заниматься каждый своей работой. Один свёл корабль с орбиты и направился к месту последнего захвата, а второй принялся проверять, как вошли в состояние глубокого анабиоза его пациенты, хищные животные и люди с планеты Земля. Минут через тридцать Гриммель издал удивлённый возглас, а затем разразился грубой бранью на родном языке, неизвестном Саакшу, после чего сокрушенно сказал:

   - Командир, дело дрянь. Последняя секция камер непригодна к гибернации, так что мы не сможем взять на борт того туземца, ради которого ты подпалил склад. Принимай решение.

   Саакш нахмурился и спросил:

   - Какие ты можешь предложить варианты, Гримми? Может быть есть возможность освободить одну камеру, выбросив за борт какую-нибудь косматую зверюгу?

   Тот отрицательно помотал головой и ответил:

   - Командир, я могу освободить только последнюю секцию, причём всю целиком, все десять камер. Вывести их из состояния глубокого сна я смогу, но вот уложить спать обратно, это нереально, ни один клиент не проснётся. Ну, а с диким зверьём дело и того хуже, его вообще нельзя пробуждать раньше, чем через полгода. Поэтому у тебя есть два варианта, либо везти этого обгоревшего борца с огнём в своей каюте, в моей он загнётся из-за специфической атмосферы, либо оставить его в покое.

   Саакш отрицательно помотал головой и прорычал:

   - Меня не устраивают оба варианта, Гримми. Срочно придумай третий и при этом такой, чтобы этот тип, во-первых, не мозолил мне глаза, а, во-вторых, был всё то время, что мы будем лететь до Кохауна, находился в отключке. - После чего с усмешкой пояснил - Понимаешь, каждый день, проведённый здесь, отдаляет нас от хорошего куша, ведь я должен быть на Кохауне в точно назначенное время, а также приближает нас к неприятностям. В эту звёздную систему может в любой момент войти патрульный крейсер и у меня нет никакого желания лишний раз испытывать судьбу вместе с системой маскировки моего "Ормора", хотя как раз она-то меня ещё ни разу не подводила. Постарайся и ты не подвести меня, если хочешь стать моим компаньоном.

   Гриммель рассмеялся сухим, щёлкающим смешком, вытаращил все три своих глаза на Саакша и воскликнул:

   - Командир, есть третий вариант, но я боюсь, что он очень не понравится имперцам, поскольку мне хорошо известны их нравы. Я могу воспользоваться твоим учебным классом в качестве карцера, но для того, чтобы держать нашего клиента в отключке, мне придётся включить на полную мощность гипнопед. Правда, тогда он сойдёт с борта твоего корабля до безобразия грамотным, хотя это ещё и не факт. Гипнопедия без надлежащих практических занятий, не самый лучший подарок этому бедолаге. Убить его она не убьёт, но нервы попортит основательно и самое главное, это в любом случае очень не понравится имперцам. Эти господа предпочитают иметь либо с точно такими же аристократами, как и они, либо с бессловесным быдлом. Так что образованный боец, знающий о галактике достаточно много, у любого космического барона станет костью в горле.

   Работорговец, прикинувшийся при найме специалиста по на этот рейс охотником на экзотических животных, задумался. Минуты две он молчал, затем улыбнулся, махнул рукой и сказал:

   - Ну, и чёрт с ними, с имперцами. Хотя на Кохауне у меня имеется много хороших знакомых, я и без них как-нибудь проживу. К тому же я ведь могу предупредить этого парня, чтобы он не болтал лишнего. Хотя кто знает, пойдёт ли ему гипнопедия на пользу. Лично в мою голову все эти знания входят в лучшем случае с пятого, шестого раза, а потому не исключено, что уже очень скоро он обо всём забудет, да, и пять месяцев гипнопедии это не такой уж и большой срок. Поэтому готовь учебный бокс и медицинское оборудование для принудительного питания. Раз уж всё так сложилось, то в качестве подарка мы вернём этому парню его естественный вид, хотя космическим баронам больше нравятся бойцы с физиономиями, изуродованными шрамами. В любом случае я постараюсь пристроить этого верзилу со всем его отрядом в хорошие руки с таким условием, что через двадцать лет он получит вольную и хотя бы усечённое гражданство.


   Денис подъехал к балке и заглушил двигатель. Теперь ему предстояло пройти пешком километра два до того дуба, под которым он вывалил позавчера и засыпал снегом пять вёдер объедков. Он открыл дверцу, встал на подножку и принялся вслушиваться в ночную тишину. Внезапно он услышал какое-то странное гудение и тихий шелест, доносившиеся с неба. Подняв голову, Денис увидел, что звёзды, словно качнулись, и в то же время неведомая сила стала поднимать его вверх. Всё произошло так внезапно, что он даже не успел покрепче ухватиться за машину. Он поднял голову вверх и ничего, кроме звёзд, не увидел, а когда опустил её, то вздрогнул и сердце его бешено заколотилось. Что-то плавно поднимало его вверх и он был уже на высоте добрых двадцати метров. Кричать и звать кого-либо на помощь, было совершенно бессмысленной затеей. Километров на пятнадцать вокруг всё равно не было ни единой живой души.

   Вместе с тем он увидел, как с его машины какая-то сила сорвала брезентовый тент и из неё стали вереницей взлетать в небо его ружьё, замотанное в старенькое, вытертое, шерстяное одеяло, полупустой рюкзак с провизией, шесть пачек сигарет "Ростов" россыпью и десять пачек "Примы" в целлофановом пакете, отчего он невольно подумал: - "Неплохо, хоть будет что покурить на небесах." и в ту же мысленно воскликнул: - "Блин! Да, это же инопланетяне и они меня похитили! Ну, блин, зашибись. Эй, милиция, ау, вы куда смотрите, волки позорные? У вас прямо из-под носа похищают советского гражданина, комсомольца, можно сказать, а вы, гады, даже и не чешетесь! Я пули вёдрами глотал, кровь мешками проливал, обгорел весь, Родину спасая, а вы, уроды, дрыхнете и вам всё до задницы. Ну, всё, дожили, уже и на охоту съездить нельзя, чтобы тебя инопланетяне не спёрли. Ну, и как вы без меня коммунизм строить теперь будете?"

   Какого-то особого страха Денис не ощущал. Ему наоборот, было скорее даже весело, но он упорно хранил молчание. Что-то невидимое и неосязаемое подняло его на высоту метров в сто, причём очень плавно и бережно. Ему, как бывшему десантнику имевшему за плечами сорок семь прыжков с парашютом, это показалось забавным, ведь он не падал камнем вниз и не спускался на парашюте, а поднимался вверх чёрт знает на чём. Инопланетяне даже не сунули ему метлу или ступу под задницу. Не потерял он самообладания и тогда, когда и без того не слишком яркий свет вокруг него погас и он оказался в каком-то чёрном безмолвии, после чего начал клевать носом и быстро уснул.

   Саакш, глядя на экран, усмехнулся и сказал:

   - У этого парня железные нервы, Грим. Вспомни, как вопили все остальные наши клиенты и посмотри на то, какое удивительное спокойствие проявляет этот недожаренный тип. Ну, всё, он на борту, так что начинай действовать, Гримми, а я постараюсь убраться из этой звёздной системы, как можно быстрее.

   Гриммель, поднимаясь со своего места, нажал на кнопку и насмешливым голосом сказал:

   - Сдаётся мне, Саакш, что благодарность того космического барона, которому ты продашь этот отряд, будет так велика, что тебе будет закрыта дорога не только на Кохаун, но и в любой другой из шести с лишним сотен миров Империи Тиар. Крепкие нервы, это главный залог успеха при гипнопедии. Кстати, у тебя гипнопед с обычным объёмом знаний или с расширенным?

   Космический работорговец вздохнул и ответил:

   - Если бы, Гримми. С расширенным и к тому же ещё и весьма специфической базой данных, относящейся к тому бизнесу, которым я занимаюсь вот уже почти сотню лет. Так что если мозги у этого парня продвинутые, то он будет знать о способностях чуть ли не всех разумных существ в нашей галактике и даже трёх соседних, с которыми у Галактического Союза установлены контакты. Лично я не знаю и одной десятой того, что загружено в этот чёртов гипнопед и если он это всё запомнит, то из него получится просто великолепный боец.

   - Тем не менее имеется шанс, что гипнопедия закончится для него весьма печально. - Бросил через плечо Гриммель выходя из рубки - Ведь этот парень может стать в конечном итоге и идиотом с покорёженными мозгами. Ладно, в таком случае я хотя бы сделаю его абсолютно здоровым идиотом и верну ему тот облик, который у него когда-то был.

   Гриммель спустился в капсуле корабельного пневмотранса в трюм и вошел в камеру автоматического ловца. Это было довольно просторное помещение. В него можно было поместить животное массой до трёх тонн, а тут речь шла о землянине всего лишь на голову выше ростом, чем трёхглазый гверриец. Повинуясь приказу Саакша, автоматический ловец не только поднял силовыми полями на борт космического корабля землянина, но и прихватил из его машины принадлежащие ему вещи. Сам землянин, уже погруженный в сон, висел в воздухе, а вот его вещи валялись на полу камеры. Опасаясь подцепить какую-нибудь заразу, Гриммель не стал входить в камеру. Пользуясь манипуляторами, он сложил все вещи пойманного туземца в пластиковый контейнер и заполнил его аргоном.

   Стопроцентной гарантии это не давало, а потому он отправил контейнер на специальную дезобработку, чтобы убить все вредные микроорганизмы от вируса и до насекомых. После этого он принялся раздевать своего клиента. Если бы речь шла о том, чтобы погрузить его в анабиоз, то он облачил бы его в специальный комбинезон, но тут следовало поступить иначе. Поэтому, полностью раздев пойманного им парня, он сложил всю его одежду в контейнер и также отправил его на дезобработку, а на него надел лишь несколько эластичных лент из толстого и гибкого белого пластика, обхвативших его щиколотки, бёдра, торс в нижней части, запястья, бицепсы и голову на уровне лба. Как и все его вещи, Денис был тоже помещён в пластиковый контейнер и отправлен на первичную дезинфекцию в специальную камеру, но уже без аргона. Там с его тела были сострижены все волосы, после чего он был вымыт в семи водах, да, ещё и облучён не только ультрафиолетом, но и другими проникающими излучениями.

   Гриммель всё это время терпеливо ждал и когда автомат-дезинфектор доложил, что клиент совершенно безопасен для контакта, достал его из контейнера, опять таки манипуляторами, и уложил на транспортировочную кушетку-антиграв. Крейсер "Ормор" в это время уже покинул не только пределы Земли, но и резко увеличил скорость, готовясь войти в подпространство. Его владелец, в отличие от командира патрульного крейсера, на такой ерунде, как телурений, не экономил. Да, оно и понятно, ведь он занимался на редкость выгодным бизнесом и продаже всего двух огромных уссурийских тигров, самца и самки, с лихвой окупали все затраты на экспедицию к Земле. Гриммель не успел доставить Дениса в учебный касс космического крейсера, как Саакш, набрав нужную скорость, вошел в гиперпространство, после чего встал из кресла пилота, вышел из рубки и отправился в свою роскошную пятикомнатную каюту, которую не захотел делить с землянином, а точнее пускать его в свой замкнутый мир.

   Через несколько минут Гриммель завёл кушетку с лежащим на ней Денисом в комнату размером четыре на шесть метров, совершенно пустую, если не считать удобного кресла очень сложной конструкции. Он подошел к стене, представлявшей из себя большой экран от пола до потолка и полголоса сказал:

   - Компьютер, проснись, я доставил тебе ученика.

   Экран вспыхнул нежно голубым цветом и он услышал:

   - Раса разумного существа?

   - Эта раса в галактике ещё неизвестна, компьютер. - Со вздохом ответил Гриммель - Так что тебе самому придётся определить, что твой ученик из себя представляет, но он в общем-то похож внешне на твоего хозяина и моего компаньона Саакша-юс-Миша, но во время процесса обучения мне хотелось бы ещё и привести его тело в надлежащий вид. Ты сможешь обучать его всему тому, что в тебя вложено, во время лечения?

   Компьютер-гипнопед немедленно ответил:

   - Да, но при условии, если это будет глубокая гипнопедия. Тогда я смогу просканировать его мозг, просверлить с помощью шлема отверстия в черепе и подсоединиться непосредственно к мозгу. При этом робохирург сможет проделать над его телом практически любые манипуляции. Желательно, чтобы он находился внутри робохирурга до конца процесса передачи знаний.

   Гриммель почесал свою бритую макушку и спросил:

   - Это не повредит ему? Вообще-то после окончания лечения я хотел поместить этого парня в силовой массажер, чтобы он вышел из него физически крепким парнем и нам не пришлось передавать его покупателю на кушетке. К тому же нам нужно, чтобы всё то время, что мы будем лететь до Кохауна, он находился здесь и не причинял нам беспокойства.

   У компьютера, подсоединённого к корабельной компьютерной сети, был готов ответ и на этот вопрос:

   - Господин Гриммель Керл-Рогант, в таком случае вам следует воспользоваться жидкостным, а не сухим робохирургом. Он выдаст вам вашего пациента не только абсолютно здоровым, но и готовым к выполнению любого задания. Все пять робохирургов, находящихся на борту "Ормора", армейской модели и могут проводить любые операции. Прикажете приступить к работе?

   Гриммель злорадно оскалился, думая о том, какого бойца они подсунут какому-нибудь космическому барону, создавшему своё баронство на одном из астероидов звёздной системы Кохаун и радостно выпалил:

   - Приступай немедленно, компьютер, и загрузи в голову парня все свои знания. Да, кстати, а чем глубокая гипнопедия отличается от обычной. Это хорошо или плохо?

   Вот тут уже компьютер ответил чуть ли не с радостными нотками в голосе, хотя и был полностью лишен эмоций:

   - Господин Керл-Рогант, глубокая гипнопедия позволит мне вне зависимости от желания обучаемого не только вложить в его голову всю имеющуюся в моём распоряжении базу научных и прочих знаний, но и научить его ими пользоваться на уровне не ниже среднего. Единственное, чего он не будет знать, это того, как именно он получил такие знания, но вскоре обязательно поймёт, что они получены благодаря глубокой гипнопедии.

   - Ну, как раз об этом Саакш ему обязательно расскажет, причём распишет всё в красках! Так что гадать слишком долго ему не придётся. - Громко воскликнул Гриммель и вышел из учебного класса весело мурлыча себе что-то под нос.

   Космический работорговец с причудами в это время уже нежился в ванне с бокалом тёмно-бордового вина в руке. Наступила пора отдыха и он мог позволить себе расслабиться, если, конечно, кому-то не захочется вступить с ним в бой. Впрочем, даже в подпространстве его крейсер было обнаружить очень трудно, так что такое развитие событий было практически исключено. Поэтому предстоящие сто пятьдесят шесть суток полёта обещали быть спокойными. Самое время взять и чему-либо выучиться, но гипнопед уже был занят. Так что ему оставалось только одно, отдыхать и набираться в полёте сил. Тем более, что нервотрёпка с гибернатором закончилась. На борту имелся специалист экстра-класса, имперский техник высшего, пятнадцатого разряда, прекрасно разбиравшийся в любом оборудовании, имевшем отношение к медицине и биологии. Гриммель вызвал его на связь минут через пять и весёлым голосом сказал:

   - Саакш, я только что узнал две новости. Начну с плохой. Ты болван и сам не знаешь, какое прекрасное оборудование имеется на борту твоей посудины. Теперь хорошая новость, оказывается, твой гипнопед обладает всем необходимым инструментарием, чтобы проводить глубокую гипнопедию и это означает, что наш клиент в конце пути станет прекрасным специалистом. Вот только я не знаю, в чём именно, но я не поленюсь после обеда соединиться с учебным классом и выяснить это.

   Саакш-юс-Миш громко рассмеялся и ответил:

   - За болвана ответишь, Гримми, а за хорошую новость спасибо. Да, если всё именно так и произойдёт, то это будет славная оплеуха какому-нибудь космическому барону. И знаешь почему, Гримми? Да, только по одной причине, помимо всего прочего, в моём гипнопедии имеется полный курс галактического права, а имперцы терпеть не могут, когда им тычут в нос статьями галактического кодекса законов, которым они когда-то обязались следовать. Ну, а что касается глубокой гипнопедии, парень, то как только у меня появится такая возможность, я с удовольствием опробую её на себе. Тем более, что теперь у меня появился, наконец, толковый и надёжный компаньон.

   Гриммель вздохнул и сказал:

   - Надеюсь, что это хоть немного утешит нашего парня, который отправился на охоту и сам внезапно превратился в дичь.

   Саакш воскликнул в ответ на это резким голосом:

   - А мне плевать на все его душевные переживания, Грим. Я проделываю такие трюки уже не первый раз вовсе не из личных симпатий или антипатий. Если бы у меня имелась такая возможность, которую я предоставил этим болванам, то моя Вения не пережила бы термоядерную катастрофу только потому, что в Галактическом Союзе существуют жесткие правила относительно политики невмешательства и им плевать на то, что за истекшие две сотни лет уже добрых полтора десятка цивилизаций уничтожили сами себя. Поэтому, как только я продам этот отряд имперцам, то сразу же о нём забуду и стану думать, с кем бы ещё провести точно такую же комбинацию.

   Высказавшись, Саакш выключил внутреннюю связь и Гриммель, находившийся в это время на кухне, принялся готовить себе обед. Гверриец вполне сносно переносил атмосферу, имевшуюся на корабле Саакша-юс-Миша, хотя она и содержала слишком много кислорода, хотя и меньше, чем земная. Он предпочитал дышать чуть ли не одним углекислым газом, содержавшим всего десять процентов кислорода. Да, и температура в его каюте была намного выше и воздух в ней был очень влажным. Поэтому для Дениса его каюта была совершенно непригодна, если и вовсе не смертельно опасна. Зато в каюте Саакша он чувствовал бы себя вполне комфортно, ведь в ней температура воздуха была двадцать градусов по Цельсию.

   Во всяком случае уже очень скоро их добыча будет находиться в цилиндрическом резервуаре, заполненном физиологическим раствором, соответствующим по своему химическому составу плазме его крови, и имеющем температуру тела землянина. Этот физиологический раствор, пронизанный силовыми полями, являлся чуть ли не самым главным инструментом корабельного робохирурга с его миллиардами крохотных хирургических наноинструментов. В этом плане Денису несказанно повезло. Ему будет оказана самая лучшая медицинская помощь, но зато ему не повезло в другом. Гипнопед с самых же первых минут отключит его сознание, после чего начнёт записывать на его мозг новые знания, словно на специальный информационный кристаллический накопитель и при этом ещё и сделает так, что они будут интегрированы с его личностью. В общем Денису предстояло проснуться через сто пятьдесят галактических суток имея в своей голове такой багаж знаний, который не снился многим обитателям галактики, не говоря уже о землянах.

   Гриммель не стал готовить себе что-либо специально, хотя и имел вполне приличный запас продуктов. Очень уж ему хотелось поскорее узнать, какими знаниями будет располагать с его подачи тот парень, которого они похитили с Земли последним, а потому просто разогрел комплексный обед и съел его. Так он поступал довольно часто, чтобы освободить лишние несколько минут для своего хобби, - составления личного путеводителя по планетам галактики. Наскоро перекусив, он бросил поднос с посудой в люк рекуператора и отправился в свой кабинет. У него была точно такая же пятикомнатная каюта, как и у Саакша, и это прямо говорило, что некогда у этого типа имелся то ли и компаньон, то ли ещё какой наёмный работник. Что с ним стало, Гриммеля по большому счёту не волновало. Он был старым космическим бродягой и не боялся никаких неожиданностей. Более того, он был к ним готов постоянно и застать его врасплох являлось делом совершенно бесперспективным.

   Он подсел к массивному, двухтумбовому письменному столу, с которым не расставался вот уже много лет, легонько стукнул пальцем по его кремовой столешнице и активировал компьютер. Как только над столешницей появилось голографическое изображение экрана, Гриммель велел компьютеру подсоединиться к компьютеру-гипнопеду по официальному каналу связи, хотя мог зайти в него и несанкционированно. Его компьютер был мастером по части таких проделок. Сегодня это ему не требовалось и он, представившись, запросил у компьютера-гипнопеда базу данных. Тот моментально вывел её на экран и Гриммель, едва только взглянув на неё, присвистнул, но не губами, а своими небольшими, плотно прижатыми к голове ушами.

   Да, удивляться тут было чему. База данных содержала в себе целых пять университетских курсов, охватывающих физику вкупе с математикой, химию, техническое конструирование, компьютероведение и информационные технологии, а также галактическое право, область знаний крайне запутанную, но весьма полезную. Это был, так сказать, базовый курс, к которому прилагались весьма специфические дополнительные курсы вроде галактографии и галактоэтнологии, криминалистики и военного дела, бонусом к которым шел курс сравнительной лингвистики и добрых полторы сотни языков. Последнее было весьма нелишним в профессии Саакша и являлось чуть ли не самой большой мечтой Гриммеля. Даже если эти языки можно было изучить в разговорном объеме, одного этого вполне хватало, чтобы общаться где угодно и с кем угодно, кроме всякого рода разумных насекомых, птиц и пресмыкающихся. То есть с себе подобными двуногими, прямоходящими существами с двумя руками и одной головой, которых было в галактике подавляющее большинство.

   Просмотрев же всю базу данных, Гриммель даже причмокнул губами и вместе с тем задался вопросом, откуда она у какого-то венийца, похищенного из его мира двести с лишним лет назад. Да, скорее всего и это космический крейсер, и всё то оборудование, которое находилось на его борту, некогда принадлежало кому-то другому и за его жизнь он не дал бы и рваной имперской кредитки. Ну, это нисколько не омрачило настроения Гриммеля и не испортило его впечатления от Саакша, с которым он познакомился всего лишь четыре с половиной месяца назад. Даже если он и грохнул прежнего владельца "Ормора", то это была печаль покойного, а отнюдь не гверрийца. Ну, а если Саакш действительно навёл о нём справки, то должен был знать, что его новый техник не так прост, как это может показаться на первый взгляд и уж он-то не позволит устранить себя без риска для жизни.

   В общем Гриммелю было совершенно безразлично, насколько честен или бесчестен Саакш-юс-Миш. Если он может спокойно появляться на таких планетах, как Сентера, то значит он не объявлен во всегалактический розыск. Как, впрочем, и сам Гриммель Керл-Рогант. Его интересовало только одно, посетить как можно большее число планет в галактике и заснять как можно больше красивых или ужасных пейзажей, чтобы прославить своё имя на Гаере, планете домоседов из-за того, что у гверрийцев было три глаза, а не один. Самого Гриммеля это нисколько не смущало, а вот его соплеменники почему-то не могли выставлять напоказ свой третий глаз, обладавший довольно интересной способностью видеть любые электромагнитные поля, что и делало гверрийцев прекрасными знатоками любой сложной электронной и компьютерной техники.

   От чтения Гриммеля отвлёк звонок Саакша. Он чуть шевельнул пальцами над столом и его голографическое изображение сказало извиняющимся тоном:

   - Гримми, ты не хочешь зайти в бар и выпить со мной?

   - Да, командир, с удовольствием. - С улыбкой ответил Гриммель понимая, что разговор либо предстоит очень серьёзный, либо речь действительно идёт просто о выпивке.

   Бар находился рядом с пилотской рубкой и венийца объединяло с гверрийцем то, что они могли пить практически одни и те же спиртные напитки. Правда, Гриммель не был большим любителем надираться в смерть. Он пил понемногу, но зато был готов просидеть с хорошим собеседником за столом хоть целый вечер. Во время полёта к Земле Саакш тщательно присматривался к нему и время от времени задавал всякого рода вопросы. Ну, а Гриммель отвечал на них пространно или же односложно. Во всяком случае они ещё ни разу не поссорились друг с другом и это уже было хорошо. Когда Гриммель вошел в бар, Саакш уже сидел за столиком с бокалом "Звёздной росы", напитком далеко не самым крепким, который ему очень нравился за мягкий вкус и прекрасный аромат. Он подсел к столику и сразу же пододвинул свой бокал к бутылке. Его компаньон налил слегка сиреневого оттенка напиток в бокал и первым начал разговор:

   - Гримми, не подумай, что я бесчувственная скотина, но мне действительно совершенно не жалко этих парней и девчонок.

   - Саакш, а ты никогда не думал о том, как бы ты поступил, если бы тебя не стали похищать с Вении, а просто взяли и предложили отправиться в большую галактику? - Спросил Гриммель широко улыбаясь - Знаешь, старина, к нам на Гверру прилетает очень мало инопланетников, не больше пяти миллионов в год, но ещё меньше гверрийцев путешествует по галактике. Меня так и подмывает спросить наших учёных, ребята, на кой чёрт вы создали семьсот с лишним лет назад гиперсветовой двигатель, если гверрийцев только на то и хватило, что колонизировать две планеты по соседству? Мне никто не предлагал отправиться путешествовать по галактике, я сам сделал такой выбор и даже вышиб одному кретину, вздумавшему меня остановить, третий глаз, что является у нас чуть ли не самым страшным преступлением, хотя современная медицина способна вырастить любому гверрийцу ещё по паре глаз на заднице.

   Саакш выслушал его с лёгкой улыбкой, не обнажая своих фальшивых клыков, кивнул и ответил:

   - Гримми, получи я такое предложение, то согласился даже в том случае, если бы мне пришлось чёрт знает сколько времени сражаться на арене на потеху всяческим придуркам, любящим поглазеть, как кровища хлещет из зияющих ран. Ладно, Гримми, я позвал тебя сюда только для того, чтобы выпить, немного расслабиться и поболтать о каких-нибудь пустяках. Поэтому разговоры на серьёзные темы давай оставим на другой день. До Кохауна лететь далеко и времени на это у нас будет более, чем достаточно, так что ещё наговоримся. Ну, а сегодня пусть у нас будет день анекдотов. Кстати, ты знаешь, что ответил курсант имперской военной академии на вопрос, чем отличается офицер Звёздной Империи от офицера Технореспублики?

   Гриммель расхохотался и воскликнул, опрокидывая бокал:

   - Саа, это самый бородатый анекдот, который я только знаю про имперцев. Давай лучше я тебе расскажу анекдот про то, как в штабе технореспуликанской армии готовили план наступления.



Содержание:
 0  Похищенные. Книги 1-4 : Александр Абердин  1  Глава первая Гудит, как улей, родной завод : Александр Абердин
 2  вы читаете: Глава вторая Охота на охотника : Александр Абердин  3  Глава третья Учёба Дениса в галактическом университете : Александр Абердин
 4  Глава четвёртая Урок галактического крючкотворства : Александр Абердин  5  Глава пятая Что такое наука побеждать и как её изучить? : Александр Абердин
 6  Глава шестая Против лома нет приёма : Александр Абердин  7  Глава седьмая Неожиданная встреча на базе "Локатаон" : Александр Абердин
 8  Глава первая Курс молодого кондотьера : Александр Абердин  9  Глава вторая Первый экзамен отряда "Викинг" : Александр Абердин
 10  Глава третья Дуэль на сапёрных лопатках : Александр Абердин  11  Глава четвёртая Отряд "Викинг" отправляется на задание : Александр Абердин
 12  Глава пятая Тотальная компьютерная атака викингов : Александр Абердин  13  Глава шестая Тотальная компьютерная атака викингов : Александр Абердин
 14  Глава седьмая Тайная игра викингов : Александр Абердин  15  Глава восьмая Принуждение к переговорам : Александр Абердин
 16  Глава первая Ожидаемые неприятности в нежданном объёме : Александр Абердин  17  Глава вторая Десант на Ридалию : Александр Абердин
 18  Глава третья Одесский кипиш, похожий на розыск : Александр Абердин  19  Глава четвёртая Тихая Вода : Александр Абердин
 20  Глава пятая Тайна Тихой Воды : Александр Абердин  21  Глава шестая Трудовые будни эскадрона смерти : Александр Абердин
 22  Глава седьмая На волосок от гибели : Александр Абердин  23  Глава восьмая Конец "Тихой воды" : Александр Абердин
 24  Глава первая Возвращение на Землю : Александр Абердин  25  Глава вторая Из огня, да в полымя : Александр Абердин
 26  Глава третья Чем дальше в лес : Александр Абердин  27  Глава четвёртая Завоёванные плацдармы : Александр Абердин
 28  Глава пятая От Волги до Сибири : Александр Абердин  29  Глава шестая Ушат холодной воды : Александр Абердин
 30  Глава седьмая Большое вече в Нью-Йорке : Александр Абердин    



 




sitemap