Фантастика : Космическая фантастика : Часть III Пожиратели Звезд : Роман Афанасьев

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4

вы читаете книгу




Часть III

Пожиратели Звезд

Планетарная система Авалон

Третий сектор, Камелот

Артур, Старый Город

Когда огненный шар Авалона поднялся над городом, караван беглецов выбрался на проселочную дорогу. Лэйван, сидевший на крыше спасательной машины, покрепче ухватился за крепежную скобу и обернулся.

Артур остался за спиной. В утренних сумерках он напоминал серое пятно, выглядывающее из-за холма. В некоторых домах еще горели огоньки, создавая видимость спокойной жизни, но Хэван знал, что это впечатление ошибочно. Город практически пуст и разрушен. Каравану беглецов пришлось пройти насквозь его окраины, пробираясь сквозь завалы на улицах. И они никого не встретили.

От приманки для вражеского десанта осталось только шесть машин, в которых и поместились все уцелевшие стрелки. Первым шел открытый джип – на таких обожали разъезжать по окрестностям города охотники и рыболовы. Это была мощная и прочная машина, родом с того же завода, что и байк Хэвана, и теперь, когда караван выбрался из города, именно она шла впереди, прокладывая путь по грунтовой дороге. В ее открытом багажнике лежал байк Лэя, что не особо годился для скоростной езды по пересеченной местности. В городе двухколесная машина вела себя отлично, но когда дома по краям шоссе сменились длинными полями гидропонных ферм, полковник предложил своему разведчику немного отдохнуть. Хэван согласился, он слишком устал, чтобы оставаться в седле. Всю ночь ему приходилось метаться по темным закоулкам, выискивая объездные пути для каравана, а порой и помогать растаскивать завалы и расталкивать заторы из машин, брошенных посреди дороги. Спать ему не хотелось, и поэтому Хэван без возражений занял новый пост.

Он сидел на крыше спасательной машины и, держа под рукой плазматрон, посматривал по сторонам. Эта цистерна, ставшая командным центром, шла следом за джипом, медленно утюжа дорогу своими огромными колесами. Размерами машина была чуть больше городского автобуса, но гораздо проходимее его. А за ней тянулись остальные: небольшой продуктовый грузовичок с электрическим двигателем, под завязку набитый оружием, большой семейный кар с десятком посадочных мест, восьмиколесный автобус, в котором отдыхали стрелки, и замыкал колонну чудом уцелевший полицейский кар. Эта длинная серебристая машина была немного бронирована, потому ее и поставили в самый хвост.

Зевнув, Лэй помахал рукой водителю грузовичка и отвернулся. Теперь ему действительно хотелось спать. Адреналиновое возбуждение ночи прошло. Болели растянутые мышцы и ушибы. Страшно чесалась молодая кожа на ободранных пальцах. Медицинские наноботы, судя по всему, исчерпали свои запасы, и ткани восстанавливались все медленнее. Хэван лениво подумал о возбуждающем коктейле, что прятался в одном из карманов его комбеза, но потом решил приберечь его до более опасного момента. Сейчас ему был нужен обычный отдых.

Едва Лэй подумал об этом, как над краем машины появилась голова одного из стрелков, что высунулся из окна кабины. Подтянувшись, парень ухватился за скобы и ловко вскарабкался на крышу. На четвереньках, стараясь не свалиться с прыгающей по кочкам машины, он подполз к Хэвану и криво ухмыльнулся.

– Моя очередь, – сказал он. – Иди вниз.

Спорить Лэй не стал, улыбнулся в ответ и так же, на четвереньках, пополз к кабине. Останавливаться для смены дозорных никто не собирался, и смена караула проходила на ходу. К счастью, спасательный кар умел выпускать из корпуса кучу разных приспособлений – от крепежных скоб до небольшой лестницы, за которые было очень удобно цепляться. Спасатели, судя по всему, были ребята запасливые и постарались напичкать свою тачку максимальным количеством полезных устройств. Хэван еще раз подивился их изобретательности, свесившись с крыши и открыв дверь кабины носком ботинка. Похоже, спасателям приходилось проделывать такой трюк не один раз – ручка дверцы была намного больше стандартной.

Захлопнув за собой дверь, Хэван медленно выпрямился. Кабина была так велика, что в ней можно было стоять во весь рост. Три кресла, стоявшие впереди, предназначались для водителей, а позади них была большая площадка. В стене виднелась раскрытая дверь, – она вела в нутро этого монстра. Хэван, не торопясь, шагнул в проем и очутился в длинном коридоре, что тянулся через весь корпус. Вдоль стен виднелись дверцы шкафов, забитых, судя по всему, разными штуковинами спасателей, а в конце, на небольшой площадке, размещался пульт с тремя большими экранами. Перед ним стояло кресло, на котором удобно разместился полковник Белов.

Увидев гостя, полковник махнул ему рукой, и Хэван подошел ближе. Осмотревшись, он просто опустился на пол, подобрал под себя ноги и, отложив плазматрон, прижался спиной к холодным дверцам шкафчика.

– Ты правда не можешь перепрограммировать эту штуку? – спросил Белов.

– Не могу, – отозвался Хэван. – Может, ее и можно как-то взломать, но я не знаю как. Я не хакер.

– А может, просто не хочешь? – осведомился полковник.

– Уильям, – тихо сказал Лэй. – Я понятия не имею, как работает охранная система. Меня не учили обращаться с подобными аппаратами.

– А мне казалось, что все федеральные агенты полиции проходят военную подготовку.

Хэван, уже закрывший глаза и начинавший дремать, открыл один глаз и тихо буркнул:

– Отвали.

Белов довольно рассмеялся, и проснувшийся Хэван недовольно заворчал.

– Погоди, – сказал ему полковник. – Не засыпай. Надо обсудить кое-что.

– Что? – спросил Хэван, отчаянно зевая. – Уильям, извини, я плохо соображаю сейчас.

– Ты молодец, Лэй, – серьезно отозвался полковник. – Отлично поработал. Удивительно, что тебя держали на слежке, а не в ударной группе. Но сейчас мне нужен твой совет.

– Мой? – искренне удивился Лэй. – Да я же… Ни черта не понимаю в военных действиях.

– Это неважно, – отозвался Белов. – Зато у тебя сердце на месте, и голова не пустая.

Хэван тяжело закашлялся, пытаясь скрыть свое изумление. Но потом он вдруг сообразил, в чем дело. Отставной вояка, похоже, выбрал его своим заместителем. В самом деле – Лэй ведь представился федеральным агентом, то есть практически он профессионал, когда дело касается разгребания неприятностей. В глазах полковника такой агент – почти военный. А остальные ребята, городские парни, тоже не промах, вот только пороха настоящего не нюхали. Хэвану пришлось. Правда, совсем не по заданию федерального правительства, хотя Белову об этом знать необязательно.

– Я слушаю, – выдохнул наконец Лэй.

– Мы идем по большой трассе, ведущей за город, – сказал полковник. – Через пару километров будет поворот к летним лагерям. Там мы встретимся с гражданскими, что пробираются по другим дорогам и тропинкам. Будем ждать несколько часов, потом двинемся дальше.

– Куда? – осведомился Хэван.

– На запад, – отозвался полковник. – К форту.

– Какому форту? – удивился Лэй. – Прости, Уильям, но я не местный. Еще не успел познакомиться с вашими достопримечательностями.

– Это настоящий форт, – сказал полковник. – Ему больше полусотни лет. Настоящее наземное укрепление, что поставили на планете сразу, как только ее открыли. Фактически, это маленькая военная база, предназначенная для обороны.

– А, – сказал Хэван, видевший нечто подобное на родной планете шахтеров. – Понимаю.

– Это подземелье, напичканное защитой и оружием, – упростил изложение Белов. – Но все старое, как тапки моего деда. Вскоре выяснилось, что обороняться тут нужно только от медведей, и войска убрали. А когда прибыл военный флот и первые поселенцы, форт законсервировали.

– Хочешь спрятать там людей? – спросил Лэй. – Думаешь, пушки этих гадов не разнесут холмик?

– Может, и разнесут, – сухо отозвался полковник. – Если с орбиты ударят основным калибром. Но от рейдеров и пауков можно спастись. Там еда, вода, медикаменты, оружие. Помещение на тысячу человек.

– На тысячу? – Задремавший Хэван разом проснулся. – Да это крепость!

– Там казармы, – отозвался полковник. – Без снабжения, конечно, там долго не продержаться, но нам нужно просто отсидеться. Да и нас, в лучшем случае, наберется не больше пяти сотен.

– Отсидеться, – пробормотал Лэй. – А дальше что? Сколько мы там высидим, пока эти твари не двинутся на нас? И сколько продержимся, когда они нас найдут?

– Надеюсь, нам не придется долго ждать, – отозвался полковник и кивнул на пульт. – Я пытаюсь установить контакт с флотом, но пока не получается. Мощность слишком мала. А вот с передатчиками форта можно и попробовать.

– Если осталось с кем связываться, – буркнул Хэван. – Две битвы на орбите – и никаких вестей.

– Осталось, – спокойно ответил Белов. – Один разведчик уже прилетал, будет и другой. Наладить связь со всеми группами – первое правило при организации сопротивления.

– Сопротивление, – пробормотал Лэй. – Ну да. Конечно. Кто бы сомневался. А что за разведчик?

– Ты его не видел? – удивился полковник. – Прошел над городом на бреющем полете, в атмосфере. Совершенный псих.

– А, – протянул Лэй. – Так это был разведчик? Ладно. И что дальше?

– Дальше мы соберемся в форте, установим связь с военным флотом, постараемся связаться с другими группами беженцев и будем ждать эвакуации.

Лэйван медленно поднял взгляд и посмотрел полковнику прямо в глаза. Тот был серьезен, собран и выглядел абсолютно уверенным в своем плане. Только сейчас Хэван понял, что происходит. Белов на самом деле не нуждался ни в каких советах. Полковник просто рассказывал молодому помощнику свой план, знакомил его со своими задумками, на тот случай, если с ним что-то случится. Нет, Уильям не просил его заменить, не убеждал стать командиром одного из отрядов, не вербовал в свою армию сопротивления. Просто информировал подчиненного о том, что должно происходить. Скользкий сукин сын. Вот только стать лейтенантом беженцев Хэвану совсем не улыбалось. Теперь ты в армии, сынок, и будь добр, прими на себя ответственность за всех этих раздолбаев, что могут от испуга перестрелять друг друга в следующем бою. Ведь именно этого ты избегал всеми силами? С другой стороны, может, именно этого ты и хотел, – там, на площади, у развалин дома, под которыми осталась твоя прошлая жизнь?

– Понял, – коротко отозвался Хэван. – Я все понял, Уильям. Я их доведу до этой штуки, что бы ни случилось.

Хмурое лицо полковника просветлело, он криво улыбнулся уголком рта и, наклонившись вперед, похлопал Лэя по плечу.

– Сообразительные парни у вас там на Дагоре, – сказал он. – Мои ребята не расчухали бы, пока не увидели бы погоны на своих плечах.

– Я с Вулкана, – отозвался Хэван. – Мне все это не нравится, Уильям. Но я сделаю все, что нужно.

– Никому война не нравится, Лэй, – немного помолчав, ответил полковник. – Но все всегда делают то, что нужно. Понимаешь?

Хэван, всю жизнь делавший только то, что ему нравится, медленно кивнул, стараясь выглядеть очень серьезным и понимающим.

– Отлично, – отозвался Белов. – А теперь поспи немного, а то на тебе лица нет.

Хэван криво ухмыльнулся и, прислонившись к стене, закрыл глаза. Белов сказал еще что-то, но Лэй уже не услышал.


Планетарная система Авалон

Пятый сектор, газовый гигант Мерлин

Ремонтный корабль «Прыгун»

«Прыгун» вышвырнуло из гиперпрыжка в облаке пламени и обломков, тряхнуло так, что Рэнди, все еще остававшийся в виртуальной комнате, почувствовал толчок всем телом. Он еще успел заметить на экранах россыпь точек гражданского флота, по-прежнему болтавшегося на орбите газового гиганта, а потом виртуальность взорвалась воем сирен и красными вспышками.

Рэнди, засыпанный алыми тревожными сообщениями, лихорадочно замахал руками, раздвигая пылающие буквы и пытаясь добраться до таблиц с указанием повреждений. Потом, спохватившись, заглушил все двигатели, и в тот же миг экран с картой растворился в темноте, последовал новый толчок, и виртуальная комната исчезла.

Рывком вернулись зрение и слух, и Рэнди осознал, что сидит в своем кресле, уставившись на погасший настенный экран. Над ухом надрывалась пронзительной трелью тревожная сирена, по стенам скользили алые блики мерцающих панелей, в воздухе пахло гарью. Капитан рывком нагнулся над пультом управления и яростно защелкал клавишами, пытаясь вывести информацию на обычные экраны. Он даже не оглянулся на экипаж – он и так прекрасно слышал визгливую брань Сеймура и тяжелый бубнеж практиканта. Живы – и ладно. Сейчас его волновала только система управления.

Она откликнулась мгновенно – понадобилось лишь перезагрузить ее основной контур, и обычные схемы полностью заменили виртуальное управление. Оба огромных экрана ожили, высветив россыпь таблиц с информацией. Маршалл, скользнув по ним взглядом, едва не взвыл: повреждений оказалось больше, чем он ожидал.

– Доклад! – потребовал он, не имея возможности разобраться во всем сразу. – Посты, доклад капитану!

Не дожидаясь ответа, сам Рэнди начал быстро разгребать информацию, выводя на экран самое важное. Прежде всего он вывел карту с датчиков и убедился в том, что «Прыгун» медленно, по инерции, движется в сторону группировки гражданского флота. Времени для маневра оставалось еще достаточно.

Первым из команды очнулся Сеймур:

– Прыжок завершен успешно, достигнуты заданные координаты, – отбарабанил он. – Гипердвигатель стабилен, генераторы в штатном режиме, связь в норме, повреждены три датчика ближней связи и антенна.

– Джаред! – возопил Рэнди, жаждавший услышать не о датчиках, а об огромной дыре в брюхе «Прыгуна».

– Мы в трюме, – тотчас пришел ответ по личному коммуникатору. – Малость потрепало, но все живы. Сандерс идет к вам.

– Какого черта? – изумился Маршалл, раскрывая таблицу логов. – Кто тогда копается в системе?

– Это я, – раздался тихий голос, который был едва слышен за воем сирен, и Рэнди обернулся к практиканту.

Тот сидел, склонившись над пультом и, не оборачиваясь, продолжал водить руками над контактной панелью. Рэнди в изумлении покачал головой, но, взяв себя в руки, обратился по форме.

– Практикант Буч, доклад капитану.

– Повреждения в нижних секторах условного днища, – выдал тот, не отрывая взгляда от экрана. – Пять секторов обшивки повреждено выбросом плазмы, отверстие во внешней переборке, разгерметизация в ремонтной области, отверстие в первой переборке, разгерметизация складского помещения…

– Жертвы? – перебил Рэнди, всматриваясь в экраны и пытаясь оценить работу практиканта. Тот, похоже, не зря проводил время рядом с Джаредом, все инструкции были выполнены быстро и в срок. Фактически практикант уже спас «Прыгуна» и теперь занимался мелочами.

– Никак нет, – бодро отозвался Буч, – дальнейшие повреждения…

– Расслабься, – бросил Рэнди. – Я вижу. Это ты заделал дыру?

– Так точно. – Буч оторвался наконец от экрана и кинул на капитана смущенный взгляд. – Согласно инструкции, после повреждения отстрелил поврежденный сегмент и сдвинул внешний кокон обшивки относительно внутренних конструкций корабля на десять пунктов.

– Отлично, – пробормотал Рэнди, не веря своим глазам.

Парень, похоже, начал ремонтный маневр еще до прыжка, в ту же секунду, когда пламя начало проедать обшивку. И закончил его уже здесь. «Прыгун», как и все военные корабли подобного класса, был снабжен многослойной защитой. Под внешним коконом брони скрывался второй, а дальше шел корпус внутренней капсулы. Заметив пробоину, практикант, действуя строго по инструкции, повернул внешнюю оболочку, заслоняя уцелевшим внутренним коконом дыру. Потом еще и повернул сегмент второй брони, и отверстия разошлись. Теперь там подсыхает металлизированная пена, которая, впрочем, не помешает выполнить такой маневр еще несколько раз – вплоть до уничтожения поворотных механизмов коконов.

На этом Буч не успокоился. Выброс повредил массу коммуникаций, что проходили в стенах обшивки и внутреннего кокона. Он быстро переключил все системы на резервные каналы, создав цепочки, что обходили поврежденный сектор стороной. Питание, воздуховоды, жидкости и рабочие газы – все было пущено в обход пары разбитых складов с техникой спасателей. А сейчас он уже отдавал приказы системам пожаротушения, что пытались залить пеной оплавившуюся оплетку проводов внутри переборок. Реакция у пацана была что надо, и ведь не растерялся, сорванец.

– Ты молодец, Буч, – мягко сказал Рэнди, убедившись в том, что теперь «Прыгуну» ничего не угрожает. – Продолжай в том же духе, но без паники. Мы уже на месте и скоро будем в доке. Просто подчисти, где можно, разберись с мелочами.

Буч кивнул и снова уставился в свой экран. Рэнди же обернулся к Сеймуру, следившему за разговором, и показал помощнику большой палец. Сеймур, пораженный не меньше капитана, кивнул и скорчил страшенную гримасу, что должна была, по его мнению, означать одобрение.

– Связь, – напомнил ему Рэнди. – Переходи на другие антенны и аварийные датчики, но дай мне связь. И посмотри, что там с виртуальными схемами.

Входная дверь с шорохом шла в стену, и в рубку боком втиснулся Сандерс в громоздком аварийном скафандре. Шлем был откинут и болтался за спиной, так что обернувшийся Рэнди прекрасно видел лицо полковника, покрытое крупными градинами пота.

– Рэндал, – позвал он. – Что там?

– Мы каким-то чудом уцелели и даже вернулись к точке сбора, – отозвался Маршалл, бросив косой взгляд на полковника, из-за которого «Прыгун» и получил дыру.

– Это я вижу, – отозвался тот. – Что с флотом?

Нахмурившись, Рэндал вывел на экран карту сектора и вгляделся в таблицы цифр, что повисли над яркими точками, изображавшими корабли.

– Сеймур, – тихо позвал он.

– Сейчас, – буркнул тот, – минуту. Переключу на дальнюю.

Карта на экране разрослась, приблизилась и замерцала новыми данными. Рэнди, выведя позывные кораблей в отдельную таблицу, покачал головой. Сандерс, внимательно следивший за экраном, тихо выругался.

Все гражданские суда оставались на месте, дрейфовали, экономя энергию. Над ними висел авианосец, напоминая огромную наседку, охраняющую цыплят. На экране прибавилось и новых точек, что медленно подходили к группировке флота, опережая «Прыгуна». Но их было не так много.

Судя по данным сканеров, к месту базирования вернулись пять авалонских фрегатов из того десятка, что отправился в бой вместе с флагманом. Рядом с ними скользили четыре плоские тарелки – все, что осталось от дагорианских фрегатов. Их потихоньку нагонял дагорианский крейсер, напоминавший сильно помятую сигару с обрезанным хвостом. Часть построек была снесена, в борту чернела пробоина, два маршевых двигателя из шести не работали. Судя по всему, держался он на честном слове, но хотя бы был цел. Остальной дагорианский флот сейчас представлял собой облако из обломков, что дрейфовало на орбите Камелота.

– Второй, – сказал Сандерс. – Где второй крейсер?

– Он стартовал раньше нас, – пробормотал Рэнди, – видимо, не вышел из прыжка. Перегрузка гипердвигателя, скорее всего.

– Дьявол, – выдохнул полковник и саданул кулаком по переборке рубки.

Тяжелая перчатка скафандра оставила на стене приличную вмятину, но Рэндал даже не поморщился, медленно покачал головой и вывел на соседний экран систему ручного управления.

– «Бесстрашный» на связи, – доложил Сеймур. – Капитанский доступ.

Рэндал подключился к системе связи через личный коммуникатор и заодно послал вызов на скафандр полковника. После крушения виртуальных систем у них остался только голосовой канал, но этого должно было хватить.

– Прыгун, говорит капитан первого ранга Винай Митчелл, авианосец «Бесстрашный». Доложите о ситуации на борту.

– Это Сандерс, – ответил полковник, жестом остановив Рэндала. – Винай, мы на подходе.

– Даниэль! Рад, что вы все целы. Я уже связался с дагорианцами и знаю, что случилось. Где вы были?

– Я не успел связаться с ними, схватка уже началась, – отозвался Сандерс. – Мы были около спутника. Все видели.

– Мне жаль, – немного помолчав, сказал Митчелл. – Надо было прислушаться к твоим словам. Теперь известно, что тот загадочный объект…

– Теперь к моим словам придется прислушаться, – процедил полковник сквозь стиснутые зубы. – Капитан Митчелл, я, как последний офицер генерального штаба вооруженных сил Авалона, принимаю командование военными силами системы. С настоящего момента вам надлежит выполнять все мои приказы и распоряжения согласно принятой присяге.

– Даниэль! – выдохнул Видал. – Ты в своем уме? Послушай, не надо так перегибать…

– Хочешь перейти под командование дагорианского крейсера? – осведомился полковник. – Там тоже найдется пара капитанов первого ранга. Но вы, флот, все равно подчиняетесь штабу. И пока у нас нет связи с президентом системы, вы станете выполнять мои распоряжения. А судя по тому, что борт номер один как раз пытался взлететь, когда по космопорту был нанесен удар, то это надолго.

– Даниэль, послушай, – сказал Митчелл, – это сложный вопрос, но не главный. Нам нужно решить, что делать дальше.

– Я точно знаю, что нужно делать, – отрезал Сандерс.

– Эй, вы, оба, – вмешался Рэнди, получивший наконец рапорт от бортинженера. – Заканчивайте. У меня на борту раненые, и пора бы им увидеть что-то поинтереснее бортовой аптечки.

– Раненые? – удивился Митчелл.

– Мы успели снять часть экипажа с одного из линкоров, прежде чем он взорвался, – отозвался Сандерс. – Двадцать три человека.

– Хорошо, – сухо отозвался капитан «Бесстрашного». – Прыгун, примите данные курса. Даниэль, как только прибудешь, сразу ко мне. До связи.

Маршалл, переключившись на пульт управления, принял данные курса и ввел их в автонавигатор.

– Рэнди, – устало произнес полковник. – Отвези меня к этому идиоту. Как можно быстрее. Пока он не натворил бед.

– Только об этом и мечтаю, – вздохнул Рэндал, запуская маршевые двигатели.

Путь до авианосца был коротким, расстояния до группировки было всего ничего. Но прошел он весьма насыщенно. Рэнди не отрывался от управления, пытаясь понять, насколько хорошо слушается «Прыгун» его приказов. Одним глазом он приглядывал за работой Буча, что продолжал управлять ремонтной автоматикой, пытаясь сделать все, что можно сделать с помощью роботов. Парень времени зря не терял – выправил все коммуникации и перепрограммировал все системы, запуская дублирующие блоки и резервное оборудование. Остальное можно было сделать только в доке – физически поменять, например, сгоревшие блоки. Сандерс тоже не бездельничал – насел на Сеймура и заставил его связаться с крейсером дагорианцев, что должен был подойти к «Бесстрашному» раньше «Прыгуна». Сандерс успел снять с линкора его коды и теперь смог установить прямую связь с капитаном поврежденного корабля. Они успели здорово поорать друг на друга, но Рэндалу было не до этого: он пытался побыстрее привести «Прыгуна» в док и при этом никого не убить. Не прибавляли ему бодрости и периодические отчеты Джареда, что оставался в трюме с дагорианцами. Трое из них сильно обгорели и нуждались в срочной помощи настоящего врача.

Так что, опуская «Прыгуна» в пятый док авианосца, Маршалл пребывал на грани тихого бешенства. Едва корабль мягко коснулся поверхности дока, Рэнди закрыл глаза, откинулся на спинку кресла и начал медленно и шумно дышать носом, пытаясь расслабиться.

– Рэнди, – позвал Сандерс, протискиваясь обратно в коридор. – Пожалуйста, оставайся на связи.

– Хорошо, – отозвался Рэндал. – Но ты, как станешь там самым главным перцем, распорядись, чтобы «Прыгуна» починили.

– В первую же очередь, – сказал полковник и исчез в темноте.

– Буч, – позвал Рэнди. – Отдыхать! Немедленно. Сеймур…

– Я остаюсь на связи, – обреченно отозвался помощник. – Знаю, знаю. Как что, так сразу я.

Маршалл медленно поднялся с кресла, двинулся к выходу из рубки. У ложа помощника он задержался и чуть наклонился.

– Ты вообще как? – тихо спросил он, всматриваясь в белое лицо Сеймура.

– Нормально, – отозвался тот. – Знаешь, столько всего случилось. Я устал на это реагировать. Чувствую себя так… Как будто мне уже все равно. Будто это – норма. Парю где-то над всей этой кровавой кашей, и меня уже ничего не удивляет.

– Ага, – сказал Рэнди, выпрямляясь. – Отлично. Только не налегай на таблетки, ладно?

– Ладно, – буркнул Сеймур, шаря в кармане.

Рэндал медленно спустился по трапу, ведущему к жилым помещениям. Он не торопился – знал, что выгрузкой занимается Джаред. Великолепный и незаменимый Джаред, без которого вся эта груда железа развалится к чертовой матери. Если, конечно, поблизости не случится Буч. Парень, надо сказать, оказался крепче, чем казался на первый взгляд. Еще немного муштры – и из него получится хороший молодой бортинженер.

Постояв у раскрытой двери, ведущей в кают-компанию, в которой все было перевернуто вверх дном, Рэндал задумчиво закрыл дверь и двинулся в сторону трюма. Он немного задержался, надевая скафандр, – атмосферы в трюме по-прежнему не было, в доки никто не собирался запускать кислород. Но все же он успел.

Выйдя из шлюзовой камеры в трюм, Рэнди увидел, как по трапу скользят медики в белоснежных скафандрах. Они транспортировали за собой два белых цилиндра, внутри которых угадывались очертания человеческих тел. Маршалл поспешил к выходу, и, протопав по пандусу тяжелыми магнитными ботинками, вывалился в док.

Джаред стоял рядом, наблюдая за вереницей людей, что тянулась прочь от корабля. Это уходили военные с линкора, те, что могли передвигаться самостоятельно. Раненых в специальных тубусах несли бригады медиков. Рэндал встал рядом с Джаредом, скрестил руки на груди.

– Ну, как? – спросил он бортинженера по внутреннему каналу.

– Все будет хорошо, – отозвался тот. – Потрепало ребят, но все выживут.

Цепочка военных, шагавших по темному доку, вдруг заволновалась. Двадцать человек вдруг остановились, начали оборачиваться.

– Это еще что? – буркнул Рэндал.

– Тебя заметили, – отозвался бортинженер.

Все флотские, разом повернувшиеся к «Прыгуну», одновременно отдали честь капитану, стоявшему рядом со своим кораблем.

– О, – выдохнул Рэнди, не ожидавший такого представления.

Потом, спохватившись, ответил уцелевшим дагорианцам воинским салютом. Те вновь вскинули руки к виску, отдавая привычное приветствие, потом развернулись и продолжили путь.

– Ты молодчина, Рэндал, – тихо произнес бортинженер. – Вытащил кучу людей за сутки.

– Но не всех, Джаред, – вздохнул Маршалл. – Не всех.

Провожая взглядом отряд дагорианцев, маршировавших по доку, Рэнди чуть не пропустил сигнал вызова и спохватился, только когда на него рявкнул по личному каналу коммуникатора Сеймур.

– Да, – отозвался Рэнди, принимая внешний вызов.

– Это Сандерс, – раздался знакомый голос. – Рэнди, я уже отдал приказ о починке «Прыгуна». Сделают все, что можно сделать за пару часов. А потом у тебя будет новое задание.

– Капсулы? – предположил Рэнди. – Там ведь мог остаться еще кто-то, да?

– Этим займется Морган и его «Осень», – отрезал полковник. – Ты нужен в другом месте.

– О нет, – выдохнул Рэнди.

– Отправишься к Камелоту и выбросишь спутник связи. Потом свяжешься с уцелевшими в районе Артура. С теми ребятами, чьи сигналы ты засек во время разведки. Нам нужна информация о том, что творится на планете. Очень нужна.

– Я понял, – буркнул Маршалл. – А что делать сейчас?

– Отдыхать, – отрезал Сандерс. – Все отправляйтесь в койки. Пользуйтесь генераторами сна или снотворным, но чтобы следующие два часа вас не было слышно и видно. Учти, это приказ главнокомандующего силами Авалона.

– Я догадался, – сухо отозвался Рэнди. – Разрешите выполнять, господин командующий?

– Идите, капитан, – отозвался Сандерс. – Я разбужу вас. И проинструктирую перед вылетом. Конец связи.

Рэнди обернулся к бортинженеру, и тот, слышавший разговор, лишь развел руками.

– Могло быть и хуже, – сказал он. – Могли вылететь и прямо сейчас.

Маршалл лишь тяжело вздохнул и начал подниматься по пандусу, не обращая внимания на Джареда, что вновь начал бурчать о криворуких техниках авианосца.


Планетарная система Авалон

Третий сектор, Камелот

Артур, окраины города

Проснулся Лэйван от наступившей тишины. Вскинулся, хватаясь за плазматрон, лежавший рядом, и чуть не раскроил голову о край пульта. Выругавшись, Хэван открыл наконец глаза и проснулся окончательно.

Оказалось, что он так и заснул на маленьком пятачке, забившись в щель между пультом управления и металлическим шкафом. Рядом стояло пустое кресло – полковник, судя по всему, давно ушел. Машина стояла ровно, не качалась, но где-то под ребристым железным полом басовито гудел генератор.

Медленно поднявшись на ноги, Хэван потянулся, разминая затекшие мышцы, и скривился от боли в ребрах, не до конца залеченных медицинскими наноботами. В коридоре было пусто, но часть шкафчиков была раскрыта. Лэй забросил на плечо плазматрон и двинулся на разведку. Проходя мимо распахнутых дверок, он заглянул в шкафы. В двух висели серебристые огнеупорные комбезы, а третий сверху донизу был забит угольно-черными блоками питания генератора. Лэйван невольно отпрянул, – конечно, пылинки антиматерии, пойманные в плен современных технологий, ничем ему не угрожали. Это всего лишь большие батарейки для спасательной машины, но все же Лэю стало немного не по себе.

Осторожно протиснувшись мимо дверцы, Хэван тяжело протопал по коридору и вышел в кабину спасательного кара. Она была пуста, лишь чуть заметно подрагивал штурвал управления, показывая, что работает двигатель. Распахнув боковую дверцу, Хэван выпрыгнул наружу и вскинул руку, прикрывая глаза от яркого солнечного света.

Машина стояла на краю огромной поляны, что сейчас больше походила на кемпинг – она вся была уставлена самыми разнообразными транспортными средствами. Здесь были и одноместные кары, невесть как пробравшиеся сюда по проселочной дороге, и большие джипы охотников, и даже огромный восьмиколесный городской автобус. Между машинами сновали люди. Они шумно переговаривались, таскали ящики и тюки, что-то доставали из машин или, наоборот, пытались запихнуть в уже переполненный багажник. Людей было много, не меньше сотни, и шума они производили вполне достаточно.

Лагерь беженцев – вот что это такое было. Оглядевшись, Хэван увидел, что у края поляны виднеется едва заметная развилка. Накатанная дорога уходила чуть правее, туда, где лес не был таким густым. А прямо шла узкая дорога, заросшая травой. Если бы не просека в лесу, Хэван бы ее и не заметил.

Повернувшись, Лэй поискал взглядом кого-нибудь из знакомых, но никого не увидел. Зато заметили его. Обернувшись на возглас, Хэван увидел Тима, что высунулся из-за кормы спасательной машины и махал мнимому агенту рукой. Лэй помахал в ответ и двинулся к пареньку, радуясь, что тот уцелел в этой ночной неразберихе.

Солнце поднялось довольно высоко, и Хэван, бросив взгляд на часы, что проецировали линзы, удивленно присвистнул. Близился полдень. Неужели он столько времени проспал? Кажется, это пошло ему на пользу: чувство усталости отступило, мышцы хоть и болели, но больше не отказывались служить, голова была ясной, и мысли больше не путались.

Свернув за угол спасательного кара, Хэван увидел, что задний борт машины раздвинут, а из обнажившихся рабочих панелей выходили два высоковольтных коннектора, что как гладкие черные трубы тянулись к машинам, припаркованным рядом: к грузовичку с рекламой колы на борту и широкому семейному кару, напоминавшему автобус в миниатюре. Здесь же приютился и джип, стоявший поперек и отгораживающий участок заправки от любопытных взглядов.

В тени джипа высился раскладной столик для пикников, найденный, видимо, в одном из семейных каров. Только теперь на нем располагались не легкие закуски, а переносные экраны коммуникаторов, светившихся мягким светом. Над ними склонились трое человек, еще двое стояли рядом, заглядывая через плечи товарищей. Поскольку в центре высилась коренастая фигура Уильяма, то Хэван не сомневался, что видит перед собой заседание генерального штаба беженцев.

Тим, встретивший его у раскрытого борта, улыбнулся и протянул руку. Хэван с радостью хлопнул паренька по руке. Он не забыл, что Тим был одним из тех, кто вытащил его с горящей площади.

– Ты как? – спросил он. – Где был?

– Мы шли южнее, – отозвался паренек, и Лэй заметил, что на его левой щеке белое пятно, похожее на ожог. – Я вел группу в три десятка. Еле выбрались, но все прошло спокойно. Не так, как у вас. Попали разок под завал да в пожар, а так все отлично.

– Рад тебя видеть, – искренне отозвался Хэван. – А это, кстати, что за вечеринка?

– Раздают ценные указания, – сказал Тим. – Белов тебя уже искал.

– Ага, – многозначительно отозвался Хэван. – Понятно.

Полковник, словно почувствовав, что разговор идет о нем, выпрямился и обернулся. Увидев Лэйвана, он нахмурился, и его потемневшее лицо стало похоже на застывшую маску. Выглядел полковник неважно, похоже, он так и не ложился спать. Под глазами мешки, щетина уже отросла, глубокие морщины на лбу стали слишком заметны.

– Лэйван, – позвал полковник. – Как там с пультом?

– А что с пультом? – осведомился Лэй, подходя ближе.

– Вызова на нем не было?

– Я не обратил внимания. – Хэван пожал плечами. – Как-то не подумал, что эта штука работает.

– Эта штука сканирует и цифровые сети, и волновые, – буркнул Белов. – Тим! Сходи к пульту, подежурь на волнах.

Паренек, лихо козырнув, скрылся за машиной, а Хэван подошел ближе к столу, стал рядом с Родериком Паем, разглядывающим карту. Тот кинул косой взгляд на гостя, но посторонился.

– Привет, Роди, – дружелюбно сказал Хэван. – Извините, джентльмены, мы не представлены, но вам тоже всем привет.

Джентльмены, небритые, в помятых и местами разорванных комбезах, обменялись недоуменными взглядами, но никто и слова не проронил. Хэван ухмыльнулся, подумав, что полковник собрал к себе в команду всех молчунов города.

– Вижу, ты выспался, – буркнул Белов. – Господа, это Лэйван Хэван, федеральная полиция. Некоторые из вас видели его вчера в деле, но, боюсь, в суматохе ваших лиц он не разобрал. Знакомьтесь – это Грег, Клиффорд и Рэй.

Стоявший рядом с Хэваном Рэй – худой, как жердь, и бритый налысо, молча сунул раскрытую ладонь в сторону гостя. Лэй пожал ее, остальные просто кивнули новому знакомому.

– Мои капитаны, – веско уронил полковник. – Каждый отвечает за свою группу беженцев. Не хватает еще Раджа, что вел северную группу, но, надеюсь, он вскоре присоединится к нам.

– Рад познакомиться, – сказал Хэван. – Что у нас на повестке дня?

– Прокладываем курс к форту, – отозвался полковник. – Я хотел назначить каждой группе свой маршрут, но, к сожалению, через лес ведет только одна дорога. Многие мелкие машины не пройдут, так что теперь мы пытаемся разместиться в больших как можно плотнее.

– А что враг?

– Пока тихо, – отозвался бородатый крепыш, поименованный Клиффордом. – Я оставил разведчиков на дороге в паре километров отсюда, но пока новостей нет.

– А связь? – удивился Хэван. – Появилась связь?

Клиффорд молча продемонстрировал большой черный брусок с торчащей антенной. В нем Лэй без труда опознал рацию – дешевую игрушку из атрибутов того самого клуба реконструкторов, к которому, видимо, принадлежали все присутствующие. Любители пострелять из старого оружия и побродить по дикому лесу, отключив связь со спутником. Кто бы мог подумать, что это пригодится им на самом деле.

– Зря улыбаешься, – серьезно сказал полковник. – Очень удобная штука. Тут первое время, знаешь ли, спутников было не так уж много. Лет двадцать назад это была самая популярная система связи. Коммуникаторы тогда были только служебными.

– Я знаю, – отозвался Хэван. – У нас тоже такие были. Так в чем проблема, почему стоим?

– Грузимся, – отозвался полковник. – И ждем Раджа.

– Долго будем ждать?

– Еще час. – Полковник глянул на наручный коммуникатор, что широкой полосой охватывал запястье его зелено-бурой куртки. – Как раз разберемся с погрузкой и, видимо, отправим первую группу.

– А моя задача? – спросил Хэван, разглядывая экран, на котором красовалась плоская карта местности.

– Ты проведешь байк по этой дороге? – спросил Белов.

Лэй оглянулся, окинул взглядом развороченную широкими колесами грунтовку. Не гоночный трек, конечно, но пробраться можно.

– Вполне, – сказал наконец он.

– Тогда сменишь разведчиков Рэя, – сказал полковник. – Мы их отзовем на погрузку, а ты выдвинешься на их место. Присмотришь за дорогой, а потом двинешься следом за нами.

– Идет, – согласился Хэван, боявшийся, что его заставят таскать ящики. – Когда отправляться?

– Выгрузи свой байк, потом свяжемся с разведчиками, и тогда отправишься, – сказал полковник.

– Воды, – потребовал Хэван. – И что-нибудь поесть.

Ответить Уильям не успел – из-за борта машины выглянул Тим и отчаянно замахал руками.

– Полковник! – крикнул он. – Есть связь!

Белов, развернувшись, оттолкнул Хэвана и побежал к машине. Прежде чем остальные сообразили, о чем идет речь, Лэй бросился следом за полковником.

Хоть Уильям и выглядел усталым, Лэй догнал его только у входа в машину. Полковник нырнул в распахнутую дверь, а Лэй замешкался, пытаясь подняться на ступеньку, ведущую к двери. Выругавшись, он запрыгнул в кабину и прошелся по коридору.

Белов уже сидел на кресле у пульта. На одном из мониторов горели цифровые таблицы с параметрами вызова и кодирования. Хэван подошел ближе – следом за ним в коридор втиснулся Тим, а в кабине слышались голоса капитанов крохотного войска.

– Это канал аварийно-спасательной службы, – сказал полковник, щелкая клавишами. – Широкое вещание, вызывают всех, кто слышит. Сейчас попробую двухстороннюю.

Уильям ткнул пальцем в сенсорный экран, распахивая окно громкого вещания. Тим, сопевший за плечом Хэвана, затаил дыхание.

– На связи Артур, – четко произнес Белов. – Назовите себя.

Из динамиков, скрытых в пульте, раздалось шипение, затем раздался едва слышимый, но уверенный голос:

– Говорит ремонтный корабль «Прыгун», капитан Маршалл. Мы пытаемся установить связь с выжившими на планете. Назовите себя и обозначьте район вашего местоположения.

– Полковник в отставке Белов, гражданская оборона Камелота, – отозвался Уильям. – С какой целью интересуетесь?

– С целью разбомбить вас к чертовой матери, – отозвался капитан, и Лэй невольно ухмыльнулся. – А вы как думаете? Кто, по-вашему, будет вытаскивать ваши задницы с планеты?

– Что с космофлотом? – спросил полковник, не обращая внимания на грубость собеседника. – Какова обстановка на орбите?

– Я не понял, кто кого тут спасает, – устало произнес Маршалл. – Вас Уильям зовут, да? Тут некто Джаред Милз передает вам, что вы остались такой же скрытной задницей, какой были и двадцать лет назад.

– Милз? – переспросил полковник и немного помолчал. – Он еще жив, этот старый хрыч? Ладно, сынок, что ты хочешь знать?

– Ваше положение, сколько вас и что вы предпринимаете. Мы уже установили контакт с одной из групп, но, видимо, не у всех есть передатчики.

– Я веду группу примерно из полутора сотен гражданских, – ответил полковник. – Мы покинули Артур и движемся к старому форту. Вероятно, численность группы будет увеличиваться. У нас есть транспорт, топливо, продовольствие. Думаю, дня два или три мы продержимся, если не будем атакованы силами противника.

– Примите мои поздравления, полковник, – отозвался капитан «Прыгуна» после небольшой паузы. – Вы отлично справляетесь.

– Что с флотом? – спросил Белов. – Какова обстановка на орбите?

– Все плохо, – отозвался Маршалл. – Наш военный флот полностью уничтожен, остался только авианосец и большая группа гражданских кораблей.

– Дагориане? – жадно спросил Тим из-за плеча Хэвана.

– От их флота остался один крейсер, – отозвался капитан, услышавший вопрос через громкую связь. – Сейчас все, кто остался, находятся… Находятся в одном из секторов системы. Мне поручено установить связь с уцелевшими на планете и собрать информацию о городе.

– Кем поручено? – резко спросил полковник. – Кто возглавляет командование?

– Главным тут у нас полковник Сандерс. Последний офицер генерального штаба.

– Сандерс? – переспросил Белов и нахмурился. – Не помню. Что вы собираетесь предпринимать?

– Собирать информацию, – отозвался капитан. – Очень нужны разведывательные данные. Тут творится черт знает что. Мы ничего не знаем о противнике и о том, что происходит. Особенно нужны данные с планеты. Я вывел на орбиту несколько следящих спутников, но это лишь общие данные. Еще нам нужно установить контакт с уцелевшими, согнать их в группы и увести подальше от городов.

– Зачем? – спросил Белов, все больше хмурясь.

– Собрать в группы и отвести подальше от врага? Это чтобы легче было эвакуировать, – отозвался Маршалл. – Сейчас с островов уже забирают группы ученых и экспедиции, но это капля в море. Надо знать, кто уцелел и сколько их, чтобы подготовить операцию.

– Значит, вопрос об эвакуации решен? – осведомился полковник. – Планету бросаем?

– Понятия не имею, – честно ответил Маршалл. – Я лишь выполняю приказы. Просто знайте, связь есть, помощь идет.

– А что Федерация?

– Ее уведомили, флот идет, но дагорианцы успели раньше. Все прыжки из системы запрещены, мы боимся, что враг сможет выследить координаты. Но, говорят, военные что-то придумали, и скоро будет связь с Дагорой.

– Хорошо, – вздохнул полковник. – Значит, у кого-то еще остались остатки разума. Какие распоряжения будут для наземных групп?

– Выдвигайтесь подальше от города, – отозвался Маршалл. – Уходите как можно дальше от противника. Постарайтесь связаться с теми, кто не может принять наш сигнал с орбиты, и установить с ними контакт. Нужно как-то организовать людей, чтобы они были готовы к эвакуации.

– Сделаем, – отозвался Белов. – Связь постоянная?

– Нет, будут сеансы, каждые двенадцать часов, на этой же волне, – сказал Маршалл. – Постоянно оставаться у планеты опасно. Эти сволочи продолжают обшаривать орбиту. Сейчас их отвлекли, но скоро мне нужно будет отчаливать обратно к нашей группировке. Я оставлю орбитальный спутник связи, постарайтесь связаться через него с остальными выжившими в этом районе. Он слабоват, но сейчас это все, что есть.

– Отлично, – отозвался полковник. – Когда мы доберемся до форта, я, наверное, смогу организовать вещание на ближайшие районы. Чем мы можем еще помочь, капитан?

– Вообще-то, ничем, – отозвался тот. – Хотя погодите. Одну минуту.

Капитан «Прыгуна», судя по опустевшему каналу, отвлекся, чтобы поговорить с кем-то из экипажа. Хэван взглянул на полковника. Тот сидел на стуле за пультом, сложив руки на груди и, хмуря брови, сверлил взглядом экран. На нем остались координаты связи со спутником. Выглядел Белов неважно, но от его широкоплечей фигуры веяло уверенностью и упрямством. Лэй даже позавидовал полковнику, что, видимо, единственный в отряде чувствовал себя в бою, как рыба в воде. Остальные, что толпились за спиной Хэвана, дышали тяжело, с присвистом, и ловили каждое слово, доносящееся из динамиков. Они – ведомые. Им нужны приказы и распоряжение, они надеются только на чудо, что кто-то опустится с неба и спасет их шкуры. А вот Белов – не надеется. Он распоряжается своей судьбой и судьбой других, он что-то делает, а не просто ждет. Из него вышел бы отличный мошенник.

– Полковник, – раздалось из динамика. – Как я говорил, флоту очень нужна информация о том, что происходит на планете. А конкретно, нам очень интересно, что сейчас происходит в порту, где обосновались эти твари. Было бы очень кстати, если бы кто-то из ваших ребят пробрался бы обратно в город и понаблюдал за этими сволочами с помощью видеорегистратора. У вас есть регистратор или камера?

– Найдется, – бросил полковник. – Значит, разведка?

– Верно, – отозвался капитан «Прыгуна». – Размеры, температура, энергопотребление, внешний вид, вес – пригодится что угодно.

– Сделаем, – отозвался Белов. – Я пошлю кого-нибудь из ребят сделать запись. Но это путь неблизкий, можем и не успеть к следующему сеансу.

– Постарайтесь, пожалуйста, – произнес Маршалл. – От этого будут зависеть дальнейшие планы. Мы не можем терять ни минуты. Пора сниматься с орбиты, эти сволочи вот-вот вернутся.

– А где они сейчас? – спросил Хэван.

– Гоняются за кораблем, что собирает спасательные капсулы военных. Морган отличный пилот, но надолго его не хватит.

– Значит, «Осень» уцелела? – обрадовался Тим. – Морган, вот молоток!

– Все, заканчиваю связь, – выдохнул капитан. – Пора уходить. Удачи вам, ребята. Связь через двенадцать часов, а сейчас – отбой.

– Отбой, – объявил полковник и щелкнул клавишей, отключая передачу.

В тесном коридоре машины повисла тишина. Десяток человек, затаив дыхание, смотрели на своего командира, что устало провел рукой по лицу и застыл. Потом Белов повернулся к ним и взглянул на Хэвана. Лэй был готов к этому и встретил взгляд полковника без удивления.

– Лэйван, – тихо сказал полковник. – Я не могу в такой ситуации приказывать, но…

– Я понимаю, – перебил его Хэван, чувствуя, как сердце колотится в груди. – Я готов.

– Ты уже был там, – словно оправдываясь, буркнул Белов. – А твой байк сейчас самое быстрое средство передвижения из тех, что у нас есть.

– Все нормально, Уильям, – сказал Лэй, стараясь не подать виду, что у него поджилки трясутся от страха. – Я знаю дорогу, я уже был в космопорте и видел этих тварей – и все еще жив. Все будет хорошо.

– Ладно, – отозвался Белов, поднимаясь на ноги. – Все по местам! Тим, возьми видеорегистратор из набора спасательной машины и проверь заряд. Рэй, позови ребят, чтобы вытащили из джипа байк.

– Мне надо что-то поесть, – сказал Хэван. – И еще мне нужно оружие – что-то поменьше плазматрона. У меня был арбалет, но ночью он куда-то делся, и я…

– Найдем, – сказал Белов, подходя ближе и заглядывая в глаза фальшивого агента федеральной полиции. – Ты уверен, что сам хочешь этого, Лэйван?

– Уверен, – отрезал Лэй. – Надо что-то делать, а не просто сидеть на жопе и ждать чуда.

Полковник хмыкнул и хлопнул Хэвана по плечу.

– Когда начинаешь собираться в дорогу, герой? – спросил он.

– Прямо сейчас, – серьезно ответил Лэйван и, развернувшись, пошел к выходу.


Планетарная система Авалон

Пятый сектор, газовый гигант Мерлин

Ремонтный корабль «Прыгун»

В этот раз Рэнди не стал заводить свой корабль в док авианосца, а опустил его на внешнюю палубу, к переходным шлюзам. «Прыгун», к счастью, не получил никаких повреждений и не нуждался даже в мелком ремонте. Джаред и Буч за время полета успели привести в порядок все внутренние системы и заменить все, что только поддавалось замене. Оставалось только восстановить обшивку, но эту задачу на ходу не решить, для подобного ремонта требовался заводской док, а до него было как до соседней системы. В принципе ничего страшного не произошло, бывший военный транспорт мог пережить еще пару мелких пробоин, как и все военные корабли.

Для разнообразия нынешний рейс выдался удачным. Рэндалу удалось выполнить задание и связаться с двумя группами беженцев, и при этом «Прыгун» не пострадал. Морган, капитан спасательного корабля «Осень», очень вовремя отвлек на себя внимание вражеских кораблей, и Маршаллу удалось проскользнуть незамеченным. Его, правда, немного тревожило то, что противник поднял на перехват всего три корабля-кляксы. Куда подевались остальные, осталось загадкой. «Осень» тоже вернулась на базу, удачно завершив свою миссию. Еще по дороге обратно Морган связался с Рэнди и рассказал, что ему удалось поймать больше двух сотен спасательных капсул с подбитых кораблей дагорианцев. Более того, «Осень» готовилась ко второму рейсу, и Морган пригласил Маршалла присоединиться к операции. Рэнди был только за, но у него был четкий приказ от Сандерса – по прибытии немедленно сдать все записи и лично доложить о ходе операции.

Именно поэтому, пристыковав «Прыгуна» на внешней палубе и подключив его к коммуникациям авианосца, Рэндал объявил команде отбой, а сам начал собираться в гости к новому командующему космофлотом Авалона. Сандерс уже ждал его, об этом Маршаллу сообщил диспетчер, которому поручили принять «Прыгуна» и обеспечить перекачку записанной во время рейса информации в цифровые банки авианосца.

Оставив экипаж отдыхать, Рэндал спустился к шлюзам и по стыковочному коридору вышел в коридоры авианосца. Скафандр на этот раз ему не понадобился, и он успел насладиться дорогой в нормальной атмосфере с нормальной гравитацией.

На летной палубе его встретил молодой энсин с новыми, только что полученными нашивками и, надуваясь от чувства собственной значимости, велел следовать за собой. Рэндал беспрекословно подчинился, хотя впервые в жизни испытал желание напомнить кому-то о том, что он лейтенант.

Энсин повел Маршалла за собой сквозь лабиринты коридоров авианосца. Длинные и темные, они напоминали железные трубы, а то и систему канализации. Везде было минимум освещения, воздух отдавал сыростью, и порой казалось, что в этих местах много лет не ступала нога человека. «Бесстрашный» был огромным кораблем, но все же сильно уступал в размерах «Гордости», бывшему флагману флота. Поэтому внутренних поездов здесь не было, и по дороге Рэндалу пришлось лишь воспользоваться парой скоростных лифтов.

Связаться с Сандерсом он не пытался, знал, что тот очень занят. Полковник взялся за дело еще до отбытия «Прыгуна», и колесики военной махины наконец закрутились. Бывшему специалисту по связям с общественностью удалось сделать то, что оказалось не под силу боевым офицерам – собрать полностью деморализованный разгромом флот и заразить их своей неуемной жаждой деятельности. Приказы Сандерс выдавал со сверхсветовой скоростью и требовал такого же быстрого их исполнения. Рэндал был даже рад, что получил свое задание одним из первых, поскольку остальным приходилось довольствоваться краткими описаниями в электронном виде. Похоже, Сандерс питал к «Прыгуну», на котором провел немного времени, теплые чувства. Или желал, чтобы так думали остальные.

На верхних палубах, где располагалось управление и командование, было светло и сухо. Коридоры приобрели вид более степенный и официальный – обычную ребристую сталь сменила краска, и даже кое-какие украшения на стенах. В виде разноцветных пятен, что, по мнению Рэндала, должны были обозначать различные эмблемы флотских подразделений.

По мере приближения к командной рубке, превращенной Сандерсом во временный штаб, изменилось и другое: теперь здесь стало намного больше людей. Пару раз Рэндалу пришлось уворачиваться от бегущих капитанов третьего ранга и даже от одного штабного майора в дагорианской форме. Все они были очень озабочены и имели такой вид, словно им в задний трюм только что вставили пылающий фитиль.

Один из коридоров привел энсина и Рэнди в большую комнату, до отказа забитую операторами, сидевшими за небольшими переносными пультами. Все они, десятка два, не меньше, о чем-то переговаривались, рядом с ними толпились офицеры, что, судя по всему, пытались разобраться в неразберихе приказов. Проигнорировав толпу, Энсин подвел Рэндала к большим раздвижным дверям в дальней стене. Они вели в рубку управления авианосцем, и Маршалл даже удивился – неужели Сандерс настолько глуп, что разместился на мостике, мешая своей возней экипажу корабля? Но энсин свернул левее, к неприметной двери, возле которой толпились флотские. Бестрепетно раздвинув капитанов, энсин прикосновением открыл маленькую дверь и почти втолкнул Рэндала внутрь.

Это оказался один из модулей связи, что поддерживал работу рубки. Здесь Сандерс и устроил штаб, решив на полную катушку использовать системы связи авианосца.

У крохотного раскладного стола, что разместили рядом с огромным пультом связи, стояли двое. Сандерс, сильно осунувшийся и с бледным лицом, что-то тихо выговаривал низкорослому капитану первого ранга, чье лицо выражало максимум недовольства. Держался он довольно вызывающе, и Рэнди рискнул предположить, что это сам капитан авианосца.

Увидев вошедшего Маршалла, Сандерс вздохнул с заметным облегчением и громко поблагодарил собеседника за полезную беседу. После чего без всякого перехода выгнал и капитана и энсина. Оставшись наедине с капитаном «Прыгуна», полковник, что так и не снял старый летный комбинезон, кивнул на раскладной стул. Рэнди не заставил себя долго ждать и постарался устроиться на решетчатом сиденье с максимальным удобством. Сандерс же опустился в кресло за огромным пультом связи, а на хрупкий столик водрузил переносной экран, который развернул к гостю.

– Хорошо, – сказал полковник, словно продолжая незаконченный разговор. – Я успел просмотреть первый отчет, который ты отправил сразу после выхода из прыжка. Обрисуй, только кратко, основные моменты, только самое важное.

– Неожиданностей не было, – отозвался Рэнди. – Но мне удалось связаться только с двумя группами. На юге маленькая команда работников порта прячется в песках. Их десять человек, у них два песчаных краулера с мощными передатчиками, возглавляет группу старший техник Шеннон. Говорит, что слышал в эфире голоса коллег, и подозревает, что в округе еще есть десяток подобных групп. Обещал связаться с остальными.

– А что с Артуром? Что там за полковник такой и что за история с разведкой?

– Полковник наземной службы в отставке Уильям Белов, – отрапортовал Маршалл, успевший расспросить Джареда. – В настоящее время возглавляет один из отрядов гражданской самообороны города. Судя по всему, после нападения не растерялся, быстро собрал свой отряд согласно служебной инструкции и взял на себя заботу о беженцах. Вывел за город больше сотни человек, по-прежнему собирает к себе уцелевших, думает, что сможет вывести из зоны боевых действий до полутысячи человек. Судя по разговору, у него есть и оружие и техника, и он собирается отправить разведчиков обратно в город, чтобы провести наблюдение за разрушенным космопортом, где окопались захватчики. Информацию обещал предоставить на следующем сеансе связи, то есть через десять часов.

– Отлично, – выдохнул Сандерс. – А что там за форт?

– Этого не знаю, – признался Рэнди. – Какое-то старое наземное укрепление времен первой волны колонизации. Все разговоры записывались, так что полная информация уже есть в банках «Бесстрашного». Мне удалось прощупать дальними радарами разрушенный космопорт, где, похоже, остается тот огромный шар. Эти данные тоже уже перекачиваются в систему авианосца.

– Коротко, ясно и по существу, – отозвался полковник. – Не то что эти косноязычные болваны. Рэндал, напомни, чтобы, когда все кончится, я взял тебя к себе в штаб. Повышу в чине, не сходя с места.

– Посмотрим, – буркнул Маршалл, никогда не мечтавший о карьере военного. – Значит, результатом моей вылазки ты доволен?

– Более чем, – отозвался Сандерс, – если бы все остальные так результативно работали, мы бы давно выбрались из этого гальюна.

– Тогда у меня есть просьба, – сказал Рэнди. – Морган на «Осени» собирается во второй рейс, искать уцелевшие спасательные капсулы. Если с разведкой покончено, то…

– Погоди, – перебил его Сандерс и нахмурился. – Знаешь, скоро новый сеанс связи с Камелотом. Кому-то придется выйти на орбиту планеты и, как и в этот раз, забрать данные.

– С этим справится любой корабль, на котором есть антенна, – отозвался Рэнди. – В этот раз я возил на орбиту спутник в трюме. Но теперь-то этого не нужно.

– У меня мало кораблей, – признался полковник. – И еще меньше толковых капитанов. Спасательными операциями занимается Морган, он уже даже подобрал себе еще один корабль из гражданских транспортников.

– Связью тоже может заняться кто-то из гражданских, – отозвался Рэнди. – Для этого не надо особых умений. А вот для того чтобы поймать в открытом пространстве дрейфующую спасательную капсулу, нужен опыт. У меня он есть, а у экипажей гражданских судов – нет.

Сандерс нахмурился, откинулся на спинку кресла, окинул Рэнди долгим взглядом, а потом уткнулся в экран, по которому бежали бесконечные таблицы цифр. Он явно о чем-то напряженно размышлял, и Маршаллу это очень не понравилось. Размышляющее начальство – это весьма опасное начальство.

– В чем дело, Даниэль? – напрямую спросил он. – Что за фигня? Почему меня, спасателя, нельзя привлечь к спасательной операции?

Полковник поднял взгляд, посмотрел на капитана «Прыгуна», и тот с большим удивлением заметил, что Сандерс чем-то смущен.

– Понимаешь, Рэндал, – тихо сказал он. – Мне сейчас очень нужны толковые капитаны, чьи корабли могут совершить дальний прыжок. Такой, чтобы за один раз примерно через пять систем. Это по зубам только военным кораблям. В принципе на это способен крейсер дагорианцев, этот авианосец, и пара фрегатов дагорианского флота. И еще твой «Прыгун».

– Так, – медленно произнес Маршалл, чувствуя, как по спине бегут мурашки. – Но крейсер тебе нужен для обороны, капитан авианосца не собирается рисковать своей громадиной, а фрегаты… Что там с фрегатами?

– Мелкие повреждения, – мрачно отозвался Сандерс. – Не критичные, но кто знает, что из этого получится во время дальнего прыжка.

– Понятно, – буркнул Рэнди. – И что это? Связь с федеральным флотом? Нет, он расположен ближе, наверное, уже на Дагоре. Значит, дальняя разведка?

– Вроде того, – сухо отозвался полковник.

– О черт, – выдохнул Рэндал. – Те данные с маяка! Те, что перед отлетом мы наконец слили в банки авианосца. Что ты там нашел, Даниэль?

– Может, вернемся к военной субординации? – осторожно предложил Сандерс. – Лейтенантам не положено допрашивать полковников.

– А полковникам не положено тыкать лейтенантам, – отрезал Рэнди. – Я вообще насильно призванный на службу. Вот брошу все и уйду к Моргану, заниматься настоящим делом. Например вытаскивать людей из пустого пространства, когда они уже потеряли последнюю надежду на спасение.

Сандерс пронзил собеседника суровым взглядом, но Маршалл встретил его без трепета – полковнику было далеко до тех взглядов, которыми спасателя награждало всевозможное начальство разных рангов, что требовало немедленного улаживания всех их ошибок, приведших к катастрофическим последствиям.

– Ладно, – буркнул наконец, Сандерс, отводя взгляд. – Есть одна идея. Я хотел все хорошенько обдумать, но, кажется, на это нет времени.

– Да, – подбодрил его Рэнди.

– Есть одна догадка, которую нужно проверить, – продолжил полковник. – Это связано с аварией на маяке.

– Я догадался, – сухо отозвался Рэнди. – Чьи координаты вы там откопали?

– Есть координаты, куда ушел в прыжок почтовый корабль, – отозвался Сандерс. – Те самые ошибочные, что забросили несчастных почтарей в тартарары. Скорее всего, их корабль просто не выдержал нагрузки дальнего прыжка, но координаты остались. Возможно, они все-таки прибыли в пункт назначения.

– Даже так? – буркнул Рэндал. – Прыгнули неизвестно куда, напоролись на неизвестную расу, что взяла обратные координаты с их почтовика и явилась к нам засвидетельствовать свое почтение с помощью военных кораблей?

– Можно сказать и так, – покладисто согласился полковник.

– Это же рулетка, – отозвался Рэндал. – Так не бывает.

– Бывали и более странные совпадения, – отозвался Сандерс. – Например, при открытии системы Яхта. Спор двух малолетних обормотов и ошибка в системе навигации привели ребенка на орбиту высокоразвитой цивилизации. Причем к центральной планете. Шанс – один из миллиарда.

– Ну и что? – тихо сказал Рэнди.

– Невероятное совпадение, – признал Сандерс. – Сколько звезд в нашей галактике, кажется четыреста миллиардов, по последней оценке? А планет у них? А других движущихся объектов? Именно поэтому мы и не прыгаем наугад, а высылаем разведывательные системы с обратной навигацией. Слепой прыжок равносилен смертному приговору.

– И что это значит?

– То, что невероятные совпадения все же бывают, – отозвался Сандерс. – Но не все из них обязаны быть счастливыми.

– Нет, – отрезал Рэндал, утирая рукавом внезапно вспотевший лоб. – Я о другом. Что значат эти координаты? Где это?

– А, – тихо отозвался полковник. – Это почти рядом. В зоне темного пятна, которое еще называется угольным мешком.

– Минуточку, – отозвался Рэнди. – Это же не просто пустое пространство, там просто скопления пыли, что закрывают от нас звезды этого сектора.

– В которую никто не хочет соваться, – признал Сандерс. – Но это не значит, что там совершенно ничего нет.

– Пять прыжков? – переспросил Рэнди, немного помолчав.

– За один раз, – отозвался Сандерс. – И никаких гарантий возвращения.

– Лихо, – признал Маршалл. – Не банально.

Сандерс с заметным раздражением поднялся на ноги, махнул рукой, едва не своротив экран со стола, и принялся расхаживать вдоль пульта.

– Это безумие, – признался он. – Но нам очень нужна информация. Если есть возможность установить, откуда пришел враг, то это необходимо установить. Эта информация критически важна.

– А федеральный флот? – напомнил Рэнди. – Почему бы не скинуть это на них?

– Мы не можем отправить к ним курьера, – сказал Сандерс. – Боимся, что координаты прыжка будут перехвачены. То есть мы сможем отправить курьера, но только перед самой операцией, иначе это не имеет смысла.

– А что, связи с федеральным флотом вообще нет?

– Есть, – отозвался Сандерс. – Недавно прибыл их автоматический курьер. Мы можем… Постой. Нет, лучше тебе не знать. Связь затруднена, и точка.

– Ладно, – пробормотал Рэндал. – Хорошо. А чьи это предположения? Ну, насчет координат вражеского логова? Кто сделал такой вывод из информации – аналитики флота?

– Нет, – признался полковник. – Это мои выводы. И они не впечатлили командиров моего штаба.

– Понятно, – сухо отозвался Рэндал и рывком поднялся на ноги, отпихнув в сторону раскладной стул. – Когда надо отправляться?

– Через пять часов, – тут же отозвался Сандерс. – Это максимум, что я могу дать тебе на отдых. Заправка уже идет, а в навигационный компьютер «Прыгуна» закладываются все известные карты темного пятна.

– Ты знал! – воскликнул пораженный Рэнди. – Ты заранее знал, что я соглашусь, сукин ты сын!

– Знал, – признался Сандерс. – Я же видел, как ты рисковал жизнью, вытаскивая ребят с разбитого корабля. Видел, как рисковал жизнью, пролетая над планетой. Ты спасаешь жизни, Рэндал, ты спасатель, а сейчас речь идет, возможно, о спасении всех людей в этой системе. Ты не мог отказаться.

– Я чертовски предсказуем, – раздраженно буркнул Маршалл, взъерошивая пропитанный потом чуб. – Именно поэтому мне не везет с девчонками.

– Иди отоспись, – посоветовал полковник. – И не беспокойся о ресурсах. Ты получишь все, что есть на «Бесстрашном».

– Ничуть не сомневаюсь, – отозвался Маршалл, – ведь я натравлю на твоих интендантов Джареда.

– Хоть самого сатану, – отозвался Сандерс, и его узкие губы искривила ухмылка. – Я еще свяжусь с тобой перед вылетом, Рэнди.

– И в этом я ничуть не сомневаюсь, – отозвался тот и, развернувшись, пошел к двери.

Едва он шагнул за порог, как его чуть не сбили с ног трое капитанов первого ранга, что устремились в открытую дверь, в надежде наконец добраться до командующего. Рэндал шагнул в сторону, ухватил за рукав энсина, что дожидался его, и велел вести обратно.

Весь обратный путь Маршалл размышлял над тем, как его угораздило ввязаться в эту авантюру. Он не любил риск. Предпочитал действовать наверняка. По-другому нельзя, когда спасаешь чьи-то жизни, ведь твое лихачество может погубить и тебя, и коллег, и людей, которым нужна помощь. Но почему-то так получалось, что он постоянно попадал в такие заварушки, когда риск превышал все мыслимые пределы. Его и в отряде спасателей считали рисковым парнем, хотя Рэндал никогда не соглашался с такой сомнительной, по его мнению, характеристикой. А теперь ему придется сделать то, что еще никто до него не делал. Практически слепой прыжок в темное пятно. Даже если сам прыжок пройдет удачно, что встретит его на той стороне? После такой дистанции генератору понадобится несколько часов, чтобы зарядить гипердрайв, так что удрать в случае опасности не получится. И, кстати, есть еще одно дело, которое следует уладить перед вылетом.

В рубку «Прыгуна» Рэнди вернулся в самом дурном расположении духа. Экипаж, уловивший настроение командира, собрался по его приказу в рубке, но вел себя непривычно тихо. Буч забился в угол и не отсвечивал, Сеймур меланхолично жевал очередную таблетку, и даже Джаред, вопреки обыкновению, не ухмылялся.

Рэнди развернул свое пилотное кресло так, чтобы видеть всех. Окинул экипаж долгим взглядом и наконец изрек:

– Буч и Сеймур. Собирайте вещи. У вас полчаса на сборы.

– Э! – удивленно воскликнул помощник капитана. – Это что еще за новости?

– А я, босс? – тихо спросил бортинженер.

– Джаред. – Рэнди умолк, окинув долговязую фигуру своего механика долгим взглядом.

Уже не молод. Но это не предел для нынешней медицины. Еще пять лет может вполне отлетать на этой должности. Высокий, тощий, на голове пушок из седых волос. Глубокие морщины на лбу, но взгляд уверенный, насмешливый, и руки не трясутся. Эти руки могут на ходу перебрать двигательную систему и собрать замену охладителю. Починить генераторы и поменять гравитационные решетки.

– Джаред по своему усмотрению, – произнес наконец Маршалл. – Можешь остаться или пойдешь со мной.

– Куда? – быстро спросил бортинженер, прежде чем Сеймур успел разразиться новым вопросом.

– Полагаю, что в ад, – отозвался Рэнди, пожав плечами.

– А подробнее? – спросил Сеймур. – Почему ты решил нас оставить?

– Потому что лишние жертвы не нужны, – отозвался Маршалл. – Я могу и в одиночку справиться с «Прыгуном». Не хочу брать на свою совесть и ваши души.

– Ну, это ни в какие ворота не лезет. – Сеймур нахмурился.

– Босс, я всегда с вами, без вопросов, – отозвался Джаред. – Но нельзя ли узнать хоть примерные координаты того ада? Просто чтобы прикинуть, что брать с собой в дорожку.

– Темное пятно, – буркнул Маршалл. – Координаты, взятые почти наугад. Идем по обратному следу этой гребаной толпы, что явилась к нам порезвиться.

– О! – выдохнул Джаред, и его глаза вспыхнули. – Вот это дельце по мне. Найти гнездо этих ублюдков и навести на них федеральный флот, что может быть лучше?

– Рэнди, это самоубийство, – бросил Сеймур, поднимаясь на ноги, – ты хоть представляешь, что тебя может ждать на том конце?

– Нет, не представляю, – беспечно отозвался Маршалл. – Как раз это мне и нужно будет узнать.

Сеймур, окинув капитана долгим взглядом, медленно вытащил из кармана белую капсулу и закинул в рот. Пожевав ее, тяжело вздохнул и медленно опустился на свое кресло.

– Ладно, – сказал он. – Когда вылет?

– Никогда, – отрезал Рэнди. – Забирай барахло, бери практиканта, и ступайте в доки. Сандерс найдет вам работенку.

– Ни за что, – с чувством выдохнул Сеймур. – Я не уйду с «Прыгуна» сам. Можешь попробовать выкинуть меня за борт, но предупреждаю, я буду сопротивляться.

Рэнди с удивлением оглянулся, смерив взглядом щуплую фигуру своего помощника.

– Это что? – осведомился он. – Кто у меня тут в слезах и соплях валялся на соседнем кресле? Сеймур, дело будет гораздо хуже, чем в прошлый раз, так что вали с корабля, пока есть шанс.

– И не подумаю, – отозвался тот. – Ты без меня опять влипнешь в какую-нибудь историю. Как в прошлый раз у короны Авалона. Тебя кто-то должен удерживать от безумных поступков. Ты слишком любишь рисковать.

Маршалл от неожиданности потерял дар речи и молча воззрился на своего помощника, прожигая его взглядом. Краем глаза он заметил, как Буч, сидевший в резервном ложе, поднял руку, как будто собирался отвечать урок.

– Да, – сказал Рэнди, не отводя взгляда от Сеймура, что разлегся на своем кресле и нагло ухмылялся в лицо капитану.

– Разрешите обратиться, капитан, – выдохнул паренек.

Рэндал повернулся к нему с дурным предчувствием. Парень был бледен до синевы и судорожно комкал рукава форменного комбеза.

– Ну, – буркнул капитан.

– Господин капитан, – начал парень ломающимся голосом. – Понимаете, у меня на Камелоте осталась мама. Отец, наверное, на Дагоре, но я не уверен. У меня нет никаких известий от семьи. И у других, наверное, тоже.

– И что из этого?

– Я хочу остаться, господин капитан, – отозвался парень, дрожа как осиновый лист. – Я хорошо выполняю свою работу, Джаред подтвердит. Пожалуйста, не выгоняйте меня. Я хочу помочь. Очень хочу найти гнездо этих гадов и…

– Вы все сумасшедшие, – простонал Маршалл. – Мешком стукнутые.

– Каков капитан, такой и экипаж, – многозначительно заметил Джаред, расплываясь в своей обычной ухмылке. – Босс, вам пора смириться – куда вы, туда и мы. Мы вас не бросим. И «Прыгуна». Ни за что на свете.

Маршалл окинул взглядом свою команду. Джаред уже довольно потирал руки, представляя, как запустит их в запасы авианосца. Сеймур с равнодушным видом разглядывал потолок рубки, показывая, что для него вопрос решен. А Буч сидел ровно, но вцепился в поручни ложа так, что его, в случае чего, придется выносить с «Прыгуна» вместе с этим самым креслом. Рэнди окончательно уверился в том, что эта команда самая сумасшедшая из всех, что встречались ему за время службы.

– Экипаж, внимание, – буркнул Маршалл. – Даю полчаса на улаживание личных дел. Потом занять места согласно штатному расписанию судна во время пребывания в порту. У кого не найдется дел – спать. Готовность к вылету – минус четыре часа.

Сеймур вызывающе рассмеялся, а Буч облегченно обмяк в кресле, выпустив наконец из рук стальные подлокотники. Джаред, прислонившийся к двери, оскалил зубы в злой ухмылке.

– Все вон из рубки, – зловещим шепотом произнес Рэндал. – Марш. Чтоб я вас четыре часа не видел и не слышал.

Резко развернув кресло, он закрыл глаза, слушая топот ног, – команда поспешила исполнить его приказ. Оставшись в одиночестве, Маршалл закинул руки за голову и откинулся на спинку пилотного кресла. У него самый сумасшедший экипаж. Психи, дети, истерички и старые пердуны, что ни в грош не ставят своего капитана и слишком много думают без приказа. Самая безумная команда в системе. И самая лучшая команда в этом обитаемом клочке космоса.


Планетарная система Авалон

Третий сектор, Камелот

Артур, деловой центр

Выехать из временного лагеря Лэю удалось лишь через час. Не то чтобы он долго собирался, вовсе нет, просто прибыла очередная толпа беженцев, и полковник без промедления занялся организацией нового каравана. На площадке становилось тесно, и Белов решил отправить часть людей вперед, к форту. Лэй, вытерпев лишь полчаса, за которые привел себя в порядок, насел на Тима и только благодаря ему собрался наконец в дорогу.

Вопреки его ожиданиям, байк без всяких проблем одолел грунтовую дорогу, в которой караваны беженцев накатали глубокие колеи. Лэю даже почти не пришлось снижать скорость, мощная машина благодаря широким шинам легко одолевала грязь, а система рессор сглаживала даже самые большие кочки. Хэван вихрем пронесся сквозь редкий лесок, что примыкал к окраинам города, и помчался по утрамбованной дороге, мимо бобовых полей и гидропонных ферм. Пейзаж не баловал красотами, да Лэй и не собирался глазеть по сторонам, все его внимание было сосредоточено на трассе, которую порой пересекали узкие дороги, ведущие к фермам, окружавшим город. Длинные ангары ферм были почти полностью автоматизированы, и Лэй сомневался, что кто-то из персонала остался на рабочих местах. Зато он не сомневался в том, что город, видневшийся на горизонте, еще не полностью опустел.

Именно поэтому Хэван и стремился выжать из мощного движка байка максимальную скорость на этой пустой дороге. Он сомневался, что ему удастся сохранить подобный темп в полуразрушенном городе. Но за дорогой все же следовало поглядывать. В этом Лэй убедился, когда на подъезде к жилым окраинам старого города наткнулся на еще один караван беженцев. Два грузовика и легкий городской кар как раз пытались выбраться на грунтовую дорогу, пролегавшую между двумя пустынными стоянками, когда Хэван чуть не налетел на них.

В принципе его спасло то, что вел колону очень плохой стрелок. Выстрелить он успел, но от неожиданности выпалил в воздух, и притормозивший Хэван, не желавший получить пулю в спину, успел обложить его кружевами шахтерского красноречия, усвоенного еще в детстве. И лишь потом объяснил, как найти лагерь полковника.

Расставшись с маленьким караваном, Лэй прибавил скорости и сбросил ее, только когда вдоль дороги потянулся ряд одноэтажных домиков, свидетельствующих о приближении окраин Старого Города. Дорога стала лучше, грунт сменился современным покрытием, но Хэван не спешил разгоняться. Хотя дома и выглядели покинутыми, он не исключал, что внутри может прятаться кто-то из местных. Из тех, что побоятся напасть на караван, но не погнушаются пристрелить одинокого путника.

Настороженно поглядывая по сторонам, Хэван двигался вперед, стараясь держаться края улицы. Так он добрался до самого Старого Города, где одноэтажные домишки сменились высокими домами, наспех сложенными из готовых плит. Миновав первый перекресток, до боли напоминавший тот, где ночью ему пришлось ловить такси, Лэйван свернул к домику с широкой витриной, закрытой ребристыми щитами. Там он остановился и проверил свое снаряжение.

Все было в порядке, все было на своих местах. Мешал только видеорегистратор – маленькая коробочка, что крепилась к плечу с помощью двух ремней. Беспроводной интерфейс связывал ее с коммуникатором Лэйвана, который уже намекал, что биобатарею пора зарядить. Штука была не слишком удобной, хотя благодаря обтекаемой форме выглядела лишь утолщением на руке. Хэван не хотел вешать ее на плечо, хотел взять с собой и активировать только на месте, но Белов, отвлекшись на пару минут от своих любимых беженцев, успел возразить, что у Лэя может не хватить времени натянуть ее на руку. Да и в случае съемки ему пришлось бы держать ее в руке, а это еще менее удобно. Лучше было закрепить ее заранее и больше про нее не думать.

Поразмыслив, Хэван так и поступил. Ему еще повезло, что это оказалась миниатюрная модель из запаса спасательной службы. Такой пользовались спасатели, записывая весь процесс операции, чтобы потом не возникало разночтений в оценке их действий. Сама штуковина, хоть и оказалась невелика, была напичкана всевозможными датчиками: она вела запись видео и звука, определяла расстояние до предметов и их размеры, была снабжена газоанализатором и счетчиком радиации. Кажется, у нее даже была возможность сканирования сквозь твердые предметы, но Лэй не успел с ней разобраться. Он просто нашел в меню своего коммуникатора новый пункт, что позволял управлять видеорегистратором, и включил все настройки. Саму камеру он пока не стал активировать, рассудив, что запасы ее энергии и свободного места следует экономить.

Убедившись, что самая главная часть его экипировки в полном порядке, Лэй занялся остальным. Энергии в байке было предостаточно. Комбинезон работал исправно, регулируя температуру тела, шлем и его визор тоже были в полном порядке. Оружие, на взгляд Хэвана, оставляло желать лучшего, но Лэй надеялся, что оно ему в этот раз не понадобится. Верный плазматрон он прихватил с собой, все равно в лагере больше никто не мог заставить его стрелять. А ему крупный калибр может пригодиться, если он вновь наткнется на летающего разведчика-врага – рейдера. Кроме этого Хэван подобрал себе еще кое-что. Для этого ему пришлось основательно перерыть запасы оружия полковника, но и после этого Лэй остался не слишком доволен результатом.

Выбор был не слишком велик. Белов, оказывается, не шутил, когда сказал, что беженцы разорили музей. И в самом деле, весь их арсенал состоял в основном из старья, стрелявшего с помощью химических реакций. Огнестрельное оружие – дешевое и потому все еще популярное на отсталых и развивающихся мирах – не устраивало Хэвана. Оно было тяжелым, неудобным, шумным и требовало таскать за собой ящик с боеприпасами. Пусть они и были безотходными капсулами, очень легкими, что сгорали без остатка, но сами пули весили немало. Это совсем не те штуки, которые хочется взять с собой на разведку – тяжелые и шумные. И все же Лэю пришлось довольствоваться тем, что он нашел.

Он выбрал автоматический пистолет полувековой давности, что когда-то стоял на вооружении армии яхтианцев. Длинный ствол обеспечивал приличную точность, под стволом располагался шнековый магазин с полусотней зарядов, что полностью сгорали, не оставляя после себя гильз. К тому же вещица была сделана из военной пластали и почти ничего не весила, по сравнению, конечно, с остальными монстрами. Сняв с нее лишние глупости вроде дополнительных прицелов и системы подсветки, Хэван получил легкое автоматическое оружие, что могло вести огонь и одиночными выстрелами, и очередями. Он прихватил с собой дополнительный магазин, чудом сохранившийся в коробке с оружием, но не удовлетворился этим – взял с собой маленький пулевой пистолет, явившийся сюда прямиком из исторических фильмов. Кроха была не больше ладони, несла в себе всего шесть зарядов, и Лэй припрятал ее на груди – на всякий случай. Конечно, он бы предпочел взять с собой лазерный пистоль федеральных военных, бесшумный и чертовски жгучий. Или пару ручных яхтианских игольников, выпускавших сотни пласталевых иголок. Но, увы. Чем богаты, тем и рады.

Проверив оружие и снаряжение, Хэван вызвал в коммуникаторе карту города, проложил примерный путь до космопорта, что находился на другой стороне Камелота, и, вздохнув, тронулся в путь.

Дорога оказалась не такой сложной, как он предполагал. Здесь, на окраинах города, разрушений было не очень много, а препятствия на дорогах состояли в основном из брошенных машин. Ночью, пытаясь найти путь для каравана беженцев, Хэвану приходилось порой закладывать большие крюки, блуждая по переулкам. Но теперь, когда он путешествовал один, можно было ехать напрямую, его байк легко обходил те препятствия, что оказались непроходимой преградой для каравана машин.

Не желая терять времени зря, Лэй прибавил скорость, и теперь несся вдоль домов по широким мостовым. На дорогу он выезжал, только когда надо было объехать какое-то препятствие. Он старался поглядывать по сторонам, опасаясь внезапного нападения, но получалось плохо – слишком уж была велика скорость. На нее Лэй и надеялся.

Больше всего его беспокоил шум двигателя. Это был, конечно, не рев турбин, а всего лишь басовитый рокот. Но в опустевшем городе, лишенном обычных звуков, он громом раскатывался между каменными стенами домов. Хэван не сомневался, если кто-то и остался в этих домах, именно звук двигателя предупредит его о приближении путешественника.

Вскоре краем глаза он заметил подозрительную вспышку в одном из окон высотного дома, слишком уж походившую на блик от прибора наблюдения. Не размышляя ни секунды, Хэван свернул в узкий переулок и объехал этот дом стороной. Пришлось поплутать по улицам, выбираясь обратно на главную улицу, но Лэй считал, что дело того стоило. Он знал, что город только выглядит безлюдным, и не хотел рисковать. Хэван сам видел обитателей Старого Города, и ничуть не сомневался в том, что значительная их часть осталась в Артуре, чтобы набить карманы брошенными вещами. Этих стервятников не могла испугать даже угроза инопланетного вторжения. Такие есть в любом городе, либо они слишком глупы, чтобы оценить угрозу, либо слишком самоуверенны, считая себя королями улиц.

Выяснять, кто именно остался в каменных лабиринтах, дураки или самовлюбленные болваны, Лэй не собирался. Он хотел просто выполнить свое задание и убраться подальше из города, пока и по его душу не явилась толпа железных пауков.

Когда он добрался до центра, то невольно поразился произошедшей перемене. Здесь здания пострадали больше, и при свете дня повреждения были намного заметнее. Часть высоток осыпалась. Над некоторыми поднимались клубы дыма, по пустым улицам ветер носил бумажные листки. Практически за одну ночь современный город превратился в заброшенное поселение. При взгляде на разбитые витрины и окна с выбитыми стеклами создавалось впечатление, что Артур оставлен людьми уже полгода, не меньше. Впечатление было жутковатое, и Лэй невольно поежился, стараясь укрыться от взглядов черных оконных проемов, зиявших пустотой. К запаху гари, висевшему над улицами, примешивался сладковатый запашок разлагающейся плоти, но пока он был еще не слишком заметен. Лэй старался не думать об этом.

После центра города ему пришлось сбавить скорость – все чаще приходилось искать обходные пути. Чем ближе он подъезжал к космопорту, тем больше разрушений встречалось на его пути. Собрав силу воли в кулак, он стороной объехал разрушенное здание полицейского участка, где нашла свое последнее пристанище Линда.

Линда. Казалось, это было год назад. Нет – сто лет назад, не меньше. За сутки жизнь Хэвана изменилась настолько, что он уже не мог припомнить свои былые мысли и чувства. Казалось, раньше он видел яркий и небывалый сон, который теперь постепенно забывался. Прошлая жизнь таяла на глазах, и Лэй уже с трудом припоминал, что он делал, например, в порту Дагоры, хотя это было всего несколько дней назад. Теперь у него почти не осталось старых желаний. Даже чувство мести притупилось, померкло, отошло на задний план. Хэван никак не мог разобраться в своих чувствах, ему одновременно хотелось и задать врагам трепку, и оказаться подальше от них. Выручало только то, что теперь у него была конкретная цель – разведка. Хэван очень надеялся на то, что его данные помогут федеральному военному флоту выжечь этих ублюдков. Он был дураком, когда думал, что может сделать это в одиночку. Нет, такой большой пушки у него с собой нет. Зато мощные орудия есть у федералов. Им нужно только помочь, направить их, чтобы огненный вихрь смел с лица планеты этих сволочей, что разрушили Камелот.

Стиснув зубы, Лэй прибавил скорости и помчался по улицам, заваленным кусками крошащегося дешевого бетона. Байк подпрыгивал на них, злобно рычал и порой пытался вырвать руль из рук Хэвана. Но тот не обращал на это внимания, он хотел поскорее добраться до своей цели и приступить к работе. Чем быстрее он это сделает, тем быстрее огненный вихрь настигнет этих ублюдков.

Вскоре Хэван начал узнавать окрестности. Именно здесь, по этому шоссе, он мчался к космопорту в прошлый раз. Вскоре вдоль дороги потянулись знакомые маленькие домики, что сейчас выглядели еще более пострадавшими. Казалось, что их настиг еще один удар, почти сровняв с землей. Быть может, они рассыпались сами, а быть может, старт той огромной штуковины не прошел для них даром.

Когда на горизонте показался космопорт, Хэван невольно затаил дыхание. Чудовищная громадина, что пряталась в клубах тумана, была на месте. И над ней так же висели огромные кляксы кораблей пришельцев. Вот только летное поле выглядело по-другому. Вместо гладкого пространства, заваленного обломками зданий, Хэван увидел огромное поле, изрытое странными ямами. Казалось, что огромный садовник прошелся граблями по летному полю, перепахав его вдоль и поперек.

Засмотревшись на это зрелище, Хэван едва не пропустил нужный дом – тот самый, в котором он прятался в прошлый раз. Сбросив скорость, он затормозил у самого входа. На этот раз проехать внутрь не удалось – в дверях застряла упавшая со второго этажа бетонная плита. Хэван завел байк за угол, прислонил его к стене и влез в разбитое окно. Быстро вскарабкавшись по разбитой лестнице на второй этаж, Лэй пригнулся и быстро прошелся между развалинами комнат. Добравшись до площадки, лишенной крыши, Хэван присел за обломком внешней стены и медленно, действуя точно по инструкции, активировал видеорегистратор. И только после этого осторожно выглянул из-за угла.

Огромная штуковина, прятавшаяся в клубах серого тумана, была неподвижна. Видеорегистратор тихо загудел, приступив к исполнению программы, и Хэван прислонился плечом к стене, устраиваясь поудобнее. Ему оставалось только ждать.


Планетарная система – неизвестна

Сектор – неизвестен

Ремонтный корабль «Прыгун»

Для разгона Маршалл выбрал место за десятым сектором, там, где кончалась планетарная система. Конечно, можно было стартовать от газового гиганта, но не было уверенности в том, что враг не засечет вспышку дальнего прыжка. Двигатели корабля должны были высвободить за один раз огромное количество энергии, и этот всплеск нельзя было перепутать с внутрисистемным прыжком. Враг, правда, не проявлял особого интереса к остаткам флота, что болтался в системе Авалона. Кляксы вполне могли выследить корабли людей, но почему-то не стали гоняться за ними. Возможно, они были заняты каким-то более важным делом, но это не означало, что они слепы и глухи. Поэтому Рэнди тихонько, по галактическим меркам, пробрался на окраины системы и лишь тогда начал разгон.

На этот раз весь экипаж собрался в рубке управления. Маршалл, как всегда, занимал центральное ложе, приняв на себя все управление. Сеймур, подозрительно равнодушный к происходящему, обосновался в своем кресле, дублируя работу капитана и следя за навигацией. Джаред занял третье ложе, контролируя работу двигателей и внутренних систем корабля. Буч устроился в своем дополнительном кресле, что специально для него установили в углу рубки еще в самом начале его практики. Буч отслеживал показатели систем жизнеобеспечения и энергетических схем.

Все были при деле, и в рубке царила непривычная тишина. Рэндал, привыкший к шуточкам Джареда и ворчанию вечно чем-то недовольного Сеймура, чувствовал себя немного неуверенно. Ему казалось, что он что-то забыл сделать, но никак не мог вспомнить, что именно. Мысленно перебирая все дела, Рэнди никак не мог понять, что его тревожит. Это раздражало. И даже выйдя на разгон и дав полную мощность на маршевые двигатели, он все еще продолжал сомневаться.

В принципе выполнить небольшой прыжок можно было с любой скоростью отличной от нуля. Но для дальнего прыжка следовало разогнаться как следует, и дело было не в скорости корабля, а в максимальном режиме работы двигателей. Рэнди решил не рисковать – для «Прыгуна» этот прыжок был на границе возможностей гипердвигателя, и капитан решил действовать строго по инструкции. Чем больше скорость, тем более точным будет прыжок. И лишь когда «Прыгун» вышел на полную мощность, Рэндал вдруг понял, что его тревожило. Он быстро, словно по наитию, вмешался в работу навигационного блока и чуть изменил координаты прыжка, выданные ему Сандерсом. На тысячную долю, не больше того. Это, конечно, не осталось незамеченным.

– Зачем? – спросил со своего места Сеймур, следивший за всеми операциями капитана, чтобы подстраховать его в случае ошибки.

– Выйдем чуть ближе, – отозвался Рэнди. – А на месте разберемся.

– Э, – откликнулся помощник. – Так не пойдет. Рэнди, прыжок – это не повод для импровизаций.

– Не нравится мне все это, – признался капитан. – Лучше перестраховаться.

– Ты же не знаешь, что на той стороне! – воскликнул Сеймур. – Это же получается слепой прыжок на пять единиц!

– Вот именно, – подтвердил Рэнди. – Мы не знаем, что там. Знаем только, что почтарь, ушедший по этим координатам, не вернулся.

– Они и не могли, – буркнул со своего места Джаред. – У них заправка только на станции. За один раз сожгли все, на обратную дорогу ничего не осталось. А может, и вовсе мощности не хватило, и они не добрались до этой точки.

– Может быть, – согласился Рэнди. – А может, и не быть. Все, не дергайте меня. Не уверены во мне, так надо было дома сидеть.

– Я в тебе уверен, – отозвался Сеймур. – А вот в координатах…

– Экипажу приготовиться к прыжку, – перебил его Рэнди, не желая продолжать дискуссию. – Держитесь за свои кресла. Старт минус тридцать секунд.

Целую половину минуты ему пришлось выслушивать ворчание Сеймура, но на этот раз Рэнди был ему только рад. Все вернулось на круги своя, а к капитану пришла обычная уверенность в своих силах. Сеймур ворчит, старина Джаред ухмыляется, «Прыгун» готов размазаться по галактике, а у Рэндала камень с души упал. Больше не осталось никаких дел, все было сделано вовремя, и противная заноза забытого дела бесследно исчезла. Активируя гипердрайв, Маршалл чувствовал себя уверенным в себе, как никогда.

Прыжок затянулся. Неуловимый миг перехода, когда окружающая реальность мерцала, словно распадаясь на атомы, на этот раз продлился несколько биений сердца. Рэнди даже успел подумать, что прыжок прошел неудачно, но вот испугаться не успел, – в тот же миг «Прыгун» вывалился в обычный мир.

Рэндал успел начать торможение еще до того, как взвыли радарные системы, предупреждая о большом скоплении объектов. Это было не так просто – остановить звездолет, идущий на полной мощности маршевых двигателей, но Маршалл, знавший «Прыгуна» как свои пять пальцев, управился с этим за считаные секунды, врубив реверс и тормозные. Если бы не антигравитационные решетки, экипаж бы размазало по стенам, но техника не подвела. За это время корабль, конечно, успел проделать немалый путь и даже успел миновать пару крупных астероидов – в основном благодаря реакции Сеймура, вовремя заметившего и оценившего опасность.

Лишь когда «Прыгун» замер на месте, насколько это было возможно, Рэнди расслабился и включил обзорные экраны. Одновременно с этим посыпались доклады команды: Сеймур сообщал о маршруте и препятствиях, Джаред рапортовал о разрядке генераторов гипердрайва и паре сгоревших решеток, Буч отбарабанил свое обычное заклинание о том, что на вверенном ему участке все в идеальном порядке.

Рэнди слушал их вполуха, он и так знал, что раз они все еще дышат, то прыжок прошел успешно. В настоящий момент его больше интересовало, куда это их занесло. Первый обзор сканеров выдал обнадеживающие результаты, во-первых, они прибыли точно в указанное место, во-вторых, здесь не было армады кораблей противника, готовых испепелить на месте незваного гостя. Теперь можно было чуть перевести дух и осмотреться.

Экипаж примолк – доложившись, теперь и все остальные всматривались в данные систем, пытаясь сориентироваться. Рэнди же подключил радары к системе оценки и вывел общую виртуальную модель на один из настенных экранов.

Открывшаяся карта удивила всех настолько, что даже молчаливый Буч что-то пробормотал в своем углу. Рэнди же, невольно присвистнувший, сделал масштаб проекции поменьше, чтобы увидеть всю картину целиком. Прежде всего его удивило отсутствие звезды. Он почему-то думал, что эти координаты приведут «Прыгуна» в неизвестную систему. Но звезд поблизости не было, больше того, до ближайшей системы отсюда было гораздо дальше, чем до Авалона. Это был открытый сегмент пространства, расположенный в межзвездной пустоте. И до отказа набитый летающими камнями всевозможных размеров.

Их здесь были тысячи, десятки тысяч. Радары даже затруднялись с определением их количества. Создавалось впечатление, что «Прыгун» попал в облако астероидов, чудом избежав столкновения с громадными камнями. Его спасло только то, что Рэнди изменил координаты, и «Прыгун» вышел из прыжка на самом краю этой мешанины. Если бы корабль следовал по маршруту почтового корабля, то очутился бы в самом центре поля камней.

– Это что же, – пробормотал наконец Сеймур. – Остатки планеты?

– Ну, если только трех, – отозвался Джаред. – А то и всех пяти.

Рэнди ничего не сказал, он продолжал уменьшать масштаб компьютерной модели, пытаясь найти границы этого облака. Теперь, после получения новых данных, оно начинало походить на планетарную систему, размером с половину Авалона. Вот только в центре располагалась не звезда, а огромная глыба, размером с газовый гигант. Вокруг нее и вращался весь этот каменный суп, медленно, по стабильным орбитам, не перемешиваясь и не сталкиваясь.

– Больше походит на остатки разрушенной системы, – сказал наконец Рэнди. – Надо осмотреться.

Запустив маршевые двигатели, Маршалл направил «Прыгуна» повыше плоскости орбит, туда, где было меньше камней, и двинулся в сторону ядра. Он не торопился, но медлить особо не стоило. Пора было выполнять задание.

– Джаред, – позвал Рэнди. – Запись идет?

– Все в ажуре, – отозвался бортинженер. – Каждый чих, каждая пылинка, все будет в наших банках. Датчики работают на полную, записывая даже то, чего мы сами не видим.

– Отлично, – пробормотал Рэнди, давая полную скорость. – А гипердрайв?

– В полном порядке, – отрапортовал Джаред. – Генераторы уже пожирают запас антиматерии. Часок-другой – и мы может двинуть в обратный путь.

– Не нравится мне все это, – буркнул Сеймур. – Как-то все тихо.

Рэнди был согласен с помощником, но ничего не ответил. Сейчас его больше занимало таинственное ядро этого облака, к которому приближался «Прыгун». Прятаться тут было не от кого, но Рэнди не покидало неприятное ощущение, что за ним следят. Датчики радиации и энергетической активности выдавали вполне адекватные показатели, характерные для скопления каменюк. И все же Маршалл осторожничал. Когда до ядра оставалось примерно половина астрономической единицы, капитан замедлил ход корабля и включил торможение. Теперь «Прыгун» медленно плыл рядом с огромными астероидами, а все датчики были направлены на огромный объект, что оставался темным и загадочным.

– Скоро будет первый приближенный анализ, – доложил Буч. – Гравитация и излучения.

– Следи за этим, – буркнул Рэнди, не отрываясь от экрана.

Чем больше он смотрел на это каменное крошево, тем меньше оно ему нравилось. Было что-то зловещее в этой картине разрушения, какое-то злое предсказание, намек на то, что ничто не вечно, даже космические объекты. Флота пришельцев не было видно, но Маршалл не сомневался, что в этих каменных лабиринтах может укрыться не одна флотилия кораблей-клякс.

Экран мигнул, и карта ожила, получив новые данные. Астероиды, что находились в зоне датчиков «Прыгуна», приобрели более четкую форму, рядом повисли таблицы с данными их курса, скорости и степени вращения. Картинка заполнилась тревожными сигналами, но вскоре они погасли. Все камни двигались четко и ровно, не было никаких намеков на столкновения.

– Рэнди, – позвал Джаред. – На центральной штуковине зафиксирован всплеск энергии. Поверхностный.

– Вижу, – отозвался капитан, медленно опуская руки на пульт управления.

– Еще один всплеск, – доложил бортинженер. – Уже внутренний. И на втором от нас астероиде тоже.

– Орбиты какие-то сумасшедшие, – поделился своими размышлениями Сеймур. – Слишком четкие.

В рубке воцарилась тишина. Экипаж «Прыгуна» не сводил глаз с экрана, на котором появлялись все новые детали, по мере того, как датчики и радары изучали систему. Слабые энергетические импульсы были зафиксированы сразу на шести объектах – тех, что были ближе всего к центру. Да и на этом загадочном объекте творилось что-то странное, казалось, энергетические вспышки пробегают по его поверхности, словно неуправляемые молнии.

– Пятый астероид, – воскликнул Сеймур. – Он сдвинулся. Рэнди, господи боже мой, это коррекция орбиты! Ты понимаешь, коррекция!

– Уходим, – бросил Рэнди, включая маневровые двигатели. – Осторожно уходим.

Рядом тяжело задышал Джаред, понявший наконец, в чем тут дело. Буч, все так же сидевший в своем кресле, с удивлением воззрился на бортинженера.

– Это не камни, малец, – тихо проговорил тот. – Совсем не камни.

Рэндал, чьи худшие подозрения оправдались, дал малую тягу, осторожно уводя «Прыгуна» обратно к краю поля. Ему не нужно было дополнительных исследований, хватило лишь одного взгляда на полноценное изображение ближайшего астероида. Камеры наконец сняли его с максимальным разрешением, и капитан «Прыгуна» увидел огромный бугристый шар, покрытый странными вмятинами. Он уже видел такой – на орбите Камелота, когда корабли-кляксы слепились в огромный ком.

Это каменное месиво было вовсе не остатками столкнувшихся планет или астероидов. Это и был флот пришельцев – огромный рой кораблей различного размера, впавших во временную спячку. Их здесь были тысячи. Пока еще неактивные, отключившие энергию ради ее экономии. Но сейчас, потревоженные внешним вторжением, они начинали пробуждаться.

– Пойдем к краю, – сказал Рэнди. – Осторожно, чтобы никого не разбудить. Пусть запишется как можно больше информации.

– Давай в прыжок, – выдохнул Сеймур. – Рэнди, надо убираться отсюда! Если эти твари очнутся…

– У нас до полной зарядки еще больше часа, – отозвался Джаред. – Не суетись. Тихонько уйдем, чтобы не поднимать шума, на малой мощности. Поболтаемся часок на окраинах, прячась от этой центральной штуковины, а потом прыгнем.

– Вот черт, – буркнул помощник капитана. – Опять эти движки…

Рэндал ничего не ответил. Он уже отключил на корабле все лишние системы, чтобы уменьшить расход энергии, и теперь медленно и осторожно вел «Прыгуна» между каменных глыб, которые оказались кораблями противника. Он не нервничал, не переживал. Права не имел. Оставался спокоен и невозмутим, просто выполняя свою работу. Но при этом ему отчаянно хотелось кричать.


Планетарная система Авалон

Третий сектор, планета Камелот

Артур, деловой центр

За время сидения в засаде Хэван узнал о себе много нового. Прежде всего, что он – человек действия и хорошего наблюдателя из него никогда не выйдет. Время тянулось мучительно долго, и Лэй не находил себе места. Ему хотелось действовать. Бегать, прыгать, бросаться с голыми руками на корабли пришельцев – что угодно, лишь бы не сидеть сиднем на одном месте. Его просто распирало от жажды действия. А вместо этого приходилось торчать за обломком стены, изображая из себя невозмутимого разведчика.

Регистратор он снял с руки и положил на камни еще несколько часов назад, когда понял, что затекли все мышцы. Получив некоторую свободу действий, Лэй вздохнул свободнее, но помогло это ненадолго. За время наблюдения он успел поесть, поспать, даже сходить облегчиться и перебрать заново все свои припасы, повытаскивав из карманов разные мелочи и рассовав их по новым местам. Это заняло его на какое-то время, но вскоре Хэван опять был готов взвыть с тоски.

Разведка оказалась не таким уж интересным занятием, как представлялось ему раньше. Видеорегистратор послушно записывал все, что происходило над летным полем, а происходило там до безобразия мало. Первые несколько часов Лэй не сводил глаз с огромного корабля пришельцев, прячущегося в клубах странного дыма. Он все ждал, когда начнет что-то происходить, но так ничего и не дождался. Над большим шаром неподвижно висели корабли-кляксы. И все. Ничего не происходило, даже не сновали туда-сюда рейдеры, как в прошлый раз.

Вскоре Лэй стал все реже поглядывать на летное поле, а потом ограничился тем, что время от времени проверял видеорегистратор через беспроводное подключение по своему личному коммуникатору. Машинка работала безотказно – тихо урча всасывала информацию обо всем, что попадало в поле действия ее датчиков, и постепенно заполняла внутреннюю память. Развлечения ради, Хэван подсчитал размеры и скорость записи. Выходило, что свободное место на регистраторе при таком режиме работы кончится примерно за четыре часа до сеанса связи с орбитой. В принципе Лэя это устраивало. Он прикинул, что за четыре часа вполне доберется до лагеря беженцев и найдет полковника. Так что он не дергался, решив, что раз уж взялся за дело, его надо довести до конца.

Ближе к вечеру Лэй снова задремал, а когда проснулся, решил проверить регистратор. Тот оказался в порядке. А вот на летном поле что-то изменилось.

Хэван даже выполз из своего укрытия, чтобы лучше видеть. Сначала он не мог понять, что поменялось на поле, – картина в целом оставалась прежней. Но с другой стороны, что-то поменялось, и Лэй никак не мог понять, что именно. Лишь когда он подключился к видеорегистратору и взглянул на объект наблюдения с помощью камер умной машины, то наконец увидел, что произошло.

Шар, окутанный туманом, уже не был шаром. Оказалось, что он коснулся нижним краем земли и прижался к ней, как будто собрался погрузиться в летное поле. Выглядело это жутковато: от места соприкосновения в разные стороны уходили странные бугры и канавы, которые видели только датчики регистратора. Выглядело это так, как будто корабль пришельцев опустился на землю и пустил корни. Теперь он выглядел шишкой, наростом, что пытался поудобнее устроиться на новой планете.

От этого зрелища у Хэвана захватило дух. А когда он увидел, что вокруг этой штуковины потихоньку изменяется земля, то даже сделал старый яхтианский знак, отгоняющий дурной глаз. Корабль пришельцев оказался окружен рыхлой землей, от плотной поверхности летного поля, что выдерживало многотонные конструкции, не осталось и следа. Создавалось впечатление, чудовищный шар вгрызался в землю и переваривал ее.

Лэйвану стало немного не по себе. Он прекрасно представлял, что такое пиратский налет на планету. В конце концов, Федерация Гуманоидов не такое уж идеальное место, на границах, особенно с негуманами, случаются различные инциденты. После которых, обычно, остаются дымящиеся развалины либо от атакованных колоний, либо от флота наглецов. Да и пиратов, что могут устроить налет на отдаленное поселение, просто чтобы пограбить, – хватает. Но чтобы вот так, прямо на глазах, космолет превращался в дерево… Или не дерево?

Управление видеорегистратором было довольно сложным, рассчитанным на специалиста, обученного различным тонкостям обхождения с подобными системами. Но Лэй с помощью коммуникатора сумел немного разобраться в нем, и начал переключать режимы, пытаясь рассмотреть загадочный объект. В принципе аппарат воспринимал его как неживой объект, предположительно неорганической природы, в котором протекали странные энергетические процессы. Всплески энергии появлялись и в «корнях», что потихоньку вытягивались все дальше. Но Лэя смущало то, что энергии было достаточно и на поле – оно казалось расчерчено энергетическими линиями. Потом Хэван сообразил, что это уцелевшие коммуникации космопорта, уложенные глубоко под землей. Чертова штуковина, похоже, присосалась к энерговодам высокой мощности, от которых питался весь порт. Они шли к удаленной станции переработки, что располагалась вдалеке от жилой зоны, и перемалывала пылинки антиматерии в мощные потоки энергии. Конечно, станция еще работала. Да что там, она еще сотню лет проработает на полной автоматике, пока не настанет пора сменить картриджи антиматерии. Неужели эти твари обосновались в порту именно из-за доступной энергии? Но в южном порту ее не меньше. Кстати, а что творится там, на юге? Быть может, и там зреет такая же уродливая почка, грозящая… чем?

Хэван облизнул враз пересохшие губы. Ему стало страшно, страшно по-настоящему. Налет – дело понятное. Убийства, грабеж, захват территорий или ценностей, все это еще можно понять. Но то, что творилось сейчас в порту, внушало Лэю настоящий ужас. В этом было что-то противоестественное, нечто такое, что не должно происходить в обитаемых мирах.

Затаив дыхание, Лэйван наблюдал за объектом, не в силах оторвать от него взгляд, пока не стало темнеть. Только тогда он очнулся и с сожалением бросил взгляд на индикатор записи регистратора. Машинка была почти полна. До сеанса связи оставалось четыре часа. Лэй думал, что ему хватит времени, чтобы добраться до полковника, и он решил еще немного понаблюдать за объектом, что продолжал расти на глазах.

За последние часы он изменился. Раздался вширь, набух и, кажется, даже лопнул. Хэван не был в этом уверен, поскольку бывший шар все еще был окутан клубами тумана. Но датчики регистратора утверждали, что объект постепенно превращался в кольцо, лежащее на земле. На экране регистратора оно походило на жерло вулкана, – огромная дыра в земле, окруженная высокими стенами, диаметром не меньше половины летного поля. Лэйван предполагал, что из дыры что-то должно было вырваться, и не находил себе места. С одной стороны, ему хотелось знать, что появится из этого провала. С другой стороны, он понимал, что в этот самый момент ему лучше оказаться подальше от того, что появится из дыры.

Именно в этот момент он сообразил, что полковник не будет ждать его на поляне. Скорее всего, они все уже ушли к форту, а значит, до точки встречи придется добираться дольше, чем он рассчитывал. Испытывая одновременно и облегчение и разочарование, Хэван осторожно выключил регистратор, проверил сохранность записи и надел машинку обратно на руку, чтобы она не мешала вести байк. Бросив последний взгляд на клубы дыма, Хэван выпрямился и начал пробираться обратно, к разрушенной лестнице.

Прежде чем нырнуть в темный провал, он оглянулся. Над летным полем клубился дым, затянув его почти полностью. Эта пелена уходила в небо, прямо к кораблям-кляксам, что неподвижно висели в воздухе, словно были не огромными космическими аппаратами, а детскими воздушными шариками. В тот же момент Лэй заметил какое-то движение на верхушке туманного облака, и прищурился, регулируя линзы. Те послушно увеличили изображение, и Хэван увидел десяток сверкающих точек, пронзающих дымовую завесу. Рейдеры. Те самые, что несли в себе пауков. Вот теперь точно настала пора убираться отсюда.

Без всяких угрызений совести Лэй кубарем скатился по лестнице, взял байк и вытолкал его на улицу. Не заводя двигатель, он перебрался на другую сторону улицы, все еще толкая байк перед собой. И лишь когда стены разрушенных домов скрыли его от летного поля, Хэван вскочил в седло и запустил мотор.

Байк послушно загудел и рванул с места, унося разведчика прочь от разрушенного космопорта. Теперь Хэван особо не скрывался, он спешил, зная, что везет очень ценный груз, который должен как можно скорее попасть к военным. Лучше всего сразу в федеральный флот. Эту проклятую штуковину надо было остановить, и как можно скорее. То, что происходило на летном поле, выглядело слишком зловеще даже по сравнению с последствиями орбитальной бомбардировки.

Лэй все прибавлял и прибавлял скорость, пока не превратился в черную молнию, скользившую по растрескавшемуся покрытию дороги. Он понимал, что в городе ему придется ехать медленней, и спешил наверстать время. Не то чтобы Лэй опаздывал, времени оставалось еще достаточно для того, чтобы пролететь насквозь город и углубиться в лес, но сейчас Хэвану хотелось сидеть не в седле байка, а за штурвалом скоростного планера. Дело слишком важное, чтобы просто пылить по дорогам, объезжая развалины домов. Но, увы, планеров и флаеров на этой отсталой планете не водилось. Конечно, где-то они есть, наверняка пара местных магнатов озаботились воздушными прогулками, но Хэван пока не видел ни одного. Оставалось лишь прибавлять скорость, надеясь на то, что от следующего камня на дороге тоже удастся увернуться.

Окраины порта Хэван пролетел за несколько минут, и вскоре уже мчался по улицам города, приближаясь к центру. Он знал, что есть путь короче, напрямик через узкие улочки, но он не хотел рисковать. Эту дорогу он знал, а среди каменных лабиринтов можно наткнуться на развалины, перекрывшие проезд. Искать обходные пути было некогда, поэтому Хэван решил придерживаться знакомой дороги.

Здесь ему действительно пришлось сбросить скорость. Но когда он въехал в центр, что пострадал от взрывов меньше окраин космопорта, Лэй снова нажал на газ. Опасность представляли в основном брошенные посреди дороги машины, но их было легко объехать по тротуарам. Байк вел себя прекрасно, одолевая большие насыпи и даже не замечая мелких кочек, и вскоре деловой центр города остался позади. Хэван вывернул на широкий проспект, уже знакомый ему, и вновь прибавил скорость. Теперь ему оставалось мчаться по прямой до самого Старого Города, а там уж до окраин рукой подать.

Взглянув на часы, Лэй хмыкнул – он одолел этот участок пути быстрее, чем рассчитывал. До сеанса связи больше двух часов, а он уже проехал почти половину дороги. Если все и дальше будет идти так гладко, то он еще успеет отдохнуть.

На следующем перекрестке Хэвану пришлось сбросить скорость – посреди дороги стояла разбитая машина полиции. Лэй вильнул вправо, пронесся по тротуару, чуть притормозил, переваливая через бордюр. Он успел заметить вспышку, но сделать ничего не смог – боль огненным цветком взорвалась в груди, и Лэй взлетел в воздух. Байк рванулся вперед, вылетел на дорогу, а Хэван хлопнулся на спину, закувыркался вслед за ним. Шлем слетел, Лэй раскинул руки, чтобы затормозить движение, и в тот же момент ударился головой.

Вспышка в глазах была такой яркой, что Хэван на секунду ослеп. Он попытался вздохнуть, но было больно, так больно, что перехватывало дух. Лэй раскрыл рот, пытаясь закричать, откуда-то сверху опустилось душное облако, и на смену свету пришла темнота.


Планетарная система – неизвестна

Сектор – неизвестен

Ремонтный корабль «Прыгун»

Корабль медленно скользил между каменных глыб, стараясь казаться таким же безжизненным, как и они. Большинство из этих астероидов были вовсе не камнями, и Рэнди, прекрасно об этом знавший, старался держаться ближе к настоящим осколкам камней. «Прыгун» медленно двигался к окраине опасного облака, и только синие искры маневровых двигателей выдавали его движение. Впрочем, Рэндал не питал пустых иллюзий, он знал, что при всем желании «Прыгун» не сойдет за астероид. Стоит очнувшимся врагам пристальней взглянуть на незнакомый объект, как поднимется тревога.

В рубке царила напряженная тишина. Джаред и Буч сосредоточенно просматривали схемы управления, пытаясь уменьшить энергопотребление корабля и отключить на время второстепенные системы. Дело у них спорилось, но замаскировать заряжающийся от генераторов гипердрайв было невозможно. Он выдаст «Прыгуна» в любом случае – на любом радаре он будет выглядеть как пылающий факел.

И все же Рэнди не спешил убегать. Он знал, что это бессмысленно. Гипердвигатель должен зарядиться полностью, чтобы выполнить дальний прыжок, иначе им не убраться отсюда. И если сейчас капитан врубит на полную маршевые двигатели и рванет прочь от облака на субсветовой скорости, то это не кончится ничем хорошим. Во-первых, их точно засекут враги, которые и так уже начинали потихоньку подавать признаки жизни. Во-вторых, тогда на зарядку гипердрайва уйдет еще больше времени. Нет, оставалось лишь медленно ползти к окраинам облака, чтобы затаиться там, около какого-нибудь настоящего астероида. В принципе можно было остаться и здесь, пристроиться к большому осколку и затаиться. Но Рэнди беспокоило то, что оставалось за спиной – огромное ядро вражеского флота. Это странное сооружение проявляло все больше активности: энергетические всплески на его поверхности случались все чаще, и они были все продолжительнее. Кроме него, еще пара самых больших объектов тоже начали подавать признаки жизни. И Маршалл не хотел оставаться рядом с ними.

Когда «Прыгун» почти выбрался на окраины, у Рэнди мелькнула предательская мысль – не прыгнуть ли сейчас? В принципе большой прыжок можно разбить на пару частей. Скажем, прыгнуть сейчас туда, куда хватит энергии, а уже там подождать полной зарядки гипердрайва. Да. Такое можно было сделать, в теории. А на практике выходило, что Рэнди не знал никакой точки выхода, что была бы к нему ближе, чем родная система. Получалось, короткий прыжок нужно было выполнять наугад, вслепую, рискуя очутиться в центре какой-нибудь планеты или в центре метеоритного облака. Нет, слепой прыжок – почти стопроцентная смерть. Рэнди решил, что будет тянуть до последнего. Да, он выполнит этот чертов прыжок, но только в том случае, если им будет грозить смерть с вероятностью процентов двести. Не меньше.

– Тут мало энергии, – тихо сказал Сеймур, что все еще контролировал приборы записи. – Самые большие всплески только от кораблей врага. Даже удивительно.

– Похоже, это их и подвело, – отозвался Джаред. – Ребята застряли в пустой дыре, видимо, когда шли своим ходом между звезд. Не решались сделать прыжок. А потом израсходовали все и легли в дрейф.

– Вряд ли все так просто, – отозвался Рэндал. – Наверняка они знали заранее о подобной опасности. Могли бы уж разведать путь, как поступаем мы.

– Похоже, они высылали разведчиков, да только они не вернулись, – буркнул Сеймур. – Вообще, судя по данным, они тут болтаются не меньше тысячи лет. За это время можно было зарядиться хотя бы от солнечных батарей.

– Да какие тут звезды, кругом пустота, – отозвался бортинженер. – Ты видел эту штуковину? Представляешь, сколько ей нужно энергии? И потом, мы же не знаем, что они собой представляют, может, им нужно намного больше, чем нам.

– Может быть, – произнес Рэндал. – Наверное, у них огромный расход. Сейчас они похожи на голодных животных, впавших в зимнюю спячку.

– Или в анабиоз, – подхватил Сеймур. – Как космонавты старой земли, в эпоху безпрыжковых перелетов.

– Глупости все это, – отозвался Джаред. – Не было никакого анабиоза, это только в старых глупых фильмах показывают.

– Кончайте базар, – бросил Рэнди. – Сеймур, что там на датчиках? Запись должна продолжаться, что бы ни случилось.

– Все записывается, – отрапортовал помощник. – Сканируем все, мимо чего пролетаем, каждую чертову пылинку. Идет такой объем данных, что я просто не успеваю следить за тем, что именно валится в банки данных. Но автоматика в порядке, запись будет идеальной.

– Джаред, сколько там до полного заряда движка?

– Около часа, босс, – отозвался бортинженер. – Еще немного поколдуем, может, выгадаем минут десять.

– Следите за активностью, – посоветовал Рэнди. – Мне некогда оглядываться. Если за нами кто-то увяжется, тут же докладывайте.

– Да уж доложим, не волнуйся, – буркнул Сеймур. – Заорем так, что будешь уши затыкать.

Маршалл вновь вернулся к управлению. В этот раз ему было сложнее сосредоточиться. Хотелось привычно войти в виртуальный симулятор, слиться с кораблем в одно целое, чтобы чувствовать каждое движение. Но Рэнди не мог себе этого позволить – система виртуального моделирования управления все еще вела себя немного странно. Удар не прошел для нее бесследно. Хоть ее и удалось запустить, и в целом она работала, но Рэнди отметил некоторое запаздывание команд. С этим вполне можно было летать на внутренних линиях, но в данную минуту капитан не мог себе позволить использовать подозрительно ведущие себя программы. Только не сейчас, когда «Прыгун» скользит меж каменных глыб, приближаясь к самому краю каменного облака. Здесь было больше мелких камней, вполне натуральных, от которых сложно было увести даже такой маневренный корабль, как «Прыгун». Мелкими они, конечно, были лишь по сравнению с огромным ядром облака, а на самом деле все они были больше авалонского корабля. Но чем ближе к краю подбирался корабль, тем мельче становились камни, и вскоре Рэндалу пришлось включить дополнительную защиту корпуса.

– У них достаточно энергии, чтобы делать прыжки, – медленно произнес Сеймур, продолжая оборванный разговор. – Ведь к нам они долетели.

– Видимо, подняли все запасы для прыжка, – отозвался бортинженер. – Похоже, к нам добрались самые мелкие и самые легкие.

– Почему же основной флот остался тут?

– Разведчики, – подал голос молчавший до того Буч. – Разведывают плацдарм.

– Да уж разведали достаточно, – бросил Сеймур. – Как они вообще нас нашли?

– Они получили координаты, – медленно произнес Рэндал. – Вероятно, от почтовика. Потому и рискнули – все способные на прыжок корабли отправились в нашу систему. А эти огромные штуковины, что, вероятно, жрут прорву энергии, остались здесь. Но на что они рассчитывают?

– Может быть, кляксы запасут энергию и вернутся к своим? – вслух предположил Буч.

– Замучаются, – буркнул в ответ бортинженер. – Энергия не виски, ее в ящиках не потаскаешь. Но что-то они затевают, и мне не нравится это.

– Если в Авалоне появится весь этот флот… – медленно произнес Сеймур и замолчал.

– Тогда нам крышка, – спокойно сказал Джаред, просто констатируя факт. – А может, и всей Федерации.

– Ну, Федерация вряд ли пострадает, – отозвался Сеймур. – Если соберут весь флот, то потеряют пару систем, но потом размажут этих ребят. Аннигиляционные заряды, которые держит под контролем флот Федерации, даже кляксам не переварить. Эти штуки могут планеты уничтожать. Но будет мясорубка. Пару обитаемых систем разнесет в пыль.

– Этого нельзя допустить, – тихо произнес Рэнди. – Надо сообщить об этом флоте войскам.

– А если это не весь их флот? – пробормотал Джаред. – Что, если…

– Тогда бы Авалон уже кишел бы их кораблями, – отозвался Сеймур. – Ясно, что они искали координаты. Нам просто не повезло.

– Нам не повезло вдвойне, – глухо произнес бортинженер. – Авалон – окраина Федерации. Они просто бросят нас на съедение этим тварям. И навсегда забудут путь к нашей системе.

– Вряд ли, – сказал Рэнди. – Авалон окраина, да, но от него всего один системный прыжок до Дагоры. И три до Вулкана, а это уже центр сектора. Федерация не потерпит плацдарм врага в Авалоне, это слишком близко к границам обитаемых миров. Им не дадут закрепиться.

– Хотелось бы в это верить, – мрачно произнес Сеймур. – Капитан, там в центре облака какое-то шевеление.

– Какое? – Рэнди обернулся. – Что там?

– Пока не разобрать, мы далеко ушли, – отозвался помощник. – Но, кажется, от центрального объекта отделились крохотные части. Возможно, это малые корабли, намного меньше клякс.

– Патруль? – вслух предположил Джаред. – Если у них нет энергии на прыжки, то уж между своими объектами они, наверное, как-то перемещаются.

– Наверное, экономят, – бросил Сеймур. – Вообще, кому нужна такая прорва энергии? Они ее едят, что ли?

– Вычислители, – вмешался в разговор Буч. – Они едят.

– А парень, быть может, и прав, – задумчиво произнес Джаред. – Если это искусственный разум, существование которого давно предсказывали наши яйцеголовые, то они в прямом смысле едят энергию. И ее им надо намного больше, чем нашим приборам. И если все что мы видим это громадные вычислительные системы, то потребление на существование и тем более движение…

– Тихо, – бросил Рэнди, всматриваясь в экран. – Сеймур, дай полный скан объекта на восемь часов. Видишь?

– Да, что-то странное, – отозвался помощник. – Сейчас пройдусь дальним радаром.

Сеймур вывел на общий экран моделирование данных, и таблица цифр тут же преобразилась в картинку. Буч сдавленно охнул, а Джаред процедил сквозь зубы одно из своих самых забористых ругательств.

Рэндал лишь сглотнул пересохшим горлом и увеличил изображение. Ошибки быть не могло – там, на самом краю облака, висел в пустоте пузатый корабль почтовой службы. Тот самый пропавший почтовик, похожий на цистерну, что ушел в слепой прыжок. И он не просто висел в пустоте, он уткнулся носом в астероид, что был в два раза больше корабля. Врезался?

– Не нравится мне это, – пробормотал Сеймур. – Выглядит странно.

Маршалл был полностью с ним согласен. Увеличив разрешение картинки, он теперь прекрасно видел, что почтовик не просто столкнулся с подозрительным астероидом. Нет, он воткнулся в него носом, словно астероид был мягким, как сыр. Под серой поверхностью почти целиком скрылась кабина, и можно было сказать, что корабль на треть ушел внутрь этой штуковины. И в том, что она не была астероидом, Рэнди был готов поклясться на уставе летной службы.

– Есть хоть какая-то активность? – хрипло спросил он у помощника.

– На астероиде нет, – отозвался Сеймур. – Конечно, это не астероид, но он не подает никаких признаков жизни. Чем бы ни была эта штуковина, она давно мертва. Или разряжена.

– А на почтаре?

Сеймур сосредоточенно засопел, отдавая команды датчикам корабля. Когда пришел ответ, он немного помедлил, но потом все же вывел данные на экран.

– Похоже, работает система жизнеобеспечения, – глухо сказал он. – А системы двигателей в полной отключке.

– Не повезло ребятам, – выдохнул Джаред. – Это ж надо, один шанс на миллион…

– Какой там миллион, – сказал Сеймур, – такого, наверное, за всю историю Федерации не случалось.

– Проверь аварийку, – попросил Рэнди, – я немного сброшу ход, а ты проверь.

– Да какая аварийка, – отмахнулся Сеймур, – там внутри сейчас каша, наверное.

– Проверь, – сказ


Содержание:
 0  Пожиратели Звезд : Роман Афанасьев  1  Часть I Предприниматель : Роман Афанасьев
 2  Часть II Беженцы : Роман Афанасьев  3  вы читаете: Часть III Пожиратели Звезд : Роман Афанасьев
 4  Эпилог : Роман Афанасьев    



 




sitemap