Фантастика : Космическая фантастика : Лакки Старр и большое солнце Меркурия : Айзек Азимов

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15

вы читаете книгу

Дэвид Старр еще в детстве лишился родителей, ставших жертвами космических пиратов. Он уцелел и получил лучшее образование в Галактике, став стройным красавцем-спортсменом со стальными мышцами и аналитическим умом первоклассного ученого. К тому же Дэвид стал самым молодым членом Совета Науки, организации, обладающей неограниченными полномочиями. Но при всех своих выдающихся качествах Дэвид Старр, прозванный Счастливчиком, одержим жаждой приключений, несколько склонен к авантюризму и к тому же обладает недюжинным чувством юмора. А это значит, что Айзек Азимов приготовил нам встречу не со скучным среднестатистическим суперменом, а с настоящим фантастическим героем, следить за историей которого одно удовольствие!

1. ДУХИ СОЛНЦА

Лакки Старр со своим маленьким другом Джоном Бигменом Джонсом, а также молодой инженер, шедший впереди, поднимались к воздушному шлюзу, служившему выходом на поверхность Меркурия.

Да-а… Скучать не приходится, подумал Лакки.

Он прилетел на Меркурий всего лишь час назад и нигде, кроме ангара, побывать не успел. Бумажные формальности и осмотр его «Метеора», произведенный местными техниками, – вот, собственно, и все пока впечатления. Да, еще этот Майндс, Скотт Майндс, инженер, ответственный за Световой Проект. Он явно поджидал Лакки и сразу предложил прогуляться по поверхности Меркурия – «в целях ознакомления с достопримечательностями», как было добавлено.

Лакки, конечно же, умилился такому объяснению. Он внимательно рассматривал лицо инженера, маленький, будто срезанный, подбородок, нервно дергающийся рот и глаза, тревожно бегающие, глаза, которые неизменно ускользали от прямого взгляда. Во всем этом присутствовала несомненная тревога, обеспокоенность, во всяком случае.

Ну что ж, достопримечательности так достопримечательности… Может быть, прогулка с этим Майндсом прояснит хоть что-то в здешних проблемах, так озаботивших Совет Науки…

Что до Бигмена Джонса, то он готов был следовать за Лакки куда, когда и для чего угодно. Правда, едва они начали облачаться в скафандры, брови его удивленно взметнулись: скафандр Майндса был украшен кобурой, из которой торчал приклад крупнокалиберного бластера. Лакки, перехватив вопросительный взгляд, кивком успокоил друга.

Когда инженер, а вслед за ним Лакки и замыкающий шествие Бигмен очутились на поверхности, то в этой внезапной, почти кромешной тьме они, на какое-то время потеряв друг друга из виду, видели только яркие звезды, равнодушно глядящие сквозь ледяной вакуум.

Первым ожил Бигмен. Здешняя гравитация почти не отличалась от родной марсианской. И чернота ночей с такими же немигающими звездами вдалеке – была для него привычной.

– О! Да я, кажется, кое-что начинаю различать! – бодрым дискантом известил он своих спутников.

Лакки, который тоже успел освоиться в темноте, думал тем временем о странном свете – не свете даже, а легкой дымке, мерцающей над как попало раскиданными бледно-молочными скалами. Нечто подобное ему приходилось видеть на Луне, с ее двухнедельной ночью. Тот же безысходно-унылый пейзаж, те же голые и невообразимо холодные скалы, не знающие ни ветра, ни инея, та же молочность. Но Луна-то освещается Землей, чье сияние в 16 раз ярче полнолунного света, – того самого, на который так славно воется собакам. Здесь же попросту нет ни одной близкой планеты…

– Этот свет – звездный? – Лакки начисто отметал такую возможность, но все же спросил.

– Нет, сэр. Обычное свечение короны Солнца. – В голосе чувствовалась усталость человека, вынужденного без конца разъяснять очевидное.

– Ах да! – Лакки усмехнулся и хлопнул себя по лбу. – Ну разумеется, корона! Как же я сразу не догадался!

– Не догадался? – переспросил Бигмен, не очень-то понимающий, о чем идет речь. – Продолжайте же, Майндс!

– А вы бы лучше обернулись. И посмотрели на то, что у вас за спиной.

Оглянувшись, Лакки тихо присвистнул, а Бигмен и вовсе вскрикнул. Только бывалый Майндс стоял тихо.

Изломанная линия горизонта казалась процарапанной по краю жемчужного неба. Каждая деталь рельефа отчетливо видна. А на высоте примерно одной трети расстояния до зенита небо мягко светилось огромными изогнутыми лентами.

– Вот так, мистер Джонс, выглядит корона, – сказал Майндс.

Даже глубочайшее изумление, которое овладело Бигменом, не смогло подавить сложного комплекса чувств, связанных с представлениями о приличиях.

– Зовите меня, пожалуйста, Бигменом! – сердито бросил он и лишь затем воскликнул: – Солнечная корона, да? Ого! Ничего себе! Не предполагал я, что эта штука окажется такой здоровенной!

– Миллион миль в диаметре, даже чуть больше. И учтите, что мы в данный момент находимся на Меркурии, ближайшей к Солнцу планете, всего в 30 миллионах миль от светила. Вы, кажется, с Марса, если не ошибаюсь?

– Да, я родился и вырос там, – последовал полный и гордый ответ.

– Так вот, если бы вы сейчас посмотрели на Солнце, оно оказалось бы в 36 раз больше и ярче, чем то, которое освещало ваше детство. Настолько же, естественно, ярче и крупнее выглядит отсюда корона.

Лакки кивнул и подумал о том, что применительно к Земле 36 меняется на 9, а корону оттуда увидишь только при полном затмении…

Ну что ж, Майндс, кажется, не обманул их. Обещанные достопримечательности существовали на самом деле, и еще какие… Лакки мысленно заполнил корону спрятавшимся за горизонтом Солнцем, и от этого воображаемого зрелища перехватило дыхание.

Майндс между тем продолжал говорить:

– Они называют этот свет Белым Духом Солнца!

– Белый Дух? – удивился Лакки. – Звучит неплохо! Даже, я бы сказал, красиво!

– Красиво?! – взвился вдруг Майндс. – Не сказал бы! На этой планете только и знают, что болтать о духах! Веселенькое местечко, нечего сказать! Все наперекосяк! И шахты рушатся, и… – Туг его голос, не выдержав возмущения, прервался.

С чего это мы так раскипятились? – подумал Лакки, после чего вслух спросил:

– Майндс, мы могли бы узреть сей феномен? Я имею в виду Белого Духа.

– Да, конечно, тут неподалеку… Особенно, если принять во внимание меркурианскую гравитацию. Кстати, советую вам глядеть под ноги. Тропинок тут нет, а свет короны весьма коварен. Так что давайте-ка лучше включим фонари. – Майндс нажал кнопку, и луч, брызнувший из шлема, осветил желто-черную мешанину грунта.

Зажглись еще два фонаря, и неуклюжие фигуры двинулись вперед. Толстые подошвы ботинок не производили ни малейшего шума, и только вибрация воздуха в скафандрах отмечала шаги.

Майндса продолжала душить все та же злость.

– Ненавижу! – хрипел он сквозь зубы. – Ненавижу Меркурий! Я торчу здесь шесть месяцев – целых два меркурианских года! – и мне все осточертело! Кто мог подумать, что за шесть месяцев не будет сделано ни-че-го! Ровным счетом. Ну просто все не так на этой планете! Она самая маленькая. Она ближе всех к Солнцу. Она обращена к нему только одной стороной. Там, – он указал рукой на сияние, – всегда жарко, там такое пекло, что плавится свинец и кипит сера! А в той стороне, – снова взмах рукой, уже в противоположном направлении, – единственная во всей Системе планетная поверхность, которую Солнце не освещает никогда и не греет, разумеется. Замечательно, что там говорить!

Он умолк, чтобы наверняка перепрыгнуть шестифутовой ширины трещину, след древнего катаклизма, который никак не мог затянуться без ветра и смены погоды. Прыжок получился неловким – типичный прыжок беспомощного землянина, на минуту оторванного от искусственной гравитации, имитирующей земную.

Бигмен не преминул презрительно цокнуть языком, прежде чем, как и Лакки, вместо суетливого прыжка, просто широко шагнуть.

Они продвинулись еще на четверть мили, пока Майндс, внезапно остановившись, не сообщил:

– Это можно увидеть отсюда и именно сейчас.

Он резко выбросил обе руки вперед, что помогло ему избежать падения на спину. Лакки с Бигменом после нескольких коротких подскоков, гасящих инерцию, остановились как вкопанные.

Майндс выключил фонарь и пальцем указал вперед, на небольшое белое пятнышко, которое было намного ярче всего солнечного света, посылаемого на Землю.

– Мы на вершине Черно-Белой горы, – продолжил инженер. – Наилучшее место для наблюдений.

– Черно-Белая – это название? – уточнил Бигмен.

– Да. Причем весьма точное. Как видите, терминатор делит ее на две почти равные части. Употребленный мною термин применяется для обозначения границы между светом и тенью.

– Знаем! – Бигмен вспылил, минуя, как всегда, промежуточные стадии. – Грамотные!

– Так вот… Их два, этих пятна. Еще одно, точно такое же, можно видеть над южным полюсом. У экватора граница света и тени то поднимается, то опускается на 700 миль, меняя направление движения каждые 44 дня. Здешняя полумиля в сравнении с этим – сущий пустяк. Вот почему обсерватория размещена у северного полюса, а не где-то в другом месте… Однако вернемся к нашей горе. Нетрудно заметить, что сейчас освещена только верхняя ее часть. Позже, когда Солнце опустится еще ниже, тень затопит всю гору.

– Остается уже только вершина, – отметил Лакки.

– Да, пара футов, которые вот-вот погрузятся в темноту. А через двое земных суток свет возвратится вновь.

Пока Майндс живописал картины природы, белое пятно сжалось до точки, пылавшей яркой звездой. Все трое замерли в ожидании.

– А теперь ненадолго отвернитесь, – велел Майндс. – Пусть глаза привыкнут к темноте.

Прошло несколько томительных минут, и Лакки с Бигменом услышали: «Достаточно. Теперь посмотрите».

Выполнив и эту команду, они поначалу ничего перед собой не обнаружили. Но через мгновенье возникло нечто кроваво-красное. Оно вскоре оформилось в довольно уродливую, скомканную гору, увенчанную кривулькой-пиком. Краснота стала густеть, густеть – и наконец была побеждена совершенным мраком.

– Что это?! – тихо прошептал Бигмен.

– Солнце всего лишь, – успокоил его Майндс. – Оно опустилось достаточно глубоко, и теперь над горизонтом – лишь корона с мощными, в тысячу миль и выше, столбами протуберанцев. Их ярко-красный свет обычно заглушается светом самого светила.

Лакки кивнул. С Земли с ее атмосферой, подумал он, протуберанцы увидишь только при полном солнечном затмении, да еще вдобавок при помощи разного рода хитроумных приборов.

– Они называют это Красным Духом Солнца… – к Майндсу вернулась его подавленность.

– Ох уж эти духи! – внезапно оживился Лакки. – Что Белый, что Красный! Вероятно, они-то и вынудили вас таскать с собою бластер? А, мистер Майндс?

– Что?! – Крик инженера был явно не из ласкающих слух. – О чем это вы, сэр? – добавил он крайне раздражительно.

– Да о том, знаете ли, что самое время выложить, для чего вам понадобилось вести нас сюда. Ведь не ради местных красот? А заодно объясните нам, с какой стати вы так нешуточно вооружились…

Майндс ответил не сразу – некоторое время собирался с мыслями.

– Вы ведь Дэвид Старр, не так ли? – прозвучал наконец вопрос.

– Да, – сдержанно отозвался Лакки.

– Вы входите в состав Совета Науки, и это именно вас, как человека необыкновенно везучего, прозвали Лакки?

– Угу. – Как и все члены Совета, Лакки избегал ненужных упоминаний о своем титуле, и поэтому слова Майндса пришлись ему не по душе.

– Понятно, понятно… – В голосе инженера появились нотки удовлетворенности. – Значит, я не ошибся и разговариваю со следователем – асом, который намерен заняться Световым Проектом, вернее, тем, что с ним происходит.

Осведомленность инженера отнюдь не привела Лакки в восторг. Его даже задело то, с какой легкостью его разоблачает первый встречный. Не мешало бы, подумал он, слегка осадить этого Майндса…

– Чем я тут займусь, не должно вас интересовать, сэр. Лучше ответьте на мой вопрос о целях нашей прогулки.

– Я привел вас сюда, чтобы сказать правду, прежде чем другие наврут вам с три короба! – на одном дыхании выпалил Майндс.

– Наврут? О чем?

– О неудачах, которые неотступно преследуют Световой Проект!

– Но ведь можно было рассказать мне обо всем там, внутри Купола! Зачем понадобилось идти сюда?

– Тому есть веские причины. – Дыхание Майндса становилось все более неровным. – Во-первых, они во всем винят меня, считая, что Проект мне, видите ли, не по зубам и деньги налогоплательщиков я направляю прямо коту под хвост. Разве можно было позволить этим мерзавцам сбить вас с толку? Вот и пришлось…

– Но почему они решили, что виноваты вы, Майндс?

– Потому, видите ли, что я слишком молод.

– Сколько вам лет?

– Двадцать два года.

Лакки, который был лишь немногим старше, удивленно хмыкнул.

– Ну, а какова другая причина?

– Мне хотелось, чтобы вы почувствовали Меркурий и прониклись тем, как… – тут Майндс внезапно смолк.

Лакки, высокий и стройный, стоял на неприветливой поверхности Меркурия и, отражая металлом скафандра молочный свет короны, – ждал.

– Ну, хорошо, – заговорил он наконец. – Допустим, я верю, что вы не виноваты в неудачах с Проектом. А кто – виноват?

В ответ – лишь неясное бормотанье, сквозь которое можно было различить – «не знаю» и «во всяком случае».

– Не могли бы вы изъясняться более традиционно? – вежливо поинтересовался Лакки.

– Поверьте мне! – В голосе Майндса слышалось неподдельное отчаянье. – Я все тщательнейшим образом расследовал! Я думал над этим даже во сне! Следил за всеми! Анализировал и сопоставлял! Фиксировал время, когда происходили аварии, рвался кабель или уничтожались записи! И теперь я не сомневаюсь, что никто под Куполом не замешан в этом! Нас там 52 человека. По крайней мере, в шести последних случаях, когда что-то выходило из строя, я мог бы поручиться за каждого. Никого не было вблизи тех несчастных мест!

– Но ведь у аварий должна быть причина! – размышлял Лакки вслух. – Может быть, внутрипланетные толчки? Или воздействие Солнца?

– Духи! – исступленно выкрикнул инженер и резко вскинул руки. – Кроме двух, уже знакомых вам видов, существуют и двуногие духи! Я видел их, но разве кто-то поверит мне? Должен вам сказать, что… скажу вам откровенно… – И речь его стала совершенно бессвязной.

– «Духи»! – Бигмен сочувственно покачал головой. – Не показаться ли вам психиатру?

– И эти мне не верят! – Майндс расхохотался трагически-оперным манером. – Ничего. Заставим поверить. С духами, а заодно и со всеми идиотами будет покончено. Я уничтожу всех! Поголовно!

Вновь последовал зловещий смех, и Майндс с необыкновенным проворством выхватил из кобуры бластер (Бигмен даже моргнуть не успел, не то что помешать инженеру) и, прицелившись прямо в Лакки, нажал на спуск. Пучок энергии бесшумно и невидимо вырвался из ствола.


Содержание:
 0  вы читаете: Лакки Старр и большое солнце Меркурия : Айзек Азимов  1  2. СУМАСШЕДШИЙ ИЛИ НЕТ? : Айзек Азимов
 2  3. СМЕРТЬ ПОДЖИДАЕТ В КОМНАТЕ : Айзек Азимов  3  4. ЗА БАНКЕТНЫМ СТОЛОМ : Айзек Азимов
 4  5. ИСТОЧНИК ОПАСНОСТИ : Айзек Азимов  5  6. ПРИГОТОВЛЕНИЯ : Айзек Азимов
 6  7. В ШАХТАХ МЕРКУРИЯ : Айзек Азимов  7  8. ВРАГ : Айзек Азимов
 8  9. ТЬМА И СВЕТ : Айзек Азимов  9  10. СОЛНЕЧНАЯ СТОРОНА : Айзек Азимов
 10  11. ДИВЕРСАНТ : Айзек Азимов  11  12. ПЕРЕД ДУЭЛЬЮ : Айзек Азимов
 12  13. ПОСЛЕДСТВИЯ : Айзек Азимов  13  14. ПРЕЛЮДИЯ К СУДУ : Айзек Азимов
 14  15. СУД : Айзек Азимов  15  16. РЕЗУЛЬТАТЫ : Айзек Азимов
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap