Фантастика : Космическая фантастика : Глава 4 ПРЕДЛОЖЕНИЕ : Любовь Безбах

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17

вы читаете книгу




Глава 4 ПРЕДЛОЖЕНИЕ


Сима валялась на диване и пела под гитару неплохо поставленным контральто. Арина рисовала ее портрет в блокноте. Сима выходила из-под карандаша совсем не похожей, художница недовольно хмурила лоб и пристально разглядывала подругу. Та между куплетами показывала ей язык. Кажется, здесь не хватает маленькой черточки. Лицо на портрете нисколько не изменилось, но теперь с листа блокнота смотрела именно Сима, с ее подвижными губами и с лукавинкой в глазах. Арина улыбнулась рисунку.

Пришел Анджело Сайенс. Вместо букета он принес упакованную в пластик одежду. Сима смутившилась, отбросила гитару и села.

ѓ- Светская жизнь процветает, — засмеялся Анджело. — Арина, мне кажется, ты немного ошиблась институтами. Серафима, сегодня вечером я собираюсь показать тебе Лондон 2412 года.

— А это, — продолжил Доктор и накрыл колени Симы большими плоскими пакетами. — Всякие женские штучки-дрючки. Это тебе, Серафима. Новейшие модели. Сегодня вечером я хочу видеть тебя в вечернем платье.

Сима придержала рукой обновы.

— Я буду осматривать город в вечернем платье? — удивилась она.

— Ты будешь любоваться вечерним Лондоном, не выходя из флаера. Затем мы вместе поужинаем.

— А если я захочу вдохнуть лондонский воздух?

— Это можно сделать и в машине. Сегодня в двадцать ноль-ноль ты выйдешь из ворот Лаборатории с эскортом из двух андроидов-охранников. Я буду ждать тебя внизу.

— Но я не хочу ехать без Арины!

— Арине не на что смотреть в Лондоне, кроме как на новые товары в бутиках, она уже достаточно насмотрелась на город.

Арина согласно кивнула головой, хотя имела совсем другое мнение.

— Вопрос решен, — подвел итог Анджело. — До вечера!

Дверь за ним закрылась.

— Он ведет себя, как мальчишка! — удивленно воскликнула Арина.

— Это не мешает ему принимать решения, не учитывая мнения окружающих, — заметила Сима. Она выбралась из кучи нарядов, схватила первый попавшийся и подбежала к зеркалу.

— А тебе не будет скучно одной? — спросила она, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале.

— Нет, я жду гостей. Помнишь, тот очкастый парень с пятого этажа? М-м… А я ведь даже не запомнила, кем он там работает.

— Он же с тобой одного роста!

— Какая мне разница, чьи байки слушать сегодня вечером? Выпровожу, когда надоест.

Они встали рядом около зеркала и рассмеялись: Арина возвышалась над Симой на целую голову.

— Он даже не спросил моего согласия, он уже все решил, — продолжала беззлобно ворчать Сима. Арина безошибочно выхватила из кучи нарядов темное фиолетовое вечернее платье и подала подруге. Платье оказалось длинное, точно по фигуре, соблазнительно приоткрывающее замечательную грудь Серафимы. Спина осталась обнаженной. Сквозь скользкую, переливающуюся ткань временами просвечивало молодое тело. Сима то улыбалась, то хмурилась.

— Возьми с собой это, — Арина подала то ли пиджак, то ли кофту. — Это конжур. Он подойдет к платью и защитит от холода.

— Моя спина, — неуверенно пробормотала Серафима, крутясь около зеркала.

— Вообще-то последний писк моды — обнаженный живот. Так что забудь про спину. Примерь вот эти туфли. Ты — блестящая светская дама, и сейчас мы пойдем в цирюльню.

— В цирюльню?

— Делать укладку, маникюр и прочее.

— Ох, — выдохнула Сима. — Тебе бы это больше подошло. Впрочем, ты и так всегда изумительна. Ты знаешь, Доктор хорошо ко мне относится. Все время называет любимой пациенткой. Какая же я пациентка, если я ничем не болею?

Арина рассмеялась:

— Открою тебе маленький секрет: наряды Анджело выбирал тебе сам.

— Тогда мне интересно: как он сумел подобрать их точно по моей фигуре?

— На это есть компьютер, — поспешила разочаровать ее Арина. — Компьютерные данные используются при выборе одежды и обуви в магазинах.


Серафима в сопровождении двух андроидов прошествовала к фиолетовому с отливом автомобилю. 'Нет, флаеру', - поправила себя девушка с недовольством. Анджело сразу вышел из машины и сам откатил для Симы дверцу. Серафима, придерживаясь за руку Доктора, села. 'Целый дом на колесах, и внутри уютно', - оценила она, стараясь не проявлять чрезмерного любопытства. Впервые в жизни она угодила в роскошь, и ей было не по себе. Флаер, тем не менее, ей не очень понравился. Внешний вид его не ассоциировался ни с автомобилями, ни с самолетами, к которым Сима привыкла в 21-м веке.

— Не надо это, — сказал Анджело, снимая с Симы конжур.

Пилот обернулся, и Сима увидела знакомые лошадиные зубы.

— Сат? — удивилась она.

— Серафима? — в тон откликнулся тот. — Доктор, у вас отличный вкус, я в этом никогда не сомневался. Только осторожнее — ее легко вывести из себя даже одним словом!

— Откуда ты так хорошо знаешь русский? — огрызнулась Сима.

— Благодаря ловким пальчикам нашего гения, — весело откликнулся Сат.

Машина тем временем тронулась. Вместо руля рука Сата сжимала джойстик.

— Лучше прикуси язык и смотри на дорогу! — приказал Анджело Сайенс.

— А как я буду слушать ваши наставления? — Сат так и сидел, обернувшись к ним, вслепую вырулив из огромных ворот, отделяющих Лабораторию от Лондона. У Серафимы от испуга перехватило дыхание. Ей показалось, что они непременно впишутся в рекламный щит на повороте. Лицо Сата выражало веселье, но Симу смущал его серьезный немигающий взгляд, направленный прямо на нее. Сат не хуже Анджело Сайенса видел ее выразительные глаза с поволокой, соблазнительную грудь и гладкую кожу.

— Я отправлю тебя на Зертилию. Совсем разболтался, — резко сказал Анджело Сайенс. Глухая перегородка бесшумно отделила пилотажную рубку от салона. Флаер неторопливо поднялся на небольшую высоту, и Сима забыла и о Докторе, и о Сате.


Она была чужой в этом мире. Тем не менее, она восхищалась красотой архитектуры, стройностью линий, обилием зелени и чистотой воздуха Лондона 2412 года. Анджело Сайенс не позволил ей выходить из флаера, но объяснил, что пешеходные дорожки мягко пружинят под ногами. Проезжая часть не была слишком перегружена транспортом, так же, как не были переполнены воздушные линии на всех высотных уровнях.

— Как они не сталкиваются друг с другом в час пик?

— Каждый флаер перед взлетом автоматом связывается с сетью диспетчерских, которые, собственно, и ведут его по воздуху. Высота зависит от дальности полета и загруженности линий.

— Везде так?

— Да, везде. Сеть диспетчерских есть в каждом городе и контролирует весь городской транспорт. Для междугороднего транспорта существует своя сеть, которая достаточно независима от городской, но связана с ней.

— А если автоматика дает сбой?

— Что ты, Серафима, какой сбой? Есть контроль и взаимозаменяемость элементов сети. С самого начала развития сети сбоев ни разу не было, поверь!

В десять вечера Сат припарковал флаер к отелю невероятных размеров, три нижних этажа которого занимал ресторан.

— Мы не пойдем в большой зал, — сказал Анджело Серафиме. — Внизу, под первым этажом, есть уютное местечко, куда я тебя и приглашаю на сегодняшний ужин.

Они вышли из флаера, и Анджело с достоинством провел спутницу мимо швейцара, который с достоинством поклонился. Место, куда Анджело пригласил Серафиму, действительно манило уютом. Небольшой теплый богатый зал, оркестр наигрывает негромкую музыку. Минимум столиков и гостей. Величественные сеньоры в обществе античных женщин. Все знали Анджело Сайенса, и Доктор здоровался с ними поименно, представляя Серафиму по имени. Они не проявляли к ней видимого интереса, но этот интерес — жгучий и липкий — она ощущала своей обнаженной спиной, лопатками и кончиками ушей. Анджело любезно усадил Симу в миниатюрное кресло и уселся сам, недостигаемый для всей, как скала в море. Сима приосанилась.

— Расслабься, — посоветовал Анджело. — Здесь ты у себя.

— Это твой ресторан?

— Нет, я никогда не ужинаю в своих ресторанах.

Сима приняла небрежное замечание к сведению. Анджело с заботой посмотрел на нее.

— Тебя что-то беспокоит?

— Знаешь, мистер Сайенс, этот Сат…

— Не стоит из-за него портить вечер. Скоро он отправится на Зертилию. Там он с блеском применит свои возможности. Здесь я использую его как пилота, шофера и охранника, а это все равно, что компьютером забивать гвозди. Пусть работает на Зертилии, раз не хочет спокойно жить на Земле.

— В смысле, спокойно умереть? Ему ведь осталось недолго?

— Да, он очень старый.

— Ты называешь старостью четырнадцать лет?

— Это старость для андроида.

— Но почему?

— Андроид, как и человек, после появления на свет начинает активно познавать окружающий мир. Разумеется, у него с самого начала есть какие-то желания, но приобретать конкретные очертания они начинают только со временем. Постепенно он сознает свои чувства и желания. Андроид гораздо более совершенен, чем человек, и физически, и умственно, я об этом забочусь. В то же время за несколько лет он не успевает понять, что можно делать, а что нельзя. Например, у него появится желание, осуществить которое ему помешают люди. Или помешает конкретный человек. Андроиду можно вбить в голову, что людей убивать нельзя, моя команда постоянно этим занимается, а вдруг желание возьмет верх? К сожалению, андроид не всегда успевает постичь чувство жалости, мы то и дело сталкиваемся с таким явлением. Досадно даже. Такое часто встречается даже среди людей, жизнь которых гораздо длиннее, чем у андроида.

— Его можно запрограммировать, чтобы он был безопасен для человека.

— Мои андроиды — не роботы, милая девочка.

— С твоих слов выходит, что у андроида только отрицательные желания и чувства.

— А ты обрати внимание на детское общество. Оно безжалостно. Жестокость — основа выживания организма, именно она берет верх в экстремальных ситуациях. Гуманизм необходимо воспитывать, он возможен только в цивилизованном, устоявшемся обществе без катаклизмов, а жестокость существует изначально. А что бы было, если бы дети обладали такой физической силой, как андроид, его интеллектом? В конце концов, ребенка можно приструнить силой.

— Что ты имеешь в виду под жестокостью? Равнодушие к окружающим?

— В какой-то мере и это.

Сима обреченно вздохнула.

— Сделай жизнь андроида длиннее, — посоветовала она. — Тогда он все успеет понять.

— Успеет. Но до этого он может многое успеть сделать. Это опасно.

— И поэтому они умирают, можно сказать, в подростковом возрасте.

— Серафима, сдается мне, что ты смотришь на андроида, как на человека. Эта твоя притча во языцех, Сат, на самом деле всего лишь набор генов. Я понимаю тебя, он очень похож на человека, но это только потому, что он достаточно пообтерся в общении с людьми.

— В таком случае, мы тоже набор генов.

— Мы — творение Природы. А андроиды — мое творение, то есть творение человека. Я вовсе не претендую на роль Господа. То, что создал человек, несоизмеримо с созданиями Божьими.

Серафима не ожидала услышать от Доктора подобного, хотела ответить, но Анджело с улыбкой остановил ее:

— Серафима, ты великолепная женщина, но в этот вечер ты говоришь о смерти.

— Я говорю о жизни, Анджело.

— О чем бы ты мне ни говорила, я проявляю по отношению к андроидам гуманность, сокращая их жизнь до минимума. Чувства нас губят, Серафима. Чувства в основном — это страдания. За одну человеческую жизнь страданий накапливается неизмеримо много, а андроид за свою короткую жизнь едва ли успевает их познать.

— Почему же чувства — это только страдания? Неужели, кроме страданий, других чувств не существует?

— Существует. Но за мгновения наслаждения мы обязательно расплачиваемся. Андроид — только одна из ступеней к сверхчеловеку — сильному физически интеллектуалу, обладающему непоколебимым здоровьем и не страдающему из-за мелочей. Мечта каждого человека — стать именно таким. Моя задача — воплотить мечту в жизнь.

— Я не хочу становиться такой.

— Лукавишь, — снисходительно улыбнулся Анджело.

Серафима ничего не ответила. Она задумчиво смотрела сквозь бокал. В темно-бордовом вине нежно горела розовая звездочка. Сима тосковала. Ей до смерти хотелось домой, на Сахалин.

— Что же со мной произошло на самом деле? — задумчиво спросила она.

— Ты пережила автокатастрофу.

— Откуда ты знаешь?

— Из твоих слов, солнышко, — ласково ответил Анджело Сайенс.

— Но я не помню автокатастрофу. Я смутно помню только, что произошло что-то страшное. Помню так, будто мне об этом кто-то сказал.

— Автокатастрофа.

— Да, автокатастрофа. А что потом?

— Потом… летаргический сон.

— Но разве можно проспать 400 лет?

— Я тоже думал, что нельзя. Все это время ты находилась под наблюдением медиков. А я вернул тебя к жизни. Ты ведь хорошо себя чувствуешь, не так ли?

— Даже лучше, чем раньше, — призналась Серафима и вновь замолчала.

Доктор тоже молчал, смотрел на нее, любимую пациентку. На женщину.

— Тебя не пугает, что миром в будущем будут править люди, похожие на андроидов? Или андроиды, похожие на людей?

— Никто не знает, что ждет нас в будущем. А сейчас миром правят такие, как я.

Сима расстроилась окончательно.

— Чтобы править миром, надо, наверное, знать все обо всех, — сказала она.

Анджело негромко засмеялся:

— Человеку это не под силу, да и ни к чему. Я знаю одно существо в глубинах Вселенной. Оно знает все о Земле и о каждом ее обитателе, и наверняка знает все о Вселенной. Существо называет себя Тайкох. По нашим меркам оно громадно. Человечество подозревает о его существовании, но оно ничем не доказано, хотя я контактирую с ним довольно давно и даже не пытаюсь это скрыть.

— Почему же человечество не может вступить с ним в контакт?

Анджело Сайенс вздохнул и покачал головой.

— Слишком разные уровни и интересы. Даже два разных человека иной раз не могут найти контакт между собой, а тут — инопланетный разум. Мы с Тайкохом друг друга мало понимаем.

— Нам могли бы пригодиться его знания.

— Сам Тайкох так не считает, иначе контакт давно бы состоялся. Тебе очень интересно, что происходит в двадцать пятом веке, но меня сейчас интересует другая вещь. Я предлагаю тебе руку и сердце.

Он сказал это будничным тоном, как продолжение разговора, Сима даже решила, что ослышалась. Анджело смотрел на нее и ждал ответа.

— Я не понимаю, — проговорила она, защищаясь.

— Ты нужна мне, Серафима Андреевна. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я хочу, чтобы ты была рядом, когда мне хорошо или плохо. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, и чтобы все это видели. Я хочу заботиться о тебе. Всегда. Я просто тебя хочу. Я долго тебя ждал. Долго, очень долго.

Сима, удивленная и расстроенная, пыталась угадать, о чем он сейчас думает и что чувствует. И, главное, зачем ему это надо. Она не подозревала, насколько важен для него был ее ответ. Он сидел и ждал с остановившимся дыханием. Первая волна любви накрыла Анджело Сайенса много лет назад, когда он еще носил другое имя, и его еще никто не знал. Любовь стала для него полной неожиданностью, сначала радостной, но затем она обернулась тяжелым бременем, потому что осталась без ответа. Да еще соперник постоянно маячил перед глазами… Анджело Сайенс, ослепший от страсти, наделал много глупых, непростительных ошибок, самой непоправимой из них было то, что Анджело Сайенс сделал с соперником… Та же самая женщина сидела сейчас напротив него (можно протянуть руку и дотронуться, настолько она казалась досягаемой), та же самая, и такая же молоденькая и наивная, как и тогда, много-много лет назад. Анджело Сайенс стал много старше и мудрее, и он больше не собирался делать ошибки. И выпускать своё из рук он тоже не собирался.

Сима этого не знала.

— Мне надо подумать, — обреченно сказала она. — Я не могу решать серьезные вопросы так быстро…

Она не знала, что можно сказать еще.

— Хорошо. Даю тебе неделю на размышление, — внешне невозмутимо ответил Анджело Сайенс, протянул руку и… нет, рано еще… Он забрал ее руку в свою и нежно поцеловал маленькую ладонь.


Арина проснулась от того, что ее тормошили прохладные руки Серафимы.

— Ты похожа на фиолетовую звездочку, — шепнула она Симе в полумраке.

Сима зажгла свет. Арина сонно жмурилась и как-то виновато улыбалась подруге. Но, увидев выражение ее лица, Арина улыбаться перестала.

— Что случилось? — спросила она.

Сима обвела комнату напряженной рукой:

— Это твоя комната, да?

— Да, а что?

— Заблуждаешься. Это его комната. Здесь все его. А моего в этом мире ничего нет, — сказала Сима в тоске.

— Сима, что случилось? — повторила Арина с растущей тревогой.

— Черт возьми, он хочет на мне жениться.

Арина с облегчением перевела дух и рассмеялась.

— Ну, ты меня и напугала! Почему тебя это расстроило? Выходи за него замуж, будешь королевой генетики.

— Я? Генетики?! — перед глазами Симы всплыло лицо Сата. — Час от часу не легче. Мне одно непонятно: зачем ему это надо?!

— Он просто в тебя влюблен. Ты ничего не видишь вокруг себя. Ты не замечаешь того, что видит вся Лаборатория. А я-то еще сомневалась, мол, мало ли что мне мерещится, просто она необычная пациентка, еще и хорошенькая, а он-то в тебя действительно влюблен! Наш король! С ума сойти!!!

Арина расхаживала по смятой постели и потирала руки от удовольствия. Серафима ее восторга не разделяла.

— Какая-то чушь. Анджело Сайенс, и вдруг влюблен, — злилась она на подругу.

— Он такой же человек, как и все мы. Не хочешь за него замуж — будь просто королевой, — и, поколебавшись, добавила:

— Королевы у него уже были, не сомневайся. Все остались довольны, да.

— Он уже все решил. А у меня от его решения просто клаустрофобия какая-то. Ну, просто выхода нет! Арина, я его боюсь. Есть в нем что-то такое… темное… У меня один выход — бежать отсюда.

— Фантазерка, — сказала Арина, пристраивая подушку удобнее.

— Я вылезу в окно. На третьем этаже.

— Окна не открываются, Сима. Их не нужно открывать. Лаборатория напичкана кондиционерами, очистителями воздуха, обогревателями и охладителями. Мало того, территория охраняется андроидами, которые всех впускают, а вот обратно — строго по идентификации. Ты не смотри, что люди беспрепятственно приходят и уходят, нас это не касается.

Серафима покачала головой и сказала:

— Значит, домашний арест еще не снят. За что арестованы, а? Ты вот за что? Безнадежно, да? Надо хотя бы попытаться узнать о себе. Что-то в памяти сидит, Ариш.

— Ты и так все знаешь.

— Это не все, Арина. Есть еще что-то. Прямо провал какой-то. Есть один способ это узнать. Док мне сегодня хвастался, будто в космосе обитает существо, которое все обо всех знает. То ли Тархун, то ли Тайвань…

— Тайкох? Выбрось из головы. С ним могут связаться только Трамвай и Доктор, и кроме них, кода никто не знает.

— Кода?

— Да, они этот фокус проделывают через компьютер. Как будто просто, вот только больше ни у кого не получается.

— Надо, чтобы получилось. Надо вытянуть у Трамвая код… кстати, что еще за Трамвай?

— Руслан Коренев. Его так Сат назвал. За преданность Доктору. Раньше его за глаза звали Барабаном. Сима, ложись спать. Фантазерка. Ты мне и слова не даешь вставить. А у меня тоже новость. Хорошая!

— Какая новость? — спросила Сима, мучимая самыми дурными предчувствиями.

— Через неделю я лечу на Зертилию. С Сережкой. Сегодня наш Доктор был в отличном настроении, и я снова решилась на просьбу. И он меня отпустил, представляешь? Сима, я его в щеку поцеловала, только ты не ревнуй, ладно?

Серафима почувствовала, что из-под ног уходит последний твердый клочок почвы.

— Я бы еще ревновала… Значит, он решил, что я в тебе больше не нуждаюсь. Арина, Арина, — сказала Сима и заплакала.




Содержание:
 0  Королевские шутки : Любовь Безбах  1  Глава 1 БАРТЕР : Любовь Безбах
 2  Глава 2 ПРОБУЖДЕНИЕ : Любовь Безбах  3  Глава 3 КЛОЧОК ВОСПОНИМАНИЙ : Любовь Безбах
 4  вы читаете: Глава 4 ПРЕДЛОЖЕНИЕ : Любовь Безбах  5  Глава 5 РАЗГОВОР С ТАЙКОХОМ : Любовь Безбах
 6  Глава 6 ПРОВОДНИК : Любовь Безбах  7  Глава 7 КАФСКАЯ ПЛЕННИЦА : Любовь Безбах
 8  Глава 8 ДИКИЙ ФЕОДАЛ : Любовь Безбах  9  Глава 9 ПИР В ЗАМКЕ КАФ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ : Любовь Безбах
 10  Глава 10 ВИЗИТ ПРИВИДЕНИЯ : Любовь Безбах  11  Глава 11 СТАНЦИЯ ЗА ПОЛЯРНЫМ КРУГОМ : Любовь Безбах
 12  Глава 12 ЗОВ СИАЛА : Любовь Безбах  13  Глава 13 НОЧЬ БОЕВОГО ШУРСА : Любовь Безбах
 14  Глава 14 ВОЗВРАЩЕНИЕ : Любовь Безбах  15  Глава 15 БЕГЛЫЕ АНДРОИДЫ : Любовь Безбах
 16  Глава 16 ПОДЗЕМНАЯ ЛАБОРАТОРИЯ : Любовь Безбах  17  Глава 17 МЕЧТЫ ПРОСТЫХ СМЕРТНЫХ : Любовь Безбах



 




sitemap