Фантастика : Космическая фантастика : Автострада запредельности : Джон Ченси

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу

Джейк Макгроу и его тяжеловоз по имени Сэм снова мчатся по Космостраде, соединяющей сотни миров. На этот раз дорога приводит наших героев туда, где и дороги вроде бы никакой нет, а только сплошной тупик, сильно смахивающий на Конец Вселенной. Да и человек, их встречающий, подозрительно напоминает Господа Бога, только без бороды...


Памяти Джина де Ченси

1

Там они и были – Деревья на Краю Неба.

Так их звала Винни. Остальные люди звали их по-разному: объекты Керра-Типлера, таможенные будки, некатастрофические единицы, портальные колонны...

Я-то всегда звал их цилиндрами. Они и были цилиндрами, некоторые такие огромные – высотой до пяти километров. Они выстраивались по обеим сторонам дороги, словно невероятно крупные дорожные указатели, невозможно черного цвета, чернее, чем межзвездное пространство, которое они искривляли, искажали и склеивали по желанию своих создателей и для нашего блага. Все в них было невероятно. Говорили, что они вращаются с невероятной скоростью, хотя их гладкие поверхности не давали тому никакого подтверждения. На них провели несколько экспериментов, измеряя допплерову переменную входящих частиц и хокинсову радиацию исходящих. Но колониальные власти наложили почти постоянный запрет на публикацию данных и даже теоретических работ, которые касались порталов. У нас только ходили всякие слухи про них. А слухи были такими: результаты были невероятными и невозможными.

Их скорость вращения оказалась больше, чем скорость света.

Так не могло быть, но именно так и было.

– Какая у нас скорость, Сэм?

– О, вполне прилично плетемся вперед. Если подвинешь взгляд на пару миллиметров вправо, то и сам прочтешь все данные.

– Ты же знаешь, я не могу считывать показания инструментов и вести тяжеловоз в одно и то же время.

– Господи помилуй, а я-то собирался предложить тебе жевательной резинки...

– Кончай молоть чушь, Сэм.

– Ай-яй-яй, да разве так можно разговаривать с родным отцом? – Тут Сэм сочно фыркнул своим плавно-скрипучим голосом, если только можно так нелепо описать его голос. Это, к сожалению, единственный способ, каким я могу его описать, этот звук. Он никоим образом не напоминает голос моего покойного отца, разве что эмоциональной окраской и интонациями. У меня никогда не было времени записать голос Сэма, чтобы упорядочить схему звуковых волн после того, как я заказывал матрицу для компьютера.

А Сэм продолжал:

– Мы как раз на борозде. Забудь о цифрах. Я поставлю ее на постоянную скорость.

Я посмотрел на показатели различных приборов, строки цифр, которые висели в воздухе у меня перед глазами по обе стороны от моей линии взгляда. Они были расположены так, что могли спрятаться за слепыми точками сетчатки, и на первый взгляд не мозолили глаз. Однако если посмотреть на них прямо, они становились хорошо видны. Обычно я их выключал. Если только чуть повернешь голову, они больше всего напоминали вредных светлячков, которые мельтешат перед глазами.

– Ладно, замечательно. Все привязались?

Роланд Йи был на сиденье стрелка.

– Проверю, – сказал он.

– Мне кажется, нам тут вполне безопасно, я имею в виду сзади, – доложил Джон Сукума-Тейлор.

Я рискнул посмотреть назад. Сьюзен Дархангело и Дарья – Дарла Петровски, в девичестве Ванс, сидели в ремнях безопасности на заднем сиденье. Пятерых кабина вмещала без всякого неудобства. Я слышал крики и брань в кормовой кабине – там было маленькое жилое пространство, которое использовалось для длительных перегонов.

– Эй, Карл! – проорал я. – Лори там привязана?

– Пытаюсь скрутить ее, как свинку, которую тащат на базар... Да дай же ты мне свою чертову лапу!.. Такое ощущение, словно кошку связываешь!

– Лори! – заорал я. – Будь хорошей девочкой!

– Со мной-то все в порядке. Ради бога! Пустите меня...

– Поймал!

– Со мной все в порядке, говорю тебе!

– Послушай, у тебя была контузия, – сказал ей Карл. – А теперь веди себя как следует, потому что останется только завернуть тебя в пеленки и перевезти с остатками груза там, в трейлере.

– Пошел ты на...

– А ты думаешь, я не знаю, что означает это старинное выражение? Тебе постыдиться надо такого языка, ведь ты девушка...

– Долбала я тебя!

– Ай-яй-яй, как нехорошо! И ведь такая хорошенькая.

Я настоял на том, чтобы Лори привязали к моей койке, на время наших проскоков через портал. Она получила отвратительный удар по голове на Плеске, во время нашего бегства из морского чудовища Фионы. Я не хотел никак рисковать. Проскок через портал иногда бывает не самым приятным и легким, а пока что нам совсем не было ясно, насколько Лори в порядке. Она жаловалась на головные боли. Вполне нормально, но я хотел быть уверен в том, что происходит. За ней нужен был глаз да глаз. Как бы там ни было, нам надо было спешно удирать с Плеска, а следующая планета на дороге, Снежок, вполне оправдывала свое название. Никто и практически ничто там не могло жить. Теперь мы находились на планете, которую поэма путешественников, прочитанная Винни, называла Землей-где-не-на-что-смотреть. Так, по крайней мере, перевела эти слова Дарла. Ну что, Винни, очень метко. Планета – по крайней мере, эта ее часть – была очень похожа на старые фотографии Марса, над которыми я часами в детстве проводил время. Это была планета огромных равнин, забросанных булыжниками и галькой, между которыми был насыпан песок. И так бесконечные километры. Кроме того, что песок был зеленовато-серый, а не сочный, инопланетный красный, очень похоже на Марс. Но тут жили и люди. Наверное, люди, такие, как мы, если почтовые купола могут с точностью сказать, что тут проживают гомо сапиенс.

Это была Консолидация Внешних Миров, лабиринт планет, связанных между собой Космострадой, но с них не было дороги обратно на земной лабиринт.

Нет пути домой.

Но я пока об этом не думал. Один из моих проклятых светлячковых приборов мигал желтым.

– Это что еще за черт. Сэм?

– А это проклятый левый передний роллер, Джейк. Каждый раз, когда мы переходим в режим прохода через портал, он упорно ведет себя не так, как надо. Так продолжается уже пару месяцев. Ты бы знал про это, если бы снизошел до того, чтобы время от времени посматривать на приборную панель.

– Я этого не заметил. Ты прав, я слишком полагаюсь на свое везение. Как тебе кажется, нам надо останавливаться?

– По книжкам – положено.

Я посмотрел через иллюминатор на холодную и неприветливую равнину.

– И что мы там будем делать?

– Я только говорю тебе, как положено делать по книжкам.

– Ну ладно, нам придется рискнуть. Пока что все получалось.

– Замечательно. Но если колесо завиляет и сомнется, как пончик с кремом, пока мы летим через портал, не говори, что я...

– ...не предупреждал, – закончил за него я. – Правильно, Сэм, у тебя есть алиби.

– Мне-то все равно, как ты понимаешь. Я уже помер.

Дорога впереди стала черной лентой, ведущей прямо через цилиндры. Они возвышались впереди, их верхушки были увенчаны облаками на зеленоватом фоне неба. Они были черными, абсолютно черными, их поверхности совершенно лишены были света. Становилось почти больно, если смотреть на них прямо. Больно не физически, а философски. Смотреть на Абсолют всегда неприятно. Мы слишком привыкли уклоняться от прямоты, искать убежища в щелях между вопросами, вещами и оттенками значений. Нам хорошо, если мы видим вселенную в оттенках серого. В категорической тьме можно увидеть всякие страшные возможности, если только остановиться и смотреть, и думать.

Одно хорошо: никому не хочется останавливаться и философски рассматривать портал. Тогда ты можешь слиться в абсолютном и весьма неприятном единстве со своим объектом философских мыслей.

– Дарла, как Винни описывает следующую планету на пути?

– М-м-м... Земля-как-дом-но-не-совсем-похоже. По-моему, так.

– Это что означает? Джунгли? Ну ладно, наверное, нет смысла ее расспрашивать, – ответил я наполовину сам себе. – Просто хотелось бы, чтобы там была хоть какая цивилизация. Мне хотелось бы, чтобы Лори прошла медицинское обследование.

– А Лори что-нибудь знает про эту часть внешних миров? – спросил Джон.

– Нет, – ответила Дарла. – Она сказала мне, что она мало что видела, кроме своей родной планеты и Плеска.

– Ну ладно, – сказал я. – У нее не будет никаких хлопот с тем, чтобы добраться на Плеск, если она сама того захочет. Разве что это тоже неизвестный портал. – Я посмотрел на монитор заднего обзора. За нами все еще было дорожное движение. – Но я не могу поверить, что все эти люди следуют за нами в неизвестность. Портал должен куда-то вести.

– Нам всем приходится принимать решение насчет того, куда мы направляемся, – сказал Джон. – Стоит только остановиться...

– Если впереди есть обочина, куда можно съехать, я обязательно это сделаю, чтобы мы могли обговорить наши дальнейшие планы.

– Я бы просто мечтала выйти и размять ноги, – простонала Сьюзен. – Мне кажется, что мы вот так едем целые века.

– А это просто были необыкновенно длинные перегоны между порталами, – сказал я. – Интересно, почему?

– Судя по силе тяжести, – вставил Роланд, – и очевидному расстоянию до горизонта, я бы сказал, что Снежок и эта планета, куда мы едем, миры с низкой плотностью. Может быть, порталы должны быть расположены так, чтобы уравновешивать массу планеты, – он пожал плечами, посмотрел на меня. – Просто догадка.

– Может быть, – согласился я. – Мы в последнее время довольно много думали о порталах, Сэм и я... Космострада, цилиндры, как работает вся эта система. Никогда раньше на самом деле об этом не задумывались.

– Все принимают Космостраду, как должное, – сказал Джон. – Это просто часть ландшафта.

– Нельзя нам быть такими самодовольными и спокойными, – сказал смущенно Роланд.

– Правильно, – согласился я.

– Если бы я никогда больше в жизни не увидела этой чертовой дороги... – пробормотала Сьюзен, покачивая головой.

– Я этому полностью сочувствую, – сказал Джон. – Мне кажется, мы уже все устали от дороги, – он хохотнул. – Разве что кроме Джейка. А те, кто водят звездные тяжеловозы, когда-нибудь устают от путешествий? А, Джейк?

– Еще бы! Но после нескольких лет словно немеешь внутри. Однако по большей части мне это нравится. Мне нравится дорога.

Маркеры начала въезда уже появлялись на дороге. Тут они были сделаны в виде металлических столбов, покрашенных белым, по обе стороны Космострады. Строители Космострады не ставили их – это местное население решило таким образом отмаркировать, где именно начинается полоса, на которой опасно отклоняться от прямой линии или останавливаться. Там, дома, в земном лабиринте, да и в большей части лабиринтов, где мне приходилось бывать, маркеры были более тщательно выполнены – мигающие огни, голограммы и всякое такое.

Я проверил инструменты и приборы слежения. Все выглядело так, как надо.

Как раз в тот момент, когда я перевел глаза, чтобы посмотреть на тот сигнал, который мигал желтым, он внезапно замигал ярко-красным.

– Джейк, – тихо сказал Сэм.

– Вижу. Слишком поздно останавливаться. Черт...

– Нашел время...

– Что-нибудь случилось, Джейк? – спросил Джон.

– Да так, мелочи. С нами все будет в порядке.

Я на это честно и яростно надеялся. Красный огонек не означал, что колесо совсем отказывается слушаться – как мы говорим, засахаривается. Это означало бы, что с ним происходит мгновенная кристаллизация, которая превращает покрытие сверхмощного сцепления в белый плотный порошок. Однако это грозило нам в любой момент. Может быть, прямо сейчас. Может быть, через два дня. Невозможно было предсказать.

Мы пролетели мимо маркеров въезда и мчались к первой паре цилиндров. Коридор безопасности, узкая полоса земли, обрамленная широкими белыми полосами, разворачивалась перед нами. Попробуй только пересеки одну из этих линий – и ты покойник. Тяжеловоз трясся и стонал, пойманный в тонко сбалансированные гравитационные паутины вокруг нас.

– Держи ее ровнее, Джейк, держи машину! – предупредил Сэм. – Будь готов к тому, что резко занесет вправо.

Тяжеловоз задрожал и подбросил нас на сиденьях.

– Тяжелый портал, – откомментировал Сэм. – Просто нам так везет.

Я почувствовал рывок невидимой руки, которая потащила тяжеловоз влево. Я поправил движение, вдруг рука отпустила нас, отправив по инерции резко в противоположную сторону. Но в этих вопросах я был ветераном. Я не стал преувеличенно реагировать, не поворачивал руль бессмысленно резко. Портал был немного суровым, но нам попадались и похуже. Если только роллер нас не подведет.

Цилиндры промаршировали мимо нас, словно процессия темных монументов. Между ними – я знал, но не мог посмотреть – вид всей равнины исказился, словно в зеркалах комнаты смеха.

Это была работа гравитационных полей.

Впереди был сам выход, расплывчатое пятно пустоты, которое сидело как бы верхом на дороге. Мы помчались прямо туда.


Содержание:
 0  вы читаете: Автострада запредельности : Джон Ченси  1  2 : Джон Ченси
 2  3 : Джон Ченси  3  4 : Джон Ченси
 4  5 : Джон Ченси  5  6 : Джон Ченси
 6  7 : Джон Ченси  7  8 : Джон Ченси
 8  9 : Джон Ченси  9  10 : Джон Ченси
 10  11 : Джон Ченси  11  12 : Джон Ченси
 12  13 : Джон Ченси  13  14 : Джон Ченси
 14  15 : Джон Ченси  15  16 : Джон Ченси
 16  17 : Джон Ченси  17  18 : Джон Ченси
 18  19 : Джон Ченси  19  20 : Джон Ченси
 20  21 : Джон Ченси  21  22 : Джон Ченси
 22  Использовалась литература : Автострада запредельности    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap