Фантастика : Космическая фантастика : Койна : Стивен Дональдсон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33

вы читаете книгу




Койна

Улыбнувшись Клитусу Фейну, она обвела взглядом встревоженных членов Руководящего Совета и красивой походкой направилась к помосту, где Максим Игенсард триумфально использовал полномочия, переданные ему Сеном Абдуллом.

Особый советник заявил ей: «Я хотел бы задать вам несколько вопросов». Он имел в виду вопросы об Уордене Диосе и «Затишье», о «Трубе» и предательстве. Но первый исполнительный помощник Концерна рудных компаний возразил: «Не соглашайтесь». Он заверил ее: «Я сам отвечу на его вопросы. Наш концерн несет ответственность за полицию».

Максим и Клитус привыкли иметь дело с людьми, похожими на Годсена Фрика - с людьми, для которых служба протокола означала амбиции и интриги, а не принципиальную честность. Теперь, по разным причинам и каждый по-своему, они считали, что Уорден представлял для них угрозу. Однако никто из них не знал, на что способна Койна. Они не понимали, на кого нарвались. Игнорируя попытку Фейна остановить ее, она поднялась на ноги и ответила Максиму: «Я готова, особый советник». На ее лице застыла маска профессиональной учтивости.

В каком-то смысле она приняла этот вызов по той причине, что Фейн велел ей уклониться от вопросов Игенсарда. Клитус боялся ее: лицо перового помощника исказилось от напряжения и страха. Через связь с домашним офисом Концерна - и от информаторов Фэснера на станции полиции - он знал о том, что происходило в космосе. Фейн чувствовал, что ситуация начинала выходить из-под контроля Дракона. Возможно, он уже догадывался о цели ее появления на Сака-Баторе.

Его трусливая лояльность Холту помогла Койне увериться в своей правоте. Желание Клитуса принудить ее к молчанию лишь усилило решимость Хэнниш. «Наш концерн несет ответственность за полицию Концерна рудных компаний». Она бы с радостью разбила ему нос за такую ответственность - да и Фэснеру тоже.

– Директор Хэнниш! - прошипел ей вслед Фейн, но она даже не обернулась.

Особый советник не хотел, чтобы Койна поднималась на помост. Он надеялся свысока метать молнии своих обвинений и сокрушать ее абсолютным превосходством праведного негодования. «Я собрал доказательства о самом злостном должностном преступлении нашего времени». Как только она направилась к нему, Игенсард поднял руку в бесполезной попытке остановить ее.

– Вам необязательно покидать свое место, директор, - раздраженно выкрикнул он. - Мы можем выслушать вас и оттуда.

Койна пропустила его слова мимо ушей. Она следовала принципу: отвечай на вопросы, рискуй и смело встречай свои страхи. Однако сейчас ей хотелось ослабить власть Максима над аудиторией. Несмотря на протесты и возражения таких советников, как Тел Барниш, Блейн Мэне и Вертигус Шестнадцатый, Максиму почти удалось убедить Совет в предательстве Диоса. В чем-то он был прав: «Затишье» находилось в околоземном пространстве, и сверхсветовая протонная пушка амнионов держала Сака-Батор под прицелом. Это действительно могло быть следствием тех решений, которые принимал Уорден. Тем не менее, прежде чем приступать к выполнению своей миссии, Койне требовалось рассеять эмоциональную силу обвинений особого советника.

Она направилась к помосту, чтобы лишить Максима какого-либо превосходства. Физически это не представляло большого труда: Койна была на пятнадцать сантиметров выше Игенсарда. Но зловещая страстность - критическая масса ненависти к Диосу - возвышала его в глазах многих советников. Влияние Максима распространилось на весь зал.

В принципе, она могла противопоставить ему только свою красоту, притворное спокойствие и решимость говорить откровенную правду. Впрочем, Койна обладала и определенной хитростью, которой она научилась у Годсена Фрика. Его бесконечные интриги стали для нее хорошей школой.

Когда она поднялась на помост, Максим повернулся к Эбриму и возмущенно взмахнул руками, как будто ее присутствие у трибуны нарушало регламент.

– Президент Лен?

Эбрим сидел в своем кресле, скрестив вытянутые ноги. При обращении Игенсарда, он вскинул подбородок и с едва заметной усмешкой сказал:

– Вы предложили дать ей слово, особый советник. Его тон был более решительным, чем ожидала

Койна.

– Поскольку директор Хэнниш согласилась отвечать на ваши вопросы, она имеет право стоять там же, где и вы.

Прежде чем Максим успел возразить, капитан Вертигус резко вставил:

– Мистер Игенсард, уступите ей трибуну. Старший советник от Объединенного западного блока не скрывал своей злости. Будучи верным сторонником полиции, он чувствовал себя оскорбленным бездоказательными заявлениями Максима.

– Мы уже знаем, какими будут ваши вопросы. Нам сейчас важны ответы Койны Хэнниш.

С другого конца стола донесся голос Панджат Силата:

– Если кого-то интересует мое мнение, то я поддерживаю просьбу капитана Вертигуса.

Койна впервые слышала старшего советника от Объединенных островов и полуостровов Азии. Очевидно, лекарства, которые он принял, успокоили его больное сердце. Интеллигентная скромность и бледное лицо подчеркивали благородство и достоинство Силата.

– Директор Хэнниш выступает от лица полиции Концерна и Уордена Диоса. Ее ответы на обвинения, высказанные мистером Игенсардом, имеют первостепенное значение.

Максим с гримасой уступил.

– В таком случае, - начал он, - я хотел бы узнать…

Койна посмотрела на него с холодной улыбкой.

– Минутку, особый советник. Я руководитель службы протокола полиции Концерна, и в мои обязанности входят ответы на различные вопросы. Вы узнаете все, что захотите выяснить. Но сначала…

Она перевела взгляд на советников и их помощников. В тот же миг ее колени снова задрожали. Внимание зала легло на плечи Койны тяжелым грузом. Несколько мужчин и женщин обмахивались ксерокопиями, словно им было жарко. Другие зябко сутулили плечи.

Облокотившись на трибуну, Койна доверительно заметила:

– Надеюсь, вы понимаете, что мой канал связи со станцией полиции получает более подробную информацию, чем обычные линии.

Хэнниш вела себя так, словно не чувствовала никакой опасности. Кивнув на своих связисток, она деловито продолжила:

– Я только что приняла сообщение, которое еще не попало в ранг публичных новостей. Мне кажется, вы должны знать, что крейсер «Каратель» вернулся в околоземное пространство.

Кто-то - кажется, Тел Барниш - крикнул:

– Отлично!

Все остальные промолчали.

– Очевидно, его миссия, предполагавшая эскорт «Трубы», успешно завершилась, - продолжила Койна.

Крейсером командовала лейтенант Хайленд.

– Судно уже присоединилось к блокаде, которую мы создаем вокруг «Затишья».

Она не стала упоминать о Морн. Хэнниш боялась заходить так далеко. Она не имела понятия, что означала власть лейтенанта Хайленд на борту «Карателя». Кроме того, ей хотелось ввести Фейна в заблуждение. Если Клитус успел получить информацию из домашнего офиса Фэснера, он мог подумать, что Койна старается защитить Дракона и, добиваясь его одобрения, скрывает сведения о возвращении Морн.

Пока забытый всеми Максим кипел от возмущения, Хэнниш продолжила:

– Все вы знаете, что, отправляясь на «Затишье», директор Диос оставил своим заместителем Хэши Лебуола. Несомненно, особый советник Игенсард представил бы это назначение в наихудшем свете.

Она незаметно пыталась ослабить позицию Максима.

– Однако в то время Лебуол был самым старшим офицером на станции. Он стал исполняющим обязанности главы полиции по очевидной логике субординации. Когда же вместе с «Карателем» к Земле вернулась руководитель подразделения спецназа, он передал ей эти полномочия. Теперь полицией Концерна управляет директор Доннер.

Сохраняя серьезный вид, Койна внесла в голос нотки юмора.

– Честно говоря, я назвала бы это хорошей новостью. Конечно, директор Лебуол заслуживает большего уважения, чем думает особый советник Игенсард, но после Уордена Диоса я считаю Мин Доннер лучшей кандидатурой для руководства нашей обороной.

По залу пронеслась волна одобрительных возгласов. Ее план удался. Диоса и Лебуола могли подозревать в чем угодно, но репутация Мин оставалась незапятнанной. Даже Максим признавал этот факт. К сожалению, колени Койны продолжали дрожать. Она предвидела большие трудности.

– Если уважаемые советники найдут время на анализ сообщений, поступающих по каналам связи, они заметят, что Мин Доннер уже предприняла определенные шаги по защите околоземного пространства. Она приказала отключить сканерную сеть солнечной системы, и это лишило «Затишье» ценного источника информации.

Сен Абдулл изобразил порыв негодования.

– Вы ослепили нас! - визгливо выкрикнул он. - Какой в этом толк, кроме очередного предательства?

Койна не имела военного образования и не разбиралась в подобных вопросах. Тем не менее она строго ответила:

– Ослеплено «Затишье», старший советник. По крайней мере частично. Мы же ничем не ограничены. Наши корабли по-прежнему могут делиться необходимыми данными. Конечно, сканер позволяет амнионам нацеливать протонную пушку на Сака-Батор. Но они не видят того, что происходит на удаленных орбитах. Таким образом, наши корабли получают стратегическое преимущество. Это улучшает их эффективность.

– Я бы так не поступил, - проворчал Вертигус. - Но Мин Доннер знает, что делает. Да, черт возьми! Это может дать нам преимущество.

«Спасибо», - молча поблагодарила его Хэнниш. Когда она беседовала с ним с борта шатла, он отказался помочь ей в принятии решений. «Вы большая девочка, Койна». Но теперь советник оказывал ей большую поддержку. К сожалению, на виду у Клитуса Фейна и остальных членов Совета она не могла сказать старому капитану, что многим обязана ему. Поэтому она повернулась к Максиму.

– Я готова отвечать на ваши вопросы, особый советник.

Готова? Без доказательств? До некоторой степени ей удалось ослабить влияние Игенсарда на аудиторию. С этих пор она могла лишь отвечать на его вопросы, провоцировать исполнительного помощника Дракона и молить о своевременной помощи, которая спасла бы надежды Уордена.

– С чего бы вы хотели начать?

При виде очаровательной улыбки Койны ни один мужчина не стал бы вести себя с ней как с оппонентом. Но враждебность Максима преодолела ее чары. Вероятно, невнимание Хэнниш к той роли, которую он приготовил для себя, превратило ее во врага. Глаза Игенсарда злобно сверкнули. Он больше не злился. В отличие от большинства людей, собравшихся в зале, он казался совершенно спокойным. Койна интуитивно догадалась, что Максим мог контролировать личный гнев, подчиняя его своим амбициям. Он хотел предстать перед Советом грозным обличителем коррупции и, одолев сопротивление Хэнниш, доказать свое превосходство над ней и директоратом полиции. Она не знала, что именно хотел доказать Игенсард. Или перед кем он старался выслужиться. Тем не менее Койна осознавала опасность, которую представлял собой особый советник.

– К сожалению, директор Хэнниш, у меня так много вопросов, что я даже не могу придумать, какой из них задать первым.

Обращаясь к ней, он смотрел на советников - в основном на Клитуса Фейна. Его взгляд обшаривал зал, будто выискивал слабые места.

– Как я уже говорил, мое расследование скандального «дела Термопайла» и сопоставление некоторых обстоятельств той ситуации, которую уважаемый президент назвал «текущим кризисом», заставили меня заподозрить наличие глобальной коррупции и предательства. Мы должны рассмотреть эту тему.

– Я не против, - вставила Койна.

Голос Максима не был высоким и пронзительным, но его модуляции напоминали ультразвуковой резак. Чем больше он говорил, тем сильнее действовал на нервы. Неужели этот клоун не мог прояснять свою точку зрения без навязчивого фарисейства?

– Прекрасно, директор,- раздраженно ответил Игенсард.

Ему не нравилось, когда его перебивали.

– Надеюсь, вы говорите правду. И раз уж мы должны с чего-то начать, позвольте мне напомнить вам ваше заявление. Вы сказали, что миссия «Карателя», предполагавшая эскорт «Трубы», успешно завершилась. Признаюсь, меня удивил подбор ваших слов. Вы заявили, что миссией крейсера полиции Концерна являлся эскорт, а не захват «Трубы». Насколько нам известно, этот скаут был угнан беглым преступником Термопайлом и его подельником Тэвернером. Мы одобрили бы действия «Карателя», если бы вы рассказали нам о «спасении» человеческого судна, за которым гнался амнионский сторожевик. Но «эскорт» это уже слишком! Директор Хэнниш, что такого особенного в Энгусе Термопайле и Майлсе Тэвернере? Почему их почетно сопровождали вместо ареста или спасения? Не могли бы вы сообщить нам, что «Каратель» и «Труба» делали в системе Массива-5?

Койна встретила его нападки с профессиональной беспристрастностью.

– Хорошие вопросы, особый советник.

К счастью, ее голос не дрожал, как колени.

– Я попробую ответить на них.

Поскольку Максим не считал необходимым смотреть на Койну, обращаясь к ней, она решила поступить точно так же. Ее взгляд скользнул по напряженным лицам собравшихся людей.

– Однако мне следует подчеркнуть, что перед вылетом на Сака-Батор я получила тщательный инструктаж. В той или иной форме мы с директором Диосом обсудили большинство проблем, которые я должна представить Совету. Он приказал мне отвечать на вопросы особого советника с максимальной точностью и откровенностью.

Хэнниш хотелось, чтобы советники поняли два главных аспекта: все ее откровения были санкционированы Уорденом, и именно он велел ей обличить его в совершенных преступлениях.

– Поэтому прошу вас терпеливо выслушать меня. Все это сложно выразить словами.

Она сделала паузу, словно собиралась с мыслями, хотя на самом деле искала в себе отвагу для обвинений, способных подтолкнуть человечество к большой беде. Ее тон стал более формальным.

– Когда несколько дней назад Уорден Диос и Хэши Лебуол выступали перед Советом на видеоконференции, они не раскрыли вам истину о Термопайле, Тэвернере и «Трубе».

Боковым зрением она заметила, что Максим раздулся от удовольствия. Он получил еще одно доказательство своей правоты.

– Лично мне не нравится такая тактика, - сказала Койна. - Но как профессионал я допускаю, что она была необходимой.

Необходимой для содействия в борьбе Уордена против Холта - для демонстрации того, что в преступлениях полиции виновен некто иной, как Дракон. Грубо говоря, капитан Термопайл выполнял опасную миссию и, соответственно, нуждался в «прикрытии». Лебуолу и Диосу приходилось придерживаться оперативной «легенды». Любой намек на истину был бы фатальным.

В зале возник оживленный шум. Кто-то крикнул:

– Почему фатальным?

Сигард Карсин язвительно произнесла:

– Какой позор!

Остальные советники шептались друг с другом и советовались с помощниками. Блейн Мэне вскочила с кресла и, перекричав возмущенных коллег, потребовала ответа:

– Неужели они лгали нам на той конференции? А как вы объясните заявление директора Лебуола, сделанное им в отношении одного из ваших лейтенантов? Кажется, ее звали Морн Хайленд. Лебуол сказал, что эту женщину отдали тайному агенту Бюро по сбору информации, чтобы тот использовал ее для прикрытия в операции, нацеленной против Малого Танатоса.

Обычно советник от «Примы Бетельгейзе» проявляла добродушное безразличие к темам, не касавшимся секса. Но теперь в ее голосе чувствовался гнев.

– Директор Лебуол говорил о фальшивой вакцине, которую должен был продать ваш агент. В случае провала ему полагалось пожертвовать несчастной Морн Хайленд и тем самым обеспечить свое спасение.

Ее сексуальность лишь подчеркивала прозвучавшее обвинение. Блейн догадывалась, что Морн продали Нику только для того, чтобы тот не выдал амнионам какую-то ценную информацию. Хэши был чрезмерно откровенным. Выступая перед Советом, он сказал: «Что касается лейтенанта Хайленд, то она была непоправимо скомпрометирована. По нашему мнению, жестокость капитана Термопайла в отношении Морн превосходила любые описания. Мы полагаем, что ни один госпиталь и ни одна терапия уже не смогут восстановить ее здоровье и психику. Поэтому мы решили использовать ее другим способом». Этой болезненной правдой он прикрывал огромную ложь. Одно из чудовищных преступлений.

– Советник Мэне… Койна прочистила горло.

– Я отвечу на ваши вопросы и расскажу вам все, что знаю об этом деле. Но, повторяю, тема очень сложная. Мне будет легче объяснять ее, если я подойду к ней с другого конца.

Несколько секунд советник от «Примы Бетельгейзе» молча смотрела на Хэнниш. Очевидно, она решила поверить ей - как женщина женщине. Поджав губы, Мэне села в кресло. Койна прошептала тихое «спасибо» и перевела внимание на остальную часть Совета. Она не хотела давать Максиму повод для вмешательства.

– Позвольте мне рассказать вам о так называемом «бегстве» Термопайла со станции полиции. Этот пират был обвинен на Рудной станции за кражу припасов и передан в техническую службу Бюро по сбору информации, где из него сделали киборга.

По залу пронеслась волна удивленных возгласов, но Койна не стала делать паузы.

– Данный процесс называется «слиянием» - или на техническом жаргоне, «случкой». Благодаря использованию зонных имплантов мозг Термопайла подключили к встроенному компьютеру. В результате получился почти идеальный оперативный сотрудник Бюро. Будучи известным нелегалом, Энгус мог свободно действовать в среде преступников. И в то же время он находился под полным контролем программного ядра. Термопайл не «убегал» со станции полиции. Получив в свое распоряжение «Трубу», он отправился на Малый Танатос, где ему полагалось уничтожить пиратский космопорт. Вам известно, что эта колония в запретном пространстве поддерживалась амнионами в нарушение всех договоренностей с нами. Поэтому мы решили избавиться от нее.

– То есть Диос послал Термопайла совершить акт агрессии? - возмущенно выкрикнул Сен Абдулл.

– Нет, - защищая Уордена, ответила Койна. - Капитан Термопайл совершил диверсию против пиратского анклава, существование которого амнионы не желали признавать. Мы можем оправдать эту миссию несколькими пунктами устава полиции Концерна.

Сен Абдулл фыркнул, но спорить не стал.

– Как только капитан Термопайл взорвал космопорт, он тут же покинул запретное пространство, - продолжила Койна. - В поясе Рудной станции его поджидал «Каратель», направленный туда для боевой поддержки, если таковая бы потребовалась. Затем оба корабля направились в систему Массива-5.

Пока Фейн мог быть доволен ее ответами. Исправленная версия событий вполне соответствовала его планам. Но вскоре все должно было измениться…

– И вы называете это сложным объяснением? - спросил Тел Барниш. - Мне оно показалось довольно простым.

Он просто не знал реальную историю.

– Директор Хэнниш, почему ваши корабли полетели в систему Массива-5?- скромным тоном спросил советник Силат. - Вы можете это объяснить?

– Да, могу, - ответила Койна.

– Нет, директор Хэнниш, - вмешался Игенсард. - Я не позволю вам свести эту важную тему к пустой болтовне!

Он понятия не имел, насколько важным могло быть ее объяснение.

– Почему «Затишье» погналось за «Трубой»? Только дайте нам честный ответ! Вы заявили, что миссия капитана Термопайла может быть оправдана пунктами устава полиции. Но «диверсия против пиратского анклава, существование которого амнионы не желали признавать», не могла спровоцировать их вторжение. У нас с ними заключен договор. Они не имели права направлять боевое судно в человеческий космос. Так почему «Затишье» прилетело к нам? Что капитан Термопайл натворил в запретном пространстве? Какой была его настоящая миссия?

Койна повернулась к Игенсарду.

– Особый советник, - язвительно произнесла она, - я уже описала вам истинную миссию капитана Термопайла. Вторжение амнионов было вызвано не диверсией на Малом Танатосе, а тем, что Энгус, покидая запретное пространство, спас нескольких наших людей. Но вряд ли этот поступок можно описывать глаголом «натворил».

Она подозревала, что спасение Морн и Дэйвиса было частью «истинной миссии» Термопайла. Но почему Уорден хотел вернуть Морн на станцию полиции? Хэши сказал, что программа Энгуса предполагала обратное: она полностью исключала спасение лейтенанта Хайленд. Тем не менее Койна верила, что Уорден позаботился о безопасности Морн. Хайленд была слишком важным свидетелем, чтобы оставлять ее в руках Ника или отдавать амнионам.

Отвернувшись от Максима, Койна вновь обратилась к аудитории:

– Вина за вторжение «Затишья» лежит на двух агентах Бюро. Я имею в виду помощника шефа службы безопасности Майлса Тэвернера и капитана Ника Саккорсо.

Она кивнула Панджат Силату.

– Потерпите, пожалуйста, старший советник. Я отвечу на ваш вопрос, когда разберусь с репликой мистера Игенсарда.

– Опять Тэвернер? - крикнула Вест Мартингейл.

Очевидно, она восприняла слова Койны как новую попытку дискредитации уже опозоренной службы безопасности Рудной станции.

– И в чем вы теперь обвиняете его?

– Советник Мартингейл…

В голосе Хэнниш появились нотки досады. Она не заслуживала подобной травли.

– Как вы знаете, Майлс Тэвернер сопровождал капитана Термопайла. Среди прочих причин он должен был присматривать за действиями киборга. Ему полагалось корректировать программу Энгуса в соответствии с требованиями, продиктованными обстоятельствами. Ни один набор инструкций не способен охватить то обилие ситуаций, с которыми мог столкнуться киборг. От помощника шефа Тэвернера требовался постоянный инструктаж для того, чтобы действия Энгуса были адекватными. К сожалению, Тэвернер предал капитана Термопайла. Он продал его и «Трубу» амнионам.

– Я не верю вам, - крикнул Максим. Каждый раз, когда Койна отворачивалась от

него, он слегка перемещался к передней части помоста, словно хотел заслонить ее собой и не дать ей обращаться к Совету.

– Миссия Термопайла закончилась успешно. Иначе амнионы не стали бы преследовать его. Как же он выполнил задание, если был предан Майлсом Тэвернером?

Койна сделала глубокий вдох и на миг задержала воздух, чтобы ненароком не закричать на Игенсарда.

Она приближалась к самым болезненным частям своего объяснения. К счастью, гнев дал ей силу и решимость. Ее колени перестали дрожать. Логика рассуждений по-прежнему была безупречной.

– Капитан Термопайл выполнил свое задание по той причине, что директор Диос и Хэши Лебуол предвидели предательство Тэвернера, - бесстрастно сказала она. - Осознавая такую опасность, они предприняли меры предосторожности. Но Майлс раскрыл амнионам другие секреты.

Койна поняла это после беседы с Уорденом, когда он рассказал ей о том, почему «Труба» полетела в систему Массива-5. Позже, ознакомившись с текстом единственного сообщения Энгуса, она получила косвенные подтверждения и укрепилась в своей догадке.

– Ему удалось узнать…

– Минутку!

Особый советник не желал оставлять ее в покое.

– Вы сказали, что они осознавали опасность! Что вы имели в виду?

– Я как раз подхожу к объяснению этого момента, - огрызнулась она. - Если вы будете прерывать меня, я не смогу ответить ни на один вопрос.

Прежде чем Игенсард успел возразить, в их спор вмешался Эбрим Лен:

– Особый советник, я делаю вам предупреждение. Мы до сих пор терпели ваши выпады в отношении директора Хэнниш. Но если вы будете продолжать в таком же духе, я применю к вам строжайшие меры воздействия.

Очевидно, его раздражение и, возможно, симпатия к Койне преодолели склонность к умиротворению.

– Отныне каждый, кто заговорит без разрешения, будет удален из зала.

Койна повернулась к нему и склонила голову.

– Благодарю вас, мистер президент.

Ее гнев утих, и она одарила Лена восхищенной улыбкой.

– Ваша помощь очень своевременна.

– Прошу прощения, директор Хэнниш, - мрачно проворчал Максим.- Я повторю свой вопрос чуть позже.

Койна пожала плечами. Несмотря на вмешательство Игенсарда и реплики советников она достигла черты, которая разделяла цели Диоса от желаний Фэснера. Она достигла края беды. Теперь ей предстояло сделать первый шаг в страну разрушения. Новостей от Хэши и шефа Мэндиша не поступало. Если бы Койна не верила, что Уорден приказал Термопайлу спасти Морн Хайленд, она бы дрогнула. Ей помогало только убеждение в своей правоте.

– Теперь я перейду к теме, которая интересовала вас, советник Мэне, - сдерживая гнев, сказала она. - Помощник шефа Тэвернер знал, что вакцина, переданная капитану Саккорсо - та «фальшивка», о которой говорил директор Лебуол, - была реальным и эффективным иммунным лекарством от амнионских мутагенов.

Ее слова повергли зал в шок. Никто не издал ни звука. На миг замолчал даже Фейн, непрерывно шептавший в ларингофон свои замечания. «Реальное и эффективное иммунное лекарство от мутагенов». Эта фраза походила на взрыв кадзе. Игенсард отшатнулся и съежился. Панджат Силат сделал несколько хватательных жестов, словно искал поддержку, которой больше не существовало. Сен Абдулл открыл рот, не веря возможностям, предоставленным ему Койной. Предательство, в котором она призналась, едва не лишило его рассудка.

Оцепеневший от напряжения Вертигус поднялся на ноги. Наверное, он хотел закричать, выражая свое возмущение. Сокрытие иммунного лекарства ошеломило старого советника. Он десятилетиями защищал полицию от Холта Фэснера. Но горький ком обиды перекрыл ему горло. Сердце Койны пронзила боль при виде того, как он тщетно искал слова для выражения своих чувств. Когда старик махнул рукой и медленно опустился в кресло, она испугалась, что Вертигус уже никогда не поднимется вновь.

Желая оказать ему какую-то помощь и зная, что отступать больше некуда, она с пугающим спокойствием продолжила рассказ:

– Основываясь на исследованиях «Интертеха» и работах доктора Шейхида, Бюро по сбору информации создало эффективную иммунную вакцину. Информация о ней была засекречена. По прямому приказу Холта Фэснера это средство применялось только в тайных операциях агентов.

«Ты слышал меня, Шестнадцатый, - молча обратилась она к старому советнику. - Возможно, ты ошибался, поддерживая Диоса. Сама я так не думаю, но в нашем мире всякое случается. Тем не менее ты был прав в своем противостоянии Фэснеру».

Наверное, капитан Вертигус не понял Койну. Его пугающая бледность и остекленевшие глаза создавали впечатление, что он потерял сознание.

Внезапно Клитус Фейн закричал:

– Это ложь!

Его густая борода ощетинилась от гнева.

– Холт Фэснер не давал такого приказа. Он ничего не знал об иммунной вакцине.

Максим тут же оживился и метнулся к Койне.

– Вы сказали, что полиция Концерна несколько лет скрывала эффективное средство от мутагенов?

Ухватившись руками за края трибуны, Койна продолжала обращаться к Совету, словно в зале никто не говорил.

– Капитан Саккорсо получил иммунную вакцину для проведения секретной операции Бюро в запретном пространстве.

– Вы слышали меня, директор Хэнниш? - взревел помощник Дракона.

Его голос звучал как труба седьмого ангела.

– Я сказал, что это ложь!

Койна по-прежнему игнорировала его.

– Иммунное лекарство стало одной из причин, побудившей амнионов совершить вторжение, - продолжила она. - Они хотели уничтожить вакцину. Амнионы не знали, что Саккорсо получил ее от Хэши Лебуола. Они надеялись взорвать «Трубу», лишив человечество уникальной формулы лекарства. Но скаут уцелел. Теперь им придется изучать вакцину и разрабатывать что-то новое.

– Ложь!- кричал Фейн.- Вакцины не существует! И даже если она у вас имеется - если Диос лгал нам все это время - Холт Фэснер ничего не знал об иммунном лекарстве. Ваши обвинения бездоказательны. Откуда вам вообще известно о вакцине?

Не глядя на него, Койна ответила:

– Мне рассказал о ней глава полиции Концерна. И Вектор Шейхид, могла бы добавить она. И Ник

Саккорсо. И Морн Хайленд. И Дэйвис. Но Хэнниш не хотела заходить так далеко. Она еще надеялась на помощь.

– У вас имеется запись этого приказа?- свирепо спросил первый исполнительный помощник.- Он хранится в памяти компьютеров?

– Насколько я знаю, нет, - призналась Койна. Теперь для поддержания спокойствия ей приходилось использовать гнев.

– Вы же знаете, что генеральный директор Фэснер предпочитает устные приказы. Он отдавал их директору Диосу в особо защищенных помещениях домашнего офиса Концерна рудных компаний.

Она больше не скрывала, что ее атака была нацелена на Дракона.

– Если какие-то записи и существуют, то только там.

– Значит, слова Диоса ничем не подкреплены? - фыркнув, спросил Фейн. - Но позвольте! Вы сами недавно признали, что он лгал Совету.

Койна не стала спорить с ним. Оставив вызов Клитуса подвешенным в воздухе, она сделала глубокий вдох и постаралась успокоиться. Ее атака на Фэснера началась, и теперь ей полагалось сказать нечто большее. К сожалению, ее обвинения действительно не имели доказательств. Если Хэши и шеф Мэндиш не поддержат Койну безупречными уликами, она потерпит неудачу. Все ее слова повернутся против директората полиции. Уордена сочтут преступником, который пытается свалить вину на честного главу Концерна рудных компаний. А она будет выглядеть шавкой Диоса.

Не возражая Клитусу, она обратилась к советникам:

– Когда «Труба» покинула запретное пространство, капитан Термопайл отправил сообщение на станцию полиции. Текст этого послания был перехвачен прослушивающей станцией Концерна. Помимо прочего в сообщении говорилось об иммунном лекарстве. Цитирую: «Амнионам известно, что Ник Саккорсо обладает вакциной, нейтрализующей мутагены». Какими бы ни были отговорки первого исполнительного помощника, он не сможет опровергнуть этот факт. Я верю, что Майлс Тэвернер знал об иммунном лекарстве. Он и капитан Саккорсо годами вели общий бизнес. Но, предав капитана Термопайла, Тэвернер предал и партнера.

А также все человечество.

Максим не находил себе места от возбуждения. Он просто не мог оставаться безмолвным.

– Директор Хэнниш, значит, Майлс Тэвернер не был подельником Термопайла в краже на Рудной станции? Вы хотите сказать, что директор Лебуол и в этом случае обманывал Совет?

Койна уверенно кивнула.

– Совершенно верно.

Ее внимание было приковано к лицам советников.

– Мистер Игенсард хотел уточнить, что я имела в виду, когда говорила об опасениях директора Диос и Хэши Лебуола. Они действительно осознавали риск, связанный с Майлсом Тэвернером. Дело в том, что Бюро по сбору информации имело с ним особые отношения. Помощник шефа был человеком гибкой лояльности.

Ей не понравилось это определение.

– Грубо говоря, он был продажной личностью. Ради денег Тэвернер мог пойти на предательство и преступление. Мы знали об этом, потому что тоже платили ему.

Вест Мартингейл возмущенно фыркнула. Все остальные молчали. Даже Клитус притих, прислушиваясь к голосу в наушниках. Советники, как подозревала Койна, не могли оправиться от потрясения. Они были слишком ошеломлены, чтобы реагировать на ее откровения. Жаль. Она только начинала приближаться к истине.

– Как вы помните, Энгуса Термопайла обвинили и осудили за кражу припасов на Рудной станции,- продолжила Койна. - Но он не совершал такого преступления. Его подставили. Причем это было сделано по инициативе полиции. Мы заплатили Тэвернеру и Саккорсо, и они подвели Термопайла под суд. Майлс Тэвернер получил наличные.

Ее слова звучали звонко, как пощечины.

– Нику Саккорсо в качестве оплаты отдали Морн Хайленд.

Блейн Мэне снова вскочила с кресла.

– Ради Бога! - вскричала она. - Как вы могли так поступить? Зачем вам это понадобилось?

На последней видеоконференции Хэши заявил: «Что касается лейтенанта Хайленд, то она была непоправимо скомпрометирована». В его словах имелась доля правды. Но в целом он лгал, стараясь запутать врагов Уордена. Койна понимала, что Мэне спрашивала ее о продаже Морн в рабство. Но, будучи руководителем службы протокола, она решила ответить ей так, словно вопрос подразумевал интригу с Энгусом.

– Руководство полиции намеревалось превратить Термопайла в киборга. Именно поэтому для него сфабриковали преступление, которое не каралось смертной казнью. Кроме того…

Койне было трудно говорить об этом, но гнев помогал ей преодолевать барьеры страха.

– Кроме того, нам полагалось скомпрометировать службу безопасности Рудной станции. Надеюсь, вы помните, как проходило голосование по акту преимущественного права. Мы несколько раз выставляли этот законопроект на ваше обсуждение, но Совет постоянно отклонял его. В конце концов, используя мнимую связь Термопайла и Тэвернера, нам удалось убедить вас в том, что местные службы безопасности недостойны доверия. Вы учли наши пожелания, и акт преимущественного права стал законом.

Голос Койны был тихим и спокойным, однако смысл сказанного придавал ему весомость крика.

– Позвольте мне прояснить этот вопрос. Вы должны понять, что мы сфабриковали дело Термопайла с одной единственной целью: убедить вас принять акт преимущественного права. И вполне естественно, что директор Диос и Хэши Лебуол делали это по прямому приказу генерального директора Фэснера.

Ожидая новых возражений, она искоса взглянула на Максима. Тот выглядел поникшим и напуганным. Его щеки побледнели. Голова вжалась в плечи. Глаза суетливо осматривали зал.

– Нет, - чуть слышно простонал Игенсард. - Этого не может быть. Неужели Фэснер…

Похоже, особый советник осознал, что Койна и Диос играли по слишком высоким ставкам. В отличие от притихшего Максима капитан Вертигус казался непривычно воодушевленным. Его руки дрожали от немощи, но глаза сияли задорным огнем. Он уловил намек Хэнниш. Если сокрытие вакцины «Интертеха» могло быть признано моральным проступком, то обман Совета при прохождении акта преимущественного права тянул на должностное преступление. Прикрепив такое обвинение к дверям домашнего офиса Концерна, он мог прижать Холта Фэснера к ногтю. Старый советник преодолел недавнее огорчение и теперь готовился к большой битве. Койна покачала головой. К сожалению, она не имела никаких серьезных доказательств.

Возмущенная Вест Мартингейл едва не получила инсульт. Паджат Силат вздыхал, словно его наихудшие страхи обрели подтверждение. Все молчали. Совет ожидал дальнейших разоблачений. Многие участники заседания посматривали на Фейна, интересуясь его реакцией. Клитус не стал разочаровывать их. Он хрипло захохотал и всплеснул руками, привлекая к себе внимание советников. Легкий наклон головы предполагал, что он слушает голос в наушнике - наставления своего хозяина.

– Директор Хэнниш,- притворно изумился помощник Фэснера. - Ваши обвинения нелепы.

Фейн вымучил на лице улыбку, но затем отказался от нее, как будто она стоила ему больших усилий.

– Кажется, я понял, что здесь происходит. У меня нет к вам никаких претензий. Я уверен, что вы действуете из добрых побуждений. Очевидно, вы даете нам ту информацию, которая была предоставлена вам. Если бы так поступали другие руководители служб протоколов, наш мир превратился бы в рай. Но поправьте меня, если я не прав. У вас нет записей приказов, которые Холт Фэснер якобы давал Уордену Диосу. Я имею в виду распоряжение относительно иммунной вакцины, а также фальсификацию обвинения Термопайла и манипуляции с актом преимущественного права. Одним словом, у вас нет доказательств.

– Вы не совсем правы, - перебила его Койна. - Мне поручено содействовать расследованию особого советника Игенсарда. В связи с этим я готова передать ему финансовые записи Бюро. Со временем его инспекторы отследят те выплаты, которые ушли на счета Тэвернера.

Клитус вяло отмахнулся.

– Вы просто восхитительны.

Его веселые тона граничили с сарказмом.

– Ваши доводы на первый взгляд кажутся вполне разумными. Но наличие таких оплат ничего не доказывает. Скупые цифры не расскажут нам о том, ради чего производились отчисления. В данном случае вы вновь повторяете то, что вам сказал Уорден Диос.

Отвернувшись от нее, он обратился к Совету.

– Уважаемые советники и мистер президент, надеюсь, вы поняли суть нашего спора. Койна Хэнниш озвучила обвинения Диоса, которые тот выдвигает против Холта Фэснера. Естественно, мы верим директору Хэнниш. Лично я не сомневаюсь в ее честности. И, конечно, все мы ужаснулись прозвучавшим откровениям.

Он резко вскинул кулак.

– Однако обратимся к источнику и вспомним слова директора Хэнниш. Уорден Диос послал Тэвернера присматривать за капитаном Термопайлом. Диос знал о его «гибкой лояльности». Он знал, что Тэвернер был «продажной личностью». А как же иначе? Он сам подкупал Тэвернера. Тем не менее Диос выбрал этого продажного чиновника для надзора над киборгом полиции Концерна. Более того! Он послал его в запретное пространство с опасной и щекотливой миссией.

Несмотря на грозившее ей поражение, Койна наслаждалась затруднениями Клитуса. Он не оспаривал причин, по которым было сфабриковано дело Термопайла. Ему пришлось подтвердить часть истинной истории, чтобы опровергнуть остальное. Он мог защитить Дракона, лишь признав его вину, как человека, ответственного за действия полиции.

– Уважаемые советники и мистер президент, - продолжил Фейн. - На первый взгляд решение Диоса кажется странным - если не безумным. Но на самом деле оно было тщательно продумано. Во-первых, Диос добивался ликвидации Тэвернера, чтобы мы впоследствии не допросили его в качестве свидетеля. Во-вторых…

Он сжал пальцы с такой силой, что костяшки его кулака побелели.

– Во-вторых, он знал, что Тэвернер предаст капитана Термопайла! Диос рассчитывал на это. Как верно заметил особый советник Игенсард, он хотел спровоцировать вторжение амнионов. Отправив предателя с секретной миссией, он как бы просигналил амнионам приглашение. И «Затишье» прилетело к нам!

Голос Фейна стал грозным, как его кулак.

– Теперь Диос хочет замести следы. Он приказал Койне Хэнниш обвинить Холта Фэснера в чудовищных злодеяниях. Тем самым он пытается запутать Совет и скрыть последствия своей преступной деятельности.

– Да-да!- прокричал Игенсард, демонстрируя поддержку первому помощнику Дракона. - Мистер Фейн абсолютно прав.

Фактически он обращался не к советникам, а к Клитусу. Его неуверенность все больше походила на малодушие. Максиму хотелось сместить руководство полиции Концерна, не нанося ущерб Холту Фэснеру.

– Вот достойный ответ на все вопросы. Уорден Диос морочит нам головы!

Сохраняя на лице профессиональную маску вежливости, Койна строго оборвала его:

– Мистер Фейн прав только в том, что я не могу привести вам серьезных доказательств.

Она огорченно пожала плечами, чувствуя, как гнев напрягает ее нервы и пульсирует в сердце.

– Я не могу доказать, что директор Диос был искренним со мной. Тем не менее позвольте заметить, что акт преимущественного права значительно ослабил полицию. После его принятия мы растянули свои силы на весь человеческий космос. Нам не хватает персонала и кораблей для патрулирования границ. Мы были вынуждены дублировать службы безопасности космических станций.

Нам необходим бюджет, который соответствовал бы поставленной задаче. Расширение нашей юрисдикции было выгодно только Концерну рудных компаний.

Прежде чем Клитус успел вмешаться, Койна быстро добавила:

– Однако данная тема не входит в круг вопросов, которые я хотела бы прояснить.

И снова Лен удивил ее, придя на помощь в трудную минуту. Еще несколько минут назад его голос звучал раздраженно и устало. Ему не нравился зарождавшийся конфликт. Но теперь президент проявлял решительность, которую Койна в нем прежде не замечала.

– Директор Хэнниш, - спросил Эбрим, - а как Уорден Диос объясняет тот факт, что амнионский сторожевик нацелил протонную пушку на наш остров?

Он никогда не бывал в оппозиции к Концерну и Холту Фэснеру. Тем не менее Лен, как и Вертигус, надеялся, что Руководящий Совет Земли и Космоса мог встретить этот кризис независимым ответом. Он верил в силы и разум своих коллег.

– Хороший вопрос, мистер президент, - ответила Койна. - Благодарю вас.

Страх подгонял ее закончить выступление, но она, преодолев его, неторопливо приступила к разоблачению новых секретов Диоса.

– Я упомянула двух человек, виновных во вторжении амнионского боевого судна. Один из них, Майлс Тэвернер, рассказал врагам об иммунной вакцине, которую имел Саккорсо. Вторым был сам Ник Саккорсо. Как я уже говорила, он и Тэвернер подставили капитана Термопайла. За это мы отдали ему Морн Хайленд. Позже нам стало известно, что Морн забеременела. Либо она уже досталась Саккорсо беременной, либо это случилось немногим позже. Учитывая характер обоих мужчин, в рабстве которых она находилась, я не берусь судить о том, кто из них оказался отцом ребенка.

Койна содрогнулась при мысли о том, какие страдания выпали на долю Морн. Выступая перед Советом от лица Уордена Диоса, она, как руководитель службы протокола, столкнулась с почти невыносимой травлей враждебно настроенных советников. Что же должна была чувствовать Хайленд, попав в руки безжалостных пиратов? И что теперь переносил Уорден на борту «Затишья»? Койна обещала себе не сдаваться.

– Я не знаю, что случилось дальше, и как себя вел капитан Саккорсо. Но нам известно, что он доставил Морн в запретное пространство - на Станцию Всех Свобод. Там он договорился с амнионами о принудительном развитии ее утробного плода. В результате лейтенант Хайленд за несколько часов обрела взрослого сына, которого она назвала Дэйвисом - в честь своего отца, капитана «Повелителя звезд», убитого гравитационной болезнью Морн.

Очевидно, результат «принудительного развития» оказался неожиданным для амнионов. В Дэйвисе было нечто особенное - какой-то набор уникальных качеств, которые я не могу описать. В своем сообщении, отправленном на станцию полиции, капитан Термопайл написал: «Дэйвис - это сын Морн Хайленд, принудительно выращенный на Станции Всех Свобод. Амнионы хотят получить его любой ценой. По их мнению, изучение генетического кода Дэйвиса даст им знание, необходимое для того, чтобы мутанты не отличались по внешнему виду от людей».

Койна сделала паузу, позволив советникам постичь весь ужас этой новости. Затем она продолжила:

– Вот почему амнионы решили совершить акт вторжения. Если их мутанты будут выглядеть и действовать, как мы, они наводнят наши станции и планету. Они уничтожат нас без единого выстрела.

Только гнев помог ей удержаться от дрожи при этих словах.

– С их точки зрения, цель оправдывает риск. Какое-то время советники и их помощники молча

смотрели друг на друга. Некоторые из них тревожно переводили взгляды с Койны на Клитуса и обратно. Президент Лен попытался предотвратить нараставшую панику.

– Простите меня, директор Хэнниш, но вы не ответили на мой вопрос.

Как и каждый в зале, он прекрасно представлял себе кошмары той возможности, которую описала Койна.

– Почему «Затишье» гналось за «Трубой»?

Он просил ее рассказать им всю правду - объяснить суть событий. Койна приняла эту ношу. Она обещала себе и Уордену, что безупречно выполнит свою работу.

– Мистер президент, на борту скаута собралась интересная компания: Ник Саккорсо, Морн Хайленд и ее сын Дэйвис. Там же был и доктор Шейхид, создававший вакцину «Интертеха». Бюро по сбору информации запретило его исследования, и он по воле судьбы оказался в команде Саккорсо. Капитан Термопайл спас их с Малого Танатоса перед тем, как разрушить колонию.

– Вы сказали, что крейсер «Каратель» доставил «Трубу» к Земле, - вмешалась Блейн Мэне. - Значит, Морн Хайленд здесь?

Клитус Фейн тихо выругался. Он знал истину, но не хотел раскрывать ее. В глубине души Койна молилась о том, чтобы Диос не оказался замешан в продаже лейтенанта Хайленд. Он верила, что Энгус вернул Морн по приказу Уордена.

– Советник Мэне, вы совершенно правы, - ответила она.- «Затишье» нацелило на Сака-Батор протонную пушку и держит нас в заложниках. Однако реальной целью амнионов является команда «Трубы».

Койна перешла на спокойные тона. Она, как и Лен, боялась вызвать панику в зале. Советникам требовалось время, чтобы справиться со страхом и эмоциями. Кроме того, лишившись поддержки Мэндиша и Лебуола, она хотела закончить свое выступление. Ее гнев превратился в тлевшие руины. Она почти исчерпала запас сил.

– Думаю, мы можем догадаться, почему Саккорсо, обладавший иммунной вакциной, направил «Трубу» в систему Массива-5. Когда «Каратель» вступил в бой с «Затишьем», амнионы расположились у края астероидного роя, где скрывалась «Труба». Именно в этом рое находилась одна из самых крупных нелегальных лабораторий в человеческом космосе. Я уверена, что это не было случайным совпадением.

– Я знаю, о какой лаборатории вы говорите, - сказал Тел Барниш. - Это колония Динера Бекмана.

Койна вежливо кивнула советнику от «Вэлдор Индастриал».

– Вылетев из роя, «Труба» начала транслировать формулу вакцины. Скаут передавал ее на полной мощности во всех диапазонах. Очевидно, посетив лабораторию Бекмана, доктор Шейхид подверг анализу лекарство, которое он, в принципе, и создал.

Она замолчала. У нее не было никаких доказательств. В такой ситуации ей оставалось лишь закончить выступление. Да, она сделала свою работу и выполнила приказ Уордена. Но только ярость удерживала ее от отчаяния. С таким же успехом она могла не прилетать на Сака-Батор, позволив Игенсарду и Фейну управлять чрезвычайной сессией Совета.

Взглянув на своих помощников, она увидела огорченное лицо Форреста Инджа. Он был удивлен и шокирован ее словами. Помощник шефа знал, что Койна пыталась рассказать советникам о преступлениях Дракона. Однако он понял, что это ей не удалось.

Ее связистки почти не осознавали происходящего. Они напряженно выслушивали сообщения, поступавшие из диспетчерского центра полиции Концерна. Судя по их виду, новости были печальными.

Клитус тоже вел переговоры. Его побелевшие губы шептали фразы, которые улавливал только чувствительный ларингофон. Койна ожидала от него яростных нападок и повторения гневных протестов Дракона. Но, к ее удивлению, он выглядел напуганным, а не сердитым. В его глазах застыл безумный ужас.

Максим повел себя иначе. У него появился шанс вернуть утраченное превосходство и контроль над залом. Он метнулся к краю помоста, как хищник, вырвавшийся из клетки.

– Довольно! - крикнул Игенсард. - Я не позволю вам продолжать в том же духе.

Похоже, он пытался получить моральный перевес в балансе сил.

– Директор Хэнниш, вы снова уходите от главного вопроса! Сбиваете нас с толку!

– Каким же образом, особый советник? - устало возразила Койна.

– Энгус Термопайл был киборгом. Разве не так? Вы сами сказали, что он находился под полным контролем команд и ограничений программного ядра. Таким образом, когда Термопайл доставил Шейхида в нелегальную лабораторию, он руководствовался приказами Диоса. В какие же игры играет ваш начальник?

Клитус вскочил на ноги и замахал рукой, привлекая внимание Совета.

– Кстати, - осипшим голосом добавил он,- как получилось, что доктор Шейхид и все эти люди оказались на борту «Трубы»?

Они не позволили ей уйти. Койна выполнила свою задачу, но не покинула поле боя. Она чувствовала, что цели Уордена толкали ее к краю бездны. Однако она не могла уступить оппонентам.

– Мистер Фейн, я уже говорила, что уволенный из «Интертеха» доктор Шейхид примкнул к команде капитана Саккорсо. Он был бортовым инженером. Отчеты с Малого Танатоса говорят о том, что корабль Саккорсо был разрушен в сражении с амнионским «Штилем». Из всей команды уцелело лишь несколько человек. Когда Саккорсо примкнул к Термопайлу, с ним на борт «Трубы» перешли доктор Шейхид, первая помощница капитана Мика Васак и ее брат Сиро, бывший юнгой на погибшем корабле.

«Ну что, доволен, сукин сын?»

Койна бесцеремонно повернулась к Максиму.

– Особый советник Игенсард, я должна сообщить вам, что капитан Термопайл не выполнял ни чьих приказов, когда летел в систему Массива-5. Директор Диос понимал, что в случае предательства Тэвернера наш киборг останется без надзора и необходимых корректировок. При таких условиях он мог столкнуться с ситуациями, которые не были учтены набором инструкций. По этой причине его программу составили таким образом, что, будучи преданным, он получал относительную свободу действий. Подобный вариант гарантировал не только выживание Термопайла, но и целостность «Трубы». Ему запрещался возврат на Землю до тех пор, пока он не получит нового «куратора». Эту обязанность взяла на себя Мин Доннер. Ей полагалось заменить Тэвернера. Однако она не успела получить контроль над киборгом. Когда «Труба» полетела в систему Массива-5, «Каратель» вел тяжелый бой с «Затишьем». Какими бы ни были намерения капитана Термопайла и Морн Хайленд, они направились к Массиву-5 по собственной воле.

Игенсард попытался изобразить печальную улыбку праведника, но из-за спешки у него получилась неприятная гримаса с отвратительным оскалом.

– Неужели вы надеетесь, что мы поверим этой чепухе?

Койна не стала сдерживать свой гнев.

– Я руководитель службы протокола полиции Концерна рудных компаний, - ответила она. - В отличие от вас я знаю цену высказанному слову. Если вы не можете доказать ошибочность моих заявлений, то ведите себя достойно, как представитель Совета и всего населения Земли.

Зал встретил ее вызов молчанием. Советники смущенно потупили взоры. Их помощники разглядывали Койну, словно странную зверушку. Эбрим Лен поспешил ей на помощь:

– Что задумал Уорден Диос? Почему он полетел на «Затишье»? Есть ли какая-то надежда, что ему удастся сохранить наши жизни?

Оценив его усилия по примирению враждующих сторон, она ответила на истинный вопрос, прозвучавший за словами Лена: «Отдаст ли Диос людей с "Трубы", чтобы спасти Сака-Батор?»

– Я не знаю, мистер президент. У нее заныло в груди от досады.

– Он не сказал мне об этом.

– Директор Хэнниш, - внезапно спросила Блейн Мэне,- мы можем поговорить с Морн Хайленд? Можно нацелить ваши антенны на «Каратель» или создать канал связи через диспетчерский центр полиции Концерна?

Койна пригнула голову.

– У меня нет санкций на подобные действия. Она с радостью воспользовалась бы шансом, который предоставила ей Мэне.

– Директор Диос не упоминал о такой возможности. Я не имею контакта с исполняющей обязанности главы полиции Мин Доннер. Даже не знаю, одобрит она это или нет.

Если, спасая Совет, Уорден отдал амнионам людей с «Трубы», Морн была уже вне достижимости. Еще раз проданная своим начальником…

– Ну, так спросите ее, - предложила Блейн. - Что мы теряем?

Клитус отчаянно замахал руками.

– Мы должны понять, что исполняющая обязанности главы полиции Концерна сейчас занята важнейшими делами, - возразил он Мэне. - Учитывая последствия преступных действий Диоса, я могу сказать, что Мин Доннер - это наша единственная надежда. Мне бы не хотелось тревожить ее понапрасну.

«Конечно, тебе не хотелось бы общаться с ней», - подумала Койна. Но она промолчала. Ей было страшно провоцировать его на дальнейшие выпады. К тому же с ним соглашались многие советники.

Внезапно капитан Вертигус вскочил на ноги.

– Директор Хэнниш, у меня к вам вопрос.

Максим выпрямил плечи и открыл рот, намереваясь осадить Шестнадцатого. Однако Койна опередила его:

– Я отвечу на него, если смогу, капитан Вертигус.

Старик ухватился за спинку кресла, словно нуждался в поддержке. Его голова слабо покачивалась на тонкой шее. Тем не менее в голосе советника чувствовалась сила.

– Ваши откровения вызвали у меня огромное отвращение. Если бы я многие годы не видел тех безобразий, которые совершал и совершает Холт Фэснер, меня бы, наверное, вырвало. Но один аспект вашей исповеди поразил меня настолько, что я больше не могу обвинять его. На каком основании, черт возьми, и по какому праву вы оправдываете продажу Морн Хайленд в рабство?

Кто-то мог бы подумать, что он обвинял ее за поступки, совершенные Уорденом. Однако Койна знала, что это было не так. Просто она оказалась здесь единственной, кто мог объяснить ему намерения Диоса. Старому советнику предстояло «много работы», такой же опасной и необходимой, как ее задание. Но прежде чем приступить к выполнению своих обязанностей, он хотел прояснить у нее какие-то моменты.

Огорченно усмехнувшись, она ответила:

– Я понимаю ваши чувства. Морн несколько недель провела на корабле Термопайла, и после этого ее отдали Нику Саккорсо.

Она развела руки в стороны, показывая, что принимает удар его критики.

– Конечно, это отвратительно. Но мы не знали, как иначе сохранить ее жизнь. Она была единственной свидетельницей по делу Термопайла и могла рассказать, что его подставили.

Что Совет обманом заставили принять акт преимущественного права.

– Если бы ее отдали под опеку службы безопасности, она бы неминуемо погибла. У генерального директора Фэснера длинные руки. И он не хотел, чтобы кто-то знал о лжи и подлоге, на которых покоился акт преимущественного права.

Вертигус кивнул. Он принял ее объяснения и поверил им. В его глазах появился воинственный блеск. Он выпрямил спину, словно готовился к битве.

– В таком случае… Клитус не дал ему закончить.

– Довольно, Хэнниш! - крикнул он. - Вы зашли слишком далеко!

Казалось, что он черпал силу из наушников.

– Вы вновь и вновь признаете, что у вас нет доказательств, и однако упорно продолжаете выдвигать беспочвенные обвинения. Это клевета! Я не потерплю ее больше!

– Мистер Фейн, - взревел Вертигус, - мне дали слово!

– Нет, - взвыл Максим. - Вам его не давали! Слово предоставили мне! И только я имею право задавать ей вопросы. Вы просто прерываете меня.

– Игенсард! - свирепо предупредил его Фейн. Максим отступил на шаг и тонким голосом заявил:

– Я уступаю свое слово первому исполнительному помощнику Клитусу Фейну.

– Спасибо, - мрачно огрызнулся Клитус. Массивный, как линкор, он зашагал к помосту и

поднялся по ступеням. Фейн грозно приблизился к Эбриму Лену, словно хотел запугать человека.

– Мистер президент, я возражаю против этого словоблудия.

В его голосе звенело стальное негодование.

– Вы позволяете директору Хэнниш распространять невероятную и злобную ложь. Совет не суд, хотя он мог бы стать судилищем над Уорденом Диосом. Не над Холтом Фэснером, а над главой полиции Концерна! Вы не имеете права разрешать представителю виновной стороны пятнать уважаемое собрание безответственными слухами и необоснованными обвинениями! Если эта женщина не может привести доказательств, вы обязаны остановить ее.

Очевидно, отвага покинула Эбрима. Любой намек на вызов мог обойтись ему слишком дорого. Лен не хотел конфликтовать с любимцем Дракона. Он вжался в спинку кресла и нерешительно спросил у Койны:

– Директор Хэнниш, у вас имеется ответ на прозвучавшее возражение?

– Не совсем хороший, мистер президент, - устало сказала она.

Если бы Койна не поклялась быть хорошим руководителем службы протокола, она признала бы свое поражение.

– Я просто рассказала вам о том, что знала. Мне хотелось помочь работе Совета, чтобы решение, принятое вами, было справедливым и адекватным.

Но она дала клятву честно выполнять обязанности. И Уорден, спасая людей, рисковал собой на борту «Затишья». Койна не могла отступить без боя. Прежде чем президент Лен или первый исполнительный помощник успели что-то сказать, она добавила:

– Честно говоря, я надеюсь, что к этому времени необходимые доказательства уже получены.

– Какие доказательства?

Клитус с усмешкой повернулся к ней.

– От кого? - Койна смело посмотрела ему в глаза. Ее гнев соответствовал ярости Фейна.

– От Хэши Лебуола. От шефа службы безопасности Мэндиша. Они расследуют недавние атаки кадзе.

Клитус отмахнулся от нее бородой. Он был хорошим актером и умел демонстрировать оскорбленную невинность.

– Господи, какое бесстыдство! Вы и в этом собираетесь обвинять Холта Фэснера?

Она не стала уклоняться от прямого ответа. Рискуя остатками доверия, Койна огрызнулась:

– Да, собираюсь. Я знаю, что это он послал кадзе. Холт Фэснер хотел запугать Совет. И я знаю, что он пойдет на худшее преступление, если мы не остановим его.

Обвинение Хэнниш могло показаться кому-то психозом, но Клитус был готов к такому повороту событий. В его наушники поступала информация, которую слышал только он. Прямая атака Койны не испугала его ни на секунду. Отвернувшись от президента Лена, он с возмущением заявил:

– Уважаемые советники, мы погрузились в болото нелепых фантазий. Директор Хэнниш превратила собрание в балаган. Но заседание не должно вестись подобным образом. Это факт, а не вызов. Минуту назад меня информировали…

Он указал рукой на наушники.

– …что генеральный директор Фэснер освободил Мин Доннер от исполнения обязанностей главы полиции Концерна. Наш уважаемый директор не верит, что амнионы отпустят такого ценного заложника, как Уорден Диос. Чтобы предотвратить шантаж и заключение неправомочных сделок, Холт Фэснер отстранил от дел и Диоса. Новый глава полиции будет назначен в ближайшие часы. И я уверен, что первым своим приказом он уволит директора Хэнниш за злоупотребление служебным положением.

Койна поморщилась. Бросив взгляд на связистку, она прошептала: «Это правда?» Одна из ее помощниц, проявив отвагу и здравомыслие, вскочила на ноги.

– Директор Хэнниш… Ее голос слегка дрожал.

– Мы получили донесение из диспетчерского центра полиции Концерна. Оно пришло по вашему каналу связи.

– Что в нем говорится? - быстро спросила Койна. Связистка прочистила горло.

– Исполняющая обязанности главы полиции Концерна директор Доннер отказалась подчиняться приказу Холта Фэснера.

Окрепшим голосом она вкратце пересказала суть сообщения.

– Согласно уставу полиции, ее назначение на должность являлось прерогативой главы полиции. Мин Доннер заявила, что Холт Фэснер не имеет права увольнять ее, поскольку сначала он должен заменить директора Диоса. Но директор Диос не может быть уволен без соответствующего уведомления - тем более в условиях военного времени. Поскольку директор Диос, как ныне действующий глава полиции, не смещал Мин Доннер с должности, она отказалась подчиняться приказам генерального директора Фэснера.

Связистка тут же села в кресло, скрывшись от взглядов советников.

Слава Богу! Койна снова почувствовала дрожь в ногах. Для поддержки она оперлась о трибуну.

Клитус не стал опровергать слова связистки. Очевидно, он уже получил эту информацию от диспетчеров Концерна. В его голосе зазвучали нотки протеста.

– Это не наша вина. Последние двадцать четыре часа Уорден Диос скрывался от мистера Фэснера. Он отказывался говорить с генеральным директором. А теперь амнионы удерживают его на «Затишье». Мы просто физически не могли вручить ему заблаговременное уведомление.

– Сейчас важно то, что директор Диос по-прежнему является главой полиции, - со злой улыбкой заявила Койна. - В данных обстоятельствах командный пункт полиции Концерна по закону должен подчиняться Мин Доннер. Генеральный директор Фэснер не имеет права увольнять ее. Почему вы лгали нам, мистер Фейн? Вы хотели сбить нас с толку?

Однако Клитус был готов ко всему. Его связь с домашним офисом Концерна давала ему необходимую помощь. Он без промедления воззвал к Совету:

– Если бы меня не перебивали, я рассказал бы вам и об этом. Важно не то, что Диоса нельзя уволить. Важно, что он узурпировал законную власть генерального директора Фэснера. Вам нужны доказательства его преступлений? Пожалуйста! Мы находимся под прицелом протонной пушки! Неужели вам этого мало? Уорден Диос предал Концерн рудных компаний. Он предал полицию и все человечество. Сколько еще преступлений должно совершиться, прежде чем вы начнете принимать какие-то меры?

Какие меры? - спросила Койна, предоставляя Вертигусу шанс для выступления. - Что, по-вашему, должен сделать Совет?

Старый капитан не медлил. Его дрожащий голос заполнил зал настоятельным дискантом:

– Необходимо утвердить закон об отделении полиции. Сейчас - пока мы можем! Освободить полицию от Концерна рудных компаний, чтобы копы не зависели от такого человека, как Холт Фэснер.

Фейн с усмешкой покачал головой.

– Не выйдет, Вертигус!

У него уже имелся готовый ответ.

– В этом случае Уорден Диос получит безграничную и бесконтрольную власть. У меня есть лучшее предложение. Совет должен отменить устав полиции. Прямо здесь и сейчас! Мы аннулируем правовую базу ныне существующей полиции, узаконим нужный нам устав и назначим нового директора. Подойдет любой из вас!

Клитус перешел на крик.

– Если вы верите лжи, возведенной на Холта Фэснера, то давайте назначим на эту должность всеми уважаемого капитана Вертигуса.

Его тон источал презрение. Ссылка на Вертигуса напоминала удар исподтишка.

– Сейчас не важно, кто будет руководить полицией. Давайте сосредоточимся на главном и покончим, наконец, с обманом и коррупцией!

Осмотрев зал, Койна увидела на лицах советников неприкрытый страх и отчаяние. Она уже знала, какое предложение примут эти люди. Они были слишком напуганы, чтобы отвергать мощь и силу Дракона.

Уорден проиграл.


Содержание:
 0  Тот день, когда умерли все боги. Прыжок в катастрофу. Том 2 : Стивен Дональдсон  1  Хэши : Стивен Дональдсон
 2  Морн : Стивен Дональдсон  3  Дэйвис : Стивен Дональдсон
 4  Уорден : Стивен Дональдсон  5  Дэйвис : Стивен Дональдсон
 6  Энгус : Стивен Дональдсон  7  Морн : Стивен Дональдсон
 8  Уорден : Стивен Дональдсон  9  Долфин : Стивен Дональдсон
 10  Мика : Стивен Дональдсон  11  вы читаете: Койна : Стивен Дональдсон
 12  Морн : Стивен Дональдсон  13  Клитус : Стивен Дональдсон
 14  Мин : Стивен Дональдсон  15  Клитус : Стивен Дональдсон
 16  Сиро : Стивен Дональдсон  17  Лейн : Стивен Дональдсон
 18  Койна : Стивен Дональдсон  19  Холт : Стивен Дональдсон
 20  Уорден : Стивен Дональдсон  21  Энгус : Стивен Дональдсон
 22  Дэйвис : Стивен Дональдсон  23  Сиро : Стивен Дональдсон
 24  Мин : Стивен Дональдсон  25  Дэйвис : Стивен Дональдсон
 26  Энгус : Стивен Дональдсон  27  Мика : Стивен Дональдсон
 28  Энгус : Стивен Дональдсон  29  Энгус : Стивен Дональдсон
 30  Уорден : Стивен Дональдсон  31  Холт : Стивен Дональдсон
 32  Морн : Стивен Дональдсон  33  Хэши : Стивен Дональдсон



 




sitemap