Фантастика : Космическая фантастика : Новый Король Галактики : Сергей Фрумкин

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  4  8  12  16  20  24  28  32  36  40  44  48  52  56  60  64  68  72  76  80  84  88  92  96  100  104  108  112  116  120  121

вы читаете книгу

Король высокоразвитой империи Эрсэрии ушел из жизни, завещав престол тому, кого выберет его дочь, принцесса Лен-ера. Непременное условие восшествия на престол – избранник должен найти Корону Древних Императоров Космоса.

Принцесса с помощью друга, лорга Эр-тэра, находит человека, который обладает сверхвозможностями, о чем тот и не подозревает. Она уверена, что он единственный подходит для той миссии, которую она хочет ему поручить: отправиться в прошлое, на планету Австрант шестидесятитысячелетней давности, и отыскать Корону.

Сергей «выдернут» с Земли и вместе с другим, подготовленным ему в помощь, космодесантником Велтом на королевском фрегате «Звездный Странник» забрасывается на древний Австрант…

Часть первая

Смена цивилизаций

Глава 1

В голове гудело. Оглядываясь по сторонам и замечая, что лица людей вокруг теряют формы и становятся расплывчатыми, Сергей приказал себе остановиться. Гости же давно перешли ту границу, перед которой он опомнился – на столе третий день не было недостатка в спиртных напитках. В зале все ходило ходуном от стука ног, рева музыки и пьяных выкриков. Сергей попытался отыскать среди этого хаоса сестру, но скоро понял, что это ему не удастся. Зато Федя завалился на столе напротив, и его-то нельзя было не заметить – белый фрак, который жених почему-то не снимал с первого дня свадьбы, заметно выделялся из общей кутерьмы. Его обладатель крепко спал, совершенно позабыв о существовании молодой жены…

На душе было мерзко, и Сергей сам не мог сказать отчего. Болела голова, окружающая какофония нервировала и раздражала. Он не отдавал себе отчета, что теряет сестру, но как-то чувствовал это. У Танюши будет теперь другая жизнь, другая семья, другие интересы, а это означало, что и в его жизни, его и маминой, все меняется. Их станет меньше. Им будет скучно без постоянного жизнелюбия и оптимизма сестренки. А Федя? Где Таня только нашла такого барана? Нет, Сергей не имел ничего против этого здоровяка где-нибудь в институтской компании за кружкой пива, но Танюшка! Умная, красивая, а впрочем… Сергей никогда не задумывался, что с ней такое случиться раньше, чем с ним самим. Ей всего-то восемнадцать с половиной…

Откуда-то от двери пробирался Андрюха, с грохотом опрокидывая табуретки и огрызаясь на окрики родственников Феди, которых никак не мог обойти не толкаясь и не наступая на ноги. Лицо школьного друга выглядело неважно, но узнаваемо. В памяти сами собой всплыли картины вчерашнего дня, когда Андрей, набравшись до полного отупения, выступал гвоздем программы и выделывал такие штуки, что свидетели этого давились со смеху, расплескивая содержимое бокалов себе на одежду…

– Серега! – так и не добравшись, Андрей замахал ему руками. – Идем! Лезь сюда!

Сергей поднялся и был удивлен, какой тяжелой стала верхняя половина тела и особенно голова. Стены качались, а пол, со всей размещенной на нем мебелью: стульями, столом, тумбочками, неожиданно приближаясь, все время целился в лицо…

Наконец он выбрался. Андрей схватил за рукав и потащил куда-то. Сергей даже не пытался понять, куда и зачем. Уже на улице его обдал свежий ночной воздух, осенний и уже холодный, вернув в мир задатки некоторой ясности и хоть какого-то порядка.

Тьму разрезал свет фар «Москвича», к дверце которого и направлялся Андрей. Было удивительно, что в таком состоянии друг собирается куда-то ехать.

– Чего стоишь? Садись! – Андрей уже забрался в машину, и его лицо выражало нетерпение.

– Куда это?

– В кабак! Куда, куда…

Сергей заглянул через дверцу. На задних сидениях улыбались две хорошенькие девчонки, как и положено, до глупости пьяные. Он не помнил, чтобы видел подруг когда-нибудь раньше, и уж на свадьбе не видел точно, но те-то наверняка его знали – их улыбки говорили вполне определенно. Сергей поморщился – Андрюха опять выступал в своем репертуаре – но в машину все-таки сел, отбрасывая сомнения до лучших времен.

– А сейчас мы где?

– Где, где… Вопросы у тебя дурацкие! Важно не где, а с кем! Здесь уже все, конец, ничего интересного не будет – сам знаешь.

– Да, но…

Андрей бросил сцепление, и автомобиль рванулся, встряхнув не ожидавших этого пассажиров.

– Нет, ты сдурел…

– Не бойсь – повеселимся! – Андрей вырулил на проспект, к счастью для всех уже пустынный, и столбы троллейбусных линий помчались навстречу…

Сергея всегда удивляло, как Андрюха управляется с машиной – тот мог едва держаться на ногах или даже совсем не держаться, но баранка в его руках всегда вертелась с такой виртуозной уверенностью, какой позавидовал бы иной трезвый. Друг вел машину автоматически, не думая, как сам Сергей собирал «Кубик Рубика», и со стороны ни за что нельзя было подумать, что за рулем «Москвича» человек, который уже ничего не видит и не понимает. С одной стороны, это успокаивало, да и гаишников совсем не попадалось, а с другой – непонятная, необъяснимая тревога прокралась и примкнула к тоскливому и едкому чувству одиночества и безысходности, царившему в Сергее весь сегодняшний вечер – сегодня все должно было бы быть как-то иначе, не здесь, не сейчас, не с этими людьми… Девчонки шептались и бросали пустые взгляды в зеркало заднего обзора, чтобы увидеть глаза парней. Андрей шутил, и сам не переставая хохотал над своими остротами. Сергей смотрел на него, на как-то неровно колыхающиеся столбы за окном, на накрашенные мордочки, заглядывающие в зеркало и сам себе удивлялся: почему он не сопротивляется, почему так безвольно отдается во власть событий, и почему то, что вчера казалось таким важным, сегодня как-то даже и безразлично?

Движок гудел, а в голове было мутно и ничего не хотелось…


Сергею шел двадцать второй год. Обыкновенный стройный парень, роста скорее среднего, чем высокого, с каштановыми волосами и карими глазами. Студент технического вуза, вполне заурядного, не заслужившего ни особой славы, ни блестящих регалий. Позади оставался четвертый курс, впереди – последний год учебы, неизбежная служба в армии и работа, которую сам Сергей не представлял пока ни в реальности ни в кошмарных снах. Он жил с матерью и сестрой, его интересы простирались от электроники и компьютеров до классической музыки и балета и охватывали все, что только попадалось в поле зрения их обладателя, хотя, надо признать, почти и не задевали института и всего связанного с ним…

Что бы Сергей не делал, как бы бурно не проводил время, ему всегда не хватало настоящего – каждый новый день приносил слишком мало событий, слишком мало новостей, слишком мало радостей и ощущений – сколько бы их там ни было, всегда хотелось еще. Всегда чего-то не хватало, чтобы насытить жизнь красками ощущений, сделать ее яркой и незабываемой. В будущее Сергей верил, но лишь так, как другие верили в бога – будущее есть, его не может не быть, но едва ли оно будет…


– Эй! – толчок друга вернул из дремотного состояния. – Чего, спать удумал?!

Сергей заморгал. Фонарей не было. Проводов троллейбусных линий – тоже. Вместо проспекта – тонущее во мраке загородное шоссе. Движок заглушен. Они стоят на обочине… Да, но какого черта? Что за кабак может быть в лесу?

– Нет, не сплю. Где это мы?

– Молодец! – Андрей стукнул по плечу еще раз, со всего маха. – Давай – просыпайся и меняемся!

– Чего?

– Садись за руль.

– Куда?! – Сергей непонимающе огляделся. Девчонки все так же глуповато улыбались. Андрей, вроде бы, злился и выказывал признаки нетерпения.

– Я же не умею…

– Вот именно! И будем тебя учить!

– Что?! Сейчас? Здесь? Ты рехнулся?!

– Давай, Сережа, не умничай! Газ, тормоз знаешь?

Сергей не ответил.

– Остальному щас научим. – Андрей скорчил непонимающую гримасу. – Что – испугался?! Тогда – с тебя коньяк!

– С чего вдруг?

– Ты же сказал, что тебе «раз плюнуть»!

– Я сказал?.. Когда?

– Ну… сейчас! «Когда»! Я сказал: «слабо за руль». Ты: «запросто». Мы на коньяк поспорили. Правда, девочки?

Те послушно закивали, наверное, предвкушая веселое шоу.

Сергей мотнул головой, стряхивая остатки дремоты и ощущая теперь уже реальную опасность. Глаза Андрея смеялись. Девчонки заговорщически переглядывались. Они в своем уме? Ну и шутки! Придурки! Им, видите ли, весело! А жить что, совсем не хочется?!

– Давай быстрее! – Андрей уже стоял на улице, открыв правую дверцу снаружи. – Вылезай!

Сергей и сам не понял, как оказался перед огромным неудобным рулем и блекло светящейся приборной панелью. Андрей завел сам.

– Сцепление!

– Да перестань ты…

– Сцепление, я сказал!! Так. Держи! Передачу включу сам. Отпускай, только тихо! Понемногу давай газ…

Машина тронулась и поехала, правда, очень медленно, зато плавно, а не так, как в лапах хозяина.

– Так. Молодец. Опять сцепление!

Андрей воткнул вторую, затем третью. Сорок километров в час показались Сергею неимоверно скоростными – дорога тряслась в свете фар, из темноты выскакивали блестящие столбики ограждений, непонятные знаки, призраки деревьев. Руль слушался плохо, но, слава богу, хотя бы слушался.

– Не трясись! Жми газ! Жми, Серега, жми! Тут никого нет.

Девчонки одобряюще завизжали.

Восемьдесят! Как, оказывается, это много для старого ржавого автомобиля, затуманенной алкоголем головы и вспотевших скользких пальцев!!!

Что заставило его сесть за руль? Почему он согласился? Что он сейчас делает? Вроде, бояться было нечего. Все получалось. Влитая в желудок водка сглаживала острые углы, смягчала краски, прогоняла страх, но Сергей все равно никак не мог подавить тревогу – та давила и нервировала все сильнее. Нужно было остановиться, отдать руль… как можно скорее, прямо сейчас, через минуту могло быть поздно… Хм! Все равно он не знает, как!!! Предчувствие стучало в висках, а Сергей все списывал на простое малодушие, точнее – безрезультатно пытался списать. «Москвич» катился по пустой дороге, стрелка спидометра в немом безумии перескочила за 90, девчонки отпускали комплименты, Андрей самодовольно улыбался своему таланту прирожденного, как, должно быть, думал, инструктора и чуть придерживал руль, глядя на серый асфальт за лобовым стеклом затуманенными глупыми глазами…


Откуда на неширокой объездной дороге в это время суток мог взяться еще один автомобиль, и куда несло шикарную иномарку по ухабам разбитого асфальта, все четверо смогли задуматься лишь гораздо позже. Из темноты поворота вынырнули большие квадратные фары тяжелой легковой машины, а ядовитый «дальний» бело-голубой свет галогенных ламп резанул глаза, совершенно ослепив и ошарашив непривычного к таким встречам «курсанта». Руль сам ушел из рук, выбрасывая на встречную полосу.

Все произошло очень быстро. Свет пропал также неожиданно, как и возник. Иномарка на огромной скорости в последнюю секунду ушла в левую сторону, подняла облако пыли по обрывистой обочине и пропала сзади. Дальше – сперва пронизывающий визг тормозов – запоздалое торможение «Москвича» – и еще более резкий звук, издаваемый с задних сидений напуганными пассажирками. Потом – грохот взрыва за обочиной у кустов, метрах в тридцати сзади, и яркая вспышка света, осветившая весь салон и бледные лица четверых ребят, уже почувствовавших, что случилось что-то непоправимое, но еще не способных что-либо осознать.

«Москвич» же продолжал двигаться. Все еще воткнутая передача заставляла двигатель хрипеть и тащить машину дальше на непригодно малой скорости – прошли секунды – они еще не успели «заглохнуть». В шоке, не понимая, что делает, но, почему-то, очень уверенно, Сергей совсем отпустил тормоз и утопил газ. Никто не смотрел на него – все взгляды приковывал огонь за задним стеклом. И лишь один Сергей не видел, как с асфальта взметнулась серая тень живого человека. Взметнулась и замерла на мгновение, выбросив вперед руку с чем-то блестящим.

Два быстрых громких хлопка прозвучали едва ли не слитно, одним звуком. В это самое время машина дернулась на незамеченной Сергеем яме и взлетела, подброшенная не вовремя добавленным ускорением – «курсант» допустил очередную ошибку и перепутал газ с тормозом. Всех тряхнуло. Девчонки ударились лбами и тихонько заскулили. Андрей едва не вылетел через лобовое стекло. Но «Москвич» уносился дальше, а огонь пожара и несчастный водитель исчезали за поворотом.

– В нас стреляли!!! – прорычал Андрей, едва вернув равновесие.

Все быстро переглянулись. Боли пока не чувствовали (вроде бы не чувствовали!), не было битых стекол – либо «мимо», либо разберутся позже – нужно уносить ноги…

– Вернись!!! Ты обязан помочь раненным!!! Вернись немедленно!!! Что ты делаешь?!!

Сергей дернулся и бросил взгляд сперва на Андрея, а потом в зеркало заднего обзора на подружек. Никто в машине не мог сказать таких слов, да, вроде бы, никто ничего даже не слышал. Тогда кто кричал?! А собственно, какая разница?! Действительно, он ведь обязан вернуться, должен оказать первую помощь, тут нечего и думать!!! Удирать – еще большее преступление! Что он такого сделал? Простой несчастный случай – не справился с управлением… правда пьяный и без прав…

– Вернись!!! Будет поздно!!! Ты слышишь!!!

Кто мог так орать? Черт!!! Сергей вдруг понял, что четко видит глаза человека, оставшегося там позади, у раскуроченной иномарки, тонущего в дыму и освещаемого сполохами огня – разъяренного и удивленного одновременно. Большие темные глаза с гипнотизирующим стальным блеском… Полная чушь! На таком расстоянии, в темноте да еще за поворотом невозможно никого разглядеть даже, если у тебя на затылке третий глаз, а на нем устройство ночного видения!.. И все равно Сергей совершенно точно смотрел в чьи-то глаза и не только смотрел, но и ни на секунду не задумался, почему и как смотрит – мало ли, что может приключиться с мозгом, когда три дня пьешь, а потом встреваешь в шоковую ситуацию – он думал лишь о том, что обязан остановиться, развернуть машину, потом бежать, бежать, как можно скорее бежать на помощь к умирающим детям, к израненным женщинам, к тому, кто еще жив, кто лежит истекающий кровью, глушимый болью и страхом… и все по его вине, вине Сергея, этого пьяного придурка, который не умеет водить машину… Бежать, бежать… к человеку с пистолетом…

Сергей едва ли мог воспротивиться зову внутреннего голоса – он и не противился – но нога упиралась в газ, а руки остервенело крутили руль лишь для того, чтобы удержаться на трассе. Расстояние от места аварии все увеличивалось. Неожиданно видение пропало, и вместе с ним внутренний голос, звавший вернуться, словно кто-то вдруг задушил последние остатки совести. В голове воцарилась тишина, а телом овладела слабость. Сергей бросил газ, а Андрей силой вырвал передачу, поскольку жать на сцепление никто не собирался, а скорость падала. Предоставленная сама себе, машина постепенно затихла, остановившись посередине дороги…

Все вышли. Первые минуты никто ничего не говорил, только тяжело дышали и переглядывались. Дыр от пуль в корпусе не было. Крови тоже. От броска на яме ничего не побилось и не сломалось, по крайней мере, снаружи и на первый взгляд. Все живы. Все целы.

Андрей заговорил первым:

– Что делаем?

На заданный хриплым голосом вопрос ответила тишина.

– Я знаю что, – опять прохрипел Андрей. – Едем, куда ехали!

Все посмотрели удивленно.

– Непонятно? Во-первых: здесь недалеко – первый поворот налево в город и пять минут езды по задворкам – там темно, нас не заметят, ментов не водится. Во-вторых: не надо возвращаться назад по этой дороге. В-третьих: в кабаке нас не будут искать.

Доводы прозвучали неубедительно.

– Кто… искать? – затравленно спросил Сергей.

– В тебя стреляли, забыл? Кто его знает – может «крутой» какой?! Подымет на уши весь город. А мы пьяные и в кабаке – ну какой остолоп пойдет на дискотеку после того, что с нами было? Значит, там искать не будут. Номер запомнить невозможно – он у меня сзади весь грязный. Машина цела – в ней ничего особенного – мало ли в городе «Москвичей»?

– Слабоватая логика.

– Нас будут искать! – повторил Андрей. – Понял?! Не «крутые», так менты! Ехать домой нельзя – это же через весь город продираться. А прятаться и ждать, как малые дети, пока папа остынет, положит ремень и сядет смотреть футбол, глупо да и бесполезно – нет сегодня футбола… И вообще, – он сглотнул, – мне нужно выпить, или крышей поеду! Всё, тронулись!

Больше никто не спорил. Девчонки же вообще вели себя как зомби и только смотрели огромными наивными глазами, словно мгновенье назад проснулись.

А через пятнадцать минут на их четверку обрушилась оглушающая музыка, шум, жара, духота, море света и огней какой-то сумасшедшей городской тусовки…


Человек долго провожал взглядом уходящий «Москвич» с нетрезвой компанией. «Москвич» скрылся за поворотом. Через какое-то время стихло рычание старого глушителя, а человек все еще стоял неподвижно. Потом хмыкнул, спрятал оружие и развернулся лицом к огню. Внизу под здоровенной сосной полыхал перевернутый «Мерседес», сложенный в груду металлолома. Человек усмехнулся, сложил на груди руки и так, в задумчивости, стоял, глядя вниз, пока за его спиной не затих шорох резины по асфальту, и такой же, как только что погибший, новенький «Мерседес» не замер в ожидании.

– Неплохо! – закрыв тему аварии этой фразой, человек сел в машину.

– С Вами все в порядке?

– Да, конечно.

– Следить за ними?

– Слежения не установили?

– Нет, но уверен, найдем быстро – куда они денутся…

– Знаю. Пока не надо. Будет нужно – сам отыщу.

– Как скажете.

Человек усмехнулся, глядя на водителя.

– Интересная ситуация.

– Быстро ехали?

– Да. Слишком быстро, но дело не в этом… Ладно, трогай куда-нибудь, где можно перекусить и подумать – есть над чем поразмыслить.

– Ok!

– Только не спеши – на сегодня хватит.

Теперь улыбнулись оба, и «Мерседес» большим темным монстром зашелестел по асфальту прочь от своего менее удачливого собрата.


– Шампанское будешь?

Хороший вопрос, если учесть, что открытая бутылка и два бокала уже играли в лучах цветомузыки в руках Андрея.

– А где девочки?

– Сбежали. Сказали, что после того, что было, им нужно отдохнуть, иначе заснут прямо здесь под столом… Вполне похоже на правду.

– Они не проболтаются?

– Эти – нет. Не должны. Не дрейфь – девчонки свои, все нормально.

– Мне-то чего дрожать – машина твоя. У меня и прав-то нет.

Андрей посмотрел как-то зло, уселся напротив и взялся разливать шампанское.

– Все, забыли! Об этом больше не говорим! Сегодня… – пробубнил он. – Пей вон лучше…

Сергей послушно взялся за бокал. Хрусталь завораживающе переливался разными цветами, маленькие пузырьки в бокале зарождались и взлетали, зарождались и взлетали… То по одному, то группами по два, по три… шипя с непонятным весельем, как будто сквозь грохот музыки кто-то мог услышать и порадоваться оживлению бестолковой компании никому не нужных шариков с газом… Сергей поймал себя на мысли, что думает о всякой чепухе! О пузырьках в бокале, о том, что самые красивые девчонки за столом справа, а самые страшные – танцуют на сцене. О том, что стол могли бы вытирать и получше, а пепельницы не менять каждые пять минут – в конце концов, они с другом не курили. Думал о чем угодно, только не о том, что, возможно, десять минут назад перечеркнул всю свою жизнь, и, если даже не перечеркнул, то добавил в нее что-то такое, чего уже никогда не забыть и не исправить…

Андрей заказал вторую бутылку, хотя вряд ли стоило – друг и так клевал носом и вот-вот грозился завалиться на столе. Какое-то изменение на сцене привлекло внимание Сергея – девчонки там разбежались, растворились по углам, стало пусто, и только парни выползали из-за столов кто с подругами, кто без. А, понятно: медленный танец. Ничего интересного…

– Можно Вас пригласить?

– Что? – Сергей поднял глаза. Над ним стояла красотка со столика справа. Бросил взгляд на столик – какие-то бандиты – здоровые лысые парни – с такими лучше не связываться. Но… не сегодня. Сегодня ему уже без разницы. Девчонка сказочная, почему бы и нет – подумаешь, еще одно происшествие за день?

– Да.

Она что-то говорила, Сергей не понимал что и старался хоть как-то следить за ритмом танца. Ему казалось, что получается – дама улыбалась, но оставшаяся нетронутой алкоголем часть сознания насмешливо напоминала, во что превратился сейчас ее обладатель, и как «это чудо» должно смотреться со стороны…

Когда вернулся за свой столик, Андрей уже храпел. Нашел глазами партнершу и вздрогнул – ей как раз досталась оплеуха от толстого мордоворота с золотой цепью. Правильно, такой порядок: пришла с серьезными людьми – не балуйся, нечего малолеток развлекать и людей позорить. Сергей и сам толком не понял, как оказался рядом. Не понял, как додумался выдернуть стул из под омерзительного толстяка. Бандит рухнул под стол всей своей массой, расплескав содержимое фужера и потянув за собой салфетку со всей посудой, выпивкой и угощением. Кто-то засмеялся, но всего на мгновение. Кто-то повскакивал на ноги, кто-то опрокинул стулья.

Запоздало, но дальше Сергей понял все. Неожиданно протрезвев, он бросился к выходу, прямо через сцену танцплощадки, распихивая танцующих, не реагирую на пинки и ругань и явственно слыша за собой тяжелый топот «секьюрити». Допрыгался!

Вот и дверь, но… Двери раскрылись прямо перед его носом, а в них шагнул статный крепко сложенный человек в черной коже. Они едва не сбили друг друга. Глаза встретились.

– Черт! – Сергей вздрогнул и отступил на шаг. Эти глаза он уже видел раньше, но ведь не могло же быть…

Человек тоже замер, разглядывая его с не меньшим потрясением. Но ведь они никогда друг друга не видели!!!

– Ты?

– Нет, что Вы…

Он хотел просочиться мимо, и человек даже не шелохнулся, чтобы помешать, но темные большие глаза опять возникли перед Сергеем. На этот раз не только глаза – появилось противное ощущение, что кто-то вломился в мозги и начал копаться там, как у себя дома. С другой стороны, что-то словно сковало и руки и ноги, заставляя терять драгоценные секунды.

– Ну нет! На и тебе так же!!! – он был слишком пьян, чтобы подумать, бывает такое или не бывает. Просто решил, что сейчас его собственные глаза точно так же возникнут в голове у маньяка в черном, как-то сконцентрировал внимание на объекте за спиной и проник в него… или сделал что-то такое непонятное, отчего человек в коже пошатнулся и посмотрел удивленно. Парализующее действие гипноза, если это был гипноз, пропало.

Сергей сделал шаг, но теперь его плечи оказались в тисках куда более реальных. Двое здоровенных рыл подхватили под руки и вцепились в плечи. Сергей вздрогнул от боли и автоматически повторил то, что только что сделал с гипнотизером. Бред!!! Секьюрити закачались!!! Все равно, что это было – сон, явь, правда, белая горячка… – его отпустили – нужно было бежать, и он рванулся.

Ступеньки, улица, переулок, кромешная тьма, кусты, топот совсем рядом… Шорох за спиной. Сергей чуть обернулся… и на этом все закончилось. Один удар в подбородок, и свет выключился окончательно. Что-то холодное, мокрое и бесконечно огромное приблизилось, обжигая лицо и поглощая остатки сознания…

Глава 2

Элиту Большого Галактического Королевства составляли лорги – люди, наделенные феноменальными способностями во всех областях знаний, экстрасенсорики и парапсихологии. Так и должно было быть. Долгие столетия Программа Рождения создавала, выращивала, вынашивала эту расу именно для того, чтобы увидеть во главе государства настоящих, полноценных правителей.

Лучшие из лоргов образовывали Великий Совет Королевства, собиравшийся только в исключительных случаях. Когда такое случалось, члены совета объединялись в Сфере Правления, образовывая знаменитое Кольцо Истины. Тридцать один лорг размещался в своем ложе правителя, после чего Сфера замыкалась, разумы тридцати одного лучшего из лучших сливались в один ни с чем несравнимый разум, способный анализировать и предвидеть любое событие. Дополняя друг друга, лорги создавали идеальный, лишенный целей и желаний мозговой центр – но не абстрактный, обедненный интуицией разум машины, а разум живого человека, способного чувствовать, предвидеть, предсказывать. Чтобы управлять таким чудом нужен был еще один экстрасенс, один способный справиться с мощью тридцати одного члена правительства. Им служил сам Король Галактики – человек-легенда. Он размещался в центре Сферы Правления, он направлял, координировал и слушал Кольцо Истины. И такое правление не знало ошибок…


Огромный Тронный Зал, способный вместить несколько сот тысяч гостей, Великий Совет Королевства, Исполнительный Малый Совет, Советы пятидесяти Институтов, представителей и членов правительств всех планет и объединений Королевства, сегодня казался совершенно пустым: несколько человек, собравшихся у самого трона, принцесса Лен-ера, группа офицеров и всего сотня вооруженных людей Правительственной Охраны, растянувшаяся по окружности зала и играющая скорее церемониальную функцию, чем призванная защищать кого-либо от чего-либо.

Сегодняшнее заседание носило внутренний, предварительный характер – из приглашенных лоргов, правителей и офицеров каждый либо играл слишком важную роль в политической жизни Королевства, либо был близок королевской семье и имел непосредственное отношение к событиям, послужившим причиной сбора.

– Значит, свершилось! – задумчиво произнес лорг Уэл-тэр – темноволосый человек среднего роста, обладающий царственной осанкой, резкими чертами лица и жестким расчетливым взглядом. Его ложа располагалась во главе Малого Совета, то есть внутри круга ложей лоргов Великого Совета и ближе всех к пустующему трону Короля. – Что ж, мы все могли предвидеть…

– Вот именно: только могли! – с излишней резкостью в голосе парировала принцесса. Все посмотрели на Ее Высочество. Красивая, уверенная в себе женщина сегодня выглядела необычно бледной. В глазах сквозила усталость, а нетерпимость в голосе подчеркивала напряжение нервов, которое давно не мешало бы снять. – Могли, но никто не предвидел! Никто не мог предвидеть поступков отца, а ты – уж точно!

Уэл-тэр пожал плечами:

– Хорошо. Не «предвидел», но ожидал. Так Вас устроит? Все мы знали, что рано или поздно такое случится. Если Вы не против, давайте выслушаем офицера. Мне бы хотелось узнать все из первых уст.

– Ты и так уже все слышал – более чем уверена.

– Я слышал. Другие – нет. Ваше Высочество!

– Хорошо, – принцесса устало кивнула. – Боренг!

Повинуясь жесту Лен-еры, на возвышение сферы правления поднялся широкоплечий блондин в коричневой форме, сплошь покрытой знаками отличия, среди которых давно вышедшим из моды ядовито-зеленым сиянием выделялись Вымпелы Великих Войн, напоминая о возрасте и опыте орденоносца.

– Боренг, ты был последним, кто видел Его Величество и говорил с ним? Ты был другом отца и тем человеком, который проводил его в мир, где… – принцесса вздрогнула и замолчала, собираясь с силами.

– Да, Ваше Высочество, – офицер поспешил отозваться. В его взгляде ясно читались жалось и желание, насколько будет возможно, смягчить удар дорогому и близкому ему человеку.

– Говори, Боренг! – подтолкнул Уэл-тэр, совершенно далекий от сентиментальности такого рода.

– Мы шли на двух катерах, – голос офицера надтреснул, выдав внутреннее волнение человека, только что казавшегося железным и непоколебимым. – Последнее время Король часто отправлялся в рискованные марши, сопровождаемый одним нашим СК-17. Его Величество не отключался, не выглядел усталым или слишком задумчивым, что с ним часто случалось за последние лет двадцать. Он был спокоен и уверен в каждом своем действии. Он все время держал с нами связь…

Ничего особенного не происходило. Король искал бурю и нашел ее. На пятый день пути мы вошли в циклон, держались несколько часов, пока Его Величество наслаждались опасностью, а затем были вынуждены уйти в подпространство. Незадолго до этого момента королевский «Беркут» оторвался от нас на какой-то световой год, но мы все равно постоянно видели его на экранах радаров.

Мы следили за тем, как «Беркут» входил в подпространство и последовали за ним. Как вы понимаете, несмотря на относительно нормальное течение времени в гиперпространстве, свойства объектов в нем изменяются. Для человеческого сознания прыжок может проходить мало – доли секунды, или как угодно долго – часы и даже сутки, но управление кораблем в это время сводится к бытовым операциям, не имеющим никакого профессионального интереса. Все зависит от того, какой расчет произвел Мозг судна до достижения барьерного ускорения – в случае непредвиденной ситуации или при возникновении вероятностной ошибки Мозг дает предупредительный дамп, получаемый всеми соседними судами. Никакой тревожной информации к нам не поступило, но, когда прыжок завершился, «Беркута» нигде не было. Любой, кто знаком с оснащением лайнеров разведки, не усомнится в правдивости моих слов: в наше пространство катер Короля не вернулся. Ничего не предпринимая, мы ждали стандартные сутки, но Его Величество так и не объявились. Организованные затем Управлением Королевской Охраны поиски оказались тщетными.

– Невозможно… Невозможно, чтобы он погиб там, где выжил кто-то другой! – принцесса произнесла это так, словно не в первый раз спорила сама с собой. На этот раз она хотела, чтобы все услышали мнение офицера. – Ты ведь знал моего отца – он не мог погибнуть так вот, случайно? Он был самым знатным человеком в галактике!

– Да, Ваше Высочество.

– Но тогда… – начала принцесса и замолчала.

Орденоносец в коричневом уловил ее мысль, посланную «открытым текстом».

– Да, Ваше Высочество. Мы тоже так думаем. Король сам ушел из жизни. Он хотел этого.

– Да… – Лен-ера горько кивнула. – Он прощался со мной… Я чувствовала, но не хотела верить… Я не понимала его и сейчас не понимаю…

На некоторое время в зале воцарилась тишина. Прожив пятьсот девяносто два года, Король устал жить. Об этом знали все. И поступок Нэск-тэра, как и сказал раньше Уэл-тэр, действительно можно было предвидеть.

– Офицер, – к разговору присоединился Третий Советник Малого Совета – Гис-вэр – один из самых старых долгожителей Королевства, прославившийся своей бесконечной осторожностью и консерватизмом. – Мы не услышали ни одной даты. Как давно это было?

– Сэр! Я и мой экипаж вернулись в столицу несколько часов назад. Решение о прекращении поисков и моем возвращении принято командованием Королевской Охраны одиннадцать стандартных суток назад. Декаду назад мы первый раз проинформировали Ее Высочество.

– А нас – только сегодня?

– Так точно, сэр!

– Понятно.

– Разумеется, Гис-вэр! – Уэл-тэр постучал кольцом на пальце о подлокотник из драгоценного сплава, привлекая так к себе внимание не только ушей, но и взглядов. – Нам ведь это не интересно. Какое дело Малому Совету до политической стабильности в обществе, до ситуации в Королевстве и судьбы Его Величества? Нам можно сообщить в последний момент.

– Если никто, кроме Ее Высочества и Охраны не информирован, ничего страшного – пока сведения о смерти Короля не просочились за стены этого зала, никакой опасности они не представляют, – отозвался Гис-вэр. – Другое дело, как быть с ними потом – как представить такую взрывоопасную информацию всему Королевству и как в дальнейшем организовывать внутриполитическую иерархию? Насколько я понимаю, без Короля теряет смысл не только Кольцо Истины, но и Великий Совет?

– Ничего страшного. – Уэл-тэр только отмахнулся. – Уже тридцать лет, как Великий Совет не собрали ни разу, и ничего – мир не рухнул. Справлялись сами, «Малыми» силами. – Советник тут же ощутил на себе давление сразу четырех пар недовольных глаз: Лен-еры и трех лоргов Великого Совета, присутствующих в зале. Уэл-тэр был сильным экстрасенсом, но отрицательное эмоциональное воздействие сразу от четырех лоргов никому, и ему в том числе, не могло доставить удовольствия. Превозмогая головную боль, Первый Советник саркастически усмехнулся, отмахиваясь от оппонентов своим силовым полем и используя при этом все многочисленные усилители биотоков, украшавшие его руки в виде золотистых колец и браслетов, шею в виде бриллиантовой диадемы и голову в виде алмазного кольца: – Есть проблема посерьезней – «королевство», как государственная система, подразумевает наличие «короля», а в основном законе нет ни слова о порядке и процедуре престолонаследования! Понятно, что Неск-тэр правил так долго, что никому и в голову не могло прийти, что Большое Галактическое Королевство рано или поздно станет ассоциироваться с другим королем и другим именем. Неск-тэр основал Королевство, он собрал Советы, он обладал даром предвидения, какого нет ни у кого из нас, он единственный не терял сознания, управляя Кольцом Истины… но, что теперь? Что преподнести Советам на ассамблее – выборы нового Короля или отказ от королевской власти как таковой и смену государственного строя? Вот вопрос, который меня заботит, и, признаюсь откровенно, пугает до зубной боли… а вовсе не такая мелочь, как жить или не жить любому отдельно взятому совету или правительству!

– Замечательно сказано, – прокомментировал один из лоргов в желтой мантии правителя Великого Совета, выглядевший самым молодым и красивым в компании первых лиц государства. – Великий Совет не нужен, пусть все решают трое самых умных и дальновидных… Или четверо: то есть трое, плюс король? Уэл-тэр, ты за королевскую власть или против?

– Я за, Эр-тэр! Только за! В основе государства лежала и должна лежать власть одного человека, отрицая деструктивное соперничество правителей, организаций и партий… Спасибо, что поинтересовался!

Эр-тэр улыбнулся доброй красивой улыбкой молодого Аполлона, хотя смысл прозвучавших затем слов вряд ли мог быть таким же добрым:

– И какую же роль отводишь себе?

Первый Советник сверкнул глазами, на этот раз не сдержавшись. Эр-тэр ответил таким же импульсом антипатии. В том месте, где силовые воздействия встретились, воздух едва слышно защелкал электрическими разрядами – в два раза ближе к Эр-тэру, чем к Первому Советнику. Стоявшая по периметру всего зала охрана насторожилась, дотронувшись до чехлов с шоковыми излучателями – в колоколах защитных шлемов солдаты не слышали ни единого звука из зала заседаний – только команды старших офицеров, а офицеры встревожились и пришли в движение сразу, едва почувствовали возникшую в зале напряженность.

Лен-ера вскочила на ноги:

– Прекратите, вы оба! То, что наше заседание носит «семейный» характер, вовсе не означает, что всем нужно передраться и переругаться, как щенкам марлингов из-за кусочка мяса! В конце концов, я требую уважения к себе и памяти моего отца!!

– Простите, Ваше Высочество! – Уэл-тэр также мгновенно погас, как загорелся. Он одарил соперника совершенно спокойным взглядом: – Эр-тэр, приношу извинения и попрошу воздержаться в дальнейшем от подобных замечаний в мой адрес!

Эр-тэр так же вежливо улыбнулся:

– Постараюсь, сэр.

Лен-ера устало вернулась на место.

– Тем более, что вы еще не слышали самого главного.

– То есть?

– Отцом оставлен документ, снимающий с Малого Совета большую часть непомерного бремя ответственности – раз уж, как я понимаю, Малый Совет решился взвалить на себя все, что только можно.

– Какой документ, Ваше Высочество?

– Своего рода завещание. Сейчас увидите. Пожалуйста, Боренг!

Офицер все еще стоял в Сфере Правления. В его руках возник футляр с хрустальным сфероидом.

– Часть обращения сугубо личная, – пояснила принцесса. – Поэтому я решилась собрать лишь самых близких людей, то есть вас, господа. Смотрите!

В этот момент в центре Сферы Правления, рядом с королевским троном, появилась голограмма Неск-тэра.

Откуда-то издалека донесся спокойный бархатный баритон Короля:

– Судьба государства предрешена… Не стоит огорчаться, моя девочка: я устал, просто очень устал. У тебя впереди счастливая и долгая жизнь, а первые неприятности только внесут разнообразие, помогут тверже смотреть в будущее, укрепят дух. У тебя все должно быть и будет хорошо. Я знаю это, как знаю, что поступаю единственно верно. Не печалься и всегда помни: твой отец просто не может поступить иначе…

Трудно обращаться к тебе сейчас, когда решение уже принято, а будущее видится мне четко и определенно. Только теперь я понимаю, почему должен уйти, и только теперь вижу тех, кто придет ко мне на смену… Ты сможешь все понять, но не сегодня и еще очень не скоро. Мой долг, мой последний отцовский долг уберечь твое счастье, Лен-ера.

История же Королевства ляжет на новую ветвь. Изменится вся ваша жизнь – перемены затронут всех и даже тех, кто совсем не готов к ним…

Сфероид поможет вам на Совете. Я передам его Боренгу. Никто не будет знать о словах Короля раньше времени…

– А теперь, – темное лицо Нэск-тэра словно повернулось к зрителям. Даже голограмма этого человека вызвала невольный трепет среди правителей. Лен-ера провела рукой по глазам – еще никто не видел ее слез. – Я обращаюсь к вам, лорги Советов Королевства. Услышьте и запомните мою последнюю волю: пользуясь своей властью, завещаю трон и бремя ответственности за судьбу Королевства будущему избраннику моей дочери… Лишь на Лен-еру возлагаю ответственность, кому и когда передать королевский трон. Лишь она вправе решать, когда сменить Короля, а когда верно служить ему – надежному другу и любовнику. Принцесса – лорг, возможно, самый сильный лорг в Королевстве. Она моя дочь. Но она не правитель – слишком эмоциональна, слишком вспыльчива, недостаточно осторожна – она не готова и не способна встать во главе Советов, по крайней мере, сейчас или в ближайшие годы. И потому не она, а он – тот, кому наделенная предвиденьем, интуицией и умом не меньше самого знатного из вас, самолюбивая Лен-ера сможет доверить самое дорогое – сердце и свободу – заслуживает обладания всей полнотой королевской власти… – затуманенный думами взгляд Короля неожиданно вспыхнул на мгновение, как когда-то, заставив присутствующих вздрогнуть от неожиданности. Король не мог видеть своих слушателей, но каждый смотревший в глаза голограмме почувствовал напряжение акцентируемого оратором внимания перед чем-то очень важным, что будет произнесено с секунды на секунду: – …если и до тех пор, пока не появится законный престолонаследник, коронованный Короной Древних Императоров Космоса!..

Изображение растаяло. Отточенным движением Боренг отдал честь тому месту, где только что стоял его Король, и повернулся к зрителям:

– Я получил сфероид в день, когда «Беркут» и его сопровождение покинули систему Золотой звезды, со строжайшим приказом представить его только на Великом Совете. Никто, кроме Ее Высочества, до этого момента не видел завещания и не мог знать, насколько оно важно. Документ содержит биокод Его Величества, что доказывает его подлинность. Подделка исключена.

– Спасибо! – принцесса обвела взглядом людей в ложах. – Вот теперь жду ваших слов.

Несколько секунд в огромном зале висела мертвая тишина. Появившееся завещание меняло все планы и опасения. Еще никто в Королевстве не осмелился бы изменить воле Его Величества.

Уэл-тэр ожил первым.

– Не понимаю, – задумчиво произнес он.

Принцесса подняла брови:

– То есть, Советник?

– Не понимаю. – Уэл-тэр поднялся на ноги и театральным жестом развел руками. – Если «завещание» Неск-тэра что-то расставило по своим местам, то мне бы хотелось услышать: что?

Лен-ера пробежала взглядом по лицам лоргов, как бы пытаясь определить, на кого из них можно положиться. Эр-тэр чуть кивнул. В глазах двух других членов Великого Совета светилось сочувствие и понимание. Матовые глаза Гис-вэра остались равнодушными. Еще один взгляд, взгляд стальных глаз Второго Советника и маршала Основного Галактического Флота Рэс-вэра, едва не испепелил ее, заставив резко закрыть глаза, собраться с мыслями и лишь потом вернуть взор к ожидающему ответа Уэл-тэру.

– Что именно ты хочешь услышать?

– Я объясню. Понимаете, Ваше Высочество, на самом деле ни одной проблемой меньше не стало. Предположим, вопрос о смене государственного режима отпадает. Но для нас, для людей, собравшихся в этом историческом зале, в этой святая святых Королевского правления, для нас, Первых Советников КОРОЛЕВСТВА, для ставленников и соратников Неск-тэра, такой вопрос никогда и не вставал – мы все приверженцы монархии и отдадим за нее не только все силы, но и жизни! Это очевидно. Но ведь не все правительства в Королевстве так единодушны во мнениях. Не забывайте, что Аррагорру, например, всегда удерживало лишь имя Короля Неск-тэра, и не как короля, а как законного и демократически выбранного лидера. Аррагорру, а значит и еще два десятка развитых, богатейших миров, потеря которых для Королевства будет означать серьезнейшие, катастрофические экономические и социальные осложнения: нарушение культурного, интеллектуального, торгового обмена, раздвоение армии и флота, расслоение в обществе и политической элите. Вплоть до разделения границ, передислокации военных сил, разрушения линий связи, потери основных транспортных коридоров в пределах и за пределами галактики, нарушения всей внешней и внутренней политики и наконец – до полного развала Большого Галактического Королевства! И это, прошу учесть, только Аррагорра, только Независимые! А сколько куда менее радикально настроенных правителей секторов перекроют границы просто так, на всякий случай, для личной безопасности и во избежание внутренних перемен, от которых, разумеется, отвыкли за последние пять сотен лет, и которых боятся больше смерти?

Ну ладно, оставим. Отбросим на второй план – считаем, все за Королевство, все за Короля. Нового, незнакомого, непредсказуемого… Но кто станет этим Королем?!

Уэл-тэр слыл превосходным оратором, возможно, лучшим во Вселенной. Он не даром встал – каждое слово, каждая высказанная мысль дополнялись тысячи раз отрепетированными и отмеренными жестами, четкими яркими внушаемыми образами; каждый эмоциональный оттенок телепатически распространялся на всех слушателей; все внутренние силы лорга и все многочисленные украшения-усилители использовались для порабощения умов и завлечения их в нужном оратору направлении… Только на этот раз Первому Советнику не повезло с публикой: кроме офицеров охраны – невольных свидетелей происходящего – каждый из присутствующих пропускал через свой силовой барьер лишь те эмоции, какие не казались излишними лично ему; отмахивался от половины образов; а в словах искал не тот смысл, что преподносился на блюдечке дымящимся и с хрустящей корочкой, а свой, скрытый, возможно даже тот, которого автор и не прятал. Они и так все знали, чем грозит выход из Королевства одной или нескольких супердержав. Они и так понимали, что ситуация более, чем серьезная – именно поэтому и собрались самым узким кругом. Уэл-тэр мечтал о королевском троне, претендовал на него – и об этом тоже знали все. Поэтому присутствующие лишь посмеивались про себя, ожидая, насколько убедительно на этот раз Советник преподаст свое заветное желание.

– Разве слова отца недостаточно прозрачны? – не поняла Лен-ера. – Их можно трактовать двояко?

Уэл-тэр усмехнулся.

– Нет, Ваше Высочество. Слова Неск-тэра я понял и запомнил, как и все здесь присутствующие. Но давайте рассуждать логически. Итак: все выслушали завещание, все довольны, все согласны. Все Советы, все Институты, все правительства, все службы… Что сказал Его Величество? «Наследник, коронованный Короной Древних Императоров Космоса» – условие, имеющие приоритет над всеми прочими. Великолепно! Все мы знаем, что никакой Короны нет и вряд ли была когда бы-то ни было! – Уэл-тэр с едва уловимой насмешкой чуть склонился перед принцессой. – Ведь правда, Ваше Высочество? Никогда не поверю, что первое, что вы сделали, услышав текст завещания, это не перекопали всю вселенную вдоль и поперек в поисках той самой легендарной Короны! И у вас ведь наверняка имелась немалая фора по времени – Боренг проболтался – «никто кроме принцессы еще не видел». То есть принцесса-то как раз ВИДЕЛА завещание, вероятно, еще по связи разведки, еще декаду назад. Правда ведь?

Уэл-тэр заглянул в глаза Лен-еры, но прочитать в них хоть что-либо не смог – Ее Высочество не думала смущаться вне зависимости, угадал Советник правду или сморозил глупость. Уэл-тэр улыбнулся, отдавая честь самообладанию принцессы, и продолжил уже спокойнее, усталым голосом, как будто это лично он перерыл пол-вселенной и, судя по всему, совковой лопатой.

– Зря старались, не правда ли? Очевидный факт, не смейтесь, Ваше Высочество. Будь у Вас Корона, будь у Вас точная информация о ней, будь у Вас хоть какие-то следы этой самой штуковины во времени или пространстве, будь у Вас хоть какой-то шанс отыскать призрачную легенду – мы бы сегодня так не собирались; мы говорили бы не так, не здесь и не об этом! Согласны?

– Да, Уэл-тэр, вполне согласна, – на красивом лице принцессы теперь все же мелькнула тень досады, но Советник тактично сделал вид, что упустил это мгновение своего триумфа. – Предположим, что так, Уэл-тэр. И что?

– Замечательно, Ваше Высочество. Давайте рассуждать дальше. Итак, Вы и все Ваши люди: разведка, спецслужбы, Королевская Охрана и т. д. и т. п. (лучшие из лучших, должно быть?) – абсолютно ничего не нашли, а мы все же собрались здесь, чтобы выслушать лишь ПЕРВУЮ часть завещания о Вашем, Ваше Высочество, избраннике, и как можно скорее забыть про часть вторую – то есть про Корону, о которой никто ничего не знает, потому как она вряд ли и есть на самом деле… Что мы имеем теперь?

Уэл-тэр сделал паузу.

– А ничего! – его голос дрогнул, и принцесса да и все остальные посмотрели удивленно: Советник не стал сдерживать эмоции и, вроде бы, дальше собирался играть в открытую, не притворяясь. Уэл-тэр сглотнул и продолжил громче: – Ничего мы не имеем! Не Вы, Ваше Высочество, а Ваш избранник!!! Не кто-то первый попавшийся, не просто умный и красивый, не просто талантливый, богатый и одаренный, а человек, который завоюет Ваше сердце! То есть тот, кого Вы полюбите по-настоящему, в полную силу, так, что жизнь без него потеряет для Вас смысл, а галактика не будет стоить выеденного яйца… Так?!

Лен-ера нервно передернула плечами. Монолог начал ее раздражать, цепляя те струны, которые не позволительно видеть кому бы то ни было.

– И где такой человек?! – Уэл-тэр тяжело выдохнул, переводя дыхание. Дальше вдруг вновь заговорил спокойно: – Его нет. Нет пока, нет сегодня, не будет завтра. Насколько я Вас знаю, Ваше Высочество, а знаю я Вас очень хорошо и с самого детства, человек, который завоюет такое большое сердце, как Ваше, либо еще не родился, либо так далеко, что не появится ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Итак, возвращаясь к логике. Предположим, все согласны, что законный Король – избранник Лен-еры, и все готовы ждать его появления столько, сколько понадобиться. По моим расчетам, это лет десять-двадцать.

На это, как бы мимоходом брошенное замечание Уэл-тэр получил сразу два яростных взгляда – один и очень болезненный – от принцессы, другой – неощутимый, но куда более страшный – от маршала. От второго взгляда Советника передернуло – нужно было держаться осторожней.

– Прошу прощения, никого не хотел обидеть, – поправился он. – Но все же повторюсь: лет десять-двадцать. Это ведь не так и долго, верно? И вот, к чему я клонил все это время: кто будет править эти десять-двадцать оборотов Эрсэрии вокруг Золотой Звезды? Кто?!

Принцесса наморщила лоб – вопрос все же заставил ее задуматься.

– Ничто не мешает оставить все, как есть, – не чувствуя особой уверенности начала она. – Исполнительная власть в руках Малого Совета, – она вопросительно взглянула на Уэл-тэра. – Как и последние тридцать лет…

– Хорошо! Но кто обладает правом «вето»?!

– Великий Совет Королевства.

– А кто будет решать, когда собрать этот самый Великий Совет?! – по мере того, как принцесса все более мрачнела, Уэл-тэр все сильнее разгорался – он уже почти кричал.

– Я…

– Вот!!! – Уэл-тэр шумно выдохнул и обвел Советников взглядом. – Вот чего я и добивался!!! Вы!!! – он вновь повернулся к принцессе, пожирая ее взглядом. – Да Вы же не пропустите ни единого моего указа!!! Ни единого!!!

Лен-ера совсем смутилась, понимая, что Советник сказал правду.

– Если они того заслужат…

– И что, из-за наших личных антипатий каждый раз собирать Великий Совет?! А может его и не распускать вовсе?!! Собрать лоргов со всех концов галактики, усадить в Сфере Правления и сторожить, чтобы не сбежали к мирам, которыми правят? И так – двадцать лет?! А может – тридцать, сорок, пятьдесят?!! Да правительство какой системы вытерпит подобную анархию на протяжении даже одного года?!! Сколько после этого у нас останется секторов?! Один, два или вообще ни одного?!!

– Уэл-тэр!!! – голос маршала прогремел как удар грома в почерневшем грозовом небе. Хотел он того или нет, но Первый Советник добился своего – все присутствующие смотрели в немом потрясении. Все, кроме маршала. Рэс-вэр остался совершенно невозмутимым. Он резко поднялся и встал между троном Лен-еры и Первым Советником. – Прекрати орать, а то я оглохну, и оставь девочку в покое!

Уэл-тэр недовольно заглянул в глаза Второго Советника. Маршал не обладал экстрасенсорными способностями, кроме одной и очень важной – никакие гипнотические силы не могли пошатнуть воли прославленного флотоводца. Зато удар этого человека мог пошатнуть все, что угодно. Уэл-тэр понял, что сейчас лучше передохнуть и медленно, не теряя достоинства, вернулся на свое место. Он и так сказал все, что хотел. Маршал сел рядом.

Какое-то время Лен-ера собиралась с мыслями, рассеянно водя пальцами по губам. Все остальные не решались заговорить первыми. Потрясший всех вывод не давал произнести ни звука – как бы не хотелось признать обратное, слова Уэл-тэра содержали слишком много правды!

– И что предлагаешь ты? – из уст Ее Высочества тихий вопрос прозвучал, как признание капитуляции.

Уэл-тэр поднял взгляд. В этом взгляде уже не было и следов агрессивности – на принцессу смотрели спокойные, умные глаза дальновидного политика.

– Предлагаю выборы временного Короля до тех пор, пока не появится человек, претендующий на трон в соответствии с первым или вторым пунктом завещания.

– То есть предлагаешь себя? – заключил Гис-вэр.

– И себя – в том числе. Не вижу в этом ничего противоестественного. – Уэл-тэр пожал плечами. – Наша система построена так, что не будь у меня амбиций и желания постоянно расти, поднимаясь все выше и выше, я никогда не сидел бы в кресле Первого Советника. Прекрасное и естественное желание самосовершенствоваться без предела и перерыва – разве не этому мы учим наших граждан? А если так, то почему я должен останавливаться? Или, что предосудительного в моих честолюбивых помыслах? Я признаю откровенно и прямо: да, при первой же возможности выставлю свою кандидатуру на ассамблее Великого Совета.

Все переглянулись, но возражений не нашлось – все понимали, что основные аргументы сейчас основаны на эмоциях, а значит учитываться не должны и не могут.

Уэл-тэр устало поднялся – такого перенапряжения он не испытывал со времени «Саммита всех систем и объединений», но тогда его аудиторией служила вся галактика, а не всего-то какой-то десяток лоргов.

– И это еще не все. Выборы должны быть общегалактическими – решение обязано исходить от ассамблеи ВСЕХ планетарных объединений, ВСЕХ секторов, ВСЕХ Советов, Институтов, и Служб – иначе, даже при соблюдении «Основных правил Аррагоррской демократии» (а вы ведь знаете, насколько сложно угодить этим снобам!) нам не избежать политического дисбаланса, который же ведет только в одном направлении – как бы не хотелось этого признавать – ведет к гражданской войне! Именно об этом я хотел рассказать до того, как услышал текст завещания, именно об этом говорю теперь, когда в этом зале в последний раз прозвучали слова Его Величества… – Уэл-тэр вздохнул и как-то тоскливо посмотрел на одну из арок, ведущих из Сферы Правления. – Ваше Высочество?

Лен-ера кивнула.

– Да, Первый Советник. Думаю, наше заседание можно считать закрытым. Нам всем нужно время, чтобы все осмыслить и прийти к окончательному решению. К сожалению, боюсь, Вы во многом правы. Выборы временного правителя, скорее всего, состоятся.

– Только не думайте долго, Ваше Высочество! Мы должны объявить Галактике о смерти Короля, и хорошо бы, чтобы такое чудовищное объявление прозвучало одновременно с назначением даты всегалактического собрания – нельзя пугать людей, не давая взамен никакой надежды. Даже не «хорошо бы», а необходимо!

– Да, Уэл-тэр, я подумаю.

Глава 3

– Ты слышал? – взволнованно спросила Лен-ера. Она и Эр-тэр шагали по галерее Дворца Советов.

– Да, слышал – Уэл-тэр открыто признал, что пойдет на все, чтобы получить королевский трон.

– Вот именно, Эр-тэр. Только эта его фраза – «временный король» – мне совсем не нравится. Ничего нет постояннее такого временного. Получив трон, Уэл-тэр уже никогда его не вернет!

– Куда он денется? Завещание есть завещание. Нарушение приведет к тому самому расколу, которого все так страшатся.

– Боюсь, что не приведет, Эр-тэр. – Лен-ера остановилась и смешно наморщила лоб, размышляя. Очевидно, мысль посетила ее только что. – Если Уэл-тэра изберут по «Основным правилам демократии Аррагорры», Независимые от него уже не отвернутся!

– Лен-ера! О чем ты?! В том-то все и дело, что Уэл-тэра НИКОГДА НЕ ИЗБЕРУТ по «Основным правилам демократии…»!

Принцесса задумчиво кивнула.

– Да… может быть… А Уэл-тэр рассчитывает на успех и уверен в своих силах. Он что-то задумал… Ситуация сложнее, чем казалась на первый взгляд… Нужно обязательно найти Корону!

– Об этом не здесь!

– А? – Лен-ера вздрогнула и огляделась. – Да, верно. Идем!

Они приблизились к величественной порталу, украшенному огромным королевским гербом, сообщили биокоды и шагнули сквозь арку. За порталом раскинулся изумрудный зал главной библиотеки Королевского Дворца. С пола послушно поднялись две огромные ложи.

– Присаживайся! – Лен-ера устало опустилась на подушки. Вслед за ложей перед принцессой возник маленький столик с напитками и фужерами.

– Откуда вдруг взялась эта Корона? Отец никогда не предавал особого значения какому-то там отдельно взятому предмету, а в последние годы – тем более. Когда-то давно, рассказывал что-то, вроде: Великие Императоры «вложили силу своих познаний в одно из творений рук своих и нарекли силу эту Короной, ибо как короне вечно сверкать ей над челом Великого»… Легенда записана, как и прочие откровения отца, можно прочесть в оригинале, но чтобы вот так вдруг взять и сказать в завещании: «наследник, коронованный Короной Древних Императоров Космоса»! Кто бы мог подумать?!

– Тем более, что, как правильно понял наш честолюбивый друг, в объективной реальности нет никакой Короны.

– В настоящем нет.

– Да и в обозримом прошлом ничего такого, чтобы напугать Уэл-тэра. Мы ведь не нашли ни одного документа, где было бы сказано «жила была Корона». Только легенды Его Величества. Никакие документы, содержащие прямые указания на Корону, до наших дней не дожили!

– Только одно упоминание и то очень давно и довольно туманно… А отец никогда не бросал слов на ветер, тем более последних слов…

– Согласен. Если Неск-тэр заговорил о Короне в такой важный для него момент, значит что-то предвидел.

– Только вот «что»?

Лен-ера взяла со стола бокал и сделала несколько глотков. Успокоительный напиток несколько прояснил ее мысли.

– Давай подытожим, что у нас есть. Много лет назад отец записывает три-четыре легенды, где так или иначе фигурирует объект под названием «Корона Императоров Космоса», и нет ни малейшего указания, где и когда это «нечто» видели в последний раз. В прощальном послании отец опять вспоминает о Короне, причем требует беспрекословно отдать и престол и Королевство в руки обладателя этим непонятным предметом. Далее мы с тобой перерываем все архивы, поднимаем по тревоге все Институты и все, что обнаруживаем, это легенду о неких жрецах Австранта, вроде бы оберегавших что-то похожее, если не по описанию, то по названию. Так?

Эр-тэр чуть поклонился в знак согласия:

– Даже не легенду, а летопись религиозного культа австрантийских жрецов-хранителей. Двадцать тысяч лет назад они называли себя Хранителями Вечности, сорок тысяч лет назад – Хранителями Жизни, а пятьдесят тысяч лет назад – Хранителями Тьмы… или, в трактовке других ученых – Хранителями КОРОНЫ. Начало культа уходит в шестидесятое тысячелетие до наших дней – необыкновенно живучая религия. По сей день на Автранте есть приверженцы… На этом все. Ни одного другого слова «Корона» ни в одном историческом документе ни на одной другой планете галактики.

– А раз отец напомнил про Корону Древних Императоров Космоса, как о чем-то реальном, а других данных об этом предмете у нас нет, мы решили, что Хранители на Австранте «хранили» именно то, что нам нужно, а не какое-нибудь золотое украшение?

Эр-тэр пожал плечами.

– Ну, все может быть. Во-первых: совпадает по времени – не так далеко от падения Древней Империи. Во-вторых: если верить данным Института Времени, Хранители оберегали «нечто», чего и сами не понимали и не могли использовать – вряд ли бы имелось в виду «золотое украшение». И хранили «вне времени и пространства недоступном простым смертным». В-третьих: у нас все равно больше ничего нет.

– И еще. Когда-то отец сказал: «будущее человечества умерло на Автранте тысячи лет назад».

– Да? Ты не говорила… Совпадение?

– Австрант… Шестьдесят тысяч лет… – Лен-ера устроилась поудобнее и закрыла глаза.

– Технически это возможно? – вопрос был передан мысленно.

Лорг почувствовал, что принцесса позволила себе расслабиться: перед глазами Советника пробежали картины древних замков, деревянных кораблей, пышных дворцовых празднеств, людей с большими ясными глазами в тяжелых пестрых одеждах… Эр-тэр ужаснулся – даже в минуты опасности Лен-ера оставалась такой же наивной романтически настроенной девчонкой, как много-много лет назад.

– Да, мой фрегат…

Принцесса улыбнулась, не открывая глаз.

– Мне говорили. Он, кажется, назван «Странником»? Единственные в своем роде системы «плавного» гиперпрыжка и двигатели временного перехода с предельной дальностью хронологического смещения… шестьдесят семь тысяч лет. Правильно?

Перед Эр-тэром пробежали внушаемые видения машинных отделений, двигательных отсеков, ангаров, шикарных кают, бассейнов, садов, тренажерных и спортивных залов… Лорг ответил слабой улыбкой, не скрывая досады.

– Здорово, Ваше Высочество! Если такие тонкости известны тебе, и Уэл-тэр их знает. Его разведка тоже не зря хлеб ест.

Лен-ера красивым движением передернула плечами.

– Зачем преувеличивать – хлеб у них один, а возможности разные… Итак, технически реально?

– Да.

– И какие у нас шансы?

– Смотря чего.

Большие глаза принцессы, меняющие цвет в соответствии с освещением и цветом туалета – последняя дворцовая мода – и сейчас синие, как медный купорос, вновь распахнулись, теперь источая недоумение.

– Как это чего? Переместиться во времена Хранителей, найти их, узнать, чего они там «хранят», и, наконец, выкрасть Корону, если, конечно, не выяснится, что Короны нет и никогда не было ни в том времени ни на той планете.

– И что, если не было?

– По крайней мере, будем знать, что сделали все, что могли, а еще – что у наших врагов никогда не появится в руках то, чего нет нигде, даже на Австранте с его темным прошлым.

– Тогда шансов меньше, чем хотелось бы.

Принцесса вздрогнула, прогоняя остатки фантазий и возвращаясь к менее радужной действительности. Только сейчас Эр-тэр заметил, как последние дни измотали красавицу.

– Мы оба знаем, – поспешил объяснить лорг, – что основной закон временных исследований звучит так: «исследователь ни прямо, ни косвенно не в силах изменить собственного прошлого». Невозможно энергетически. Теперь смотри. Во-первых: мы хотим переместиться в прошлое на шестьдесят тысяч лет – еще никто и никогда не погружался так глубоко. Предположим, нам повезло, и «Страннику» удалось сместиться во времени на заданный интервал. Во-вторых: нам нужно найти людей, именующих себя Хранителями и найти их именно на той стадии истории культа, когда жрецы сторожили нечто реально существующее, то есть Корону, а не абстрактные «вечность» или «тьму». Скажем, опять повезло – мы в нужное время, в нужном месте, люди найдены. И вот тут начинается самое сложное: нужно высадиться на планету, войти в контакт с местным населением, приблизиться к ОХРАНЯМОМУ (недаром жрецов прозвали Хранителями!) объекту, изучить его и даже похитить. И все это – шестьдесят тысяч лет назад! Каждый шаг по Австранту, каждый контакт с тем или иным нашим далеким предком, каждый оставленный след, каждый задавленный комар или съеденный поросенок может нарушить столько причинно-временных связей, сколько их образовалось за необозримую толщу времени, глубиной в целых шестьдесят тысяч лет! Чтобы чего-то добиться и выжить в такой среде, нужен человек с невероятным, потрясающим везением – человек, на которого, например, не сядет комар, потомки которого заразят малярией родителей известного полководца или гениального ученого, а заколотый для этого человека кабан не станет через много лет причиной голода целой деревни… И так далее и тому подобное. Иначе наш десантник погибнет, не на шаг не приблизившись к цели. Возможно, что и мы вместе с ним.

– Хорошо, я поняла. Но такой человек у тебя уже есть?

Эр-тэр перевел дыхание.

– Пока нет…

– Что? – принцесса дала понять, что не верит своим ушам. – Как можно не найти десантника? Самая популярная в Королевстве профессия – одних Ассоциаций более сотни.

– Но, ты же слышала: для высадки на Австрант подходит не каждый…

– Так выбери такого, который подходит! В конце концов: находим, где искать, когда искать, выискиваем способы и ресурсы попасть в нужное место в нужное время, и тут останавливаемся из-за какого-то там специалиста по контактам?! Эр-тэр, я тебя не узнаю! Мы ведь не в игры играем, а спасаем Королевство!

– Лен-ера, ну неужели я сидел сложа руки? Я и выбрал шестерых лучших из лучших, самых высокооплачиваемых в галактике, только толку от них…

– Им не всегда везет?

Эр-тэр пожал плечами.

– Не то, что бы не везет… Предчувствие.

Лен-ера в задумчивости укусила кончик ногтя. У нее возникла догадка:

– Ты сказал: с потрясающим везением? Нужен знатный человек, может быть, даже лорг?

Эр-тэр кивнул:

– Ты быстро сообразила.

Принцесса поморщилась, но промолчала – они были старыми друзьями, да и не время обижаться на фамильярности.

– Почему, по-твоему, я никого и не нашел? Нужен знатный человек, очень знатный, а не один из тех, кого мы знаем, не подходит. Во-первых: мало кто из известных нам вельмож согласится сыграть роль простого наемника да еще невесть где и невесть когда. А во-вторых: даже среди наших лоргов трудно подобрать достойного кандидата.

– Что-то не пойму: ты уже сдался?

– Почему? Просто изменил направление поиска. Мне нужен: счастливчик, инопланетянин и не подданный Королевства.

Принцесса удивленно подняла брови.

– Кажется, следишь за ходом моих мыслей? Если бы существовал хоть один неизвестный знатный человек в Королевстве, он был бы обнаружен и зарегистрирован службой Генетического Контроля – так построена наша система, что исключения маловероятны. Все знатные люди галактики хорошо известны, но нам не подходят. Значит искать нужно на планетах третьего мира, не вошедших в Королевство по тем или иным причинам.

– Содружество?

– Может быть, но не думаю.

– Но пока ты ничего не нашел?

– Пока нет.

– Значит, плохо ищешь, Советник. Сколько человек занято поиском?

– Много. Практически все, кому можно доверять.

– Уже десять дней?

– Нет, только семь.

– Целых семь дней, да? И ничего? Эр-тэр, я не узнаю тебя! А кого они там разыскивают – вельмож, сравнимых с тобой или со мной?

– Перестань иронизировать. Они – профессионалы.

– Представляю, как твои профессионалы бегают за аборигенами и заставляют каждого примерить браслет рангмера. Еще одно два столетия и…

Эр-тэр поморщился, обнимая голову руками. За последние десять суток у него не выдалось ни одной свободной минуты, он даже отказался от сна, чего не делал уже много лет, и вряд ли заслуживал, чтобы над ним издевались. Но принцесса права – нет смысла говорить «я делал», если на самом деле ничего не сделано.

– «Аборигенам» не нужно мерить браслеты, Ваше Высочество! – отозвался лорг. – Аборигены не защищают сознания!

– Ваше Высочество! Советник! – в дверях возник офицер Королевской Охраны. – Просят разрешения выйти на связь с лоргом Эр-тэром!

– Кто просит?

– Некто Рилсут. Служебная линия. Планета – Земля.

Эр-тэр напряженно приподнялся:

– Соединяй!

Принцесса окинула его непонимающим взглядом:

– Какая он сказал планета?

– Он сказал Земля, это в моем секторе…

В это время между ложами лицом к Эр-тэру возникла голограмма человека в странной одежде из черной кожи.

– Сэр! – Человек удовлетворенно улыбнулся, отдавая честь. Он мог видеть только Эр-тэра – Лен-ера жестом дала понять, что ее здесь нет. – Кажется, я нашел то, что Вам нужно.

– Ого! – мысленно бросила Лен-ера. – Первое совпадение! Мы едва заговорили о десантнике – и вот, пожалуйста! Что дальше?

– Я слушаю, Рилсут!

– Необычная ситуация, сэр, – человек провел рукой по лбу, собираясь с мыслями. – Во-первых, я едва не погиб. Я, сэр! Мой автомобиль – наземное транспортное средство – едва не столкнулся с другим аналогичным средством передвижения, управляемым молодым человеком. В последнюю секунду, за мгновение до удара, я повернул в кювет и выпрыгнул через открытую дверцу. Автомобиль взорвался от удара.

– Что же здесь необычного?

– Сэр, я ничего не предвидел!!! Предположим, все случилось в условиях плохой видимости, предположим, я развил скорость, несколько большую, чем допустима для покрытия дороги и транспортного средства марки «Мерседес», но, сэр, даже за мгновение до аварии я не предчувствовал, что что-то случится! Над водителем словно повесили завесу…

– Это все?

– Нет, конечно. Но Вы не понимаете: на Земле нет знати, нет грондов. Никто не мог намеренно скрыть свое присутствие. Только случайно и бессознательно. За тридцать лет пребывания здесь со мной подобного не случалось. Ошарашенный, я выстрелил вслед уходящему «Москвичу» два раза и… не попал!!!

– Скромный у тебя агент, – сообщила мысль Лен-еры. – Подумать только: САМ Я не попал!

– Да. – Эр-тэр кивнул. – Только он не мой агент, а твой.

– Как это?!

– Сотрудник твоей спецслужбы. Их же, вроде бы, учат стрелять?

Принцесса посмотрела на незнакомца совсем по-другому.

– Почему вдруг… Ладно, пусть продолжает!

– Не попал, Рилсут. Дальше?

– Это во-вторых, сэр. Парню просто повезло – машина подпрыгнула на кочке и пули прошли совсем рядом. Опять же, я не ЧУВСТВОВАЛ цели, а только видел ее.

– Продолжай!

– «Москвич» удалялся на доступной ему скорости. В машине находилось четыре человека: двое парней и две девушки. Все – в сильном алкогольном опьянении. Причем обнаружить сознание водителя оказалось намного труднее, чем прочих – я едва поймал его, когда четверка скрылась за поворотом. И вот, в-третьих: приказ остановиться юноша проигнорировал!!! Он не сопротивлялся воздействию, но уверенно делал то же, что и раньше, то есть удирал со всей мочи.

Принцесса и Эр-тэр переглянулись – они заинтересовались всерьез.

– Теперь все, офицер?

– Еще одно, сэр. Я пришел к выводу, что трех совпадений все равно недостаточно для серьезного анализа и отпустил парня, отказавшись от преследования и слежки. И через час вновь встретил его, совершенно случайно и там, где никак не ожидал. Судя по всему в этом месте пареньку опять посчастливилось попасть в историю, поскольку меня едва не сбили с ног. И опять – никакого предчувствия.

– Пробовал сканировать мозг? – принцесса присоединилась к разговору.

– Да, Ваше Высочество! – офицер резко обернулся, почтительно склоняя голову (с Эр-тэром он разговаривал, глядя прямо перед собой, как равный с равным). По губам разведчика скользнула улыбка. – Мальчик обижается!

– Как это?!

– Он отшвырнул мое сознание, тем же способом атаковал двух здоровенных землян и бросился бежать мимо меня к ближайшим кустам… Вот теперь все. Парень однозначно землянин, однозначно никогда не проходил подготовки и точно не имеет представления, что чем-то отличается от других.

– Где он сейчас, Рилсут?!

Офицер улыбнулся, глядя куда-то за пределами доступного зрителям изображения.

– Здесь, неподалеку. Подвергается избиению в тяжелой форме.

– Не очень-то боишься потерять своего протеже! – сердито констатировала Лен-ера.

– Конечно нет, Ваше Высочество! Если пареньку не повезет в такой мелочи, и он погибнет, следовательно я зря отнял у вас время – вы разыскиваете кого-то другого.

– Логика есть, – согласился Эр-тэр.

За несколько последующих секунд принцесса и лорг обменялись бурей эмоциональных ощущений, не имевших словесной интерпретации. Проснувшееся в них провидение подняло нервное напряжение до предела. Оба абсолютно четко ощутили, что становятся на верный путь. В любой момент в ближайшем будущем можно было оступиться и потерять путеводную нить, но ничто больше не мешало совершить первый шаг.

Принцесса очнулась первой.

– Забирай парня и жди нас на станции. Спасибо, Рилсут.

Изображение пропало.

– Что значит «нас»? – не понял Эр-тэр.

– Потому, что мы летим вместе!

– Когда?!

– Сейчас Эр-тэр. Прямо сегодня.

Советник удивленно покачал головой, словно не веря, что принцесса сказала серьезно.

– Ваше Высочество, вы забыли, что в ближайшие дни состоится ассамблея Советов Королевства? Экспедиция потребует три-четыре месяца…

– Эр-тэр, никакой ассамблеи! Мне нужна Корона. Пусть думают, что хотят. Я в трауре, хочу побыть в одиночестве, мне невыносимо общество Уэл-тэра – неужели неубедительно? В конце концов, я сама распоряжаюсь своими поступками – кто посмеет остановить принцессу?

Эр-тэр рассеянно согласился:

– Чтобы позволить такую роскошь, нужно сперва выиграть на выборах, но…

– Никаких «но». Ассамблею устроим по возвращению.

– Лен-ера, хорошо, если ты так торопишься, давай я отправлюсь немедленно, но зачем лететь тебе?

– Корона нужна мне, а не тебе – мое, а не твое везение приведет или не приведет нас к цели. Никогда не прощу себе, если сейчас смалодушничаю, а ты вернешься пустым.

– Но, Лен-ера! При чем тут малодушие? У нас получится не охота за Короной, возможно, даже не охота за информацией – всего лишь попытка узнать что-то новое о завещании Короля, причем с неслыханно малой вероятностью успеха! Ради этого рисковать всем? Пусть только я один – конечно, агенты Правительственной Охраны заинтересуются, куда это черти носили лорга Великого Совета да еще в такое время, когда решается судьба государства. Но заинтересуются и не больше – ни Уэл-тэр, ни Рэс-вэр не почувствуют для себя угрозы, а если и почувствуют, то никак не отреагируют – еще не хватало отчитываться перед Малым Советом когда и чем мне заняться! Но ты на борту «Странника» – совсем другое дело! Не останется никого, кто бы не задумался: почему это вдруг Ее Высочество летит в такую невероятную даль рискуя и жизнью, и положением? Ты хочешь разозлить Малый Совет переносом ассамблеи, до смерти напугать их своей активной деятельностью, о причинах и смысле которой никому в Королевстве ничего неизвестно, заставить подозревать самое худшее и оставить в таком состоянии на месяц-другой? Да они посходят с ума от беспокойства и разнесут всю галактику или вооружатся до зубов, забьются в норы и будут ждать там злые, нервные и способные на все! И ради чего?! Ни Корона, ни прошлое никуда не денутся – давай дождемся ассамблеи, выиграем на ней или проиграем, а уже тогда станем решать, лететь на Австрант немедленно или через год-другой. Если…

Неожиданно Эр-тэр осекся, заглянув в глаза Лен-еры – в этих больших синих глазах сверкала твердая решимость.

– Хватит спорить, Советник! С вами разговаривает принцесса!

Глава 4

«Какая чушь! И когда, наконец, я научусь пить? Иногда такая ахинея приснится…» – Сергей еще дремал, но первые мысли начали пробиваться к подкорке головного мозга. Как обычно, осознание действительности наступало не сразу – память, в которой после пробуждения царил полный бардак, требовала расставить все на свои места и отделить сон от яви.

«Что на самом деле мне приснилось? Свадьба сестры… Да, это точно», – он вспомнил о замужестве Тани и на душе стало холодно и тоскливо. – «Это было. Потом я пил – паршивое настроение… Третий день… Андрей… Он подходил ко мне или нет? Дальше… Мы поехали за город… учить меня вождению… Бред! Кого-то там сбили, потом куда-то забились… Я сцепился с бандитами… Мужик-телепат… Чушь какая-то! Так, я никуда не ездил – было бы слишком глупо. Но подходил ли ко мне Андрей? Если подходил, скорее всего, куда-то мы все же пошли. Нужно выяснить, куда. Спрошу у него. Так, но тогда, где я сплю? Домой не поехал, к Андрею – тоже, значит где-то у Феди с Таней…»

Как раз тот момент, которого Сергей совершенно не помнил. Чтобы прояснить ситуацию, достаточно было проснуться настолько, чтобы открыть глаза.

Первое, что он обнаружил, приступив к выполнению своей задачи – это отсутствие головной боли. Он просыпался легко, ничего не болело, не хотелось пить и вообще… Подозрительно легко!

Сергей резко открыл глаза.

Вместо ожидаемого, по возможности белого потолка, перед ним «разверзлась» картина с фантастическим трехмерным пейзажем, настолько необычным, что Сергей едва не задохнулся от ужаса за свой рассудок и пришел в себя гораздо быстрее, чем планировал.

Первое, что он понял, это то, что не лежит, а сидит в кресле с черными, мягкими подлокотниками, настолько удобном, что можно было подумать, что висишь в воздухе в невесомости. Вокруг раскинулась большая, круглая, хорошо освещенная комната, единственной стеной которой служила картина, буквально излучавшая успокоение, а матовый потолок весь, целиком распространял свет, словно монтировался из полупрозрачных стеклянных плит и служил единственной преградой от солнечных лучей. Весь гарнитур комнаты составляли несколько больших черных кресел из пористого пластичного материала, в точности повторяющего изгибы позвоночника садящегося в них человека… И в одном из таких кресел, чуть в стороне от Сергея, расположился мужчина.

На вид ему можно было дать лет двадцать пять, может чуть больше. Одет во что-то белое, красивое, искрящееся на свету, как хороший шелк. Он сидел в свободной изящной позе, небрежно облокотившись и весь, как казалось, дышал молодостью, силой, льющейся через край энергией… Последнее чувствовалось также реально, как ощущение спокойствия, излучавшееся картиной! Осознание такого восприятия настолько ошеломило Сергея, что он не сразу смог задуматься над чем-то еще, даже над таким явно напрашивающимся вопросом: где он, и какого черта он, Сергей, вообще здесь делает?!

Парень же не двигался и смотрел прямо ему в глаза, но так, без нажима, спокойно и заинтересованно. Удивляясь все больше, Сергей понял, что не может найти у этого человека ни единого даже самого маленького физического недостатка. Перед ним сидел обладатель гибкого тела отлета, ослепительно белых зубов, светлых вьющихся волос и живых золотистых глаз, в которых положительно ничего невозможно было прочесть…

Сергею нужно было осмыслить свое положение. Он пил, пил больше, чем нужно, но не чувствует ни головной боли, ни хоть каких-то симптомов отравления. Его голова, как будто, соображает и соображает прекрасно. Все восприятия совершенно четкие, словно после грозы в лесу надышался озона. Вполне однозначно, такого не могло быть!!!

Неважно, где он находился и кем являлся парень в кресле – ОН НИКОГДА НЕ БЫЛ И НЕ МОГ БЫТЬ В ТАКОЙ КОМНАТЕ! Сергей почувствовал, что его охватывает паника – он начинал сомневаться в собственном рассудке!

Как ни странно, хозяин сразу же уловил помутнение в глазах гостя.

– Привет! – произнес парень на чистом русском языке, четко выговаривая звук «эр».

– Привет. – Сергей рассеянно отозвался, не сомневаясь, что общается с самим собой. Звук собственного голоса прозвучал вполне нормально, как будто доказывая, что с рассудком все еще не так страшно.

– Во-первых: не волнуйся – ты вполне в своем уме. А во-вторых: разберись с воспоминаниями – ВСЕ, что ты помнишь, действительно с тобой произошло.

Сергей вздрогнул.

– Что?

– Я могу обострить ощущения, чтобы ты понял, насколько я реален, – все таким же мягким голосом предложил парень.

Сергей не понял, чего от него хотят, и поэтому не ответил, но неожиданно его словно укололи изнутри чем-то горячим – резкая боль где-то на уровне солнечного сплетения мгновенно переросла в ощущение тепла, распространившееся по всему телу.

– Черт! – это было вполне реально!

Парень усмехнулся, сверкнув белыми, как снег, зубами.

– Так легче?

– Что это было?!

– А что именно?

Сергей перевел дыхание, едва справляясь с нервной дрожью, и понял, что на самом деле его интересует совсем другое:

– Где я?

Хозяин словно ждал именно этого вопроса. Он повернулся в кресле, указывая на стену. Вместо диковатого пейзажа на картине возникла большая синяя планета, затянутая пеленой облаков. Вокруг нее на черном фоне терялись миллиарды светлых точек звезд… Такой обычно по телевизору показывали Землю, заснятую со спутника.

– Вот твоя планета, – парень указал рукой на картину, то есть теперь, скорее всего, на экран проектора. – Мы находимся вот тут, – названное место на стене заиграло концентрическими дугами, – в тени Луны.

– Что значит моя? – Сергей опять ощутил приближение паники, но на этот раз уже не такой беспричинной.

Парень пожал плечами.

– Твоя потому, что ты – землянин.

– То есть, мы сейчас в космосе, а я здесь – единственный землянин? И я должен в это поверить?!

К ужасу Сергея, на с издевкой заданный вопрос парень ответил вполне серьезно:

– Ты должен это ЗНАТЬ, а ВЕРИТЬ можешь во все, во что захочешь!

– Вот, черт… – Сергей посмотрел в пол. Серые упругие плитки разной формы складывались в голове то в один узор, то в другой…

– Ничего необычного не происходит, – сообщил парень. – Твоих знаний вполне достаточно, чтобы принять существование других миров и цивилизаций, поэтому подготовь себя к мысли, что такие цивилизации действительно существуют. Мы являемся представителями одной из них, покорившей весь обозримый космос, но оставшейся для землян неизвестной. Просто до сих пор никто из нас не пытался вступить в контакт с Землей, как с планетой Королевства. Сегодня я делаю это впервые. Я, лорг Эр-тэр, владелец вашего сектора, Советник Великого Совета Большого Галактического Королевства оказываю тебе, землянин, честь предложить работу, достойную твоих природных способностей.

Не спеши, если нужны доказательства – они у тебя будут. Мир – не только Земля – мир огромен. Ты допускаешь его, веришь в него, но пока не знаешь о нем. И тебе первому на Земле представится шанс познать Вселенную, ощутить ее великолепие, открыть глаза и обрести реальную свободу и реальную уверенность в настоящем и будущем.

Парень сказал это с таким убеждением, что Сергей понял – над ним не издеваются. Лучше бы издевались…

– До сих пор официальные представители редко посещали твою родину, но ты ведь должен понять, что вечно так быть не может. Однажды дотянувшись до Земли, Королевство поглотит эту маленькую голубую планету, заставит ее вращаться по-своему, и земляне все равно не смогут жить, как прежде. Я говорю не как завоеватель – когда-нибудь и сам поймешь, что твоя мысль нелепа – я просто рассуждаю логически. Прогресс неизбежен, даже больше – он уже начинается – первый шаг сделан: скоро Земля станет известной в галактике, население ее превратится в подданных огромного Королевства, и тогда то, что я хочу предложить тебе уже сейчас, будет предложено многим лучшим из землян. Но вот лично тебе вряд ли повезет так во второй раз.

Сергей сделал гримасу отчаянного непонимания, и по лицу инопланетянина скользнула улыбка.

– Хорошо, давай по порядку, – согласился он с мыслью, которую Сергей не произносил вслух. – Спрашивай.

Сергей со всех сил попытался сосредоточиться. Значит ему ничего не снилось? Значит на самом деле человек из «Мерседеса» сверкал глазами у него в голове?! Значит, на самом деле был кабак, были бандиты, попытка сбежать… Но ведь ничего вроде бы не болит? Нет ни крови, ни синяков. Он провел рукой по подбородку – никаких болезненных ощущений – челюсть не сломана, зубы на месте… А ведь по крайней мере один удар он помнил совершенно точно… Все происходящее сравнивалось только с тяжелым сном, но, к сожалению, Сергей уже прекрасно понимал, что не спит.

– Вы инопланетяне? – неуверенно уточнил он.

– Мы или вы. Большинство находящихся на этом корабле – эрсэрийцы – родились и выросли в столице Королевства.

– Я на корабле?

– Да. В моей каюте космического корабля.

– Тогда зачем вам Земля? – вопрос показался совсем глупым, но эрсэриец ответил:

– Нам нужна не Земля, а землянин – ты!

– Я? Зачем?

– Об этом позже.

– Но почему я?

– Если честно – не знаю. Это ведь философский вопрос: почему «я», а не кто-то. Тебе повезло встретиться с агентом Королевской Разведки. Агент решил, что ты нам подходишь. Мы прибыли сюда, убедились, что нашли кого нужно, и потому ты здесь.

– Что значит – «кого нужно»? Вы ничего обо мне не знаете.

– Ошибаешься. Я знаю о тебе все. Пока еще ты – открытая книга, которую может прочесть любой желающий.

– А если откажусь, вам придется искать кого-то другого?

– Ты вправе отказаться.

Сергей понял, что вопросы иссякли. В голове стало пусто.

– А если соглашусь?

– Ну… прежде нам придется тебе кое о чем рассказать. Информацию загрузим непосредственно в память – дело нескольких секунд – после чего продолжим беседу.

– В память? – у Сергея мелькнула мысль, что, возможно, для этого его и обхаживают столько времени – засадят в голову какую-нибудь инопланетную тварь, как в фильмах ужасов… Глупость, но… кто их знает?

Эрсэриец усмехнулся.

– Богатая фантазия! Не бойся, операция безвреднее, чем чтение ваших земных книг.

– Но что со мной будет?

– Ничего. Ты ничего не успеешь заметить – просто станут известны некоторые вещи, о которых не подозреваешь до загрузки.

У Сергея возникла еще одна мысль, но Эр-тэр ответил раньше, чем тот успел высказать свои сомнения.

– Ты достаточно долго находился в беспамятстве в полном моем распоряжении. Если бы я хотел сделать с тобой что-то плохое, совсем не обязательно было бы спрашивать твоего согласия!

Больше возражать Сергею не дали. Неизвестно откуда взявшиеся тонкие и вроде бы женские руки сзади натянули на голову шлем, и в то же мгновение свет вокруг погас вместе со всеми мыслями и страхами. Затем, буквально в ту же секунду, вновь вспыхнул, а шлем пропал так же неожиданно, как появился…

Несколько секунд в глазах плыли круги, потом видимость восстановилась. Оглянувшись, Сергей не увидел той, что надевала и снимала шлем. Эр-тэр же сидел на том же месте и в той же позе, словно не прошло и минуты.

– И что теперь? – Сергей посмотрел вокруг, не понимая, что должно измениться.

– Теперь обдумай услышанное!

Он попробовал вспомнить то, что происходило с ним минуту назад. К его огромному удивлению, в памяти существовал широкий, минут в тридцать, участок, которого не было раньше – он ЗНАЛ, что прошли какие-то секунды и одновременно ПОМНИЛ, что только что прослушал получасовую лекцию!

– Вот, черт!

– Не отвлекайся, думай!

…Он видел большую карту галактики – бесконечное число звезд, среди которых выделялись обитаемые миры – затерянные точки в звездном море. Их насчитывалось всего двести сорок тысяч триста семнадцать среди биллионов необитаемых, безжизненных. Из этих двухсот тысяч только две тысячи миров населяли разумные существа, а из них, в свою очередь, существовали четыреста восемьдесят три планеты, где носителями разума служили люди. И, как это не казалось странным, человечество доминировало над всеми прочими существами, разнообразие которых просто пугало. Кроме десяти-одиннадцати других миров только человечество смогло покорить космос, и только люди стали полновластными хозяевами галактики.

Эти люди разных систем и планет отличались и по цвету кожи, и по сложению, и по умственным и физическим данным, и по уровню эмоционального и парапсихологического развития, но все же везде оставались людьми – существами, которых нельзя спутать ни с одной другой негуманоидной тварью. Как утверждали эрсэрийцы, все они являлись потомками древней цивилизации, сумевшей распространиться по галактике, достигнуть своего расцвета, а затем погибшей, бесследно растворившись в пластах истории. Причина предполагаемой гибели Сергею не сообщалась.

Как и на Земле, люди галактики никогда не могли найти общего языка друг с другом. Завоевание колоний и право первенства долгое время служили поводом многовековых галактических войн, закончившихся сравнительно недавно – около пятисот лет назад – относительной победой Эрсэрии. Это же время определялось, как время возникновения Большого Галактического Королевства, объединившего тридцать четыре высокоразвитые планеты соперницы, сто шестьдесят три колонии, четырнадцать изучаемых отсталых первобытных зон, к которым можно было бы причислить и Землю, и сто пятьдесят четыре планеты со смешанным правлением – главным образом торговые центры. Столицей королевства стала Эрсэрия, превратившаяся в дальнейшем в главный культурный центр мира. Остальные гуманоидные планеты по тем или иным причинам не вошли в состав империи. В основном все они были разрознены. Среди планетных объединений выделялись четыре, самым могущественным из которых в последнее время становилось Содружество Пяти Миров – планетарное сообщество, объединенное древней культурой и находящееся в отдаленной от других обитаемых планет части галактики… География и история на этом обрывались.

Далее, особое внимание Сергея заострялось на экономическом и социальном строе Большого Галактического Королевства, как государства, подданным которого он являлся.

Производство всех материальных ценностей возлагалось на синтезаторы – достаточно сложные установки на внутриядерном уровне образующие из одного вещества другое, одновременно формируя атомную решетку необходимых свойств и размеров. В результате, определенную стоимость в Королевстве имели только: запас вещества для синтеза, энергия, молекулярный шаблон и ценности нематериального характера, такие как информация или искусство.

Как небольшой, но явно преследующий свои цели комментарий, говорилось о достижениях биоинженерии и медицины: широко использовались специализированные синтезаторы, позволяющие производить полную замену или непосредственное обновление органов больных, по точной копии с заменяемых. Сообщалось, что в результате этого, в соединении с высокоразвитой генной технологией и рациональным управлением биологическими процессами, предел продолжительности человеческой жизни до сих пор не установлен – отдельные подданные, пережившие эпоху Великих Войн, перешагнули семисотлетний рубеж. Долгожителям периодически обновляли нервную систему и, по мере необходимости – где-то раз в двести-триста лет – стирали ненужную информацию с мозга.

Социальный строй показался Сергею сложнее. Система работала следующим образом:

Для поддержания жизни любого города требовалось некоторое количество исправных синтезаторов и запас некоторого количества свободного вещества для нормального круговорота. Этим занимались городские службы.

Основная масса населения Королевства состояла из «жителей» различных категорий. В зависимости от категории, жители получали определенное пособие в виде тонких кристаллических пластинок либо с аккумулированной энергией, либо с эквивалентным по возможностям цифровым кодом. В худшем случае этой энергии хватало на приобретение от городского синтезатора, линии которого доходили в каждый отдельный дом, как линии водопровода на Земле, всего необходимого для нормальной жизни.

Независимо от статуса, житель не имел права надолго покидать планету без специального разрешения миграционной службы, не мог заводить детей без согласования с властями (особенно это касалось наиболее развитых планет Королевства) и имел ограничения в использовании синтезатора, выражавшиеся в различных правах доступа к городской базе данных молекулярных шаблонов. Статус жителя определялся по его эмоциональным, умственным, эстетическим, гуманитарным и парапсихологическим способностям, именуемым знатностью, а так же по заслугам в любой области, что как раз оставалось доступно тем, кто в силу недостаточной природной одаренности не мог выделиться из общей массы чем-либо особенным. Обычно человек, не нарушавший закона и серьезно относящийся к своей карьере, без особых на то усилий достигал второй категории к девяностым годам своей жизни, и первой – где-то в возрасте ста пятидесяти лет. Любой житель, получивший первую категорию, за соответствующую плату мог пройти профессиональную подготовку на выбранную им специальность. Пройдя подготовку, он становился грондом – человеком, имеющим больше прав, чем простой житель. Сергей попытался сравнить понятие «гронда» с чем-либо земным и не сумел – галактический «житель» мог работать всю свою жизнь, мог хорошо зарабатывать и быть прекрасным специалистом и при этом даже не помышлять об обучении гронда. Гронды считались «дипломированными профессионалами» – людьми, на сто процентов способными выполнить то, чему их учили, и выполнить по самым современным стандартам и с помощью самых современных средств. Став грондом, человек получал право претендовать на выбранную по специальности высокооплачиваемую службу и, при условии, что его данные подойдут, стать элайтом – профессиональным служащим. Элайты уже не являлись «жителями» – их миром служило все Королевство, а законом – уставы профессиональных ассоциаций. Права элайта даже самой низкой категории значительно превышали права как жителя, так и гронда – элайт покидал и посещал другие миры, имел доступ к определенной секретной и дорогостоящей информации, чаще и интенсивнее использовал синтезатор.

На самой верхушке социальной лестницы располагались лорги – лучшие из лучших, люди с необыкновенно высокими дарованиями. В большинстве своем все они занимали важные государственные посты и потому обладали не только ПРАВАМИ но и ВЛАСТЬЮ.

И, наконец, сама ВЛАСТЬ в Королевстве распределялась среди советов: Великий Совет Королевства, Малый Совет, Советы Институтов, Совет Безопасности, Советы многочисленных служб и ассоциаций. Особую позицию занимал Король, решение которого пользовалось прерогативой в любом споре…

Единственное же, что сообщалось о текущем положении дел – это упоминание, что место Короля галактики освободилось в связи с таинственной гибелью последнего…

Информации получилось не много, но достаточно, чтобы Сергей смог представить, где он находится, чего от него хотят, а так же понять, что красивый паренек в кресле напротив – высокопоставленная в галактике персона, назвавшая себя лоргом.

Глава 5

– Теперь могу повторить свое предложение, – сказал Эр-тэр. Доброжелательная улыбка пропала, а выражение лица эрсэрийца стало серьезным. – Мне нужен человек, способный выполнить роль десантника в условиях, для которых лучше всего, по нашему общему мнению, подходишь именно ты. Поэтому, предлагаю следующее: без каких-либо предварительных условий с нашей стороны, мы готовим тебя как гронда-космодесантника; проводим условную аттестацию и оформляем на службу в Галактическую Ассоциацию Космодесантников Свободного Флота, что означает присвоение статуса профессионального служащего сразу же по завершению полного комплекса тренировок; лишь после этого представляем контракт на задание, ради которого ты и нужен.

Итак, во-первых: я ни к чему тебя не обязываю. Закончив тренировку и выслушав условия договора, ты все еще сможешь отказаться. В этом случае мы просто, без малейших претензий, вернем тебя туда, откуда взяли. Возможно, только уйдет какое-то время. Во-вторых: поскольку именно по моей вине ты попадаешь в совершенно незнакомый и чуждый землянину мир, я, лорг Эр-тэр, обещаю свою поддержку и всю необходимую помощь в пределах Королевства и до задания и после него и до тех пор, пока будешь в этом нуждаться. В-третьих: то, чего мы ждем от тебя, настолько важно, что размер вознаграждения даже в случае провала окажется так велик, что позволит освоиться в галактике и свободно посещать любые планеты, в том числе и родную Землю. Статус же элайта-космодесантника – это положение в обществе, интересная работа, постоянный заработок и возможность дальнейшего развития: в любой момент, если пожелаешь, сможешь наняться на любой корабль, на любую планету и в любую систему для задания, которое найдешь и выберешь сам – это прибавит тебе опыта, расширит познания о вселенной, повысит профессиональный уровень да и просто даст возможность пожить в новых условиях, в новом и интересном мире, сыграть в увлекательную, захватывающую, остросюжетную игру с самим собой, победить себя, доказать себе, что на что-то способен…

В итоге, поступая ко мне на службу, ты получишь такие права и привилегии, а также возможность жить такой жизнью, о которой недавно даже не мог мечтать. Я предлагаю не просто обеспеченное долгое существование со всеми удовольствиями и возможностями нашей цивилизации, я предлагаю тебе по-настоящему великолепное будущее. Любой житель первой категории любой планеты Королевства, включая даже саму Эрсэрию, мечтал бы о таком шансе.

С другой стороны, и прежде, чем найдешь, что ответить, прими во внимание, что идеальных миров вообще не бывает. Я открою тебе лучший мир, но и у него найдутся недостатки. Кроме того, вступление в новую жизнь обойдется не дешево. Во-первых, могу сказать сразу: обучение окажется намного тяжелее, чем ты себе представляешь. Во-вторых: работу, которую мы от тебя ждем, придется выполнять в условиях полудикого неизученного общества, и понадобится все твое везение и упорство, чтобы что-то получилось. Скажу правду – с этого задания можно и не вернуться. И наконец: тебе предстоит долгая разлука с домом, с друзьями, с прежними надеждами и привычками. Выбирай сам!

– Я могу погибнуть? – Сергей поймал себя на мысли, что спрашивает так, словно уже согласился. От этого открытия ему стало жутко. «С чего вдруг я верю во все это?! Что он несет?! Элайты, гронды, космодесантники… Как я могу сказать „да“ или „нет“ на такую ахинею?! Как я могу согласиться на то, чего вообще не бывает?..»

– Вероятность не велика. Мы вылечим тебя даже тогда, когда сохранится лишь треть головного и спинного мозга – сможем даже восстановить память, если перед заданием дашь согласие на создание нейронной копии. Но такая ВЕРОЯТНОСТЬ есть.

– Понятно. Так вы не бессмертны? – Сергей и сам удивился, почему такой очевидный факт заставил его злорадствовать.

– Даже галактика может погибнуть.

Несколько минут оба молчали. Эр-тэр намеренно давал своему гостю время помучиться. Сергей ощущал одновременно и страх и интерес, инстинкт самосохранения боролся в нем со стремлением к новому, а беспорядок в голове – с непоколебимой уверенностью, что в мире все должно быть логически объяснимо. Он со всех сил старался отвергнуть одну и ту же мысль, но все равно возвращался к ней – как бы не хотелось убедить себя в обратном, все происходящее было реально!

– Я ведь не прошу немедленного ответа. У тебя будет время подумать.

Сергей сделал последнюю попытку вырваться из захватывающего его водоворота.

– Но почему вы так уверены, что нужен именно я?! Если многие хотели бы быть на моем месте, то почему не попали на него? Почему, наконец, меня сразу причисляют к первой категории?

– Я отвечу, и это последний вопрос на сегодня. Ты не можешь знать, но твои природные данные дают право претендовать на высокое положение. По нашим понятиям ты знатен, хотя ничего пока и не умеешь. Вспомни, как разрывалось что-то у тебя внутри, когда сталкивался с чем-то загадочным, возвышенным, прекрасным, когда смотрел в зимнее звездное небо или слышал звуки хорошей незнакомой мелодии. Вспомни, как угнетало тебя любое однообразие, как заболевал от обыденности…

– Но этого нельзя знать!

– Можно, и очень скоро ты меня поймешь. Для общения не нужны слова, человеческий мозг способен говорить с другим мозгом без посредничества звуков. Ты не умеешь управлять своими мыслями – твой разум открыт. Я уже говорил, что знаю о тебе все, что хочу знать. Но даже не будь у меня возможности читать твои мысли, разве не достаточно за тебя говорит то, как мы встретились?

«Как мы встретились?! Случайная пьяная выходка Андрея с обучением, случайная машина на дороге, совершенно случайный кабак, случайная потасовка…»

Он тут же получил доказательства последних слов инопланетянина – Эр-тэр ответил на мысленное восклицание:

– Случайностей не бывает – есть необъясненные закономерности!

– Но я не гожусь в десантники!!! Я даже редко дерусь – в этот раз просто так получилось – перепил… потом настроение такое… Какой из меня боевик?! Вы же…

– Не годится твое тело – для нас это не важно.

– Что?..

Сергей понял, что разговор окончен. Прямо сквозь стену в комнату вошел темноволосый парень в синем комбинезоне, такой же загорелый, стройный и хорошо сложенный, как и сам Эр-тэр. Цвет глаз этого человека оказался таким же необычно-золотистым. Возможно, инопланетяне обменялись мыслями, потому, что вошедший, чей взгляд сперва выражал вопрос, согласно кивнул.

– У тебя есть время. Решай: либо вернешься домой, либо летишь с нами. – Эр-тэр улыбнулся и сделал прощальный знак рукой. Пришедший инопланетянин шагнул к стене и Сергей неуверенно последовал за ним.


Почти сразу же за исчезновением землянина в каюте появилась Лен-ера. Лорг даже не взглянул на нее – его взгляд задумчиво блуждал по той части стены, где исчез гость.

– О чем-то задумался? – спросила принцесса.

– Я жестокий тип! Дал парню десять часов на размышление. Десять часов этот землянин будет мучиться, думать, колебаться, пока не поймет вдруг, что на самом деле никакого выбора ему не оставили – он ведь уже не сможет вернуться назад, сознавая, что всю короткую земную жизнь придется жалеть об упущенном шансе. Он, его эмоции, даже ого логика беззащитны, а мы с тобой нанесли намеренный, продуманный эмоциональный удар – разожгли любопытство – теперь паренек пойдет на все, даже на смерть, чтобы умирая сказать себе: смерть неизбежна, так пускай хотя бы она будет не такой, как у всех!

– Эр-тэра потянуло на поэзию, – улыбаясь протянула Лен-ера. – Мальчика вытащили из драки, вылечили, привели в чувство, предоставили возможность раскрыть все свои таланты, которые дома были бы похоронены, а благородный Советник все равно испытывает угрызения совести?

– Конечно, что может быть лучше: до неузнаваемости обработать тело и внутренности, вбить в голову нормы космодесанта и отправить в никому неизвестный ад, чтобы найти никому непонятно что? Совсем неплохо! – Эр-тэр усмехнулся. – Ты действительно думаешь, что парень был несчастен на Земле, а Лен-ера? Пока не знал, что бывает лучше?

– Оставь, Эр-тэр! Иногда не могу понять: ты действительно такой благородный, или притворяешься, чтобы меня разозлить? Скажи лучше: когда будем на месте?

– До Австранта десять дней и временной переход дней двенадцать-четырнадцать – смотря по тому, как далеко удастся спуститься – и еще минимум один день на выбор места десанта.

– Всего двадцать четыре дня? Землянина успеют подготовить?

– Надеюсь, что да. Дит-тэр сказал, что за такое время сумеет лишь защитить парня. На полную подготовку ушло бы несколько месяцев…

Какое-то время они молчали, и Эр-тэр почувствовал напряжение в воздухе, возникающее иногда при совпадении эмоций нескольких энергетически сильных людей.

– Ты тоже думаешь, что он найдет мифическую Корону? – спросил лорг.

Принцесса понимающе улыбнулась.

– Да, Эр-тэр, мне тоже кажется, что он – то, что нам нужно… Землянин пойдет один?

– Нет, не думаю, только не один. Он не готов, у одного мало шансов – нужно послать как минимум двоих. На «Страннике» шестеро профессионалов – я подберу напарника.

Принцесса удобно устроилась в кресле, мечтательно глядя на живой голубой шар на стене. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы заметить, как блестят ее глаза.

– Я чувствую, Эр-тэр, – произнесла она. – Этот землянин принесет удачу. И он мне нравится.

Ощутив ее эмоции, Эр-тэр притворно вздохнул.

– Какое счастье, что ты никогда не говорила такого обо мне!

Они обменялись красноречивыми взглядами.


Поднявшись с кресла и подойдя к стене, Сергей оглянулся на провожатого. Тот легко подтолкнул. Стоя почти вплотную к вполне ощущаемой поверхности стены, Сергей не удержался и сделал шаг вперед. К его удивлению, преграда уступила, оставаясь за спиной. Инопланетянин прошел следом и направился дальше, указывая дорогу. Не решаясь спрашивать, Сергей последовал за ним.

Они шли по длинному, дугообразному, словно являющемуся частью огромной окружности, коридору. В коридоре было темно, и лишь над пешеходами висела полоса света, двигаясь на одной с людьми скорости. Посмотрев вверх, Сергей убедился, что свет не слепит глаз. Под ногами пружинил пол из того же материала, что и в комнате Эр-тэра, только не серый, а нежно-голубого цвета. Стены украшал несложный, но потрясающе красивый орнамент…

Они шли, а свет по-прежнему держался над ними, тогда как впереди и сзади все тонуло во мраке. Прошагав метров двадцать, люди свернули к центру создаваемой коридором окружности, спустились по наклонной поверхности вниз, перешагнули сквозь три стены, вошли в исчезнувшую дверь и очутились в большом, метров в пятьдесят в большем диаметре, овальном зале, полностью покрытом зеленью кустов, цветов и замысловато постриженных деревьев. В центре зала маленьким фонтаном бил родник…

Для Сергея новое помещение корабля было неожиданностью, но, после всего происшедшего с ним за этот день, ни размеры его нового жилища, ни его обстановка не могли уже удивить слишком сильно.

По стенам зала располагалось множество дверей, вроде той, в которую они только что вошли. Подойдя к одной из них, инопланетянин остановился, пропуская Сергея вперед.

Еще непривыкший входить в закрытые двери, Сергей протянул руку, но дверь ушла в сторону раньше, чем он успел дотронуться. Перед ним оказалась маленькая эллипсоидная каюта с серым матовым полом, розовым светящимся потолком и стенами, украшенными художественной мозаикой. Несмотря на роскошную отделку, комната казалась необитаемой из-за отсутствия какой бы-то ни было мебели, да и вообще чего бы-то ни было.

«Это что, карцер?»

Заметив нерешительность землянина, а, может быть, услышав мысленное восклицание, провожатый подвел Сергея к стене, указывая на переливающиеся камешки на мозаичной картине, изображавшие глазки зверька, похожего на лемура. После нажатия на них, часть стены у самого пола опустилась, прогнулась и образовала упругую панель с пазом, очевидно, служащую кроватью. Так же возникли два кресла и длинный тонкий стол.

– Нажатием на эти камешки или мысленной командой вызывается бытовой автомат, – пояснил инопланетянин. – Автомат выполнит по мысленному или словесному приказу любое твое желание – закажет обед, изменит температуру или влажность воздуха, увеличит или уменьшит гравитацию, сообщит информацию или соединит с любым отсеком корабля… и тому подобное – несколько опытов – сам овладеешь ситуацией.

Сергей машинально кивнул.

Теперь комната показалась гораздо уютней, но в ней сохранилось еще что-то, напоминающее тюремную камеру. Сергей понял, что не может отделаться от чувства запертости в замкнутом пространстве.

– Что-нибудь еще? – инопланетянин опять уловил его недовольство.

– Можно сделать окно?

– Окно? – по взгляду эрсэрийца Сергей понял, что сказал глупость.

– Окно или иллюминатор, или как это тут у вас называется? – «Неужели можно не понять, что такое обыкновенное окно? Я что, попросил что-то необычное?»

– Не понимаю, чего ты хочешь, – признание выглядело откровенным.

Сергей вздохнул. У него сегодня уже не было сил и, тем более, желания ругаться или спорить, но оставаться вот так в дураках, непонятым, тоже не хотелось. Он продолжил:

– Хочу смотреть наружу.

– Куда «наружу»?

– На Землю!!!

Как-то интуитивно Сергей понял, что инопланетянин, не решавшийся до сих пор прочесть его мысли, теперь это сделал.

– Автомат спроецирует любое изображение, куда пожелаешь, – в подтверждение слов хозяин нажал на камешек, вероятно, отдавая при этом мысленную команду. Потолок потух, погрузив комнату в полумрак. На потолке медленно вращалась огромная голубая планета, а ее свет мистически задрожал по стенам и зеркальной поверхности стола.

– Теперь все?

Оглушенный, Сергей не сразу перевел взгляд на инопланетянина:

– Да, спасибо…

– Должен сообщить, что выход из каюты будет закрыт в течении десяти часов. За это время нужно решить, что сказать Эр-тэру. Советник сам зайдет за ответом… Возражений нет?

Сергей отрицательно покачал головой.


Оставшись один, он в бессилии сел на диван. Перед глазами все плыло. Воцарившееся в душе смятение мешало думать. У него не было времени осознанно влиять на происходящее – все случилось шаг за шагом, событие за событием – одно порождало другое, без малейшей возможности вмешаться и что-либо изменить. Какое-то ничтожное время назад он пил, веселился, пел песни, безмятежно и глупо, ничего не предчувствуя, не ожидая никаких перемен… А сейчас сидит, запертый в каюте космического корабля, настолько большого, что в нем где попало разводят цветники, а коридоры вполне годятся для спортивных забегов на дальние дистанции. Знает о какой-то эрсэрийской цивилизации, о каком-то нелепом разделении на категории, о синтезаторах, королях, лоргах, о прочей ерунде, в которую и поверить может, разве что, ученик младших классов, начитавшийся на ночь фантастики. Еще вчера все в жизни было вполне определенно и понятно: дом, институт, друзья, свадьба сестры… Были, конечно, мечты и фантазии, но ведь они никогда не уносились… во всяком случае, не за пределы же планеты!!!

Единственное, что Сергей сейчас хорошо понял, это почему люди сходят с ума!

Он сидел один в полумраке комнаты, а Земля большим глобусом едва заметно вращалась на потолке, не на секунду не давая забыть, где Сергей, и зачем он тут.

Переливающиеся кнопки-глаза лемура находились совсем рядом. Плохо представляя, зачем это делает, Сергей дотянулся до них. Ничего не случилось, и он, не зная к кому обращается, громко произнес:

– Обед можно заказать?

В голове возникла мысль:

– Что-то конкретно?

Он вздрогнул от неожиданности и, ощутив прилив непонятной злости, уже тише произнес несколько названий из маминой кулинарной книги:

– Если можно: черепаховый суп, омары под молочным соусом, гусь в белом вине, салат из шампиньонов, фаршированный сазан, черная икра с блинами, взбитые сливки с клубникой и вино урожая 1650 года (все равно какое).

Это был не заказ, а издевательство над автоматом – Сергею нужно было хоть на ком-то сорвать раздражение от собственного бессилия, но в голове тут же возник новый вопрос: «Что-нибудь еще?»

– Нет. – «Не хочет же он сказать, что…»

– Сервировка по настроению?

Он ответил утвердительно и широко открытыми глазами наблюдал, как на стол прямо из стены выезжают дымящиеся блюда… в том самом сервизе, что он подарил сестре на свадьбе…

Уже еле слышно Сергей поинтересовался:

– Откуда взялась посуда?

– Сервиз синтезирован по образу в твоей памяти. Настроение определено неверно?

Он оказался достаточно рассудителен, чтобы сразу же поставить салатницу с икрой, которую разглядывал в надежде найти хоть что-то, отличающее ее от той, настоящей, безнадежно испорченной большой царапиной на боку, той самой, которую тщетно пытался обменять в магазине… Если этот сервиз создала его память, то отличаться от оригинала он мог лишь тем, чего Сергей все равно не помнил!

Последний удар обрушился на землянина, окончательно смяв его. Сергей был оглушен, растерян, уничтожен. Прямо перед ним на столе стояли никогда ранее не пробуемые лакомства, вполне настоящие, реальные, их запахи наполняли всю каюту. Большую глиняную бутылку наполняло вино, и землянин не осмелился усомниться, что напитку на самом деле меньше трех сотен лет…

– Я могу отключиться? – спросил автомат.

– Да…

Сомнения в правдивости полученной от Эр-тэра информации, если они и были, рассеивались окончательно.

Сергей сидел, прислонившись к мозаичной стене, почему-то теплой и упругой, автоматически, не ощущая вкуса, ел клубнику со сливками и думал.

Так неожиданно возникший сервиз заставил вспомнить Танюшку. Бедная сестренка! Он бросает ее в день свадьбы, такую беззащитную, не готовую к новой жизни… Может быть, Федя и неплохой парень, но что от него можно ждать? Если обидит, если поссорятся, если начнет наводить свои порядки, командовать… Таня не стерпит – он в жизни не видел второй такой свободолюбивой и независимой… А, что Танюшка подумает, когда Андрей начнет рассказывать, как и куда пропал брат? Когда друг протрезвеет, то и сам-то ничего не поймет… если, конечно, вообще что-то вспомнит! А сестренка, что останется думать ей? Да и мама, сможет ли она пережить пропажу сына, сможет ли простить ему потом?..

Затем мысли Сергея перешли к институту. Через год все друзья-однокурсники защитят дипломы, а его, как пропавшего неизвестно куда и неизвестно насколько, отчислят без малейшего зазрения совести… Что он скажет, когда через год-два вернется? Потом армия… Пропажу призывника эти твердолобые работорговцы точно расценят по-своему!..

Соседи, друзья, родственники – все они находились там, на маленькой светящейся Земле. Там оставались его привычки, его привязанности, его надежды. Там оставались его дом, его школа, институт, родной город, страна, его мир… Там, на потолке, вращалась навстречу кораблю его большая родина, мысль о расставании с которой возбуждала болезненное, режущее глаза, щемящее чувство разлуки. Голубой шар притягивал к себе, звал вернуться, предупреждал… Сергей вспомнил детство, вспомнил лес, в котором собирал грибы и смотрел на белок, живущих в скворечнике, вспомнил часы, проведенные в лодке на озере перед самым рассветом и трепещущих тяжелых окуней, снимаемых с крючка, вспомнил покрытую льдом и снегом речку, сверкающую под ярким солнцем вывороченными и замерзшими глыбами льда, вспомнил лето, весну, осень и зиму, вспомнил и представил все, что вызывало в нем ностальгию по прошлому и по голубому шару, величаво поворачивающемуся Америкой…

Сергей не питал иллюзий, зачем себя мучает. Он искал причину, по которой не смог бы покинуть родной планеты, и не находил ее. С какой-то тоской и даже ужасом землянин чувствовал, что путь уже избран. Он знал, что не хватит воли отказаться от манящей неизвестности, от мира фантастических чудес и полного изобилия. Он, как верно сказал Эр-тэр, уже узнал этот мир и не смог бы сразу расстаться с ним. Как и большинство его сверстников, Сергей вырос в среде постоянной борьбы за уважение к собственному я, в мире страстей, неустойчивом, непостоянном и часто жестоком, в цивилизации, приближающийся расцвет которой мог стать ее же концом, и потому стремление к неизвестному было в нем сильнее всех прочих чувств и желаний…

Утомив воображение воспоминаниями, Сергей вновь вызвал автомат. По его просьбе Земля приближалась и удалялась, а землянин с тоской на сердце слезящимися глазами вглядывался в очертания материков, горных рельефов, линии больших рек. Он смотрел на темные пятна городов живущих своей обыденной жизнью. Он чувствовал себя не просто космонавтом, впервые увидевшим Землю сверху и постигшим то, чего нельзя понять там, внизу – он прощался с беззащитным голубым шариком, чтобы увидеть сотни других таких же голубых, круглых, но куда более могущественных в расцвете своих цивилизаций. Он прощался с Землей и знал, что та не заметит пропажи одного своего сына, одного из миллиардов, но первого и единственного землянина в необозримых космических просторах. Он чувствовал, что выбираемый сейчас путь скорее всего ведет к гибели, но стремление к новому, смешанное с восторгом и простым любопытством, побеждало тревогу. Судьба выбрала Сергея из миллиардов таких как он, судьба указала ему путь, на который еще не ступала нога человека Земли, и землянин гордо делал шаг в пропасть…

Глава 6

Через десять часов после того, как за Сергеем закрылась дверь в его каюту, эта дверь вновь открылась перед Эр-тэром.

Землянин, для которого последний день – реальный день за вычетом бессознательного состояния – длился больше двадцати четырех часов и оказался настолько богат впечатлениями, что их хватило бы и на год, спал, полулежа на панели-кровати, в том положении, в котором застал его сон.

Эр-тэр, казалось, забыл, зачем пришел. Его задумчивый взгляд остановился на лице землянина и не двигался минуты две. Затем лорг осмотрел и попробовал холодный и почти нетронутый обед на столе, долго изучал простой рисунок на дешевом фарфоре, шагнул сквозь стену в большую ванную комнату, но сразу покинул ее, убедившись, что там гость еще не был, сел в кресло и еще некоторое время молча смотрел на Землю.

Только после этого Эр-тэр вернул взгляд к землянину и мысленно приказал тому проснуться.

Пробуждение Сергея не было обычным. Управляемый телепатической силой, землянин дернулся, открыл глаза, сразу узнал Эр-тэра и все вспомнил, словно совсем не спал. Ему не нужно было время, чтобы вернуться к действительности.

– Вы пришли за ответом?

Лорг кивнул.

Сергей сел на панели-кровати, собираясь с мыслями.

– Какие у меня гарантии?

– Гарантии чего?

– Что я не стану вашим домашним зверьком? Что меня не используют и бросят? Что я получу то, что мне обещали?

– Слово Советника и контракт, оформленный по всем правилам нашего государства… – Эр-тэр прервался и улыбнулся. – Вообще-то, ты прав – по твоим понятиям – никаких. Я не могу дать ни одной гарантии в понимании землянина. Тебе придется рискнуть или отказаться!

– Я согласен.

– Согласен?

– Да.

– Твердо уверен?

Сергей развел руками, давая понять, что окончательно приговорил себя.

– Я решился.

– Хорошо. Есть вопросы или просьбы?

– Мама и сестренка… Им можно сообщить обо мне?

Эр-тэр улыбнулся.

– Сообщить, что ты у нас?

– Нет, конечно. – Сергей глуповато посмотрел себе под ноги. Если бы он знал, что можно сказать родным людям, когда без предупреждения исчезаешь на несколько лет!

– Об этом не беспокойся. Все представят так, что родные еще смогут тобой гордиться. Например, им скажут, что ты понадобился стране для секретной операции, которую нет возможности поручить никому другому. Например, им передадут некоторую сумму в местных денежных единицах, как часть твоего будущего гонорара.

– Если получится правдоподобно…

– Это все?

Сергей вздрогнул, почувствовав по взгляду Эр-тэра, что время колебаний истекло – ответ нажмет курок, и возврата не будет.

– Да.

– Ты готов?

– Да…

Эр-тэр одобрительно кивнул и с легкой ободряющей улыбкой указал на потолок. Прежде, чем тот стал розовым, как десять часов назад, Сергей успел увидеть, что шарик Земли быстро превратился в точку, растворившуюся за огненным диском Солнца… Инопланетяне ждали только его ответа!


Какое-то время землянин был полностью парализован. Он не мог шевельнуть ни одним пальцем руки или повернуть голову. Родившийся в нем крик ворвался во все уголки сознания, заполнив все, что было Сергеем.

– Ты сказал «да», у нас очень мало времени, поэтому делом займемся прямо с этой минуты! – не дожидаясь, пока землянин примирится с исчезновением в бездне космоса Родины, Эр-тэр впустил в каюту невысокого человека, отличавшегося очень темным волосом, темной кожей, горделивой осанкой и пронзительным взглядом равнодушных стальных глаз. Если бы не тонкие губы и не маленький острый нос, человека можно было бы принять за негра. Сергею показалось также, что тот намного старше красавца-лорга.

Эр-тэр указал на вошедшего:

– Дит-тэр – инструктор школы владения собой, психолог. На время тренировок поступаешь в его распоряжение. На это время: никакого знакомства с помещениями корабля, не указанными инструктором; отдыхай только в этой каюте и не пользуйся услугами синтезатора – питание и режим разрабатываются для тебя специально. При необходимости, бытовой автомат соединит со мной или с Дит-тэром. Сразу подготовься к мысли, что работа предстоит большая, и не позволяй себе впасть в уныние или сломаться… Твое имя – Сергей?

– Да.

– Этого вполне достаточно. В Королевстве не встретишь еще одного Сергея – твое имя скажет о тебе все. Удачи! – кивнув, Эр-тэр вышел прежде, чем землянин успел что-либо спросить.


Стальные глаза Дит-тэра так пристально разглядывали его, что Сергею стало неловко. Он посмотрел в глаза инструктору, но не выдержал и тут же отвел взгляд. Было что-то разительно отличающее этого инопланетянина от Эр-тэра – даже не взгляд или цвет глаз, а еще что-то едва уловимое…

– Я тигиец, но родился на Эрсэрии и получил эрсэрийское имя, – не отводя глаз, кратко сообщил Дит-тэр. – Идем!

Через некоторое время они оказались в большом зале, занятом нагромождением разнообразных устройств и сооружений из легкого пластика.

– Сюда будешь приходить каждый день, – сообщил Дит-тэр, подавая Сергею желтый комбинезон без рукавов. – На все дни тренировок это – твоя одежда. В каюте и в корабле можешь носить все, что тебе нравится.

Сергей послушно переоделся, оглядываясь, как ребенок в кабинете врача. В это время инструктор подкатил к нему широкое кресло с большим колоколом наверху, а затем уверенным движением усадил землянина и коснулся сенсора на маленьком пульте.

Сергей почувствовал, что не может пошевелить ни руками ни ногами – его словно приклеили.

– Слушай внимательно! – инструктор наклонился к самому уху землянина. – У нас с тобой 24 дня. Первые двенадцать дней я займусь мозгом и телом. Лично от тебя в это время ничего не зависит – помочь ты мне не сможешь, помешать – тоже. Зато следующие двенадцать дней основная работа перепадет тебе. Каждый день, утром, буду рассказывать, что нас ожидает. – Дит-тэр выпрямился, а на голову Сергея медленно опустился колокол.

– Что это будет?! – Сергей нервно дернулся, предчувствуя непоправимое. Одно дело сказать «согласен», другое…

– Сегодня поместим в твой мозг программу биоконтроля… – инструктор уже настраивал колокол, но Сергей излучил такой испуг, что Дит-тэр отдернул руки, а затем не выдержал и расхохотался.

– Не волнуйся так, мальчик, ничего с твоим «я» не случится!

– А, может… можно без этого?!

– Нельзя!!! Ты же как новорожденный: природа дала человеку совершенный организм: саморегенерирующий, легко перестраивающийся, с регулируемой биохимией и биоэнергетикой; а ты не только не умеешь управлять им – твой рассудок мешает организму делать то, что ему положено делать! Ты готов потерять сознание от малейшей боли, заболеваешь при изменении температуры, влажности, давления, солнечной радиации, магнитных воздействий; любой новый вирус, любая незнакомая бактерия если и не убьет тебя, то свалит с ног на сутки и даже месяцы. Ты чувствителен к внешним раздражителям, к телесным и душевным ранениям. При том, что родился человеком, ты остаешься самым ничтожным существом в галактике! Даже координация движений требует сейчас затрат энергии!

При этом, нужно совсем немного контроля над внутренними и внешними процессами в организме, чтобы стать практически неуязвимым, чтобы залечить любую рану и вытерпеть любую боль, чтобы изменить состав кожи и крови и приспособиться к разреженному воздуху и повышенной радиации! И, чтобы научить


Содержание:
 0  вы читаете: Новый Король Галактики : Сергей Фрумкин  1  Глава 1 : Сергей Фрумкин
 4  Глава 4 : Сергей Фрумкин  8  Глава 8 : Сергей Фрумкин
 12  Глава 12 : Сергей Фрумкин  16  Глава 4 : Сергей Фрумкин
 20  Глава 8 : Сергей Фрумкин  24  Глава 12 : Сергей Фрумкин
 28  Глава 16 : Сергей Фрумкин  32  Глава 20 : Сергей Фрумкин
 36  Глава 3 : Сергей Фрумкин  40  Глава 7 : Сергей Фрумкин
 44  Глава 11 : Сергей Фрумкин  48  Глава 15 : Сергей Фрумкин
 52  Глава 19 : Сергей Фрумкин  56  Глава 2 : Сергей Фрумкин
 60  Глава 6 : Сергей Фрумкин  64  Глава 10 : Сергей Фрумкин
 68  Глава 14 : Сергей Фрумкин  72  Глава 18 : Сергей Фрумкин
 76  Глава 1 : Сергей Фрумкин  80  Глава 5 : Сергей Фрумкин
 84  Глава 9 : Сергей Фрумкин  88  Глава 13 : Сергей Фрумкин
 92  Глава 17 : Сергей Фрумкин  96  Глава 21 : Сергей Фрумкин
 100  Глава 4 : Сергей Фрумкин  104  Глава 9 : Сергей Фрумкин
 108  Глава 13 : Сергей Фрумкин  112  Глава 4 : Сергей Фрумкин
 116  Глава 9 : Сергей Фрумкин  120  Глава 13 : Сергей Фрумкин
 121  Эпилог : Сергей Фрумкин    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap