Фантастика : Космическая фантастика : 38 : Тони Гонзалес

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  4  8  12  16  20  24  28  32  36  40  44  48  51  52  53  56  60  64  68  72  76  80  84  88  92  96  100  104  108  112  116  120  124  128  132  134  135

вы читаете книгу




38

Один из самых больших городов на Калдари Прайм, Товил, был назван в честь героического адмирала, который вошел в историю защитой отступавших калдари, когда армады Федерации предприняли вторжение на планету. Он был расположен около экватора, и основные населенные центры были заключены под купола с регулируемым климатом, защищавшие население от жестоких холодов, стоявших большую часть планетарного года. Но предместьям города не была доступна такая роскошь, и они были предоставлены ледяной зиме, до конца которой оставалось еще много месяцев. Кольца геотермических вентилей украшали пейзаж высокими колоннами пара, видимыми за мили от внешнего периметра Товила, но сделали не много, чтобы ослабить холод; большая часть города сверкала льдом, за исключением двух огромных рек с обеих сторон мегаполиса.

Из шестидесяти миллионов жителей города больше половины составляли калдари; остальные были галленте первого и второго поколения, иммигрировавшие туда после войны. Проживая рядом, эти два этноса никогда полностью не интегрировались, предпочитая существовать изолированными в расовом отношении однородными общинами. Хотя большая часть планеты представляла собой негостеприимную тундру, атмосфера на Калдари Прайм была пригодна для дыхания и климат в экваториальных регионах в летние месяцы был умеренным. Подобно большинству городов на планете, Товил был построен вдоль береговой линии обширного моря, равно пригодного для отдыха и развития промышленности.

Но первым, и главным, источником доходов Товила была добыча ценных руд и металлов, лежащих под глубокими слоями вечной мерзлоты, окружавшей город. И галленте, с тех пор как они стали хозяевами Калдари Прайм, решительно отодвинули калдари от возможности получения дохода с этих богатств. Фактически на планете не было ни одного калдари, обладающего правом собственности на наследственные земли, не говоря уж об их богатствах.

Таким образом, неудивительно, что кровопролитие началось именно на шахтах Товила, где противоречия между прошлым и настоящим, статусом, историей и настроениями были наиболее ярки.

Увидев, что их памятники осквернены галленте, а память об их прошлом подверглась оскорблением, шахтеры-калдари обратили свои орудия на все и вся, живое и неживое, так или иначе связанное с Федерацией. Эти сцены разыгрывались во многих местах одновременно, даже за пределами шахт и фабрик: изолированные галленте, независимо от их личного статуса, без разбора подвергались нападениям калдари — сначала одиночек, потом пар, потом целых толп.

Погромы на расовой почве распространялись как пандемия и, достигая наиболее плотно населенных центров, приводили к ужасным результатам. От занесенных снегом пригородов до укрепленных зданий правительства Федерации — все учреждения галленте в Товиле находились под осадой молодых мужчин-калдари. Отчаянно отстаивая свою собственность, многие галленте защищались всем, что было под рукой, включая огнестрельное оружие. Но в большинстве случаев чем упорнее они сражались, тем страшнее становилась их смерть, когда толпа неизбежно сокрушала их.

Полиция Федерации выдвинулась, чтобы подавить насилие с целенаправленной мстительностью. Мятежников-калдари били, стегали электрошокерами, упавших — избитых и покалеченных — оставляли валяться на улицах, подобно ненужному хламу. В свою очередь, это вызвало новую вспышку насилия и заставило еще больше людей с обеих сторон поспешно судить о вине или невиновности, основываясь лишь на этнической принадлежности.

А потом кто-то где-то выстрелил, и полицейский-галленте упал на мостовую в кровавых брызгах конвульсий, а через несколько мгновений затих. Здесь испарилась всякая надежда на доброту и взаимопонимание и рухнуло всякое подобие сдержанности. Ответный залп уложил на месте несколько десятков мятежников-калдари — прямо перед камерами СМИ, работающими в прямом эфире.

В считанные минуты насилие перекинулось на другие города Калдари Прайм.

Когда вести о волнениях прокатились по всему Альянсу, экспатрианты галленте на всех территориях поняли, что их жизни в опасности. На другие планеты были отправлены полицейские подразделения мегакорпораций по подавлению бунтов, чтобы остановить насилие, но преднамеренно размещены там, где они могли защитить только интересы калдари. Они были странным образом безразличны к безопасности собственности и активов галленте, но приветствовали любой причиняемый им вред.

— Нет! — закричал Отро Гариучи. — Прекратите это!

Все новостные каналы были переполнены сценами насилия — не прикрытого цензурой, варварского, первобытного, и Отро больше не мог этого выносить.

— Коммандер Реппола! — крикнул он, ударив кулаком по пульту коммлинка. — Коммандер, вы нужны мне немедленно!

На экране появился глава стражей «Ишуконе».

— Да, сэр, слушаю вас…

— Я хочу, чтоб вы отправили вооруженные отряды к каждому предприятию и поселению галленте во владениях «Ишуконе», — заявил он. — Вы меня поняли? Используйте дронов и бронезащиту, если понадобится, но я подразумеваю для всех, от первого до последнего!

— Я уже занимаюсь этим, сэр…

— Тогда сделайте это быстрее! — взъярился Отро. И немедленно пожалел, что поднял голос на близкого друга.

— Да, сэр. Если это может служить утешением, на наших мирах все спокойно.

— Извините меня, Менс, я просто…

— Это тяжело для всех нас, — сказал коммандер, потирая лоб. Как всегда одетый в свежую, безупречную форму, он казался более измученным, чем обычно. — Стражи защитят галленте во владениях «Ишуконе» и обеспечат убежище всем, кто его ищет. И, между прочим, мы думаем, что знаем, как наш «друг» добрался до новостных каналов. Я сообщу, когда буду уверен.

— Спасибо, Менс…

— Да, сэр. — Линия связи отключилась. Когда Отро обернулся, рядом стояла его сестра.

— Я услышала снаружи, как ты кричал, — сказала она. — Он прав, знаешь ли. У нас все тихо.

— Но посмотри, что творится повсюду! — прорычал Отро, указывая на экраны. — Это все работа Брокера… Взгляни, насколько далеко он желает зайти ради этой проклятой вакцины. Я не могу сделать ничего, чтобы остановить его, и это просто убивает меня.

— Пока не можешь, — заверила Мила. — Но Менс близок к тому, чтобы обнаружить, как Брокер осуществил свою диверсию. Ты получишь свой шанс.

Отро посмотрел на сестру безумным взглядом.

— Ты ему доверяешь?

— Кому? — изумленно спросила Мила. — Менсу? Ты шутишь?

— Брокер может стать кем угодно. Посмотри на эти документальные съемки с Калдари Прайм. Все вандалы — галленте. Он вполне мог быть любым из них. Черт, он, возможно, был ими всеми!

— Расслабься, — сказала Мила. — Менс нам обоим как брат. И умело делает свою работу. Верь людям, которые тебя поддерживают. Они помогут тебе выстоять.

— Попробуй сказать это им, — произнес он, мрачно глядя, как продолжается кровопролитие. — Я никогда не питал привязанности к галленте, Мила, но это…

Потрясенная дикими картинами, она покачала головой.

— Каждый раз, когда я думаю, что уже видела самое худшее, на что способны люди, мне снова приходится изумляться. Каждый раз.

— Вот что я тебе скажу, — предупредил он. — Все ставки уже сделаны. Независимо от того, что понадобится для того, чтоб это остановить, это — честная игра…

* * *

У врат Периметра, через которые проходил один из нескольких маршрутов к оживленной торговой системе Джита, обычно возникали едва ли не самые большие пробки в Новом Эдеме. Длинные очереди звездолетов тянулись за огромными металлическими шпилями врат, где постоянно ожидали торговцы и коммерсанты, знакомые с системой. Из-за тяжелого трафика врата были укомплектованы дежурными техниками, готовыми справиться с частыми отказами системы обслуживания, если таковые случались. Звездолеты, входящие в систему, зависели от навигации и коммуникаций врат, и эти техники всегда были первыми, узнававшими, кто прибыл.

Но это не относилось к скоростным каплевидным микрокораблям, особенно оборудованным маскировочными средствами.

Два подобных корабля класса «Лима» совершали заключительный заход к вратам Периметра. На каждом из них находился отряд спецназа стражей «Ишуконе». Техники, отвлеченные проблемой трафика звездолетов, не обратили бы никакого внимания на крошечные корабли, даже если бы те приблизились открыто, — пока не сработал бы сигнал тревоги возможного столкновения.

Когда корабли оказались в пределах 500 метров, они включили антенны, выказав свое присутствие и вызвав пронзительный сигнал тревоги в центре управления вратами. Превосходно исполнив маневр, оба корабля быстро опустились на стыковочные причалы в структуре врат. Оба люка были герметично запечатаны, но мощные разряды электричества заставили печати открыться.

Всего лишь через одиннадцать секунд после того, как прозвучал сигнал тревоги, двадцать коммандос, вооруженных с головы до ног, вступили в центр управления, взяв под стражу всех техников.

Подсчитав, что техников на одного меньше, чем они ожидали найти, солдаты угрожающе потребовали сказать, где недостающий.

— Вышел, — сумел выдавить один из техников. — Пошел отлить пять минут назад.

Половина солдат мгновенно исчезла, чтоб сначала осмотреть пустые туалеты, а затем первый этаж полностью. Еще один коммандо в это время достал собственный технический комплект, оторвал приборную панель от главного пульта центра управления и поспешно подключил к внутренней схеме кабели и систему прослушивания.

— Пятый этаж, в кормовой части секции, — объявил техник-коммандо, полностью осмотрев внутреннюю систему врат. — Быстро!

Когда коммандос захватили этаж, их встретило зловоние разлагающегося трупа.

— Это был вирус, — сообщил коммандер Реппола. — Наши техники все еще реконструируют то, что случилось, но они думают, что он был законсервирован здесь в течение многих лет. Личность мертвого техника и идентификационный номер все еще проверяются; он был нанят три года назад, но заступил на это место по ротации на прошлой неделе. Мы допрашиваем всех, кто с ним общался, но я сомневаюсь, что это поможет. Они все говорят, что он был не слишком разговорчив, и это для начала не слишком хорошая зацепка.

Отро впился взглядом в Милу. «Я говорил тебе, он может быть кем угодно», — читалось в его взгляде.

— Когда мы сможем вернуть себе наши новостные каналы? — спросил он.

— На это уйдет некоторое время, — признал Менс. — Мы должны держать сеть изолированной, пока не выясним, насколько распространился ущерб. Если он имеет внешний источник, нужно позволить, чтоб люди узнали об этом. Но, если вы простите мне чрезмерное рвение, я взял на себя смелость связаться с Государственным новостным каналом. Не вдаваясь ни в какие детали, я сказал, что вы заинтересованы в том, чтоб как можно скорее сделать публичное заявление.

— И что они ответили?

Коммандер улыбнулся.

— Согласились на прямой эфир с трансляцией по всему Альянсу, как только вы пожелаете и на сколько вам будет нужно.

— Отличная работа, — сказал Отро, хлопнув в ладоши. — Замечательно сделано, как всегда.

— Спасибо, сэр. Мы все будем плотно контролировать…

Он умолк, очевидно, отвлекшись чем-то за кадром.

— Извините, я прервусь на минуту, мне нужно получить отчет…

— Разрешаю. — Отро повернулся к Миле. — Сообщи мегакорпорациям, что я буду выступать в прямом эфире на Государственном канале, и если они понимают свою выгоду, то будут защищать интересы галленте так же, как мы.

— Чтобы внушить им это, понадобятся усилия, — сказала она, направляясь к двери. — Но я попробую…

Коммандер Реппола вновь появился на экране.

— Сэр, я только что выслушал коронера. Он говорит, что причиной смерти техника было самоубийство, отравление. Но вот что самое интересное: он прожил на свете самое большее неделю.

Взгляды Отро и Милы снова встретились.

— Далее — его сотрудники утверждают, что он отсутствовал пять, от силы десять минут. Но солдаты, которые нашли его, сообщили, что он выглядел так, будто гнил там в течение многих недель. Я видел снимки, Отро. Такое впечатление, будто лицо парня просто истаяло. У меня есть кому это обстоятельно исследовать, но, похоже, его ткани просто отказали еще до смерти. Вам решать; но я думаю, что это — более чем достаточное свидетельство причастности сами-знаете-кого.

— А то я не знаю! — рыкнул Отро. — Пожалуйста, сообщите вашему контакту на канале, что мое выступление будет через десять минут.

— Десять? — прервала его Мила. — Разве тебе не нужно больше времени?

— Никакой отсрочки, — сказал Отро. — Так все будет исходить от сердца.

И снова настала всеобщая тишина, когда иссеченное шрамами лицо Отро Гариучи показалось на всех экранах по всему Альянсу Калдари. Но он не был незнакомцем для нации и был встречен с радостью. Он был героем в глазах пролетариев, и они приветствовали знакомый голый череп и татуировку со скрещенными костями на щеке, ожидая от него одобрения их ненависти к галленте и разжигания националистического порыва, охватившего города Калдари Прайм. За исключением немногих здравомыслящих, они были совершенно не подготовлены к тому, что он собрался сказать.

— Народ калдари, — начал Отро. — Я должен был появиться перед вами, чтоб донести следующее послание: те из вас, кто сейчас нападает на галленте… Вы — враги Альянса!

Это был шок, сопровождаемый шиканьем и шипением, поскольку множество людей оторвалось от лицезрения картин резни, чтобы посмотреть на свою икону.

— Я смиряю свою гордость, чтобы просить вас, но, пожалуйста, остановитесь… отступите… и вспомните о человечности. Вы полны гнева — и я тоже. Нам напомнили о том, что мы, как нация, не сумели жить в соответствии с идеалами калдари. Мы совершили ошибки, которые можем исправить — но не этим путем.

Наши проблемы — внутри нашего общества. Не за пределами наших границ и не в прошлом, которого мы стыдимся. Тибус Хет…

Кое-где голос Отро был заглушен приветствиями, которыми было встречено имя Хета.

— …показал вам степень жадности управленцев в нашей государственной системе. Он продемонстрировал, что элита нации больше не в состоянии создать богатство, которое принесло бы выгоду тем, кто занят производительным трудом. В Альянсе Калдари возможности создавались трудом хороших мужчин и женщин. Хороших людей. Не животных. Хороших людей. Не дикарей. Мы — люди, которые принимают на себя ответственность за свои действия, и мы — люди, которые считают, что другие должны принимать ответственность за свои.

Но Тибус Хет не прав. Ему нужен козел отпущения. Он хочет перемен через ненависть. Он показал лишь, насколько хрупко понятие… которое мы называем «цивилизация» — когда испытанию подвергаются пределы человеческого терпения. Верно, что некоторые люди совершили прошлой ночью ужасные вещи… злые люди, которые преднамеренно стремились оскорбить самую нашу суть, нанести удар прямо в наши сердца. Но вы — на Калдари Прайм или в Альянсе Калдари, — не позволяйте себе играть на руку тирану. Не позвольте ему вести вас вниз этим путем, ибо путь этот — заверяю вас — ведет к катастрофе.

Вы знаете мое прошлое. Вы знаете, что я никогда не отступал без борьбы. Но ради этого поколения, не путайте патриотизм с трусостью. Призыв Хета к ненависти бесполезен, эгоистичен и невыразимо опасен. Теперь я обещаю всем вам, что мы найдем ответственных за преступления на Калдари Прайм и добьемся их наказания по суду по всей строгости закона. И затем мы найдем тех, кто использовал средства мегакорпораций в собственных целях, и они поплатятся за свою жадность.

С того момента, как я принял этот пост, я управлял «Ишуконе», ставя интересы своих рабочих выше собственных. Я солидарен с Тибусом Хетом в обличении пороков мегакорпоративного управления. Но я осуждаю его за подстрекательство к анархии. Нам предназначена великая судьба. Наш путь никогда не должен был заводить нас сюда. Есть лучший путь. Но вы должны прекратить то, что делаете сейчас, или мы утратим и то, что сохранили.

Я прошу всех вас — фактически я требую этого от имени Альянса — успокойтесь! Вернитесь на производство, в школы, к решению наших собственных задач. Вы обращались за руководством прежде; теперь я умоляю довериться мне снова. Следуйте за мной.

Следуйте примеру «Ишуконе». Мы сделаем Альянс сильнее… мы сможем объединить свои цели… но мы никогда, никогда не будем едины в ненависти.

Едва заметное движение руки послужило сигналом, что камеры можно отключить.

— Ты только что совершил самый рискованный поступок в своей жизни, — прокомментировала Мила. — Надеюсь, это сработает.

— Давай просто надеяться, что Шакор хорошо заплатит, — проворчал Отро, взяв фляжку с водой и осушив ее единственным большим глотком. — Как мегакорпорации — в одной лодке с нами?

— В отношении защиты активов галленте — да. Но их дальнейшие поступки будут продиктованы реакцией общественности на твою речь.

— Верно… — сказал он, вытирая подбородок. — Помнишь, что я говорил насчет того, что все ставки уже на столе?

Мила наблюдала, как руки Отро пляшут над пультом.

— Да?

Через мгновение прозвучал женский голос.

— Это офис президента Федерации Галленте. Президент Фойритан сейчас будет говорить с вами.


Двое мужчин изучали друг друга с экранов, физически разделенные сотнями световых лет. До этого момента их идеологически разделяло точно такое же расстояние.

— Господин президент, — начал Отро, сопроводив обращение кивком.

— Господин Гариучи, — ответил президент Фойритан. — Вам было очень тяжело сделать этот звонок?

— Это вовсе не было тяжело, — сказал глава «Ишуконе». — Мы оба делаем все, что можем, чтобы обеспечить безопасность наших граждан.

— Я также делаю все, чтоб не использовать смертельное оружие при подавлении бунтов на Калдари Прайм. — Лицо президента Фойритана выглядело спокойным, он не выказывал своему коллеге-противнику того, о чем действительно думал.

— Тогда я предполагаю, что мы понимаем друг друга, — сказал Отро.

— Ваши усилия восстановить мир похвальны. Но я опасаюсь, что ситуация может вырваться из-под контроля.

— Я прилагаю все усилия, чтобы сдержать Тибуса Хета, — продолжал Отро. — Его приход к власти застал мегакорпорации врасплох.

— Вы удивлены, господин Гариучи?

— Чем именно? Возвышением Хета или тем, что мегакорпорации были пойманы врасплох? Ответ «нет» — на оба вопроса. Я в течение многих лет предупреждал их, что может произойти нечто подобное. Меня никто не слушал.

— Вы думаете, что теперь они вас послушают?

Отро покачал головой.

— Честно говоря, не знаю.

Президент Фойритан вздохнул, не отводя взгляда.

— Что бы вы сделали, если бы находилось на моем месте? — спросил он. — Тибус Хет объявил открытым сезон охоты на этнических галленте, и люди вашей расы, кажется, более чем счастливы ее осуществить. Или даже вся нация? Вы говорите от имени Альянса Калдари? Или только «Ишуконе»?

— Слушайте, — прорычал Отро, — у меня нет времени перечислять причины, по которым мы должны вас ненавидеть. Сейчас это неуместно. Что действительно имеет значение — мы оба, вы и я, будем нести ответственность за то, что случится, если мы не сумеем это предотвратить. Наши нации — на пути к столкновению, и мы должны изыскать способ быстро работать вместе.

Президент изучал его взглядом в течение нескольких секунд.

— В этом пункте мы оба согласны. Вопрос — как?

На сей раз глубоко вздохнул Отро.

— Имею причину полагать, что Тибус Хет преднамеренно разжигает эти бунты, и я не думаю — фактически я знаю, что не галленте совершили эти провокации на Калдари Прайм.

— Очевидно, у вас есть доказательства этого…

— Пока еще нет. Хет имеет доступ к огромному богатству и ресурсам…

— Кто его финансирует? — спросил президент Фойритан. — Если это — мегакорпорация, вы могли бы помочь, сообщив нам, какая именно.

— Это — не мегакорпорация, это отдельная личность.

— Брокер, — констатировал президент Фойритан. — Чего он хочет?

«Мать твою», — подумал Отро.

— Не знаю.

— Тогда с чего вы решили, что он замешан?

Мысли Отро заметались, чтобы найти приемлемую ложь.

— По поведенческим образцам и показаниям очевидцев, собранных в тех местах в Альянсе Калдари, где происходили мятежи.

Глаза Фойритана сузились.

— Мы знаем, как действует Брокер. Мы знаем, как он думает, знаем, как он работает, и мы обычно знаем его требования. Проблема в том, что мы не можем поймать его и при этом не задеть вас. Поэтому я задам вам вопрос, и, надеюсь, вы ответите на него честно: вы недавно вступали с ним в контакт?

— Нет.

— Господин Гариучи, если мы хотим избежать столкновения, то я должен быть уверен, что вы относитесь к этому серьезно.

— Проклятье, я сказал — нет!

Взгляд президента Фойритана снова стал бесстрастным.

— Если окажется, что он требует того, что мы, возможно, могли бы обеспечить, тогда — если только вы были честны — последствия лягут на вашу совесть, не на мою.

Собрав все силы, чтобы продолжать лгать, Отро перешел в наступление.

— Брокер не вступал со мной в контакт! И вы — глупец, если считаете, что можете понять образ мыслей такого психопата, как он. Вы впустую тратите время, господин президент! Время, которого нет у ваших экспатриантов. Я не слышал пока от вас никаких конструктивных предложений — только обвинения, которые никому не помогут.

— Отлично, — сказал президент Фойритан. — Тогда каковы же ваши предложения?

— Мы должны найти возможность ослабить Тибуса Хета, — сказал Отро. — Что-нибудь, способное дискредитировать его заявления, а также что-то подтверждающее добрые намерения вашей нации. Мы должны возложить вину за экономические проблемы на корпоративные ошибки Альянса Калдари, а не на влияние Федерации.

— Вы думаете, это правда?

— Не имеет значения, что я думаю! — Отро почти кричал. — Но точности ради, да, так и есть. Этот кризис — наша вина, не ваша. Довольны? Чувствуете, что добились своего?

— Я хочу одного — чтоб наши экспатрианты были в безопасности.

— Я ничего не могу для этого сделать без вашей помощи! — бросил Отро. — Вы это знаете? Отлично! Пусть их перережут! Я подставляю свою шею, чтобы помешать убийствам ваших людей! А вы сейчас действуете согласно стереотипу, и это играет прямо на руку Хета!

Президент смотрел на него задумчиво.

— Я восхищаюсь людьми, которые идут на риск, — произнес он. — Особенно теми, кто идет на это из благородных побуждений. Я не утверждаю, будто знаю, что гнетет вас, господин Гариучи. Но в данном случае наши интересы совпадают, по крайней мере внешне, по верным причинам.

На пульте Отро появился файл.

— Я в свое время тоже многократно рисковал, — продолжал президент, — приходилось, Бог свидетель. И, честно говоря, во многом это послужило к выгоде Федерации. Но то, что я предлагаю вам сейчас, — самый большой риск, на который мне приходилось идти. Это — экономический пакет, по существу дела, являющий предложенное вашим соотечественникам блюдо, которое, надеюсь, вы убедите их съесть…

Отро переслал файл Миле, и она немедленно начала изучать его содержимое.

— Вы увидите, что мы ликвидируем всякую конкуренцию с вашей продукцией, — развивал свою мысль президент. — Таким образом, буквально невозможно будет обвинить торговую политику Федерации в каких-либо… «экономических ошибках». Ваш бизнес будет иметь дело исключительно с вашей промышленностью. С нашей стороны — никакого вмешательства. Тогда вина за провал падет непосредственно на вашу так называемую «элиту», чего, судя по этому разговору, подозреваю я, вы и хотите.

По лицу Милы Отро понял, что президент не лжет.

— Мы должны объявить об этом как можно быстрее. Я рекомендую делегацию высокого уровня, чтобы представить все официально, — сказал президент.

— Мы можем принять ее здесь, — предложил Отро. — В штаб-квартире «Ишуконе» на Малкалене. Там можно обеспечить широкое освещение. Пошлите какую-нибудь видную фигуру…

— Делегации возглавит министр экономики Вадис Чен. Учитывая мою репутацию среди народа калдари, мои советники полагают, что самому мне лучше не показываться.

— Учитывая обстоятельства, господин президент, я согласен, — сказал Отро. — Возможно, эта встреча подготовит почву для личного визита.

— Не исключено, — был ответ. — Моим делегатом к вам будет адмирал Александр Нуар. Он популярен среди должностных лиц вашего флота и самый подходящий в этом случае человек, которого я могу найти. Но его прибытие будет обставлено гораздо грандиознее, чем вы, вероятно, ожидаете. Это… — мое единственное условие. Мы заинтересованы в том, чтоб выглядеть доброжелательными, но сильными.

— Вы можете послать и титан, я обо всем позабочусь, — сказал Отро. — Это… очень благородно с вашей стороны.

Сузив глаза, президент мгновение изучал его. Отро мог бы сказать, что это вызвано обстоятельствами, а не подлинным доверием. Памятуя об отношениях между двумя нациями, он не мог винить собеседника.

— Я уважаю вас, господин Гариучи. И снова вижу, что наши интересы совпадают. И, хотя может показаться, что эта делегация носит формальный характер, уверяю вас, ее суть и намерения вполне реальны. Торг здесь не уместен — условия настолько благоприятны для Калдари, насколько возможно.

— Понимаю, господин президент. Спасибо.

— Нас не похвалят за эти решения. Вы могли бы избрать легкий путь и предложить его толпе. Но вы этого не сделали. А я, в свою очередь, чтобы добиться успеха в этом деле, оставил безопасность моих соотечественников под угрозой Тибуса Хета. Это будет не слишком хорошо принято нашей толпой.

— Мы оба пытаемся использовать очень большие возможности, — признал Отро.

— Один великий риск заслуживает другого. Тем временем давайте начинать готовить совместное заявление. Примите совет: народные массы доверяют вам. Используйте это преимущество, пока еще возможно.

— Да, господин президент.

— Тогда — завтра, в вашей штаб-квартире на Малкалене.

— Завтра, господин президент. Мы направим историю по правильному пути.


Содержание:
 0  Век эмпирей Eve: The Empyrean Age : Тони Гонзалес  1  1 : Тони Гонзалес
 4  4 : Тони Гонзалес  8  8 : Тони Гонзалес
 12  12 : Тони Гонзалес  16  16 : Тони Гонзалес
 20  20 : Тони Гонзалес  24  24 : Тони Гонзалес
 28  28 : Тони Гонзалес  32  18 : Тони Гонзалес
 36  22 : Тони Гонзалес  40  26 : Тони Гонзалес
 44  30 : Тони Гонзалес  48  34 : Тони Гонзалес
 51  37 : Тони Гонзалес  52  вы читаете: 38 : Тони Гонзалес
 53  39 : Тони Гонзалес  56  42 : Тони Гонзалес
 60  46 : Тони Гонзалес  64  33 : Тони Гонзалес
 68  37 : Тони Гонзалес  72  41 : Тони Гонзалес
 76  45 : Тони Гонзалес  80  49 : Тони Гонзалес
 84  53 : Тони Гонзалес  88  57 : Тони Гонзалес
 92  61 : Тони Гонзалес  96  51 : Тони Гонзалес
 100  55 : Тони Гонзалес  104  59 : Тони Гонзалес
 108  63 : Тони Гонзалес  112  67 : Тони Гонзалес
 116  71 : Тони Гонзалес  120  75 : Тони Гонзалес
 124  65 : Тони Гонзалес  128  69 : Тони Гонзалес
 132  73 : Тони Гонзалес  134  75 : Тони Гонзалес
 135  Использовалась литература : Век эмпирей Eve: The Empyrean Age    



 




sitemap