Фантастика : Космическая фантастика : Лазертаунский блюз : Чарльз Ингрид

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22

вы читаете книгу




Семнадцать лет провел в анабиозе герой фантастических романов Чарльза Ингрида Джек Шторм. Кто из политиков межпланетной империи виноват в том, что его судьба искоеркана? Кто виноват в том, что люди проиграли войну со страшными жукоподобными существами? Кто виноват в гибели многих и многих планет?

Ответы на эти вопросы пытается найти герой книги – бесстрашный солдат звездной империи Джек Шторм.

Чарльз Ингрид

Лазертаунский блюз

ГЛАВА 1

– Есть оружие – есть солдат, нет оружия – нет солдата. Это так же очевидно, как солнце у нас над головой, – сержант с розовым, облупившимся от солнечных лучей носом посмотрел на сидящих перед ним парней и улыбнулся: – Предположим, что сейчас я выдам каждому из вас лазерные перчатки, но ведь из этого совсем не следует, что вы сумеете стать солдатами!

Все было не так-то просто. Да ремесло солдата никогда и не было простым. Молодые парни, смертельно уставшие после длительной тренировки, во все глаза смотрели на сержанта. Один из них, тот, что был чутьчуть постарше своих товарищей, чувствовал себя под жарким мальтенским солнцем явно неуютно – за последние шесть недель ему ни разу не удалось снять бронекостюм, и теперь его кожа, забывшая, что такое солнце, нежно розовела.

Молодые парни – почти мальчики – стояли по стойке «смирно» по обе стороны от него. Как они стеснялись и нервничали! Некоторые даже опускали глаза под пристальным взглядом сержанта. Джек бывал в таких ситуациях много раз, и теперь, начиная все заново в одном строю с этими необстрелянными детьми, он чувствовал какую-то неловкость от того, что не может соответствовать их радужной настроенности.

Когда-то, много-много лет тому назад, он хорошо усвоил науку управления бронекостюмом и сейчас не знал только одного – достаточно ли наладилось его здоровье для того, чтобы соответствовать требованиям Императорской Гвардии. В отличие от стоящих рядом с Джеком парней, горящих желанием послужить отечеству, патриотические чувства Шторма давно уже перегорели, а уж думать о том, что он чем-то обязан Пепису, Джек просто не мог – наоборот, скорее уж Пепис был кое-чем обязан ему.

Джек Шторм был на двадцать лет старше собравшихся здесь новобранцев. Правда, посмотрев на его молодое сильное тело, никто не смог бы даже подумать об этом. Двадцать лет жизни не отложили никаких отпечатков на его внешность – и в этом не было ничего удивительного, ведь он провел их в криогенном сне.

Его разрубленная на две половины жизнь возвращалась на круги своя. Шторм опять сидел на тренировочной площадке и слушал сержанта. Как и раньше, пот огромными каплями стекал по его спине, и ноги приятно ныли после бега. Песочные волосы были откинуты назад, а бледные голубые глаза смотрели чересчур горько и чересчур настороженно для такого молодого человека, как он.

Джек опустил ресницы – ему очень хотелось хоть на минуту отгородиться от того, что происходит здесь, – и тут же поднял их: каждый раз, когда он закрывал глаза, ему невольно вспоминался тот адский, длиною в семнадцать лет, криогенный сон. Впрочем, бывали дни, когда Шторм с благодарностью вспоминал сон в холоде: тело сорокалетнего мужчины вряд ли выдержало бы те нагрузки, которые легли на него за эти шесть недель.

Парень, стоявший рядом, пошевелился и бросил в траву окурок:

– Слушай, а к чему он клонит?

– Посмотрим, – спокойно ответил Джек.

Он хотел оглянуться и посмотреть на площадку, где собрались офицеры, но передумал: там должен был находиться Пурпур – легендарный владелец антикварного бронекостюма. Собственно, Пурпур – это было не имя, а кличка, имени командир рыцарей не имел точно так же, как Джек Шторм не имел реального возраста. Джек с Пурпуром были очень хорошо знакомы, —но даже этого знакомства было мало – на неумолимого сержанта, отбирающего добровольцев в Императорскую Гвардию, не мог повлиять никто.

Сержант посмотрел на новобранцев внимательным взглядом:

– Отлично, ребята. Вы знаете, что только один из четырех сумеет попасть в Императорскую Гвардию, но вы не знаете, когда и как будет приниматься это решение. Сегодня наступил решающий день. Вам были выданы ваши бронекостюмы. Вы ведь давно уже знаете, как обращаться с ними, как ремонтировать их. Вы привели их в порядок – и теперь комиссия посмотрит, насколько состояние вашего оружия соответствует требованиям, предъявляемым рыцарям Доминиона.

– Черт знает что! – прошептал рыжеволосый парень, стоящий через два человека от Шторма. Джек тоже непроизвольно вздохнул – ведь они только что вернулись с трудных учений, и времени на то, чтобы привести свои скафандры в надлежащий вид, практически не было.

Поначалу Джек возмутился, но потом успокоился. В общем-то, все было верно: рыцарь, управляющий бронекостюмом, знает свое оружие лучше всех, к тому же он просто обязан уметь ремонтировать его в кратчайшие сроки. Боеспособный солдат, умеющий справиться со своим вооружением в любых, даже самых неподходящих условиях, – а не механик, сидящий в императорских мастерских, – нужен был Пепису.

Что же, пусть будет так. В конце-то концов его костюм побывал на Песчаной Войне и выдержал огромные нагрузки, к тому же он перенес испытание временем. Джека немного беспокоило неизвестное живое существо, поселившееся в его бронескафандре, но с этим… с этим он не мог уже ничего поделать.

– А сейчас вы можете быть свободны! – кивнул сержант.

Джек расслабил напряженные мышцы. Интересно, а насколько серьезно они собираются копаться в бронекостюмах? Губы были в пыли, сухой и горячей. К раскаленному мальтенскому солнцу не так-то просто оказалось приспособить свой организм. Джек вздохнул и посмотрел по сторонам. Вдруг чья-то крепкая рука легла ему на плечо:

– Может, прогуляемся и попьем холодного пивка?

– А почему бы и нет? – ответил кто-то рядом. – Им ведь все равно придется проверить больше трехсот бронекостюмов!

Джек оглянулся – коренастый темнокожий парень Даку весело улыбался и все еще держал Шторма за плечо. Даку было далеко за двадцать, и среди добровольцев он был самым старшим, не считая, конечно же, Джека. Кем был Даку до того, как пришел сюда? Шторм ничего не знал о нем, впрочем, и о других новобранцах он не знал ничего. И все-таки приглашение этого темнокожего прогуляться выглядело довольно-таки странным: все эти месяцы Даку тренировался бок о бок с Джеком и не сказал ему ни единого слова.

– Наверное, беспокоишься? – осторожно спросил Шторм.

– Есть немного. – Даку лениво размял плечи. – А ты?

– Как тебе сказать… – Джек минуту подумал. – Здесь много ребят, которым абсолютно безразлична их судьба. Они обращаются со своими доспехами как попало и думают, что в Императорской Гвардии им обязательно выдадут новые бронекостюмы. Пожалуй, для них это будет последним испытанием…

Они прошли в раздевалку и переоделись. На Шторме теперь были спортивные брюки со множеством карманов и свободная легкая рубашка. А Даку… что-то странное было в его манере одеваться: чернокожий, он надел на себя черный комбинезон и черную же рубашку, будто бы стараясь подчеркнуть внешний мрак своего обличья. Джек поежился: встретиться с таким черным человеком в каком-нибудь темном уголке Мальтена… упаси Боже!

По улице то и дело проносились такси. Джек поднял руку и остановил первую попавшуюся машину с зеленым огоньком.

– Куда едем? – спросил таксист, когда они сели на заднее сиденье. Шторм пожал плечами и посмотрел на своего спутника:

– Мне все равно.

– Тогда… – Даку на минуту задумался. – Тогда поедем на площадь Мальтена, там есть неплохой бар.

Мальтен – давно уже вымершее ископаемое животное, останки которого были когда-то найдены миссионерами при открытии планеты. Голографическая реконструкция внешнего вида этой диковинной твари сейчас красовалась на одной из центральных площадей города. Город, как и планета, был назван именем этого зверя, наверное, для того, чтобы хоть как-то извиниться перед другой жизнью, когда-то бушевавшей здесь.

* * *

Даку заказал пиво и пытливо посмотрел на Джека.

В баре было тихо.

– А ты, похоже, совсем не волнуешься! – с любопытством спросил он.

Джек глянул на свои ладони и провел пальцем по шраму, который остался на месте ампутированного мизинца. Этот шрам постоянно напоминал Шторму, что такое сон в холоде – сон, могущий убивать тело и калечить душу. Интересно, а почему Даку из всех добровольцев заинтересовался именно Джеком? Парень явно не был простачком – этот бар, облюбованный воротилами уличного бизнеса, знали немногие. Шторм еще раз посмотрел на Даку. Да, с этим парнем надо держать ухо востро – он может быть очень опасен. Шторм вспомнил Пурпура. Прежде, чем идти сюда, надо было спросить у командира, что это за темнокожий и кто за ним стоит, но на время отборочного конкурса командир строго-настрого запретил Джеку подходить к нему с какими бы то ни было разговорами. Ну, что ж, Пурпур и так сделал для Джека многое – познакомил его с Пеписом, добился разрешения участвовать в отборочном конкурсе. А сейчас судьба Шторма находилась в его собственных руках. Впрочем, этого-то и хотелось ему больше всего.

Человек в длинной мантии с огромным резным крестом на груди подошел к входной двери бара и с интересом посмотрел сначала на Шторма, а потом на Даку.

Даку презрительно скривился:

– Посмотри-ка, а ведь это уокер!

Джек кивнул. Уокерами называли большую религиозную секту, ведущую свою родословную от одной из земных религий. Они поклонялись Господу Иисусу Христу и искали археологические доказательства пребывания мессии в других мирах. Шторм видел уокеров и раньше, но вооруженный уокер… Это было для него что-то новенькое. Джек скользнул глазами по оружейному поясу, кое-как прикрытому складками черной мантии, – судя по всему, этот миссионер понимал толк в войне. Уокер поговорил с барменом, кивнул и скрылся в одной из соседних кабинок.

Робот-официант толкнул дверь их прозрачной пластиковой кабинки и принес холодное пиво.

Даку хмыкнул и взял стакан.

– Послушай, Джек, ты воспринимаешь все, что происходило с тобой, очень хладнокровно, как будто бы до этого ты уже побывал на рыцарских учениях…

Джек насторожился, но решил не раздражать чернокожего:

– Я слишком многое поставил на карту, – пожал он плечами. – А в крупной игре причитания и переживания лишены всяческого смысла.

То, что откровенничать с Даку не стоит, Джек уже понял. Да, собственно, о чем, кроме Милоса, воспоминания о котором, как шрам, болели в нем, мог еще вспомнить Шторм? Для Даку это была далекая история, для него – собственная жизнь, от которой его отделяли семнадцать лет криогенного сна.

Наверное, Джек и хотел бы уйти от этих воспоминаний, но Песчаные Войны снились ему каждую ночь, и этому не было конца. К тому же, из-за длительного пребывания в криогенном сне память Джека была здорово нарушена: он прекрасно помнил все, что случилось с ним после того, как он очнулся в госпитале, а вот предыдущая жизнь вспоминалась ему только фрагментами, никак не связанными друг с другом.

– Насчет большой игры ты прав. – Даку отхлебнул глоток пива.

Дверь в бар открылась, и в помещение вошла молоденькая девушка, легкая и быстрая. Роскошные каштаново-рыжие волосы падали на плечи, а голубое платье удачно подчеркивало хрупкую прелесть фигуры. Девушка прошла мимо Джека и бросила на него пылающий взгляд, потом выбрала для себя небольшой уютный столик у самого окна и устроилась поудобнее.

Даку поставил на стол стакан и отвел взгляд от девушки.

– И откуда же ты взялся, человек с большими надеждами? – ехидно спросил он Шторма.

«А ты вначале расскажи мне о своих надеждах, парень, а уж потом спрашивай про мои», – спокойно подумал Шторм, вынул из кармана фотографию и положил ее перед негром:

– Я родом отсюда, – коротко сказал он. Даку ахнул и схватил снимок:

– Где ты это достал?

Шторм пожал плечами:

– Ну, это просто. Я купил ее у одного из членов команды, проводившей обследование планеты.

– Не очень хороший вид… – Даку был явно заинтересован.

Джек промолчал. Не очень хороший вид – это было слишком мягко сказано. Того чувства, которое возникало при взгляде на некогда цветущую, а теперь обугленную поверхность, нельзя было назвать. Правда, сквозь пепельно-серые клубы пара и дыма кое-где все еще проглядывали полоски темно-синих водоемов, и это вселяло надежду.

– Насколько я понимаю… – Даку повертел фотографию в руках, – это место было выжжено ураганным огнем массированной лазерной бомбардировки из космоса?

Джек кивнул:

– Да.

Даку отдал ему фотографию:

– За последнее время я слышал только об одной такой планете. Ее сожгли безо всякого предупреждения… Кэрон…

– К тому же, для этого не было никаких причин, – кивнул Шторм. Собственно, сейчас он говорил неправду – причины были, и об одной из них сказал ему человек по имени Балард: Кэрон сожгли потому, что на планете находился он, Джек Шторм, единственный рыцарь, уцелевший во время Песчаных Войн. «За Милос, уничтоженный траками и преданный людьми, за погибший в сыпучих песках Дорманд Стенд, за Кэрон, сожженный неизвестно кем, – я должен отомстить за все», – подумал Джек.

– Ну, без причин на этом свете не происходит ничего, – вяло заметил Даку. – Просто мы не всегда знаем их. Да, дело дрянь…

– Точно, – мрачно подтвердил Джек. Воспоминания о побеге с Кэрона под штурмовым огнем военных кораблей нахлынули на него лавиной. Джек тряхнул головой и попытался взять себя в руки.

– А сам-то ты откуда? – спросил он у Даку.

– С Африки-два, – ответил тот.

Джек удивился: планеты чернокожих очень редко имели дело с Доминионом. Африканцы изолировались очень много лет назад и ко всем белокожим проявляли враждебность. И вдруг – обитатель Африки-два собирается служить в гвардии императора Пеписа…

Даку словно бы услышал все то, о чем подумал Джек:

– Мне совсем не нравятся военные корабли траков, залетающие в наши края, – просто сказал он.

Эта философия Шторму подходила. Хотя их нынешний император Пепис заключил перемирие с воинственными жуками, Джек плохо верил в то, что простая бумажка, называющаяся мирным договором, может примирить столь долго воевавших друг с другом противников.

– Смерть тракам! – тихо сказал Джек и поднял стакан. Конечно, говорить этого не следовало – при желании подобный тост могли бы посчитать антиправительственным, но Джеку было все равно. Ведь именно угроза тракианского завоевания заставила его когда-то покинуть родительский дом на Дорманд Стенд и пойти добровольцем в рыцарские полки. Сейчас он почти не помнил своих родителей и свою планету!

– Хорошо сказано! – кивнул Даку и осушил стакан. – Слушай, а ты когда-нибудь видел планету, превращенную траками в песок? – как бы между прочим спросил он.

Видел ли Джек песчаную планету? Да, он был на Милосе, буйное зеленое цветение которого прямо у них на глазах превращалось в песчаную пыль. А еще – его родная планета Дорманд Стенд была превращена в инкубатор для тракианских яиц. Но об этом говорить не стоило. Шторм отрицательно покачал головой и посмотрел на девушку в голубом платье, упорно не сводящую с него глаз. Даку кинул в автомат еще одну кредитку, собираясь продолжить выпивку, но Джек протестующе махнул рукой:

– Нет-нет, с меня хватит. Я хотел бы вернуться на тренировочную площадку.

– Не стоит беспокоиться, Джек.Даку как-то странно улыбнулся. – Ты не вернешься назад. Ведь меня наняли как раз для того, чтобы я смог превратить тебя в глину. – Чернокожий вскочил и выхватил из кармана лазерный пистолет.

Джек отреагировал настолько быстро, что и сам не понял, что он сделал: он упал на пол, опрокинул на Даку стол и покатился в угол, стараясь увернуться от выстрелов. Девушка у окна закричала. Джек перевернул еще несколько столов и притаился, закатившись в самый дальний и самый темный угол.

Даку встал на ноги:

– Ты безоружен, и я не выпущу тебя отсюда живым!

Джек пригнул голову: сноп лазерного огня пролетел прямо над макушкой. В баре завыла сирена, и через несколько минут противопожарная система покрыла пол мокрой пеной. Даку отпрыгнул к другому столику.

Девушка в голубом платье наклонилась и, выхватив из кармана пистолет, кинула его Шторму.

– Что бы ты только делал без меня! – весело сказала она.

– А ну-ка, немедленно уходи отсюда! – крикнул ей Джек и проверил, заряжено ли оружие. – Пойди в служебное помещение и посиди там!

Девушка надула губы и юркнула в открытую дверь.

– Даку, а может быть, ты мне скажешь, кто тебя нанял? – Джек посмотрел в темноту.

– Работа у меня такая, – усмехнулся темнокожий и опять пустил в Шторма сноп лазерного огня. Джек увернулся. Стол, служивший ему прикрытием, разлетелся на маленькие кусочки, воздух наполнился дымом.

Даку прижался к полу и, решив, что Шторм его не видит, вытер кровь, льющуюся из рассеченной губы. Джек запросто мог бы пристрелить чернокожего прямо сейчас, но стрелять в спину… Двумя стремительными прыжками он преодолел расстояние, разделяющее его с наемным убийцей, и повалил Даку на пол:

– А теперь говори, кто тебя нанял?

Все-таки в суматохе Джек совершил ошибку: он загнул парню руки за спину, а этого делать не стоило – Даку был силен и теперь готов был сбросить с себя Шторма. Правая рука Даку вырвалась из руки Джека и потянулась к пистолету. Джек выстрелил в голову чернокожему.

– Да кто же тебя нанял? – прохрипел он. Но Даку уже не мог ответить.

Девушка в голубом платье подскочила к Джеку и стала теребить его за плечо:

– Давай выбираться отсюда! Скоро приедет полиция, и тогда не оберешься хлопот!

Они выскочили из бара и поймали такси. Шофер резко тронул с места и набрал скорость.

– Элибер, как ты оказалась в баре? – удивленно спросил Шторм.

– А как это получилось, что у тебя сегодня свободный день, а ты проводишь его не со мной? – гневно воскликнула девушка. – А потом… Этот Даку… ведь он целых шесть недель жил с тобой бок о бок и не сказал ни слова и вдруг – стал таким общительным? Да я просто пошла в казармы, чтобы навестить тебя, а мне сказали, что ты ушел с Даку, вот я и решила проверить, в какую историю ты вляпаешься на этот раз. Послушай, его кто-то нанял, или он решил убрать конкурента в Императорскую Гвардию?

Джек тяжело вздохнул, вынул из кармана брюк носовой платок и протянул его Элибер:

– Послушай, на тебе слишком много краски!

ГЛАВА 2

Обладатель Пурпура сидел в кресле и барабанил пальцами по краешку стола. Из застекленной кабинки, выходящей на площадку для тренировок, можно было видеть беспокойную очередь новобранцев, ожидающих решения комиссии. Молодые парни подходили друг к другу, о чем-то разговаривали, потом – бродили без дела, ожидая последних, может быть, роковых слов. Напряжение росло с каждой минутой. Джек оторвал лоб от бронированного стекла кабинки и оглянулся. Пурпур тихо спросил:

– Послушай, Джек, у этого парня была шизофрения, или он охотился за тобой?

Джек вздохнул:

– Он сказал мне, что у него такая работа-, так что на случайность это не тянет.

– А мы можем хоть что-нибудь узнать о нем? – Пурпур поудобнее устроился в кресле.

– Теперь уже нет, – коротко ответил Джек. Элибер, стоящая рядом со Штормом, махнула рукой и, вытянув шею, стала наблюдать за новобранцами:

– Можете спокойно обсуждать свои проблемы. Когда начнут объявлять результаты, я вам сразу же об этом скажу.

Джек вздохнул и опустился в кресло рядом со своим другом, а теперь – командиром рыцарей Доминиона.

– А потом… африканцы – это почти всегда наемные убийцы. Если бы не это и не признание парня, я точно думал бы, что Даку старается устранить конкурента в рыцари. Но тут те, кто его нанял, сделали ошибку.

– Но это ничего не объясняет. – Пурпур провел рукой по седым волосам. – Почему он напал на тебя именно сегодня? Согласись, инсценировать несчастный случай во время тренировки было бы намного проще!

Джек вздохнул:

– А может быть, Даку хотел заполучить мой бронекостюм? Боевое оружие для новобранца – это полжизни!

– Да, – Пурпур кивнул. – К тому же до этого у него скорее всего, не было возможностей разделаться с тобой.

– Пожалуй. – Джек посмотрел на своего старшего друга. Уж кто-кто, а Пурпур отлично знал, что такое настоящие доспехи – у него был свой, старинный, пурпурно-лиловый бронекостюм гораздо более старой конструкции, чем у Джека.

– К тому же, если Даку был наемным убийцей, тех, кто заказывал эту музыку, могли интересовать наши с тобой взаимоотношения.

– Пожалуй, в этом что-то есть, – согласился Пурпур. – И потом… наемник – это такая ненадежная штука… Сегодня он сражается с тобою плечом к плечу, а завтра… завтра он же стреляет тебе в затылок. Но, к счастью, на этот раз ты действовал правильно. Ваш поединок с Даку был записан на пленку видеокамерами охраны, и император уже успел просмотреть отснятые кадры, так что… тебя даже не будут допрашивать…

– Джек! – окликнула их Элибер,Джек, все собрались.

Пурпур взглянул на часы:

– Действительно, уже пора, – потом внимательно посмотрел на Элибер. – Это еще хорошо, что Джек прятал тебя подальше от новобранцев, а то ведь для начала Даку мог бы пострелять в тебя!

Элибер хмыкнула:

– Если бы он попытался это сделать, он бы уже был мертв.

Пурпур удивленно поднял брови:

– Мне кажется, что ты чересчур беспечна, осторожно сказал он. – Конечно, Джек – твой опекун, но и тебе следует быть хоть чуточку предусмотрительнее. Ведь Даку мог нанять и Рольф – твой бывший хозяин и сводник.

Элибер испуганно вздрогнула от этих,слов, но тут же взяла себя в руки:

– Рольф не был сводником, – медленно и отчетливо проговорила она.

Пурпур вздохнул и как-то неохотно кивнул головой:

– Может быть это и не он. Но у Рольфа обширные связи. К тому же, несмотря на приказание императора, он отпустил тебя очень неохотно.

– У него все равно не было выбора. – Элибер упрямо поджала губы.

– И да, и нет. – Пурпур лукаво посмотрел на нее. – Мне кажется, что Рольф просто помешан на Элибер, а вы со Штормом не хотите говорить мне об этом.

Элибер отвернулась. Что она должна была ответить новому командиру Джека? То, что ее бывший хозяин использовал ее психическую энергию и заставлял ее убивать людей? То, что ее подсознание – это подсознание тренированного убийцы, готового в каждый миг смертоносной энергии? А потом… Ни она, ни Джек не знали, кто стоит за Рольфам, а значит, обсуждать эту ситуацию было просто бессмысленно.

Джек махнул рукой. Сейчас его интересовал не Рольф, а те враги и предатели, которые затаились под крышей императорского дворца. Одного из них ему удалось обнаружить сразу же – Уинтон, тот самый Уинтон, который когда-то отдал приказ оставить на Милосе побежденных рьщарей.

– Послушай, Пурпур, это может быть совсем и не Рольф. Даку мог нанять кто-то третий или четвертый, имени которого мы даже не знаем. К счастью, у нас с Элибер есть одно преимущество: мы не имеем опознавательных чипов, так что компьютеры никому не смогут помочь отыскать нас. Но это только благодаря нашему яркому прошлому.

– Да, это очень удобно, если надо скрываться, – улыбнулся командир.

– Джек! – опять окликнула их Элибер. – Ты можешь опоздать. Тебе надо торопиться!

Джек поднялся с кресла и весело отсалютовал Пурпуру:

– С вашего разрешения, сэр…

Пурпур кивнул:

– Иди. А я, если не возражаешь, немножечко побеседую с Элибер.

Джеку не хотелось оставлять Элибер с командиром. Тот и раньше говорил Шторму, что он взвалил на себя непосильную ношу и Элибер совсем не нужны новые впечатления от кровавых разборок в разных уголках вселенной. Шторм быстро взглянул на девушку, кивнул и закрыл дверь.

Элибер насмешливо посмотрела на Пурпура. Слава не позволяла себе так восхищаться командиром, как это делал Джек, Конечно, вполне может быть, что она была не совсем права, но жизнь приучила Элибер не доверять никому – это помогало ей выжить.

– Так о чем же мы будем говорить?

– Совсем не о том, что случилось сегодня, – какимто излишне спокойным тоном ответил командир. – Хотя сегодняшний случай немного проясняет ситуацию.

Элибер напряглась. Что-то в тоне Обладателя Пурпура больно задело и взволновало ее. Она резко сказала:

– Мне совсем не нравится то, что ты сделал со Штормом. Во всяком случае, за последнее время у него очень изменился характер. Он стал… как бы это сказать… каким-то чужим…

– Послушай, Элибер,Пурпур нетерпеливо вздохнул. – Твоя связь Джеком – это обуза, которую он не сможет себе позволить, если поступит в Императорскую Гвардию. Я попытался настроить Шторма на дальнейшую службу и объяснить ему, что через какое-то время он должен будет стать оружием… оружием, которое невозможно остановить. Понимаешь, у него не будет Времени ухаживать за тобой.

Элибер презрительно фыркнула и отвернулась:

– Короче говоря, я – это что-то типа трещины в его броне?

Пурпур кивнул:

– В общем-то, да. Он сам попросит тебя, чтобы ты разрешила ему уйти. Видишь ли… рыцари живут в специальных казармах… так что проблем с жильем не будет: тебе оставят квартиру и деньги…

Элибер вздрогнула, подняла голову и посмотрела на него.

– Ну, а если я не хочу оставаться одна?

– Но ты мешаешь Шторму. – Пурпур забарабанил пальцами по столу. – Ему сейчас нельзя делать ошибок. Ясно?

Злой, холодный, бездушный человек! Элибер показалось, что ее душу тронул холод криогенного сна. Девушка сжала зубы и решила, что ни за что не проговорится этому ледяному вояке о том, почему она нужна Джекуведь она была единственным человеком, умеющим управлять непонятным существом, поселившимся в скафандре Шторма.

– Так ты позволишь ему уйти? – не оборачиваясь, спросил Пурпур.

– Только в том случае, если Джек сам меня об этом попросят. – Элибер отвернулась и попыталась скрыть набежавшие на глаза слезы.

* * *

Джек вызвал лифт и спустился на тренировочную площадку. Он никак не мог избавиться от беспокойства, охватившего его при прощании с Элибер. Он посмотрел на руки и задумчиво потер шрам, образовавшийся на месте ампутированного мизинца. Его участие в битве за Милос, то, что он единственный выжил на этой планете и знал о том, что и действительности творилось там, заставляло Шторма не только молчать, но и тщательно анализировать каждый свой шаг.

Лучи солнца ослепили его. Джек выскочил из лифта и пошел к тренировочной площадке. Светло-коричневый песок Мальтена прилипал к ботинкам. О, если бы кто-нибудь знал, как Шторм ненавидел песок! Из-за траков и из-за песчаных гнезд, из-за Милоса и Дорманд —Стенд, из-за многих и многих планет, превращенных в пепел.

По рядам новобранцев прошел возбужденный шепот:

– Несут! Несут! Уже несут бронекостюмы!

Сердце заколотилось. Губы пересохли от волнения. Смог ли его старый бронекостюм выдержать проверку? Обнаружили ли этого странного берсеркера с Милоса, давным-давно поселившегося в его бронескафандре? Джек вздохнул. Он должен, должен, должен был поступить в гвардию. Ведь это была единственная возможность выжить – выжить и узнать то, что он обязан был узнать. Уинтон… Песчаная Война… Кэрон… Только здесь, в гвардии императора, он мог открыть интересующие его тайны. Шторм сжал кулаки и смешался с толпой добровольцев.

Его серебристо-белый бронекостюм внсел на месте. Джек посмотрел на другие, вывешенные на специальной вешалке скафандры. Все-таки его костюм здорово отличался от поздних моделей. Форма – более округлая, подвижные соединения на сгибах локтей и колен сделаны совсем из другого сплава, кое-где на все еще крепкой броне виднеются аккуратно заделанные трещины. А главное – его бронекостюм, в отличие от всех других покрыт тонким слоем блестящего дорогостоящего норцита.

Джек облегченно вздохнул и прижался лицом к бронекостюму. «А «Привет, Босс!» – сразу же окликнул его Боуги. Джек захохотал – ай да боевой дух! Ай да подарок с Милоса! Какие бы испытания ни выпадали на его долю и на долю его хозяина, это существо продолжало жить и развиваться! Впрочем, Шторм совсем не был уверен в том, что ему стоит радоваться, а не печалиться: каждый раз, когда он надевал бронекостюм, кошмары, связанные с этим крохотным созданием, преследовали его.

На Милосе рыцари боялись этих существ куда больше, чем траков. Медведеобразные жители планеты, попросившие императора Триадского Трона Рерига защитить их погибающую в волнах песка родину, решили, что ящероподобные берсеркеры лучше регулярной армии Доминиона справятся с отвратительными жуками. Они подбрасывали зародыши этих существ в бронекостюмы, и те росли в них, сжирая в конце концов ничего не подозревающих солдат, потом – разрывали броню скафандра, как яичную скорлупу, и с диким ревом выскакивали на свет. Милосцы надеялись на помощь ящероподобных берсеркеров, но получилось наоборот: страх перед этими чудовищами заставил Доминион бросить свои войска без всякой поддержки. В общем-то, все было рассчитано верно: в небе уже висели военные корабли траков, так что с планеты смог вырваться только один корабль. И все-таки пока этот таинственный, дух Боуги существовал отдельно от Шторма. Это они с Элибер выяснили. Правда, когда Джек надевал скафандр и вступал в бой, берсеркер как бы умножал его и без того незаурядные способности: Шторма охватывал азарт, он пьянел от боя и делался непобедимым.

– Привет, Боуги! – медленно и отчетливо подумал Джек. – Здорово они потрепали твою шкуру?

«Ты прав. Мне как следует досталось, – ответил берсеркер. – А где Элибер?»

– Элибер… – Джек улыбнулся. – Элибер помогала мне кое в чем.

Джек хотел сказать берсеркеру еще что-то, но Гарнер, задиристый и довольно-таки способный новобранец, сидящий рядом, криво улыбнулся:

– Я смотрю, ты здорово рад встрече со своим отсталым бронекостюмом. А тебе бы следовало его сдать в металлолом. Ведь тебе пришлось творить чудеса для того, чтобы держаться с нами наравне.

– Не лезь на рожон, Гарнер, – ответил кто-то изза вешалки. – Ведь и в этом брбнекостюме тебя обставляли при долгой ходьбе по кругу. К тому же узнай-ка лучше, что случилось с тем парнем который пошел вместе со Штормом попить пивка.

Джек подхватил свой бронескафандр и отошел в сторону – ему совсем не нужны были мелкие стычки. Гарнер не унимался. Он подошел к Джеку и ехидным голосом сказал:

– Вот-вот, ты опять молчишь. Потому-то тебя и называют Джек-молчун. Ты не такой, как все. И потом, ты всегда знаешь больше, чем позволяешь себе сказать.

Ситуация принимала нежелательный оборот. На них косились другие парни, явно поддерживая правоту слов Гарнера.

– Послушай, Гарнер. – Джек внимательно посмотрел на рослого юношу. – У тебя было время остановиться. А сейчас… Сейчас я предлагаю тебе держаться от меня подальше.

Вдруг по бронекостюму Шторма прошла дрожь, правая перчатка поднялась и сжалась в кулак.

«Дай-ка ему как следует, Джек!» – пропел берсеркер.

– Тише! – Джек в ужасе опустил рукав бронескафандра.

Только этого ему не хватало! Этот Боуги, этот чертов берсеркер Боуги вышел из-под контроля. Психические барьеры, которые попыталась установить Элибер, явно не работали, а значит, жизнь Джека опять висела на волоске. Он вспомнил один из кошмаров, преследующих его во сне: бронескафандр, расколотый пополам и жуткий ящер, вытаскивающий из доспехов мощную заднюю лапу и блестящий хвост. Билоски.. Билоски… В том бронекостюме минутой раньше находился рыцарь Билоски. Он воевал с траками под командованием Джека.

* * *

На тренировочную площадку вышел сержант, и до них донеслась громкая команда:

– Стро-о-о-о-йсь!

Новобранцы подхватили свои доспехи и выстроились.

Вслед за сержантом на площадку вышел неизвестный и внимательно посмотрел на парней, застывших на плацу. Над тренировочной площадкой повисла тишина. Только бронедоспехи иногда звенели своим металлическим звоном да с прилежащих улиц Мальтена доносился грохот машин.

«Босс!»

– Помолчи, Боуги, не сейчас, – раздраженно подумал Джек.

Берсеркер успокоился. Где же Элибер? Неужели она потеряла контроль над неизвестным существом?

– Джентльмены! Я сейчас буду называть ваши имена, а вы выходите вперед, оставляйте бронекостюмы на вешалке и проходите в раздевалку. Там вам выдадут чеки.

Шторм превратился в слух.

– Кулинс, Ламенс, Марльборо, Стивент… – одно за одним выкликались имена. Эта тишина была такой же холодной и злой, как криогенный сон. Джек с нетерпением ждал, когда же наконец произнесут его имя, но так и не услышал его. Значит… Новобранцы, оставшиеся на тренировочной площадке, зашевелились.

– А теперь… – неизвестный человек поднял правую руку. – Поднимите ваши руки так же, как я, и повторяйте вслед за мной слово в слово: «Вступая в ряды доблестных рыцарей Доминиона и становясь личным телохранителем императора Пеписа, я клянусь оставаться верным ему душой и телом всю свою жизнь…»

Значит… с площадки ушли те, кто провалился на экзаменах в Императорскую Гвардию! Джек поднял правую руку и повторил клятву, которую уже произносил много лет назад, еще тогда, когда на троне сидел император Рериг. Шторм уже давно не верил ни в какие клятвы.

«Вступая в ряды доблестных рыцарей Доминиона и становясь личным телохранителем императора Пеписа».»

Каждое его слово разносилось эхом по огромной тренировочной площадке, долетало до розовых стен дворца и, ударяясь о них, возвращалось назад.

ГЛАВА 3

Элибер резко побледнела:

– Послушай, Джек, а что ты имеешь в виду? Разве я не пойду с тобой?

Джек смотрел куда-то в сторону:

– Видишь ли, я буду жить в казарме. И потом. . Я ведь даже не знаю, какое звание мне присвоят. И еще… казармы – это для тебя не место. Ты останешься здесь, а значит, на территории дворца у тебя будут те же привилегии, что и раньше.

– Джек .. – Элибер безвольно опустила руки. – Но ведь я буду одна!

– Одна ты не будешь. Ну! – Джек погладил Элибер по курчавой голове. – Когда я буду свободен от службы, я буду приходить к тебе в гости, а ты будешь заходить ко мне. Таким образом, у тебя появится время для того, чтобы учиться в школе.

Она закусила губу:

– Но я совсем не хочу учиться в школе.

Джек поморщился:

– Если ты не хочешь стать кем-то вроде Рольфа, тебе придется это сделать.

– Он убийца, а не вор, – сердито стукнула по столу Элибер. – Он и меня хотел сделать убийцей. Не забывай этого.

Джек посмотрел ей в глаза и увидел слезы.

– Элибер… – он опять протянул руку и погладил ее по голове. – Я ничего не забыл. Но он больше не доберется до тебя.

Элибер крепко сжала его руку:

– Джек, Джек, я хочу пойти с тобой и с Боуги, я совсем не хочу быть одна!

– Ты слишком молода для этого, – покачал головой Джек.

– Молода? – Элибер дернула его руку, как бы приглашая обернуться и посмотреть на нее. – Слишком молода – для чего? За свою жизнь в мальтенских трущобах я увидела гораздо больше, чем ты за всю свою долгую благополучную деревенскую жизнь!

Джек вздрогнул. Конечно, Элибер права. Он был обычным фермерским сынком на планете Дорманд Стенд, а затем стал рыцарем Доминиона, потом – рейнджером, а потом – бродягой, даже наемником, Если бы не сообразительность Элибер, он ни за что на свете не выжил бы на этой планете.

Элибер… Странное, непонятное, невозможное существо… Возьмем, например, ее лицо… Оно может быть детским, как у двенадцатилетней девчонки, а может быть старым – как у матери Джека, которую он смутно, очень смутно припоминал в своих мучительных снах. И все-таки это лицо волновало его, волновало и притягивало к себе. Он взял Элибер за подбородок:

– А если мы посмотрим на это так: твоя служба по шефству надо мной окончилась, и теперь ты свободна?

Элибер крутанула головой и высвободила подбородок из пальцев Джека:

– А если я ее не закончила? А если я ее не хочу кончать? – она вытерла слезы с глаз. – А что ты будешь делать с Боуги? Ведь ты же совсем не умеешь управляться с ним! Так кто же удержит его, если он сожрет тебя и выплюнет твои косточки?

Джек поежился:

– Не знаю… Он уже настолько силен, что и тебе не подчинится. Видимо, я должен взять его под свой контроль, или…

– Или что?

Джек пожал плечами и поднял со стула сумку.

– Не уходи! – крикнула Элибер.

– Или что? – наклонив голову, спросил Джек.

– О, черт возьми, я не знаю! Кто-то пытается тебя убить!

– Да… – он остановился и задумчиво посмотрел на нее, – Вот поэтому-то мы с Пурпуром и не хотим, чтобы ты была рядом.

Он бросил сумку на пол и приселена стул. Элибер… Он взял в руки ее ладошки и разжал кулачки. Почему – неизвестно, но Джек никогда не боялся ее, хотя и понимал, что в любой момент она может убить его силой своего разума.

– Ты единственный человек на свете, знающий меня и мою жизнь.

Она затрясла головой:

– И совсем не всю. Ты никогда не говорил мне всего.

Джек вздохнул:

– И все же… Я рассказывал тебе очень много. Если со мной что-нибудь случится, расскажи обо мне Пурпуру. Ведь тогда ответы на все вопросы придется искать тебе .. тебе и ему…

– Джек… – ее голос неуверенно задрожал. – Если хочешь, я могу помочь тебе найти Уинтона. Однажды я просматривала пленку и наткнулась на него. Я смогу сделать это и еще раз.

– Элибер… – Джек строго посмотрел на нее. – Не раньше, чем я выясню, кто он такой. Скорее всего, он хитро замаскировался, и император не имеет понятия, что из себя представляет этот человек. Но Унитон был на Милосе. А может быть, и Кэрон – его рук дело. У нас слишком много вопросов, и каждый из них может оказаться последним… конечно, если задать его не тому человеку.

– А Даку?

Шторм пожал плечами.

– Даку мертв.

– Да, тебе повезло. – Элибер гневно посмотрела на Джека. – Если бы я вовремя не пришла в бар, мертвым был бы ты, а не Даку.

– Возможно. – Джек поморщился.Хотя его наняли совсем не из-за Кэрона. Он был шокирован, когда я показал ему фотографию. Скорее всего, он сам не знал, в чем дело, а потому и поплатился жизнью.

Элибер сжала кулачки:

– Знаешь, кажется, твои враги очень высоко ценят твою жизнь. И все же я верю, что какого бы убийцу они ни наняли, ты справишься.

Он грустно улыбнулся:

– Я тоже хотел бы в это верить, – наклонился вперед и поцеловал Элибер в кончик аккуратного носика, потом подхватил свою походную сумку и вышел.

Как только он закрыл дверь, с внутренней стороны в нее ударило что-то тяжелое, и обиженный голосок громко сказал:

– У-у-у! Будь ты проклят, негодный рыцарь, Джек!

* * *

Не оружием – второй кожей был бронекостюм для любого рыцаря Доминиона. Джек Шторм предпочитал оставаться обнаженным до пояса – биодатчики, прикрепляющиеся прямо к коже, были капризны, а рубаха только затрудняла движения. Его бронекостюм, прошедший огонь, воду и медные трубы, все еще служил своему хозяину. Боевые лазерные перчатки были мощным оружием, к тому же на спине он мог носить рюкзак с дополнительным комплектом боеприпасов. Единственное, за чем нужно было следить постоянно, – это датчики энергии. Не дай Бог, на шкале появится красная полоса и заряд бронекостюма будет исчерпан – скафандр сразу же превратится в неподвижную металлическую глыбу – бронированный гроб для рыцаря, находящегося внутри. На Милосе гибель солдат от нехватки энергии в оружии была обычным делом, несмотря на солнечные батареи, которые в обычных условиях способны довольно-таки долго подпитывать доспехи.

Джек скосил глаз и глянул на шкалу. В данный момент для беспокойства не было никаких причин. Шторм стоял по стойке «смирно» в приемной, ведущей в комнату с надписью: «Император Триадского Трона Пепис. Главнокомандующий Вооруженными Силами Доминиона». Кроме Шторма в комнате было еще три рыцаря, они стояли каждый в своем углу, делая вид, что не способны ни видеть, ни слышать вообще ничего, и внимательно следили за всем происходящим.

Высокая элегантная женщина с седыми волосами прошла мимо Джека. За ней следовал подтянутый холеный мужчина. Вдруг она остановилась и бесцеремонно уставилась на Шторма. Ее комментарии мало отличались от того, что им приходилось выслушивать целыми днями:

– Ага, это и есть рыцари императора.

– Похоже, что да, – мужчина рассеянно оглянулся.

– Ты знаешь, – женщина сделала неопределенный жест, – на мой взгляд, он очень неуклюж. Уж лучше бы император взял хороших полицейских роботов.

Мужчина успокаивающе погладил ее руку в перчатке:

– Роботы не всегда ладят с человеческим разумом, моя дорогая! Посмотрите, что произошло с нашей империей! Мы возвысили роботов, даже не подозревая, насколько большую угрозу они могут представлять для человека! Император просто не хочет рисковать. Были же разные случаи…

– Но после стольких лет… – женщина чихнула и высморкалась в кружевной платочек. – Хотя… этот парень не так уж плохо выглядит, – она прошла вперед и остановилась. – Господи, Мэрфи, посмотри, одного из уокеров допустили до аудиенции!

Мужчина кашлянул:

– Да, да, но мы не можем не допускать их. Джек еле держал себя в руках. «Молчи, молчи, молчи», – говорил он себе. Мэрфи, кажется, был безразличен ко всему.

– Но он ведь впереди нас в очереди! – дама возмущенно пожала плечами.

Что ответил мужчина, Джек не расслышал – Мэрфи подхватил даму под руку и удалился. Шторм скосил глаза к креслам, в одном из которых сидел уокер, одетый в голубую робу. Это был стройный лысоватый мужчина среднего возраста со спокойными умными глазами и деревянным крестом очень тонкой работы на груди. Если Джек не ошибался, этот уокер дожидался аудиенции уже пятый день. За это время Шторма заменили один раз, а терпеливого и молчаливого уокера так и не вызвали в кабинет. В общем-то, миссионер был терпелив – терпелив и настойчив.

– Святой Калин из Блуила, – наконец-то произнес голос секретаря в микрофон.

Уокер поднялся, вошел в зал для аудиенции и прошел к возвышению, на котором стоял трон императора.

– Все, все, все! – протестующе замахал руками Пепис. – На сегодня прием закончен.

Зал опустел, но уокер не вышел из дверей. Воистину, тут было чему удивляться! Частная аудиенция, предоставленная императором миссионеру! Жалко, что сейчас по уставу Джеку не положено было надевать шлем – так бы он включил усилители и смог расслышать, о чем таком важном могут беседовать представитель религиозной секты и глава нескольких планет.

Как раз в тот момент, когда Мэрфи, стараясь скрыть свое разочарование, направился к дверям, его элегантная дама обронила перчатку. Джек наклонился и поймал тряпицу, медленно кружившую в воздухе, еще до того, как она коснулась пола. Быстрота его реакции и легкая гибкость движений явно восхитили даму:

– О-о!

Джек улыбнулся и протянул кружевную перчатку владелице. Дама выхватила ее так быстро, как будто перчатка могла загореться. Мэрфи вспыхнул. Они прошли к закрывающимся дверям. Джек застыл по стойке «смирно». Его не сменят на посту до тех пор, пока император не посчитает нужным отпустить охрану.

Император сошел с трона и сел за маленький столик, на котором уже кипел серебряный чайничек. Его красно-рыжие волосы потрескивали и развевались вокруг головы. Уокер присоединился к нему, плеснул в чашку чая и заговорил о чем-то. Неожиданно Пепис встал и прошел в приемную:

– Капитан Шторм, прошу, присоединяйтесь к нам! Джек прошел в зал для аудиенций. На сердце было неспокойно. Уокеры были верующими, верующими – значит фанатиками, а с фанатиками всегда надо быть настороже. Тем не менее, император совсем не выглядел настороженным. Скорее, он был чем-то раздражен.

– Знакомьтесь! – Пепис махнул рукой. – Святой Калин. Капитан Джек Шторм, один из моих рыцарей.

– Ваше Величество… – Джек секунду помолчал. – Я думаю, что ваши тайные агенты значительно лучше справились бы с охраной. Бронекостюму тут совсем нечего делать…

– Я решаю вопросы так, как считаю нужным – Пепис нетерпеливо махнул рукой.

– Но ведь уокеры – люди, принадлежащие Богу.

Святой Калин явно обиделся и отвернулся, и все же Шторм успел заметить его пламенеющий взгляд. Джеку стало не по себе.

Император кашлянул:

– Святой Калин пришел ко мне по личному делу Конечно, мы допускаем свободу вероисповедания, но до тех пор, пока она не наносит ущерба империи. Правда, мой гость наверняка станет доказывать, что власть Бога превышает мою.

– Наверное, это так, сэр! – ответил Джек и осекся Святой Калин с интересом посмотрел на него и погладил крест:

– Насколько я понимаю, под этими доспехами спрятан мудрец, – сухо сказал уокер.

– Ну, не так уж и спрятан. – Пепис отхлебнул чая. – Я видел капитана Шторма в деле. Поверь мне, он выполнит все так, как тебе надо, и с той осторожностью, какой ты требуешь.

– Но я работаю гораздо лучше, когда знаю, в чем дело, – сказал Джек.

Пепис рассмеялся:

– Ну да, насколько ты видишь, терпение – это не его добродетель. Расскажи ему все то, что только что рассказал мне.

Уокер посмотрел на рыцаря и спросил:

– Откуда вы родом, капитан?

Шторм насторожился. Если он скажет правду, неизвестно, что сделает с ним император, а если соврет… но с этими двумя не стоило играть в такие игры. Уокер был явным мастером распознавать ложь, а император – великим умельцем выведывать правду.

– Я сын фермера с одной из отдаленных аграрных планет, – он наморщил нос, как это делала Элибер, и очень пожалел, что сейчас ее нет с ним.

– Ты – христианин?

– Я – нет, но мои родители были верующими людьми.

Святой внимательно посмотрел на него:

– В таком случае, ты должен был быть знаком с сектой уокеров.

Джек пожал плечами:

– Немного. Я знаю, что вы хотите доказать, будто Иисус Христос, которого вы почитаете как Бога, путешествовал по разным планетам и оставил на них свои следы. Подождите-ка, я попробую припомнить: «Божественная благодать не довольствовалась созерцанием себя самой, благо разливалось все дальше и дальше» – я правильно процитировал?

Святой Калин удивленно опустил руку на спинку кресла:

– Да, это так. Но все мы – просто ученые и археологи.

Пепис покачал головой:

– Не скромничай! Ваша религия проникла на каждую планету, а значит, она простирается по всей вселенной.

Они посмотрели друг на друга – земной и духовный правители ойкумены.

– И все же, новый крестовый поход никому не нужен.

Джек вспомнил вооруженного уокера, которого видел в баре тогда, когда на него напал Даку, и сказал:

– Мы организуем из ваших ребят военную группу, такую, чтобы они сами могли остановить особо ретивых.

Святой Калин как-то неопределенно посмотрел в сторону:

– Эта лихорадка очень быстро распространяется среди уокеров. Археологические находки продаются, секта стареет и устает. Говорят, что крестовый поход – лучший способ обращения людей в веру, и это становится по душе многим. Сам я думаю иначе, потому-то я и пришел сюда.

Пепис кашлянул:

– Джек, прежде чем принять решение, посоветуйся с Обладателем Пурпура и сообщи мне о результатах. А сейчас ты свободен.

Джек отсалютовал и вышел. Когда он закрывал дверь, до него донесся протестующий шепот Калина, а вслед за ним – тихий, но твердый ответ императора:

– Все будет в порядке. В конце-то концов, он может снять свои доспехи. Кстати, я слышал, что вы начали новые раскопки. Там что-нибудь интересное?

– Да, но мы не можем получить разрешения копать… Голоса затихли. Какие-то смутные подозрения шевельнулись в сердце Шторма. Все было слишком уж легко и просто.

Джек вошел в бар и глянул на бармена, суетящегося за высокой стойкой. Это был тот же человек, который обслуживал посетителей в тот день, когда Даку хотел пристрелить Шторма. Бармен скользнул по лицу Джека мутным, ничего не выражающим взглядом и отвернулся. Не узнал? А может быть, не захотел этого показать? Джек сел в маленькую пластмассовую кабинку, расположенную в самом дальнем уголке зала, заказал пива и, отхлебывая его мелкими глотками, стал внимательно следить за посетителями.

За весь вечер в бар вошли только три уокера, а наружу не вышел ни один. Выяснить ничего не удалось. Джек вздохнул и встал из-за столика – пора было возвращаться во дворец и говорить с Пурпуром. И всетаки он чуял, что что-то складывается не так. Слишком, слишком легко складывалась его карьера!

– У меня не слишком хорошие предчувствия, – сказал он командиру, отыскав его в маленькой комнатке для офицерского состава в дальнем крыле мастерских.

– Уокеры вооружаются и затевают крестовый поход? А еще один из вооруженных миссионеров был в баре, когда на тебя напал Даку? – Пурпур потер веки. – Ты знаешь, мне кажется, что мы их рановато застукали. И все-таки я не думаю, что святой Калин желает провалить свою собственную организацию. Видимо, всему тому, что творится, существуют какието серьезные объяснения. Итак, ты хочешь установить в баре аппаратуру электронного слежения?

Шторм подумал:

– Я не очень доверяю электронике. Во-первых, компьютерное наблюдение – вещь слишком явная, и его легко обнаружить, во-вторых, любую видеокамеру можно обойти. Мне кажется, здесь нужны живые люди.

– Хорошо. – Пурпур явно был согласен с доводами Джека. – Возьми с собой тех рыцарей, какие тебе подходят, но не говори им при этом, что они должны будут делать. Среди солдат есть такие, которые скорее присоединятся к уокерам, чем начнут выступать против них.

– Слушаюсь, – Джек отсалютовал и вышел.

* * *

Гарнер облизал сухие, потрескавшиеся губы. Его серые, цвета мокрого асфальта глаза подозрительно блеснули:

– Э-э, да ты хочешь, чтобы я пошел на дело без костюма? А я без костюма ничто, капитан. Понимаешь, ничто!

Джек вздохнул и стал терпеливо объяснять:

– Это не так, Гарнер, я знаю, что ты можешь прекрасно действовать и без костюма, только тебе при этом надо быть осмотрительным. А в костюмах… в костюмах мы будем действовать потом.

– Да-а… – Гарнер с недоверием посмотрел на Шторма. – Если останемся живы… – он помедлил минуту, как бы взвешивая все за и против, а потом, тяжело вздохнув, закончил: – Я пойду с тобой, Джекмолчун, но только в том случае, если я должен. И все же я предупреждаю тебя, что это очень опасно!

Джек улыбнулся. Какое-то благодарное тепло тронуло его сердце:

– Спасибо, Гарнер. Я не ожидал от тебя ничего другого.

Гарнер положил в карман записку с адресом места встречи. После того, как он ушел, Джек занес в свой блокнот данные. Значит, так. Он получит нужную информацию и опять переговорит с Пурпуром. А потом… а потом будет видно.

Святой Калин из Блуила сжал зубы. Его глаза были завязаны какой-то тряпкой, через которую не было видно ни зги. Материя была грубой и ворсистой, значит, его глаза будут чесаться и слезиться еще очень долго…

– Выходи, старик! – кто-то схватил его за локоть и вышвырнул из такси. Калин нащупал ногой асфальт и подумал, что, наверное, ему не стоило ходить к Пепису. Додумать эту мысль до конца он не успел – его опять толкали и куда-то запихивали. Он споткнулся и упал на колени. Куда они его тащат? Зачем они называют его стариком? Что-то тяжелое звякнуло о землю. Кажется, это была крышка люка. Цепкие пальцы на плечах ослабли, и Калин полетел куда-то вниз. Его Святейшество ударился об пол и скорчился от острой боли, изо всех сил стараясь не потерять сознания.

– Мы не хотим его убивать. По крайней мере, не хотим делать этого сейчас, – сказал грубый молодой голос. Кто-то подхватил Калина под мышки и поставил на ноги. Его Светлость сосредоточился – только Бог сможет помочь ему вынести это испытание! Он заставил себя забыть повязку, закрывающую глаза, связанные руки, боль в ушибленном боку и стал сосредоточенно, самозабвенно молиться.

Комната, в которой держали Святого Калина, была наполнена вооруженными людьми. Это можно было понять и с завязанными глазами – бряцало оружие, тяжелые шаги раздавались то тут, то там, грубые страстные голоса взбунтовавшихся уокеров будоражили слух. Что им было нужно? О! Это-то Калин знал хорошо: Священная империя, простирающая свои владения на тысячи звездных верст. Крестовые походы, потрясшие основы мира во времена его юности, до сих пор снились ему как страшные видения небытия.

Какой-то верзила с грубыми руками подошел к нему и развязал повязку. Калин вздохнул и распрямил плечи. Надо было держаться, ведь не зря же многие из его прихожан называли его святым.

Он спокойным взглядом обвел столпившихся вокруг него вооруженных уокеров и сказал:

– Вы опоздали. Император Пепис уже знает о ваших намерениях. Я никогда не поддерживал и не поддержу вас. Царство Божие не может быть найдено кровавым путем.

– Слишком поздно, старик! – молодой парень в ковбойской рубахе с крестом на шее и лазерным пистолетом в руках откровенно захохотал. – Во дворце у нас есть наемный убийца. Так что пока твой друг император поймет, что происходит, будет уже поздно: ни его Полиция мира, ни его хваленые рыцари не смогут его спасти!

Калин прислонился к стене. Глаза уже привыкли к полутьме, и теперь он мог рассмотреть комнату. В сводчатой темноте громоздились ящики с какими-то бутылками, банками, консервами. Кажется, они находились в подвальном помещении бара. Теперь он узнавал и лица. Многие из собравшихся были знакомы ему по общим собраниям уокеров. Но, Боже, как же исказило их суть задуманное злодейство! Калин кашлянул и тихо сказал:

– Правительство Триадского Трона – то же самое, что зубы у акулы. Вы выдернете один, а на его месте тут же вырастет второй. От террористической деятельности в мире не станет светлее. Вы думаете, что Пепис удивился, когда я рассказал ему, какие проблемы с уокерами могут возникнуть в ближайшее время?

– А ты думаешь, что мы очень удивились, когда узнали, что ты побежал к императору? – парень в ковбойской рубахе плюнул на пол. – Лучше заткнись и запомни, что твоя жизнь висит на волоске.

Калин пристально посмотрел на говорившего:

– Я тебя знаю?

– Еще нет, – огрызнулся тот. – Но ты меня скоро узнаешь. Мы намерены использовать тебя как связного. Ты будешь передавать императору все, что я тебе скажу.

Калин почувствовал, что смертельно устал. Он хотел закрыть глаза, но парень в ковбойской рубахе посмотрел на него с такой ненавистью, что Его Святейшество поднял веки.

– Ты будешь на нас работать, – процедил сквозь зубы молодой уокер. – Сейчас я заставлю тебя согласиться.

Парень подскочил к Калину и ударил его под ребра, потом залепил удар в ухо, потом… Его Святейшество прожил долгую жизнь и побывал во многих переделках. Он глубоко вздохнул, сосредоточился, схватил воинственного уокера за талию и перебросил через бедро. Противник грохнулся на пол.

– Держите его! – закричали изо всех углов до этого молчавшие люди. Калин зажмурился. Кажется, ему не стоило ждать пощады. И вдруг – противоположная стена задрожала и поползла на землю, а в образовавшуюся брешь стремительно и бесшумно ворвались… Святой Калин не мог поверить своим глазам! Это были… рыцари Пеписа!

Взбунтовавшиеся уокеры забились в угол – они явно были ошарашены видом огромных людей в бронированных костюмах.

– С вами все в порядке, сэр? – почтительно спросил у Калина солдат в серебристо-белых доспехах.

– Да, да, все в порядке, – растерянно ответил Калин и обнаружил, что все еще держит за горло уокера в ковбойской рубашке.

– Вас срочно требуют во дворец, капитан Шторм! – сказал рыцарю в белых доспехах только что вошедший в помещение солдат в голубом бронекостюме.

– Да, Гарнер, – кивнул Шторм. – Всем – очистить помещение. Святого Калина отпустить на свободу, остальных – арестовать.

Калин потер распухшее ухо:

– Но ведь ты же ничего не знал! Как тебе удалось это сделать? – удивленно спросил он у Шторма.

Джек улыбнулся. Он был явно доволен:

– Мы давно ждали этого, – ответил он.

Калин кивнул и отвернулся. Ему надо было поблагодарить рыцарей.

* * *

Пройти через систему охраны для Шторма не составляло никакого труда. Он посадил свой глиссер прямо на крышу императорского дворца и выпрыгнул из машины. Гарнер поспешно следовал за ним.

Джек лег на живот и посмотрел вниз. На уровне второго этажа сквозь ночную темноту светились розовые террасы.

– Самый быстрый путь вниз? – спросил заинтересованный Гарнер.

Шторм кивнул:

– Кажется, у нас есть шанс перехитрить систему охраны. Вынимай из рюкзака веревку с крюком и крепи ее здесь. Надо перебраться вон на тот балкон! – сказал обрадованный Джек.

Они загерметизировали шлемы и закрепили веревки. Потом закрепили на бронированных рукавицах фиксаторы и начали медленно спускаться по отвесной стене. Кажется, Гарнер умел это делать чуть хуже Шторма: несколько минут он неуклюже подпрыгивал и вертелся на веревке, потом зацепился за что-то и зафиксировался.

– Много еще осталось?

Джек посмотрел вниз:

– Ничего! Сейчас будем на месте!

Удар о балконные перила оказался сильнее, чем ожидалось. Бронекостюм хрустнул, но, как всегда, выдержал. Джек поднялся на ноги, отцепил крюк и, не дожидаясь Гарнера, приготовился к дальнейшим действиям.

Розовый мрамор комнаты для аудиенций мерцал в ночной темноте. Джек подошел к стеклянной двери, выходящей на улицу, поднял перчатку и пустил сноп лазерного огня. Стекло расплавилось и поплыло вниз.

– Что ты делаешь? – ужаснулся Гарнер. – Ведь мы могли бы пройти здесь!

Джек махнул свободной рукой:

– Да нет. Существуют разные системы сигнализации, которых не отключить. Но мы их обойдем!

Джек нагнулся, просунулся в оплавленное отверстие и нырнул внутрь. Гарнер – за ним. Надо было спешить. По идее, наемный убийца должен был пройти вниз по этому коридору – только так он мог добраться до императора.

– А откуда нам знать, может быть, он уже прошел? – недоверчиво огрызнулся Гарнер.

– Да, этого мы не знаем, – кивнул Шторм.

– Но тогда…

Гарнер не успел договорить: Шторм включил инфракрасный фонарь на шлеме и стал сканировать коридор. На внутришлемном экране засветилась маленькая тепловая точка.

– Что ты делаешь? – Гарнер переминался с ноги на ногу.

– Проверь свою систему инфракрасного видения, а потом стой тихо и, если не знаешь, что тебе делать, не мешай.

Джек бежал по коридору, как хорошая ищейка, взявшая след. Гарнер смотрел на него с удивлением: капитан двигался в тяжелых доспехах с таким изяществом и ловкостью, о которых только приходилось мечтать. Вдруг – черная тень отделилась от затененной стены и прыгнула на Джека. Гарнер вскрикнул.

Он еще никогда не видел такого: в узком изгибе мраморного коридора черная тень боролась с белой тенью. Шторм ловко уворачивался, парируя удары. Куда бы ни двинулся наемный убийца, человек в белом бронекостюме преграждал ему путь. Вдруг – Гарнер увидел в руках наемника мощный лазерный бластер. Господи, да этот убийца сейчас вспорет капитана, как пустую консервную банку! Белая тень на секунду отделилась от черной. Гарнер так и не понял, почему убийца не стрелял – тот скрючился и стал бросаться из стороны в сторону, как сумасшедший, потом, видимо сознавая, что проиграл, кинулся в конец коридора, к спальне императора. Джек поднял руку и включил лазерную перчатку.

Сигнальная система сработала сразу же – завыла сирена, во всех помещениях дворца зажглись ослепительные огни. Гарнер, поморщившись, перешагнул через груду того, что когда-то было наемником – от обугленного, скорчившегося трупа пахло гарью.

– Эй! – Гарнер покачал головой. – А для следствия ты хоть что-то оставил?

Джек кивнул и снял шлем:

– Это… это было великолепно! – Гарнер перепрыгнул через лужу крови. – Мы обезвредили и террористическую группу, и наемного убийцу! Я думаю, император будет очень доволен! О, я хочу поблагодарить тебя за то, что ты позволил мне в этом участвовать!

Глаза Джека сияли. Он махнул рукой:

– Да не за что!

– И потом… – Гарнер смущенно повертел в руках шлем. – Я хочу извиниться перед тобой за те неприятности, которые порой я доставлял тебе во время тренировок… Я был неправ!.

– Не извиняйся, – быстро ответил Джек. – Будем считать, что это награда за то, что ты умеешь вовремя распознать опасного человека, – он повернулся и стал спускаться вниз по розовым мраморным ступеням. Гарнер изумленно посмотрел ему вслед.

* * *

– Капитан Шторм, примите мои поздравления! Работа выполнена просто превосходно! – Пепис улыбался. В его ладонях поблескивал маленький электронный приборчик. Что это было? Шторм так и не смог этого разобрать. Император положил инструмент на стол. – Святой Калин тоже очень доволен Моя разведка доложила, что если бы нам пришлось атаковать основную базу, дело было бы гораздо хуже: там нас встретили бы женщины и дети, – император озабоченно покачал головой. – Нам совсем не надо такой резни. Да, Джек… до того, как ко мне пришел Святой Калин, мои информаторы много раз говорили об опасности, и я уже подумал было, что… Впрочем, я рад, что он пришел. Мы знаем друг друга многие годы, и теперь мне очень неприятно, что совсем недавно я позволил себе так плохо думать о своем старом друге. И все-таки это было лучшим способом проверить на деле своих рыцарей!

Что-то внутри у Джека похолодело. Он представил себе живую стену из женщин и детей, через которую ему пришлось бы пробираться в бронекостюме, если бы… если бы все не сложилось так удачно.

– Спасибо, сэр, – поклонился он императору. Пепис улыбнулся:

– Ну-у! Не стоит благодарности! Я твой должник! А теперь ты свободен. Можешь идти.

Джек вышел. От волнения горло пересохло. Ему срочно надо было с кем-нибудь поговорить.

Элибер! Да, да, он сейчас же зайдет к Элибер! Вопервых, она еще не видела его, во-вторых, с нею он лучше всего отвлечется от невеселых мыслей.

Бронекостюм давно уже был вычищен и заряжен, и теперь Боуги опять врывался в сознание Джека со своими мыслями. Джек отмахнулся. Слава Богу, пока он мог контролировать это существо, и все же ему придется попросить Элибер еще раз поработать с воинственным духом. Джек набрал на замке код, перешагнул через порог и вдруг услышал где-то совсем рядом легкий хлопок, а потом на него налетел холодный ветер. Шторм закачался, пару раз схватил ртом воздух и упал на пол.

ГЛАВА 4

Песок. Вокруг него был песок. Песок скрипел под ногами, забивался в ноздри, мелкой сухой пылью оседал на губах. Разведка сообщала, что в песке живут какие-то микроорганизмы, необходимые для выведения личинок траков.

Он выпрямился. Без бронескафандра он чувствовал себя беспомощным, как грудной младенец. К тому же было очень холодно. Какая-то часть его сознания говорила, что он вовсе не должен находиться в этой пустыне. Может быть, на него опять накатил очередной полный кошмаров сон? Джек посмотрел на свои руки – все пальцы на них были целы. Значит… значит, ему действительно все это снилось… Как это могло произойти? Его снова заключили в камеру криогенного сна…

– Лейтенант! – кто-то хлопал его по затекшему плечу. – Ремонтники говорят, что бронекостюмы готовы!

Да, это был сержант. Джек сразу же узнал его голос. Реальность ускользала. Он снова был замурован в ледяных глыбах холодного сна. Милосские кошмары настигали его.

– Хорошо, сержант. Пусть все одеваются. Я только что получил приказ высаживаться на поверхность.

А что будет дальше? Сможет ли он на этот раз сделать все, как надо? Джек напрягся. Ему надо было хоть немного изменить ход событий.

Перед ним была тренировочная площадка. Взвод проверял вооружение. Сержант бросил ему лазерную винтовку:

– Тебе нужна помощь, лейтенант?

– Нет, спасибо.

Джек отвернулся и отошел к стеллажу с бронекостюмом. Что случилось? Он опять попал в замкнутый круг воспоминаний без славы и побед.

– Ты не должен этого делать, Джек! – раздался рядом с ним голос Элибер.

– Где ты? Я заперт! – хриплым голосом ответил он.

– Ну, давай же, Джек! – Теперь он видел ее. Элибер стояла совсем рядом и непокорно трясла своими рыжеватыми волосами. —Ты способен на многое. А уж вдвоем мы обязательно чта-нибудь придумаем! Ты – сияющий рыцарь, а я – девчонка из мальтенских трущоб. Помнишь? – она смотрела на него с умоляющей улыбкой. – Сейчас мы поймаем вон того верзилу. Ты его завалишь, а я обчищу карманы!

Джек заморгал. Какие карманы? У траков никогда не было карманов. Он протянул руку, пытаясь дотронуться до плеча Элибер, но рука прошла сквозь нее и утонула в розовом песке. Песок… опять этот песок… он опять сыплется сквозь пальцы. Только в отличие от тракианского песка тот песок, из которого состояла Элибер, был совсем розовым и теплым. Джек встал на ноги. Рыцари в бронекостюмах построились правильными рядами. Только почему… почему бронекостюмы казались пустыми, будто внутри них не было людей? Джек испугался. Он уже знал, что случится сейчас.

Доспехи вздрогнули. Низкий, вибрирующий, будто бы выходящий из глубины земли звук расколол воздух. Надо было срочно надеть бронекостюм, но Шторм стоял неподвижно. Вдруг воздух разорвал оглушительный треск разваливающейся на куски стали. Серо-зеленый ящер, намного превышающий размеры бронекостюма, прикрываясь кровавым плащом из кусков человеческого мяса, выпрыгнул из разломанной брони и бросился на него. Берсеркер!.. Белые зубы чудовища ослепительно блестели на солнце, глаза горели мутным красным огнем…

Джек закрыл глаза и заорал изо всех сил, но его крика никто не услышал. Он бросился бежать и бежал долго-долго, то и дело падая и утыкаясь лицом в сыпучие пески Милоса. Он снова попал в ловушку холодного сна.

* * *

Ночной воздух был довольно-таки зябок. Элибер поежилась. Пурпур держал ее за локоть и вел по затененным тропинкам императорского парка. Она не спрашивала его ни о чем. Зачем? Он все равно ничего не скажет. Элибер знала и без него, что с Джеком случилась беда.

Элибер споткнулась, ушибла ногу о камень, ойкнула, но сжала зубы и, не сбавив шага, пошла дальше. Наконец они дошли до здания с офицерскими квартирами, в котором недавно поселился Шторм. Прожектор, установленный возле открытой двери, освещал тропинку. Вокруг него суетилось несколько человек в полицейской форме. Элибер всегда ненавидела полицию, но теперь… теперь ей придется помалкивать и смотреть, смотреть и помалкивать.

Она вошла внутрь, огляделась по сторонам и с облегчением вздохнула – трупа не было, значит, самое страшное осталось позади.

– Есть хоть какие-нибудь следы? – спросил Пурпур

– Только это, сэр, – полицейский отдал Пурпуру крошечную пластиковую капсулу. – Мы обнаружили ее внутри вентиляционного канала.

– Что в ней было?

Элибер посмотрела на капсулу. Ну, о таких пустяках можно было и не спрашивать. Конечно, там был газ, и, судя по всему, сильнодействующий.

– Газ.Скорее всего, усыпляющий. А точно скажут только лабораторные исследования, – полицейский уставился на Обладателя Пурпура.

Элибер еще раз обвела взглядом комнату. Признаков борьбы и насилия не было. Бронекостюм Джека висел на месте и тихо мерцал своим серебряным блеском.

Ей нужно будет подождать, пока все уйдут, и как следует расспросить о случившемся Боуги. Конечно, это существо оживало тогда, когда Джек облачался в доспехи, и все же… все же, ей надо было попробовать поболтать с берсеркером.

– Звонка о выкупе еще не было? – Пурпур явно нервничал.

– Нет, сэр. Пока не было.

– Я думаю, что Джек жив. – Пурпур внимательно посмотрел на Элибер. – Скорее всего, нам удастся выяснить, что тут произошло.

Она с недоверием посмотрела на него:

– А как… как вы собираетесь искать?

– Надо будет просмотреть видеозаписи камер охраны. Может быть, на пленке что-то осталось.

Элибер хмыкнула. Полицейский откликнулся:

– Мы уже сделали это, сэр. На пленках ничего нет. В помещении не было никого, кроме капитана Шторма.

Обладатель Пурпура вздохнул, отпустил офицеров и опять посмотрел на Элибер:

– Послушай… тебе нельзя тут оставаться! Это – сверхсекретная зона.

Элибер села в кресло:

– Наверное, из-за ее особой секретности по ней и шляются всякие темные личности типа тех, которые похитили Джека. И потом… Ведь я знаю Шторма лучше вас всех. Может быть, полиция что-то просмотрела? Может быть, газ не оказал на него действия и он просто погнался за разбойниками?

Пурпур покачал головой:

– Хорошо. У тебя есть час или два, потом я присылаю охрану и ты отправляешься домой. Договорились?

Элибер кивнула.

Руки жгло. Ногу пронизывала страшная боль. Джек расслышал сквозь липкую темноту:

– Осторожнее. Этот человек явно был обморожен. Посмотри: у него ампутированы два пальца на ноге и мизинец на правой руке.

– Ты думаешь, это результат пребывания в холод-

ном сне?

– Сомневаюсь. Наши криогенные камеры обычно не выдают таких сюрпризов.

Джек пытался проснуться. Он чувствовал, что к нему прикасаются мягкие теплые руки, но никак не мог выплыть из липкой темноты.

– А что у него с дыханием?

– Неровное. Он выходит из состояния криогенного сна, но синдромы какие-то странные…

– Ну ладно. Проследи за приборами. Если наступит дефибрилляция, мы его не реанимируем. Я и сам ничего не пойму в этом организме.

Его накрыли чем-то теплым, и Джек успокоился и затих, но ненадолго – вдруг на него накатили волны дрожи, он стучал зубами, трясся и никак не мог открыть глаза.

– Успокойся – сейчас все будет хорошо, – сказал ему мягкий женский голос. Стало теплее. Кажется, его накрыли еще одним термоодеялом.

– Я был потерян… а ты… а ты нашла меня… – сказал Джек, с трудом разомкнув губы.

– Нашла? – голос звучал удивленно и насмешливо – Да нет, ты уже был здесь. Лежи, пока не согреешься. Ты здорово намаялся, пока не пришел в себя.

Шторм застонал и постарался шевельнуть рукой, но оказалось, что она привязана. «Потеряны… Мы были потеряны…» – опять промелькнуло у него в мозгу Он успокоился. Лихорадка прошла. Он снова очнулся и снова найден, значит, впереди его ждет работа на Кэроне. Жизнь снова станет чудесной. На этот раз все будет хорошо.

* * *

– Элибер, мы сделали все, что могли. – Обладатель Пурпура смотрел куда-то в сторону.

Элибер ходила по комнате взад и вперед.

– Прошел уже целый месяц. А значит, либо он мертв, либо его нет на планете.

Пурпур положил на стол серебристую автоматическую ручку.

– Видишь ли… Если бы он был мертв, мы бы уже знали об этом. Это не Рольф и не кто-нибудь другой из подобных ему Наемники всегда оставляют тела там, где их можно найти.

Элибер требовательно посмотрела на Пурпура и подперла кулаком подбородок:

– Значит, его нет на планете?

– Но тогда у нас нет возможности отыскать его. – Пурпур опять отвел глаза в сторону. – На Шторма нет записей в банке данных, а потом, у него нет микрочипа. Видишь, как дорого приходится платить за свободу!

– Но должен же он быть вообще хоть где-то! – Элибер раздраженно топнула каблучком. – Он бы не бросил свой бронекостюм, он бы сообщил мне хоть чтонибудь, если бы мог. Но… – она заморгала, стараясь скрыть накатившуюся на глаз слезу. – Он жив. Если бы он был мертв, я бы уже знала об этом!

Пурпур посмотрел на нее внимательно и строго, и она вдруг поняла, что этот человек знает гораздо больше, чем говорит. А значит… Скорее всего, Джек ничего не рассказывал командиру о ее экстрасенсорных способностях… Обладатель Пурпура потер затылок. Понятно, у него уже разболелась голова! Элибер от нетерпения подпрыгнула в кресле и еще больше сосредоточилась. Сейчас, сейчас он скажет ей все, что знает!

– Мы думаем, что его похитили, Элибер, – командир вздохнул и уставил глаза в стол. – Это могли быть наемники, но я совсем не уверен в происходящем. Это все, что я могу тебе сообщить.

Элибер подошла к двери:

– Хорошо. – У нее не было никаких угрызений совести по поводу того, что она наградила головной болью ни в чем неповинного человека. Ради Джека она готова была пойти на все.

* * *

Ему снился Кэрон с его дикой первозданной природой. Дремучие Леса. Скалы с белоснежными шапками льда на вершинах, поля с диким хмелем и огромные желтые цветы с удушающим тяжелым запахом. Благословенный Кэрон! Джек мог неделями бродить там среди деревьев и трав, не встречая ни одного человека. А потом налетел огненный смерч. Небо раскалывалось от грохота боевых космических кораблей. Когда Шторм покидал свое жилище, небо полыхало огненным и багряным. Когда он загерметизировал бронекостюм и добежал до Звездных ворот, все живое на планете уже было мертво. А потом… потом он несколько дней дрейфовал в открытом космосе. В космосе, похожем на этот сон. Джек опять попытался вырваться из черного липкого пространства. Лихорадка съедала последние остатки его памяти.

* * *

– О, Господи, когда же этот тип перестанет стонать!

– Это патологическая реакция на криогенный сон. Не обращай внимания, лучше сдавай карты.

– Э-э, если этот парень болен, его надо поместить в медицинский отсек.

– Делай ставку, Сташ!

Шторм открыл глаза. В помещении тускло светились ночные лампы. Выплыть из своих снов и прийти в себя было почти невозможно. Где он находится? Кажется, на борту космического корабля… Руки… его

руки почему-то связаны. «

В отсеке было душно. Большинство коек было занято неподвижными телами, прикрытыми термоодеялами. Пахло наркотиками. Что с ним случилось? Джек тихо вздохнул. Тишину нарушали только хлопки карт по поверхности стола. Джек посмотрел туда, откуда раздавались звуки. В голубом сигаретном дыму, кольцами вьющемся над небольшим столиком, виднелись две мужские фигуры в потертых коричневых комбинезонах. Один из них – коротко остриженный, молодой, делал вид, что смотрит в сторону, но его внимание было приковано к пластмассовым картам, зажатым в руках. Он не был красавцем. Пожалуй, его угольно-черные острые глаза можно было назвать необычными, но красивыми они считаться не могли – слишком уж красноречиво было их выражение – выражение нечестности и алчности. Как только второй мужчина, обрюзгший и старый, на минуту отвлекся, парень заглянул в его карты. Старик заметил этот маневр и, усмехнувшись, произнес:

– С тобою играть – как воевать с траком. Парень нагло усмехнулся:

– Заткнись и сдавай! Старик потянулся:

– Послушай, я устал. Пойдем-ка лучше поспим!

– Э, нет! – парень крутанул головой. – Ты мне должен. Проклятье! Чего они от нас хотят? А ведь раньше мы были горняками! А знаешь, я собираюсь прервать контракт. Нет такой силы, которая смогла бы удержать меня здесь.

Старик вздохнул:

– Это не так-то просто, Сташ! А потом… тебе ведь неплохо платят!

– Может быть. – Сташ пробежал взглядом по кроватям со спящими рабочими. – Кажется, среди этих парней есть такие, которые оказались здесь не по своей воле. А значит, им можно помочь выбраться отсюда и как следует подзаработать, – он выразительно щелкнул пальцами. – Знаешь, я Не из тех, кто пренебрегает возможностью заработать деньги.

– Эй, вы, двое! Пора отдыхать! – кто-то недовольно крикнул с нар.

– Да-а? – Сташ лениво потянулся. – А ты ведь мне должен, Боггс! – он посмотрел на койки, встал, плюхнулся на одну из кроватей и сразу же уснул.

Джек снова начал терять сознание. Сташ… Ему обязательно надо запомнить это имя! Ведь ему потребуется чья-то помощь, чтобы выбраться отсюда.

* * *

Шторм проснулся от четкого ощущения того, что за ним кто-то смотрит. Он открыл глаза и увидел, что на его кровати сидит Сташ и внимательно читает прикрепленную на железной спинке пластиковую карту. Он вздохнул, посмотрел на Джека и улыбнулся:

– Очнулся, приятель? Мы сейчас одни – остальные пошли перекусить. Помощь нужна? Врач сказал, что веревки можно будет ослабить, когда ты придешь в себя. – Его черные глаза язвительно блеснули. – Мы тут все слегка чокнутые, верно?

Джек дернул связанными руками:

– Развяжи…

Сташ молниеносно распутал веревку.

– А может, попробуешь поесть? – участливо спросил он.

Шторм кивнул. Сташ вынул из конверта пластиковую карту:

– Договоримся так: я тебе помогу. Но услуги надо будет оплачивать. Начнем с того, что я развязал тебя. Да, кстати… – он нервно дернул бровью. – А как тебя

зовут, приятель?

Джек хотел ответить, но во рту было слишком сухо.

Сташ задумчиво почесал подбородок:

– Ну, да… у тебя была гипотермическая лихорадка. Я уже как-то сталкивался с этим. Парень просыпался и не мог вспомнить своего имени. Тогда сделаем так. Я прочитаю твое досье, а ты мне отдашь две карточки на паек, они остались у тебя от прошлой смены.

Джек кивнул. Сташ довольно разулыбался.

– Ладно, я скоро вернусь, приятель! Не свались с койки, а то мне как следует попадет от медсестры!

* * *

– Слушай. – Сташ пристроился на кровати Джека. – В твоем досье написано, что ты – Джек Шторм. Тебе – двадцать четыре года, ты подписал контракт на строительные или горные работы. Холост.

Джек кивнул:

– Продолжай.

Его имя и возраст кое-что ему говорили, а вот все остальное… Он с горечью осознал свое положение: контрактный рабочий…

Сташ кашлянул:

– На Внешней Границе у тебя был магазин электроники, но ты обанкротился и сделал распродажу. Все ясно, надо же было как-то оплачивать долги! Обычное дело. Да и образование у тебя самое обычное.

Джек хрипло спросил:

– А родственники… у меня есть какие-нибудь родственники?

– Живых – никого. – Сташ покачал головой и бросил пластиковое досье обратно в конверт. – Все обычно, все, как у всех. Ты им подошел, Джек!

Шторм закрыл глаза. Он уже сходил в столовую и обнаружил, что у него подгибаются ноги, как у восьмимесячного ребенка. Интересно что же он мог знать о контрактах, горном деле и грузовых кораблях, если он не мог осознать даже самого себя?

– Спасибо, Сташ. – Шторм устало посмотрел на своего нового знакомого. – Но эту карточку на паек положи назад. Ведь вчера я уже заплатил тебе.

Сташ покривился, но решил сдержаться:

– Да… вчера ты заплатил… К тому же эта карточка требуется и тебе самому… Ладно, отдохни, приятель!

* * *

– Эй вы, отбросы общества, поднимайтесь со своих коек и стройтесь!

Джек поднялся на ноги и не спеша подошел к остальным. Господи, как же он не нравился самому себе! Небритый, грязный, слабый, почти ничего не помнящий, одетый в какой-то страшный комбинезон из грубой ткани…

Приземистый коротыш ловко лавировал между рабочими.

– Будем знакомы, я ваш прораб, – у него в руке мелькнула горстка микрочипов. – Все ваши контракты – у меня. Предупреждаю: лодыри нам не нужны. За работу на Лазертаунских шахтах вы получите хорошие деньги, а потом, вернувшись, сможете снова встать на ноги.

Джек ничего не понимал. Перед глазами плыли темные круги. И вдруг – он вспомнил… Он вспомнил, как попал сюда! Да, он пошел домой, собираясь навестить Элибер, а потом… что-то щелкнуло, и на него повеяло снотворным газом. И больше он не приходил в себя…

Бригадир все еще говорил:

– Скоро посадка. Разберитесь по бригадам. Я буду называть вас по именам, а вы выходите и следуйте за мной.

Джек скрипнул зубами… Раб… Отныне он раб… В поселке рудокопов на Лазертауне свои правила выживания. Но Шторм совсем не был специалистом в горнорудном деле, а рабочие не потерпят ленивца в своих рядах.

Прораб выжидающе смотрел на рабочих. Кто-то крикнул:

– Ладно, не тяни, выдавай все плохие новости!

Бригадир ухмыльнулся и стал читать:

– Перес Джон, электромонтажник, на выход! Стоктон Марти, электромонтажник, на выход! Жюль Бланш…

Джек напряженно ждал, когда же назовут его имя. Он скользнул глазами по лицам и увидел, что Сташ смотрит на него напряженно и злобно. Шторм не видел своего ночного благодетеля уже несколько дней. Джек улыбнулся. Сташ сверкнул угольями глаз.

– Ты знал, что так заболеешь, когда подписывал свой контракт? – спросил он у Шторма.

Джек вздохнул:

– Ты хочешь предложить мне костыли?

– Я хочу предложить тебе выбраться отсюда, – прищелкнул языком Сташ.

– Всему свое время, – пожал плечами Шторм. – Но у меня такое ощущение, что это почти невозможно.

– Ты, может быть, и прав, приятель! – Сташ моргнул и уставился на прораба.. Двигатели корабля загремели. Судя по всему, они меняли направление полета. Джек взял с кровати свой почти пустой мешок и закинул его за плечо.

– Путешествуешь налегке? – усмехнулся Сташ.

– У меня есть все, что нужно.

– Все вы так говорите! – Сташ презрительно расхохотался.

Бригадир все еще выкликал имена.

– Гру Делман, сварщик.

– Это я, – откликнулся Сташ. – Но вообще-то зови меня просто Сташем!

Людей в помещении оставалось все меньше. Джек волновался.

– Джек Шторм, подрывник, – вдруг выкрикнул бригадир.

Подрывник? Джек скрипнул зубами, Самая опасная работа во всем горнорудном деле! Стоящий рядом с ним жилистый старик удивленно произнес:

– Подрывник?.. А я никогда о тебе не слышал…

Сташ захохотал, наклонился к прорабу и ткнул пальцем в карточку:

– Эй, Бул, протри глаза, тут написано – сварщик!

Пошли отсюда, Шторм!

Прораб внимательно посмотрел на них:

– Хорошо, Сташ, забери его отсюда!

Джек рванулся к дверям.

– Приятель, ты мне должен! – догнал его в коридоре Сташ. На этот раз Шторм в этом не сомневался.

ГЛАВА 5

Элибер не думала, что ей опять придется превращаться в уличную девчонку. Она затаилась на заднем сиденье такси, направлявшемся в сторону мальтенских трущоб. В трущобах действовали свои законы, и сейчас она незаметно проверяла небольшой энергонож, закрепленный на лодыжке. В автомобильном зеркальце отражалось ее лицо – сосредоточенное и неприметное. Ей совсем не стоило привлекать лишнего внимания к своей персоне, хотя, вооруженная, она не боялась почти ничего. К тому же, она оделась так, как обычно одеваются профессиональные убийцы, а на них не нападают даже в трущобах.

Если она хорошо сыграет свою роль и проскользнет мимо камер безопасности и многочисленных знакомых, оставшихся в этом районе города с прежних времен, все будет в порядке. Конспирация нужна была для того, чтобы человек, которого она разыскивала, заслышав о ее появлении в трущобах, не скрылся.

Много времени прошло с тех пор, как на этих улочках она встретилась с Джеком Штормом! Ту старую жизнь она сбросила с себя, как изношенную, ни на что непригодную одежду. И все же на улочках Мальтена все было по-прежнему и все напоминало о том, что происходило когда-то.

Ей надо было как можно скорее найти Баларда, поговорить с ним и вернуться домой… Если у нее все еще был дом… Исчезновение Джека разрушило ее жизнь. Она не могла смириться с происшедшим. Джек был жив, а значит, Элибер должна была его найти!

Автомобиль затормозил, девушка нагнулась и бросила шоферу кредитку:

– Сдачи не надо! – потом выпрыгнула из машины и так, чтобы ее никто не заметил, юркнула в подворотню, вышла в кривой переулочек, прошла несколько домов, опять нырнула в подворотню и оказалась на той же улице. Элибер оглянулась. Такси уже уехало, и за ней, кажется, никто не следил. Она перешла на противоположную сторону и пошла в нужном направлении.

Энергонож холодил ногу. Все было в порядке. Элибер вздохнула. Можно ли было назвать порядком такую жизнь – это был вопрос, но она не помнила себя вне улиц. Рольф держал ее в узде и постоянно обучал воровству, наверное, он обращался с ней не так уж плохо. Правда, с добротой это никак не было связано. Просто… Просто Рольф обнаружил ее необычные психические способности – умение концентрировать мысль и давать неимоверный отпор, а иногда даже и убивать с помощью психической энергии. Конечно, практичный Рольф решил подзаработать, обучил ее медитации и почти сразу же загнал ее способности в бессознательную область. Поначалу Элибер не догадывалась о настоящих целях обучения. Она поняла, что так ей легче воровать и, к тому же, со временем не придется идти в проститутки. Правда, два раза с ней произошли странные истории: она теряла сознание, а потом приходила в себя рядом с трупом. Рольф уверял ее, что она убила своих жертв силой собственного мозга, но Элибер плохо верила этому. Скорее всего, Рольф убивал этих мужчин сам, а потом лодстраивал ситуацию, в которой получалось, что это ее рук дело.

А потом она встретилась с Джеком. У Шторма было много врагов, и они скрывались: Джек – от всего мира, она – от Рольфа. Но Рольф был упорен и хитер, а Элибер была для него выгодной сделкой. Конечно, он обнаружил их, и вот тогда-то она узнала, что может убить своей психической силой. Дело было даже не в самой возможности – образ жертвы давным-давно был занесен в сознание Элибер, и стоило ей услышать лингвистический код, который был только у Рольфа, как она превращалась в смертельное оружие, запрограммированное убивать, и ничего не могла сделать с собой. Джек… Джек ей нужен был для того, чтобы защищаться от самой себя, а поэтому… поэтому Элибер должна была найти его.

Кое-каких врагов Шторма Элибер знала, и все же Джек говорил ей далеко не все. Он берег ее, считая, что чем меньше она знает, тем меньше вероятность того, что его неприятели свалятся ей на шею. В общем-то, в этом была своя правда, и все-таки Элибер методично выспрашивала Джека о его жизни. К счастью, это было довольно-таки просто: Шторм был деревенским парнем, и когда он притворялся, на его щеках появлялся румянец, а когда вралязык как бы сам собой переставал слушать его.

Элибер прошмыгнула мимо видеокамер охраны и вошла в дверь небольшого грязного бара. Ей нужно было заметить Баларда раньше, чем тот увидит ее и постарается убраться.

В дальнем углу послышался шум. Элибер перепрыгнула через стул и, пробежав мимо кабинок, у черного выхода столкнулась с человеком, который, отворачивая от нее свой золотой окуляр, торопливо пробирался к выходу.

– Стой! – Элибер изо всех сил впилась в его руку. – Я одета, как наемный убийца, и никто в баре не удивится, если мой нож перекочует в твой здоровый глаз!

Балард зарычал, как зверь, и отбросил ее от двери. Элибер прокатилась под стол, схватилась за голову и нацелила на него мысленный удар. Балард покачнулся и сел на ступеньку, потом – нечленораздельно зарычал и схватился руками за голову.

– Прекрати сейчас же! – заорал он. Элибер встала.

– Мне нужно поговорить с тобой.

Балард плюнул и тяжелой походкой прошел в соседнюю кабинку. Элибер села напротив. Здоровый глаз у Баларда покраснел, а на электронном протезе подрагивала золотистая сетка. Элибер вынула из кармана сигаретку и бросила через стол.

– Что тебе нужно? – Балард зло посмотрел на нее. – Какого черта ты на меня набросилась, и потом – что это такое? У меня до сих пор круги в глазах…

Элибер пожала плечами:

– Да так, небольшой фокус. Удар иглой в нужное место. Ничего, через час ты будешь в порядке.

Так было лучше. Никому, кроме Джека, Элибер не собиралась сообщать о своих экстрасенсорных возможностях.

– Я соскучилась по трущобам, – весело сказала она. – И потом, мне надо узнать все, что ты знаешь о Джеке.

– Я ничего не знаю, – сразу же нахмурился он.

– Ну да! – Элибер недоверчиво подняла брови. – Например, ты знаешь, что он живым вернулся с Песчаных Войн.

Балард задумчиво помассировал затылок:

– Этого достаточно для того, чтобы нас убили – и его, и меня. Он выжил, а я дезертировал, мы оба живем в долг.

Элибер вытащила нож и показала его Баларду.

– Хорошо. Так что с ним случилось? Балард скосил на нее глаз:

– А что ты имеешь в виду?

Элибер подняла нож и поднесла его к лицу Баларда. Тот вздохнул и сказал:

– Его похитили.

– Что это значит?

– Его должны были убить, но вместо этого погрузили в холодный сон и вывезли с планеты. Куда его отправили, я не знаю, но я слышал, что оттуда не возвращаются.

У Элибер все похолодело внутри:

– Контрактные работы?

Балард безразлично пожал плечами:

– Возможно… Единственное, что я могу тебе посоветовать, так это держаться подальше от таких историй.

Элибер упрямо крутанула головой;

– Ладно. За этим стоит Рольф?

– Да нет, – Балард устало вздохнул. – Конечно, у Рольфа на этого парня большой зуб, но он чист. Судя по всему, здесь замешана какая-то очень крупная рыба… Если мы в это вмешаемся, нам не жить.

Элибер опять приподняла нож:

– Это не имеет никакого значения. Кто-то из нас давно мертв.

– Послушай. – Балард тронул ее рукой. – Если бы я что-то знал, я сказал бы тебе. Я уважаю Шторма, он настоящий рыцарь, знающий, что такое вести «чистую войну». Сегодня таких, как он, не осталось в живых.

Острие ножа все еще поблескивало против здорового глаза. Балард моргнул.

– Я говорю правду. Я следил за Джеком для того, чтобы знать, чем он занимается. Те, которые расправились с Джеком, хорошо его изучили.

Элибер засунула нож в рукав. Кажется, Балард говорил правду. Значит, ей нужно будет изучить все маршруты кораблей, перевозящих контрактных рабочих. Одна мысль о том, что Шторма погрузили в холодный сон, выводила ее из себя – ведь для него это означало неминуемый душевный срыв.

– Балард… – она внимательно посмотрела на собеседника. – Мне нужен хороший опознавательный чип. Я совсем не хочу, чтобы меня поймали на использовании чужого банковского счета.

Балард улыбнулся, оглянулся по сторонам и, убедившись, что за ними никто не смотрит, вынул из бумажника чип.

– Возьми вот этот. Это микрочип Принцессы. Элибер прихлопнула чип ладонью. Балард вынул из кармана клейкую ленту и приклеил чип к запястью Элибер. Итак, с этого момента она могла пользоваться счетом Принцессы. Ну что ж! В детстве ей хотелось стать межпланетной воровкой, добывающей редкостные драгоценности!

– Сколько с меня?

Балард протестующе развел руками:

– Ничего. Принцессе нужно алиби. Она сама попросила меня дать кому-нибудь поносить этот микрочип на несколько месяцев. Это плата за то, что я все еще жив.

Элибер рассмеялась:

– Хорошо, Балард! Я перешлю тебе этот микрочип! – Она встала и пошла к выходу из бара. Золотой глаз Баларда неподвижно смотрел ей вслед.

ГЛАВА 6

– Насколько я понимаю, ты из тех людей, на которых трудно напасть неожиданно. – Сташ вопросительно посмотрел на Джека. Дневное освещение на корабле медленно гасло, по бортовому расписанию наступала ночь.

– Может быть. – Джек приподнялся над подушкой. – А чего ты хочешь?

– Ты просыпаешься четыре-пять раз за ночь. Ты об этом знал?

Джек вздохнул и сел на край кровати. В руках у Сташа поблескивал неказистый скафандр горнодобытчиков.

– Я пришел, чтобы дать тебе урок, приятель! Джек махнул рукой:

– Ну, этим мы займемся после посадки. Сташ ухмыльнулся:

– Да вряд ли. Видишь ли, посадка – это очень сложная штука, она вообще может не состояться.

Корабль вздрогнул, и Сташ нахмурился.

– Лазертаун блокирован так, что посещать его совсем небезопасно.

Джек поднял бровь:

– Блокирован – кем?

– Да траками…

Шторм подошел к Сташу и взял из его рук скафандр. Сташ кивнул, открыл дверцу шкафа и достал оттуда еще один – для себя.

– Какие траки? – Джек ничего не понимал. – Ведь у нас с ними мирный договор!

Сташ пожал плечами:

– Я тебе говорю только то, о чем слышал. Лазертаун богат минералами и норцитом, потому-то жуки и кружат в окрестностях, а Триадский Трон почемуто смотрит на это сквозь пальцы. Если мы наденем скафандры, у нас будет гораздо больше шансов выжить. Ведь если корабль продырявят, у нас с тобой в легких останется кое-какой воздух, правда, приятель?

– Верно, – пробормотал Джек и, расстегнув скафандр, заглянул внутрь. Как бы он хотел, чтобы память

вернулась к нему!

– Ты где-то потерял палец? – с интересом спросил Сташ.

Джек отмахнулся:

– Отморозил. Меня слишком долго держали в холодильнике. – Шторм сказал это и сам не поверил своим словам. Может быть, он только сейчас придумал это, а может быть, так и было на самом деле?

Сташ недоверчиво переспросил:

– Не шутишь? А впрочем, при сварке твой мизинец все равно никому не нужен. Получи изоляционные носки, а теперь – положи скафандр на пол, вот так…

Джек с удивлением смотрел за действиями приятеля. То, что Сташ считал само собой разумеющимся, для него было ново и непривычно. Конечно, Сташу придется платить… И все же, тот поручился за него, записав его сварщиком.

– А вот – ловушка для жучков. Мы работаем в этих костюмах по четырнадцать часов в день, а поэтому содержи в чистоте и себя и свое снаряжение. А —если чем-нибудь заразишься, сразу же беги в медотсек.

Джек натянул на себя скафандр из тонкой, но прочной ткани. Энергопривода не было, и при движениях громоздкая одежда только мешала. Ему было очень неприятно…

Джек вздохнул и бросил несколько кредиток в шлем Сташа:

– Может быть, это и немного, но все равно, они смогут скрасить твое существование! – сказал он.

Сташ быстро пересчитал деньги и, рассмеявшись, выскочил из отсека.

Джек стиснул зубы. Как же ему хотелось раздавить этот убогий скафандр! Осколки мыслей проносились в его сознании со скоростью ветра. Значит, до отправки сюда он уже провел в холодном сне несколько лет. Шторм задумчиво потер забрало старого шлема.

– Мерзкое существо – этот Сташ, – сказал чей-то голос сзади. – А ты давно с ним работаешь?

Джек обернулся. Жилистый старик небольшого роста устало смотрел на него.

– Я – Боггс, Альфред Боггс, – представился он. Джек дружелюбно кивнул:

– А я – Джек Шторм. Но я не работал со Сташем… просто мы с ним знакомы…

Старик плюнул.

– Он тебя обманывает при игре в карты, – рассмеялся Джек.

Боггс кивнул:

– Я знаю… Да и Сташ догадывается о том, что я давно это приметил. Лучше играть с известным шулером, чем с человеком, который может нанести удар в спину.

Шторм пожал плечами, повесил на крюк свой шлем и начал снимать скафандр. Вдруг – какое-то знакомое дрожание проплыло по телу корабля. Он замер. В глазах поплыли круги.

Боггс, скрестив руки, смотрел на Джека:

– Шторм… Какое-то странное имя… – задумчиво произнес он. – А сварщиком давно работаешь?

– Не очень.

В спальном отсеке было душно. Спящие рабочие что-то нечленораздельно мычали, храпели, ворочались с боку на бок.

Вдруг – сработал сигнал оповещения:

– Всем пристегнуться! До снижения остается тридцать секунд!

Корабль тряхнуло. На нижней койке кто-то выругался. По отсеку пробежал легкий шум.

– Черт побери, в нас уже попали! – мрачно сказал Боггс.

– Да нет, это атмосферные вихри, держись, Боггс, – сказал Шторм и тут же упал на бок от следующего, довольно-таки сильного толчка.

Кто-то пробормотал:

– Кажется, маневрируют. Сукин жук сел нам на хвост.

В отсеке повисла тишина. Корабль застонал – пилот резко менял курс. Ремни заскрипели от тяжести тел. А впрочем, пилот хорошо выполнил маневр. Джек закрыл глаза и сосредоточился. Итак, он был знаком с боевыми крейсерами, а из этого следовало…

Новый стон прорезал хрупкую тишину. Джек схватился за поручни. Корабль подпрыгнул, выровнялся, а потом подпрыгнул снова. Да, да, Шторм очень хорошо знал этот маневр.

– А вот сейчас, Боггс, – тихо сказал он, – по нам выстрелили.

По кораблю и правда чем-то рубануло. Джек прикусил губу и стер со лба капельки холодного пота. Корабль вращался. Взрывы сотрясали грузовой отсек. Джек не удержался и ударился лбом об угол койки, провел пальцами по виску и увидел на ладони кровь. Кто-то схватил его за руку и помог устоять на ногах. Металл скрипел. Вдруг – тряска прекратилась.

– Все позади! Мы идем на посадку! – крикнул он и почувствовал, как по его лицу текут слезы. Он вспомнил! Кое-что он все же вспомнил!

* * *

Элибер провела рукой по поверхности серебристобелого бронекостюма. Скафандр был уложен в большой контейнер и приготовлен к отправке. Все-таки хорошо, что Принцесса была состоятельной женщиной и могла себе позволить путешествовать с багажом!

Боуги почувствовал ее прикосновение и сразу же очнулся:

«Где Босс?» – спросил он.

– Не знаю, Боуги, но нам с тобой придется это выяснить.

Боуги заметно ослабел за последнее время. Видимо, ему здорово не хватало человеческого тепла и пота, и все-таки мысленная связь до сих пор существовала. Судьба Боуги не особенно волновала Элибер – уж если этот берсеркер смог выжить во время плутания потерянного корабля в космосе, значит, смерть от охлаждения ему явно не грозила. Элибер опустила крышку и защелкнула замки, потом – набрала код и сказала:

– Первая остановка – самая большая на Триаде нелегальная лаборатория холодного сна.

Люки корабля открылись. Контрактники нетерпеливо лезли вперед. Толпа, ползущая в длинный серый туннель, подхватила Шторма и понесла за собой. Воздух, наполненный человеческим страданием и потом, ворвался в легкие Джека.

Шторм остановился и оглянулся. Рядом с ним стоял Сташ. Он посмотрел на Джека и протер грязным, рукавом стенку туннеля:

– Посмотри-ка сюда, приятель!

Джек вздрогнул. Драматичность ситуации в первый раз дошла до его сознания: Лазертаун был мертвой луной, на которой обосновалась община горнодобытчиков. Длинные туннели, как щупальца спрута, простирались по его поверхности, а центральные купола из толстого бронированного стекла были чем-то вроде непомерно раздутого тела…

– Некуда бежать, приятель, – вздохнул Сташ. – Конечно, если ты не знаешь, куда бежать.

К Джеку подошел Альфред и шепнул на ухо:

– Держись от него подальше, Шторм!

Джек кивнул и закинул за спину вещмешок. Кажется, когда-то ему уже говорили подобное… Итак, ситуация, в которой он оказался, очень не нравилась ему: выбраться с этой планетки было невозможно даже после окончания контракта, а значит, он до конца своей жизни должен был оставаться каторжником…

В конце длинного коридора оказался зал. Тут воздух был немного свежее – несколько очистителей тихо гудели вдоль стен. На небольшой помост в центре зала вспрыгнул их бригадир Бул. а за ним – хрупкая женшина совсем небольшого роста.

– Контрактники! – бригадир окинул их насмешливо-презрительным взглядом. – Сейчас вы будете распределены по бригадам. Отнеситесь к своим товарищам с уважением, помните, что от этого зависит ваша жизнь. А теперь, – Бул посмотрел на маленькую грациозную женщину, – разрещите вам представить нашего губернатора Франкину…

Женщина подошла к микрофону и решительно повернула его к себе:

– Контрактники! – металлические нотки в ее голосе сразу же заставили толпу притихнуть.

«Интересно, – подумал Джек, – сколько лет коекто из них не слышал женского голоса?» – и тут же вспомнил Элибер. Господи, да как же он мог забыть ее?

– Контрактники, у нас на планете действуют свои законы, – говорила Франкина. – Те, с кем обошлись несправедливо, могут выйти вперед, и мы постараемся разобраться с вашими контрактами. Мы – община горнодобытчиков, и наша жизнь зависит от счастья и благонадежности наших рабочих.

Она улыбалась. Толпа тревожно зашевелилась, но вперед не вышел никто. Сташ покосился на Шторма:

– Скажи слово – и ты мертвец. Не верь ни одному ее обещанию. – За их спинами послышались голоса споривших мужчин:

– А я тебе говорю, это сделала моя бывшая жена! Она воспользовалась старым договором и оформила этот контракт!

– Да тише ты, слышишь, придержи язык!

– Желающих нет? – губернаторша погладила микрофон длинными пальцами.

– Какого черта! – буркнул Джек и вышел вперед. —

Я хотел бы, чтобы мой контракт был пересмотрен, мадам!

Толпа затихла. Франкина посмотрела на него и улыбнулась.

– Хорошо, – сказала она. – Вы откровенный человек. Вас проводят.

Два огромных верзилы провели Джека до четырехместного автомобиля. Шторм оглянулся на Сташа и махнул ему рукой:

– Мы еще увидимся, приятель!

Почему-то Шторм надеялся на то, что сможет выжить. На пересмотр контракта он, конечно же, не рассчитывал, а вот осмотреть ловушку, из которой он собирался бежать, совсем не мешало. Автомобиль мчался по узеньким улочкам города-спрута.

ГЛАВА 7

– Леди Э…Э…Э…

Элибер надменно вскинула голову и тоненьким голоском прощебетала:

– Стайрен. – Она прекрасно знала, что манера держаться и говорить имела нисколько не меньшее значение, чем косметика. Она скосила глаза на солидного неповоротливого мужчину. Тот кивнул:

– Так вот, леди а… э… э… э… ваш багаж слишком тяжел.

Она невозмутимо пожала плечами, стараясь никак не выдать волнения. Оставить Боуги? Да это было попросту невозможно! Ведь он так нужен Джеку!

– Запишите на мой счет превышение веса, – махнула она рукой.

Конечно, это был совсем не ее счет, а счет Принцессы, но если та одолжила кому-то свой микрочип, значит, она могла предполагать такие варианты. Ничего, когда-нибудь потом Элибер постарается возместить ей все расходы. Контролер развел руками:

– Леди Стайрен, но вес вашего багажа превышает все допустимые нормы!

Элибер прикусила губу. Проклятье! Ну почему же Боуги такой тяжелый! Она погладила маленькую сумочку, примостившуюся у нее на коленях, – там помещался весь ее скудный гардероб. Контролер кашлянул:

– Я бы посоветовал вам отправить контейнер грузовым кораблем.

Элибер взглянула на проходивших мимо пассажиров и сказала:

– Нет, контейнер поедет со мной. Может быть, мы сможем как-то иначе устроить это дело?

Мужчина покраснел и отвел глаза:

– Леди Стайрен, но обычно так не делают…

– Хорошо… – она нетерпеливо тряхнула головой. – В таком случае, дайте мне еще один билет! – сказала она надменно. – Это будет гораздо дешевле, чем отправка контейнера грузовым кораблем, и никак не нарушит ваших порядков!

Контролер растерянно промычал:

– А…Э…Э…Э… – тяжелый пассажир. Впрочем, мы перевозили и тяжелее. Хорошо. Оплата – за ваш счет?

Элибер махнула рукой:

– Конечно. Надеюсь, теперь все улажено? Контролер поклонился:

– Да, да, леди Стайрен, проходите, пожалуйста! Элибер бросилась вверх по трапу. Контролер с удивлением посмотрел ей вслед: слишком уж легкой и грациозной была эта с виду немолодая женщина… Он был бы не прочь пококетничать с ней, но – увы, у него были четкие указания. Контролер вздохнул, вернулся в свой кабинет и набрал нужный номер на табло компьютерной связи: на экране появился немолодой человек в черном.

– Сэр Уинтон, я позволил ей зайти на корабль.

Уинтон нахмурился:

– Багаж все еще с ней?

– Да, сэр, – контролер озабоченно посмотрел на собеседника. – Я не мог ей в этом отказать.

Уинтон усмехнулся:

– Если бы я приказал тебе сделать это, ты бы смог.

– Да, конечно, если бы вы приказали, – у контролера пересохло в горле. – А… э…э…э… я могу…

– Не беспокойся, – прервал его Уинтон. – Пусть отправляется. Ты сделал все, что мог, конечно, в рамках своего ограниченного кругозора. Ладно, хватит с тебя…

Экран погас. Уинтон откинулся на спинку мягкого ярко-красного кресла и посмотрел на небо из прозрачного, как воздух, окна императорского дворца. На свете творилось что-то неладное. Тот человек, за которым он охотился, должен был быть мертв, а он был жив. Более того – он должен был быть мертв несколько раз подряд, но ни одна из поставленных ловушек не сработала. Ладно, пусть девчонка найдет его, если сможет, а потом он разберется с обоими. Конечно, если у девчонки ничего не выйдет и она не возьмет следа, можно считать Шторма наполовину мертвым, но половинав такой ситуации – это слишком большой риск. Шторм должен быть м е р т в, и не наполовину, а целиком, и даже не целиком, а дважды, трижды, четырежды мертв – только тогда он сможет спать спокойно.

* * *

Поднявшись на корабль, Элибер быстро нашла свою каюту, захлопнула дверь, сорвала с себя парик и стерла грим. Она должна была изменить всю себя – до неузнаваемости. Слава Богу, Рольф научил ее кое в чем разбираться. Этот контролер… слишком уж легко он разрешил ей подняться на борт. Значит, ему что-то было приказано…

За ней следили, это она поняла точно. Ну-ка, нука… Джека было приказано убить, но его не убили, а погрузили в криогенный сон и куда-то вывезли. Значит, если они будут следить за ней, то, когда она отыщет Шторма, эти неизвестные снова попытаются расправиться с Джеком… Проклятый Балард, проклятый микрочип Принцессы! Теперь понятно, почему ее так быстро вычислили. Но что она может сделать в этой ситуации? Выбросить микрочип за борт, забрать багаж и незаметно покинуть корабль?

Элибер посмотрела по сторонам и включила обзорный компьютер. По трапу поднимались последние пассажиры. Значит, багаж еще не грузили и Боуги стоит внизу. Но тогда ей совсем не стоит оставаться на борту!

По трапу поднималась элегантная немолодая пара. Легкий порыв ветра налетел на пассажиров, затрепал юбки и волосы и чуть-чуть приподнял широкий рукав богатого платья, эффектно подчеркивающего красоту немолодой женщины. Под рукавом мелькнуло что-то почти неприметное. Элибер бросилась к клавиатуре и приказала компьютеру дать десятикратное увеличение, потом – поймала в кадр полноватую руку женщины. Боже мой, да это была настоящая удача! Микрочип… микрочип у этой дамы был приклеен точно так же, как у Элибер! Она улыбнулась. Одно ловкое движение, и этот микрочип поменяет владельца, потом она раздобудет халат подсобного рабочего – она уже заприметила целую гору рабочей одежды в отсеке у трапа, – вытащит свой контейнер с грузовой площадки и будет такова. А остальной багаж… да теперь он ей просто не нужен!

В который раз ей придется начинать сначала. Что ж, жизнь учила ее этому с завидным упорством. Это не единственный космопорт на Мальтене, к тому же из этой дыры не летают самые быстрые корабли. Почемуто ей показалось, что только быстрый корабль может доставить ее к Джеку! А уж потом она подумает об остальном.

ГЛАВА 8

Особых иллюзий на тему губернаторши, как и на тему сопровождавших его здоровяков у Шторма не было. Джек вздохнул и огляделся по сторонам. Эта приемная явно не походила на камеру пыток.

– Садись, – махнул ему рукой верзила и показал на жесткое пластмассовое кресло. Джек сел и посмотрел вниз сквозь застекленную стену офиса. Внизу расползался бесформенный город – скучный, серый, стерильный. Как тошно и горько должно было жить в таких городах! Его охрана перекинулась между собой парочкой слов и направилась к выходу. Джек удивленно посмотрел на них:

– А что, разве вы больше не будете меня сопровождать?

Они ухмыльнулись:

– А ты никуда больше не пойдешь.

Джек пожал плечами, поднялся и подошел к окну. Купол над головой загораживал половину неба, и увидеть планету, вокруг которой вращался Лазертаун, было нельзя. И все-таки хорошо, что он не остался в туннеле – там бы он не рассмотрел и этого. Шторм потер руки и взглянул на бронированные двери. Эх, если бы у него был бронекостюм, он прошел бы их насквозь! Память постепенно возвращалась к нему, и это вселяло надежду. Вот, правда, Сташа он никак не мог вспомнить, хотя временами Джеку казалось, что они уже встречались когда-то.

Дверь во внутреннее помещение чуть-чуть приоткрылась, и из-за нее донеслись голоса.

– Что за авария? – спросил голос губернаторши.

– Туннель 102 перекрыт, – ответил хрипловатый мужской бас. – Бригада успела установить изоляционную плиту вовремя. Но они просят официального разрешения…

Конца фразы Джек не расслышал и поэтому решил подойти поближе к двери.

– Я не могу этого сделать, – ответила губернаторша. – Туннели не являются частью главной установки. Если Лазертаун – паук, то шахты – это его паутина. Как мы докажем, что удар нанесли траки? А вдруг – это результат падения метеорита? Вот что. Если ты считаешь, что утечка ликвидирована, отключи компьютер, отправь туда ремонтников и пригрози им, что снимешь зарплату за два месяца, если хоть один из них откажется выполнить приказ.

– Но, губернатор… – раздался треск, и Джек понял, что мужчина разговаривает с Франкиной по компьютерной связи. – Все дело в том, что они хотят какой-то защиты…

Женщина выругалась:

– Они работают под землей. Земля – это и есть их защита. А мне нужно думать о городских куполах. В конце-то концов, боевые орудия траков нацелены на них!

Связь отключилась. Джек задумчиво посмотрел в потолок. Через секунду раздался звонок еще одного вызова.

– Добрый день, губернатор Франкина!

– Добрый день, чем обязана, владыка Уисли? – губернаторша тяжело вздохнула.

– Мы обеспокоены последним тракианским налетом…

– О, не беспокойтесь, все идет прекрасно!

– Да? А мне сказали, что шахты повреждены и что там очень много жертв!

– Что вы! – а дальше Франкина врала, причем – врала без запинки. Шторм поморщился. Определенно, если эта женщина и умела думать, то только о своих ножках! – В одном из компьютеров неполадки. Взорвался новый туннель, и его пришлось перекрыть, но мы держим его под контролем.

– Что ж, это прекрасно… – мягкий мужской голос затих. – В таком случае, может быть, нам с вами удастся обсудить наше обращение?

– У меня нет времени, владыка Уисли. – Франкина не скрывала раздражения.

– Но вы уже несколько месяцев не можете решить наш вопрос, – настаивал на своем священник. – За это время я посмотрел некоторые проекты по открытой добыче…

Губернаторша взорвалась:

– Как вы получили к ним доступ? Ведь это же совершенно закрытая информация!

– Скажем так, – уокер улыбнулся – У миссионеров повсюду есть сторонники. Кое-кто верит, что наша археологическая находка заслуживает внимания, и эту горную площадку надо передать нам для исследований, а не рыть ее под очередную шахту. Ваша поспешность уничтожит уникальные экспонаты, которые сохранились только благодаря отсутствию на Лазертауне атмосферы.

– Ну, начинается, – Франкина стукнула кулаком – Для того, чтобы думать, что по этим пещерам мог ходить Иисус Христос, надо быть безумцем! Уисли, да вы хоть разок посмотрите, что творится за стенами куполов!

Уисли вздохнул:

– Пути Господни неисповедимы. Откуда мы знаем, может быть, Лазертаун не всегда был безжизненной планетой? А потом… Кто знает, в какой ипостаси Господь посетил ее…

Шторм затаил дыхание – этот разговор очень заинтересовал его. Франкина упорствовала:

– У меня нет времени. Я хочу своими глазами посмотреть на то, что вы нашли, прежде чем принимать решение.

Шторм усмехнулся: получить фотографии лазертаунской поверхности, когда в небе летают тракианские корабли, – очень трудно. Да, эти уокеры – упорный народ…

Священник кивнул:

– Ну, что же… По крайней мере, это не отказ. И когда вы будете готовы?

Франкина подумала:

– А вы случайно не можете отогнать траков? Это здорово облегчило бы существование нам всем…

– Я извиняюсь, губернатор, – священник смущенно кашлянул. – Но это не в моих силах. И все же, коечто я вам скажу… Мне сообщили, что глава нашей церкви уже в пути. Думаю, что он сумеет с вами поладить. Всего доброго.

Экран погас. В комнате наступила тишина. Раздраженная Франкина пробормотала:

– Эти уокеры кого хочешь сведут с ума.

Джек задумчиво почесал затылок: интересно, какие такие археологические древности могли выкопать здесь миссионеры? На это стоило посмотреть…

Дверь в приемную отворилась, и Франкина, улыбнувшись, кивнула:

– Ага, вы здесь. Хорошо. Не так уж много контрактников имеют смелость называть вещи своими именами.

Шторм вздохнул:

– Наверное, это был не самый мудрый поступок в моей жизни.

Женщина с интересом посмотрела на Шторма:

– Оказывается, у тебя не только вид интеллигента – ты на самом деле культурный человек…

Джек кивнул и глянул в окно.

– Видите ли… я вольный наемник, а не контрактник, губернатор Франкина. Но я не настолько глуп, чтобы думать, что в контракте есть лазейки. Иначе я просто не забрался бы так далеко.

Она улыбнулась:

– Если ты вздумаешь мне угрожать, ты заберешься еще дальше.

– Я не угрожаю, – пожал плечами Джек. – Но в среде вольных наемников процветает дружба.

Франкина зажгла сигарету и, затянувшись, спросила:

– Наверное, ты совершил что-нибудь такое, о чем даже мы в нашем захолустье могли слышать?

Джек задумался:

– Например, я был в той группе, которая захватила спутник генерала Гилгенбуша.

Она взметнула брови:

– Ты меня удивил. Как тебя зовут?

– Джек. Джек Шторм.

Она рассеянно глянула на бумаги, лежащие на столе.

– И на какую работу тебя завербовали?

Джек улыбнулся:

– Подрывником. А потом я сам себя перевел в сварщики.

Она кивнула:

– Для человека с таким боевым опытом быть подрывником куда естественнее.

– Может быть, – вздохнул Шторм. – Но выжить – это естественнее, чем умереть.

– Хорошо. – Франкина сосредоточилась. – В таком случае, расскажи мне о своих врагах.

– О врагах? – Джек виновато моргнул. – Но, мадам, в таком случае вы окажетесь в одном забое со мной.

Франкина резко выпрямилась:

– Насколько я понимаю, ты совсем не собираешься оспаривать свой контракт. Так зачем же ты явился сюда?

Джек опять посмотрел в окно. Отсюда был виден почти весь Лазертаун.

– Я хотел посмотреть на лунную поверхность, – улыбнувшись, сказал он. Шторм давно сообразил, что во время тракианского налета сбежать будет довольнотаки легко, но об этом решил не говорить вслух.

– Посмотреть на поверхность? – Франкина нежно улыбнулась. – Ты умудрился нарушить контракт, а значит, будешь должником у компании. Должником за все – перевозку, питание, одежду. Да и беседы на Лааертауне не дешевы.

В комнате стало тихо. Кажется, Шторм попал в сети паука, к тому же эта леди-паук была очень ядовита. Наверное, он мог бы получить некоторую свободу, оставшись здесь, но и наблюдали бы за ним куда пристальнее… Джек улыбнулся:

– Ну что ж… спасибо за экскурсию!

Франкина была в нерешительности. Она посмотрела по сторонам, а потом сказала:

– Останься со мной! Обычно мне не приходится упрашивать… но… возможно, это из-за твоих глаз…

Чего-то такого Шторм и ожидал.

– А будет ли мне от этого польза?

Она грустно покачала головой:

– Скорее всего – нет. Я здесь в такой же ловушке, как и ты, и сама могу освободиться, только выполнив квоту, но у нас мало рабочих, а значит, я ее не могу выполнить.

Джек подумал:

– В таком случае… позволь мне взглянуть на свой контракт. Я хотел бы знать, кто меня нанял.

Она покачала головой:

– Да нет же, там этого нет.

Джек подошел совсем близко к Франкине. Он тронул ее за руку и тихо попросил:

– Пожалуйста, покажи мне контракт!

Франкина вздохнула и склонилась над клавиатурой. Ловкие, быстрые руки, такие же, как у Элибер. В эту минуту воспоминание об Элибер было совсем ни к чему, но оно пришло, и Джек уже никак не мог отогнать его.

На экране появился текст контракта. Ни об именах людей, значащихся в документе, ни о брокере, ни о лаборатории, которая погрузила его в холодный сон, Джек ничего не слышал. Короткая автобиография почти вся была сфабрикована, конечно, за исключением одного пункта, и пункт этот был немаловажен.

Он числился, как ветеран. Значит, это было делом рук Уинтона! Ведь только Уинтон мог знать, что Джек Шторм побывал на Песчаной Войне. Когда он отправлялся на Кэрон, в его документах не было таких сведений.

Джек отключил терминал. Он по-прежнему стоял совсем рядом с Франкиной, но Элибер… Элибер не выходила у него из головы.

Франкина язвительно улыбнулась:

– Это твой последний шанс! Шторм пожал плечами:

– В другой раз, – он опять посмотрел в окно. – А пейзаж Лазертауна стоил того, чтобы на него посмотреть.

Франкина вспыхнула:

– За эту экскурсию вам придется заплатить очень высокую цену, мистер Шторм. В следующий раз вы не будете выделывать таких фокусов и купите себе карту,

– она нажала на кнопку вызова, дверь открылась, и в нее вошли два ее помощника.

– Угостите мистера Шторма крапивными водорослями, – скривившись от отвращения, сказала она.

Его схватили за руки.

– В контракте не говорится о бесплатном питании, – хмыкнул Джек, когда охранники оторвали его от пола и потащили к выходу.

ГЛАВА 9

Элибер прислонилась к холодной гофрированной стене. Ей нужно было, чтобы ее не заметили. Стена была холодной, блестящей, на ней не было ни единого выступа, за который можно было бы спрятаться. О, пусть приборы инфракрасного видения не заметят ее! Она бы молилась, но она не умела молиться.

На лбу выступили холодные капельки пота. Слышать, как работают приборы, Элибер не могла, но каким-то шестым чувством внутри себя она ощущала их непрерывное гудение. Боже, пусть этот радар не заметит ее! Сейчас, именно сейчас она знает кое-что такое, что поможет ей добраться до Джека. Ей во что бы то ни стало надо было выжить и вырваться из этой западни.

Прошло несколько минут, но сирена так и не завыла. Элибер вздохнула. Если бы с ней не было бронескафандра, она давно бы выскользнула отсюда, но ее ждал Боуги, а вместе с Боуги те, которые непрестанно следили за ней. И все-таки она не хотела бы умереть здесь – на расстоянии многих звездных верст от родного Мальтена и все еще далеко от Джека Шторма.

Сколько времени ушло у нее на поиск? Наверное, больше месяца… Она подглядывала, подслушивала, шпионила, находила ключи доступа к секретной информации и наконец-таки обнаружила след Джека в списках контрактников, высланных на Лазертаун в основном на пожизненный срок.

Элибер опять прижалась к холодной металлической стене. Она не должна распускаться – только осторожность поможет выжить. Если ее обнаружат здесь – ее

сразу же убьют. Убьют за знание и за любовь, как всегда это бывает в человеческих мирах. Она совсем не преувеличивала опасность – ведь не зря же убили человека, который занимался отправлением контрактников на Лазертаун и погружением их в холодный сон!

Ну вот. Кажется, теперь инфракрасный сканер прекратил свою работу. Настало время действовать. Элнбер вздохнула и отделилась от стены.

* * *

Тяжело и трудно Шторм выплывал из забытья. Огонь, скопившийся внутри, рвался наружу и обжигал каждый его нерв. Он попытался приподнять голову и опять опустил ее на подушку. Шторму показалось, что у него сломана шея, и если он еще раз попробует подняться, его голова так и будет раскачиваться во все стороны – из вечности в вечность. По коже побежали мурашки. Джек приподнял руку и попытался на нее посмотреть. Странно… волдырей и порезов не было, а кожа горела – нестерпимо и как-то необычно. Джек шевельнул пальцами – нет, этим ему было явно рано заниматься – волна острой боли пробежала по всей руке, так, будто бы в нее воткнули сотни маленьких острых иголок. Он даже обрадовался, что на его руках только девять пальцев – значит, порция боли, приходящаяся на десятый, миновала его. Рука упала, и он услышал чей-то стон. Чей-то? Да нет, с огромным трудом он понял, что это был е/о собственный стон.

Боль в правой руке медленно откатила. Джек опустил глаза и еще раз посмотрел на руку. Следов пыток, действительно, не было, а кровь все стучала и билась в висках, и сердце работало с перебоями – то останавливаясь, как смертельно загнанный зверь, то опять, после небольшой передышки, начиная толкать густую и вязкую кровь. Он закрыл глаза и попытался вспомнить то, что с ним происходило. Так… из офиса его забрали в какую-то лабораторию, там – усадили в кресло, а вот дальше… дальше он ничего не помнил…

Чей-то знакомый голос прогремел прямо у него над ухом:

– В чем дело, приятель? Как я посмотрю, ты вылезаешь из небытия только для того, чтобы постонать! А они сказали нам, что ты проваляешься без сознания до утра. Могу поспорить, ты не отказался бы от кружки холодной воды! Она здорово гасит боль от крапивных водорослей!

Джек повернул голову и с усилием посмотрел на Сташа. Тот усмехнулся и присел к нему на кровать:

– Ну, так что, приятель? Что ты мне дашь за кружку воды?

Рот, и язык скрипели, как пенопласт. Он долго пропихивал звук через пересохшую гортань, а потом наконец-таки выдавил:

– Заткнись!

– Вы посмотрите на него! – Сташ с хохотом обратился к окружающим. – Нет, вы только посмотрите! – потом взял кружку, подошел к крану и налил воды.

Половину Шторм все-таки расплескает – слишком слаб он был и слишком уж сильно дрожали у него руки. И все-таки огонь, полыхающий внутри, немного успокоился.

– Ты знаешь, приятель. – Сташ опять присел к нему на кровать. – Они говорят, что боль учит. Эт


Содержание:
 0  вы читаете: Лазертаунский блюз : Чарльз Ингрид  1  ГЛАВА 1 : Чарльз Ингрид
 2  ГЛАВА 2 : Чарльз Ингрид  3  ГЛАВА 3 : Чарльз Ингрид
 4  ГЛАВА 4 : Чарльз Ингрид  5  ГЛАВА 5 : Чарльз Ингрид
 6  ГЛАВА 6 : Чарльз Ингрид  7  ГЛАВА 7 : Чарльз Ингрид
 8  ГЛАВА 8 : Чарльз Ингрид  9  ГЛАВА 9 : Чарльз Ингрид
 10  ГЛАВА 10 : Чарльз Ингрид  11  ГЛАВА 11 : Чарльз Ингрид
 12  ГЛАВА 12 : Чарльз Ингрид  13  ГЛАВА 13 : Чарльз Ингрид
 14  ГЛАВА 14 : Чарльз Ингрид  15  ГЛАВА 15 : Чарльз Ингрид
 16  ГЛАВА 16 : Чарльз Ингрид  17  ГЛАВА 17 : Чарльз Ингрид
 18  ГЛАВА 18 : Чарльз Ингрид  19  ГЛАВА 19 : Чарльз Ингрид
 20  ГЛАВА 20 : Чарльз Ингрид  21  ГЛАВА 21 : Чарльз Ингрид
 22  ГЛАВА 22 : Чарльз Ингрид    



 




sitemap