Фантастика : Космическая фантастика : 17 : Кен Като

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  6  12  18  24  30  36  42  48  54  60  66  72  78  84  90  96  102  108  114  120  126  132  137  138  139  144  150  156  162  168  174  180  186  192  198  204  205  206

вы читаете книгу




17

Когда они остались совсем одни, она бросилась ему на грудь, обнимая его, пытаясь снова воспламенить в себя присутствие духа, как будто угасшего в каком-то безвоздушном пространстве.

— О, Хайден-сан!

Он стоял неподвижно и никак не реагировал на ее слова.

— Мне не по себе. — Он покачал головой.

Она сказала:

— Ты не должен позволять моему мужу запугивать себя.

Он снова покачал головой, как будто избавляясь от кошмарного сна.

— Ясуко, он так страстно желает вас. Что же мы делаем? Это безумие. Я просто не знаю что и…

Внезапно в ее голосе послышалось отчаяние.

— Ты же знаешь, что он имел в виду. Ты ведь видел чего он добивался?

— Да… он все время старался опозорить нас.

— Опозорить тебя, Хайден-сан. Он знает, что просто не в состоянии сказать или сделать что-либо могущее задеть меня.

— Мне нечего стыдиться, — сказал он.

Она снова долго смотрела на него, уязвленная его словами.

— Очень уж быстро ты сказал это, Хайден-сан. Слишком горячо и слишком резко. Как будто считаешь, что я повинна в каком-то преступлении. Я люблю тебя, Хайден-сан. И знаю, что ты любишь меня. Мы те, кто мы есть. И должны жить сегодняшним днем. Остальное просто не имеет значения!

Он ничего не ответил, чувствуя себя под ее взглядом совершенно прозрачным, и в то же время ощущая гнет слов Синго. Ее большие темные глаза были устремлены на него. Они казались ему бездонными заводями, в глубинах которых не таилось никакой угрозы. Ему захотелось заговорить. Открыться ей. Стряхнуть с себя наваждение и вместе с ней смотреть на ласточек и больших летучих мышей в наступающих сумерках порхающих над растущими внизу деревьями.

Она села.

— Однажды ты сказал мне, что чувствуешь себя настоящей нексусной крысой, у которой нет ни родины, ни семьи.

— Это действительно так, Ясуко-сан. Только отец. И теперь, когда между нами вспыхнула вражда, я остался совершенно один.

— Разве у тебя нет матери?

— Мать умерла много лет назад, — ответил он. Заметив в ее глазах выражение сочувствия, он внутренне даже улыбнулся от внезапно пронзившего его чувства любви к ней. Ясуко-сан — та, какая она сейчас, и я такой, какой я сейчас. Это справедливо, поскольку, что прошло, то ушло навсегда и его уже не вернешь. Почему же не довериться своим инстинктам. Доверяй Ясуко-сан так, как ты еще никогда в жизни никому не решался доверять.

— Мою мать звали Реба, — медленно сказал он. — Когда они познакомились с отцом, она была еще очень молода, но уже обещана в жены другому. Но видимо от моего отца было нелегко отделаться. Они познакомились и полюбили друг друга в доме моего деда в Линкольне и это перечеркнуло все планы ее семьи.

— Браки самураев всегда устраиваются заранее. Разве ее отец не переговорил сначала с отцом твоего отца?

— Они вообще никогда не встречались. Отцом моей матери был Конрой Лаббэк, в то время самый влиятельный в Американо политический деятель, не считая самой Алисы Кэн. А отца моего отца к тому времени уже не был в живых. Он погиб в борьбе с угнетателями во времена правления Люсии Хенри. Его казнили. Когда это произошло, мой отец был еще мальчишкой.

— О! — Она сказала это очень значительно. — Так вот почему у твоего отца такой сильный талант.

Он улыбнулся.

— Может быть!

— А мать твоего отца?

— Женщина с необузданным характером, которая была политическим союзником своего мужа. В ее жилах текла кровь индейцев-могавков и она была родственницей… — он сделал паузу, — …жены Джоса Хавкена, основателя «Хавкен Инкорпорейтед».

— Вот как! Значит после казни деда семья твоего отца осталась без кормильца?

— Да в семье осталось только двое мужчин — мой отец и его брат, Дюваль. Они были очень близки.

— Они что же — убежали?

Он удивленно посмотрел на нее и тогда она поспешно принялась объяснять, что имела в виду.

— Я хотела сказать, что твой дед был… как бы это сказать?.. обесчещен. В Ямато по обычаю, кэмпэй убивает всех родственников мятежного даймё, поэтому дальнейших проблем не возникает. — Она налила себе немного чая, который оставил Канехару. — Твоему отцу, надеюсь, не пришлось попрошайничать? Ведь он был еще слишком молод, чтобы совершить джунси.

Он знал, что это слово означало специфическую форму массового самоубийства членов семьи после смерти ее главы. Ужасный ритуал был довольно частым явлением в Ямато, когда убитые горем родственники и слуги больше не хотели жить и требовали права не переживать своего господина.

— Невозможно совершить джунси на холодной глине кладбища на Либерти, Ясуко-сан. Нет, у нас нет такого обычая. — Он помолчал, как будто слова Ясуко немного выбили его из колеи. — Да и в любом случае, эти мои родственники не являлись членами семьи даймё, не были аристократами. Это случилось еще до прихода к власти Алисы Кэн, когда Американо управлялся шайкой гангстеров. Родственники моего отца были самыми обычными людьми, решившими, что они не могут мириться с ренегатским правительством. Они поднялись, чтобы принять участие в борьбе и попали под перекрестный огонь.

— И что было дальше с твоим отцом?

— Билли Хавкен был на несколько лет старше Джоса и к тому времени братья уже начали заниматься нексус-торговлей в Зоне. Они взяли с собой и моего отца. Он трудился на них не покладая рук. Со временем стал астрогатором, а затем и капитаном.

— Он — великий талант. Легендарный.

— Говорят, что это у нас семейное. — Он вздохнул. — Хотя в себе я особого таланта не замечаю.

— Как знать, Хайден-сан. Вполне возможно, история твоей жизни, окажется еще более захватывающей. У нас считается, что талант в основном является следствием душевной травмы перенесенной в детском или подростковом возрасте, — сказала она. — Большинство наших астрогаторов — это люди высокого ранга. При дворе сёгуна, да и при дворах практически всех даймё Ямато получить в детстве психологическую травму проще простого. Когда у господина двадцать, пятьдесят, а то и сто наложниц, дети очень часто ссорятся из зависти друг к другу, а самурай становится мужчиной в возрасте всего тринадцати лет — как раз когда человек обычно бывает наиболее жесток. — Она склонила голову и с любопытством спросила: — А что стало с твоей матерью, когда она отказалась выйти замуж за человека, избранного ей в мужья отцом?

— Она и не отказывалась. Она вышла замуж за Курта Райнера, человека, которому предстояло унаследовать корпорацию «Халид». Но в это время она уже была беременна мной.

— О!

— Райнер был очень капризным и неуравновешенным человеком. Мать рассказывала, что они с отцом даже подрались на ножах в тот же вечер, когда она с ним познакомилась. Прямо в разгар вечеринки на глазах у кучи приглашенных политиков в самом центре Линкольна! Только представь!

Он рассмеялся и тихонько присвистнул.

— В конце концов Райнер оставил ее. Она растила меня одна, считая, что отец мертв. Притом имей в виду, что ситуация была вовсе не из тех, которые могли бы понравиться людям, заправлявшим тогда в Линкольне. Мой дедушка был высокопоставленным чиновником, но в то же время постоянно подвергался и огромной политической опасности. Его мог погубить любой скандал.

— Но твой отец все же был изгнан?

— Что-то вроде того. Он отправился торговать в Зону, а заодно и на поиски своего брата. Вернулся отец когда мне было уже пять лет. Я даже помню как в один прекрасный день к нам в дом пришел громадный человек и подарил мне плюшевого медведя.

Она улыбнулась.

— Сильное же он произвел на тебя впечатление.

— Он на всех производит сильное впечатление. И зачастую во многих отношениях. Наверное это одно из самых ранних моих воспоминаний. Отец тогда еще был молод и каперствовал в Зоне.

— Героем?

— Нет, пиратом, захватывающим принадлежавший Ямато ауриум, вот как скорее всего назовут его ваши официальные историки. И о чем скорее всего не будет упомянуто в их хрониках, так это о том, что именно мой дядя Дюваль был человеком, ответственным за создание сингулярного оружия для Ямато. Даже отец редко говорит об этом и из него трудно выжать хоть слово на эту тему.

— Неудивительно, Хайден-сан.

— Знаю только, что мой дядя вернулся в Американо почти сразу после провала вторжения. С собой он привез жену — уроженку Ямато, и вел очень замкнутый образ жизни. Типичный кабинетный ученый. Я не видел его годами. Как впрочем и своего двоюродного брата Кенити.

Она восторженно захлопала в ладоши.

— Вот так и должно быть между нашими секторами! Так значит твоя тетка тоже отправилась в Американо? Должно быть она была очень отважной женщиной, если решилась на такую жизнь.

— О, она очень мужественная женщина, во всех отношениях. Ее отец был из клана Хасегава. Они жили на Садо — мире, где добывали ауриум, и который находил столь привлекательным мой отец.

— Многие умерли за ауриум, — с горечью заметила она, сверкнув глазами. — Он слишком важен.

Он рассмеялся.

— Это всегда так было. Именно стратегические материалы, ресурсы и «интересы» лежат в основе всех войн. И чем их меньше, тем более грязные войны ведутся за обладание ими. Вот поэтому я и смеюсь, слыша как ваши доблестные самураи что-то такое плетут про честь воина и ничтожность торговцев. Ваши правители угнетают людей для того, чтобы удержаться у власти, но правление самураев явление вовсе не божественного происхождения. В один прекрасный день люди поймут, что подобное государственное устройство несправедливо. Люди — все люди — обладают определенными правами от природы, правами, так сказать… — он несколько мгновений подыскивал подходящее слово, — «неотъемлемыми».

Она слушала его молча и, казалось, была не вполне уверена, можно ли верить такому странному набору идей. Он даже испугался, что наговорил слишком много, поскольку она вдруг сказала:

— Наверное нас с детства приучили верить совсем в разные вещи.

— Только в пси.

— Да. Только в пси и ни во что больше.

Хайден Стрейкер задумался и внезапно его поразило, как малы были шансы, что он вообще появится на свет. Он родился в результате столь маловероятного стечения обстоятельств, что было просто непонятно, как это вообще могло произойти.

— Да, — задумчиво протянул он. — Совершенно непостижимо.

Она улыбнулась.

— Твой отец человек очень пылкий. Скорее всего он женился по любви.

— Да, в этом сомневаться не приходится. Он очень любил мою мать.

— Он великий человек, под внешней грубостью которого скрывается несомненное очарование. Я часто вижу его проявления в тебе.

— Боже упаси!

— Не стоит так презирать его! Родителей следует чтить — так учит даже и ваша христианская вера.

Он поджал губы и его брови сошлись на переносице.

— Отец верит только в торговлю, нексус-корабли, прибыль и накопление капитала… Лично же меня из этого списка ничто не привлекает.

— Однажды ты говорил моему мужу совсем другое, — сказала она, встретившись с ним глазами. — Ты сказал, что нет на свете ничего важнее торговли. Так как же ты считаешь на самом деле?

Он вздохнул, не зная что ей ответить и уже не уверенный ни в чем.

— Тогда, с Сиго-саном, я говорил как сын своего отца. А сейчас я говорю исключительно от своего имени. Нежели это непонятно, Ясуко-сан? Нексус-корабли для меня ничего не значат. Мне наплевать на торговлю, прибыли и накопительство. Я мечтаю совсем о другом.

— Ты должен рассказать мне о своих мечтах.

— Я мечтаю о возвращении на Либерти. В Линкольн. Как Киото является имперской столицей Ямато, так и Линкольн — это главный город Американо. — Он возбужденно выпрямился, и даже начал оживленно жестикулировать, пытаясь подробнее описать ей то, о чем говорит. — Это средоточие множества огромных зданий и… утонченной культуры… место где пишутся книги и процветает архитектура. Там полным-полно художников, музыкантов и самых разных мыслителей. Ты когда-нибудь слышала о гигантском пси-исследовательском учреждении, которое называется РИСК? Или о Музее Освоенного Космоса? — Она отрицательно покачала головой, удивленная внезапно охватившим его возбуждением. — О, сколько там чудес! Храмы науки, где тысячи самые блестящие умов изучают Вселенную и исследуют ее природу. В Линкольне есть институты, куда может зайти и серьезно обсудить интересующую его проблему с крупным ученым буквально каждый. Там можно встречаться и беседовать с приезжими философами из других открытых секторов. Я очень хочу отправиться туда.

— Столько возможностей и всего в каких-то пятидесяти парсеках отсюда.

— Да.

Он сказал это негромко и как будто немного стыдясь. Она видела: он полностью захвачен своей мечтой о Либерти, мире который он едва помнил, и знала, что в эту свою мечту — Линкольн — ему скорее всего так никогда и не попасть. Не заметив мелькнувшей на ее лице мягкой улыбки, он вздохнул.

— Путешествие длиной в пятьдесят парсеков.

— Для такого путешествия тебе потребуется нексус-корабль — и куча денег.

Он поднял глаза и честно ответил:

— Да.

— Дорого.

— Очень.

— Выходит, твой отец не так уж не прав в своем стремлении к богатству.

Он потер подбородок, раздраженный тем, как она обратила против него его же собственные слова.

— Нет, ты не понимаешь. Просто моего отца кроме денег не интересует ничто. Он не понимает, что это всего лишь средство к достижению цели. Ты же видела его. Знаешь как он себя ведет. И во что верит.

— Он сильный человек. А во что верить — его личное дело.

В этот момент они услышали плач. Ясуко насторожилась. К ним спотыкаясь бежала молоденькая девушка, всхлипывая и выкрикивая ее имя.

Он сразу узнал одну из личных служанок Ясуко.

— Сукеко! — воскликнула она и мгновенно бросилась девушке навстречу.

Девушка была то ли не в себе, то ли в совершеннейшем отчаянии. С искаженным заплаканным лицом и руками перепачканными в крови, которой они поначалу не заметили поскольку на ней была красно-белая одежда. Когда она наконец припала к груди Ясуко, то запачкала кровью и ее кимоно.

— Что случилось? — спросила Ясуко, обнимая ее и вытирая ей лицо. — Рассказывай! В чем дело?

— Нисо-сан! Нисо-сан! — снова зарыдала она, с трудом выдавливая из себя слова. — Ее убили!

— Что?

Сукеко снова разрыдалась.

Хайден Стрейкер с тревогой переводил взгляд с одной на другую.

— Чем она так расстроена? Я могу чем-нибудь помочь? — спросил он.

Ясуко взглянула на него.

— Это из-за моей другой служанки — Нисо-сан. Она ранена. Я должна немедленно увидеться с ней. Оставайтесь здесь, Хайден-сан. Здесь вы ничем помочь не сможете.

С этими словами она бросилась прочь и вскоре тень огромных кленов скрыла ее из вида.



Содержание:
 0  Звездные самураи : Кен Като  1  ЧАСТЬ I НЕЙТРАЛЬНАЯ ЗОНА : Кен Като
 6  1 : Кен Като  12  7 : Кен Като
 18  11 : Кен Като  24  17 : Кен Като
 30  23 : Кен Като  36  29 : Кен Като
 42  ОСВОЕННЫЙ КОСМОС : Кен Като  48  3 : Кен Като
 54  9 : Кен Като  60  4 : Кен Като
 66  10 : Кен Като  72  15 : Кен Като
 78  21 : Кен Като  84  27 : Кен Като
 90  33 : Кен Като  96  14 : Кен Като
 102  20 : Кен Като  108  26 : Кен Като
 114  32 : Кен Като  120  КНИГА 1 : Кен Като
 126  7 : Кен Като  132  13 : Кен Като
 137  16 : Кен Като  138  вы читаете: 17 : Кен Като
 139  18 : Кен Като  144  23 : Кен Като
 150  2 : Кен Като  156  5 : Кен Като
 162  11 : Кен Като  168  5 : Кен Като
 174  11 : Кен Като  180  16 : Кен Като
 186  22 : Кен Като  192  продолжение 192
 198  19 : Кен Като  204  25 : Кен Като
 205  26 : Кен Като  206  27 : Кен Като



 




sitemap