Фантастика : Космическая фантастика : Глава 11. Социальное неравенство : Сергей Кусков

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32

вы читаете книгу




Глава 11. Социальное неравенство

С доном Алехандро я так и не поговорил, никакой стратегии не выработал.

Я не знал, что делать и за что браться; все валилось из рук, ничего не придумывалось. Ситуация сложилась следующая: директор — мудак, который покроет Толстого, что бы тот ни выкинул. Уж если он Рамоса после всего не выкинул…

Откроюсь: я сильно подозревал, что меня выкинут вместе с Рамосом, за компанию. Но в столовой у меня не было иного выхода, кроме как сделать то, что сделал. Это был вопрос чести, престижа… Самоуважения, наконец! Как я буду смотреть в глаза Бэль в субботу, зная, что я дерьмо? Ни одна школа не стоит этого! Поэтому результат вчерашней баталии меня немного озадачил, но в то же время обрадовал — я продолжаю учиться, у меня есть небольшая отсрочка.

Так вот, к ситуации. Директор с удовольствием вышвырнет меня, наплевав на правила и уставы, и даже на сеньору министра. Конечно, где я и где она: мне не достучаться до нее, и он прекрасно об этом знает, блеф не сработает. Все мои планы относительно Толстого, администрации, подстав, департаментов и прочего накрылись медным тазом (есть такая идиома в русском языке). Техническая часть, кроме моего навигатора (но то отдельная песня), не работает, как преодолеть глушилки и не запеленговаться — ребята так и не придумали. С виртуалом тоже имелись проблемы — быстро такие вещи не делаются, либо наоборот, делаются очень быстро и молниеносно, но для того надо обладать просто термоядерной сенсацией. Таковой пока не было, и я молился, чтоб не было подольше. С журналистами тоже пока не густо — лишь через десятые руки знакомая знакомого Хуана Карлоса, вечно занятая девочка, уделит нам время в воскресенье. То есть, мы встретимся в воскресенье, только тогда выясним, поможет она или нет, и лишь затем начнем разрабатывать план. Ключевое слово «начнем».

Тем временем банда Толстого рвет и мечет. Вчера встретить меня они не пытались, были растеряны, но что им мешает сделать это сегодня? Или не так: что им мешает найти меня в районе после занятий? Вечером, после тренировки? Перед школой? Это беспредельщики, они жаждут моей крови и мне нечего им противопоставить.

Короче, дело — труба. Ко всему еще и дон Алехандро уехал, так сказали в учебной части, куда я подошел перед занятиями.

Во дворе, перед фонтаном, меня встретили трое во главе с Кампосом. Я решил не уклоняться от разговора и подошел вплотную, внутренне готовясь ко всему. Но нет, на сей раз они решили просто поговорить.

— Хуанито, дружище, разговор есть!

— Слушаю. — Я был весь во внимании.

— Мы все прекрасно знаем, что ты вчера натворил.

Я кивнул.

— Так вот, сегодня ты забираешь документы и чешешь. И больше здесь до конца жизни не появляешься. Это ультиматум, даем времени тебе до пятой пары. Если после нее ты все еще будешь числиться здесь, ты об этом пожалеешь.

Кампос был серьезен, как никогда. И он не шутил, не блефовал — больше чем уверен, он уже подготовил мне веселую вечернюю программу. Но то, что он говорил не вязалось с его имиджем, с его поведением до. Кампос не Иисус, чтобы что-то прощать.

— Откуда такая тактичность? С чего бы это ты меня отпускал, вот так, не отомстив?

Его лицо исказилось в гримасе. Ему не хотелось говорить, он попытался уйти от ответа:

— Я добрый. И справедливый. И не хочу лишней крови. Ты уйдешь, все забудут о случившемся инциденте, и все будут счастливы. Ты — что остался жив, мы — что не будем лицезреть здесь твой фенотип.

— Бенито, может ты еще и вторую щеку подставишь?

— А?

Ясно, библию он не читал.

— Не похоже на тебя. Где гарантии?

— Мое слово в присутствии пацанов. — «Пацаны» кивнули, как бы подтверждая этим незыблемость слова предводителя. Мне захотелось рассмеяться, но сдержался.

— Мое слово твердо. Если ты уйдешь отсюда с документами — ты уйдешь отсюда. Если решишь продолжать колотить свои бессмысленные понты… Ты отсюда не уйдешь. Я ясно выражаюсь?

Я кивнул.

— И не вздумай пытаться сбежать. Я найду тебя везде, где угодно. Это будет делом принципа.

«Пацаны» вновь кивнули, подтверждая, что да, так и есть.

— Бенито, за убийство посадят даже тебя!

— Кто говорил об убийстве? Есть много способов отравить всю дальнейшую жизнь человека. Кстати, на камеры не надейся, они не спасут тебя. Я закопаю тебя прямо под ними. Хочешь на спор?

— Да нет, верю! — я вспомнил последний разговор с Витковским. Да, не помогут. — И все же, Бенито, откуда столько благородства?

Тот вновь замялся, но все же выдал:

— Я пообещал одному человеку, что не трону тебя. Дам тебе шанс. Если ты им воспользуешься — живи, если нет… — он лаконично развел руками. — Но мне кажется, ты им не воспользуешься.

Это было утверждение. Выдав его, несвятая троица развернулась и пошла на занятия. Я долго еще стоял, обняв горгулью рукой, и пошел следом лишь услышав предзвонок. Mierda, как все достало!


— Николь, иди сюда!

Я нашел ее в одной из оранжерей и поманил пальцем. Она подошла, виновато опустив голову.

— Рассказывай.

— Что рассказывать?

Судя по залившей лицо краске и наворачивающихся слезах, я прав.

— Об излишнем благородстве Толстого.

— Я пойду…

Я схватил ее за руку, притянул к себе и поднял подбородок. Она опустила глаза, стараясь не встречаться взглядом.

— А как же все это? Наше «сопротивление»? Наши уговоры?

— Они убьют тебя… — она заплакала. — Я буду с ним встречаться, а ты уходи.

— Почему, Николь! — закричал я на всю оранжерею.

— Я не хочу, чтобы тебя убили! Мне пора…

Она высвободилась и убежала.

— Не трогай ее. Она хочет как лучше. — Мне на плечо легла рука. Я обернулся. Оба мои соратника по не сложившемуся «сопротивлению».

— Вы тоже считаете, что мне надо валить?

Они покачали головой.

— Получается, все напрасно?

— Так будет лучше.

Я развернулся и молча пошел прочь. Они свой выбор сделали.

* * *

Хуан Карлос отмалчивался, делал вид, что занят. Правильно, что он может сказать? Чтобы я валил, для меня так будет лучше? Так я пошлю его, и он это знает! Лучше молчать. Единственный человек, порадовавший в тот день, была девушка, последняя оставшаяся «сопротивленка». Нашла меня после четвертой пары, ждала в коридоре. Когда я подошел, схватила за рукав, и оглянувшись, куда-то потянула.

— Их здесь нет. Они всегда, когда устраивают пакость, на занятия не ходят, — успокоил я, но она все равно вытянула меня в пустой коридор.

— Я понимаю, глупо спрашивать, что ты решил?

Я согласился.

— Глупо.

— Николь дура. Прости ее.

Я недоуменно пожал плечами.

— Мне не за что ее прощать.

— Ты ей нравишься, и она решила тебя таким образом спасти.

— Я понял.

К чему этот разговор? Николь строит из себя мученицу, идущую на страдания ради дела добра? Я ее об этом не просил, скорее наоборот. Это ее проблемы, и только ее.

Моя спутница, к сожалению, не запомнил тогда ее имени, не стала развивать тему, а вытащила капсулу и развернула в планшет. Большой планшет. На нем была изображена подробная схема школы.

— Вот смотри… — я внимательно вгляделся. Нихрена себе! Вот это работа!

Девушка же принялась подробно объяснять, что здесь начеркано и как обозначено.

— Вот это вестибюль, вот фонтан. Здесь их человек пятнадцать. Наших, в смысле обучающихся у нас, чуть больше половины, остальные, судя по роже — конкретные урки.

— Откуда ты знаешь? — удивился я.

— Была там. Только что. Дальше, смотри сюда, это минус первый этаж. Вот выход со столовой. Тут припаркованы три машины, внутри сидит не меньше десятка-полутора бойцов. Тоже урки. — Она сменила лист. — Это первый этаж. Вот выходы номер три, четыре и пять. Между ними большое расстояние, но там их тьма тьмущая, человек пятьдесят. Примерно три десятка растянуты в цепочку, вот так — она указала как. — Остальные вот здесь, три машины, сзади. Даже если выскользнешь отсюда, перехватят вот тут.

Я кивнул.

— Там ты тоже была?

— Да.

— А что охрана? А гвардия?

— Ничего. Их там нет. Да и что они сделают? Ну, стоит народ, пиво пьет. А что морды уркские…

— А ты откуда знаешь, уркские или не уркские? — усмехнулся я.

— Здравствуй, Хуанито! — она картинно развела руками. — Я из верхнего Боливареса!

Я хмыкнул. Да уж, везет мне на девчонок из трущоб!

— Вот тут еще один выход должен быть. — Она ткнула в следующий лист. — Я проверяла, он закрыт. Но с той стороны все равно стоит еще машина, пять-семь человек. Плюс те, которые здесь, в резерве, от них это близко, доедут минуты за две.

— Ты и там побывала? — я покачал головой, ошарашенный масштабами проделанной работы. — Когда ты все успела?

Она довольно улыбнулась.

— Пары прогуляла. А еще я девочка, они на меня не обращали внимания, мне проще.

Логично.

— В общем, школу охраняет более семидесяти человек. Сбежать тебе не дадут. Почти все они, кроме тех, что в холле — не наши, дружки Кампоса с районов или сочувствующие.

— Наверное, вчера весь вечер такую блудню собирал! — предположил я. Она скептически скривилась.

— Ты забываешь кто его папочка, вряд ли. Один звонок Виктора Кампоса — и такую «блудню» можно собрать за пять минут.

— Думаешь, без Кампоса-старшего не обошлось?

Она задумчиво покачала головой.

— Думаю, нет. Смотри, школьная охрана пропустила в холл посторонних, раз. Скопление нескольких десятков агрессивных молодых людей… Незаконопослушной внешности рядом с одной из престижных школ, и нулевая реакция на это гвардии, два. Достаточно? Но хочу обрадовать, это хорошая новость.

— ???

— Убивать тебя не будут. Но тут же и плохая — ты ничего потом не докажешь, все спишут на каких-нибудь левых хулиганов, которых «не найдут».

— Это точно! — я тяжело вздохнул.

— Поэтому единственный твой шанс — это холл. Смотри, они как будто приглашают тебя туда. Вот и воспользуйся приглашением!

— Считаешь, у меня есть шансы? — я поднял на нее вопросительный взгляд.

— Считаю, есть. — Она замялась. — Если у кого-то в этой школе есть шансы, то только у тебя. На, держи.

— Что это?

Девушка вытащила из сумочки квадратный черный предмет и протянула мне.

— Шокер. Смотри, не домашний, боевой. Такие носят гвардия и частная охрана. Он мощный, хоть и маленький.

— Спасибо!.. — я озадаченно почесал макушку.

— Вот еще. — Она протянула кастет — первое оружие любой банды из трущоб. Судя по вмятинам, побывал не в одном сражении.

— Откуда это всё? — опешил я.

— У брата позаимствовала. Это еще не все. На.

От вида следующего предмета я мне стало плохо.

— Ты смогла протащить в школу ЭТО?

Девушка скромно кивнула.

— Она не боевая, световая. На ближней дистанции ослепляет так, что охренеешь, береги глаза.

— Угу. — Я кивнул, все еще не в состоянии выдать ничего членораздельного. — Это тоже у брата?

— Нет, это у своего парня попросила.

— А кто он?

— Он… Он в бригаде.

Все ясно. Мне повезло, что я живу в спокойном районе и далек от ее мира — это единственный вывод, который напрашивался.

— Слушай, ты извини… — Мне было очень неловко, но не спросить нельзя. — …Я забыл твое имя.

Она рассмеялась.

— Селеста.

— Спасибо, Селеста. Я тебя… Никогда не забуду!

— Да не за что… — она засмущалась и покраснела.

— Я сделаю тебя губернатором какой-нибудь важной провинции. У тебя сумасшедшая хватка!

— Хуанито, сейчас не время шутить.

— Да? А что тогда делать?


Я отпросился с пятой пары минут за двадцать до окончания. Учитель долго вглядывался в меня, оценивал, но кивнул. Я вышел.

Драка все равно случится, но провести ее я хотел без зрителей. План, порядок действий, что делать и за чем, появился. Если сделаю без ошибок, и если повезет, то шансы выжить есть. Интересный, конечно, термин, «если повезет», но в данном случае без везения их нет вообще. И я верил в везение: в жизни случается всё — встреча с Бэль этому подтверждение. Блин, теория дона Алехандро работает!

Поднялся на первый этаж. Здесь меня ждал сюрприз.

— Привет. Мы с тобой.

Оба соратника стояли в коридоре и ждали. Возле одного из них стояла пластиковая доска, возле второго — металлическая труба.

— Туалет разорили? — усмехнулся я, кивая на инвентарь.

— С них не убудет! — ответил один.

На минус втором уже третий день ремонтировали туалет. Что-то там с воздуховодом не то, где-то что-то забилось, и рабочие не могут выяснить, где. Трубы и доски валялись возле него грудой, всяких разных размеров и диаметров.

— Вы в курсе, что меня там ждут, и что их много?

Они кивнули.

— Один ты не справишься.

— Ребят, вы меня извините, но вы понимаете, что шансов у нас нет? И что им нужен я один?

— Что ты предлагаешь, сидеть и дрожать? — вспыхнул один из них, который спец по виртуалу. — Хватит, насиделись!

— Блин, да они убьют вас, идиоты! Или отобьют чего-нибудь! Просто за компанию! Будете потом всю жизнь локти кусать, какие дураки были!

— Да пошел ты! — вспыхнул второй.

…И я понял, что они не уйдут. А еще, что я за них теперь отвечаю.

— Идите сюда, — я поманил их. Присели. Коротко изложил свой план.

— Только когда меня положат и обездвижат, только тогда. Иначе у нас не будет шансов вообще. Ни минутой раньше!

— А зачем вся эта свистопляска? — не понял первый. Я хмыкнул.

— Когда меня скрутят, они расслабятся. А если расслабятся, вам будет проще. Ваша задача сделать так, чтобы меня выпустили: делайте что хотите, как хотите, хоть убивайте, но шанс мне дайте. Орите, не знаю, придумайте что-нибудь!

Они задумчиво закивали.

— Затем я использую вот это. — Я показал им гранату. — Когда крикну: «Ложись», сразу отворачиваетесь и зажмуриваетесь, как можно крепче.

Вновь кивок.

— А потом? Для чего это все? — кивнул второй на гранату, но имел в виду бой вообще.

— Шанс у нас есть только один: убить Толстого.

Молчание.

— Убить? — нарушил первый из парней, оба побледнели.

— Да. А что в этом такого?

— Ну…

— Поднимется шумиха. Такая шумиха… Вся планета забегает! Может хоть тогда кто-то что-то сделает, начнет наводить порядок?

Они мою надежду не разделяли.

— А без этого никак? — страдальчески переспросил второй.

— Если не хочешь — я тебя не держу. — Я указал на коридор за их спинами.

— Не, я понял. Но Виктор Кампос, он же будет мстить. Он найдет тебя и убьет, убьет страшно!

Я нехорошо усмехнулся.

— Ребят, меня сейчас будут делать инвалидом. Или отобьют чего-нибудь, или — ту-ту — оставят идиотом. — Я покрутил у виска ладонью. — Буду всю жизнь улыбаться. Ну, нет у меня выбора, ребят, нету! Так и так — смерть! Причем, инвалидом быть — хуже смерти!

Я заберу его сына с собой, это единственное, что могу сделать. Может хоть тогда эти сеньоры поймут, что им не все позволено в этом мире? Что они тоже могут нести потери? А где-то в другой школе кто-нибудь посмотрит на это, и тоже кого-нибудь грохнет от безысходности…

Я помолчал.

— А иначе — сдохнуть без боя, словно бык на заклании.

Они поняли.

— Спасибо, ребят! — я пожал им руки и с благодарностью обнял. — Я пошел.

* * *

Проходя мимо, внимательно посмотрел на охранников. Они не могут не знать, что школа оцеплена урками, да и по словам Селесты, кто-то пропустил часть из них внутрь. Кто, кроме них?

Отвернулись. Стыдно!

Хотел спросить, как же так, а работа, мужики? А долг? Но передумал. Глаза я их увидел, все остальное — сотрясание воздуха. Они не вмешаются.

Перед самым выходом в вестибюль задержался — надо было подготовиться и кое-что сделать. Тут же пришла в голову идея, точнее старая русская идиома: «Помирать, так с музыкой».

Откуда знаю столько идиом? Словарь в виртуале скачал, много лет назад. Тогда меня это прикалывало — быть не таким, как все. «Русским». Хреновый я русский! Да и поляк никакой, если честно, подростковая дурь то была, но прочитанное зацепилось крепко.

Итак, об идиомах. Музыка мне как раз не помешает, а вот противников моих собьет с толку. Я развернул на голографический козырек и вызвал меню. Выбрал песню — нечто ритмичное и тяжелое, со странным названием «Numb». Имя группы, «Linkin Park» не ассоциировалось ни с чем — нет такого парка в Северной Америке, но то не важно. Просто это единственная вещь подобного тяжелого формата из коллекции моей маленькой аристократки, под которую хорошо махать кулаками. Теперь найти динамики.

Поиск динамиков занял полминуты. Странно, вручную их не нашел. Автопоиск?

Есть. Блин, «452 устройства готовы к приему информации». А, пропади оно все пропадом, «Выбрать все», пусть вся школа потанцует! Звонок через несколько минут, погоды это не сделает.

Уже открывая дверь, наткнулся глазами на маа-ааленькую кнопочку внизу, которую до этого не замечал за ненадобностью. Буквы «SOS» на красном фоне. А вот это то, что надо!

Нажал ее. Затем толкнул дверь и под термоядерное вступление группы вышел в главный вестибюль.


Их было человек пятнадцать, как и сказала Селеста. Чужаков из них всего четверо, но не профессиональные урки, бойцы, а обычные пацаны, просто не с нашей школы — дружки Кампоса. Урки, значит, только в оцеплении, а здесь — идейные. Ну что ж, тем лучше. Козырек я расправил, как делают бойцы спецподразделений в фильмах и новостях — действительно, так лучше видно — и вывел на верхний ярус пять видеовыходов (больше с непривычки чревато, не услежу) — контролировать пространство вокруг — уже пятьдесят процентов победы.

Они кинулись ко мне, но поскольку звонка не было и меня не ждали, стройной сметающей лавовой атаки не получилось. Чем я незамедлительно воспользовался.

Первый налетел весь такой радостный, счастливый. Присест, динамический блок, касание шокером, толчок в сторону. Готов. Второго я поймал на ту же удочку, но провозился с ним непозволительно долго — пришлось защищаться, а потом контратаковать. Но не ожидавший подлости противник позволил прикоснуться к голому телу. Два.

Третий и четвертый уже остановились и поняли, что дело не чисто, причем одновременно, и одновременно начали меня теснить. Я, не мудрствуя лукаво, прыгнул на одного из них. В иной ситуации этой атакой многого бы не добился, но мне нужен был всего один удар — один единственный. Даже не удар, касание — и я его нанес. Его напарник прыгнул мне на спину, повалил, но перевернуться и полоснуть его по щеке оказалось не так сложно. Четыре.

— У этой мрази шокер! — раздалось на весь двор.

Я вскочил и атаковал, размахивая прибором. Остальные противники очнулись, сообразили о внеплановой угрозе, и не вступая в контакт, резво отпрыгивали от меня назад. Один оказался недостаточно ловок, я подался вперед и в прыжке достал его. Пять. Но это оказалась последняя победа — во время следующей атаки шокер выбили из рук.

Блицкриг закончен. Его итоги внушали — пятеро поверженных противников, почти треть от общего числа. Но оставались еще две трети — достаточно для одного меня. И я сделал глупость — ринулся в атаку, не имея никаких козырей.

Следующий раунд закончился достаточно быстро. Я старался, кого-то даже послал в нокдаун, все же находился на пике формы, но против десятка человек этого недостаточно. Меня скрутили и дали под дых:

— Ах ты, падла!..


Сержант Кастилио Карвальо, дежурный диспетчер управления гвардии по двадцать третьему округу, собирался позвать напарника, чтобы выпить кофе и передохнуть. Пока в районе тихо. С утра две кражи, опера ими уже занимаются, да разок пришлось наряд вызывать, бомжей от тепловых люков отогнать.

— Луис!

Луис, широкоплечий негр, ветеран-десантник Северо-Африканского конфликта, показался из комнаты релаксации.

— Подмени минут на десять?

Луис вздохнул и направился к пульту. Кастилио собирался уже вставать, как вдруг раздался противный высокий звук тревоги, а на карте района замерцал красный огонек. Mierda, попил кофейку!

Пальцы сержанта забегали по виртуальным кнопкам, отслеживая и локализуя источник, классифицируя, и делая еще много привычной работы. Напарник стоял за плечом и напряженно всматривался в карту.

— Chupa peruly, тревога-один!

— Вижу. Сигнал открытый, без шифровки! — отозвался Кастилио.

— Локализовал?

— Да. Школа. — Голограмма карты приблизила район в северном конце их участка. — Имени генерала Хуареса.

Луис грязно выругался.

— Выводи.

Верхний визор тут же выдал картинку, точнее пять картинок. Судя по векторам направления, все они исходили из одной точки и давали круговой обзор.

— Посылаю машины.

— Погоди! — перебил напарник, поднимая руку. — Смотри!

Судя по происходящему, съемка осуществлялась с надетого на голову навигационного прибора, и на его носителя пытались наброситься сразу несколько человек. «Человеками» в полном смысли этого слова назвать их было сложно — это были подростки, обычные ученики школы, одетые в принятые там дорогие костюмы. Носитель навигатора орудовал ловко и четко, и вот уже трое из нападавших отлетели в сторону. Все это действо сопровождалось странной архаичной скрипящей музыкой на неизвестном грубом языке, которого никто из них не знал.

— Код сигнала?

— Я ж говорю, открытый! Совсем открытый, Луис, свободный доступ!

— Странно…

Действительно, странно. «Тревога-один», «единичка» на сленге — крайняя степень тревоги, на которую всем силовым ведомствам планеты, принявшим его, надлежит немедленно отреагировать. Круче только «тревога-ноль», или «нулевка» — выдается в эфир если в беде лицо королевской крови. Кроме «нулевки» все остальные номерные тревоги имеют шифр, код — сигнал ловят все, но расшифровать его может лишь та служба, которой он принадлежит. Нет, реагировать должны все абсолютно, но по соображениям секретности, дабы не раскрывать личности посылающих «SOS» (это могут быть, например, агенты внедрения), знать подробности может только определенная служба.

— Свяжись с коллегами. — Луис показал пальцем в потолок. Кастилио тут же щелкнул тумблером экстренной связи с диспетчерской ДБ.

— Это двадцать третий участок. «Тревога один». Да, открытый сигнал. Да, принимаем. Фиксируете? Сами? Точно не нужно? Да, хорошо, вас поняли.

Кастилио повернул голову.

— Сказали не лезть, они уже занимаются.

— Вот и славненько! — Луис довольно потер руки. Известно, какой же гвардеец не мечтает перекинуть свою работу на безопасность?

Меж тем на картинке стало видно, что носителя прибора скрутили. Ох уж эти дети! В восемнадцать они еще не взрослые, что бы о себе не думали. Глупые детишки, просто большие, Луис хорошо знал это. Но очень-очень злые детки!

— Сколько их? — спросил у Кастилио.

— Одиннадцать.

— А положил он сколько?

— Шестерых.

Чернокожий гвардеец присвистнул от удивления.

— Кто это, как думаешь?

— Откуда мне знать? О, смотри-смотри!

Кастилио аж приподнялся. На экране, по ориентации вид сзади и чуть сбоку, показались новые действующие лица. Еще два паренька, оба — вооруженные безобидными с точки зрения закона, но эффективными в драке орудиями — доской и дубиной, и с криком набросились на нападавших. Картинка сбилась, началась куча мала.

— Они что, поохренели там все?


Парни сработали как надо. Подбежали сзади тихо, когда банда Толстого уже не ждала нападения, громко заорали и принялись остервенело дубасить всех подряд, кого достанут. Дрались парни неумело, но компенсировали неумелость безудержной яростью. В их глазах искрилось безумие, они сжигали в нем самих себя. Упоение, эйфория, кайф — у ребят впервые в жизни появилась возможность поквитаться с обидчиками, и они, как и я, были готовы идти ради этого до конца.

Я не стал терять времени и вырвался, пользуясь общим замешательством. Дальше что-то происходило, кто-то кого-то бил, кто-то кому-то лез под ноги, мешал, раздавал и получал удары. Сколько по времени это заняло — не скажу, но не долго — в драке всегда все недолго. Наконец, устаканилось.

Итог не впечатлял. Ребят теснили — сказалось численное преимущество. Их было пятеро против двоих, но ребята были вооружены и прикрывали друг друга. Положение тяжелое, но стабильное. Еще один из наших обидчиков валялся с окровавленной головой — это его трубой, стопроцентно. Еще пятеро, включая Толстого, оказались напротив меня.

Противники выглядели помято, в глазах у них больше не светилось выражение слащавого превосходства. Они не были уверены в победе, как раньше, хотя осознавали, что их намного больше. Теперь они готовились к битве — не прогулочной драке, на которую рассчитывали изначально, а к серьезному бою на выживание. Такой расклад мне нравился.

Теперь главное снова не допустить ошибки.

Я не стал ни на кого бросаться, наоборот, развернулся и побежал назад, к фонтану. Против пятерых на ровном месте шансов нет, будь я хоть трижды супермен, а вот задумка с фонтанам шансы давала.

Взлетел на парапет. Бегущий следом противник остановился и отскочил — я выше его. Следующий попытался атаковать, но удар моей туфли в челюсть переубедил его действовать неосмотрительно. Следующим бежал Толстый. Притормозил, затем попытался атаковать вместе с первыми двумя, один из них запрыгнул на парапет сбоку.

Но соль в том, что парапет был обставлен горгульями, изо рта которых к центру била струя воды. Их было восемь штук, две из них защищали меня справа и слева, оставляя для атаки либо пространство спереди, где у меня было преимущество высоты, либо сзади, со стороны бассейна. Туда-то и устремился первый из преследователей.

Я рванул ему навстречу, спрыгнув в воду. Воды было по колено, даже чуть больше, она стесняла движения, но с другой стороны, противники также теряли преимущества мобильности.

Я атаковал его. Оказавшись в воде, в непривычной ему среде, противник растерялся, и я засадил ему хороший прямой в челюсть, на несколько секунд выведя из строя. Тут же развернулся и встретил второго, уже спрыгивающего в воду сзади меня.

Удары снизу — штука вообще коварная. А если вместе с ударом перекинуть противника через себя, да швырнуть в воду — то еще ошеломляющая. Второму не повезло вообще — падая, неудачно приводнился, ударившись виском о каменное колено горгульи. Бассейн начал окрашиваться красными разводами крови. Убил? Даже если так — мне его не жалко.

Тут вновь пришлось отступать, дальше от барьера. Подоспели Толстый и еще двое, двигались ко мне с двух сторон. Я напал на Толстого, обменявшись парой ударов, толкнул его, тот упал. Блин, дно скользкое, поросло какой-то склизкой зеленой гадостью! Как бы самому не навернуться!

На меня наседало еще двое. Вроде как очухался первый, их стало трое. А сзади поднявшийся Толстый вытаскивал на бортик окровавленного второго, но скоро он присоединится к остальным.

Я лавировал по бассейну, мокрый, по колено в воде: рубашка и штаны намертво прилипли к телу, сковывали движения, но мои противники чувствовали себя не лучше, потому наседали не очень активно. Шла эдакая позиционная борьба за места, с которых меня можно окружить. Но бассейн хозяева школы построили большой, развернуться есть где, со скульптурной композицией и чашей в центре, с восемью массивными расправившими крылья горгульями, льющими воду в чашу изо рта.

Бой шел с переменным успехом. Мешало всё: вода, скользкое дно, выступающие части фигур, струи воды в лицо — потому моих скромных контратак было достаточно, чтобы сдерживать троих противников. Но тут к ним присоединился Толстый, что-то крича сквозь журчание воды. Я не расслышал, да и что хорошего он может крикнуть? С четырьмя стало сложнее — они отвоевывали сантиметр за сантиметром, загоняя меня в ловушку, и я почувствовал, что настал момент для последнего козыря. Если не сейчас — то никогда.

Достав из кармана гранату, сдернул с нее предохранитель и подкинул вверх.

— Ложись!

Услышали меня пацаны, не услышали — не знаю, я находился слишком далеко. Да и поможет ли она им? У них иная позиция, возможно, полыхнет как раз им в лицо. Но судьба поединка решалась не там, значит, роли это не сыграет.

Я упал на колени, окунувшись по плечи в воду и подняв тучу брызг. Полыхнуло. Венерианские светошумовые гранаты производятся не такими, как на Земле. Здесь везде замкнутое пространство, ударная звуковая волна может натворить слишком много бед, потому акцент делается на вспышке, а не звуке. Звук тоже мощный, меня оглушил, но все же не настолько, как если бы я взорвал русскую или имперскую гранату.

Они не успели отвернуться или зажмуриться. Толстый вроде как успел что-то сделать, и еще один, но и они оказались небоеспособными. Двое других вообще стояли в прострации: стояли и орали, схватившись за глаза.

Я начал с них. Бил без жалости, чтоб наверняка вывести из строя — только удара в спину мне не хватало. Одного успокоил ударом в кадык, а затем под дых, второго поцеловал с чашей, затем неджентельменски двинул по почкам — этот точно больше не соперник. Третий пытался оказать сопротивление, но поскользнулся и упал. Также не достойным истинного кабальеро ударом я отправил его отдыхать, превратив лицо в кашу коленом. Он упал лицом вниз и не двигался, вокруг также расплывались кровавые лужи. Захлебнется? Туда и дорога!

Толстый тоже пытался оказать сопротивление, и я был рад, что эта скотина что-то соображает. Убивать бесчувственного человека?… Не то, что подло, мне плевать на моральный аспект, а… Не тот кайф что ли.

Несколько коротких атак, и Кампос завалился на спину, подняв тучу брызг. Я медленно надвигался, переставляя ноги в воде. Он попытался отплыть или отползти, но уперся затылком в бортик. Я добрел до него и двинул кулаком в корпус. Затем схватил за грудки, приподнял и отвесил с размаху в челюсть. Кулак взорвался от боли, что-то я не рассчитал, но и на рожу Толстого было страшно смотреть: губа разбита, из носа кровь, сам деморализован и лепечет что-то невразумительное.

— Дурак ты, Бенито! — я снова заехал под дых. — Не трогал бы ты меня, и было б все замечательно!

Он что-то крикнул в ответ, но я перевернул его и с силой опустил головой в воду. Толстый сопротивлялся, барахтался, пытался меня достать, но бульбы вокруг его головы говорили, что процесс пошел. Как-то изловчившись, он умудрился вырваться и вынырнуть, закашлялся, но я вновь врезал ему со всей силы и вновь опустил под воду.


Сержант Корвальо смотрел во все глаза и не мог им поверить. Владелец навигатора сделал красивый финт и перенес арену действия не куда-нибудь, а в работающий фонтан. То, что у них фонтан в школе дополнительно добавило ему неприязни к этому учебному заведению — он ненавидел богатых, а там учились самые что ни на есть буржуи.

— Во дает, а?

Но Луис взирал на происходящее молча. Лишь когда один из ребят ударился головой и бесчувственно осел в воду, не выдержал.

— Охрану школы, быстро!

Корвальо набрал что-то на пульте, и через три секунды индикатор соединения на карте загорелся зеленым.

— Вы что, поохреневали там все?! — заорал Луис в резервный ручной микрофон. — У вас что творится? Что за побоище? Щас вас всех посадим, нахрен!

На том конце что-то пытались протестовать, но чернокожему гвардейцу на это было наплевать.

— Это гвардия, двадцать третий участок! Бегом разобрались, мать вашу! Щас спецназ высылать будем, если не растащите своих орлов!

На том конце буркнули нечленораздельное, означающее испуганное согласие.

— Бегом! — добавил Луис и отключил связь. — Пооборзели, уроды!

Бой тем временем подходил к концу. Защищающийся (Кастилио все бы отдал, чтобы увидеть его лицо) отбивался умело, но перед ним оказалось сразу четверо, и бассейн фонтана больше не мог помочь ему. Затем он что-то крикнул, и произошло…

Что произошло два гвардейца поняли, лишь, когда фильтры голографического изображения взвыли и выдали сигнал о реальной мощности светового потока. Кастилио и Луис ошарашено переглянулись.

— GRF-116, — вымолвил Кастилио.

— В средней школе! — убито добавил Луис.

Несмотря на то, что дело официально взял в разработку департамент, они почувствовали, что скоро на их участке начнутся очень-очень большие разборки. Достанется всем, и гвардии в том числе.

Тем временем на визоре защищающийся, нанеся несколько болевых приемов, добил оставшихся противников, а затем принялся топить последнего, самого здорового и толстого из них.

— Что он делает?! — Луис вновь выругался. — Он же его убьет!

— Мне кажется, именно этого он и хочет, — усмехнулся Кастилио. И ощущение, что скоро наступит черная полоса в работе, сильно окрепло.

Ситуацию спасли охранники, только в этот момент выбежавшие из школы, с дубинами-шокерами наперевес. Гвардейцы видели их смутно, навигатор был мокрый, находился в неудобном положении, наклоненном, обзору мешали водяные струи, которые были там всюду, но силуэт охранника, опускающего шокер в воду, рассмотреть успели. После этого картинка схлопнулась и наступила тишина.

— Как думаешь, он успел его прикончить? — обернулся Корвальо к напарнику. Луис отрицательно покачал головой.

— Кто это вообще такой? Один положил около десятка!..

Чернокожий гвардеец ответа не знал. Зато у него имелись иные мысли.

— Кастилио, ты говорил, у тебя среди журналистов есть знакомые?

— Ну, есть немножко… — не понял к чему клонит напарник Корвальо.

— Звони.

— Зачем? Это оперативная информация, дело взял под контроль департа…

— Кастилио, ты дурак! — рявкнул Луис. — Это какой канал? Открытый! А открытый — что значит? Общедоступный!

— Но утечка…

— Пусть об этом думает начальство того парня, что послал сигнал! Мы устав не нарушим!

Кастилио просиял.

— Как думаешь, сколько они за это заплатят? — Луис кивнул на потухшую голограмму.

— За такой материал… Душу продадут!

Пальцы сержанта Корвальо уже завершали нужные манипуляции. Откинувшись в кресле, он величественно произнес:

— «Свободная Венера»? У меня есть сенсационный материал. Да, просто сенсация. И вы еще успеете к пятичасовым новостям…

* * *

Если кто-то думает, что отходить от шокера приятно — он сильно ошибается. Прошло часа три, а я все еще чувствовал себя выжатым лимоном. Выжатым, скомканным и порванным в клочья. Одежда высыхать не торопилась, благо, стена возле приемной, о которую я облокотился, была теплой, даже горячей, не заболею.

По порядку. Как донесло «радио» в лице Селесты и Хуана Карлоса — браслет с меня не снимали и я висел в сети, пусть и школьной — охране, действительно, приказали не вмешиваться. И они бы не вмешались, но им позвонили из управления гвардии, они вынуждены были это сделать. К сожалению. Также к сожалению, Толстый остался жив. Ему досталось хорошо, всех их, находившихся в финальный момент в бассейне, как и меня, шандарахнуло током, плюс к имевшимся повреждениям, скорые мотались одна за одной, но всех выходили. Даже того типа, что ударился виском. Итого, семь человек госпитализировано с различными степенями тяжести, трое — в бессознательном тяжелом состоянии, но «холодных» нет. Меня этот факт огорчил.

Департамент, тот самый, на который я возлагал большие надежды, оказался заодно с Виктором Кампосом. Продажные шкуры! Приехавшие детективы отобрали у меня навигатор Бэль и завели уголовное дело об использовании электронных военных систем не по назначению, как-то так, четкую формулировку не запомнил. Вдобавок к делу о хулиганстве, которое завели сразу.

Навигатор… Это вообще оказался не навигатор, а система координации боя, прибор, используемый спецподразделениями. Модель его оказалась старой, не подпадающей под гриф «запрещено к распространению», но распространялись они только в специализированной среде и под жестким контролем. То есть, Бэль и ее охрана могли, как юридическое лицо, охранное агентство, получив кучу разрешений, использовать такой, а я не мог.

Комиссар беседовал со мной полчаса, но я ничего ему не сказал. Что сказать, что мне дала его девочка-аристократка, которую я случайно встретил в парке? Бред! Да и раскрывать Бэль перед каким-то безопасником… Не хотелось.

Комиссара очень интересовал и другой вопрос, как мне удалось перепрошить прибор, стерев хорошо защищенный идентификационный номер. Я так понял, это очень сложная процедура, в кустарных условиях ее не сделаешь, а без номера определить настоящего владельца они не могут. Стирание номера — это не ношение, это уже преступление, и комиссар горел желанием выслужиться, а потому прессовал меня по-черному.

Я говорил, что нашел его в переходе метрополитена, ничего не знаю, крутил это по кругу, как диск, и повоевав со мной полчаса, ДБшник сдался: вид у меня уж больно потрепанный и пофигистский — понял, что большего сейчас не добьется. Но проблема не решена, в будущем меня ждут серьезные испытания.

К слову о навигаторе — это он поднял весь сыр-бор. Мой бой фиксировали все службы города, та красная кнопка оказалась активатором сигнала тревоги, да такого, на который обязана реагировать вся планета. Но даже несмотря на такую огласку, с мертвой точки в плане коррупции ничего не сдвинулось.

Кроме спецслужб, мой сигнал схватили более четырехсот человек, учащихся и работников школы — те самые устройства, которые я активировал перед выходом в вестибюль. Там были не только динамики — абсолютно все приборы связи в радиусе сотни метров. Я принудительно отправил сигнал на них, на все окружающие браслеты, не только музыку, а всё. Так что я стал героем, школа говорит только обо мне, но от этого на душе не легче.

— Да, сеньор комиссар… Конечно, сеньор комиссар… — расшаркивался Витковский перед офицером-безопасником. Не тем, что допрашивал меня, а другим, как понял — более важным. — Это дети, всего лишь дети, сеньор комиссар! Конечно, справимся! Ситуация полностью под контролем!.. Нет, родители не будут заявлять… Ну, не поделили дети чего-то, конечно, разберемся… Нет, не стоит акцентировать на этом внимания… Конечно, школа договорится с родителями, можете положиться в этом на меня… Да, как обычно…

Я видел, как в карман офицера из рук директора перекочевала золотая пластинка, они не стеснялись делать это почти в моем присутствии. Пластинка не такая, что валяется у меня в кармане, которую я забыл отдать Бэль в субботу, а более массивная, империалов на тысячу. То есть, и здесь глухо, как в воздуховодной шахте.

Итог. Я (пускай не сам, с помощью прибора, полученного случайно от другого человека) устроил дебош. Знатный, мощный, агрессивный, какой и планировал, с тяжелыми последствиями. При этом подал в город сигнал, круче которого быть не может, параллельно скинув информацию четырем сотням человек. И все равно с мертвой точки ничего не сдвинулось! Кампоса и дружков увезли в больницу, кто более-менее ходячий — отпустили по домам, не предъявив никаких обвинений, а против меня завели сразу два дела — хулиганство и электронный терроризм. Даже камеры, камеры системы охраны школы, были всем до фонаря. Золотая пластинка в карман ДБшника — и проблемы решены.

Расшаркавшись с комиссаром, директор подошел ко мне, и кивнув, «пошли», вошел в приемную.

— Сиди здесь.

Я сел.

Кресло было кожаным, причем из натуральной кожи, не заменитель, не промокнет. Жаль. Хоть в мелочи, а хотелось напакостить напоследок. Передо мной сидела крашеная кукла, секретарша Витковского. Я развалился, закинул ногу за ногу, и принялся внимательно ее рассматривать, оценивая сиськи и остальные внешние данные. Да, с такой бы и я повалялся! Теоретически. Практически бы побрезговал. Ненавижу высокомерных блядей!

Она меня боялась, и сильно. Руки ее дрожали, постоянно что-нибудь роняла, а глаз без конца дергался, косясь в мою сторону — не буду ли ее убивать прямо здесь? Я состроил кровожадную гримасу — такая реакция на свою персону начинала нравиться. «Шимановский, великий и ужасный», блин! Она занервничала еще больше.

Встала, вошла к Витковскому, прикрыла дверь. Вдруг раздался гневный рык слышимый даже сквозь закрытую дверь. Клево!

Секретарша выскочила, семеня мелкими шагами, смотря в пол. Следом появился директор, красный, как рак, рявкнул:

— Заходи!

Я поднялся и вошел, развалившись в кресле перед его столом. Он сел, уставился на меня. Помолчали.

— Шимановский, я тебя предупреждал? — начал он старую песню.

Я не реагировал. Пусть говорит, что хочет, итог все равно известен.

— Я предупреждал тебя, никаких фокусов! И что в итоге?

— В итоге на меня напали, и я был вынужден защищаться.

— Да? — он сделал очень удивленное лицо. — А у меня другие сведения! Ты с двумя подельниками подло напал на сокурсников, избил их, да так, что трое находятся в больнице в тяжелом состоянии!

Я безразлично пожал плечами. Что-то сдерживало его, какая-то боязнь — видно, не был уверен в ДБшной «крыше». Потому сидел и разговаривал со мной, вместо того, чтоб молча дать пинка под зад. Накручивал себя, решался.

— То, что вы нарушили закон, я молчу — пусть разбираются гвардия и суд, у меня нет полномочий лезть в их дела. Но то, что это произошло в моей школе, на подотчетной мне территории… — он назидательно покачал головой. — Здесь я имею власть и все полномочия. Ты отчислен!

Почему я даже не вздрогнул от этих слов?

— Вы не можете отчислить меня без решения дисциплинарной комиссии, — решил все же пободаться я. Да, это бесполезно, но иначе не могу, апатия еще не полностью овладела мной.

— Могу, почему нет? — удивился он.

— Потому, что у вас нет доказательств. Я же могу предоставить массу свидетельств обратного, что сам являлся объектом агрессии, на меня напали.

— Разве? — он картинно развел руками. — Ты наверное имеешь ввиду съемку, коротая велась с твоего… С той штуковины, что была у тебя на голове?

Я кивнул. Что эта крыса придумала?

— А согласно уставу, данные с посторонних источников не могут являться основанием для исключения. Кроме проверенных специальными службами, подлинность которых установлена экспертами. А теперь подумай, Шимановский, ДБ станет ввязываться в вопрос твоего исключения? Оно им надо?

Ах ты ж скотина такая!

— Гвардия…

— Гвардия это дело не ведет! — Витковский ехидно оскалился. — Ну, кому и что ты доказал? Слушать старших надо, Шимановский, а не выпендриваться! А теперь смотри.

Он развернул на боковой стене панель визора, во всю стену, и что-то понажимав, вывел туда данные камер внутреннего слежения. Их было шесть штук, с разных ракурсов.

— Смотри-смотри!

Я смотрел, во все глаза. Наблюдать за картиной боя со стороны, видя все допущенные ошибки… Здорово! Бой, оказывается, длился совсем не долго, хотя казалось, шел целую вечность.

— Ай, яй, яй, какой агрессивный мальчик! А говоришь, жертва нападения! — в этот момент я добивал предпоследнего противника и брался за Толстого. — Опять же, откуда у тебя граната — пусть разбирается безопасность, но пронос ее на территорию… А также шокера и кастета… Ты сам прекрасно понимаешь, Шимановский!

Я понимал. Это вещдоки, которые безопасники также изъяли и увезли. Но их-то в случае чего они предоставят, как миленькие!

— А теперь последний штрих.

На экране все шесть каналов свернулись в дорожки, директор поднял их выше и выделил рамкой.

— Единственным основанием доказательства твоей правоты является эта съемка, так? На нее ты рассчитывал, выходя в вестибюль? И тогда, в столовой, и когда бил сеньора Рубини?… Эх, юноша-юноша, как можно быть таким наивным!

На голограмме высветилась табличка: «Удалить?»

Подтверждение.

«Файлы удалены».

— Все, Шимановский, свободен. Завтра зайдешь за документами.

— Но… — я привстал, пытаясь протестовать, но он со всей силы рявкнул:

— Я сказал, завтра заберешь документы! Сегодня рабочий день закончен! Пшел вон!


Содержание:
 0  Золотая планета. Пасынок судьбы : Сергей Кусков  1  ЧАСТЬ I. НЕУДАЧНИК : Сергей Кусков
 2  Глава 2. Мое императорское величество : Сергей Кусков  3  Глава 3. Инфанта : Сергей Кусков
 4  Глава 4. Случайная встреча : Сергей Кусков  5  Глава 5. Бэль : Сергей Кусков
 6  Глава 6. Победитель получает всё : Сергей Кусков  7  Глава 7. Разбор полетов : Сергей Кусков
 8  Глава 1. Лотерейный неудачник : Сергей Кусков  9  Глава 2. Мое императорское величество : Сергей Кусков
 10  Глава 3. Инфанта : Сергей Кусков  11  Глава 4. Случайная встреча : Сергей Кусков
 12  Глава 5. Бэль : Сергей Кусков  13  Глава 6. Победитель получает всё : Сергей Кусков
 14  Глава 7. Разбор полетов : Сергей Кусков  15  ЧАСТЬ II. БОЕЦ : Сергей Кусков
 16  Глава 9. Пристрелка : Сергей Кусков  17  Глава 10. Рассмешить богов : Сергей Кусков
 18  вы читаете: Глава 11. Социальное неравенство : Сергей Кусков  19  Глава 12. Вопрос национальной безопасности : Сергей Кусков
 20  Глава 13. Королевская галерея : Сергей Кусков  21  Глава 14. Танцы с огнем : Сергей Кусков
 22  Глава 15. Mejorar : Сергей Кусков  23  Глава 8. День икс : Сергей Кусков
 24  Глава 9. Пристрелка : Сергей Кусков  25  Глава 10. Рассмешить богов : Сергей Кусков
 26  Глава 11. Социальное неравенство : Сергей Кусков  27  Глава 12. Вопрос национальной безопасности : Сергей Кусков
 28  Глава 13. Королевская галерея : Сергей Кусков  29  Глава 14. Танцы с огнем : Сергей Кусков
 30  Глава 15. Mejorar : Сергей Кусков  31  Эпилог : Сергей Кусков
 32  Использовалась литература : Золотая планета. Пасынок судьбы    



 




Всех с Новым Годом! Смотрите шоу подготовленное для ВАС!

Благослави БОГ каждого посетителя этой библиотеки! Спасибо за то что вы есть!

sitemap