Фантастика : Космическая фантастика : Эпилог : Вонда Макинтайр

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15

вы читаете книгу

Эпилог

Леонард Маккой вошёл в ворота, прошёл через аккуратно подстриженный газон, поднялся по ступеням вулканского посольства и громко постучал в деревянные двери. Когда прошло несколько секунд, и двери не открылись, он постучал снова.

– Дайте войти! – Настроение у него было не для этикета. Вот уже несколько дней он безуспешно пытался связаться со Споком. – Спок, чёрт тебя подери, если ты не желаешь отвечать мне, я останусь тут под дверью, пока ты не станешь со мной разговаривать!

Двери открылись.

– Войдите.

Один, если не считать бестелесного голоса, Маккой вошёл в старинное элегантное здание. Либо вулканцы почти ничего тут не изменили, либо специально обставили его в стиле того времени, когда оно было выстроено. Пол покрывали восточные ковры; комнаты, мимо которых он проходил, были обставлены тяжёлой, обитой бархатом мебелью. Бестелесный голос направлял его по длинному коридору через одни, другие, третьи стеклянные двери. При его приближении они распахивались, выпуская сухой, горячий ветер. Маккой ожидал увидеть во внутреннем дворике что угодно – застеклённый павильон, подстриженные кусты или даже лабиринт. Но ничего подобного там не оказалось – лишь песок под ногами, гладкие белые гранитные глыбы да красноватый свет. Воздух был сухим и горячим. Микроклимат и иллюзия огромного красного солнца рассеивали утренний туман.

В центре дворика стоял Спок в плаще, но с непокрытой головой. Не дожидаясь, чтобы вулканец заметил его присутствие, Маккой направился прямо к нему. Песок хрустел у него под ногами.

– Спок!

– Да, доктор Маккой, – отозвался Спок.

– Я всё время пытался связаться с тобой, почему ты не отвечал?

– Я помогал доктору Тейлор обеспечить китам безопасность, благополучие и свободу. Затем я счёл необходимым уделить некоторое время медитации. Будь Вы более терпеливы… – Он умолк, взглянул на Маккоя, и едва заметная улыбка тронула уголки его губ. – Но Вы, конечно же, доктор, а не пациент[5].

– Я – кто? – Возможно ли, чтобы Спок действительно произнёс то, что Маккой слышал?

– Не имеет значения, доктор Маккой. – сказал Спок. – Вы пришли высказать своё осуждение?

– Нет. С чего ты взял? Какое ещё осуждение, за что?

– За то, что я занимаюсь другим, пока Вы, адмирал Кирк и остальные члены экипажа ждёте решения трибунала.

– Нет. Я… – У Маккоя и в мыслях не было упрекать Спока за его отсутствие. – Я понимаю, почему ты не остался. Ты дал показания, сделал всё, что мог. Это было логично… – Застонав, доктор спрятал лицо в ладонях. – Спок, это сводит меня с ума! – вскричал он. – Настолько понимать тебя. Т’Лар сказала, что ты снова стал самим собой. Что она освободила нас друг от друга.

– Доктор Маккой, сядьте. Прошу Вас.

Маккой опустился на одну из отполированных сверху гранитных глыб. Спок сел на соседнюю глыбу.

– Доктор, – сказал вулканец, – разве это так страшно – понимать меня?

– Я… – Маккой выдавил улыбку. – Это не совсем то, к чему я привык. – Он провёл ладонями по гладкой тёплой поверхности камня. Цепочка его следов от дверей до камня уже начала исчезать. – Нет, Спок, понимать тебя вовсе не так страшно. И даже совсем не страшно – хотя я в жизни не думал, что скажу что-нибудь подобное. Но этого не должно быть! Я чувствую, будто снова теряю себя! Спок… я боюсь.

Спок подался вперёд, уперев локти в колени.

– Доктор, не Вы один.

Маккой потёр виски. Мысль о новых сеансах мелдинга вызывала у него ужас. Он был готов избежать этого любой ценой – пусть даже для этого ему придётся скрывать безумие, которого он боялся. Ощущение, что кто-то другой овладевает его сознанием, пугало его сильнее безумия.

– Всё зависит от решения суда, – сказал Маккой, глядя себе под ноги. – Может, у меня не будет возможности вернуться на Вулкан. Если твоё лечение не закончено, и для него требуется моё присутствие…

– Но курс лечения закончен. Нам нет необходимости возвращаться на Вулкан.

Маккой поднял голову.

– Доктор Маккой, – произнёс Спок, – Т’Лар сказала правду. Мы освобождены друг от друга настолько, насколько это возможно. Но у каждого из нас сохранились свои воспоминания. У каждого из нас сохранились отголоски другого. Я тоже стал лучше понимать Вас. Вы можете просто принять то, что случилось? Если нет, Вам будет тяжело. Но это будет Ваша тяжесть, не моя. Если Вы сумеете преодолеть свой страх, Вы сможете преодолеть и опасность.

– Правда? – прошептал Маккой.

Спок кивнул.

Вулканец говорил об отголосках; Маккой почувствовал в душе отголосок услышанной только что правды. Он встал.

– Благодарю Вас, мистер Спок. Вы сняли у меня с души огромную тяжесть. Я оставляю Вас, чтобы Вы могли предаться медитации. Мне надо вернуться в штаб Звёздного Флота. Я буду ждать там с Джимом и остальными.

– Спок.

Спок поднялся.

– Да, отец.

Маккой оглянулся. К ним приближался Сарек. Песок заносил его следы.

– Трибунал собирается объявить своё решение.

– Я должен спешить, – сказал Маккой.

– Мы пойдём с Вами, – сказал Спок.

В просторном зале с окнами во всю стену, стараясь казаться спокойным – хотя до спокойствия ему было очень далеко – адмирал Джеймс Т. Кирк всматривался в залив Сан-Франциско. Вода блестела в лучах солнца. Где-то там, на глубине сотен футов покоились искорёженные останки «Баунти». Где-то за сотни миль, в Тихом океане, плавали на свободе два кита. Джим же был узником, связанным своим словом чести.

Я просто не могу этому поверить, с гневом думал он. После всего, что мы сделали – я просто не могу поверить, что Звёздный Флот продолжает настаивать на военном трибунале.

Земля постепенно оправлялась от воздействия зонда. Благодаря своевременно эвакуации жителей прибрежных районов больших жертв удалось избежать. Большинство нейтрализованных кораблей Звёздного Флота хоть и были повреждены, но не погибли; пострадавших среди их экипажей было немного. Джим был рад узнать это. Слишком много довелось ему видеть смертей в последнее время. Кирк поправил траурную повязку на рукаве. Боль утраты Дэвида вернулась, как возвращалась всегда, в самый неожиданный момент и обрушилась на него в полную силу. Если бы только Кэрол ответила ему, если бы они могли разделить горе друг друга и друг друга утешить… но она всё ещё оставалась на Дельте, игнорируя его попытки связаться с ней. Джим опустил голову и часто-часто моргал, пока в глазах не прояснилось.

Он пытался найти утешение в мыслях о том, что его друг воскрес, его родная планета спасена, а уничтоженную в прошлом расу разумных существ удалось возродить. Спок дал китам определённые обещания. Работа по выполнению этих обещаний удерживала Спока и Джилиан в другом месте, не позволяя им присутствовать на суде.

С помощью образцов клеток китов, сохранённых в двадцатом веке, удастся обеспечить необходимое разнообразие возрождаемого вида путём клонирования, так как двух индивидуумов – даже трёх, учитывая будущего детёныша Грейси – недостаточно для восстановления культуры любой расы. На китов никогда больше не будут охотиться, и никогда больше никто не посягнёт на их свободу.

Юных Джорджа и Грейси, которым предстояло возродить цивилизацию своего рода, нисколько не устрашала сложность такого задания. Конечно, для этого понадобится гораздо больше времени, чем на восстановление их численности. Но, если верить Споку, горбатые киты мыслят категориями веков и поколений, а не минут, времён года и лет.

Джим снова поправил траурную повязку и одёрнул форменную куртку.

Интересно, будет ли у меня через несколько часов право носить эту форму и знаки отличия, подумал он. Ответа на этот вопрос у него не было. Он даже не представлял себе, как отреагирует, когда трибунал наконец объявит свой приговор.

Желая узнать, как держатся остальные, он взглянул на своих людей. Все они, за исключением Маккоя, с самого утра собрались здесь, чтобы провести ещё один день в томительном ожидании. Говорили мало. Скотт сидел неподалёку, то и дело беспокойно ёрзая, тяготясь неизвестностью. Время от времени Чехов пытался шутить, а Ухура выдавливала улыбку.

Зулу стоял у самого дальнего окна и смотрел на залив. Может, отыскивал взглядом то место, где затонул «Баунти». За молодого капитана Джим тревожился особенно сильно. Если все попытки Джима защитить своих товарищей окончатся неудачей, это может оказаться последний корабль, на котором Зулу пришлось летать. Поднявшись, Джим пересёк комнату и остановился рядом с Зулу.

– Это был славный кораблик, – сказал Джим.

Молодой капитан ничего не ответил. Он явно с трудом сдерживал ярость.

– Капитан Зулу, что бы ни случилось – никаких дурацких жестов.

– Я понятия не имею, что Вы имеете в виду, адмирал, – ледяным тоном отвечал Зулу.

– Срыв. Протест или заявление об отставке. Принесение в жертву своей карьеры, если точнее. Думаю, теперь Вы меня поняли.

Зулу развернулся к нему.

– А что ещё Вы думаете, что никто из нас не понял, что Вы делали, когда давали свои показания? Брали всё на себя? И какое у Вас после этого моральное право запрещать другим идти на жертвы? Я скажу Вам, что я думаю. Я думаю, что это несправедливый суд, и не собираюсь молчать об этом, что бы Вы там ни приказывали!

– Думайте, что говорите, капитан, – нахмурился Джим. – Это был мой приказ, и я должен нести…

– Нет, адмирал, это не был Ваш приказ. Каждый из нас сам решал за себя. Если Вы берёте всё на себя и не считаете нас ответственными, кто же мы тогда? Бездумные марионетки, слепые исполнители, лишённые всякого чести?

– Секундочку! – запротестовал было Джим, но тут же осёкся. Он не мог не признать, что Зулу по-своему прав. Беря всю вину на себя, он, Джим, проявлял тем самым нечуткость и эгоизм. – Вы правы. То, что мы сделали, никто из нас не смог бы сделать в одиночку. Капитан Зулу, я не стану больше отрицать участие – и ответственность – своих людей.

Джим протянул руку. После мгновенного колебания Зулу горячо её пожал.

Дверь в зал заседаний отворилась. Все разговоры разом стихли.

– Заседание совета возобновляется, – объявила появившаяся на пороге женщина.

Друзья собрались вместе, и Джим повёл их в зал заседаний. У самого входа их нагнал запыхавшийся Маккой.

Уже у входа Джим услышал со всех сторон шёпот. В зале не было свободного места; даже вдоль стен рядами стояли люди. Рядом с Джилиан Тейлор Джим увидел Кристину Чэпел и Джэнис Рэнд и – к своему удивлению – Сарека и Спока. Хоть Джим и был благодарен им за поддержку, он ничем не выказал, что заметил их присутствие. Глядя прямо перед собой, он прошёл вперёд и остановился в центре свободного пространства. Остальные выстроились рядом. Они стояли прямо в центре изображённой на полу огромной эмблемы Федерации. Члены Совета смотрели на них со своих кресел; по лицам их нельзя было прочесть ни намёка о вынесенном решении.

Шёпот усилился, прокатился по залу при звуке чьих-то твёрдых шагов.

Спок вышел на середину зала и остановился рядом с Джимом и остальными. Он тоже был в форме Звёздного Флота.

– Капитан Спок, – произнёс президент, – Вам не предъявлено никакого обвинения.

– Я разделю судьбу своих товарищей, – отвечал Спок.

– Как Вам будет угодно. – Президент обвёл их внимательным взглядом, задерживаясь на каждом. – Вам предъявлены следующие обвинения: заговор; нападение на офицеров Федерации; похищение принадлежащего Федерации звездолёта «Энтерпрайз»; совершение диверсии на принадлежащем Федерации звездолёте «Эксельсиор»; умышленное уничтожение вышеупомянутого звездолёта «Энтерпрайз», принадлежащего Федерации; и, наконец, нарушение приказа Командования Звёздного Флота. Признаёте ли вы себя виновными?

– От имени всех нас, мистер Президент, – произнёс Кирк, – я признаю нашу вину.

– Выслушайте же приговор суда. – Президент взглянул в свои бумаги, прочистил горло и снова поднял голову. – Смягчающие обстоятельства побуждают суд снять все обвинения, кроме одного.

В зале послышался шум. Взгляд президента заставил всех умолкнуть.

– Это обвинение – обвинение в нарушении приказа вышестоящего офицера – предъявляется одному лишь адмиралу Кирку. – Президент смотрел на Джима с грустью. – Я уверен, что адмирал понимает необходимость дисциплины на любом уровне.

– Да, сэр, – ответил Кирк. Сейчас не время было спорить, говоря о необходимости самостоятельности и инициативы.

– Джеймс Т. Кирк, суд признаёт Вас виновным.

Джим внутренне содрогнулся, но продолжал стоять неподвижно, с каменным лицом глядя перед собой.

– Далее, суд постановляет понизить Вас в звании. Вы лишаетесь звания, обязанностей и привилегий командного офицера. Трибунал постановляет, что капитану Джеймсу Т. Кирку надлежит немедленно вернуться должности, к исполнению которой он неоднократно проявлял выдающиеся способности – должности капитана звездолёта.

Тишина в зале сменилась оглушительным шумом. Усилием воли Джим сдержал себя, но сердце его пело от изумления, облегчения и безграничного счастья.

– Требую тишины в зале! – воскликнул президент. Медленно, неохотно, зрители повиновались. – Капитан Кирк, Ваш новый корабль ждёт Вас. Вы и Ваши офицеры спасли эту планету от последствий её собственной недальновидности, и мы в вечном долгу перед вами.

– Браво!

Джим узнал голос Джилиан, но тысячи других голосов перекрыли его. В следующий миг он был окружён множеством людей, знакомых и незнакомых; все поздравляли его, каждый хотел непременно пожать ему руку; он выслушивал поздравления, жал руки, но при этом едва ли слышал и замечал их. Взглядом Джим отыскивал своих друзей, увидев Маккоя, заключил его в объятия. Маккой тоже крепко обнял его, затем взял за плечи и заглянул ему в глаза.

– Ты ведь можешь и опротестовать приговор, – сказал он.

При этих словах все опасения Джима насчёт доктора разом вернулись, и секунду он смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова. Но тут он заметил улыбку, которую Маккой тщетно пытался сдержать, и рассмеялся – наконец-то, после столь долгого перерыва, его друг вновь стал самим собой.

Проталкиваясь сквозь толпу, они отыскали Скотта, Чехова и Ухуру, обнялись с ними и обменялись рукопожатиями. Зулу стоял безучастно; возможно, сильнее ошеломлённый оправдательным приговором, чем был бы ошеломлён обвинительным, к которому готовил себя.

– Поздравляю, адми… то есть, капитан Кирк, – сказал он.

– На всех можно поздравить, капитан Зулу, – сказал Джим. Он хотел добавить что-то ещё, но толпа разъединила их.

В Сан-Франциско двадцатого века Джэви и Бен спустились по изрезанному террасами склону и направились к мусоровозу. Что бы ни случилось, работу надо было закончить.

– Мне очень жаль, Джэви, – сказал Бен. – Я должен был послушать тебя. Может, мы тогда успели бы увидеть, что выжгло этот круг.

– Я видел, – ответил Джэви. – По крайней мере, я видел его тень.

– Я хочу сказать, если бы мы успели это увидеть, то могли бы показать другим. Какому-нибудь репортёру, например, и, может, нас вставили бы в книгу, или пригласили бы на программу Джонни Карсона.[6] – Лицо Бена прояснилось. – Может, если мы покажем им выгоревшее место…

– Если мы покажем выгоревшее место, нас арестуют за поджог. Или сочтут ненормальными, – сказал Джэви. – И, может, будут правы. У нас нет никаких доказательств. Только выжженный участок и тень.

– Мне очень жаль, – произнёс Бен упавшим голосом.

– Да ладно, Бен, всё в порядке, правда.

– На твоём месте я бы страшно злился.

– Может, я бы и разозлился, – сказал Джэви, – если бы… – Он заколебался, не желая произносить этого вслух, прежде чем не будет уверен, что это правда.

– Что?

В конце концов, почему бы и не сказать Бену. До сих пор это всегда срабатывало.

Джэви улыбнулся.

– Кажется, теперь я знаю, как закончить свой роман, – сказал он.

Агент ФБР сложил вместе все доклады, взглянул на них, и пожалел, что свет в комнате не настолько яркий, чтобы можно было надеть тёмные очки.

С таки же успехом я могу вообразить себя Бондом, подумал он. Этому поверили бы разве что в какой-нибудь книге про шпионов. Мой босс уж точно не поверит, а напарник скажет, что я слишком часто общаюсь с Гаммой.

«Даже я этому не верю, – пробормотал он вслух. – Не верю даже тому, что сам видел». Данные радаров, полученные из Сан-Франциско и Нома, отнюдь не способствовали улучшению его настроения.

Может, когда я положу доклад в папку, он потеряется, подумал он. Иногда материалы теряются. Прежде, чем кто-нибудь успеет его прочитать. Если повезёт…

Но он верил в законы Мерфи сильнее, чем в везение. Он решил, что сам положит доклад в надлежащее место.

В циркулярную папку.

Наконец, толпа в зале заседаний Совета Федерации рассеялась. Кирк чувствовал себя, как выжатый лимон. Он оглянулся в поисках пути к бегству и очутился лицом к лицу с Джилиан Тейлор.

– Поздравляю! – воскликнула она. – Кирк, я просто на седьмом небе от счастья! – Она быстро поцеловала его. – Мне надо спешить. Пока, Кирк. И спасибо. – И Джилиан заторопилась к выходу.

– Эй! – закричал Джим. – Куда ты?

– Тебя ждёт твой корабль, а меня – мой. Научно-исследовательское судно направляется на Меркурий – нанять там ныряльщиков, чтобы помогать китам. Может, когда мы встретимся в следующий раз, я буду уметь дышать под водой! – Она широко улыбнулась – впервые за всё время, что Кирк знал её, совершенно счастливая. – Мне ещё предстоит много учиться, чтобы нагнать триста лет.

Хотя и радуясь за неё, Кирк всё же ощутил невольное разочарование.

– Значит, это прощание? – спросил он.

– Почему обязательно прощание? – удивилась она.

– Я… как это говорили в твоём веке? Я даже не знаю твой телефон. Как мне тебя найти?

– Не волнуйся, я сама тебя найду. – Джилиан подняла руку в прощальном жесте. – До встречи где-нибудь в Галактике! – И она заторопилась прочь.

Не прощание, а всего лишь «пока», сказал себе Джим. Он проводил её взглядом и с улыбкой покачал головой.

В дальнем углу Спок выжидал, пока разойдутся последние зрители. Ему хотелось уйти куда-нибудь, но идти на этой планете ему было некуда. Теперь Спок знал – неважно, вспомнил ли он это из прошлой жизни, или усвоил заново – что никогда не чувствовал себя дома ни на Земле, ни на Вулкане. Да и вообще ни на одной планете. Только в космосе.

К нему подошёл Сарек – высокий, исполненный достоинства, невозмутимый.

– Отец, – произнёс Спок.

– Я отправляюсь на Вулкан через час, – сказал Сарек. – Я хочу проститься с тобой.

– Очень любезно с твоей стороны позаботиться об этом.

– Никакой заботы. Ты мой сын. – Он остановился, подавляя мгновенную слабость, и добавил: – Кроме того, я хотел сказать тебе, что твои действия в этой критической ситуации произвели на меня большое впечатление.

– Очень любезно с твоей стороны, отец, – повторил Спок, и снова Сарек не нашёлся, что ответить на это обвинение в любезности.

– Я возражал против твоего поступления на службу в Звёздный Флот, – сказал Сарек. – Возможно, моё суждение было ошибочным.

Спок поднял бровь. Он не мог припомнить, чтобы отец когда-либо признавался в совершённой ошибке – да и когда-либо совершал ошибку.

– Твои сослуживцы – весьма достойные люди, – продолжал Сарек.

– Они мои друзья, – сказал Спок.

– Да. Да, конечно. – Это был тон принятия и начала понимания. – Спок, ты хочешь что-нибудь передать матери?

Спок немного подумал.

– Да. Пожалуйста, передай ей, что я… чувствую себя прекрасно.

Оставив отца несколько удивлённым, Спок пересёк зал и подошёл к Кирку и остальным.

– Идёте с нами, мистер Спок? – спросил Кирк.

– Разумеется, капитан, – отвечал Спок. – А разве Вы думали иначе?

– Последние несколько дней я уже не знал, что и думать.

– Сарек похвально отозвался о Вас, – сообщил Спок.

– В самом деле? Что же он сказал?

– Он сказал, что Вы весьма достойный человек.

На лице Кирка выразилось замешательство, но он тотчас ответил:

– Сарек становится экспансивным. Странно, что такого я мог сделать, чтобы после стольких лет он пришёл к такому выводу.

Спок удивился, что капитан Кирк не понимает.

– Капитан – Джим! – протестующее произнёс он, но тут заметил, что капитан улыбается. Медленно, чопорно он произнёс: – Понятия не имею.

Джим Кирк рассмеялся.

В ангаре космодока шаттл облетал звездолёты в поисках нужного. Экипаж «Энтерпрайза» оглядывал корабли, стараясь отыскать среди них свой.

Они миновали «Саратогу», доставленную на буксире для осмотра и ремонта. Её капитан – кажется, Александра, припомнил Джим – сумела спасти свою команду, погрузив её в стазис прежде, чем система жизнеобеспечения отказала окончательно.

– Бюрократический менталитет – одна из констант Вселенной, – сказал Маккой. – Похоже, нам дали грузовой корабль.

Джим ничего не ответил и лишь покрепче сжал в руке плотный конверт. Внутри находился не компьютерный чип, а письменный приказ, и лишь по одному этому Джим догадывался, что приказ этот весьма и весьма необычен. Но ему запрещено было взламывать печать Звёздного Флота, пока он не примет свой новый корабль и не выведет его за пределы Солнечной системы.

Повертев конверт в руках, он заставил себя прислушаться к разговору.

– Я рассчитываю на «Эксельсиор», – говорил Зулу Маккою.

– «Эксельсиор»! – воскликнул Скотт. – Да зачем тебе этот мешок с болтами?

Джим вмешался прежде, чем Зулу успел ответить, и двое офицеров не затеяли бесконечный спор о достоинствах и недостатках «Эксельсиора».

– Скотти, не будь так суров. Корабль – это корабль. – В то же время он не мог не думать, как воспримет Зулу службу под началом у Кирка на корабле, капитаном которого должен был стать сам.

Похоже, их путь действительно лежал к «Эксельсиору». Огромный корабль целиком заполнил собой окна шаттла. Скотт оценивающе смотрел на него.

– Как скажете, сэр, – с покорностью в голосе произнёс Скотт и тихонько добавил: – Да будет воля Твоя.

К удивлению Джима, шаттл миновал «Эксельсиор».

Кирк моргнул. Следующий корабль межзвёздного класса, напоминал очертаниями «Энтерпрайз». И на этот раз шаттл не пролетел мимо. На дисковой секции корабля Джим разобрал название и регистрационный номер.

Ю.С.С. «Энтерпрайз». Н.С.С. 1701-А.

Рабочий дописал букву А, обернулся, заметил шаттл, помахал рукой и унёсся прочь в своих реактивных башмаках.

Пассажиры шаттла в изумлении смотрели на корабль. Безмолвный Спок стоял справа от Джима, усмехающийся Маккой – слева. Скотти наклонился к иллюминатору, почти касаясь стекла носом. Зулу и Чехов хлопали друг друга по плечам, а Ухура улыбалась своей спокойной улыбкой.

– Друзья, – негромко сказал Кирк, – мы возвратились домой.

Заняв кресло капитана на мостике «Энтерпрайза», Джим сжал конверт в пальцах так крепко, что едва не скомкал его.

– Приготовиться к старту.

Джим разжал руки, усилием воли сдерживая дрожь возбуждения. Он впитывал знакомые и незнакомые чёрточки своего нового корабля.

– Поворот на выход.

Там, внизу, Скотти сейчас хлопочет над двигателями. Зулу и Чехов сидят на своих местах за навигационным пультом и штурвалом. Ухура переговаривается с диспетчерской, Спок склонился над клавиатурой компьютера.

«Энтерпрайз» плавно повернулся и застыл. Створки дверей космодока медленно разошлись.

Маккой опёрся на подлокотник капитанского кресла.

– Ну же, капитан? Мы так и будем тут сидеть? – спросил он.

Перед ними простирался космос.

– Ускорители на одну четверть, – приказал Кирк.

– Курс, капитан? – спросил Чехов.

Маккой улыбнулся.

– Куда глаза глядят, мистер Чехов, – сказал он.

Спок поднял голову от клавиатуры.

– Это, я полагаю, технический термин.

Идя на импульсных двигателях, корабль вышел из космодока. Джиму хотелось смеяться от радости.

– Посмотрим, на что он способен, мистер Зулу. – Он погладил печать Звёздного Флота. – Варп.

– Есть, сэр!

И «Энтерпрайз» вошёл в варп, устремляясь навстречу неизвестным мирам, новой жизни и новым цивилизациям.


Содержание:
 0  Путь домой : Вонда Макинтайр  1  Глава 1 : Вонда Макинтайр
 2  Глава 2 : Вонда Макинтайр  3  Глава 3 : Вонда Макинтайр
 4  Глава 4 : Вонда Макинтайр  5  Глава 5 : Вонда Макинтайр
 6  Глава 6 : Вонда Макинтайр  7  Глава 7 : Вонда Макинтайр
 8  Глава 8 : Вонда Макинтайр  9  Глава 9 : Вонда Макинтайр
 10  Глава 10 : Вонда Макинтайр  11  Глава 11 : Вонда Макинтайр
 12  Глава 12 : Вонда Макинтайр  13  Глава 13 : Вонда Макинтайр
 14  вы читаете: Эпилог : Вонда Макинтайр  15  Использовалась литература : Путь домой
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap