Фантастика : Космическая фантастика : Глава 7. Земля : Майя Малиновская

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11

вы читаете книгу




Глава 7. Земля

Алик тайком пробрался в порт. Порт «Агентства независимых капитанов» не имел такой защиты, как порты Космофлота. Простой обман системы контроля позволил остаться незамеченным. Маленький лайнер с орбиты уже сел. Алик вычислил площадку. Об их прибытии сообщат лишь через полчаса, тогда толпа, что их ожидала в зале встречи экспедиций, ринется их встречать.

Он крался мимо ограждений, мимо систем охраны. Он спрятался за ограждением площадки и стал наблюдать. Он жаждал первым увидеть Эл, улучить мгновение и хотя бы взглядом встретиться.

Трап опустился на его глазах, он заметил возню на выходе. Первым неожиданно вышел Курк. Алик насторожился, обычно первым на Землю вступал капитан. Курк остановился у края полого трапа, за ним вышел смуглый парень — Марат, а следом Димка, он остановился у самого дверного проема. Только тогда появилась Эл. Алик ждал, что будет дальше. Эл остановилась в дверях, осмотрела свой экипаж.

Собирался дождь, сильный порыв ветра трепал ее волосы. «Почему она не спускается?» — встревожился Алик. Наконец, она сделала первый шаг, и вся тройка отдала ей честь. Алик не понимал, что происходит. Курк подал ей руку, весьма галантно, прежде, чем Эл вступила на траву.

Она прошла метров десять, опустилась на колени и посмотрела в небо. Вот-вот хлынет дождь. Еще секунда и ливень накрыл площадку.

Эл раскинула руки и крикнула громко, так, что услышал и он.

— Земля, мы вернулись!

Она поднялась на ноги, и вся четверка бросилась обнимать друг друга. Они пританцовывали под дождем, как сумасшедшие, даже Курк, который теперь не выглядел грузным, прыгал вместе с тремя молодыми людьми. Алик испытал зависть к этому ликованию, он вышел из своего убежища и направился к ним. Он мгновенно намок, потому что был в простой одежде, вовсе не из-за дождя, а от волнения он дрожал мелкой дрожью.

Первым его заметил Курк и дернул за рукав Димку. Тот осмотрел друга и кинулся к нему со всех ног.

— А-а-а! Чертяка. Рад видеть тебя! Тайком прокрался! — кричал он.

Димка сшиб его с ног, Алик упал на мокрую траву и обнял Димку. Тут он наконец-то встретился взглядом с ней. Эл хватала ртом воздух, жмурила глаза, дождь хлестал по ее голове и плечам. Он стряхнул с себя Димку и встал. Больше он никого не видел, кроме нее.

— Алька, — произнесла она его имя.

— Вы вернулись. Так скоро, — сказал он. Он хотел сказать ей совсем другое, но его смутило присутствие еще троих. — Вы живы.

Слова были не те. Он хотел кричать, что любит ее, но замер в замешательстве.

— Почему ты один? — спросила Эл.

— В зале порта целая толпа, посадку еще не объявили, я пробрался без регистрации. Глупо конечно, но я хотел увидеть вас первым.

— Отчего же глупо, — усмехнулся Курк и бросил взгляд на Эл.

Парень не сказал, что хотел видеть ее, смутился. Курк ловко помог встать Димке на ноги, потом дотянулся до плеча Марата.

— Димон, включи поле вокруг корабля, а то нас зальет. И сообщи, что нам нужен катер.

Димка недоверчиво посмотрел на Курка.

— Пошли, — позвал его Марат.

Рассел увел молодых людей на борт.

Алик стоял напротив Эл, дрожа и ежась под дождем, и молчал. Она увидела, что он смущается с каждой секундой все больше, подошла и обняла его.

— Рада, что именно твою физиономию, я увидела здесь первой. Хороший знак.

Она отстранилась, но еще держала свои руки на его плечах. Алик понял, что облечь свои чувства в слова не может, ему хотелось поцеловать ее, хотя бы в щеку, но он не посмел. Она улыбнулась загадочно.

— Не говори ничего, я все понимаю, — сказала она.

— Трудно было? — спросил он, опять не то.

Эл только кивнула.

— Я слышал, что там снова вмешался Галактис. Вам повезло.

— Очень. Но я не хочу сейчас говорить об этом.

Наконец, он решился и осторожно поцеловал ее. Эл отстранилась. Алику показалось, что ей не понравился его поступок.

— Извини, — сказал он.

— Ничего, — сказала она.

Свист двигателя возвестил прибытие катера. Алик решил, что он появился кстати, неловкость, которую он испытывал, хотелось спрятать подальше, чтобы она не заметила.

Служитель порта крикнул из кабины:

— Зачем же вы вышли! Промокли совсем, капитан. А ты парень, как тут оказался? — обратился он к Алику.

— Мимо проходил, — пошутил Алик.

— Убегай быстрее, пока он не проверил, кто ты, — шепнула ему Эл, — марш отсюда.

Алик мигом исчез за стеной дождя.

— Вот мальчишка, — воскликнул служитель, — курсант, наверное.

— Курсант, — кивнула Эл.

— Вот шалопаи, всегда лазейку найдут! — воскликнул служитель. — Садитесь, капитан. Подгоню катер к трапу и заберу ваших людей.

Эл заняла сидение рядом с ним. Все расселись и служитель сообщил:

— Вас ждут в четвертом зале. Целая толпа.

— Держись, капитан, — посочувствовал ей Рассел, — придется выдержать еще одну церемонию.

— Я не боюсь, — сказала ему Эл через плечо.

Она отлично держалась во время этой встречи. Принимала поздравления. Вела себя достойно и скромно. Димка оберегал ее от чрезмерных выражений людских эмоций, а потом и Марат присоединился к нему. Рассел осматривал людей, он и половины не знал и никогда не видел. Мелькали формы курсантов, лица из их экипажа. Дагерт крепко обняла Рассела.

— Инспектор! Вы живы! — воскликнула она.

Дагерт через чур фамильярно поцеловала его в щеку и повисла у него на шее, а потом шепнула:

— Не дайте увезти Эл в снятые для нее апартаменты. Под любым предлогом отправьте ее на остров к опекуну.

Курк не выказал Дагерт никаких ответных чувств, сразу отыскал глазами Эл. Она была на другом конце толпы и спокойно разговаривала с обступившими ее людьми. Курк устремился туда.

Служители порта стояли у входа в полис и переговаривались, смотрели на толпу и посмеивались. Курк высвобождался из цепких рук встречающих, благодарил и таким путем добрался до служителей.

— Мне нужен катер на двоих, — сообщил он.

— Только? — спросил служитель.

— Да.

— Я подгоню к выходу, — кивнул один служитель.

Курк вернулся обратно, стал искать в толпе Димку, когда нашел, с трудом пробился к нему.

— Ты видел Алика? — спросил он у пилота.

— Мелькал где-то. Он в форме. Уже успел переодеться.

— Минут через пять попытайся высвободить Эл из толпы и вытолкни ее к выходу. Идет?

— Что-то случилось? — Димка встревожился.

— Изобрази довольную мину… Потом.

Димка кивнул и автоматически улыбнулся.

Эл общалась с курсантами и несколькими журналистами, когда ловкие руки выудили ее из круга. Это был Димка.

— Простите, друзья мои! — воскликнул он, — у нас еще масса формальностей! Капитан, вас ждут в Совете Космофлота. Только что сообщили.

— Как? Ты видел Ставинского? — удивилась Эл. — Почему так скоро?

— Иди к выходу. Там узнаешь, — сказал он.

Димка встал как щит между толпой и Эл. Она в одиночку миновала первые двери, там ее поймал Марат.

— У выхода катер. Удачи, капитан, — он наградил ее счастливой улыбкой.

— Да что происходит?

Марат просто вытолкнул ее в следующие двери. Тут ее подхватил Курк. Они побежали по галерее к выходу. Эл охнуть не успела, как Курк запихнул ее в катер. Двигатели взвыли, машина быстро набрала высоту. Эл посмотрела на пилота.

— Алик?

— Романтично, правда? Мы тебя украли.

— Куда мы летим?

— Домой, — коротко ответил он, — к Тому.

— Это шутка?

— Нет.

— Что-то случилось?

— Да. Отдохни. Не ломай голову. Все узнаешь в свое время.

Алик настроил курс, включил автопилот и откинулся в кресле. Вид у него был счастливый.

— А ну, выкладывай, что знаешь, — грозно заявила Эл.

— Я ничего не знаю, — сообщил Алик. — Курк вытащил меня из толпы. Сказал: садись в катер, бери Эл и лети к Тому.

— И ты послушался.

— С твоим другом-инспектором трудно спорить. И я понял свою выгоду.

— Какую?

— Я хотел увидеть тебя без посторонних.

Его лицо и глаза все красноречиво выразили отношение.

— Эгоист, — вздохнула Эл и успокоилась.

Алик перестал улыбаться.

— Разве я тебе не друг? Ну, прости мне мой маленький эгоизм. Или ты все еще обижаешься, что я не полетел с вами?

— Только тебя там не хватало, — буркнула Эл.

— Так. Ну, извините, капитан, — он метнул в нее строгий взгляд.

— Извини. Вырвалось.

— Ты придешь на свидание, если я приглашу?

— Что?

— Могу я пригласить девушку на свидание? То есть тебя?

Лицо Эл выразило теперь массу эмоций. Он улыбнулся, решил, что поставил ее в тупик. Что же она ответит?

— Я подумаю, — сказала Эл.

Вдруг она вспомнила ту минуту на Уэст, когда думала о своих чувствах к нему. Был ли то порыв? Он был одним из тех, ради кого она вернулась.

Она стала серьезной даже хмурой. Эл смотрела перед собой, потом она бросила на него быстрый взгляд.

— Я согласна.

— О чем ты думала? Только что?

— Не скажу.

* * *

Тома на острове не оказалось. Дом был пуст и заперт.

— Такого никогда не было, — сказала Эл, проверив замки. — Что-то происходит.

Она обошла дом. Алик следовал за ней.

— Тут был лаз. Я могу пролезть внутрь.

— Эл, ты хочешь попасть туда без разрешения?

— Это и мой дом.

Она возилась у фундамента с минуту.

— Заделан. Крепко, — заключила она. — Так.

Она сложила руки на груди, оперлась спиной о стену. Вечернее солнце окрашивало и ее, и все вокруг в розовые тона. Ветер трепал ее волосы, природа вокруг навевала покой, но она всего этого не видела. Странно для человека, который несколько месяцев провел в космосе. Ей было не до красот, не до романтики вообще. Алик заметил эту перемену. Час назад она плясала под дождем в порту, праздновала возвращение. А сейчас, дома, сама, как дождевая туча. Скорее бы она начала задавать вопросы, тогда он узнает, о чем она думает.

— Алик, чем ты занимался, пока нас не было?

— Я так и работал в Службе Времени, Эл. Не поднимая головы. Я же сказал Курку, что буду делать. Разве он не сообщил?

— Нет. Там было не до того.

— Я искал способ, как вытащить нас отсюда. Я нашел, Эл. Все время я готовил уход. Есть один шанс. С точкой попадания проблемы, но в свое время мы вернемся.

— Это возможно?

— С огромным риском оказаться не там, где хочешь.

— Вот как? И все-таки ты решил, что мы сбежим, — в ее голосе послышалось сомнение.

— Давай ты отдохнешь. Вы проделали такой путь. А я свяжусь с Томом.

— Нет. Не выходи на связь, — Эл жестом предостерегла его. — Не нужно показывать, что мы тут. Я чую неладное. Том объявиться или Курк, раз он послал нас сюда.

— Найти нас просто, — заключил Алик, — у нас катер порта.

— Тогда отошли его обратно, и сотри курс. А лучше лети отсюда, а я останусь.

— Я не могу тебя бросить, — сказал он.

— Я не пропаду.

— Я не хочу тебя оставлять. Я отошлю катер. Ты права. Но я останусь. Не спорь. Я не уйду.

Его глаза упрямо поблескивали из-под бровей. Эл смягчилась.

— А я и не спорю. Делай, как считаешь нужным.

Алик отправил катер назад. Они остались одни на острове.

— Теперь мы бес связи и транспорта, — сказал он сам себе и пошел к дому. — Конечно, это не то, что застрять на Уэст, Эл. Бояться нечего.

Эл тем временем еще раз обошла дом, он нашел ее сидящей на ступенях, она теребила пальцами кустик, который рос рядом.

Алик совсем не так представлял себе их встречу и последующее общение. Похоже, Эл была занята решением каких-то проблем и вовсе не думала о нем. Он ощутил себя лишним. Алику стало грустно. Оставалось только помогать ей — единственный способ быть рядом.

За эти месяцы любовь к ней окрепла. Он часто и с грустью вспоминал Плутон и их встречу у океана. Она была такой близкой. Сейчас она как неприступная крепость, замкнутая сама в себе, жесткая и сосредоточенная.

Он сел рядом. Сейчас с ней бесполезно вести мирные беседы, поэтому он молчал.

Уже стемнело, а Том так и не вернулся. Алику надоело сидеть на месте, и он прогуливался вокруг дома. Эл со ступеней перебралась на перила веранды и сидела, свесив ноги. Они не сказали друг другу ни слова.

Как только последний луч солнца скрылся за горизонтом. Включилось искусственное освещение. Огоньки были слабенькие, но их достаточно, чтобы различить в темноте объекты. Алик перестал ходить вокруг, поднялся на веранду и сел недалеко от Эл.

Он хотел, чтобы она рассказала, что с ними случилось. На Земле было известно, что они остались на планете, начался переполох, когда основной экипаж вернулся без них. Состав «Радуги» еще на Землю не спустился, а Алик уже знал, что на борту скандал, что остатки элькиного экипажа взяты под арест. Почему? Догадаться несложно.

* * *

Какие муки он испытывал тогда. Каким негодяем себя считал, но сделать ничего не мог. За ним следили, проверяли, не смотря на то, что он много работал, доверия к нему не было. Алик считал это расплатой за свое предательство. Теперь он иначе свои поступки не оценивал. Великодушие Эл и снисходительное отношение друзей, только усугубили этот процесс. Ему потребовались месяцы, пока терзания стихли, и боль стихла. Он перестал мучаться и разрушать себя, потому что осознал, что бессмысленно просто страдать, нужно найти способ все исправить. Еще до отлета «Радуги» он знал, чем можно искупить вину. Он понял, что Курку можно довериться, коль скоро он летит с Эл. Он решил, что надежда на спасение придаст Эл и Димке сил. Едва он воскрес после своих страданий, и жизнь перестала казаться мрачной, пришло известие, что Эл и еще трое, в том числе и Димка, были оставлены на Уэст. Он пережил ужас! Все началось опять. Он решил уйти из Службы Времени и пробиться в спасательный экипаж, но выяснилось, что «Агентство» не собирается их спасать. Алик кинулся к Ставинскому. Командор, как всегда деятельный, уже давил на все рычаги, добиваясь экспедиции на Уэст. К Алику и его тревогам он отнесся снисходительно, но в помощи отказал. Алик понял, что командор не простит ему того, что он не летает сейчас, а занимался земными вопросами. Командор считал, что его выпускники должны летать, не летишь в космос, значит, ты трус и предатель, чем Алик и был в его глазах. Пожалел его командор лишь в одном, когда заявил:

— Я ее учил. Такие как Эл просто так не гибнут. Они все будут живы. Я знаю.

Это был комплимент для Эл, но не утешение для него.

После возвращения экипажа, ему стало еще хуже, от тех подробностей, что сообщили Игорь и Ольга. Игорь после комы и мало, что знал. Ольга Алика щадить не стала, рассказал все, как было.

— Самое подлое, что никто не хочет их спасать, — возмущалась она.

— Знаешь, Оля, — сказал он тогда, — давай сколотим свой экипаж. Ты знаешь, что добровольцы имеют на это право. Космофлот даст нам корабль. Если мы наберем людей…

— Кто наберет? Это должен быть капитан. Где мы найдем капитана? А еще нужен десант. Хороший десант. Биологи. Врачи.

— Ставинский собирает экипаж, — сообщил Алик.

— Когда я последний раз беседовала с ним, он сказал, что вышвырнет меня и Игоря из Космофлота. Я думаю, он пошлет нас куда подальше, и еще издеваться будет, — со слезами на глазах говорила Ольга.

Игорь подал совсем иную идею.

— То, что там происходит — преступление против людей. Нес, конечно, поступила подло, но за ней этот десятый параграф, будь он неладен. Зато мы можем опротестовать полет вообще. Надо доказать, что колония на Уэст существовать не может. Только тогда их заберут оттуда.

— На это потребуется время, — протестовал Алик. — Они могут погибнуть. Я боюсь за Эл и за Димку.

— А я боюсь за всех, а за Эл в последнюю очередь, — выпалила Ольга. — Она-то выживет.

— Почему ты так уверена? — возмутился Алик.

— Потому, что она — мутант! — заявила Ольга. — И еще какой.

Алик прожил несколько недель как во сне. Попытки добиться хоть малости в вопросах спасения были безрезультатными. От нервного истощения он снова оказался в руках врачей.

Однажды, его навестил Том. Он пришел с корзиной фруктов, приветливый и загадочный. Алик посмотрел на него и поразился. Опекун Эл, кажется, не был в отчаянии от исчезновения воспитанницы. Том любил Эл как родную, Алик думал, что он переживает не меньше его.

— Ну, здравствуй, страдалец, — приветствовал его Том.

— Добрый день, — поздоровался Алик.

— Что, решил совсем себя доконать? — Том усмехнулся. — Ладно. Сообщу тебе сначала хорошую новость, и дай мне слово, что мы серьезно поговорим.

— Даю. Какая новость? — Алик сел на постели, чтобы удобнее было слушать.

— С одного их маяков пришло сообщение. Его послала Эл со своей компанией. Они живы.

— Живы! — Алик подскочил. — Живы! О, Великий космос! Живы!

Том рассмеялся.

— Парень, тебя полжизни учили владеть собой. От твоих эмоций вреда больше, чем пользы. Сядь и выслушай меня внимательно.

— Том, ты разве не рад?! Они живы!

— Рад, — заключил Том, — но зачем так орать. Я не сомневался.

— Живы, — повторил Алик. — Значит, остается шанс вытащить их оттуда.

— Остынь. Ты у врачей. После того, что с тобой было, в космос тебя никто не пустит.

Алик грустно посмотрел на Тома.

— Когда тебя обещали выпустить отсюда?

— Мне уже можно выходить, — ответил Алик.

— Ты не против прогулки на остров? Твой врач считает, что отдых и хорошие впечатления полезны тебе. У меня созрели фрукты, сейчас хорошая рыбалка. Никаких волнений, кроме приятных. Я обещал ему, что ты вернешься назад обновленным, что ему останется дать положительное заключение и отпустить тебя.

— Вы приглашаете меня?

— Раньше ты там часто бывал, а последний год не появился ни разу, даже когда вернулась Эл.

— Я не мог.

— Я знаю. Поэтому решил пригласить тебя лично. Не только отдыхать, но и по делу.

Алик оживился.

— Я согласен.

Через час Алик сидел в гостиной Тома и ел настоящий ананас.

— Нравиться? — спросил Том.

Алик кивнул.

— Если ты сыт, пошли, прогуляемся, — предложил Том.

Они прошли мимо стоянки с катерами, выбрались через кустарник на лужайку с высокой травой. Том сел, Алик устроился рядом.

Было еще утро и не жарко. Том лег на траву. Алик последовал его примеру. Здесь действительно было замечательно. Шум ветра, океан, трава скрывала его целиком. Алик посмотрел в небо. Хотелось действительно обо всем забыть в этом раю. Нет. Не обо всем он хотел забыть. Эл выжила. Эта мысль грела душу жарче солнца. Она выжила. В нем вспыхнуло много надежд. Он словно вырвался из блужданий во мраке, вышел на свет.

— Хочешь помочь Эл? — спросил Том, словно мысли его прочел.

— Конечно! — Алик приподнялся.

— Лежи. Сейчас никуда бежать не надо, — засмеялся Том. — Ей богу, Алик, я всегда считал тебя самым серьезным и взрослым в вашей компании. А сейчас вижу, что ты мальчишка мальчишкой.

— Я и сам не понимаю, что со мной. Верно, раньше я лучше собой владел.

— Уж не после Плутона ли произошла эта перемена?

— Да. После Плутона. Я вел себя как…

— Ну-у. Вот только не начинай снова грызть себя.

— Не могу. Не могу.

— Может, ты и наделал серьезных ошибок, но исправил ли хоть одну?

— Я пытался, и буду пытаться.

— Похвально, — вздохнул Том.

— Вы сказали, что я могу помочь. Знаете как?

— Для этого нам нужно серьезно поговорить, а я не знаю, как начать этот разговор.

— Если это ради Эл и ее экипажа, я готов.

— А ты сможешь искренне и без страха ответить на некоторые мои вопросы?

— Я постараюсь.

— Тогда вопрос первый. Когда тебя завербовала Служба Времени?

Алик опешил. Сел и уставился на Тома. Вот так поворот. Откуда он знает? Эл сказала? Но тогда он знал бы. Когда?

— Испугался? — спросил Том. — Не бойся, никто о нашем разговоре не узнает.

— Узнают, — резко сказал Алик.

— Думаешь, следят, — Том беззаботно лежал в траве и грыз стебелек, словно они вели непринужденную беседу. — Ты лежишь в мертвой зоне, а на воротнике твоей одежды экран. Это Эл придумала. Она у нас известный конспиратор. Под этой травкой есть слой с глушителями всех частот. Так что не бойся, не увидят и не услышат.

— Есть и другие способы, — сказал Алик.

— Ты про доктора Бернц, с ее особыми способностями? Так ведь мысли она не читает. Не захочешь — не расскажешь. Я хочу помочь тебе выпутаться, и не только тебе, но и Эл, и Дмитрию. Начнем с того, что ты ни в чем не виноват. Так, когда тебе предложили сотрудничество?

— Меня вынудили.

— Это произошло на Плутоне?

— Почему вы спрашиваете? Какое отношение вы имеете к этому?

— Я это делаю ради Эл. Устроит такой ответ?

— Да что вы можете? Зачем вам влезать?

— Сделать я могу немного, но помочь советом готов. Я же историк и такая загадочная координата как время — не последняя в моей специальности.

Алик усмехнулся.

— Ты не ответил на вопрос. Если не хочешь говорить — принуждать не могу. Ты запутался и запутаешься еще больше, если тебя не направить в нужное русло. — Алик упрямо молчал. — Ну настроишь ты устройство. Доберетесь вы до приборов. Только вот, где окажетесь в итоге?

— Да с чего вы взяли, что я собираюсь так поступить? — стал отпираться Алик.

— Рассел сказал.

— Курк?! Вам?!

— Удивлен? Инспектор знает, откуда вы, я знаю, Ставинский знает, твое начальство — где здесь тайна?

— Какую цель вы преследуете? — Алик готов был отбиваться до последнего. Том возбудил в нем сильное подозрение. Алик не знал, куда ему деваться. — Хороша прогулка. Вы шантажировать меня пришли? Не выйдет.

— Перестань. Ты знаешь, что значит для меня Эл. Ты и Дмитрий мне тоже не чужие. Успокойся. Мне нужны твои ответы, чтобы помочь. Мы не можем вытащить Эл с Уэст, но здесь ей тоже нужна помощь. К ее возвращению все должно быть готово, чтобы вы могли сбежать в любой момент. Если ты готов участвовать, отвечай на вопросы.

— Хорошо, — Алик снова лег. Ему не хотелось смотреть в глаза Тому. — Меня завербовали на Земле. Я только оправился после шока, как мне пригрозили арестом. Формально это и был арест. Они сказали, что знают про мои отношения с Эл, что она мутант и ловко скрывает это, а я сообщник. Я упирался, как мог. Они могли бы исследовать мою память, но врачи запретили. До конца было неясно, что со мной случилось, поэтому мои мозги оставили в покое. Я не знаю, кто сообщил им, что Эл из прошлого. Возможно, про меня им было известно, а вот Димка, кажется чист. Меня таскали на допросы целый месяц. Все, что они вытрясли из меня, было не существенно.

— Как тебе удалось? Там хорошие мастера. Это ведь была не Служба Времени, а служба безопасности планеты.

— Вы и это знаете. Да. Есть одно правило — говорить правду. Эл часто пользовалась им. Я тоже решил попробовать. Я не лгал, отвечать на вопросы можно по-разному. Мне хватило хладнокровия держать себя в руках. Меня спасли головные боли, после шока, они бывали часто. Так что беседы длились не больше часа, потом меня оставляли в покое, и я успевал все вспомнить и обдумать. Я понял, что у меня получилось, когда Эл утвердили в звании капитана. Я понял, что обыграл их. Я не стал свидетелем, но я попался на другом. Как последний дурак. Однажды меня навестила Светлана Бернц. Она извинилась за инцидент на Плутоне, мы мило побеседовали. Тогда я почувствовал, что ей что-то надо от меня. Я так и спросил. Она рассказала мне про стычку с Эл, про ее угрозу. Она сказала, что от Ставинского знает, что Эл из прошлого. В определенный момент я допустил ошибку, она запутала меня, и я подтвердил слова Ставинского. Я понял свой провал. Вот теперь я готов был к настоящему аресту. Но Светлана не выдала меня, напротив, облагодетельствовала. Она предложила мне попробовать попасть в Службу Времени. Я же штурман. Она убедила меня, что моя квалификация и знания помогут, что в космос меня не пустят, пока я не пройду реабилитацию, что это время можно использовать с пользой. Я сомневался до того момента, пока она не поведала мне, что сделала открытие. Она связала аномалии, происходящие с Эл, со скачками во времени. Она говорила как врач. Убедительно. Очень. И я ей поверил. Я тогда искал для себя любую зацепку, чтобы доказать себе, что Эл — не мутант, не подмена. Я не поверил Эл, как поверили мои друзья, и оказался предателем. Чем больше я общался с доктором Бернц, тем больше она вытаскивала из меня. На своей шкуре я понял, как скатываются по наклонной плоскости. Я действительно смог понять механизм переброски. Математически это можно описать довольно легко. Она подогрела мое любопытство и мои устремления тем, что этим я помогу Эл. Это была ловушка. Через полгода я случайно встретился с инспектором Донованом, напарником Курка. От него-то я и узнал истинные мотивы. На руках у Бернц оказалась такая информация, что она могла завалить Эл в любой момент. Вот тогда я и стал готовить побег. Я добился перевода в отдел, где Светлана меня не достанет. Я уже не исследователь, я патрульный. Я на себе испытал переброску и знаю, как она работает. Может, я мыслю плоско, и меня вычислили, если даже вы завели такой разговор, но один шанс у нас все-таки будет. Грех им не воспользоваться.

Том усмехнулся.

— А потом что? — спросил он.

— Я еще не думал. Видно будет, когда выберемся отсюда.

— Не жалко? Вот так все бросить?

— Вы что, остаться предлагаете? — удивился Алик.

Том выплюнул истерзанную травинку и сорвал новый стебелек.

— Хочешь, я за пять минут развею тень твоих страданий? А? Поэтично сказал…

— Развейте, если можете, — хмуро сказал Алик.

— Тогда, начнем сначала.

— Опять.

— Опять, — Том согнул одну ногу в колене, закинул на нее другую, и стал говорить, беззаботным казалось бы тоном. — Ты полетел к ней на Плутон полный надежд. На возвращение домой, конечно. Но ты встретил другую Эл. Возможно, даже видел приступ, какие у нее были.

— Нет. Приступ я видел потом, — поправил его Алик.

— Не важно. Но все же она была другой. Да, ты прав, дело в вере. Но согласись, глупо верить во все, что тебе говорят. Ты наблюдал.

— Откуда вы знаете? Вам Эл рассказала?

— Отчасти…Я открою один ее и мой секрет. Перед отлетом, она сделала мне подарок. Отдала коробку и просила вскрыть, когда она улетит. Эл редко делает что-то просто так. Скорее подарком была жемчужина, которую она засунула мне под подушку. А вот в коробке я нашел то, что открыло мне очень многие секреты. Там был блок памяти от ее корабля «Дельты 31», который послал на Землю ты. Я заключил, что сотрудничать с Эл было твоим твердым желанием, не смотря на новые открытия. Там я нашел пять копий блоков информации, которую выудили для Эл ее друзья, пока она симулировала «капитана в отпуску». Не знаю, как их не поймали, но то, что Ставинский выучил вас на разведчиков, было видно сразу. Шпионаж в лучшем виде. Если Эл это смотрела и анализировала, а я в этом уверен, она сможет сражаться не с пустыми руками. И тебя она нашла, пользуясь тем, что собрали ваши друзья.

— Там есть исследования Бернц?

— Есть, — кивнул Том.

— И Эл об этом знает?

— Уверен.

— И после всего этого она нашла меня и простила? Звала меня в экипаж, а я то мучался. Зачем я отказался?

— Если рассуждать с точки зрения сегодняшнего дня, ты здесь можешь принести и принесешь больше пользы. А простила она тебя потому, что считала себя виновной в том, что с тобой произошло. Эл мучалась тем, что она другая не меньше, чем ты мучаешься теперь своими бедами. Но у нее в крови — побеждать, и себя — тоже. Она натягивает маску, изображая железную неприступность. Поэтому мало кто знает о ее сомнениях. Я знал.

Алик приподнялся и посмотрел Тому в лицо. Том шумно выдохнул и продолжал.

— В отличии от тебя, Эл знала истинную причину твоего обморока. Постарайся все понять верно, и не впадай в панику. Дело в том, что доктор Бернц, как многие врачи, обладает некоторыми парапсихологическими способностями. Она на тебя воздействовала, странно, что ты не знал.

Глаза Алика расширились.

— Я не знал. Честно.

— Кроме всего, что я перечислил в подарке Эл, была еще пластинка с записью и записка: «Разберись с этим». Там была запись момента, когда ты бредил после потери сознания.

— Я бредил? Почему мне не сказали?

— Наверное, не хотели вызвать рецидив.

— Что там было? Я вспоминаю, Эл говорила что-то.

— Какое-то неясное бормотание на непонятном языке, и всего можно разобрать одно слово. Его ты часто повторял.

— Какое?

— Хм — м. — Том сосредоточился. — Монтуэль. Ты знаешь что это?

— Не знаю, — растерянно сказал Алик. — Даже представления не имею. Похоже на имя. Что со мной было? Ты понял?

— Могу только догадываться. Я обратился к специалистам. Как бы тебе объяснить. Сознание человека — сложная штука. У каждого есть такие потайные карманы, о которых сам человек не знает. Вот Светлана Бернц и залезла, куда не следует. Она пыталась программировать тебя, чтобы легко было узнать об Эл побольше, и натолкнулась на порог в твоем сознании. Это и спровоцировало срыв. Ты крутил в голове мысль, что Эл не человек и зашел в тупик. Бернц тебе помогла. Я связывался с Плутоном, нашлась врач, которая сделала запись. Она утверждает, что Эл тебе помогла вылезти из того состояния, но хотела остаться неизвестной, запись она сохранила. Так что винить тебя Эл не могла, чувствовала себя виноватой.

Алик закрыл глаза и простонал.

— И все это время Светлана использовала меня. Я был пешкой в ее руках. Я уверял себя, что обману и ее.

— Да, она уже узнала, куда не нужно лезть и потихоньку вытаскивала из тебя то, что ей нужно и направляла куда нужно. Так что не вини себя, парень. Сопротивляться ты бы не смог хотя бы потому, что не знал. Поблагодари инспектора Донована, если бы он не наболтал тебе лишнего, ты бы не избавился от нее до сих пор.

— Том! Я же просто марионетка.

— Не только ты. Против ее обаяния, на сколько мне известно, не каждый может устоять. Так же как и ты, попался и Ставинский, и Донован. Даже из ссоры с Эл она извлекла своеобразную выгоду. Вот, пожалуй, Курк выдержал.

— Ссора?

— На Плутоне Эл ей угрожала. Светлана сделала запись разговора, где Эл ведет себя очень агрессивно и угрожает испортить ее карьеру. Светлана восприняла это как простую угрозу. Но Эл не бросала слов на ветер. Из всех, на кого была собрана информация, а это — Ставинский, Донован, Курк и Бернц, Светлана оказалась в худшем положении. Если они когда-нибудь сцепятся, Эл в долгу не останется. Я наблюдал, как она машет мечем на острове, ругал ее, а она, оказывается, по настоящему готовилась к стычке, только интеллектуальной. Так что подружка твоя превзошла все мои ожидания.

— Том, откуда ты столько знаешь?

— Ото всюду понемногу. Говорю я тебе все это не для развлечения, как ты уже догадался. Когда Эл вернется с Уэст, ей нужны будут надежные союзники. Те, кто не будет сомневаться. Ты один из них. Теперь ты знаешь правду.

— Вы думаете, будет скандал?

— Уверен.

— Но можно отговорить Эл. Я попытаюсь.

— А Эл не хочет ссориться. Поэтому и сбежала на Уэст, да и не только ради спасения. Но когда она вернется, ситуация взорвется как вулкан.

Том, наконец, поднялся и сел.

— В том и штука, что Эл не заслужила такую участь. Понять сложно, за что на ее маленькую кудрявую голову сыплется столько бед, — Том развел руками, — она не сделала ничего противозаконного, а как все обернулось.

— Может из-за того, что она пересекла время и все же нарушила какие-то законы? — предположил Алик.

У Тома была версия, но тогда пришлось бы рассказать парню и про Галактис, и про то, что он наблюдатель, и про некоторые секреты Эл. А ему впечатлений уже достаточно.

— Не знаю, — сказал Том.

— Выходит, я был прав, когда готовил побег, — сказал Алик уверенно.

— Нет. Твоим способом — в последнюю очередь. Вас быстро найдут. Хочешь, чтобы вы все память потеряли? А так и будет.

— Том, если ты так говоришь, значит, знаешь еще выход?

— Знаю, но пока не вернется Эл, говорить бессмысленно. Надо бы ее убедить сначала, — сказал Том. — Что затруднительно. Она влезет в драку, наделает глупостей, наживет себе врагов, а уже потом подумает о побеге. Так и будет. Она же у нас честная.

— Эл не такая. Она выберет верное решение. Может быть, все обойдется.

— Вот мы и поработаем с тобой над тем, чтобы все обошлось. Подстелим Эл соломку, так у вас говориться?

Алик хмыкнул.

— И что я буду делать? — поинтересовался он.

— Хочешь поквитаться с доктором Бернц?

— Не откажусь, хотя я не люблю мстить, но сделаю исключение.

— Попробуй узнать, как она использует данные Эл, полученные на Марсе. Как она увязла их с переброской во времени. Ты смекнешь, что к чему. Только ничего не записывай, все в голове.

— Она меня заподозрит.

— А ты скажи, что узнал про угрозу Эл. Тогда она станет осторожной. Ты обманул штат сотрудников безопасности, неужели не обойдешь одного врача. Попробуй, хуже не будет. Только записи эти она не хранит на виду. Тут нужен хороший личный контакт. Сыграй.

— Ты мне доверяешь такое дело?

— Ты единственный, Алик, кто так близко подобрался к Бернц. Не бойся рисковать. Помощь Эл этого стоит. А подготовку переброски оставь на всякий случай.

— Ну не в Галактис же ей бежать? Да и как? Тут такой корабль нужен, чтобы обставить все наши системы! Чудо!

Том улыбнулся.

Алик добыл данные за удивительно короткий срок — две недели. Он положил перед Томом два одинаковых кристалла.

— Вот, — сказал он.

— Как тебе удалось? — восхитился Том.

— Лучше не спрашивай, — Алик еле губами шевелил.

— Рассказывай. Честное слово, мне ужасно интересно.

— Ужасно? Хорошее слово. Подходящее.

— Что с тобой. Опять?

Алик замахал руками:

— Лучше я все по порядку, — он потупил глаза и стал говорить. — Я придумал забавную уловку. Идея казалась мне гениальной. Приходит же такое в голову. Жаль, что поздно.

— Не отвлекайся, — поправил его Том.

— Я признался в любви.

— Кому?! Бернц?

— Помолчи, Том. Не перебивай меня.

— Я сказал Светлане, что влюблен в Эл. Однажды мы с Эл разыграли Курка, тогда сработало. Я решил, что здесь тоже сработает. Главное встретились мы со Светланой удачно, случайно. Я показался мрачным. Слово за слово. Давно не виделись. Эл пропала. Я в отчаянии. Я выпалил, что я влюблен в Эл. Что мучаюсь противоречиями. Что люблю девушку, а думаю, что она мутант. Что если я не разберусь…Одним словом я ныл у нее на глазах. Долго ныл. Даже решил, что переигрываю.

— Поверила, — вставил Том.

— Этому тоже, но поймал я ее на другом. Она предложила мне забыть Эл — мутанта и найти другую девушку. Я понял, что она не поняла ход моих мыслей. Потом я ляпнул, что я такой девушки больше не найду. Пока она думала, в голову мне пришла совсем гениальная идея. Я высказался, что если у Эл аномалия, то и у меня может быть. Вот что сработало.

— Молодец! — воскликнул Том.

— Ага, — кивнул Алик.

— Что ж ты мрачнее тучи?

— Ты не дослушал. Слабонервных просьба удалиться. Сначала я узнал первый секрет, что Эл в нормальной жизни — нормальная, если нервничает, может слегка меняться, но это даже не так страшно, допустимо. А вот во сне с ней все и случается. Светлана стала меня снова отговаривать от моей влюбленности. Увлеклась, не давила на меня, этакая женская внимательность. И как бы само собой предложила и меня обследовать. Раз я тоже оттуда, надо, мол, сверить.

— И ты согласился. Она на твоих глазах вынуждена была сверить данные.

— Да, я все сам видел. Но потом она погрузила меня в сон, для чистоты эксперимента. Я ничем не отличался от всех людей пока… пока не заснул.

Вот теперь Том понял, что не до шуток.

— И что?

— Я такой же. Я такой же, как она.

Алик посмотрел на него сумасшедшими глазами.

— Это что, была шутка? Бернц могла тебя обмануть, если раскрыла хитрость.

Алик ткнул пальцем в кристаллы на столе.

— Доказательства здесь. Я отобрал у нее данные. Силой. У нее даже копии не осталось.

— Ты забрал все данные? Вот удача! И свои?

— Один из них принадлежит мне, но не знаю какой. Что мне делать?

— Сидеть тут. Выпей успокоительное. Я могу посмотреть? — Том взял в руки кристаллы. — Не надо быть доктором, чтобы увидеть отличия.

— Да. Там все видно. Том…

— Так… Одного я тебя не оставлю. Пошли со мной. Только в истерику не впадай. Еще не известно, правда ли это.

Оказалось — правда. Том пережил не меньший шок, но вовремя стал искать положительную сторону, поскольку не видел другого выхода.

Алик приходил в себя долго. Том сутки не выпускал его из дому, боялся, что парень сбежит на горячую голову. К счастью Алик, «тренированный душевными переживаниями», не впал в истерическое состояние. Том лихорадочно соображал, как ему помочь.

— Вот что, надо лететь к Лондеру.

Том видел, что аномалия есть, но какова его природа, он, как неспециалист, объяснить бы не смог. Совсем недавно он послал сведения об Эл для исследований в Галактис, а теперь еще один. Действовать надо было быстро.

Том посмотрел на Алика, лицо его казалось серым.

— Давай подумаем, когда все могло начаться. Выдвигай свои версии. Отметай не нужное, как вас учили, — предложил Том

Алик стал механически перечислять:

— Я не летал на Тобос, не общался с Галактисом.

— Верно, — подтвердил Том, — и это даст возможность доказать, что Эл не шпион. Одно обвинение минус. Она не подмена. Дальше.

— Я проходил медицинские обследования по графику, а за последний месяц того чаще.

— Но во сне тебя не обследовали, — дополнил Том.

— Никогда. Единственное, что нас объединяет…

— Вы пересекли время вместе. Где двое, там и третий, а Дмитрий сейчас на Уэст.

— Со мной все было хорошо, пока я не узнал о своих… Обо всем сразу.

— Летим к Лондеру.

Алик послушался.

— Прости, что напоминаю, ты ловко придумал с любовью. Трюк что надо. Эл оценит, когда узнает.

— Это не трюк. Не узнает и не оценит.

Том поставил катер на автопилот, быстро задал курс.

— Я чего-то не знаю? — спросил он, поворачиваясь к Алику.

— Это тебя не касается, — сказал Алик бесстрастно.

— И давно у вас?

— У нас? Она не знает. Не хочу говорить. Давай помолчим.

Лондер выслушал Тома с вниманием, посмотрел на измученного молодого человека, взял кристаллы и ушел в лабораторию.

— Фальшивка, — сказал он, улыбаясь, — ловушка для спящего. Сыграла доктор на твоих нервах, Алик, и лишилась своего сокровища. Молодец. Вот что, Том, оставьте его мне. В холодном климате у него быстрее голова остынет.

— Я действительно не хочу возвращаться, — устало кивнул Алик.

Том неохотно согласился, а потом сказал:

— Не летай завтра в клинику. Успокойся. Я обещал вернуть тебя здоровым. Хорошо, оставайся.

Том улетел. Лондер похлопал Алика по плечу.

— Зачем вы солгали? — спросил Алик.

— Чем меньше людей об этом знают, тем проще тебе будет жить. Пошли, поговорим, — он бросил Алику кристалл, тот ловко поймал его. — Лучше разбей.

Они вошли в дом. Лондер усадил его и сел рядом. Лондер молчал некоторое время, Алик надеялся, что он объяснит. Лондер медлил.

— Я — мутант? — спросил Алик.

— Не знаю. Ты узнал сегодня, а я пять минут назад.

— Что мне делать?

— Жить, как жил раньше и поменьше думать об этом, и не бояться. Эл вполне справляется, последуй ее примеру.

— У меня будут приступы?

— Если ты поведешь себя разумно — нет. Ты вообще можешь научиться не обращать на это внимания. У тебя нет того синдрома накопления энергии, каким обладает Эл.

— Где гарантия, что не разовьется со временем?

— Не разовьется, если ты не дашь ход своим аномалиям. Ты наверняка заметил, что, не смотря на многолетние академические тренировки, ты не в силах справиться с эмоциями.

— Да, — встрепенулся Алик.

— Справься с ними. Пока ты не знал, все шло отлично. Эл боролась в одиночку. Она невольно стала использовать свои способности. Она живет со скоростью мышки-полевки, в сорок раз быстрее нормального человека. Я шучу, конечно. Она слишком деятельна и тратит силы, не задумываясь. А расплата — приступы. Живи нормальной жизнью, заведи себе режим, поменьше нервничай, и ты через некоторое время будешь сомневаться — не сон ли ты видел.

— Значит, забыть? — спросил Алик.

— Научиться не думать, — пояснил Лондер. — А когда Эл вернется, понаблюдай за ней, и ты сможешь понять и себя. Ей удалось справиться с уже развившимся синдромом. Тебе проще, ты в самом начале. Тебе самому решать насколько быть человеком. Я не шучу. Буквально. Научись правильно думать, не доводи себя до исступления и не мучайся. Найди плюсы.

— Вы верите, что она вернется?

— Я больше пессимист по натуре. Дело там — дрянь, но у Эл есть одно преимущество — ее необычность.

— Ольга рассказала, как она выжила, — сказал Алик.

— Вы делитесь такими подробностями? Дети малые. Вот так и расползаются слухи.

— Мы друзья, странно было бы не рассказать.

— Советую о себе помалкивать. Уже есть я, Том и Бернц. Как говорила Эл, что известно трем — уже не тайна.

Он пробыл день у Лондера, потом вернулся в клинику и при первом же обследовании у него ничего необычного не нашли.

Лондер ему подыграл, убедив Тома в ошибке. Бернц Алик избегал, и она, как ни странно, оставила его в покое. Эл оказалась в безопасности, данные с Марса Лондер безжалостно уничтожил. Чтобы не вызывать подозрений Алик активно помогал Тому. Странные ему доставались задания, но он их выполнял без вопросов.

Через месяц Галактис эвакуировал с Уэст колонию землян и во всеуслышание объявил планету закрытой. Эл и ее экипаж были спасены. Алик праздновал удачу вместе со всеми. Подробностей никто не знал.

* * *

Теперь Эл сидела рядом отчужденная, совсем не такая, какую он мечтал встретить. Он ничего не знал о ней, а она о нем. Зато он на себе ощутил, что такое чувствовать себя не как все и всей душой стремился ее понять. Он специально ничего ей не рассказывал, оставив эту задачу Тому. Наверняка, это Том подсказал Расселу отвезти Эл сюда.

Они были одни. Рядом сидело существо, ближе которого для него не существовало. Она не узнает, что он такой же. Никогда. Алик придвинулся ближе, он хотел взять ее руку в свою, почувствовать ее тепло, и загадал, если она уберет руку, значит, ничего у него не выйдет, если оставит…

Ему помешал шум двигателей. Катеров было несколько. Алик соскочил с перилл прямо в кустарник, выбрался из него, шипя от боли.

— Их как минимум три. Эл, прячься. Вдруг, это арест.

Эл лениво перебралась через перила обратно на террасу и прошлась к ступенькам.

— Когда-нибудь Том грохнется в океан на своем катере. Он так и не научился делать профилактику своей машине. У него, как всегда, одна причина — много работы. Пошли. Встретим их.

— Откуда ты знаешь?

— Этот хриплый звук я различаю даже сквозь сон.

— Он не один.

— Было бы опасно, он вообще бы не прилетел.

Они быстро пошли к площадке. Шумная компания выгружалась из трех катеров. Эл узнала свой экипаж и Тома, махнула им рукой. Том подбежал к ней, Эл повисла у него на шее, а он закрутил ее, как ребенка.

— Том! — воскликнула она.

— Ну, здравствуй, белокурая бестия, — Том еще раз крепко прижал ее к себе. — Соскучился страшно.

— Хорошо гостеприимство. Дом заперт. С каких пор?

— Обещали сильный шторм, я здесь не был два дня, подстраховался.

Марат и Димка шагали, взяв друг друга за плечи, и в такт покачивались из стороны в сторону. Димка пел песню. Они изображали качку на корабле.

— Никто не пьян, никто не пьян, а так, под мухою, чуть-чуть!.. — пел Димка басом.

Шествие продолжали Игорь, Ольга и Дагерт. Лондер шел плечом к плечу с Расселом, он улыбался, беседуя с инспектором и посматривал, как чудят Марат и Димка. Когда Димка поравнялся с Эл и Томом он увлек за собой и их. Образовалась цепочка из четырех человек, Том и Эл подхватили песню. Рассел глянул на Алика, он казался счастливым. Он был рад, что им удалось побыть наедине. Они поравнялись, и Алик пошел рядом с ним.

— Что это был за побег? — спросил Алик.

— Спасли Эл от врачей, — пояснил Лондер. — Потом все узнаете. Надо отпраздновать такое возвращение.

У Тома нашелся кувшин с вином. Часа два, как по команде, никто не вспоминал о полете. Шумели, шутили. Том сидел рядом с Эл и Расселом. Напоить инспектора вином оказалось непросто. Курк упирался, потом попробовал и счел вкус необычным. Потом сознался, что у него шумит в голове, и наотрез отказался от второй порции.

Эл осматривала присутствующих со счастливой улыбкой на лице. Они все были живы, все вернулись. В душе рождалось упоительное чувство счастья и восторга. Она почувствовала то, что чувствует победитель. Эти ощущения понемногу схлынули, так же как хмель от выпитого вина. Она наблюдала, всматривалась в лица. Эти люди напомнили ей играющих детей. После пережитых личных трагедий всем хотелось праздника, душевные бури сменились бурей веселья. Эл не была исключением, она окунулась с головой в празднество, но постепенно «опьянение» им проходило. Вот она уже видит вопросительный взгляд Рассела, Марат рассказывает, как он потешно разбирал катер, только он один говорил о полете, но осторожно, только в шутку. Иногда он бросает на Эл взгляд, словно сверяясь: то ли он говорит, можно ли? Она знала, что веселье вот-вот схлынет. Новая история только начинается. Они спросят. Спросят непременно. Только кто решится первым? Начать ли разговор ей самой? Или дать им насладиться остатками торжества? Эл склонилась ко второму.

За ночным пиршеством разговор о деле так и не зашел. Том разместил всех в доме — досыпать остаток ночи. Ольга, Эл и Дагерт оказались вместе в кабинете Тома.

— Эл, можно вопрос? — спросила Оля, глядя в потолок.

— Спрашивай, — отозвалась Эл из своего угла.

— Не жалеешь? Что взяла нас в экипаж? И что мы вообще полетели?

— На оба вопроса — нет, не жалею, — ответила Эл. — Вы оказались подходящим экипажем.

— А ты подходящим капитаном, Эл, — отозвалась Дагерт. — Я во многих полетах была и капитанов видела много, и аварии случались. Могу сказать, что вела ты себя не хуже любого капитана. Когда Лондер умолял меня лететь, я сильно сомневалась, что эта затея кончиться хорошо. Все так и вышло, скрывать не надо, но ты вела себя безупречно…И еще, правильно, что ты выбрала Агентство, в Космофлоте тебе долго пришлось бы летать на вторых ролях, а тут такой опыт. По-моему, он бесценен. А то, что случилось неладное, так ты в этом не виновата, я где угодно так скажу. То, что вы вернулись, только прибавляет тебе баллы. Так что есть, чем гордиться.

— Спасибо, — поблагодарила Эл.

Дагерт судила со своих позиций, у Эл было свое мнение. Обсуждать полет ей придется еще не раз, только не теперь, раз уж до этого все смолчали.

Она заснула совсем другим сном, чем спала раньше. После катастрофы она уже не бродила по окрестностям, сны снова стали настоящими, она запоминала их. Опять ей снился остров, совершенно одинокий среди океана, совсем не похожий на остров Тома или на те острова, где она бывала вообще. Океан, омывавший его, терялся в звездах, и это сказочное видение восхищало и пугало ее. Тревога и печаль царили здесь. Мрачный остров и, кажется, абсолютно необитаемый, звал ее. Она видела его несколько мгновений, а потом просыпалась. Сон длился минуты, а на Земле миновала ночь.

Так случилось и в этот раз. Дом еще спал, Эл бесшумно покинула его и пошла купаться. Она изловчилась тихонько выудить из гардероба штаны и рубашку Тома, ходит в десантном костюме и срастаться с ним ей больше не хотелось. Она ушла подальше, чтобы никто не увидел, скинула одежду и бросилась в море. Удовольствие неописуемое. Не прошло и пяти минут, как метрах в двадцати из воды выскочил дельфин. Машка бухнулась в воду, волна накрыла Эл. Машка уже толкала Эл носом.

— Нашла? Да? Нашла, умница.

Машка стала чирикать в ответ. Эл схватила ее за плавник.

— Вперед! — скомандовала она.

Машка сильно дернула, и они помчались вдоль берега. Играли они долго. Машка на радостях никак не унималась, Эл не хотела ее прогонять и возилась, пока ее подружка не уплыла добровольно. Эл выбралась из воды и растянулась на песке, как была, голышом. Тело вибрировало, словно в нем гудел свой маленький океан и шумел в ушах. Эл, наконец, поняла, что она дома, можно было вздохнуть грудью родной воздух, набрать горсть песка и смотреть, как он сыплется сквозь пальцы. Она вспомнила Уэст, именно сейчас. Уэст не была ей чужой и понимает ли она Землю так же, как пыталась свыкнуться с Уэст. Может ли быть что-то подобное здесь, на Земле? Нет. На Уэст было что-то совсем другое, тот «невидимый» мир приоткрылся ей чуть больше, а о мире «невидимом» на Земле она до этого вообще не задумывалась. Существует ли он? Еще бы. Она усмехнулась, набрала целую горсть песка и высыпала ее обратно. Она лежит сейчас на животе на искусственном острове, уже не чувствует всего того, чем обладала раньше. А ведь в детстве маленькая Эл безоговорочно верила в существование других миров, и они были для нее реальными. Вся ее жизнь здесь — это остров далекий от больших материков, это достижение каких-то высот знаний, совершение безумных действий. Космос распахнул ей двери. Но разве все чему она научилась тут, нельзя было постичь иным путем? Неважно, что она водит корабли, многое может и умеет. Что толку, если это никому не нужно, и прежде всего самой Эл. Она задалась вопросом и не нашла ответа. Чего хочет Эл? Не конкретно теперь, а вообще?

Она обсохла, натянула одежду и снова села на песок. Тихо-то как? Штиль на море. В такой тишине хорошо думать. Она никогда не жила без цели большой или маленькой. Она хочет вернуться домой, но прежде выполнит свой долг. А вот как вернуться? Она выросла. Когда-то она боялась, что вырастет и не попадет в будущее, в космос. А что теперь? Как обратно? Откроется ли заветная дверь домой? Еще до полета она была уверена, что откроется. Где та уверенность теперь?

Шорох по песку. Она обернулась, из-за холмика только что показался Димка.

Он сказал ей издали:

— Доброе утро.

— Нашел таки, лисий хвост. Доброе утро.

— И в мыслях не было тебя искать, я думал ты спишь еще. Просто хотел искупаться. Выбрал место, а тут ты. Я не виноват, что нас тянет в одну сторону.

Он растянулся рядом на песке.

— Хорошо, — сказал он, а потом совсем перешел на топот, — хо-ро-шо-о. Никогда не думал, что буду так любить жизнь, вот это все, тебя.

Эл вопросительно посмотрела на него.

— Как сестру, конечно, — пояснил он. — Как, оказывается, я устал. Вот лежал бы так вечность. Извини, но если каждый полет будет таким, я помру раньше времени.

— Ах, ты собираешься со мной и дальше летать?

— Конечно, я теперь тебя одну не отпущу, я слово дал.

— Кому это?

— Тебе. Забыла. Самому себе. Я — лисий хвост, сама меня так прозвала, куда ты, туда и я.

Димка покряхтел немного и сел.

— Домой хочешь? — спросила она.

— Хочу. Только как? — он положил локти на колени, опустил голову.

— Вот и я только что думала: как? Не знаю. Не чувствую ничего.

— Придет время — почувствуешь, — Димка вдруг вспомнил. — А ведь Алик знает. Рассел не сказал тебе?

— А Курк тут причем?

— Алик через Курка передавал тебе сообщение, что нашел способ отправить нас назад.

— Я не знала до этого момента. Вот и выход — Служба Времени. Ай-да Алька, — Эл обняла Димку за плечи. — У нас есть надежда.

— Только сначала штурмом будем брать Институт Времени, — стал ерничать Димка, — ждут нас там с чаем и тортом.

Эл встала на ноги. Димка тоже поднялся. Эл облокотилась о его плечо. Димке понравилось, он улыбнулась, посмотрел на нее и сказал:

— Надо будет, и туда проберемся. После Уэст я не побоюсь лезть с тобой куда угодно.

— Не жалеешь?

— Были минуты — жалел. Даже сильно. Теперь считаю, что нам повезло. А тебе вдвойне. Сто раз уже повторял и еще скажу: не рискуй так больше.

Эл приподнялась и прижала свою щеку к Димкиной.

— Ладно, я поработаю над этим, — она отстранилась, на лице хитрая улыбка из чего стало ясно, что давать обещаний она не будет. — Иди, купайся, стряхни космическую пыль.

Она направилась обратно к дому. Мягкая улыбка блуждала на ее губах. Метрах в ста от дома она увидела Алика и подошла пожелать ему доброго утра. Он отозвался слабой улыбкой и кивком.

— Что мрачный? Не выспался? — спросила она.

— Да нет. Скорее пробудился ото сна, — ответил он неопределенно.

— Это правда, что ты нашел способ вернуться? — спросила она с интересом.

— Да. Только все разговоры об этом еще впереди.

— Молодец.

Эл одарила его улыбкой. С ним что-то творилось. Эл не стала приставать с вопросами, дала себе слово, что разузнает как-нибудь и пошла всех будить.

А объяснялось все просто. Алик увидел их с Димкой на берегу. Поведение их, отношение друг к другу, показались ему через чур личными. Он понял, что друг его опередил, и Эл уже относиться к младшему братцу по-особому. Алик почувствовал себя лишним и не подошел. Более того, он назвал себя полным болваном за то, как вел себя вчера с ней, чуть не признался, что любит ее, просил о свидании. Он не ревновал, ему стало грустно и больно.

Эл зашла в дом, гостиная была пуста.

— Экипаж! Капитан на борту! — крикнула она. — Просыпайтесь!

Команда подействовала, скоро комната наполнилась шумными и заспанными людьми. Том уже не спал и увлек Эл готовить на всех завтрак.

— Пару замечаний можно, пока ты не начала командовать? — спросил он.

— Конечно. Я думаю и не только пару замечаний, а больше. Я в растерянности, пришлось вчера буквально сбежать из порта. Посвяти в тайну.

— А я тут не причем, — сознался Том, — кто-то из твоих подопечных. За завтраком узнаешь. Послушай моего совета, напиши о полете подробнейший отчет, копию пошли в совет Космофлота и ни во что больше не вмешивайся.

— Я не могу так, — спокойно возразила она. — Ты знаешь, что там было? Тебе сообщили?

Том понял, что она имеет в виду не рассказы экипажа.

— Нет, я занимаюсь лишь земными делами.

— Тогда занимайся дальше. Я сама. Когда наступит срок, я приду к тебе за помощью.

— Тогда еще одно, — кивнул Том, словно просил разрешения, и, не дожидаясь пока она ответит, сказал, — спасибо за твои подарки. Ты себе во многом помогла. Найди время, нам надо поговорить, желательно, сегодня.

После завтрака никто не ушел. Эл ловила теперь вопросительные взгляды, каких ожидала еще ночью.

— Что смотрите на меня как на пророка? — спросила она.

— Ждем рассказа, подробного, чтобы картина стала ясной, — ответил за всех Лондер.

Рассказ Эл оказался сухой констатацией фактов и уместился в пятнадцать минут.

— Капитан, это же не рапорт, — умоляюще сказала Дагерт. — Что было на самом деле?

— Так, как я сказала. Есть тонкости, но они не изменят картину, — ответила Эл. — Если откровенно — воспоминаний хватит на всю жизнь, мемуары устные или письменные оставим на потом. Мне хотелось бы вас услышать. Что вы думаете? Лондер, отзовись, как старший.

— Да — а. Полет конечно был… — он не договорил. — Со всем, что произошло нужно разобраться. Мы хотим опротестовать этот полет. За подробностями тебе нужно обратиться к инспектору Луверу. От нас скрывали истинное положение на Уэст. Ты капитан и тебе придется принимать решение самой.

— У нас определенная цель — за проведение и организацию такого полета, капитана Нес можно лишить вообще всякого права на полеты. Мы предлагаем именно так и поступить, — Дагерт высказалась резко. — Соглашусь с Максом, мнение капитана здесь решающее.

— А ваше личное мнение? — спросила Эл.

— Я считаю, что таким людям в космосе делать нечего, — ответила Дагерт.

— Ладно, — согласилась Эл, и вдруг, не сделав никакого заключения, а сказала, — меня волнует другое. Кто знает, в какую сторону пошло расследование инспектора Лувера?

— Он пришел к выводу, что нужна крупная операция на Уэст. Собственно за этим его и посылали с нами. Нюансы полета он оставил в стороне, он не берется судить действия Агентства. Я его не понимаю, — сообщил Игорь. — Он не стал со мной долго говорить на эту тему. Похоже, его вообще не волнует, что с нами произошло. У Космофлота, кажется, свои взгляды на экспедицию.

— И он действует правильно, — сказал Рассел уверенно. — В его компетенцию не входит анализировать организацию полета и сам полет. Его интересовала лишь колония. Он выполняет свое задание. Он прав. Никто не будет слушать, если он начнет морализировать по поводу действий «Агентства независимых капитанов».

— Вы инспектор, вам виднее, — угрюмо согласился Игорь. — Может, вы займетесь?

— Не торопись соглашаться, Рассел. Я скажу свое мнение, чтобы не было споров, — вмешалась Эл. — Пока еще я — капитан Агентства, а вы, раз уж мы вернулись, еще экипаж Агентства. Действовать будем так. Я сегодня полечу в порт «Северный» к Ольет Бенуа и составлю подробный отчет о полете. Копии отчета вы все к вечеру получите. У нас нет никаких прав начинать расследование или требовать его. Капитан Нес сошлется на экстренное положение и десятый параграф. Я подписала договор, закон на ее стороне. Зато, каждый будет волен поступать по-своему, когда экипаж будет распущен. Официально. Мною. Осталось определиться, когда это сделать. Есть одна причина, для меня весьма веская. Я намерена оставить разбирательство подробностей нашего полета на некоторое время. Если вы поняли, на Уэст произошла катастрофа. Я считаю, что будет уместнее предотвратить будущую экспедицию на Уэст. Или хотя бы оттянуть организацию. Уэст больше не колония, и вы должны все это понять.

Ее слова встретили молчанием и вопросительными взглядами. Рассел, Марат и Димон утвердительно кивнули. Том изобразил удивление и посмотрел на Курка, его поразило, что инспектор согласился. Эл сказала весьма ясно, но это означало бунт. Том решил высказаться, ему хотелось понять, в чем дело. Эл вознамерилась поднять голос против неприкосновенности колонии?! Безумие. Еще большее, чем он ожидал.

— Эл, ты думаешь, что тебя будут слушать? Как? Как ты собираешься это сделать? — воскликнул Том.

— Еще не знаю. Я только вчера вступила на Землю, но через несколько дней у меня будут соображения на этот счет.

Том поразился еще больше.

— Если угодно, я объясню, — предложила она. Молчание означало, что никто не был против. — Начнем с того, что Уэст обитаемая планета. Но люди с узенькоразвитыми органами чувств и приборами, не смогли обнаружить иную жизнь. Это полбеды, — Эл почувствовала волнение, нужно было точно подобрать слова. Она вспомнила Роланда, их первую беседу и поняла, что объяснить надо так, чтобы и ребенку стало ясно. — Мы открыли Уэст, мы так возомнили себе. И, коль скоро, не нашли себе равных, вознамерились превратить планету в свой мир — не хуже Земли, распоряжаться ее ресурсами, устанавливать свои правила. Людей манили серебреные озера и красивые кристаллы — то, что можно увидеть и потрогать руками, приспособить к своим нуждам. Изучалось то, что представляло практический интерес. Не многим приходило в голову, что там тоже эволюция, не хуже нашей. Другая, непохожая. Мы причиняли ей вред и ничего не отдавали взамен. Мы не видели их, зато они видели нас. А чтобы было еще более понятно, поставьте себя в их положении. Люди усердно защищают себя от влияния Галактиса. На каждом шагу кричат, что Земля неприкосновенна. Несколько столетий назад люди чуть не вымерли, чуть не потеряли право на существование, но извлекли лишь один урок — надо беречь то, что имеешь. Благополучие планеты — залог существования человечества. А Галактис? «Он же нас захватит, — кричали мы, — покорит, поглотит нашу цивилизацию. Мы сами решим, как нам жить». Но когда речь шла об Уэст, мы не стали размышлять: имеем ли право собственности на эту планету? Потребовалась настоящая катастрофа, чтобы избавить Уэст от нашего влияния. Теперь память о нашем алчном присутствии уничтожена. И я считаю себя обязанной хотя бы предупредить следующую высадку. У планеты иммунитет против нас. Все погибнут.

— Значит, эпидемии были ответом на наше присутствие? — спросила Ольга.

Рассказ подруги не казался ей странным, а раз она смогла приспособиться к условиям планеты, то знает, о чем говорит. Эл кивнула в ответ.

— Раз положение вещей такое, тогда стоит потягаться, — согласился с ней Том.

Лондер тоже кивнул, но смолчал. Дагерт посмотрела на Эл серьезно, подумала немного и сказала:

— Так в чем же в действительности причина эпидемий? Люди умирали чуть ли не от всех болезней сразу. Я не биолог и у меня в голове не умещается весь кошмар, что там произошел. Тысячи людей.

— Я попробую объяснить так, как поняла сама, — сказала Эл. — Правда, знание это досталось мне необычным способом, использовать его как аргумент в борьбе за независимость Уэст я не могу. То, что я расскажу, пусть останется только в вашей памяти. Причина действительно одна на всех, когда Роланд, лучший из колонистов, назвал ее, я тоже удивилась и усомнилась, но поверила.

Эл замолчала, ее лицо стало абсолютно спокойным, глаза остановились на одной точке. Она продолжила рассказ минуту спустя.

— Истинную причину эпидемий искали и до нас. Я видела часть исследований. Пути поисков были очевидные: бактерии, примитивные существа, излучения, растения. Оттого и укрепилось представление, что эпидемии вызывает цветение растений в долине. Не в этом причина, хотя растения излучали энергию, это даже не растения. Вспомните серебристые лужицы, которыми мы любовались во время посадки. Это колония живых существ, обосновавшаяся в долине. А цветение, назовем так, которое вы к удаче своей не видели — реакция на циклы природы, то, что мы на Земле именуем весной, только на Уэст она бывает чаще. Местное светило оживляло все вокруг, жизнь в этот период кипела. Скалы, которые окружали нас по природе своей необычны, они полые внутри со множеством галерей, где жила и копилась масса энергии, она текла по галереям, как кровь по нашим сосудам. И природа ее была различна: от простейшей электрической, до ментальной. Я убедилась сама, когда была внутри. Прикосновение к стенам вызывало искры, а в определенный момент я видела образы своих друзей. Люди выбрали место для колонии рядом с мощным энергетическим центром планеты. Бури, бушевавшие в долине — результат жизнедеятельности этого центра. Разведчики колонии нашли и эпицентр — это была крупная скала, названная ими «Пик страха». Действительно, при подлете к скале люди испытывали жуткий дискомфорт, а затем и страх. А теперь о главном. Я была бы не права, если сказала, что Уэст мстит людям. Ее цивилизация просто не способна на это. Люди сами подстраивали собственную смерть. Причиной был обычный человеческий страх. Залог любой эволюции — приспособление, следование законам природы и изменения. Это знает даже ученик. Вспомните, какова была колония, мощное подземелье, оборудованное защитными экранами, щитами, с собственным генератором — все чтобы обеспечить сохранность жизни человека. Но ведь жители были не совсем нормальные люди, это мутанты, чья так называемая нормальная человеческая природа уже нарушена. А любой мутант обладает в глубине своей души, всегда, сокровенной надеждой — снова стать человеком, вернуть себе полноценное состояние.

Эл осмотрела всех. Задержалась взглядом на превратившихся в слух Лондере и озабоченной Ольге, заметила, как бегают глаза Алика, Дагерт впала в задумчивость, словно не слышала ее. Том поднял брови и смотрел на воспитанницу свою с нескрываемым любопытством. Изучал. Рассел впал в свое полусонное состояние — ни слова не пропустит. Марат смотрел на нее восхищенными глазами. Улыбка блуждала на губах Димки. Эл слабо улыбнулась ему в ответ. Она продолжала вкрадчивым голосом, осторожно, чтобы дошло до каждого.

— Люди хотели сохранить себя, свое естество, человеческую природу, воспитанную Землей. Нарушения у них были, у каждого свои: облучение, полеты в космос, наследственность, да мало ли что. Сила, которую излучали горы, по сути своей могла их изменить, они могли бы жить при условии, что перестанут быть людьми, так как они хотели — землянами. Сам факт адаптации к планете вызывал страх. Сначала умирали единицы. Это были те, кто чаще других выходил на поверхность. Отсюда заблуждение, что опасность снаружи. Кто больше всего боялся — тот и умирал, именно от того, чего боялся. Наибольшее число жертв было в период массового психоза. Люди губили и себя, и друг друга. Нашелся человек, который вовремя сообразил, в чем причина. Он поступил просто — испытал свою теорию на себе и своей семье. Это и был Роланд. Великий человек, хотя он-то как раз не был мутантом. Он полетел на Уэст, чтобы помогать и изучать. Ум ученого и его природная мудрость подсказали Роланду правильный ответ. Он жил в горах вместе с семьей. Правда, он ослеп, оглох, лишился речи, но взамен приобрел гораздо больше. Выжили и его дети, они приспособились к жизни без всего арсенала, что могла им дать колония, и в итоге не вернулись туда. О том, что происходило, я думаю, вы еще услышите. Галактис обещал прислать материалы о колонии на Землю вместе с двумя членами совета. Скажу лишь коротко. Роланд не сумел убедить остальных пойти его путем. Сам Роланд погиб, как физический человек. Колония была обречена на вымирание, если бы не вмешался Галактис. Оговорюсь сразу, не ради людей, а ради защиты цивилизации Уэст от нас. Печальная история, в которой мы выступаем в неприглядном виде. После катаклизма человек стал для Уэст чем-то вроде вируса. Как наш организм борется с болезнями, так планета будет бороться с нами. Вот такая, друзья мои, биология.

— Ты сказала, что планета обитаема, но кем? Какая форма жизни? — спросил Лондер, его интерес был оправдан.

— Не мне судить на какой стадии они находятся, только до нашего появления, они не знали, что существа могут так отчаянно бороться за жизнь. Их привлекали наши переживания, поскольку наша физическая форма их не интересовала. Они бесплотны.

— Не трудно тогда представить, какой вред мы им принесли, — сказала Дагерт. — Я уже знаю один такой случай. Мы принесли не только человеческие достоинства, но и пороки. А это более ужасно, чем разорение планеты, которым занимались люди эти десять лет.

Эл кивнула в знак согласия.

— Вы можете называть меня сумасшедшей, но я не считаю этот полет неудачей. Удача то, что мы все живы. Мы обязаны этим друг другу. Мы были одними из последних нормальных людей на Уэст.

— Хочу сказать, что готов летать с вами, с тобой, хоть всю жизнь, капитан! — громко заявил Марат. — Правда, когда выучусь, и с меня действительно будет толк.

— Будет. Я уверена. Можешь подавать рапорт о приеме в десант, — Эл при этом рассмеялась. — Теперь тебе нечего бояться.

Марат ответил ей широкой улыбкой.

— Кто после всего вышесказанного не согласен, что нужно попытаться остановить новую экспедицию? Если есть другие причины, прошу не молчать, — попросила Эл.

— Есть такие причины, — сказала Ольга. — Одна из них — твое здоровье, капитан.

— Так в этом причина моей спешной эвакуации из порта? — Эл слабо улыбнулась.

— Да, — кивнула Ольга. — Бернц и Донован так и не успокоились. Они получили разрешение напичкать твой капитанский бокс медицинским оборудованием. Они хотят, чтобы тебя обследовали, Эл.

— Кто из вас до сих пор не верит, что я мутант? — спросила Эл и сделала очень серьезное лицо.

— Я, — подал голос Димка.

Он встретил вопросительные взгляды и специально нахально впился глазами в Алика, и еще ехидно усмехнулся.

Алик перевел взгляд на Эл, она добродушно смотрела на Дмитрия и улыбалась. Алик испытал снова смятение и боль, о которых забыл на время разговора. Он все ждал, когда речь зайдет о состоянии здоровья Эл. Он не знал истинную причину вчерашнего побега из порта. По сути причин могло быть несколько, об этой он не думал совсем. Ему по сей день удалось не выдать себя, и он был уверен, что Эл тоже так умеет.

Ольга шумно выдохнула и посмотрела на Лондера. Он высказался.

— Эл, я неплохо тебя знаю. И когда я вижу этот хитрый взгляд, то уже чувствую — что-то случилось. Не томи. Если завтра у тебя начнут расти крылья, я буду рад, а вот если хвост — я сильно огорчусь.

Лондер не старался быть серьезным. Он чувствовал, что она сейчас скажет что-то необычное, важное.

— Я — обыкновенный человек. Полное медицинское обследование на Марсе, до возвращения сюда, это полностью подтвердило. Димон знает, вот и выставляет себя героем.

Димка сморщил нос и захихикал.

— Как я вас обманул.

— Представляю, как расстроится доктор Бернц. Какая потеря для современной медицины! — сказал Том и подмигнул Алику, — Лишили ее всех доказательств.

— Ой! Что будет! — воскликнула Ольга.

— Скандал будет, — отозвалась Дагерт.

— Что ж, предлагаю закончить наш завтрак и заняться делом, — сказала Эл. — А действовать будем так. Я отправлюсь в Агентство, прямо сейчас, когда вы ознакомитесь с моим отчетом, подтвердите ту часть, что была при вас. Уверена, что рапорт прочтут в Совете Космофлота еще до конца сегодняшнего дня. Полет закончился, начинается голая политика. Я не буду молчать и отпуск не возьму. Меня будут таскать по всем инстанциям. Дело я представлю так, чтобы оно уже касалось не только интересов Агентство, а куда выше. Появятся вопросы. Много. Вот тогда держитесь. Повторяю еще раз, пока я не распущу экипаж, мой рассказ не должен выйти за пределы этого дома. Потом каждый отвечает за результаты той работы, которую он выполнял. Я — капитан, мое дело — проведение полета и ответственность за экипаж. Но в силу обстоятельств мы все копались в архивах колонии. Это мы собрали большую часть информации, которую использует инспектор Лувер. Нельзя оставить проблему колонии, как частное явление в практике колонизации, тем более нельзя позволить закрытое расследование. Здесь на Земле должны знать, что с нами случилось. И знайте, мне в одиночку не справиться. Если мне нужен будет совет или помощь, вы первые к кому я обращусь.

— Мы придумали кое-какую систему, чтобы облегчить тебе жизнь, — сказала Дагерт. — Забот у тебя будет много: отчеты, медицинские обследования, его снова проведут, много встреч, расследование. Как ты смотришь на то, чтобы нанять штат секретарей. В одиночку ты запутаешься и будешь уставать.

— Я собиралась завтра распустить экипаж, если все отчеты будут в порядке, — сказала Эл.

— Отлично, — кивнула Ольга, — тогда я отслежу твои медицинские обследования. Как ты на счет личного врача, а Лондер будет консультантом? Не забудь, заполняя карты включить наши имена. Мы с Лондером отгоним от тебя любой консилиум. Ведь это мы исследовали тебя на Уэст.

Лондер сощурил лаза, как китаец.

— А я позабочусь, чтобы инспектор Лувер обратил особое внимание на некоторые пункты в исследованиях, — сказал Рассел. — Извини, я воспользуюсь косвенно твоим рассказом и своими наблюдениями. Сделаем так, чтобы версии по поводу гибели колонии родились в голове инспектора Космофлота. Организация экспедиции от этого не пострадает.

— Моя школа, — Эл подмигнула Расселу. — Инспектор, буду безгранично благодарна.

— Я уже сетовал Ставинскому по поводу организации полета, особенно технического оснащения, позволь, Эл, я продолжу? — вежливо испросил разрешения Игорь.

— Так-так. Значит, роли уже распределили. Без меня? — в шутку возмутилась Эл. — Какие вы самостоятельные, — она рассмеялась. — Ладно, выкладывайте, что задумали?

— Дело в том, что после роспуска экипажа каждый имеет право на отпуск — один месяц, — сообщила Дагерт. — Мы проведем его с пользой для общего дела. Я беру на себя коммуникацию и сбор всех данных о ходе расследования. Если инспектор Курк сочтет возможным, он мог бы все проанализировать и дать заключение о юридической стороне.

— Чем я и собираюсь заняться, — кивнул Рассел.

— Дмитрий побудет личным пилотом, а заодно избавит от излишних любопытных. А таких будет много, — продолжала Дагерт.

— Телохранитель, значит? — поинтересовалась Эл.

— К вашим услугам, капитан, — поклонился Димон театрально.

— Дайте, дальше угадаю, — попросила Эл. — Тому ничего не остается, как собрать историю организации колонии вообще. Так?

— Ну, если вы попросите, я готов, — согласился Том, хоть просьба была неожиданной. — Это не просто, собрать данные за десять лет. Алик, ты остался один без портфеля. Поможешь?

— Конечно, — кивнул Алик.

— Я бы посоветовала вам двоим быть аккуратными. Дело щекотливое. Подозреваю там инсинуации, как в случае с Тобосом. Нас могут обвинить, например в шпионаже. Здорово было бы поговорить с теми, кто открыл планету лично, — серьезно сказала Эл. — А теперь для всех. Если вы почувствуете, что на вас давят, все равно по каким причинам, или начнут угрожать в открытую, или обвинят в том, что вы не делали то, вы сообщаете об этом мне, высказываетесь публично, скажем в прессе, и выходите из игры. Действуйте очень быстро. Первые несколько дней нас не тронут, а когда поймут в чем дело, власти начнут бить нам по физиономиям, фигурально выражаясь. Тогда держитесь. Ручаюсь, через неделю нам не дадут ни пальцем пошевелить, ни вздохнуть без разрешения. Вы все понимаете, что мы пытаемся предотвратить повторную колонизацию, но это только между нами, чтобы никто даже не вспоминал об этом чаще, чем один раз в день. Наша главная цель маленькая — оттянуть экспедицию на Уэст и на как можно больший срок.

— А если не получиться? — спросил Лондер.

— Не получится, Галактис закроет подходы к планете. Они так и заявили.

— Бог мой, это же война. Такого Земля не стерпит, — неуверенно сказал Игорь.

— Да, это война, — согласилась Эл.

— А почему я ничем не занят? Я тоже хочу участвовать, — возмутился Марат.

— А ты будешь сдавать тесты в десантную школу. Я рекомендую тебя Ставинскому. Не боишься? — сказала Эл.

— Ставинского? Больше смерти. Он два раза меня выгонял. Лучше с вами, — испуганно запротестовал Марат, чем вызвал смех.

— Ничего. Мы тебе поможем, между делом, — снисходительно сказала Ольга. — Командор упрямых любит.

— Разве после этого полета ты еще чего-то боишься? — добавил Рассел.

— Вы что, серьезно? — удивился Марат.

— Вполне, — подтвердила Эл.


Содержание:
 0  Пленники Уэст : Майя Малиновская  1  Глава 2. Где ты, капитан? : Майя Малиновская
 2  Глава 3. С надеждой на спасение : Майя Малиновская  3  Глава 4. Загадки Уэст : Майя Малиновская
 4  Глава 5. Завещание Роланда : Майя Малиновская  5  Глава 6. Исполнение легенды : Майя Малиновская
 6  Глава 7. Спасатели : Майя Малиновская  7  Глава 8 Возвращение на Землю : Майя Малиновская
 8  вы читаете: Глава 7. Земля : Майя Малиновская  9  Глава 8. Скандал : Майя Малиновская
 10  Глава 9. Подарок : Майя Малиновская  11  Глава 9. Побег : Майя Малиновская



 




sitemap