Фантастика : Космическая фантастика : ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПОЕДИНОК : Ник Перумов

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  4  8  12  16  20  24  28  32  36  40  44  48  52  56  60  64  67  68  69  72  76  80  84  88  92  96  100  104  108  112  116  120  124  128  132  133

вы читаете книгу




ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПОЕДИНОК

Глава 6

Галактика затаив дыхание наблюдала за двумя гигантскими империями, Америкой и Россией, рушащимися в бездонную пропасть войны.

Все с содроганием ожидали, что вслед за объявлением войны немедленно последует полное взаимное уничтожение противников. Однако пока что события развивались отнюдь не с головокружительной скоростью. Дело в том, что под влиянием холодной войны, которая длилась более тысячи лет, в обеих сверхдержавах сформировались принципы военной политики, рассчитанной скорее на оборону и запугивание врага, чем на нападение.

Противостояние двух стран продолжалось столетия, но даже в моменты наибольшего обострения она оставалась почти бескровной. Поднаторевшие в словесных баталиях, телевизионных схватках и газетных битвах, политики и журналисты разносили друг друга в пух и прах, однако самые смертоносные орудия до поры бездействовали.

Чтобы чувствовать себя увереннее, обе страны до отказа заполняли бронированные ангары сверхсовременным и сверхмощным оружием массового уничтожения. Однако же сокрушительные возможности этого оружия никогда не применялись иначе как на безлюдных планетах. К тому же новые смертоносные изобретения разрабатывались и создавались, убыстряя гонку вооружений и выводя ее на очередные витки, главным образом в пропагандистских целях. Обе страны гордились своей военной мощью и одновременно надеялись, что им не придется действительно уничтожить мир.

И вот, когда две державы-соперницы наконец вышли на ринг, чтобы раз и навсегда разрешить бесчисленные взаимные претензии, они походили не на молодых забияк, а на двух пожилых боксеров-тяжеловесов, многоопытных и усталых. Не торопясь ринуться в бой, они совершали по рингу медленные круги, измеряя противника испытующим и боязливым взглядом. Бицепсы у обоих были устрашающие, только раздулись они от старческого жира, нежели сформировались в тренировочных боях.

Военачальники обеих враждующих армий также соблюдали предельную осторожность и осмотрительность. Воздерживаясь от необдуманных действий, они терпеливо выжидали, когда представится случай покончить с противником одним сокрушительным ударом. Лучше, чем кто-либо другой, военные понимали: если противник выдержит первый удар, он вряд ли предоставит им шанс нанести второй.

Настанет его черед бить. А нанеся ответный удар, противник скорее всего выйдет из войны победителем.

Обладающие колоссальным интеллектом военные компьютеры, в которых без отдыха трудились крошечные, запаренные до седьмого пота гномы, двадцать четыре часа в сутки подсчитывали возможные шансы на победу, которые мог принести тот или иной сценарий развития событий. Планы военных операций составлялись один за другим и немедленно отметались, так как в каждом из них умные машины обнаруживали принципиальные изъяны и просчеты.

Обе империи были окружены гигантскими системами магической защиты, которые обладали способностью не только отражать удар, но и авто-матически посылать на нападавшего удар еще большей силы.

Бесчисленные американские и российские дипломаты, встречаясь на экстренных заседаниях Организации Объединенных Планет, которые созывались по несколько раз на день, не желали выслушивать аргументы противоположной стороны. Вместо этого они незамедлительно принимались осыпать друг друга взаимными обвинениями.

Американцы решительно снимали с себя всякую ответственность за нападение на российскую военную базу. Русские в ответ лишь недоверчиво усмехались. Кто же в таком случае стер с лица земли важный стратегический объект? — спрашивали они.

Российская сторона не сомневалась, что атака такого масштаба не могла быть делом рук террористов. Возможностью провести столь сложную военную операцию обладает только сверхдержава.

А в мире существует всего две сверхдержавы. Таким образом, ответ на вопрос, волновавший всю Галактику, напрашивался сам собой.

Всему миру очевидно, заявляли русские, что ответственность за уничтожение базы и гибель десятков тысяч людей лежит на американцах. Инцидент с «Холидеем Первым» они использовали в качестве повода для атаки. Теперь правда вышла наружу, хотя американцы и не имеют мужества признаться в содеянном. Несомненно, трагедия гражданского космолета — часть сатанинского американского замысла, цель которого — обеспечить Америке предлог для нападения на российский военный объект.

В свою очередь американская сторона тоже не оставалась в долгу. Именно Империя Зла, и никто другой, утверждали они, виновата в случившемся. В том числе и в уничтожении собственной базы. Кстати говоря, нет никакой уверенности, что атака на эту пресловутую базу является реальным фактом. Не исключено, что это обычная авария, результат неудачных испытаний сверхмощного русского оружия.

А быть может, и вовсе порождение оголтелой пропаганды. Кто знает, возможно, в действительности база цела и невредима, как и тысячи других российских военных баз.

Вся эта история с якобы взорванным стратегическим объектом — беспрецедентная и наглая провокация, заявляли американцы. Они настаивали на необходимости инспекции, которая, объективно расследовав на месте все обстоятельства случившегося, подтвердила бы справедливость подобной точки зрения.

Русские, усмотрев в этом обвинении грубую дипломатическую ошибку, немедленно постарались извлечь из нее все возможные выгоды. Они заявили, что могут без труда опровергнуть злобные домыслы, так как располагают огромным количеством неопровержимой визуальной докумен-тации и свидетельствами очевидцев атаки.

Русские также настаивали на созыве комиссии по расследованию, состоящей из «беспристрастных специалистов, представителей нейтральных сторон». Посетив район происшествия, утверждали они, комиссия убедится воочию, что здесь имело место полномасштабное военное вторжение.

Предполагаемый состав комиссии незамедлительно стал еще одним объектом жарких споров между дипломатами обеих стран. Дни шли за днями, а им никак не удавалось достичь соглашения. Уже нашлись циники, которые выражали сомнение в том, что подобная комиссия когда-либо вообще будет создана.

У затянувшейся словесной перепалки между российскими и американскими дипломатами совсем другая цель, заявляли циники. Обе стороны прилагают все усилия для того, чтобы выиграть время, в данных обстоятельствах необходимое им, как воздух. Согласно точке зрения циников, пока дипломаты тянут резину, мутят воду и вставляют друг другу палки в колеса, страны их собирают свои войска в нужных местах и вырабатывают наиболее эффективные планы военных действий.

Как это случается сплошь и рядом, циники оказались совершенно правы.

Но, увы, теперь не только дипломаты сражались в залах заседаний. К потокам клеветы и оскорблений присоединились уже потоки крови.

Уже в первые дни войны обе стороны выяснили, что приграничные зоны, а также наиболее слабые и уязвимые союзники противника являются подходящими мишенями для пробных атак. Именно там как русские, так и американцы смогли дать волю переполнявшей их злобе. Войска и орудия пришли в движение, наступая и отражая нападение. Тысячи мирных жителей пали жертвами беспощадной военной волны, прокатившейся по их землям.

Несколько малонаселенных прифронтовых районов были полностью уничтожены во время боевых испытаний. Именно тогда маги России и Америки впервые применили новейшие орудия, начиненные сверхсвирепыми призраками смерти нового поколения.

Однако благодаря подобным действиям гибли не только простые солдаты и мирные жители. Высшим военным начальникам и главным колдунам обеих армий также пришлось испытать на собственной шкуре превратности войны. В тридцатом веке все еще сохраняло силу правило, в соответствии с которым генерал, руководивший важной военной операцией, обязан был лично наблюдать театр военных действий, тем самым разделяя опасность с солдатами.

Церковь Меча и корпус «Одиссей» немедленно направили в зону сражения своих испытанных бойцов, которым предстояло собрать с генералитета кровавый урожай.

Разумеется, среди этих воинов находились и лучшие из лучших — Дэвид Келлс и Влад Прожогин. В течение нескольких недель и Дэвид, и Влад изо дня в день выполняли свою привычную работу. На счету у каждого набралось уже около сотни военных руководителей среднего ранга.

Вскоре газеты, радио и телевидение каждой из враждующих держав оповестили весь мир о непревзойденной отваге и ловкости собственного киллера-аса, который косит подчистую наиболее выдающихся боевых офицеров и колдунов врага. Про другого, неприятельского бойца они предпочитали умалчивать.

Отлаженные и хорошо смазанные пропагандистские машины России и Америки извлекали все, что только возможно, из выигрышного материала. Комментаторы и журналисты каждой из стран на все лады воспевали хвалу таинственному герою, который в одиночку совершал подвиги во благо своей великой нации.

Поначалу и корпус «Одиссей», и Церковь Меча делали все от них зависящее, чтобы не предавать гласности имена Дэвида и Влада.

Отец Зорза и отец Онфим, точно так же как и другие высокие руководители, серьезно опасались, что в случае, если имена Влада и Дэвида станут известны, ушлые журналисты доберутся и до сверхсекретных организаций, к которым принадлежали оба мастера смерти.

Сходного мнения придерживался и Совет Семи. Члены его сознавали, что тот, кто проследит до конца цепочку, начальными звеньями которой были Дэвид и Влад, вполне может добраться и до хитросплетений тщательно продуманного заговора Совета.

— Уверяю вас, господа, нас сочтут паразитами, — предостерегал Аполлион. — И, говоря откровенно, будут совершенно правы. Хотя сравнивать нас с обычными блохами-кровососами не совсем справедливо. Есть одно отличие, причем принципиальное. В течение тысячи лет мы не просто высасываем кровь из клиентов, но и заставляем их плясать под свою дудку.

Однако через несколько земных дней в голове Аполлиона зародилась любопытная идея, которая заставила его несколько иначе оценить события.

Осуществление этой идеи требовало принятия чрезвычайных мер, но Аполлион прекрасно понимал: сейчас только чрезвычайные меры способны остановить войну и вернуть обезумевший мир на круги своя.

Для того чтобы обсудить новую идею, Аполлион созвал экстренное заседание Совета Семи. Присутствовали все члены, за исключением Инфелиго, который все еще гонялся за неуловимыми беглецами — Старым Чертом и Билли Ивановым.

— Господа, у меня созрел оригинальный план, — оповестил собравшихся Аполлион. — Благодаря этому плану мы выиграем время, необходимое, чтобы выявить закравшегося в наши ряды изменника и остановить эту идиотскую войну, которая всем нам грозит гибелью.

И Аполлион сообщил коллегам, в чем состоит суть его предложения.

Собравшиеся внимали своему председателю в молчании, не пропуская ни слова.

Однако обсуждение оказалось бурным. Поначалу дерзкая идея Аполлиона вызвала бурю возражений, но в конце концов Совет пришел к единогласному мнению: именно предложенный председателем выход является наиболее разумным.

Так был предрешен самый важный поединок в истории человечества.

Участниками его суждено было стать Дэвиду Келлсу и Владу Прожогину.

Глава 7

Подходя к «Трем повешенным монахам», Таня издалека услышала пение Старого Черта, который орал во всю мощь своей луженой чертовской глотки:

На дороге в Мандалай, Где летучим рыбам рай И зарю раскатом грома Из-за моря шлет Китай!

— Сразу ясно, что мы на верном пути, — обратилась Таня к сопровождавшему ее Крайгворму. — Хорош забулдыга, ничего не скажешь. Нажрался в стельку и знай себе орет-надрывается, а на то, что творится в мире, ему ровным счетом наплевать. Видно, старый перечник давно уже пропил последний ум.

Крайгворм скорчил гримасу. Выражение лица у огров всегда довольно пакостное, а сейчас на Крайгворма и вовсе невозможно было смотреть без содрогания.

— Возможно, мэм, вы правы и наш общий знакомый действительно не блещет умом. Хотя…

И огр слегка помахал в воздухе толстым крючковатым когтем, указывая на обшарпанные, закопченные многоквартирные дома и облезлые фасады учреждений, которые и составляли унылый ландшафт сектора Рейэл Бесовского округа.

— …он все рассчитал не так уж глупо. Выбрал надежное убежище. Исходя из собственной логики, разумеется. Любой моторный бес, будь он хоть семи пядей во лбу, вряд ли стал бы ожидать, что гуманоид последует за ним сюда… Осмелится сюда сунуться.

Все вокруг было залито призрачными зеленоватыми лучами светившей на Рейэл луны. Ощущение опасности висело в воздухе.

— Ерунда, — отмахнулась Таня. — Если бы это действительно было опасно, я бы не пошла сюда сама, а вызвала себе в помощь группу захвата.

Причудливые огоньки зажигались в сумрачных окнах жалких жилищ, ухабистые улицы застилал ядовитый багровый дым, наполненный необычными резкими запахами.

Еще более устрашающим и неприглядным казался знаменитый трактир «Три повешенных монаха», излюбленное место всех моторных бесов сектора 666. Хозяева трактира просто-напросто приспособили в дело один из отсеков отслужившего свой век космолета и установили его на свободном участке пространства.

Это сооружение, невероятно облезлое, облупившееся и проржавевшее, показалось Тане похожим на гигантскую уродливую физиономию, в сравнении с которой даже Крайгворма можно было счесть писаным красавцем. Зияющие паровые люки напоминали два темных злобных гла-за, ярко-красный выступ — нос спившегося чудовища.

Никто не взял на себя труд срезать провода, которые все еще были полны магической силы — об этом говорило беспрестанное тихое потрескивание.

Многочисленные обрывки проводов обрамляли уродливый фасад подобно длинной бороде, которая развевалась и временами искрилась, словно под впечатлением от оглушительного пения Старого Черта.

Надпись над входом в трактир гласила: «Эй, мягкокожие, поберегись!

Попробуй сунься!» Старый Черт тем временем самозабвенно распевал:

Там к востоку от Суэца, злу с добром — цена одна, Десять заповедей — сказки, и кто жаждет — пьет до дна, Кличет голос колокольный, и привольно будет мне Лишь у пагоды старинной, в полуденной стороне.

На мгновение самоуверенность изменила Тане, она почувствовала себя беспомощной и беззащитной героиней готического романа, оказавшейся в царстве привидений и духов. Но она тут же попыталась отогнать прочь малодушие.

— Вокальные данные нашего приятеля, бесспорно, оставляют желать лучшего,

— обернулась она к Крайгворму. — А вот репертуар отменный. Замечательные стихи.

По-моему, это Киплинг, так ведь?

— Понятия не имею, кто он такой, этот Киплинг, мэм, — ответил огр, и в глазах его блеснул откровенный издевательский огонек. — Одно скажу: не по чину простому чертяке, даже если он служил когда-то моторным бесом, распевать песни гуманоидов. Этот тип слишком зарывается. — И он осуждающе затряс увесистой чешуйчатой башкой. — От его воплей у меня в ушах звенит. Ну ничего, все его выкрутасы ему даром не пройдут. Узнает, как действовать мне на нервы. Когда мы поймаем этого гнусного чертяку, я непременно задам ему хорошую трепку за такое нахальство. Выбью у него из головы стишки этого Киплинга или как его там. Все, до последней строчки.

Таня смерила огра взглядом. Габариты его впечатляли — шесть футов ростом и четыре — в плечах. Да уж, не позавидуешь тому, кому эта громадина намерена задать трепку.

— О чем этр ты размечтался? Ты не имеешь права применять силовое воздействие без моего распоряжения, — отрезала она. — И не забывай, устав полиции Объединенных Планет категорически запрещает грубое обращение с задержанными.

Из глотки Крайгворма вырвалось что-то вроде сдавленного хихиканья — никогда прежде Таня не слыхала, чтобы огр издавал подобные звуки.

— Осмелюсь заметить, мэм, что некоторые пункты устава не отличаются разумностью, — пробурчал он, упрямо вздернув подбородок. — А тот, который вы только что изволили припомнить, — это вообще чушь несусветная.

«Какая муха его сегодня укусила? — подумала Таня. — Сначала это дурацкое хихиканье, потом — наглое заявление, которое уж вовсе ни в какие ворота не лезет». Крайгворм всегда слыл ярым приверженцем устава, и все его правила были для него, что заветы Священного Писания для любого из повешенных здесь монахов.

Возможно, именно благодаря этому он и был в свое время принят на службу в особый отдел — как правило, представителям нечистого племени редко удавалось сделать столь блестящую карьеру.

Однако Таня уже не в первый раз с недоумением отмечала, что в последнее время огра точно подменили. Поведение его порой становилось более чем странным.

Впервые это случилось сразу после трагического инцидента с «Холидеем Первым» и космической крепостью «Бородино». Именно там Крайгворм позволил себе забыться и пренебречь субординацией в разговоре с начальницей.

«Любопытно было бы знать, что взбрело в эту огромную непробиваемую башку,

— подумала Таня. — В чем причина подобной перемены? Наверное, все дело здесь в войне, — решила она. — Сейчас все словно с ума посходили — каждый, чуть что, готов удариться в истерику. Как бы то ни было, зарвавшегося огра необходимо незамедлительно поставить на место».

— Твое мнение меня совершенно не интересует! — прошипела Таня. — От тебя требуется только беспрекословное выполнение моих распоряжений.

Самоуверенность и апломб слетели с Крайгворма в мгновение ока. Неуклюже вжав голову в плечи, он забормотал с нарочитым подобострастием:

— Так точно, госпожа следователь! Вы совершенно правы, госпожа следователь! Простите мою грубость, госпожа следователь.

Хотя огр всячески старался подчеркнуть раскаяние и покорность, в его самоуничижительном тоне проскальзывали нотки неприкрытого сарказма. Однако Таня сочла за благо не обращать на это внимания.

— Обогни трактир и встань у задней двери, — приказала она. — Когда я подам сигнал, мы одновременно ворвемся внутрь с обеих сторон.

— Так точно, мэм, — пробурчал Крайгворм. — Накроем их перекрестным огнем.

— К чертям собачьим твой огонь! — отрезала Таня. — Опять размечтался. И совершенно зря. Никакого перекрестного огня не будет. Мы возьмем их без единого выстрела. Свидетели нужны мне живыми. Я должна их допросить. Кроме того, я вовсе не хочу ненароком задеть мальчика.

Физиономия Крайгворма расплылась в саркастической улыбке.

— О да, там же мальчик. Ребенок-гуманоид. Его жизнь священна. Мы ни в коем случае не должны причинить ему вреда… чего бы нам это ни стоило. Отдыхающих демонов, конечно, можно было бы перестрелять, но мягкокожий мальчишка — это святое!

— Совершенно верно. Смотри не забудь об этом, — процедила Таня сквозь зубы. — А теперь отправляйся к задней двери. Когда займешь позицию, подай мне сигнал.

— Будет исполнено, мэм.

Пряча глумливую усмешку, Крайгворм отдал честь и убыл восвояси. Таня проводила его пристальным взглядом. С каждой минутой Крайгворм тревожил ее все больше. В развороте широченных плеч огра ощущалась подчеркнутая надменность, а в его неуклюжей, тяжелой поступи — развязность и явное пренебрежение. Наконец огромная бесформенная глыба исчезла в темноте.

«Что, черт возьми, этот болван вообразил о себе? — терялась в догадках Таня и не могла найти вразумительного ответа. — Поди влезь в чешуйчатую шкуру такого чучела!»

Убедившись, что Таня его не видит, Крайгворм остановился у видневшейся в темноте мусорной кучи — там в беспорядке были свалены старые ящики, прохудившиеся бочки и прочий хлам.

— Готовность полная? — сдавленным шепотом произнес он, повернувшись к куче.

— Давно, — прошипел из темноты кто-то невидимый.

— Подожди, пока мы арестуем тех двух, — приказал Крайгворм. — А затем действуй как договорились!

Тот, кому было приказано убить Таню, довольно улыбнулся в темноте.

Сладостный миг мести был совсем близок!

***

Внутри излюбленного нечистью кабака «Три повешенных монаха» приветливо горели яркие адские огни. Многочисленные завсегдатаи славного питейного заведения дружно подняли кружки, наполненные дымящимся дьявольским пуншем, когда Старый Черт допел последний куплет своей песни:

… И зарю раскатом грома из-за моря шлет Китай!

Оглушительные вопли одобрения были наградой исполнителю. Старый Черт неловко раскланялся, осторожно сошел с беспрестанно кружившегося огненного колеса, которое служило в трактире сценой, и заковылял к своему месту.

Таня была глубоко не права, считая, что Старый Черт нажрался до беспамятства. Как это ни удивительно, бывший моторный бес был трезв как стеклышко. За всю ночь он едва притронулся к своему пуншу. При этом больше всего на свете ему действительно хотелось напиться до умопомрачения, так, чтобы позабыть обо всех выпавших на его долю передрягах.

А еще он страстно желал попасть наконец в заветную комнату, где бушуют живительные костры истинного пламени, где останавливается ход времени, и хорошенько прогреть иззябшие старые косточки.

Но он, собрав в кулак всю свою волю, гнал прочь сладостные искушения. Всю ночь Старина, крошечными глотками отхлебывая из своей кружки, старательно притворялся пьяным в доску. Если бы он не захмелел, старые его приятели и сослуживцы, увидев такое диво, немедленно насторожились бы и встревожились.

Когда Старый Черт, ведя за руку Билли, появился в задних дверях трактира, его приветствовали как героя. Моторные бесы всей Вселенной знали, что ему таинственным образом удалось спастись во время гибели «Холидея Первого». Дошло до них и известие о его не менее таинственном побеге с космической крепости «Бородино». Неудивительно, что тот, кому удалось совершить два подобных подвига, внушал им восхищение, а то и благоговейный трепет.

Из всей обитающей в Галактике нечисти именно моторные бесы были обречены на то, чтобы на собственной чешуйчатой шкуре испытывать все превратности жестокой судьбы. Жизнь их — сплошная цепь неожиданностей и опасностей. Не секрет, что профессия их относится к числу самых рискованных. По непонятным причинам космолет может попасть в черную дыру. Скоростное заклинание может внезапно утратить силу. Неодолимое притяжение может проникнуть сквозь гиперпространство, оно безжалостно высосет из космолета всю энергию, обрекая на смерть тех, кто там находится.

А в официальном сообщении, которое появится после трагедии, будет сказано, что крушение космолета произошло вследствие «вопиющей небрежности моторного беса, допустившего ошибку в управлении».

Продвигаясь сквозь наполнявшие кабак клубы восхитительно вонючего дыма и огибая парящие в плотном воздухе черные камни, дарившие блаженное тепло, Старый Черт отвечал на громогласные приветствия многочисленных друзей, приятелей и собутыльников. Все собравшиеся в трактире торопились засвидетельствовать уважение выдающемуся представителю нечистого племени, который единогласно был признан «лучшим из лучших… крутейшим из моторных бесов».

Вырвавшись наконец от обступивших его плотным кольцом почитателей, Старый Черт оглянулся по сторонам в поисках Билли. Мальчик сидел в дальнем углу трактира, где его усиленно развлекал лучший друг Старины, Ашгарот, стя-жавший повсеместную известность непревзойденного хвастуна, лгуна и выдумщика.

Билли не сводил глаз с крупного шишковатого черта, который вовсю распинался в невероятных россказнях. Мальчик ощущал себя вполне комфортно, так как его окружала светящаяся оболочка защитной магии.

Вообще-то большинство мягкокожих в течение пары минут способны выдержать атмосферу «Трех повешенных монахов» без особого ущерба для здоровья. Однако, если они решатся сунуться в чертовский кабак без специальной защитной оболочки, время, проведенное там, покажется им не слишком приятным, а точнее говоря, мучительным.

— А потом наш славный приятель Старый Черт завернул такое ядреное ругательство, — донесся до Старины голос Ашгарота, — что с этого паршивца, начальника космопорта, от неожиданности штаны слетели! А уши у него завяли, свернулись в трубочку и отвалились! Можешь мне поверить на слово, парень, уж это было ругательство так ругательство. По сравнению с ним вся прочая матерщина — нечто среднее между детским лепетом и салонными любезностями. Наш Старый Черт выдал по первое число не только мамаше ублюдка, но и всем его предкам вплоть до шестьдесят шестого колена. Да нет, что я говорю, забирай круче — до того времени, когда жизнь на старушке Земле только зарождалась. Досталось и святым угодникам, а в особенности — угодницам.

Билли расхохотался, в восторге хлопая в ладоши.

— А что это было за ругательство? — спросил он. — Ты можешь повторить в точности то, что тогда сказал Старина?

Старый Черт, с трудом удерживаясь от улыбки, сурово нахмурил брови.

— Послушай, Ашог, не порть малышу нарождающийся тонкий вкус. Мои фразы он должен слышать от меня самого. А тебе, мягкопузик, лучше не брать на веру все, что болтает этот зеленый мерин, — предостерег он Билли. — Ему язык в детстве поповским дерьмом намазали, так что правды от него ты не добьешься. Да оно и неудивительно, как припомнишь, что папаша его торговал лапшой вразвес, причем навешивал ее покупателям прямехонько на уши. Орудовал он также и по лекарской части — втирал простакам очки и пускал пыль в глаза. Мамаша была знатная стряпуха — она выпекала свежие сплетни, а муку для них наметала собственным языком. Он у нее был что поганое помело. В результате появилось на свет отродье такого паскудного характера, что ни один проповедник, наставляющий нечисть на путь истинный, не решается к нему подойти на пушечный выстрел. И не зря, разрази меня гром. Не успеешь вовремя унести ноги от этого мерзавца, он так запудрит тебе мозги, сам на веки вечные позабудешь про путь истинный.

Ашгарот и Билли благоговейно внимали этой длинной тираде. Когда Старый Черт смолк, Ашгарот довольно хмыкнул.

— Высокий класс! Вот это отбрил так отбрил! Ты сам видишь, Билли, что я говорил чистую правду, — заметил он. — Старому Черту палец в рот не клади.

Никому не даст спуску.

Билли рассмеялся, кивнув в знак согласия.

С тех пор как они сбежали из крепости «Бородино», он успел вдоволь наслушаться отборных ругательств своего нового наставника. И хотя мальчик по-прежнему переживал утрату бабушки и дедушки и недоступной красавицы Люпе, новые приключения притупили тоску. Теперь воспоминания о пережитом отошли на задворки сознания.

Временами Билли приходило в голову, что эти тревожные дни, полные опасностей и риска, самые счастливые в его короткой жизни.

— Во всей Галактике нет ругателя круче Старого Черта, — веско заявил Билли.

Старый Черт скорчил кислую мину, словно услышал страшное оскорбление. На самом деле слова Билли приятно тешили его самолюбие. Общество мальчишки-гуманоида доставляло Старине огромное удовольствие. У Билли всегда были наготове бесчисленные шутки, выдумки и проделки, и рядом с ним Старый Черт чувствовал себя бодрым и помолодевшим.

Огромная магическая сила, которой обладал Билли, нередко поражала моторного беса. Если бы не мальчик, Старому Черту ни за что не удалось бы сотворить заклинание, благодаря которому загадочное и злобное существо, преследовавшее их от самой крепости «Бородино», потеряло их из виду. При воспоминании о грозном преследователе Старый Черт невольно тряхнул головой, словно пытаясь отогнать тревожные мысли.

Затем он нагнулся к самому уху Ашгарота.

— Удалось тебе связаться с моими друзьями? — вполголоса спросил он.

— Еще бы. Сделал все в лучшем виде, — так же тихо ответил Ашгарот. — С минуты на минуту они заявятся сюда и отправят тебя и Билли в мир нечисти. Там вы будете в безопасности. Отсидитесь, пока заваруха не кончится.

Мрачная складка пролегла меж бровей Старого Черта.

— Дождешься, чтобы заваруха кончилась, держи карман шире, — пробурчал он.

— Эта паскудная война между-американцами и русскими — дело нешуточное. Жизнь теперь не скоро войдет в нормальную колею.

— Не переживай попусту, Старина, — вмешался Билли, который расслышал его последние слова. — С нами все будет в полном порядке. Мы отлично проведем время, можешь не сомневаться. Подумай только, ты снова окажешься на родине своих предков. Ведь это же здорово! А я тоже скучать не буду. Заведу уйму друзей среди чертей всех родов и мастей. — Мальчик повернулся кАшгароту. — А они правда придут за нами прямо сегодня? — спросил он. — И мы немедленно отправимся в путь?

Перспектива рискованного путешествия по секретному бесовскому миру, о котором он прежде только детские страшилки слыхал, немного тревожила Билли. И в то же время предстоящие приключения воодушевляли мальчика и будоражили его воображение.

— Скажи, ведь там живет не только нечисть, но и люди тоже? — не унимался мальчик. — Те, кого вы называете непокорными? Бунтарями, пошедшими против закона? Те, кому нет места среди людей? Я такой же, как они! Неустрашимый Билли Иванов, вождь непокорных!

В этот момент трактир сотрясли два мощных взрыва.

Тяжелые металлические двери — передняя и задняя — одновременно разлетелись на множество обломков и обрушились на пол.

Поднялась буря криков, визгов и воплей — испуганных, потрясенных, растерянных. В проломах, образовавшихся на месте дверей, появилось по фигуре.

Держа оружие наготове, налетчики ворвались в трактир. Их зловещий и решительный вид не предвещал ничего хорошего безоружной компании, собравшейся мирно выпить по кружечке пылающего пунша.

У передней двери стояла Таня, у задней — Крайгворм.

— Полиция Объединенных Планет! — выкрикнула Таня, размахивая служебным жетоном, который держала в свободной руке. — Не двигаться! Руки за голову!

Про себя она творила могущественное заклинание, заставившее собравшихся в трактире оцепенеть и прирасти к полу.

Всех, за исключением Билли. На него заклинание не подействовало.

***

В укромном месте неподалеку от «Трех повешенных монахов» тот, кто собирался убить Таню, терпеливо, почти безмятежно наблюдал, как беглецов выводят из трактира и заталкивают в полицейский космолет.

Убийцу звали Катя Попова.

Катина рука затекла под тяжестью оружия, которым ее снабдил Крайгворм. Оно было заблаговременно приведено в полную боевую готовность.

Сейчас она выберет подходящий момент, откроет огонь и наконец-то поквитается с этой проклятой бабой, походя разрушившей ее жизнь. Отомстит за смерть Игоря, несчастного, любимого Игоря.

И плевать ей на то, что призрак смерти, сейчас надежно упакованный в патрон, вырвавшись на свободу, уничтожит не только ту, что стала виновницей гибели Игоря. Кровожадное смертоносное существо, разогнанное до чудовищной скорости, не оставит ничего живого по крайней мере в радиусе шести метров.

Плевать ей на то, что жертвам уготована самая мучительная из всех возможных смертей: их внутренности взорвутся, мозги расплавятся, кости, мускулы и суставы превратятся в порошок.

Ей плевать даже на то, что магический губительный взрыв неизбежно накроет мальчишку и старого моторного беса, которых Катя видела краешком глаза. Им придется погибнуть, хотя они не причинили ей ни малейшего зла. Все равно она не остановится ни перед чем.

Катя не отводила взгляда от своего объекта. Пальцы судорожно сжимали спусковой крючок. Она глубоко вздохнула, ощущая, как ненависть струится по ее жилам, наполняет каждую клеточку тела, укрепляет решимость, которой у Кати и без того хватало. То была ненависть, которую Катя всосала с материнским молоком, ненависть, которая питалась, подкреплялась и разжигалась многолетними усилиями изощренной, искусной и вездесущей пропаганды.

Существовал один лишь способ удовлетворить эту ненависть — убить Таню.

Катя слегка опустила оружие, заметив, что Крайгворм незаметно отходит от полицейского космолета, который Таня получила специально для того, чтобы доставить арестованных на место назначения.

Шаг за шагом, стараясь двигаться как можно быстрее и не привлекать к себе внимания, исполинский огр удалялся из «зоны огня».

Оказавшись наконец в безопасном положении, Крайгворм немедленно устремил взгляд туда, где пряталась Катя. Крючковатый коготь поднялся, готовый подать сигнал.

Катя вновь взяла на прицел женщину, которая лишила ее любви… лишила ее надежды… разбила ее мечты.

Пальцы сжали спусковой крючок плотнее… еще плотнее…

***

Пока Таня вела Билли и Старого Черта к распахнутым дверям полицейского аэрофургона, мальчик был поглощен одним-единственным занятием — он выжидал, когда подвернется шанс убежать. Он не верил, что такого шанса может не быть вовсе.

Билли отчаянно надеялся, что вот-вот покажутся неведомые друзья, о которых говорил Ашгарот. Уж они-то сумеют отбить их со Старым Чертом. Отбить и помочь спрятаться в бесовском подполье. Мальчик напряг все свои чувства, пытаясь ощутить приближение таинственной подмоги.

И он ощутил — подмога близка!

Сзади, за трактиром… оттуда доносился запах, который теперь стал для Билли таким близким и знакомым… Этот запах говорил о приближении моторных бесов. Они спешат сюда, чтобы выручить пленников.

Мальчик бросил обеспокоенный взгляд на Таню. «Только бы она ничего не заметила», — молил он про себя.

— Вам нечего бояться, — меж тем убеждала Таня, обращаясь преимущественно к Старому Черту. — Я всего лишь хочу задать вам несколько вопросов. Вы свидетели, проходящие по чрезвычайно важному делу. Я не собираюсь предъявлять вам никаких обвинений. Я знаю, что вы не совершали никаких противозаконных поступков.

Обещаю, что в течение следствия вы оба будете находиться в охраняемом надежными магическими средствами месте, где никто не сможет причинить вам вреда.

Слова ее возымели действие, обратное желаемому. Они окончательно взбесили Старого Черта. Ему стоило огромных усилий удержаться от нецензурщины, совершенно недопустимой в присутствии женщины, имеющей полицейский чин.

Впрочем, обойтись в таком случае совсем без ругани было выше его сил.

— Никаких обвинений, говоришь? — язвительно прохрипел Старый Черт. — Ну конечно, так я и поверил фараону в юбке! А все годы, что будет вестись следствие, мы будем гнить в надежно охраняемой камере. Ха! Дураку понятно, вам нужен черт отпущения, на которого вы повесите всех дохлых гоблинов! И нечего меня морочить со своей охраняемой камерой! В гробу я видел вашу поганую защиту!

Класть я на нее хотел! Проку от нее как от козла молока. Катись ты к гуманоидной бабушке со своей защитой! К гуманоиду на кулички! Слишком многим ублюдкам мы с парнем перешли дорогу. И прятать нас среди мягкокожих — мертвый номер. Особенно пока идет ваша поганая война!

Билли пропустил мимо ушей ругательства Старого Черта. Сейчас его волновало другое: Таня по-прежнему не замечала запаха приближающихся спасателей, и это было довольно странно. Стоило мальчику бросить на Таню взгляд, и он сразу понял — она опытная и могущественная колдунья.

Могущество ее было так велико, что во время стремительного штурма трактира она обошлась без защитной оболочки: при помощи одних лишь заклинаний она сумела оградить себя от вредоносного влияния специфической атмосферы чертовского питейного заведения.

Может, она давно почувствовала запах подмоги, но хитрит и не подает виду?

Притворяется, чтобы обмануть спасателей и заманить их в ловушку?

Билли приготовился вступить с мятежными моторными бесами в телепатическую связь и послать им предупредительный сигнал. Но тут он ощутил еще один магический след… Еще один запах колдовства. Кто-то творил специальное заклинание, нацеленное на то, чтобы блокировать чувства Тани и сделать ее невосприимчивой к колдовским ароматам.

Поначалу мальчик едва не подпрыгнул от радости: «Наверняка это спасатели постарались! Сообразительные парни эти моторные бесы!» И вдруг он почувствовал кое-что еще… И от этого «кое-что» кровь в его жилах мгновенно заледенела.

Опасность! Над ними нависла серьезная опасность! Угроза направлена против Тани. Но она настолько сильна, что от них со Старым Чертом тоже мокрого места не останется.

Перепуганный Билли немедленно направил тревожный поток сознания своему ничего не подозревавшему старшему товарищу.

«Берегись, Чертяка! — мысленно крикнул он. — Мы в опасности! Надо что-то делать!»

В это время Крайгворм подал сигнал, и Катя нажала на спусковой крючок.

Мгновение — и в ночной темноте взорвался сноп слепящего белого огня, вырвавшийся из дула мощного оружия. Крошечный призрак смерти, изголодавшийся и беспощадный, устремился на добычу. Он хотел одного — убивать, убивать, убивать.

Но за мгновение до того Билли успел выставить навстречу оголтелому смертоносному созданию защитное заклинание. Мысленно он представил себе надежный непробиваемый щит — огромный красный щит, точь-в-точь такой как у Защитника Справедливости, популярного героя комиксов и мультфильмов, который пользовался особой любовью Билли.

Призрак смерти, с размаху налетев на щит, испустил пронзительный визг.

Однако щит сдержал его натиск лишь на секунду — кровожадная тварь незамедлительно принялась вгрызаться в прикрытие, и оно затрещало под неумолимыми острыми, зубами.

«Помоги, Чертяка! На помощь!» — что есть мочи мысленно орал Билли.

Старый Черт, справившись наконец с потрясением, сотворил свое собственное защитное заклинание — одно из тех, которые используются для защиты корабля от космического излучения. Но его магической силы было недостаточно, чтобы остановить одержимого стремлением убивать призрака смерти. Магический щит начал разрушаться.

Но тут Таня, которая все это время бездействовала, оглушенная неведомым заклятием, наконец стряхнула его власть с себя. Опомнившись, она сразу же сотворила самое могущественное из всех известных ей защитных заклинаний.

Одновременно она открыла огонь из своего собственного оружия, целясь в источник раскаленного слепящего света.

На этот раз контратака оказалась успешной. Тысячной доли секунды хватило, чтобы остановить наступление призрака и повернуть его вспять. Призраку смерти было все равно, кого убивать, и он ринулся обратно так же стремительно, как и появился. Сноп белого огня исчез, вновь воцарилась темнота.

Таня, все еще ослепленная магическим огнем, сделала несколько неуверенных шагов вперед. Оружие она по-прежнему держала наготове. Когда зрение вернулось к ней, она различила изуродованный обгоревший труп, распростертый на земле. Хотя тело обуглилось до неузнаваемости, Таня догадалась, что перед ней женщина. И эта женщина была ей знакома.

— Крайгворм! — крикнула она. — Немедленно сюда! Обыщи все вокруг!

Возможно, кто-нибудь еще скрывается поблизости.

Ответа не последовало.

Удивленная Таня огляделась по сторонам. Краешком глаза она успела заметить, как исполинский бесформенный силуэт торопливо растворился в темноте.

Вне всякого сомнения, это был огр.

Таня поняла, что помощник вероломно предал ее в самый опасный момент. И хотя Таню не просто было выбить из колеи, подобная измена задела в ее душе какие-то чувствительные струны. Крайгворм, конечно, гад, но такого удара от него она не ожидала. Однако минуту спустя ей пришлось выдержать еще один, не менее сокрушительный удар.

Выяснилось, что задержанные исчезли. Напрасно она всматривалась в темноту в поисках Билли и Старого Черта. Обоих и след простыл.

Внезапно из-за харчевни до нее донесся звук разогреваемого гравитационного двигателя. Развив поистине спринтерскую скорость, Таня бросилась туда, на бегу перепрыгивая через проржавевшие обломки и кучи мусора.

Но когда она обогнула кабак, гравилет уже поднялся высоко над крышами обшарпанных многоквартирных домов. Вскоре он исчез из виду. Беглецам удалось ускользнуть.

Опустошенная душевно и вымотанная физически, Таня в изнеможении прислонилась к облезлой стене харчевни. За последние несколько минут на нее навалилось слишком много потрясений. Сейчас она чувствовала себя выжатой словно лимон и была не в силах даже облегчить душу забористым ругательством.

Один-единственный вопрос неотступно сверлил ей мозг: за кем теперь броситься в погоню? За грязным мерзавцем Крайгвормом или за Билли и Чертом, которые ухитрились оставить ее с носом?

Постепенно к Тане начало возвращаться самообладание. Гори все вокруг ярким пламенем, но она не имеет права распускать нюни. «Надо дей-ствовать, а не сидеть на месте», — строго приказывала себе Таня. Однако выполнить собственный приказ казалось не так просто. С большим трудом Таня сумела сдвинуться с места и понуронаправиться к полицейскому космолету. Она волочила ноги, словно шла по жидкой грязи. Казалось, горечь поражения сковывает ее движения.

Однако долго сетовать на судьбу и тем более жалеть себя было не в привычках полковника Лоусон. Внезапно ее осенила новая занятная идея. Тут же все вокруг предстало в более радужном свете. Таниной походке вернулись прежняя легкость и стремительность.

Пусть на этот раз ее оставили в дураках. Таня не собирается сдаваться. Она точно знает, что ей делать теперь.

Глава 8

— Ты поработал на славу, сынок.

Отец Онфим откинулся на прямую жесткую спинку деревянного кресла. Ни один лучик дневного света не проникал под угрюмые своды зала Специальных Поручений Церкви Меча.

Перед священником стоял майор Влад Прожогин, идентификационный код 2:5030/48. Лоб его покрывали предательские бисеринки холодной испарины, мундир насквозь промок от пота. Услышав слова священника, он лишь равнодушно пожал плечами, стараясь сохранить хладнокровный и непроницаемый вид:

— Спасибо за похвалу, отец Онфим. Я всего лишь выполнял свой долг. Служил родине и Церкви Меча.

— Уничтожив за короткое время сотню врагов, ты многократно перевыполнил свой долг, сын мой, — возразил отец Онфим. — Ты побил все рекорды. Многовековая история Церкви Меча не знала подобного достижения. Влад вновь пожал плечами.

— На счету Дэвида Келлса из корпуса «Одиссей» не меньше очков, — произнес он. — Я полагаю, тот таинственный киллер, о котором трезвонят американские телеканалы, это именно Келлс, По крайней мере, я не знаю другого профессионала, способного нанести столько точных ударов.

Отец Онфим, прищурив близорукие глаза, испытующе и пристально вглядывался в лицо своего подчиненного.

— А ты не думаешь, сынок, что басни врага про неуловимого киллера могут оказаться обыкновенными наглыми выдумками? — спросил он наконец. — Согласись, это вполне вероятно. Их журналисты — мастера стряпать подобные истории.

Полагаю, они просто позавидовали твоим подвигам и, чтобы приуменьшить твою славу, выдумали собственного героя.

Влад тяжело вздохнул.

— Вы правы, отец Онфим, — нехотя согласился он. — Янки не зря пользуются репутацией мастеров большой лжи. В этом деле они почти не уступают нам. Только мы называемся мастерами дезинформации, а не лжи.

— И все же ты считаешь, что сейчас они изменили своему обыкновению и сообщили правду, так ведь? — настаивал отец Онфим. — Скажи откровенно.

— Да, отец Онфим, я уверен, что сейчас американцы не лгут, — кивнул Влад.

— Мне удалось уничтожить сотню врагов, и я знаю, Келлс вполне способен сделать то же самое. Мы с ним стали первыми священными убийцами. Я убил Рейгана. Он убил Ельцина. С тех пор миновала тысяча лет, в течение которых у нас было немало случаев совершенствовать свое мастерство. Ни один из нас не уступит другому. Ни в корпусе «Одиссей», ни в Церкви Меча нет другого бойца, который смог хотя бы отдаленно приблизиться к нашим достижениям.

Влад ощущал, как его охватила неодолимая горечь. Ему казалось, слова вот-вот застрянут у него в горле. Он так устал… безумно устал. Беспросветная тоска не отпускала его душу. Как бы он хотел умереть, забыться навсегда и прекратить наконец бесконечную череду бессмысленных убийств, на которую обрекает его неумолимый патриотический долг.

А еще ему хотелось, чтобы отец Онфим перестал тянуть канитель и без лишних предисловий перешел к делу. Влад прекрасно знал — священник вызвал его вовсе не для того, чтобы воздать хвалу его кровавым достижениям.

Отец Онфим словно прочел мысли Влада.

— Ты совершенно прав, сын мой, — вновь заговорил он. — На этот раз американцы не лгут. С начала войны мы действительно потеряли сотню лучших генералов и могущественных боевых колдунов. Этот бешеный пес, Дэвид Келлс, подло лишил их жизни.

В глубине сознания Влада мелькнуло любопытное соображение. Если Дэвид Келлс за свои деяния удостоился звания бешеного пса, почему же его, Влада, величают героем без страха и упрека? Ведь они оба совершили одинаковые подвиги, только каждый служил своей стране.

Мысленно он вернулся в недавнее прошлое, в уютный бассейн, в теплых водах которого нежилась восхитительная Таня Лоусон. Она блаженно покачивалась на воде, а они оба — он, Влад, и Дэвид Келлс — пожирали ее глазами. Потом взгляды их, оторвавшись от желанного, манящего тела, неожиданно встретились. Тогда между ними пробежала искра. Но то была отнюдь не искра вражды и соперничества.

Напротив, оба внезапно почувствовали прилив дружеской симпатии. В тот момент стена взаимного недоброжелательства, разделявшая их, дала глубокую трещину.

И теперь, припоминая в подробностях эту сцену, Влад вновь ощутил боль утраты. Он потерял женщину, которую любил. Потерял человека, который мог бы стать его другом. А затем его пронзила жуткая догадка.

— Отец Онфим, причина вашего вызова — Дэвид Келлс? — спросил он, стараясь унять дрожь в голосе. — У вас есть для меня новое задание?

— Да, сын мой, ты опять прав, — последовал невозмутимый ответ. — Сегодня ты особенно проницателен.

«Господи, помоги мне, грешному, — пронеслось в голове у Влада. — Теперь уж я точно навсегда потерял Таню!»

***

— «Господь, храни Америку!» — с пафосом объявил моторный чертенок. — Мы покажем русским медведям, где раки зимуют! На всех фронтах зададим такого перцу, что они проклянут тот день, когда осмелились перейти дорогу великим Галактическим Штатам.

Дэвид устало отвернулся от маленького болтуна. Его уже тошнило от патриотической трескотни, которая в эти дни раздавалась со всех сторон. Сейчас он горько сожалел, что не умеет молиться. Впрочем, разве мало-мальски уважающее себя божество прислушается к мольбам такого отъявленного грешника, как Дэвид Келлс?

За спиной Дэвида возвышалась исполинская скала, очертаниями несколько напоминающая слона. С давних времен она служила укрытием штабу корпуса «Одиссей». По мере того как Дэвид удалялся, скала становилась все меньше и меньше. Прямо перед глазами Дэвида беспрестанно мелькали военные суда и баржи.

Издавая пронзительные гудки, они торопливо уступали путь его быстроходному катеру.

В этот день река Рио-Гранде практически была отдана Дэвиду Келлсу в полную собственность. Он обладал исключительным правом беспрепятственного проезда по водной магистрали от штаба корпуса «Одиссей» до космопорта ЭльПасо и далее.

Те, кто находился в военных транспортных средствах, встречавшихся на его пути, получали срочные зашифрованные сообщения. Им предписывалось или беспрекословно оказывать Дэвиду любую требуемую помощь, или же незамедлительно убираться прочь с его дороги.

Несколько мгновений назад, когда Дэвид готовился покинуть штаб корпуса «Одиссей», отец Зорза решил в последний раз убедиться, что подчиненный правильно понял его приказ.

— Сын мой, ты не должен останавливаться ни перед чем, — напутствовал он Дэвида. — Не жалей ни усилий, ни затрат, не упускай ни единого шанса! Помни, цель оправдывает средства. Ты должен вернуться с головой Влада Прожогина или не возвращаться совсем!

В ответ Дэвид отточенным, ловким движением отдал честь, щелкнул каблуками и отчеканил:

— Так точно, сэр!

Да, черт возьми, он мог служить живым олицетворением исполнительности, жесткости и решительности — от подошв начищенных до блеска армейских ботинок до плоского черного берета на голове.

Но хотя все существо Дэвида было нацелено на выполнение сверх ответственного приказа, он не мог избавиться от привкуса смутной горечи. В голову его то и дело закрадывались предательские мысли.

«Какого дьявола они не оставят меня в покое? Когда наконец я смогу отдохнуть? Мало им, что я безвозвратно погубил свою душу? Мало я пролил крови?

Нет, теперь они непременно хотят, чтобы я лишил жизни еще и этого человека.

Человека, который, сложись обстоятельства иначе, мог бы стать мне другом.

Единственного человека, которого я бы не хотел убивать…

А Таня, как быть с Таней? Что она скажет, когда узнает, что снайперский выстрел, посланный из моего оружия, разнес Влада на куски?»

Стоило Дэвиду вспомнить о Тане, как его отлично тренированное сердце вышло из-под контроля и судорожно заколотилось под ребрами, точно пойманная птица.

Дэвид прожил долгую жизнь, бесконечно долгую. И ни разу, пока года тянулись однообразной холодной вереницей, он не знал, что это такое — любовь. Но вот сейчас ему наконец удалось полюбить. Он не устоял против женщины. И теперь ему необходимо вырваться из плена этого самого человеческого из всех чувств.

«Не раскисай, Келлс, — приказал он себе. — Выбрось бредни из головы.

Конечно, приятель, ты человек, и, как выяснилось, ничто человеческое тебе не чуждо. Хотя, впрочем, кто сказал, что ты принадлежишь к мягкому племени гуманоидов? Нет, старина Келлс сделан из более прочного материала. Думаю, оружейная сталь подойдет лучше всего».

И, мысленно одернув себя, Дэвид прибегнул к давно испытанному средству. Он привычно отгородился от тревожных вопросов непробиваемой стеной ненависти

— самой надежной защитой, которая верно служила ему на протяжении тысячи лет. И сразу в крови закипели злые соки, наполнявшие его желанием расквитаться с врагом, желанием убивать. Нервы натянулись, как тетива древнего лука. Перед глазами стоял багровый туман.

Кто-кто, а Дэвид Келлс умеет приводить себя в боевую готовность! Теперь он сам хотел любой ценой прикончить русского сукиного сына! Он сделает это, можете не сомневаться! Одним снайперским выстрелом выбьет сердце из проклятой русской груди.

Как следует накачав себя энергией агрессии, Дэвид снова принялся обдумывать задание, которое ему предстояло выполнить.

Он понял, что загадочные слова отца Зорзы, которые первоначально привели его в полное недоумение, на самом деле были вовсе не лишены смысла. Как же он выразился, этот хитроумный иезуит? Ах да… Теперь Дэвид вспомнил все, вплоть до мельчайших подробностей. Он в очередной раз прокрутил в голове всю сцену, от начала до конца. Итак, отец Зорза восседал напротив него, придав своему лицу торжественное и печальное выражение…

— В древние времена, сын мой, существовал мудрый обычай, — веско и многозначительно произнес священник. — Порой, когда между двумя королевствами вспыхивала вражда, каждая из воюющих сторон выбирала среди своих рыцарей самого отважного, самого доблестного, самого сильного. Эти два рыцаря должны были вступить в смертный поединок. Они в одиночку выходили на поле боя, но за плечами каждый нес тяжкий груз — надежды и чаяния народа, который послал его на битву. Рыцари сходились друг с другом, и никто не смел вмешаться в поединок.

Один воин погибал, другой выходил победителем. И его страна считалась победительницей в войне.

— То есть, святой отец, вы хотите сказать, что, убив Прожогина, я положу конец войне? — уточнил Дэвид. — Америка будет победительницей, а Россия добровольно сложит оружие?

Губы отца Зорзы тронула едва заметная улыбка.

— Все не так просто, Дэвид, — сказал он. — Но, убив его, ты сослужишь великую службу делу нашей победы. Подумай только, сын мой, в каком свете подадут ваш поединок теле-и радиокомментаторы. Они наверняка представят его как противостояние двух величайших воинов обеих держав. И исход поединка раз и навсегда покажет, за кем из двух воюющих сторон стоит правда и помощь господа.

— Святой отец, наверняка русские в этом деле рассчитывают на Влада точно так же, как вы — на меня, — заметил Дэвид. — Они тоже надеются, что он принесет им победу.

— Ты совершенно прав, сын мой, — произнес отец Зорза. И, к немалому удивлению Дэвида, он добавил:

— Нам стало известно, что Влад успел получить точно такое же задание.

Сказав это, отец Зорза подал сигнал, и проворный видеоэльф без промедления воспроизвел фрагменты последнего выпуска новостей, переданного одним из ведущих телевизионных каналов Российской Галактической Федерации. На мрачной церковной стене возникла живая картинка, которая казалась здесь особенно красочной и яркой.

Перед глазами Дэвида предстала ослепительно рыжая ведущая популярной информационной программы. Она брала интервью у какого-то пожилого импозантного мужчины, судя по надменному выражению лица и звездочкам на погонах — представителя высшего военного командования России.

— Мы уже бросили нашим врагам вызов, — с важностью процедил генерал. — Мы предложили американцам выбрать среди своих солдат лучшего и послать его на поединок с нашим прославленным героем, бесстрашным Владом Прожогиным.

На заднем плане тут же возникло изображение Влада. Никогда прежде Дэвиду не доводилось увидеть своего противника в форме «Бурых медведей». «Ничего не скажешь, чертовски хорош, собака, — пронеслась у него в голове ревнивая мысль.

— Ни дать ни взять современный рыцарь, рыцарь тридцатого столетия».

— А вдруг грязные американские псы откажутся от честного поединка? От них ведь можно ожидать любых подлостей. Что мы будем делать тогда? — осведомилась тележурналистка, обращаясь к генералу.

— Что ж, этим они сами распишутся в собственной трусости, низости и коварстве, — прорычал генерал и изо всей силы треснул по столу увесистым кулаком.

Потом он резко отвернулся от очаровательной Медущей, уставился прямо в камеру и медленно проскрежетал:

— Выходи на поединок, Дэвид Келлс. Мы ждем тебя. Надеемся, что ты не окажешься жалким трусом. Вся Галактика ждет, когда ты покажешь, на что способен!

Тут отец Зорза вновь подал сигнал, и изображение внезапно исчезло.

Священник устремил на ошеломленного Дэвида пронзительный взгляд, казалось, проникающий в самые сокровенные тайники души:

— Теперь ты все понял, сын мой. Ты видел сам, как обстоят дела. Вызов брошен. И ты должен дать ответ: принимаешь ли ты этот вызов.

Ответ мог быть только один. И Дэвид, глядя в лицо отцу Зорзе, произнес одно короткое слово, которое тот и ожидал услышать:

— Да.

На этом разговор был окончен.

Келлс отчаянно затряс головой, отгоняя назойливые воспоминания. Суровое, непроницаемое лицо отца Зорзы растворилось в темноте. Келлс открыл глаза и откинулся на спинку сиденья.

Впереди по течению транспортное судно, до отказа наполненное солдатами, совершало торопливые маневры, намереваясь уступить ему дорогу. Когда его катер поравнялся с судном, Дэвид выглянул из иллюминатора и увидел, что сотни желторотых новобранцев высыпали и выстроились в шеренгу вдоль перил. Все до одного отдавали ему честь. Мальчишеские лица сияли от восторга.

До ушей Дэвида донесся гул приветственных криков.

«Проклятие, — подумал Дэвид, досадливо поморщившись. — Вся эта помпа мне уже осточертела. Эти сволочи журналисты успели растрезвонить по всей Галактике весть о том, что я принял вызов. Ладно, плевать. Пошли они все…» ***

— А теперь, сынок, слушай меня внимательно, — произнес отец Онфим. — Тебе предстоит вступить в бой с самым свирепым американским псом, который носит имя Дэвид Келлс. И ты должен убить его. Прикончить во что бы то ни стало. Иного исхода у вашего поединка быть не может.

Влад прилагал все силы, чтобы на лице его не дрогнул ни один мускул, и это ему вполне удалось. Внешне он казался невозмутимым и непроницаемым, но внутри все ходило ходуном. Какая-то часть сознания настойчиво повторяла, что Дэвид… что Дэвид не только проклятый жестокий враг… по крайней мере, для него…

Влад не мог заставить замолчать этот упорный голос. В то же время другой голос твердил, что Дэвид — единственный боец на свете, который способен в поединке одержать верх над Владом. А потом он вдруг вспомнил о Тане. И эта мысль обожгла его и тут же вытеснила все остальные.

Внезапно Владом овладел приступ отчаянной и безысходной злобы. Да, пусть будет именно так! Это самый лучший выход! Самый простой и самый решительный!

Наконец-то они с Дэвидом разрубят этот узел. И пусть он потеряет Таню навсегда.

Зато он будет уверен, что она не достанется его врагу, Дэвиду Келлсу. Хотя, честно говоря, это слабое утешение.

Но как быть с расследованием, которое они не успели закончить? От этого расследования зависела судьба человечества. И они так далеко продвинулись, им удалось столько выяснить… Да, спору нет, досадно, что это дело не суждено довести до конца, ужасно досадно. Разрешить величайшую тайну современности — это само по себе награда. И эта награда дороже богатства и славы. Разгадка подобной тайны — достойная цель для истинного воина.

Но сейчас отец Онфим дал Владу задание, а значит, ему следует забыть о собственных стремлениях, мечтах и желаниях. Тем более что это не простое задание. И время сейчас не простое. Его страна ведет войну. Противник силен, опасен и не остановится ни перед чем. На него, майора Влада Прожогина, надеется вся страна. На него устремлены ожидающие взгляды. И он должен оправдать ожидания.

— Я сделаю все, что от меня зависит, отец Онфим.

— Не сомневаюсь в этом, сын мой, — с неожиданной жесткостью произнес отец Онфим. — Я знаю, ты всегда готов выполнить любое задание. Но на сей раз этого недостаточно. Ты должен кое-что узнать. Эти американские пройдохи уже растрезвонили по всей Галактике, что их величайший герой, Дэвид Келлс, вызвал тебя на поединок. Об этом самом поединке мы с тобой и говорим сейчас, сынок.

— Когда же они успели сообщить, что мы готовимся к поединку, раз я сам только что об этом узнал? — спросил недоумевающий Влад. Сегодняшний разговор был для него чреват не самыми приятными неожиданностями.

— Успели, сынок. Эти бестии на редкость проворны. О том, что вы собираетесь вступить в бой, уже знает каждая собака. Теперь ты понимаешь, насколько далеко зашло дело?

Влад молча кивнул. Еще бы ему не понимать. Он никогда не страдал от недостатка сообразительности. Обжигающая волна злобы вновь поднялась в его душе. Он ощущал, что его предали, хотя на то абсолютно не было оснований. «Ведь мы с Келлсом всю жизнь сражались по разные стороны, значит, Дэвид никак не мог меня предать», — говорил себе Влад. Однако саднящая боль обиды не проходила.

Отца Онфима вполне удовлетворило молчаливое согласие Влада. Лицо его вновь просветлело.

— Вот и отлично, сынок, — произнес он. — Теперь мы с полным правом можем сообщить всему миру, что ты принял вызов. Тебе предстоит великое дело. Ваш поединок будет похож на славную битву двух древних богатырей, Пересвета и Челубея, на поле Куликовом. Ты наверняка помнишь, сынок, что тогда победа осталась за русскими. Не сомневаюсь, так будет и на этот раз.

Влад вновь кивнул, не разжимая губ. Он прекрасно помнил, что русские победили в Куликовской битве. А еще он помнил, что поединок стоил жизни обоим древним богатырям.

И вновь отец Онфим прочел его невысказанные мысли и ободряюще улыбнулся.

— Тот татарин, Челубей, был отважным и искусным воином. Во владении мечом и копьем он не знал себе равных. Но и Пересвет был вовсе не лыком шит. Одним словом, они друг друга стоили. Оба сражались до последнего. Не забывай об этом, сын мой. Помни о том, какой им выпал удел.

— Не забуду, отец Онфим, — откликнулся Влад.

Повисло молчание. Поколебавшись секунду, он решился заговорить о том, что сейчас его волновало больше всего:

— Где мне найти Келлса, отец Онфим? Разведка располагает какими-либо сведениями о его местопребывании?

Отец Онфим покачал головой:

— Пока нет, сынок. Знаешь сам, у наших колдунов сейчас дел по горло.

Бедняги в поте лица заштопывают дыру, которую позволил проделать тот проклятый Карвазерин, будь он трижды неладен. Так что тебе придется самому отыскать своего противника. Но помни, он тоже не будет терять времени даром. И многое зависит от того, кому из вас удастся опередить противника. Знаешь сам, там у них, в корпусе «Одиссей», не держат лопухов и недотеп. И можешь не сомневаться, они успели узнать о тебе все. Они подготовятся к встрече. Когда бы ты ни появился перед Келлсом, ты не застанешь его врасплох. И ты тоже не должен расслабляться ни на минуту. Помни, враг идет за тобой по следу. Будь все время начеку.

Почтительно выслушав отца Онфима, Влад браво отдал честь:

— Когда мы встретимся снова, отец Онфим, с моего щита будет свисать шкура Дэвида Келлса. Клянусь всем святым, что только у меня есть, я выполню свое обещание.

***

Перед самым прибытием в космопорт Эль-Пасо Дэвид получил наконец необходимые сведения.

Информационный бюллетень, возникший на видеосистеме катера, сообщил, что майор Влад Прожогин, лучший боец российского спецназа, ухитрился обойти Дэвида на одно очко.

Он убил американского генерала на одной из застав в зоне Приграничья.

Теперь на счету русского аса была сто одна жизнь, в то время как на счету Дэвида — по-прежнему только сто. Этот факт служил для русских журналистов и телекомментаторов источником неуемной радости и бахвальства.

В самых глумливых, издевательских выражениях они обращались к Дэвиду.

«Перестань наконец трусить и прятаться, американский ублюдок, — верещали они на разные голоса. — Вспомни, что ты зовешься мужчиной, найди в себе решимость встретиться с доблестным Владом Прожогиным в открытом, честном бою».

Дэвид, утомленный идиотскими наскоками русских, переключился на американский канал. И сразу же на экране возникла надпись огненными буквами:

«Специальный военный бюллетень». Какая-то женщина с устрашающе суровой внешностью под аккомпанемент духового оркестра громовым басом запела «Усеянное звездами знамя».

Потом на экране появился президент Соединенных Галактических Штатов собственной персоной. С чрезвычайно торжественным видом президент сообщил, что Америка приняла брошенный русскими вызов, и в это самое мгновение отважный Дэвид Келлс, прославивший свое имя многими подвигами, идет по следу коварного русского убийцы Влада Прожогина.

Слышать все это было крайне неприятно. Ведь решительный разговор между ним и отцом Зорзой состоялся совсем недавно. С того момента, как они расстались, не прошло и часа, а президент уже сообщает на всю Галактику, что Дэвид принял на себя великую миссию.

«Да, эти ребята даром времени не теряют», — с досадой подумал Дэвид.

Затем он глубоко вздохнул, отгоняя прочь несвоевременные мысли. Ладно, им виднее. Пусть каждый занимается своим делом. В конце концов, без пропаганды не обойдешься. Где же ты, Влад Прожогин? Выходи быстрее. Малышу Дэвиду Келлсу хочется поиграть с тобой в одну веселую Игру. Он просто сгорает от нетерпения.

Тут Дэвида внезапно осенила потрясающая идея. Ему в голову пришел простой и изящный способ назначить Владу место встречи.

От него, Дэвида, выполнение этой идеи не требовало никаких особых усилий.

Ему надо было всего лишь выполнить свою привычную работу — совершить еще несколько убийств. Но все они должны быть в одном и том же районе. Шустрые парни-комментаторы в мгновение ока раструбят об этом по всей Галактике. Влад поймет, где сейчас находится Дэвид, и отправится туда. Тем временем Дэвид будет подкарауливать его в удобном месте, выжидая подходящего момента.

Оставалось разрешить пустяковый вопрос — определить, кто выполнит роль его новых мишеней. Их должности и звания не так важны, но вот место совершения убийств в данном случае имеет принципиальное значение. Однако прежде всего неплохо бы заглянуть на склад оружия корпуса «Одиссей», подумал Дэвид. В распоряжении корпуса находились сотни секретных складов оружия, разбросанных по всей Галактике.

Некоторые предлагали на редкость богатый выбор, другие не обладали такими широкими возможностями. Но Дэвид, непревзойденный мастер заказных убийств, совершенствовавшийся в своем деле на протяжении тысячелетия, прекрасно знал, какой из складов чего стоит.

Ему предстоит особая, чрезвычайно ответственная миссия. Значит, и оружие требуется особое — не просто надежное, а сверхнадежное. Но какое именно?

Мысленно пролистав бесконечный перечень известных ему смертоносных приспособлений, Дэвид решил наконец, какой склад оружия ему необходимо посетить.

Сейчас время особенно дорого. Надо ковать железо, пока горячо. С этой мыслью Дэвид извлек из кармана куртки миниатюрное приспособление для связи и приказал немедленно подать космолет. Напоследок он приказал связному в обязательном порядке удостовериться, что на борту приготовлен хороший запас жирных отбивных и целый штабель ящиков пива.

Затем он достал из герметически завинчивающегося тюбика две таблетки и проглотил их. Безотказная система «киллер» была готова выполнять необходимую работу. Возможность сбоя исключалась полностью.

«Боже, храни Америку, — произнес про себя Дэвид. — Храни ее, черт бы ее побрал!»

Глава 9

Гарри давно уже распинался без умолку, но Таня пропускала его слова мимо ушей. Все ее вни-мание без остатка было поглощено таинственно поблескивающим магическим кубом, который стоял на столе напротив ее босса.

Этот магический куб, хотя и не впечатлял размерами, активно воздействовал на все органы чувств. Игра его слегка переливающихся зеленых оттенков неодолимо притягивала взор. Он распространял вокруг себя весьма ощутимый аромат, возбуждавший и щекотавший обоняние, — то был легкий озоновый запах колдовства.

Одним своим присутствием магический куб внушал благоговение и трепет — он олицетворял колдовское соглашение, которое свяжет ее навсегда.

В верхней части магического куба виднелось небольшое углубление, по размерам как раз соответствующее большому пальцу человеческой руки. Стоило Тане взглянуть на это углубление, как большой палец на ее правой руке начал зудеть и чесаться.

Ее раздирали противоречивые ощущения и устремления. С одной стороны, какая-то сила извне так и толкала ее к кубу, принуждая вставить палец в углубление, с другой — сама мысль об этом приводила ее в ужас.

Меж тем Гарри, которого Таня упорно не замечала, брызгал слюной от гнева.

Голос его гремел все громче и громче, пока не сорвался на взвизг.

— Вижу, Таня, тебе ровным счетом наплевать, что ты меня подставила! А мне пришлось рисковать собственной задницей! — заходился он. — Ради тебя я обошел всех этих паскудных генералов, адмиралов, дипломатов. Ты сама знаешь, что это за люди. Первосортные мерзавцы! Не думай, что мне это сойдет с рук. Теперь они только выжидают момент, чтобы добраться до моей задницы! До моей белой, как лилия, задницы! И при этом все мои усилия пошли коту под хвост! Что я получил в результате? В результате ты являешься с пустыми руками и начинаешь кормить меня идиотскими сказками! Бреднями, в которые и малый ребенок не поверит. Да и кто в здравом уме и доброй памяти может поверить в такую чушь! Чтобы офицер полиции Объединенных Планет, будь он хоть трижды огр, попытался убить своего непосредственного начальника! Абсурд! Или ты хочешь сказать, что он спятил?

Внезапно лишился рассудка? Нет, дорогая моя, он психически здоров, иначе его не приняли бы на службу. Могла бы придумать что-нибудь поубедительней. А то у тебя концы с концами не сходятся. Таня с трудом отвела взгляд от магического куба.

— К сожалению, это не выдумки, Гарри, — спокойно и размеренно произнесла она, изо всех сил пытаясь сохранить хладнокровие и не дать раздражению вырваться наружу. Наверняка бог специально посылает босса-тупицу тому, чье долготерпение хочет испытать. — Абсолютно все концы сходятся. Слишком хорошо сходятся. Потому что все, что случилось в последние дни, связано между собой.

От того, что ты не хочешь этого признавать, ничего не изменится. Крайгворм с самого начала из шкуры лез, чтобы мне помешать. Он только и делал, что совал мне палки в колеса. Он не хотел, чтобы я докопалась до истины. Потому что тот, кто стоит за ним, не хотел этого.

— Но почему, черт возьми! — взревел Гарри. — Ты возводишь на него поклеп!

Офицер полиции Объединенных Планет не может действовать подобным образом. У нас проверенные кадры. А если он вышел из повиновения, значит, ты сама вела себя недопустимым образом. Наверняка ты смертельно оскорбила беднягу. Всякому известно, ты не слишком-то жалуешь нечисть. — Гарри осуждающе покачал головой, перевел дух и продолжал уже более спокойным тоном:

— Откровенно говоря, за это я тебя не слишком осуждаю. Более того, я даже разделяю твои чувства. До определенной степени, конечно. С этим сбродом надо иметь железную выдержку.

Иначе они тебе в два счета на шею сядут. Порой мне кажется, мороки от этой братии больше, чем пользы. Но в данном случае все ясно как день — своими выходками, издевками и насмешками ты довела несчастного людоеда до белого каления. Или до умопомрачения. В общем, до помешательства. Потому что только помешанный рискнул бы сделать то, в чем ты обвиняешь беднягу Крайгворма. — Гарри рассеянно повертел в руках магический куб. — Я имею в виду, окажись твои россказни правдой, он лишился бы звания, службы, пенсии… ну и всего остального.

В это мгновение магический куб вновь поглотил все внимание Тани. Черт побери, она прекрасно знала, на что намекает Гарри, однако упорно отгоняла подобные мысли. Таня сжала пальцы в кулак так, что ногти глубоко впились в ладонь. Физическая боль помогла ей на какое-то время вырваться из-под колдовской власти куба.

— Думаю, Гарри, меньше всего на свете бедняга Крайгворм беспокоится сейчас о собственной пенсии, — сухо произнесла она. — Пойми ты наконец, речь идет не о простом служебном неповиновении. Речь идет о заговоре — тщательно продуманном заговоре. Каким-то образом Крайгворм сумел добраться до несчастной дурехи Кати и настроить ее против меня. Он внушил девчонке, что я ее смертельный враг.

Внушил, что я погубила ее парня. Наплел, что ей предстоит ответственное задание, и подговорил ее бежать из крепости «Бородино». Ради бога, Гарри, может, хоть это откроет тебе глаза на серьезность случившегося. Военнослужащая самовольно покинула стратегический объект накануне военных действий. В российской армии подобный проступок карается смертью! Впрочем, он карается смертью в любой армии. Не знаю, как Крайгворму удалось доставить Катю на Авалон. Так или иначе, она ждала в засаде у «Трех повешенных монахов», когда я выведу задержанных, мальчика и моторного беса. Ждала с оружием наготове. Она собиралась убить меня, но для Крайгворма и его нанимателя не менее важно было устранить свидетелей. Именно поэтому и был выбран такой момент.

Вспомнив о том, что она была на волосок от смерти, Таня невольно вздрогнула и подавила тяжелый вздох.

— Как это ни печально, я не имею ни малейшего представления о том сукином сыне, на которого работает твой дражайший Крайгворм. Не знаю даже, гуманоид он или принадлежит к нечистому племени. Одно могу сказать с уверенностью: это серьезный противник. Границы его возможностей я не могу оценить даже приблизительно.

— Хорошо, хорошо, — успокоительно пробормотал Гарри. — Я понимаю твою тревогу. Раз так, я немедленно объявлю Крайгворма во всегалактический розыск.

Долго ему гулять не придется.

Максимум через пару дней голубчика сцапают. Ответит за все, что натворил.

— Я в этом очень сомневаюсь, — с усмешкой заметила Таня. — Туда, где скрывается Крайгворм, не проникнуть никакому всегалактическому розыску.

Брови Гарри недоуменно взлетели вверх.

— Что ты имеешь в виду? — с подозрением спросил он.

Таня не любила говорить недомолвками. Она без утайки изложила Гарри все свои соображения.

В ответ он удивленно присвистнул.

— Ты уверена?

— Совершенно уверена, — заверила его Таня. — Клянусь моей… В общем, той частью тела, которую ты столь изысканно назвал «белой, как лилия». Должна сказать, у тебя восхитительный слог.

На этот раз Гарри было не до подколов.

— Ты и в самом деле полагаешь, что способна найти неопровержимые свидетельства? И рассчитываешь благодаря этим свидетельствам прекра-тить войну? — настаивал Гарри.

— Послушай, Гарри, ты же меня знаешь не первый год. Если бы я не рассчитывала добиться успеха, я не стала бы попусту тратить время на расследование. И дураку понятно, заговор, который затеял Крайгворм, напрямую связан с тем, что я тебе сейчас рассказала! Иначе зачем он пытался встать мне поперек дороги? И еще кое-что тоже яснее ясного. Тот, кому подчиняется наш миляга Крайгворм — назовем его… ну, хоть мистер Босс, — пойдет на все, чтобы расстроить мои планы. Мистер Босс прекрасно знает, каковы они, эти планы.

Знает, куда я отправлюсь в самое ближайшее время. Там меня наверняка будет поджидать старый приятель — Крайгворм.

Гарри похлопал по верхней грани магического куба.

— Думаю, ты опять на меня рассчитываешь. Хочешь, чтобы я помог тебе провернуть это дельце, — неторопливо и вкрадчиво произнес он. Затем бросил на Таню наглый мужской взгляд и самодовольно ухмыльнулся. — Что ж, услуга за услугу. Когда вернешься, сделаешь кое-что… лично для меня.

Лицо Тани исказила гримаса глубокого отвращения.

— Ты еще ставишь условия! Господи помилуй! — Она тряхнула головой, словно не веря своим ушам. — Что ты за свинья, Гарри? Что ты за равнодушная скотина?

Пусть мир катится в тартарары, тебе наплевать, да? Ты и пальцем не пошевелишь, чтобы его спасти, если только тебе не пообещают за это награду?

Ухмылка Гарри стала шире и откровенней.

— Не пори чушь, — процедил он, легонько подталкивая ладонью сверкающий магический куб. — Ты слишком много себе позволяешь. — Внезапно он перешел на официальный тон. — Слушайте меня внимательно, госпожа следователь Лоусон. Вам необходимо заключить наконец соглашение с магическим отделом полиции Объединенных Планет.

При этих словах куб засверкал еще ярче, источаемый им свежий озоновый аромат усилился. Таня невольно слегка подалась назад.

От Гарри не ускользнуло ее движение.

— Ты что, от радости лишилась дара речи? — насмешливо осведомился он. — Вот уж не ожидал, что ты так сдрейфишь. Смелей, Таня! Все, что от тебя требуется, — сунуть свой восхитительный точеный пальчик вот в эту симпатичную дырочку. Эта штуковина тебя не укусит, поверь. Зато ты сможешь добавлять ко всем своим званиям и должностям еще одно — «колдун первого класса». Черт побери, Таня, это же повышение. Того и гляди, ты теперь задерешь нос.

Таня растерянно молчала, уставившись в пол.

— Я не хочу этого делать, Гарри, — наконец выдавила она.

— Придется, голубушка! — пророкотал довольный Гарри. — Иначе фиг ты от меня получишь хоть какую-нибудь помощь.

Таня вжала голову в плечи. Что ж, будь что будет. Этот сукин сын нашел-таки способ ее обойти. Гарри Купер будет гнуть свою линию и не остановится ни перед чем. Даже перед тем, чтобы послать к чертям всю Галактику.

Она покорно сунула большой палец в отверстие. Нечто невидимое слегка кольнуло ее. На мгновение магический куб вспыхнул ярко-зеленым холодным пламенем и так же внезапно потух.

— Примите мои искренние поздравления, колдун первого класса Таня Лоусон,

— с издевательским пафосом произнес Гарри. В глазах его посверкивали огоньки злорадства. Он торжествовал победу.

Но Таня тоже не собиралась признавать себя побежденной.

— Хватит болтать, Гарри, — оборвала она его. — Теперь тебе придется без проволочек выполнять все мои распоряжения. А будешь отлынивать или рыпаться

— пеняй на себя. Я доложу об этом наверх, и уж будь уверен — те маленькие блестящие звездочки, которые пока что украшают твои погоны, ты будешь видеть только в сладких снах.

— Да ты что, Таня, спятила? Уж и пошутить нельзя! Видно, не зря я боялся, что ты задерешь нос.

Таня не говорила ни слова, устремив на Гарри холодный пристальный взгляд.

Напряженное молчание длилось несколько секунд. Наконец Гарри, пожав плечами, спросил нарочито безразличным тоном:

— Ну так что же ты от меня хочешь? — И добавил, надеясь обернуть все в шутку:

— Наверняка в первую очередь попросишь предоставить в твое распоряжение штук шесть-семь бравых космических пехотинцев полиции Объединенных Планет. Они все там красавцы как на подбор.

— Ты читаешь мои мысли, Гарри, — без улыбки откликнулась Таня. — Мне необходимо шесть космических пехотинцев, быстрый и надежный корабль… нет, пожалуй, я поскромничала. На самом деле мне нужно вдвое больше. Два корабля и дюжина космических пехотинцев. На этом и порешим. Причем парни должны быть не только красавцами. Их следует вооружить до зубов. Самым современным оружием.

Услышав требование, Гарри обреченно вздохнул. Военные космические корабли, которыми располагала полиция Объединенных Планет, применялись с большой осторожностью и лишь в крайних случаях. Используя эти суда, приходилось принимать в расчет слишком много политических соображений.

То же самое относилось и к частям космической пехоты — элитному подразделению, в которое входили отборные испытанные бойцы. Гарри прекрасно знал: для того чтобы получить разрешение использовать боевые корабли и космических пехотинцев, ему придется проявить чудеса хитрости и изворотливости.

Но напрасно он пытался переубедить Таню, соблазнить ее другими возможностями, Таня была непреклонна. Все его доводы она отметала с ходу.

На следующее утро два небольших боевых корабля, поступивших в полное распоряжение Тани, устремились в гиперпространство. В команду каждого из них входило шестеро космических пехотинцев, опытных, закаленных в сражениях бойцов.

***

Вне всякого сомнения, никогда прежде Тане не доводилось совершать такого опасного путешествия. К тому же это путешествие оказалось довольно унылым и мрачным. На протяжении всего пути Таня не могла отделаться от подавленного настроения.

Вся Галактика словно впала в депрессию — война проникала повсюду, и спастись от нее было невозможно.

Маршрут Таниной экспедиции пролегал через эпицентр назревающей военной бури. Она видела вспышки снарядов, разрывавшихся по обеим сторонам, — две враждующие сверхдержавы открывали подготовительный огонь, укрепляя свои позиции и пытаясь взять на испуг противника.

Было и еще одно обстоятельство, которое заставило Таню погрузиться в пучину тревоги и тоски. Мысли ее постоянно вращались вокруг события о котором она узнала наравне с прочими Жителями Галактики. Комментаторы на всех каналах продолжали вовсю трубить о готовящемся Смертельном поединке между Дэвидом и Владом. Они еще не встретились, но журналисты с упоением смаковали подробности предстоящей битвы. Два величайших воина Галактики должны были встретиться лицом к лицу.

Стоило Тане подумать об этом, и ее охватывало отчаяние. Она знала, чем может кончиться подобный поединок. Если бы ей только удалось раскрыть проклятый заговор прежде, чем эти двое убьют друг друга.

Разумеется, война, грозившая уничтожить весь мир, служила для Тани источником постоянной тревоги. Но по каким-то причинам, в которых она не решалась дать отчет даже самой себе, смертельная угроза, нависшая над Дэвидом и Владом, тревожила ее даже больше.

Первым пунктом ее экспедиции стала незначительная планета, расположенная в Пограничной Зоне. Планета была настолько мала и ничем не примечательна, что не заслуживала звучного имени. Ей присвоили довольно невыразительное название — Серый Сектор номер Один. Для краткости — СС-1. По всей видимости, местных жителей подобное положение вещей вполне удовлетворяло — иначе они объединили бы усилия и добились бы, чтобы их невзрачная планетка получила более презентабельное имя.

Цель Таниного визита на СС-1 была вполне определенной. По данным разведки, планета являлась одним из основных перевалочных пунктов контрабанды и отмывания денег. Она не сомневалась, что сумеет отыскать в этом преступном притоне следы Билли Иванова и Старого Черта. Разумеется, беглецы не были преступниками, но раз они скрываются от полиции, то куда им еще бежать, кроме притона? Вселенная слишком мала, чтобы двое беглецов могли укрыться от зоркого взгляда Тани Лоусон.

Как она упомянула в,разговоре с Гарри, были весьма велики и шансы на то, что именно на СС-1 она вновь пересечется с Крайгвормом. По предположениям Тани, вероломный огр сейчас тоже был занят поисками Билли и Черта, которые сумели оставить в дураках их обоих.

Конечно, пока все это были лишь домыслы, не подкрепленные абсолютно ничем.

Но за долгие годы работы в полиции Объединенных Планет Таня успела убедиться, что подобные предположения чаще всего оказываются справедливыми.

Несмотря на то что расстояние до планеты СС-1 было весьма впечатляющим в обычных единицах пространственного измерения, объект рас-полагался на границе аномальной космической зоны, что позволяло сократить путь всего лишь до одной земной недели.

Поблизости от Юпитера находилась стартовая площадка, достаточно просторная, чтобы вместить два маленьких сверхсекретных корабля класса «Молния-220», которые Тане удалось получить для своей экспедиции. По идее, эти корабли должны были попасть в быстрый спектральный поток, направляющийся к СС-1 сквозь гиперпространство.

— Как правило, с попаданием в поток не бывает проблем, госпожа полковник,

— заверил Таню капитан-лейтенант Шон Мун на совещании, которое предшествовало отправлению. — Только бы нам не наткнуться на военный патруль вроде того, в каком я сам служил до недавнего времени. Тогда пиши пропало. В этом случае нам еще повезет, если доберемся до богом забытого местечка, куда вам так приспичило, за один земной месяц.

— Меня это не устраивает, — недовольно возразила Таня. — Времени у меня в обрез. Честно говоря, по-моему, даже неделя — это чертовски много. Ровно на семь дней больше, чем мне хотелось бы.

Мун лишь пожал плечами, сохраняя самый невозмутимый вид. Он начал свою карьеру в рядах Американской Космической Охраны, с успехом боролся с террористами, торговцами оружием и космическими пиратами и вскоре завоевал репутацию бесстрашного, хладнокровного и рассудительного офицера.

На него обратили внимание наверху, и в результате он был призван в космические силы полиции Объединенных Планет. Здесь Мун сохранял верность своим принципам и прославился безотказной сметкой и сообразительностью не менее, чем отвагой, неизменно проявляемой под огнем: Таня отлично разбиралась в людях с первого взгляда, и ей не понадобилось много времени, чтобы понять: этот офицер привык прямо глядеть в лицо действительности и не любит пускать пыль в глаза.

При первой же встрече Мун предпочел не обнадеживать ее попусту.

— В таком случае, полковник, вам лучше уже сейчас тренировать выдержку, чтобы не слишком досадовать в случае неуспеха, — заметил он. — Потому что шанс на то, что мы прибудем в пункт назначения так быстро, как вам хотелось бы, чертовски мал.

Однако же он с нескрываемой гордостью, почти с нежностью указал на два небольших корабля, которые ожидали отправления на гудронном покрытии космодрома. Командное судно носило имя «Гамильтон». Сейчас на нем совершались последние приготовления и самые разнообразные боеприпасы загружались в трюмы и отсеки.

Рядом заряжались огромные ионовые батареи второго судна, носившего имя «Рубин».

— А без этих двух маленьких славных посудин мы бы вообще никуда не добрались, разве что в Преисподнюю, — заметил Мун. — Сейчас по гиперпространству не больно разгуляешься. Сторожевое военное судно — если не русское, так американское — в два счета засечет любой корабль. А время сейчас не такое, чтобы пускаться в долгие разговоры. То, что мы выполняем задание Организации Объединенных Планет, вряд ли произведет на патруль впечатление. У этих парней свой обычай — сначала открывают огонь, а потом смотрят, кого удалось подстрелить на этот раз. Одна надежда, что корабли у нас не обычные. Их так просто не засечешь. Бог даст, проскользнем благополучно. Хотя надеяться надо на лучшее, а готовиться к тому, что будет.

Таня понимала, что Мун вовсе не запугивает ее и что в полете они действительно могут столкнуться с неприятными неожиданностями. Однако в душе ее не было страха. Она не отводила восхищенного взора от кораблей. Их плавные, обтекаемые линии завораживали своим изяществом. Откровенно говоря, она не ожидала, что придется так сильно рисковать. Но корабли, облеченные «плотью» из титана, казались такими надежными и в то же время легкими и грациозными, как подлинные произведения искусства механики.

К тому же эти произведения были вполне в Танином вкусе. Корабли обладали наибольшей из всех возможных степеней безопасности и были практически неуловимы. Конструкция каждого из них основывалась исключительно на старых добрых законах физики. Ни в одном из них не использовалась даже малейшая крупица нечистой силы — можно сказать, здесь и запаха нечисти не было. Это уже само по себе попахивало нечистой силой, ибо без моторного беса, без команды гоблинов и домовых гиперпространственный двигатель просто-напросто не станет работать, что известно всякому младенцу. И тем не менее корабли летали, что казалось чудом всякому нормальному человеку. Но зато эти корабли было почти невозможно выследить при помощи обычно используемых в военной практике локационных заклинаний. В лучшем случае их могли бы заметить и принять за мертвый кусок камня. Сами же они, оставаясь в тени, могли отслеживать любой объект.

Первоначально оба корабля задумывались в качестве передвижных платформ для американских частей особого назначения. Поэтому оба корабля отличались чрезвычайно скромными размерами — длина каждого из них составляла чуть больше двухсот метров.

Каждый корабль состоял из трех отделений: моторного, орудийного и топливно-грузового. Для экипажа практически не оставалось свободного места, поэтому людям приходилось тесниться буквально друг у друга на головах.

Позднее Таня имела случай как следует разглядеть, что представляют собой здешние помещения для экипажа. Впрочем, помещениями их можно было называть лишь в насмешку. Осмотрев эти тесные закутки, Таня возблагодарила небо, что тетушка, воспитавшая ее, не отличалась ханжеством и не считала нужным навязывать племяннице излишне строгие взгляды. В противном случае Тане пришлось бы туго — о том, чтобы получить отдельную каюту на любом из кораблей, нечего было и думать. Волей-неволей во время полета ей пришлось жить бок о бок с молодыми крепкими мужчинами.

Но Таню мало волновали откровенные взгляды, которые она то и дело ловила на себе. Гораздо больше ее беспокоило другое: она просила, чтобы сопровождавшие ее космические пехотинцы были вооружены самым современным оружием, а в результате командование морского отдела полиции Объединенных Планет снабдило их чуть ли не саперными лопатками. По крайней мере, именно таким было первое впечатление, сложившееся у Тани.

Так как вся конструкция кораблей была подчинена задачам максимальной секретности и, соответственно, там не было места для магии во всех ее проявлениях, команда располагала лишь самым допотопным древним оружием.

Основной достопримечательностью по праву могли считаться два автоматических пулемета системы Bushmaster-XXI, которые гордо возвышались в главном орудийном отсеке.

Тане казалось, что единственное подходящее место для этих архаичных экспонатов — музей старинного оружия, а никак не боевой корабль. Однако вскоре ее заверили, что эти примитивные пулеметы вовсе не так безобидны, как кажется на первый взгляд. Более того, они обладают рядом преимуществ даже по сравнению со сверхсовременными магическими смертоносными средствами. Тане разъяснили, что самая серьезная проблема этих древних орудий — проблема изнашивания ствола — успешно преодолена при помощи соответствующих технологий, основанных на законах физики и механики.

Внутри стволы орудий были выложены специальным материалом, напоминающим керамику, — это позволяло заряжать их снарядами, обла-дающими огромной разрушительной силой и вести огонь с частотой около двухсот выстрелов в минуту, что по Таниному мнению было смехотворно мало, во всяком случае, для борьбы с мелкой нечистью вроде чертей или призраков смерти. К тому же механические пули совершенно не действуют на представителей потустороннего мира, которые во множестве обитали в Приграничье. И тем не менее команда любовно опекала допотопные пукалки, да и сама Таня, познакомившись с ними поближе, несколько изменила свое мнение о древнем оружии и возможностях его модификации.

Исчерпывающую консультацию об особенностях архаичных пулеметов и огнеметов, неуклюжих на вид, но беспощадных и неодолимых в деле, дал Тане главный специалист по корабельному вооружению, лейтенант Роберт Родес, который слыл чрезвычайно компетентным экспертом по всем вопросам, связанным с оружием, а также командовал вторым судном, «Рубин».

— Видите ли, госпожа полковник, — объяснял Родес, мучительно старающийся и соблюсти субординацию, и приударить за слишком симпатичной начальницей, — против моих машинок совершенно бессильны защитные заклинания. Это значит, половина дела уже сделана, осталось добиться, чтобы пулеметы убивали не только людей, но и нечисть. И уж наши оружейники постарались, чтобы так оно и было, Как-то раз, когда Таня наблюдала за последними приготовлениями к отправке, до ее слуха донеслись такие отборные, забористые ругательства, что она невольно огляделась по сторонам, чтобы увидеть, кого это так разбирает. Два члена экипажа «Гамильтона», виртуозно чертыхаясь, пытались протащить сквозь грузовое отверстие неуклюжий прямоугольный контейнер. Таня мигом сообразила, что это за контейнер. Внутри находился ее пресловутый махолет — в последнюю минуту она все же решила взять его с собой.

Лейтенант Мун также был свидетелем этой картины, которая заставила его досадливо поморщиться.

— Надеюсь, этот… это странное приспособление вам действительно необходимо, мадам, — сухо заметил он. — Видите ли, мы можем взять на борт очень ограниченное количество груза, а эта штуковина к тому же занимает пропасть места.

— Весьма сожалею. Тем не менее она мне совершенно необходима, — тоном, не терпящим возражений, откликнулась Таня.

И в самом деле, она решила взять с собой махолет отнюдь не из женской прихоти. Когда они прибудут на СС-1, ей обязательно понадобится какое-нибудь немагическое транспортное средство-в этом Таня не сомневалась. А махолет наилучшим образом отвечал всем требованиям. В деле слежки и разведки он был незаменим, так как приводился в движение без помощи нечисти и потому неизменно хранил молчание.

— Вполне вероятно, что от этой, как вы выразились, штуковины зависит успех моей миссии, — сочла нужным добавить Таня, заметив недоверчивый взгляд лейтенанта.

Мун расплылся в улыбке. Несмотря на то что порой лейтенант считал необходимым напускать на себя суровость, он всегда оставался приятным во всех отношениях молодым человеком — симпатичным, дружелюбным, всегда готовым оказать услугу. Хотя у Тани уже было с Муном несколько незначительных столкновений, она находила его очень привлекательным и с удовольствием проводила время в его обществе.

— Хорошо, будь по-вашему. Только любезность за любезность. Когда ребята усядутся набивать свои утробы, вам придется украсить нашу трапезу своим присутствием. Могу вас заверить, харч у нас здесь отличный, а вот манеры у едоков не самые изысканные. Однако не ждите, что я спасу вас от участия в обеде за общим столом.

— Я буду вам за это только благодарна, — сказала Таня, расплывшись в лучезарной улыбке. — Поверите ли, я ужасная обжора. И когда дело доходит до трапезы, я не только украшаю ее своим присутствием, но и принимаю в ней самое деятельное участие.

Мун окинул взглядом ее фигуру. В этом взгляде светилось неприкрытое мужское восхищение и в то же время не было ничего назойливого и оскорбительного.

— По вашему виду не скажешь, что вы любите поесть, госпожа полковник, — заметил он. — Слишком малые габариты для обжоры. — И он подмигнул ей с видом заговорщика. — Похоже, мы с вами найдем общий язык. Вы любите поесть, а я — самый великий кулинар среди всех космических волков.

Слова лейтенанта несколько сбили Таню с толку. «Разве командиру корабля пристало по совместительству исполнять обязанности кока? — с недоумением подумала она. — С каких это пор камбуз стал подходящим местом для боевого офицера?»

Однако прошло всего два земных дня, и, к великому удовольствию Тани, все ее недоумения разрешились, причем самым приятным образом.

Как-то раз ее ноздрей достиг такой аппетитный запах, что у Тани просто слюнки потекли. Повинуясь неодолимому влечению, она проворно вскочила со своей койки и отправилась прямиком на камбуз.

Так как на судне почти не было свободного пространства, завтраки, обеды и ужины для всего экипажа подавались из корабельной кухни прямо в кубрик, где теснился весь экипаж.

Лейтенант Мун, облаченный в поварской фартук, заляпанный разноцветными пятнами соусов и приправ, священнодействовал над кастрюлей внушительных размеров. В одной руке у него была поварешка, в другой — старинная кулинарная книга в бумажной обложке.

— Запах обалденный! — произнесла Таня вместо приветствия. — Над чем вы колдуете, если не секрет?

Лицо Муна осветила улыбка.

— Черт меня побери, если во всей Галактике кто-нибудь еще умеет готовить такой чили, — ответил он, снимая с кастрюли крышку и помешивая ее содержимое.

Восхитительный запах усилился. Тут желудок Тани повел себя не совсем так, как подобает желудку леди, — он издал громкое откровенное бурчание.

— Не сомневаюсь, что вы правы, командир, — сказала она. — Честно говоря, мне не терпится попробовать ваш шедевр.

Она бросила любопытный взгляд на кулинарную книгу и с удивлением заметила на растрепанной засаленной обложке картинку, изображавшую неуклюжее громоздкое сооружение на фоне какой-то явно несуществующей планеты.

— А что у вас за книга? — поинтересовалась она. — Для кулинарной вид у нее не совсем обычный.

Мун расхохотался:

— А это вовсе не кулинарная книга. Это старинный космический роман.

Представляете, он был написан еще в XX веке. Тогда на старушке Земле жили два сообразительных парня, которые состряпали целую серию таких романов. Называлась она «Стэн-крониклс». Отличные книжонки, доложу я вам. Сюжет в каждой закручен лихо, и неожиданных поворотов хоть отбавляй. Читается на одном дыхании. Но самое главное — в каждом романе есть пара потрясающих кулинарных рецептов. Я уже не первый раз по ним готовлю, и всякий раз получается просто объедение.

Он вновь хорошенько перемешал содержимое кастрюли.

— Это блюдо — одно из моих любимых. Называется оно «Чили Вечного Императора». Вечный Император — один из героев этой книжонки.

Таня покачала головой.

— Здорово! — только и могла она сказать. Мун фыркнул, вполне довольный ее реакцией.

— Поглядели бы вы, как вытягиваются лица у новеньких, когда они впервые видят своего начальника у плиты на камбузе, среди кастрюль и сковородок, с засаленным старинным романом в руках. Вот это зрелище! Бедняги думают, у Муна крыша поехала, и начинают лихорадочно соображать, кто теперь заменит его на посту командира корабля.

Мун отложил в сторону поварешку и отрезал толстый ломоть хлеба от мягкой и ароматной буханки. Как выяснилось, хлеб он тоже выпекал сам по рецепту, который нашел в одном из своих излюбленных боевиков.

Затем он опустил кусок в кастрюлю так, чтобы тот как следует пропитался густым красным соусом, и протянул Тане.

— Попробуйте. Интересно, придется ли вам по вкусу моя стряпня.

Таня осторожно откусила небольшой кусочек. Ой-ей! Сначала у нее просто искры из глаз посыпались. Соус оказался на редкость острым и пряным, он буквально обжигал язык. Но потом она почувствовала совершенно удивительный вкус, точнее, целый букет изысканных и тонких вкусов.

Таня даже тихонько застонала от удовольствия. Она действительно была гурманкой.

— Это сказка! — сказала она. — Другого слова я не нахожу. — И тут же уточнила:

— А когда мы будем обедать?

— Прямо сейчас, мадам, — обрадовал ее Мун. — К чему испытывать ваше терпение?

И он подал ей тарелку, доверху наполненную тушеными бобами с изумительным соусом. Таня опустошила тарелку в два счета.

Мун наблюдал, как она уплетает за обе щеки, и улыбка его становилась все шире. Как всякий истинный мастер, он был горд успехом своего произведения.

За время путешествия Таня не раз еще отдала должное кулинарным талантам лейтенанта Муна. Он ежедневно готовил чудесные блюда, пользуясь рецептами, почерпнутыми из старинных фантастических романов, и с готовностью потчевал и Таню, и всех членов экипажа. Творения лейтенанта были так вкусны, что устоять перед добавочной порцией было трудно. Еще труднее было решить, какому из блюд отдать пальму первенства. Когда они наконец достигли СС-1, Таня уже начала волноваться, что ей придется заплатить за подобное неуемное чревоугодие страшную цену — распрощаться со своей тонкой талией.

Глава 10

Расстояние во много миллионов миль отделяло Таню, поглощенную ходом своего расследования, от дома Влада. Там жизнь шла своим чередом. Хозяин по-прежнему отсутствовал, а нечисть, состоявшая у него на службе, в определенные часы неизменно собиралась у экрана видеосистемы.

На этот раз события, происходившие на экране, оказались на редкость захватывающими. Даже старый ворчун, домовой Броша, позабыл обо всем на свете.

Он не отрывал глаз от экрана, не обращая внимания на то, что некоторые его приятели посмели явиться в комнату в уличной обуви. В дру-гое время Брошу, для которого порядок в доме был пунктиком, при виде подобного нахальства обязательно хватил бы удар. Но сейчас маленькому преданному домовому было не до чистого пола.

Видеосистема передавала выступление представителя высшего военного командования России, осанистого седовласого генерала.

— Мы переживаем великий, судьбоносный момент, товарищи, — вещал генерал.

— Все мы еще теснее сплотили наши ряды перед лицом надвигающейся военной угрозы.

И сейчас я хочу рассказать вам о доблести и беспримерном героизме тех, кто ежеминутно подвергает свою жизнь опасности ради нашей великой Родины, ради нас с вами. О тех, кто, не щадя себя, охраняет от американских псов священные пределы России.

И первым среди этих героев следует назвать майора Влада Прожогина, бесстрашного бойца спецназа. Без сомнения, всем вам хорошо известно это славное имя. Майор Прожогин — отважнейший среди отважных, сильнейший среди сильных, беспощаднейший среди беспощадных.

В эту самую минуту он совершает величайший подвиг во имя спасения всего человечества. Не зная отдыха, он идет по следу Дэвида Келлса, американского киллера, совершившего ряд подлых убийств. Галактика затаив дыхание ожидает исхода предстоящего поединка между русским героем и американским убийцей.

Уверен, что выражу единое мнение всей нации, если скажу: у нас, русских, нет ни малейших сомнений, что этот поединок закончится победой неустрашимого воина.

Это деяние навеки войдет в анналы славной истории нашей родины.

Да, мы верим — доблестный майор Прожогин прикончит американского пса.

Однако, совершив этот подвиг, он не собирается складывать оружие. Он будет и дальше, не жалея себя, трудиться во имя нашей победы. Расквитавшись с американским убийцей, он вновь преградит путь подлым вражеским ордам. Ни один американский ублюдок не сможет безнаказанно творить свои мерзости, пока на его пути стоит Влад Прожогин. Майор Прожогин будет выслеживать шпионов и саботажников, которые ухитрились просочиться сквозь наши границы, и совершать над ними справедливый суд. Эти подонки тысячу раз заслужили смерть. Они собираются разрушить важнейшие из наших военных заводов, привести в негодность системы гражданского жизнеобеспечения. Но мы можем спать спокойно — майор Прожогин не даст осуществиться их подлым жестоким планам.

Подвиги майора Прожогина достойны восхищения. Но помните — он лишь один из многих героев, которых вскормила и воспитала матушка Россия. И сейчас я обращаюсь к молодым, к тем, кому в скором времени предстоит встать в ряды наших бесстрашных солдат. Родина ждет вас, товарищи. Вы нужны России. Пришло время становиться мужчинами. Берите пример с героев! Забудьте о страхе и неуверенности. Вступайте в спецназ, в подразделение воинов без страха и упрека.

Только там сейчас место истинного патриота!

Докажите, на что вы способны! Докажите, что вы достойны своей великой страны!

Домовые обычно не отличаются особой чувствительностью, но на этот раз Броша был слишком расстроен. Мохнатой лапой он незаметно стряхнул непрошеную слезу.

— Ох, хозяин, хозяин, бедовая головушка, — сокрушенно пробормотал маленький домовой. — Хотел бы я знать, где он сейчас скитается. И что он сейчас поделывает, горемыка ***

— Да? Кто там? Что надо? — прорычал неприветливый хриплый голос, принадлежащий явно не гуманоиду.

Влад стоял перед маленькой неприступной дверью особняка, расположенного в спокойном, чинном и благоустроенном квартале. Здесь было множество представительных офисов, небольших приветливых церквей, шикарных дорогих магазинов и уютных семейных ресторанчиков.

Судя по чрезвычайно неблагозвучному тембру голоса, представитель нечистой силы, скрывавшийся за дверью, принадлежал к племени огров. Странно, подумал Влад. Никогда прежде он не слыхал, чтобы огры селились в таких престижных кварталах, в окружении обеспеченных гуманоидов, представителей среднего класса.

— Говори! — вновь проскрежетал голос. — Кто хочет войти сюда?

— Влад, — последовал краткий ответ.

Этого оказалось вполне достаточно. Для того, кто стоял за дверью, имя Влад отнюдь не было пустым звуком, хотя и не являлось паролем. Представители нечисти, служившие Церкви Меча, не нуждались в паролях и опознавательных знаках. Они располагали собственными, магическими средствами, позволявшими без труда установить личность всякого мягкокожего, причем мгновенно.

Дверь распахнулась, но при этом над порогом взвилось плотное облако магического тумана, преградившее Владу путь. Данный сверхсекретный объект был защищен могущественными охранительными чарами. Для того чтобы проникнуть сквозь колдовскую завесу, Владу пришлось применить специальное заклятие, известное всем адептам Церкви Меча.

— Заползай скорей, мягкокожий! Что ты там топчешься? — бурчал меж тем негостеприимный огр.

Влад в ответ только пожал плечами. Ну и манеры у малого. Беда с этой нечистью. У этого народца, по крайней мере у тех, кто служит Церкви Меча, есть один общий изъян. Они понятия не имеют, что такое вежливость.

Но, говоря откровенно, Влад за это на них не в претензии. Право на грубость — единственная привилегия, которой пользуется нечисть. Мелочь, а им, бедолагам, приятно. Поэтому Влад спокойно терпел выходки хамоватого огра. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось…

Влад успешно миновал магическое облако, наполненное сотнями подозрительных глаз. Он не видел их, но явственно ощущал на себе множество пристальных, изучающих взглядов.

А еще он чувствовал присутствие какого-то грозного исполинского существа.

Существо это, злобное, изголодавшееся без добычи, скрывалось в подвале помещения. Влад знал, это был демон, представитель специальной сторожевой породы. Если бы на объект проник нежелательный посетитель демон мгновенно уничтожил бы чужака.

— Вперед, мягкокожий! — рявкнул какой-то другой голос, не менее отвратительный, чем первый.

Влад поднял глаза и увидел исполинского огра, точнее, огриху. Огры, как известно, не блещут красотой, но эта особь даже среди своих собратьев отличалась особо устрашающим видом. С ног до головы ее покрывала ядовито-зеленая чешуя, толстая и прочная, как броня. Из-под верхней губы виднелись два кривых клыка, длинных и острых. Ошметки чего-то неаппетитного застряли промеж зубов, людоедка то и дело ковыряла там изогнутым наманикюренным когтем, извлекая остатки завтрака. Черная форма спецназа была засыпана крупной, как рыбья чешуя перхотью и чуть не трещала по швам на могучих плечах хозяйки.

Форма шла прекрасной огрихе, как корове два хвоста, однако, судя по тому, что на погонах поблескивали четыре звездочки, она дослужилась уже до капитанского чина.

Не тратя больше времени на слова, она поманила Влада отполированным до блеска когтем и резко повернулась. Сам не зная как, Влад внезапно очутился у входа в глубокую пещеру, очертания которой тонули в непроглядном мраке.

— Топай за мной, мягкокожий, — распорядилась огриха. — Ни шагу в сторону с тропы. Иди след в след за мной на расстоянии шага — ни больше ни меньше. Усек?

Влад кивнул в знак согласия и устремился в темноту за своей нелюбезной проводницей. Он не видел никакой тропы, но ощущал ее под ногами. Хотя вокруг не видно было ни зги, он догадывался, что тропа пролегает над бездной и, стоит ему сделать неверный шаг, он полетит в зияющую черную пасть.

Несколько мгновений спустя огриха остановилась, но хотя она сделала это нарочито внезапно, Влад успел остановиться и не налететь на нее.

— Вот он, оружейный склад, — проворчала она. — Выбирай, мягкокожий. Да смотри пошевеливайся.

Глаза Влада еще не успели привыкнуть к полной темноте, и он видел лишь неясные очертания да множество поблескивающих магическим огоньком глаз.

Обернувшись к огрихе-капитану, чей могучий силуэт угадывался совсем рядом, он сказал:

— Мне нужно оружие, при помощи которого я смогу выяснить, где находится мой противник. Имейте в виду, он крепкий орешек и умеет заметать следы.

На мгновение темноту рассек проблеск света — это огриха довольно усмехнулась, обнажив ряд сверкающих грозных зубов.

— А, вот оно что! Тебе повезло, майор. У нас есть как раз то, что тебе требуется. Надежное поисковое устройство, которое мы называем «Ищейка». Для такой цели лучше не придумаешь. Эта «Ищейка» — недавнее изобретение, колдуны вывели ее всего двадцать лет назад. Отличная штуковина. Наполовину дух, наполовину эльф плюс толстый-претолстый слой кристаллизованной дьявольской удачи. Действует безотказно. Способна с минимальной погрешностью выявить местонахождение любого движущегося объекта — и мягкокожего, и представителя нечистой силы.

И огриха оглушительно расхохоталась, словно ей удалось чертовски удачно пошутить.

— Кристаллизованная удача? Это что еще за мурня? — недоверчиво переспросил Влад, когда громовые раскаты смеха улеглись. — Что-то раньше я про такое не слышал.

— Ты и не мог про это слышать, майор, — срезала его огриха. — Это не твоего человечьего ума дело, мягкокожий.

Подобное замечание далеко выходило за рамки не только элементарных приличий, но и служебной субординации, но Влад твердо решил быть снисходительным к маленьким слабостям огров и не стал лезть в бутылку.

— Ну хорошо, покажите, что у вас там за сокровище, — примирительно сказал он.

Бремя поджимало Влада все настойчивее. Дэвид обошел его, на два очка увеличив счет в свою пользу. Ему удалось подстрелить двух русских боевых колдунов и одного чрезвычайно важного полковника, который возглавлял отделение внешней разведки. Таким образом, американец вырвался вперед — в его активе было уже сто три успешно пораженные мишени, а на счету Влада по прежнему оставалась лишь сто одна. Сложившаяся ситуация требовала немедленной корректировки.

Сам выбор мишеней свидетельствовал о незаурядной изобретательности Дэвида.

Все три убийства были совершены на различных планетах.

Одного из колдунов Дэвид подстрелил на планете, находившейся на территории Российской Империи. Второй колдун лишился жизни на планете, являвшейся колонией России и расположенной у самой галактической границы. И, наконец, третье, самое дерзкое убийство, Дэвид совершил в Приграничье. Все указывало на то, что Дэвид медленно продвигается к одной из нейтральных планет, где, впрочем, имелись и российская, и американская военные миссии и, значит, киллерам было кого отстреливать. Подобное плавное продвижение можно было расценивать единственным образом, как приглашение встретиться именно здесь, на нейтральной территории.

Впрочем, тот факт, что территория являлась нейтральной, ничуть не исключал возможности засады или иной ловушки. К тому же даже маленькая планета достаточно велика, чтобы человека на ней было не так просто отыскать.

Хриплый голос огрихи-капитана вывел Влада из тягостных раздумий.

— «Ищейка» не только выслеживает объект. Она также является боевым оружием, способным эффективно поражать цель, — с гордостью сообщила огриха.

Луч тусклого света разрезал царившую вокруг темноту, и Влад увидел, что огриха, вытянув холеный блестящий коготь, указывает на какой-то предмет, пока скрытый от глаз Влада густой пеленой.

— Вот она, наша деточка! Полюбуйся, мягкокожий!

Влад послушно повернул голову. Темнота немедленно расступилась прямо перед его взглядом. И он увидел неясный проблеск — что-то скрывалось за темным плотным занавесом. Или, может быть, кто-то.

Прожогин не мог понять толком, кто — или что — это, в сущности, было. С ним творились необъяснимые вещи. Странные, причудливые, неуловимые и сладостные ощущения овладели его сознанием, нежные призрачные картины вставали перед мысленным взором: легчайшие алые отблески заходящего солнца на темно-синем бархате вечернего неба; едва заметная рябь на лужицах талой воды в пору весеннего половодья; загадочный шепот ветра в ветвях яблонь, сплошь усыпанных благоуханным бело-розовым цветом.

— Я здесь, майор. Жду ваших приказаний, — донесся невыразимо прекрасный и до боли знакомый голос.

Влад вздрогнул, как от удара.

Этот голос он узнал бы из тысячи. То был голос единственной женщины на свете. Голос Тани Лоусон.

— Ну как вам она? Понравилась? Хороша, правда? — с торжеством проскрежетала огриха.

— Да, — едва слышно выдохнул Влад. — Понравилась. Она очень хороша.

***

Разумеется, помимо «Ищейки» Влад подобрал на складе много другого оружия, но все остальное не заслуживало особого внимания.

То было вполне обычное, хотя и безотказное современное оружие, начиненное кровожадными живыми существами, то есть самой разнообразной нечистью. Маленькие злобные создания поражали цель быстрее пуль и вернее лазерных лучей. Влад придирчиво перебрал множество новейших моделей, останавливая свой выбор лишь на самых последних, наиболее совершенных и надежных изобретениях.

Теперь он действительно был вооружен до зубов, но это ничуть не придавало ему уверенности. Влад привык доверять интуиции, и на этот раз внутренний голос подсказывал, что все изощренные магические выдумки окажутся совершенно бесполезными. Их даже не придется пустить в дело. Когда они с Дэвидом наконец найдут друг друга, они выйдут на бой с голыми руками. Им предстоит помериться собственными силами, а не силой оружия.

«Наверняка Келлс тоже не испытывает нехватки в замысловатой колдовской дребедени», — рассуждал Влад. Внезапно он отчетливо представил, как будет происходить их долгожданная встреча. Вот они с Дэвидом наконец увидели друг друга. Час великого поединка настал.

Они оба без сожаления и страха отбрасывают прочь ненужное оружие. Медленно сходятся лицом к лицу. А потом…

Рявканье огрихи прервало видение на самом захватывающем месте. . — Эй, майор, ты что, заснул? Забирай свое барахло и проваливай. И смотри поосторожнее с нашей маленькой «Ищейкой». Береги ее, слышишь! — предупредила заботливая капитанша, вручая ему загадочное невидимое существо с изумительным голосом. — Ну все, очисти помещение. И когда дойдет до дела, смотри не подкачай. Покажи ему класс. Мы все ждем, когда у вас наконец дойдет до драки.

Вот уж позабавимся.

И несносная огриха вновь разразилась оглушительным злорадным смехом.

Влад молча повернулся и пошел прочь, не попрощавшись с огрихой и не поблагодарив ее за хлопоты. Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься. Общение с ограми — не лучшая школа хороших манер. К тому же Владу было не до любезностей. В голове его теснились сотни неопределенных, не оформившихся до конца идей, соображений и догадок.

Однако предаваться раздумьям было некогда. Мир ждал от него решительных действий. Влад тряхнул головой, отгоняя назойливые мысли, и энергичным шагом устремился к небольшому гравилету особого образца. Влад заранее распорядился, чтобы в условленном месте его ожидал этот гравилет, на котором он собирался переместиться на затерянную курортную планетку, где, судя по всему, и состоится поединок. Устроившись в кабине, он первым делом включил систему магического прикрытия, которая делала гравилет неуязвимым для всех известных на сей день следящих устройств.

Приняв необходимые меры безопасности, Влад, заранее предвкушая повторение только что испытанного чуда, торопливо произнес специальное заклинание.

«Ищейка» тут же ожила.

— Я готова к поиску, хозяин, — произнесла невидимая Таня Лоусон. — Жду ваших распоряжений.

На этот раз потрясение было не менее сильным. «Как же это возможно, — терялся в догадках ошеломленный Влад. — Почему это невидимое существо…»

«Ищейка» услышала его невысказанный вопрос.

— Дело в том, хозяин, что больше всего вы думаете именно об этом объекте,

— разъяснила она своим сладостным голосом. — Я пришла к такому выводу, обшарив все уголки вашего сознания. Вы одобряете мой выбор, хозяин?

— Да как… — Влад едва не поперхнулся. Щеки его невольно вспыхнули от смущения. Хорошенькая новость, ничего не скажешь! Оказывается, она копалась в его сознании. Шарила по углам, пользуясь ее собственным выражением. Причем без его ведома. Да он подчас такое себе вообразит, такое придумает… в общем, совершенно не предназначенное для посторонних глаз.

— Вам следует знать, хозяин, что моральные правила и ограничения, о которых изредка вспоминают люди, для меня не существуют, — продолжала меж тем невозмутимая «Ищейка». Хотя Влад не на шутку разозлился, Танин голос по-прежнему ласкал слух. — Для того чтобы дать мне приказ, вам достаточно сосредоточить свое сознание на главном, временно заблокировав побочные и малозначительные материалы. Так, понимаю вас… Дэвид Келлс? Будет сделано! Процесс пошел.

И сразу мир, окружавший Влада, изменился: все вокруг стало мрачным и серым, а самого Влада точно окутало плотное облако пыли, мешавшее дышать.

Ощущение было не из приятных. Майор Прожогин привык ко всяким передрягам, но тут ему стало не по себе. Не в силах унять сотрясавшую его дрожь, он лишь плотнее стискивал зубы. Рассудком он понимал, что в кабине гравилета он находится в относительной безопасности. Однако он ничего не видел, не представлял, что в данный момент с ним происходит и для чего все это требуется, и потому чувствовал себя угнетающе беспомощным.

Если сейчас Дэвид Келлс наткнется на него, Влада, он без труда расправится с ним одним пальцем!

Влад попытался пошевелиться, однако это не ускользнуло от внимания бесплотной «Ищейки».

— Не двигайтесь, хозяин, — на этот раз в ее голосе слышались непререкаемые суровые нотки. Чувствовалось, что она позаимствовала его у следователя полиции Объединенных Планет, имеющего чин полковника. — Я… я должна определить… его астральный след… руководствуясь теми отпечатками, которые сохранились в вашей памяти… Так… Есть!.. Вижу след, хозяин… Местонахождение объекта будет определено в течение нескольких секунд.

Тут Влада прошиб холодный пот. Дэвид близко! Черт побери, он действительно совсем близко! Вот и настал неотвратимый час схватки! Владу казалось, он видел, как «Ищейка» мчится по просторам Галактики вслед за Дэвидом. И она настигает его… настигает…

Влад приготовился к бою. Тело его напряглось, как тетива. Все его железы усиленно вырабатывали воинственные гормоны. Кровь была уже перенасыщена ими, бежала по жилам быстрее и быстрее, и казалось, вот-вот закипит. Багровая дымка ненависти затуманила его взор.

Они с «Ищейкой» слились в одно целое, и внезапно он почувствовал — ее постигла неудача. Дэвиду удалось сбить ее со следа и скрыться.

Влад хватал воздух широко открытым ртом, точно водолаз, только что поднятый наверх из соленых бездонных глубин. Схватка вновь откладывалась.

Майору Прожогину необходимо было вернуть свой организм из боевого состояния в обычное. Однако это оказалось не так-то просто.

— Поиск не принес результата, — хладнокровно сообщил Танин голос и добавил:

— Жду дальнейших распоряжений, хозяин. Прикажете начать новый цикл поиска?

— Нет! Не сейчас! — с трудом выдавил Влад. Шершавый язык плохо повиновался ему, рот пересох, словно пустыня в знойную полуденную пору. — Скажи лучше, ты не можешь определить, не пользуется ли он идентичной тебе системой поиска?

Возможно, с помощью этой системы он только что обнаружил нас и ушел от преследования?

— Конечно, я могу определить, есть ли у него такая система. — В тоне «Ищейки» слышалась легкая досада. Вопрос явно показался ей до обидного глупым и даже пренебрежительным. Как видно, она сочла, что ей достался хозяин-кретин. Он не только сам не блещет сообразительностью, но и не способен по достоинству оценить весь спектр ее возможностей. Однако она сумела быстро справиться с раздражением и добавила с прежней любезностью:

— Я могу оградить вас постоянным защитным кольцом, который сделает вас недоступным для других «Ищеек». Если, конечно, вы сами этого хотите.

— Нет, — отрезал Влад. — Не хочу. Он не стал пускаться в объяснения, тем более самочувствие его все еще оставляло желать луч-шего. В горле по-прежнему стоял удушливый ком, который Влад тщетно пытался проглотить. Все внутренности болели, точно сжатые раскаленными тисками.

Оградиться постоянным защитным кругом! Нет уж, извините. Это чистой воды идиотизм. Глупее этого он вряд ли смог бы что-нибудь придумать.

Дэвида так просто не обведешь вокруг пальца. Наверняка он заранее все просчитал и теперь ждет, когда же Влад оградит себя защитным кругом или сделает нечто вроде этого. И уж точно можно не сомневаться, что он располагает множеством магических приспособлений и устройств, ничуть не менее эффективных, чем те, что служат его сопернику. К тому же сейчас Дэвид начеку: ведь своим неудачным преследованием они спугнули добычу.

Да, пока что Влад дал маху. Он здорово себе навредил и, в сущности, едва себя не выдал. Теперь Дэвид точно знает, какого рода магическое приспособление Влад использует в поиске. Возможно, ему еще не удалось определить точное местонахождение Влада. Но в самом скором времени Дэвид его вычислит, это уж как пить дать.

«Итак, — подытожил свои рассуждения Влад, — на данный момент у меня есть два выхода. Вопервых, можно быстренько унести отсюда ноги. Во-вторых, можно остаться где-нибудь поблизости, отключив к чертям собачьим все системы наблюдения и охраны, в которых используется нечисть. Тогда я буду совершенно беззащитен. Впрочем, нет! У меня есть два зорких глаза, безотказное боевое чутье и острый слух. Этого вполне достаточно, чтобы не дать себя в обиду и спокойно дождаться, когда противник соизволит явиться».

Конечно, враг не застанет Влада врасплох. К тому же у майора Прожогина припасены на крайний случай кое-какие козыри. Например, несколько могущественных древних заклятий, которые Церковь Меча хранила в строжайшей тайне на протяжении многих веков.

Вполне возможно, эти заклятия окажутся приятным сюрпризом даже для великого Дэвида Келлса.

Приняв окончательное решение, Влад немедленно направил свой гравилет на стоянку и, с трудом втиснув его между другими машинами, вылез из кабины. Все необходимое он собрал в специальный передвижной чемодан на воздушной подушке.

Он неспешно прошелся по улице взадвперед в поисках подходящего убежища. К счастью, взгляд его быстро выхватил как раз то, что нужно: маленький отель, судя по виду, тихий и немноголюдный. Небольшое двухэтажное здание с прочными каменными стенами и узенькими стрельчатыми оконцами. Лучше не придумаешь!

Здание было стилизовано под средневековый замок. Две маленькие сторожевые башенки с обеих сторон украшали фасад.

Стараясь не привлекать к себе внимания, Влад с самым безмятежным выражением лица пересек улицу и вошел в тяжелые кованые двери отеля.

В холле было пусто. Отель явно не страдал от избытка постояльцев. Клерк, восседавший за высоким прилавком, приветливо кивнул вошедшему:

— Добрый день. Что вам угодно?

— Скажите, у вас есть сейчас свободные номера, расположенные в какой-нибудь из башен? — по возможности равнодушно осведомился Влад. — Такие симпатичные башенки. Выглядят на редкость заманчиво. Занятно было бы провести в таком сооружении несколько дней.

— Да, конечно. Номер на втором этаже, справа. Прекрасный номер, заверю вас. Чрезвычайно комфортабельный. И цены у нас самые умеренные.

Влад,


Содержание:
 0  Армагеддон : Ник Перумов  1  Предисловие : Ник Перумов
 4  Глава 3 : Ник Перумов  8  Глава 3 : Ник Перумов
 12  Глава 7 : Ник Перумов  16  Глава 11 : Ник Перумов
 20  Глава 8 : Ник Перумов  24  ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГЛАЗА ДЕМОНА : Ник Перумов
 28  Глава 16 : Ник Перумов  32  Глава 20 : Ник Перумов
 36  Глава 24 : Ник Перумов  40  Глава 28 : Ник Перумов
 44  Глава 15 : Ник Перумов  48  Глава 19 : Ник Перумов
 52  Глава 23 : Ник Перумов  56  Глава 27 : Ник Перумов
 60  Глава 29 : Ник Перумов  64  Глава 2 : Ник Перумов
 67  Глава 5 : Ник Перумов  68  вы читаете: ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПОЕДИНОК : Ник Перумов
 69  Глава 6 : Ник Перумов  72  Глава 9 : Ник Перумов
 76  Глава 13 : Ник Перумов  80  Глава 17 : Ник Перумов
 84  Глава 20 : Ник Перумов  88  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРОВОКАЦИЯ : Ник Перумов
 92  Глава 5 : Ник Перумов  96  Глава 4 : Ник Перумов
 100  Глава 8 : Ник Перумов  104  Глава 12 : Ник Перумов
 108  Глава 16 : Ник Перумов  112  Глава 7 : Ник Перумов
 116  Глава 11 : Ник Перумов  120  Глава 15 : Ник Перумов
 124  ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. АРМАГЕДДОН : Ник Перумов  128  Глава 23 : Ник Перумов
 132  Глава 22 : Ник Перумов  133  Глава 23 : Ник Перумов



 




sitemap