Фантастика : Космическая фантастика : Глава 15 Комендант : Вадим Полищук

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19

вы читаете книгу




Глава 15

Комендант

Мозги плавились, мысли медленно ворочались в голове. Родившийся и выросший на холодной Зеде Вольдемар плохо переносил жару. О господи, когда они наконец починят кондиционер? Во всех помещениях царила божественная прохлада, и только у военного коменданта столичного космопорта не кабинет, а баня. Совсем не уважают, сволочи. Вольдемар набрал номер инженера, отвечающего за эксплуатацию систем вентиляции, и, не стесняясь в выражениях, потребовал немедленно принять меры по поддержанию предписанного температурного режима во вверенном ему помещении. В ответ услышал очередную порцию заверений, что как только, так сразу. Гады. Вольдемар вырубил связь и попытался придумать себе какое-нибудь полезное занятие, но ничего в голову не пришло. Проклятая жара.

Лучше бы на носителе остался, хотя бы командиром звена, но куда там, звание выше предписанного по должности. А комэсков всех быстро расхватали. Причем пока шли бои, вакансий хватало, и бывший штрафник с приставкой «и. о.» на должности командира эскадрильи никого не смущал, а как только наступила пауза, откуда только налетели? Групман пытался возражать, но кто его будет слушать? Званием не вышел, чтобы этим кадровым крысам указания давать. Вот и оказался здесь, на Астгартусе, на должности военного коменданта гражданского космопорта. На кой черт здесь нужен военный комендант, да еще в звании лейтенанта ВКФ, непонятно. Хотя, с другой стороны, работенка не пыльная, кабинет большой, стол солидный, рабочий день восемь часов, два выходных в неделю, служить можно. Еще бы секретаршу завести, блондинку, с ногами от ушей. Но это уже мечты, целый год в космосе, ни одной юбки не видел. Впрочем, это легко поправить, достаточно выйти в пассажирскую зону космопорта, а там этих юбок… Только идти лень, проклятая жара.

«А на выходных обязательно в столицу смотаюсь, благо проезд на челноке у военного коменданта бесплатный. Нет, лучше на следующих выходных смотаюсь, как раз жалованье комендантское за месяц подоспеет, плюс выслуга, плюс орденские, в общем, уже что-то…»

Приятные мысли о предстоящей поездке и грядущей зарплате были прерваны блямканьем коммуникатора, пришло сообщение. Какой идиотский сигнал установил предшественник, надо будет сменить. Лейтенант Дескин открыл сообщение:

«Руди, котик, куда ты пропал? Срочно позвони мне, у меня для тебя кое-что есть. Твоя киска».

Рудольфом звали лейтенанта, занимавшего этот кабинет до него, и этот Руди, насколько знал Вольдемар, был женат. А это сообщение явно не от жены, пославшая его женщина не знала, что хозяин кабинета уже поменялся.

«Неплохо устроился предшественничек, надо будет себе тоже «киску» завести».

Вольдемар стер сообщение и еще раз попытался придумать, чем бы полезным заняться. Не получилось. Лейтенант погрузился в блаженную дрему. Проклятая жара.


Следующий день начался с поиска пропавшего контейнера с космическими ботинками, предназначенного для отправки на Варен. И, как всегда, все срочно, челнок уже ждет, а лейтенант Дескин вместе с суперкарго мечутся по складам в поисках этого проклятого контейнера. И для этого надо было заканчивать академию ВКФ? Да любая овчарка быстрее справилась бы. Но, слава богу, контейнер все-таки нашли. Эти раздолбаи гражданские засунули его на соседний склад, одну цифру, понимаешь, перепутали, уроды. Озверевший от беготни по раскаленному бетону, Вольдемар попал наконец в свой кабинет и был приятно удивлен его прохладной атмосферой. Починили-таки кондиционер. Второй сюрприз был менее приятным. Среди пришедших на коммуникатор сообщений отыскалось и такое:

«Руди. Это уже не смешно. Ты что, прячешься от меня? Срочно позвони, это очень важно».

Подписи не было, но это, несомненно, была вчерашняя «киска». Вольдемар сделал глубокий вдох и начал писать ответ, благо обратный адрес сохранился. Если не ответить, то эта дура не успокоится. Никак не может понять, что Руди ее полейтенантил и свалил, с концами.

«Уважаемая…»

«Нет, ну не киской же ее называть. А как? А никак. Пишем просто»:

«Сообщаю вам, что лейтенант Рудольф…»

«Как же его? А, вот».

«…Мейснер направлен в распоряжение кадрового управления ВКФ для получения дальнейшего назначения».

«Вот и все, все вопросы к кадровикам, а с нас взятки гладки. А еще подпись».

«Военный комендант лейтенант В. Дескин».

«Теперь отправляем и будем надеяться, что по этому вопросу меня больше беспокоить не будут».

Зря он надеялся, ответ пришел буквально через двадцать минут:

«Уважаемый лейтенант В. Дескин! Я прошу вас срочно встретиться со мной. Это очень важно. Буду ждать вас с пятнадцати часов по адресу…»

Подписи не было. А время до пятнадцати часов еще было, причем именно так: пятнадцать часов, а не часика эдак в три.

«Да-а, похоже, что у этой «киски» с Руди были не просто шуры-муры. И что будем делать, лейтенант В. Дескин? Начальству сообщить? Глупо. Проигнорировать? А вдруг там действительно что-то важное?»

Вольдемар вывел на экран карту Столицы и нашел нужный район. Затем подошел к сейфу, приложил большой палец правой руки к пластине на дверце и, когда замок щелкнул, открыл сейф. Привычная тяжесть в руке добавила уверенности. Вольдемар положил пистолет в карман кителя и направился к площадке, откуда в столицу летали челноки. До пятнадцати часов он вполне успевал по указанному адресу.


В четырнадцать пятьдесят восемь Вольдемар, сжав в кармане рукоятку пистолета и положив палец на предохранитель, нажал на кнопку видеодомофона. Дверь открылась без лишних вопросов. На пороге стояла высокая блондинка с ногами от ушей, просто идеал для секретарши, только могла бы быть и помоложе.

«Стоп, я же сюда по делу пришел, а не на ее прелести пялиться, хотя из халатика такие роскошества выпирают…»

— Проходите, лейтенант.

Блондинка закрыла за ним дверь.

— Вы, кажется, хотели мне что-то сообщить.

— Да, — ответила она.

…Это «что-то» произвело на Вольдемара Дескина глубокое и неизгладимое впечатление. Ну, хоть флот не опозорил, по крайней мере, лежащая рядом с ним женщина выглядела вполне удовлетворенной. Самое время ворваться имперским шпионам, Вольдемар покосился на брошенный рядом с кроватью китель. Отсюда не дотянуться, а выбираться из объятий блондинки очень не хотелось.

«Интересно, она крашеная или нет? И как ее зовут? Это же надо, даже имени не спросил. Куда катится мир?!»

К удивлению Вольдемара, женщина сама неожиданно перешла от развлекательной части свидания к деловой:

— Позавчера я случайно услышала телефонный разговор моего с каким-то своим прихлебателем. Как я поняла, на этой неделе они хотят протащить через столичный космопорт какой-то груз и наверняка контрабандой.

«Ну да, случайно она услышала… А «мой» — это значит муж. Стоп, при чем здесь контрабанда? Я же по другому ведомству».

— Послушай… милая, я же не таможенник, при чем здесь военный комендант? Обратись в…

Предложение Вольдемара было прервано женским смехом. Смеялась блондинка от души и очень заразительно. Вольдемар с удовольствием присоединился бы к женщине, но смеялись, похоже, над ним.

— Ах, да. Ты же не в курсе, мой муж — полковник из министерства. И он не солдатские трусы вывозить собрался. Понятия не имею, что именно, но, зная своего благоверного, могу сказать, он по мелочам не разменивается.

«А вот это уже другое дело, военная контрабанда в военное время, да еще и в особо крупных размерах. Тут есть над чем подумать».

— А если они груз уже вывезли?

— Тогда бы они уже получили деньги и устроили попойку в каком-нибудь грязном кабаке, но на этот счет никаких разговоров. Значит, их груз еще здесь.

— Но ты же понимаешь, если я докопаюсь до этого груза, то твоего мужа посадят, и надолго.

— За его судьбу ты не волнуйся, выкрутится. А не выкрутится, туда ему и дорога. Надоел, козел слюнявый.

«Вот и женись после этого. Собственная жена сдает мужа любовнику. Куда катится мир?!»

Однако размышления лейтенанта Дескина были прерваны самым бесцеремонным образом. Блондинка опять вернулась к развлекательной части. И чуть ли не в самый ответственный момент неожиданно спросила:

— Лейтенант, дорогой, а как тебя зовут?

Интересный вопрос, а главное, своевременный. И как, в конце концов, зовут ее саму?

В свой кабинет лейтенант Дескин вернулся ближе к полуночи, уставший не только от дороги, но вполне довольный и собой, и жизнью. Теперь бы поспать минут шестьсот, но долг есть долг, тем более воинский, и Родине его придется отдавать, видимо, всю предстоящую ночь. Данных для анализа маловато, а объем информации огромный. Через столичный космопорт ежесуточно, днем и ночью, проходили сотни рейсов, тысячи наименований различных грузов в контейнерах и без. Хорошо хоть у военного коменданта есть доступ к базе данных суперкарго, не совсем понятно, зачем ему этот доступ нужен, но в данном случае пригодился. А то бы завтра весь космопорт знал, что комендант что-то ищет, а Вольдемару такая известность была ни к чему. Только попробуй разберись в этой базе, которую видишь к тому же в первый раз в жизни.

Только под утро Вольдемар уснул на пару часов прямо за шикарным комендантским столом, положив голову на руки. Ровно в девять часов он проснулся под противное пиликанье будильника, установленного в коммуникаторе. Кто только эти сигналы подбирает? Попытка пойти умыться чуть не закончилась падением, кровообращение в левой ноге было нарушено, пока он спал в неудобной позе. Пришлось подождать еще несколько минут, пока покалывание в ноге исчезло и она вновь обрела подвижность. В девять двадцать военный комендант Дескин плюхнулся в свое комендантское кресло и еще раз критически оценил ночные достижения. Нет, точно, вот эта партия запасных частей к сельскохозяйственной технике, отправляющаяся на Леду послезавтра. С каких это пор Республика туда сельхозтехнику экспортирует? Да там сельского хозяйства не так чтобы много, специально по этому вопросу в сети ковырялся. А вот военной техники за предыдущие двести лет туда толкнули немало. Вот и решили одни дельцы запчасти получить по дешевке, а другие дельцы поиметь навар на якобы списанных запчастях. Только запчасти эти числятся установленными на свою технику. И если вместо этого их отправляют на Леду, то что сейчас стоит на машинах, которые пойдут в бой или уже сгорели, возможно, из-за бракованных деталей?

Но эти вопросы будут решать следствие и суд, если, конечно, до суда дойдет. А пока предстояло подумать, как использовать информацию, полученную оперативным путем.

«Самому разобраться? Полномочий явно не хватает, не моя компетенция, а хозяева груза могут и несчастный случай организовать, даже пистолет не спасет. Таможенникам позвонить? Но там у этих военных контрабандистов наверняка есть кто-то свой, не могли они с этой стороны не подстраховаться. Да и таможня всегда может отмазаться, дескать, не разобрали, где сельхоз, а где военные. Запчасти они и есть запчасти. Тоже не вариант, протечь может моментально. Тогда либо груз не отправят совсем, либо опять же организуют мне несчастный случай, чтобы под ногами не путался. Военное министерство? Так ведь они именно в родном министерстве на высоких должностях и сидят. Тоже не пойдет. А если… А вот это, по-моему, хорошая идея. Если грамотно разыграть имеющиеся, прямо скажем, слабенькие козыри, то есть шанс утереть нос сухопутным, а самому остаться в тени. Благо закрытый канал связи со штабом ВКФ у военного коменданта космопорта есть. А главное, есть к кому обратиться».

Лейтенант Дескин решительно нажал на коммуникаторе нужные клавиши:

— Дежурный. Соедините меня с контрразведывательным отделом, мне нужен капитан второго ранга Олвиц…


Все-таки камера действительно была классная, не обманул торгаш-менеджер. Камеру, контролирующую вход в свой кабинет, Вольдемар установил в тот же день, когда республиканский сторожевик остановил и повторно досмотрел транспорт, отправляющийся к Леде с грузом запасных частей к «сельскохозяйственной» технике. Скандал разразился грандиозный. Четыре месяца следственная группа, спешно сформированная из сотрудников прокуратуры и флотской контрразведки, трясла штаб сухопутных сил и само министерство. Арестовали почти два десятка человек до полковника включительно, муж «киски» загремел на нары одним из первых. Еще четыре генерала с треском вылетели с занимаемых постов. На прошлой неделе дело основных фигурантов было наконец передано в суд, но следственная группа продолжала копать дальше, выискивая всякую мелкую сошку.

Все это время Вольдемар сидел в своем кресле очень ровно и без крайней нужды старался кабинет не покидать. Как и обещали, его не трогали, но, кроме камеры, он на всякий случай установил дистанционный замок на дверь кабинета, а пистолет перекочевал из сейфа в правый верхний ящик стола.

Лицо посетителя было видно в мельчайших деталях, но с помощью пистолета от этого гостя не отделаться, пришлось открывать дверь.

— Здравствуйте, господин лейтенант.

— Здравия желаю, господин капитан второго ранга!

— Первого.

Олвиц был в штатском, оставалось надеяться, что он не стал размахивать своим удостоверением при входе в служебную зону космопорта, а запасся каким-либо другим документом.

— Поздравляю, господин капитан первого ранга!

— А вы тут неплохо устроились. Кабинет раза в два больше моего, стол великолепный и работа не пыльная.

— Так ведь отделов в штабе много, а военный комендант в порту только один.

— Логично. А еще вы научились осторожности, господин лейтенант. Пару лет назад вы бы лично начали наводить справедливость с лазером в руках, а сейчас предпочли сделать телефонный звонок. Кстати, можете зайти за своим орденом. Дело «сельхозполковников» получило широкую известность, и человека, который его начал, без награды не оставили.

— Благодарю, господин капитан первого ранга, но лучше я останусь в этом кабинете, а орденов мне и своих хватает. Во всяком случае, пока.

— Оговорка обнадеживает. Значит, штрафная рота инициативу у вас отбила не полностью.

— Я там был недостаточно долго.

— Адмирал сделал для вас все, что мог. Вашему оппоненту пришлось намного хуже. После того как врачи подлатали ему челюсть и вставили зубы, выяснилось, что его место в штабе уже занято. Пришлось ему оправляться прямиком в варенскую мясорубку, которую он, в отличие от вас, не пережил.

— Дурак, уж если насилуешь адмиральскую племянницу, то не стоит трепаться об этом на всех углах, даже если племянница двоюродная.

— Второй оказался умнее, — заметил Олвиц. — Сразу написал рапорт об отставке, но кто же его примет во время ведения боевых действий? Уже полтора года охраняет астероид, наиболее удаленный от Астгартуса, а по окончании войны его рапорту будет дан ход. Да, и еще один небольшой вопрос. Откуда вы узнали о контрабанде запасных частей к военной технике?

Похоже, ради этого вопроса господин заместитель начальника контрразведывательного отдела штаба ВКФ и пришел в этот кабинет. Придется выкручиваться.

— Ну, господин капитан первого ранга, у меня свои источники…

— Не крутите, Дескин. Ваш источник мог, а точнее, могла, дать вам наводку в духе «будет то, не знаю что, тогда, не знаю когда». А нам вы дали даже номера контейнеров, в которых будет перевозиться груз. Откуда у вас эти сведения?

«Вот прицепился, но если про «киску» уже знает, то остальное можно рассказывать, тут секретов нет и самому стыдиться нечего».

— Как у военного коменданта космопорта, у меня есть доступ к базе данных суперкарго. И я вычислил номера контейнеров по этой базе.

— Но ведь это же огромный массив информации.

— Источник сообщил, что груз должен уйти до конца недели, поэтому я ограничил поиск четырьмя ближайшими сутками. Потом я отбросил все внутриреспубликанские рейсы и оставил только международные.

— Это около трехсот рейсов.

— Совершенно верно. После этого я решил, что груз должен быть достаточно массивным, ведь не солдатские же подштанники они вывозят. Поэтому я установил ограничение по минимальной массе в двести тонн.

— И что у вас получилось?

— Около полусотни рейсов и триста контейнеров.

— А дальше?

— Я предположил, что ради пары ящиков рисковать не будут, а повезут сразу все. Поэтому выбрал партии не менее двух контейнеров. Осталось около сорока партий грузов. А дальше я изучил их все и пришел к выводу, что единственным вариантом является отправка на Леду запасных частей к сельскохозяйственным машинам. Оставалось сообщить вам номера контейнеров.

— Наш аналитический отдел проделал аналогичную работу и нашел еще два подозрительных варианта. Мы проверили и их. В одном случае имела место техническая ошибка, а во втором обычная контрабанда, не имеющая отношения к военным. Эти варианты вы не заметили?

— Заметил, но обе партии перевозили крупные солидные компании. Вряд ли бы они стали связываться с военной контрабандой, да еще в военное время. А на Леду груз везла никому не известная мелкая фирмочка.

— Выглядит логично, наши аналитики до этого не додумались. А если бы они подкупили менеджера крупной транспортной компании?

— Вот именно, надо кого-то подкупать, а они жадные. Они же ради денег на все это пошли, зачем им с кем-то делиться? К тому же лишние люди в деле — выше риск.

— Пожалуй, вы правы. Фирма, вывозившая груз, принадлежала брату одного из обвиняемых. Теперь они оба идут по одному делу. А вы не хотите перейти в аналитический отдел штаба?

— Благодарю, господин капитан первого ранга, мне это уже предлагали, но я пока посижу на этой табуретке.

— Хорошая табуретка, — Олвиц покосился на монументальное комендантское кресло. — Очень жаль. Надеюсь, мы с вами еще увидимся.

«Упаси господи», — подумал Вольдемар, но вслух произнес:

— Всего хорошего, господин капитан первого ранга.

У порога Олвиц обернулся:

— Не беспокойтесь так, лейтенант. Это же не мафия, а всего лишь воры, хоть и в военных мундирах. К тому же кроме меня о вашей роли в этом деле знает только один человек.

Проводив гостя, Вольдемар откинулся на спинку кресла, потом достал из стола пистолет, взвесил его в руке и положил в сейф. Пуганая ворона куста боится. Коммуникатор издал раздражающее блямканье.

«Надо будет обязательно сменить сигнал».

Вольдемар открыл сообщение:

«Деми, котик, я соскучилась. Жду тебя завтра в любое время. Твоя киска».

* * *

Лазерный луч прошил фюзеляж «Раты». Тяга сразу упала, истребитель затрясся как в лихорадке, но штурвала еще слушался. Пока слушался. Стряхнуть с хвоста эту пару «Рексов» никак не удавалось, а на поврежденной машине тем более не получится. И вокруг никого, кто мог бы помочь, один остался. Вольдемар лихорадочно искал выход из положения, но не находил его. «Рексы» опять начали приближаться. В последний момент Вольдемар бросил машину влево, стараясь избежать лазерного луча. От первого ушел, но ведомый успел довернуть на республиканца и открыть огонь. За спиной бухнул взрыв, катапульта спасательной капсулы сработала автоматически. Удар! Мозг пронзила вспышка боли и…

Вольдемар проснулся, потер ушибленный локоть, поднялся с пола и бросил одеяло на узкую кровать маленького одноместного номера гостиницы летного состава, в которой родное министерство оплачивало проживание военного коменданта космопорта. За стеной слышались музыка, звяканье посуды и время от времени женские взвизгивания. Часы показывали без пяти шесть.

«До сих пор гуляют», — удивился Вольдемар.

Вчера вечером члены экипажа одного из пассажирских лайнеров начали отмечать день рождения своего старпома и до сих пор не успокоились. А ведь у них рейс через шесть часов — как они в таком состоянии полетят? Или они всегда так летают? До начала собственного рабочего дня оставалось еще три часа, а до вечернего свидания целых двенадцать, заснуть, наверное, уже не получится.

Без одной минуты девять лейтенант Дескин перешагнул порог служебного кабинета, устроился в своем комендантском кресле и попытался придумать полезное занятие на сегодня. Однако в голову упорно лез ночной «полет».

«Все, не могу больше».

Вольдемар решительно включил коммуникатор и, не обращая внимания на пришедшие сообщения, начал писать рапорт:

«Начальнику главного управления военных комендатур министерства обороны, генерал-лейтенанту… военного коменданта космического порта Новой Столицы лейтенанта В. Дескина…»

«Интересно, «киска» достанется по наследству следующему коменданту?»

«Рапорт. Прошу отстранить меня от занимаемой должности и направить в распоряжение кадрового отдела ВКФ для дальнейшего прохождения службы в связи с…».

«А в связи с чем меня надо отстранить? Интересный вопрос. Нельзя же написать, что я тут замаялся от безделья и просто мечтаю заняться чем-либо полезным».

Размышления лейтенанта Дескина об уважительных причинах его отстранения от занимаемой должности были прерваны стеклопакетом, пролетевшим буквально в сантиметрах от лейтенантской головы. И сразу по ушам ударил звук взрыва и звон разлетающихся стеклянных осколков.

За две минуты до того, как стекло из окна комендантского кабинета отправилось во внеплановый полет, из космопорта стартовал грузовой челнок, доставлявший груз с планеты на орбиту. На борту находились два пилота и четыре члена экипажа. Утечку топлива через шов одного из баков никто не заметил. При старте струйка подтекающего топлива вспыхнула, пламя побежало по внешней обшивке бака. На высоте двухсот метров произошел взрыв, челнок завалился набок и рухнул на взлетно-посадочное поле космопорта. Наземный взрыв был гораздо сильнее, вспыхнуло растекающееся по бетону топливо.

На секунду Вольдемар впал в ступор, потом подскочил к окну, откуда смог оценить масштаб катастрофы. Метнувшись к столу, нажал первую попавшуюся клавишу коммуникатора.

— Дежурный по штабу ВКФ…

— Взрыв челнока в космопорте! Срочно спасателей и медиков!

Не дослушав ответ дежурного, Вольдемар потратил несколько секунд, чтобы достать из сейфа пистолет, и помчался в пассажирскую зону космопорта.

Оттуда открывался великолепный вид на площадку, откуда взлетали и куда садились космические челноки. Стекла из огромных, двенадцатиметровой высоты, окон были выбиты взрывной волной и брошены на находящихся в зоне людей. Пол был завален осколками стекла и телами пассажиров, особенно много их было у самых окон — люди собрались, чтобы посмотреть на старт челнока.

Он успел, люди еще только начали приходить в себя и осознавать случившееся, однако некоторые уже потянулись к выходам. Пассажирская зона имела три главных выхода, в обычном режиме работы космопорта этого было вполне достаточно. Они были оборудованы двойными автоматическими дверями. Между дверями находились просторные тамбуры, для снижения утечки кондиционированного воздуха. Когда толпа, повинуясь инстинкту самосохранения, кинется наружу, у тамбуров возникнет сильнейшая давка. Самых слабых в ней просто затопчут, если кто-нибудь упадет… Поэтому панику надо остановить любой ценой.

Бах! Бах! Бах! Три пули ушли в потолок.

— Стоять! Всем оставаться на своих местах! Непосредственной угрозы для жизни нет! — драл глотку Вольдемар.

Он начал выдергивать из толпы пассажиров мужчин поздоровее и дал им указание организовать оцепление для сдерживания толпы.

— Сейчас все покинут здание космопорта. Не торопясь, первыми выходят женщины и дети, потом мужчины. Медикам и персоналу космопорта вернуться и оказать помощь раненым!

Бах! Бах! Вот так, впритирку над головами, должно прочистить мозги даже самым прытким.

— Я сказал вернуться и помочь пострадавшим!

Подействовало, люди в форме служащих космопорта и некоторые пассажиры начали выбираться из толпы обратно. Убедившись, что цепь на первом выходе создана и люди начали покидать опасную зону, лейтенант Дескин кинулся ко второму, но там уже занимался тем же какой-то военный, судя по виду, из старших офицеров, причем у него это хорошо получалось и без пистолета.

Автоматика третьего выхода взбесилась, постоянно открывая и закрывая двери, соваться в эту гильотину никто не рисковал.

Бах! Мимо. Бах! Попал!

Двери замерли в полуоткрытом состоянии. Ну, хоть так. К Вольдемару присоединился здоровенный капрал-десантник. Вдвоем организовали еще одну цепь.

— Не торопитесь, непосредственной опасности нет! — пытался перекричать толпу Вольдемар. — Женщины и дети выходят первыми! Женщины и дети…

Мужчина, чем-то похожий на хорька, попытался проскользнуть к выходу. Хрясь! Рукоятка пистолета пришла в соприкосновение со лбом «хорька». Не подействовало, размахнуться в толпе не получилось. Тогда стволом под нос, чтобы почувствовал вкус крови во рту и запах сгоревшего пороха.

— Стоять! Убью!

Космодесантник оттолкнул хорькообразного в сторону.

— Женщины и дети, женщины и дети выходят первыми!

Здесь, кажется, все наладилось, надо заняться пострадавшими в служебной зоне космопорта, тем более что пламя до нее доберется быстрее, чем сюда.

— Капрал, за мной!

Вдвоем с капралом они пробились через толпу, скопившуюся у выходов. Паники не было, люди уже успокоились. Под ногами хрустело стекло, возле пострадавших уже суетились люди в основном в форме служащих космопорта, но были и гражданские. Родственники или медики, находившиеся в зале в момент взрыва.

— Капрал, мобилизуйте мне десять добровольцев.

— Есть!

Капрал метнулся обратно к толпе, выполнять приказ.

Взгляд Вольдемара выхватил женщину, перевязывающую истекавшего кровью мужчину с помощью рубашки самого пострадавшего. Дождавшись, пока она закончит, лейтенант Дескин подошел к ней:

— Вы врач?

— Да.

— Следуйте за мной.

— Но здесь же раненые…

— За мной! — рявкнул Вольдемар. — Там тоже раненые. Капрал! Где добровольцы?

— Здесь, господин лейтенант.

Похоже, добровольцами были не все, кулаки у капрала были внушительными, а готовность пустить их в ход в случае каких-либо возражений написана на лице. Но сейчас не до психологического разбора.

— Проверим служебную зону космопорта. Доктор, на вас оказание первой помощи, остальные выносят пострадавших из здания.

— Но у меня же ничего нет… — начала женщина-врач.

— Капрал! Вот вам ключ. Второй этаж, второй кабинет справа, аптечка первой помощи в шкафу, сразу слева от двери. Бегом.

Капрал умчался за аптечкой.

Первый кабинет оказался заперт, Вольдемар ударом ноги вышиб хлипкий замок. Никого. Огонь подобрался к зданию служебной зоны, жар уже ощущался в кабинетах с выбитыми окнами. Пожарная команда космопорта пыталась остановить его распространение, но все попытки оказались тщетными. На учениях мощные пожарные стволы легко сбивали пламя с поверхности горящего топлива, но тогда в специальный бассейн наливали не больше тонны, а сейчас пылало несколько сот тонн — взлетающий челнок был заправлен под завязку.

Второй кабинет. У окна девушка в форме служащей космопорта, лицо изрезано стеклом, из левого глаза торчит окровавленный осколок стекла, правый, к счастью, уцелел. Сознания девушка не потеряла и очень страдала от ран. Появился капрал с солидным чемоданчиком аптечки первой помощи. Эту аптечку в кабинете военного коменданта Вольдемар считал канцелярской придурью, а вот теперь пригодилась. Женщина-врач начала перевязывать девушку, тронуть торчащий из глаза осколок она не решилась.

— Вы, двое, останьтесь здесь, когда закончится перевязка, несите ее в пассажирскую зону. Остальные, идем дальше.

Следующий кабинет. На полу окровавленный мужчина без сознания.

— Выносите.

Этому окажут помощь потом, сейчас главное — эвакуировать людей. В коридоре двое служащих несут третьего, замотанного какими-то тряпками. Следующий кабинет — заперто. Удар. Никого. Дальше. Еще пострадавший, еще… В коридоре появились медики с носилками, это уже явно не местные, прибыли по вызову. Вольдемар взглянул на часы: десять минут с момента его звонка дежурному. Теперь он указывал, где находятся пострадавшие, вместе с десантником выбивал двери запертых кабинетов, организовывал эвакуацию. Жар был все сильнее, дышать становилось труднее. Огонь отрезал людей от выходов в пассажирскую зону. Дескин организовал эвакуацию из окон здания, выходящих на противоположную сторону.

К космопорту съезжались пожарные, спасатели, машины «Скорой помощи». Прямо перед зданием разворачивался оперативный штаб. Теперь могут обойтись и без него. Вольдемар опустился прямо на асфальт и только сейчас понял, как устал. Рядом с ним присел капрал.

— А вы меня не узнали, господин лейтенант?

Вольдемар повернул голову и вгляделся в лицо космодесантника.

— Нет, не помню.

— А я вас сразу узнал. На Зеде, в первый день высадки, вы меня за шиворот таскали.

— Десант своих не бросает?

— Точно!

А недописанный рапорт сгорел вместе с коммуникатором, шикарным столом, монументальным креслом и всем остальным содержимым комендантского кабинета.


Остаток дня лейтенант Дескин провел, отвечая на кучу дурацких вопросов, которые ему задавали прокурорские. Где он был в момент взрыва? Почему он решил, что взорвался именно челнок? Зачем он устроил стрельбу в пассажирской зоне космопорта? Кто приказал ему взять на себя руководство спасательными работами? И опять. Где?.. Почему?.. Зачем?.. Кто?.. Вконец достали. Должно же быть в этой жизни равновесие — кто-то спасает, а кто-то это спасение расследует.

Уже прилично за полночь Вольдемар наконец вернулся в свой номер и, едва стянув форму, упал на неразобранную постель. Вторая половина дня утомила больше первой. Еще до того как заснуть, выключил личный коммуникатор. На службу он завтра не пойдет, а если он кому-то потребуется, то пусть приходят за ним. Помогло не очень.

В полдень за Вольдемаром пришли, а точнее, пришел посыльный из штаба ВКФ. Через два с половиной часа лейтенант Дескин навытяжку стоял в знакомом кабинете. На Вольдемаре был новенький, сшитый по заказу мундир. Успел, успел, комендантская душа, справить обновку. Вот и пригодилась, старая форма после вчерашних событий пришла в полную негодность.

— Ваш предшественник, лейтенант, находился на этой должности пять, я подчеркиваю, пять лет. И никто не помнил, как его зовут, даже кадровики. А вы всего за полгода успели дважды прогреметь на всю Республику.

— Господин адмирал, в деле «сельхозполковников» я никак не засветился. И к вчерашней аварии челнока никакого отношения не имею.

— Но дело «полковников» инициировали именно вы. Следствие, кстати, до сих пор не закончено. А что касается аварии, то предположение, что основной ее причиной является именно ваше назначение на должность военного коменданта космопорта вовсе не кажется фантастическим. Где бы вы ни появились, сразу начинается стрельба, что-нибудь взрывается, а в результате куча трупов. Молчите, лейтенант! — адмирал не дал Вольдемару раскрыть рот. — В общем, я пришел к выводу, что дальше держать вас в тылу нецелесообразно. На передовой, я надеюсь, хотя бы половина трупов придется на вражеские.

Не успел Вольдемар обрадоваться избавлению, как адмирал поспешил испортить ему настроение:

— Но не надейтесь так легко отделаться. Сегодняшние газеты уже вовсю трубят о ваших подвигах, поэтому свою долю славы вы получите. Мне уже пришли ходатайства о вашем награждении за спасение граждан. Администрация космопорта, медики, пожарные, полиция, даже прокуратура представление прислала. Им-то вы чем так понравились? От благодарных спасенных больше сотни сообщений и даже одна жалоба.

— Жалоба? — удивился Вольдемар.

— Да, лейтенант, жалоба. Совладелец юридической фирмы «Браун, Браун, Браун и Смит»…

— Это от того, который Смит? — не смог удержаться Вольдемар.

— Нет, от одного из Браунов. Так вот, господин Браун жалуется, что вы нанесли ему легкие телесные повреждения, требует компенсации, грозится подать в суд.

— И что вы ему ответили, господин адмирал?

— Я сообщил ему, что у лейтенанта Дескина уже есть три контузии и две судимости или, наоборот, две контузии и три судимости. Короче, если ему хочется судиться с лейтенантом, то царство ему небесное. А еще я намекнул ему, что свидетелей его поведения в космопорте очень много, поэтому если он не хочет, чтобы его имя трепали все газеты, то пусть отвалит.

— Господин адмирал, я думаю, что второй аргумент гораздо более действенный. Эти юристы — страшные люди. Того, что их имя вываляют в грязи в какой-нибудь паршивой газетенке, они боятся гораздо больше, чем пули в башке.

— Я знаю еще более страшных людей. И их толпа уже ждет вас на выходе из штаба, в надежде взять у вас интервью, пусть даже и не эксклюзивное. Так что идите, лейтенант, а когда этой своре надоест вас рвать, мы обсудим место вашей дальнейшей службы. Но сначала вам предстоит пройти медные трубы. Не сломайтесь, лейтенант.

— Не сломаюсь, — пробурчал Вольдемар, выходя из кабинета.


— Триста первый задание выполнил.

Ну, еще бы не выполнил! Все три индивидуальных учебных боя выиграны вчистую.

— Принял, триста первый. Возвращайтесь.

— Есть, возвращаюсь.

«Интересно, какой долбодятел накапал этим щенкам, что их новый командир из бывших комендантов? Комендатуру военные не любят, вот и решили проучить нового комэска, цыплята недокормленные. Да они еще не знали, за какое место нужно одноклассниц хватать, когда я своего первого «Рекса» свалил! А этот триста пятый? Тоже мне, командир второго звена! На вираже спекся, когда я сам еще мог выдержать три-четыре «же». Физическая форма ни к черту, тактическая подготовка и пилотаж ниже плинтуса, а гонору! Истребители, мать их космическую! Гонять их и гонять, в хвост и в гриву, пока не взвоют, пока строй нормально держать не научатся. А до первого боя меньше месяца осталось…»

Впрочем, по мере приближения к носителю настроение лейтенанта Дескина постепенно улучшалось. Целый месяц, в каждом своем интервью, он ненавязчиво, но постоянно упоминал, что он пилот истребителя, а в кресле коменданта оказался случайно. Дальше Вольдемар скромно выражал надежду, что флотское командование не станет больше держать боевого офицера на неподходящем ему месте, а найдет ему более достойное применение. Когда волна интереса к персоне лейтенанта Дескина спала и взрыв челнока в космопорте отошел на второй план, Вольдемара вызвали в кадровый отдел штаба и вручили предписание отправиться на должность командира третьей эскадрильи космогруппы палубного носителя «Галактика». В этот день он был счастлив, ну, почти счастлив, он получил то, что хотел.


Содержание:
 0  Республиканец : Вадим Полищук  1  Глава 1 Гражданин : Вадим Полищук
 2  Глава 2 Доброволец : Вадим Полищук  3  Глава 3 Партизан : Вадим Полищук
 4  Глава 4 Космодесантник : Вадим Полищук  5  Глава 5 Курсант : Вадим Полищук
 6  Глава 6 Истребитель : Вадим Полищук  7  Глава 7 Диверсант : Вадим Полищук
 8  Глава 8 Инструктор : Вадим Полищук  9  Глава 9 Наблюдатель : Вадим Полищук
 10  Глава 10 Лжеторговец : Вадим Полищук  11  Глава 11 Коммандос : Вадим Полищук
 12  Глава 12 Конвоир : Вадим Полищук  13  Глава 13 Штурман : Вадим Полищук
 14  Глава 14 Штрафник : Вадим Полищук  15  вы читаете: Глава 15 Комендант : Вадим Полищук
 16  Глава 16 Комэск : Вадим Полищук  17  Глава 17 Групман : Вадим Полищук
 18  Глава 18 Шпион : Вадим Полищук  19  Использовалась литература : Республиканец



 




sitemap