Фантастика : Космическая фантастика : 3 : Норман Спинрад

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51

вы читаете книгу




3

Зал Главной Ассамблеи Генерального штаба был, как и следовало ожидать, весьма впечатляющим. Высокий потолок украшала гигантских размеров карта, подобная той, что висела в кабинете Куровски. Одна стена была задрапирована огромным полотнищем, символизирующим флаг Конфедерации: желтая пятилучевая звезда на голубом фоне. Большой стол из дюропластика в форме полумесяца заполнял половину помещения.

Куровски сидел в центре. По бокам, до самого конца стола, в строгой субординации расположились: Главный Программист, шеф разведки, начальник логистики, затем руководитель психологического отдела, Гражданский координатор и восемь Командующих Театром военных действий. Никто из присутствующих не имел звания ниже генеральского. Никто, кроме команданта Джея Палмера, который скромно примостился на стуле в самом конце стола, тщетно пытаясь разобраться в необходимости своего присутствия в этом блестящем обществе. Единственное, что он знал точно — его присутствие, как, впрочем, и само собрание, вызвано вмешательством Дирка Линго…

В тот момент, когда прибывшие солариане были уже на пороге здания Пентагон-Сити, Палмер, следовавший за группой высших офицеров, заметил, как Линго остановился и что-то спросил у маршала. По недовольному выражению, появившемуся на лице Куровски, было понятно, что вопрос ему неприятен. Вот почему, когда поверх голов всей толпы маршал подозвал его к себе, у Джея на душе заскребли кошки.

— Это командующий флотом Палмер, — представил его маршал.

— Как поживаете, командующий Палмер? — очень учтиво спросил Линго. — Я весьма сожалею о гибели вашего флота.

Палмер чуть не подпрыгнул от удивления. Это было совершенно не в духе Куровски — сообщать первому встречному о только что проигранном сражении. Лишь затем он обратил внимание, что маршал, кажется, поражен услышанным не меньше его самого.

— Господин Линго хотел познакомиться с вами, быстро произнес маршал, пытаясь заглушить только что происшедшую утечку информации. — Я совершенно не понимаю, каким образом…

— Я только подумал, что было бы неплохо встретить боевого офицера, — сказал Линго, — кого-нибудь званием ниже генерала, только что вернувшегося с поля боя…

— Откуда вы это знаете? — взорвался в конце-концов Куровски. — Вы не могли…

— Назовем это хорошо просчитанной ситуацией, — ответил Линго, слегка пожав плечами. — Главное, чтобы на ассамблее присутствовал кто-либо из боевых офицеров, и командант Палмер подходит так же, как и любой другой.

— Об этом не может быть и речи, — вновь заскрипел Куровски. — Никто рангом ниже генерала не может присутствовать на заседании Генерального штаба. В противном случае все…

— У меня нет чина генерала, — произнес Линго с интонацией, заставившей пробежаться неприятному холодку по спинам присутствующих. — И ни у кого из моих друзей. Значит ли это, что ассамблеи не будет?

— Конечно, нет, — пробормотал Куровски. — Это совершенно другое дело. Вы не относитесь к армии Конфедерации. Но командант Палмер подчинен ее субординации. И никакой младший офицер…

— Командант Палмер будет присутствовать на собрании, — спокойно произнес Линго, — или оно вообще не состоится.

Линго говорил очень решительно, однако его спокойствие и уверенность в себе не вызывали ощущения высокомерия.

— Но… — прошептал Куровски, который изо всех сил искал пути к почетному отступлению. Линго улыбнулся.

— Если вы таким образом будете чувствовать себя спокойнее, — с самым дружеским выражением на лице вновь обратился он к маршалу, — почему бы вам не представить команданта Палмера как моего персонального гостя. По-моему, это не нарушит вашего протокола и решит все проблемы.

— Ну, хорошо, — сухо ответил Куровски, — командант Палмер, можете быть свободны до заседания Генерального штаба.

В то время как Палмер отдавал честь, собираясь отойти, он почувствовал пристальный взгляд Линго. Джей вдруг ясно ощутил, как замедляется бег времени, и все застывает вокруг. Казалось, зеленые глаза пришельца смеются, но причина такого веселья была известна лишь ему. Внезапно Линго слегка улыбнулся, едва заметно подмигнул Палмеру и… очарование пропало. Каким-то образом, Джей никогда не смог бы этого уточнить, этот взгляд напомнил ему странное выражение, увиденное им в глазах Макса и Линды, когда те смотрели на него при встрече у корабля.

Сейчас, находясь в конференц-зале Генерального Штаба, он снова вспомнил этот загадочный, осторожно исследующий его мозг, взгляд на космодроме. “Вероятно, именно так Линго узнал об исходе сражения у Сильванны, — внезапно пришла в голову догадка… — Нечто вроде телепатии”.

Ему стало неуютно. Какой бы ни была истинная причина настойчивости Линго, она, вероятно, все же каким-то образом связана с этим непродолжительным ментальным контактом. В Палмере росло ощущение, что он становится пешкой в чьей-то шахматной партии, и это ему совсем не нравилось. Охваченный беспокойством Джей бросил быстрый взгляд на шесть кресел с прямыми жесткими спинками, стоящих по внутренней дуге стола и предназначенных для солариан.

Наконец Куровски кивнул головой остальным членам Генерального Штаба, нажал на кнопку интерфона и приказал ввести гостей. Весь генералитет встал, не только для того, чтобы приветствовать землян, но и чтобы успеть сесть первыми при их появлении, дабы показать, кому будет принадлежать приоритет в разговоре.

Солариане спокойно вошли в зал все с тем же немного рассеянным видом, что и раньше. Линго оглядел стоящих за столом, и глаза его, казалось, зажглись от сдерживаемого внутреннего смеха. Затем, прежде чем Куровски успел произнести хотя бы слово, он внезапно сел. Его спутники расположились по бокам.

Весь Генералитет в замешательстве застыл у стола. Линго сделал небрежный жест рукой.

— Присаживайтесь, господа, — с подчеркнутой учтивостью произнес он.

Палмер едва сдержал смех. Это было великолепно исполнено. Линго очень ловко выиграл еще одно очко. Куровски сел, но по его лицу пошли красные пятна.

— Мне кажется, что первым пунктом нашей беседы должен был бы стать короткий брифинг о настоящем состоянии военных действий, чтобы наши друзья-солариане смогли соориентировать-ся, — постарался он взять инициативу в свои руки. — В конце концов, они так долго находились вне всякого контакта с противником… Если вы взглянете над собой, то увидите политическую карту исследованной части Галактики. Красный цвет обозначает звезды, захваченные Империей, наши же…

— Мы знакомы с этими картами, — прервал его Линго. — Продолжайте, пожалуйста.

Куровски на мгновение смешался и бросил на Линго короткий негодующий взгляд. Затем, взяв себя в руки, продолжил:

— Тем лучше. Как вы сами можете убедиться, им принадлежит на четверть больше Солнечных систем, чем нам. Почти такое же преимущество у них в кораблях и живой силе. Этого достаточно, чтобы мы мало-помалу проигрывали эту войну. Наши самые последние расчеты указывают на то, что мы сможем противостоять им еще не более одного столетия. Это война ресурсов, медленная, вязкая, логичная, как сами дуглариане. Это…

— Все это старая история, маршал Куровски, — вновь прервал его Линго. — Такая информация нам не может быть чем-то полезной, поскольку, если она что-то и доказывает, то лишь то, что мы действительно проиграем войну как раз по тем причинам, по которым вы ее проигрывали в течение трех столетий. Думаю, мы сэкономим больше времени, если вы позволите Раулю задать несколько вопросов. Он наш Дирижер Игр.

— Кто?

Линго улыбнулся.

— Дирижер Игр, — повторил он. — Чтобы было яснее, скажем просто, он наш главный стратег. Рауль!

Палмер вновь восхитился той непринужденностью Линго, с которой тот в очередной раз перехватил инициативу в этих дебатах.

— Ты прав, Дирк, — сказал Ортега, вставая. — Мне кажется, будет достаточно трех вопросов. Первый: кто определяет общую стратегию Человеческой Конфедерации?

— Я, Главнокомандующий, — напряженно ответил Куровски. — Я…

— Минутку, маршал, — вмешался Майзель, начальник Вычислительного Центра. — Я думаю, более корректно будет сказать, что общую стратегию разрабатывает Главный Компьютерный Центр на Олимпии IV.

— Значит, это компьютеры всегда разрабатывают глобальную стратегию? — уточнил Ортега.

— Конечно, — ответил Майзель. — У “собак” большое преимущество в людях и кораблях. Поэтому мы должны в полной мере использовать все наши ресурсы, применяя их наиболее рациональным способом, в чем, конечно, помощь компьютеров незаменима.

Ортега фыркнул:

— Они ничегошеньки не поняли за эти триста лет, — прошептал он Линго. — Мак Дей был прав. Второй вопрос, — Ортега вновь повернулся к Майзелю и Куровски, — постоянны ли прогнозы компьютеров относительно того, что даже используя все имеющиеся ресурсы на сто процентов, вы все равно проиграете войну дугларианам?

— Мы вам уже сказали, — ответил Куровски.

— Тогда какого черта вы продолжаете использовать компьютеры в войне?

Палмер едва не вскочил на ноги и не зааплодировал, услышав этот вопрос. Даже по лицу Куровски пробежала тень удовлетворения. Ортега своим вопросом коснулся самых сокровенных сомнений, которые испытывали все без исключения боевые командиры. Почему не попробовать рискнуть повести игру по своим правилам, если в любом случае терять уже нечего?

Но у Майзеля ответ уже был готов, старый классический ответ.

— Потому что используя наши ресурсы с максимальной эффективностью, что можно рассчитать только при помощи компьютера, мы будем в состоянии максимально растянуть сроки войны и таким образом использовать возможность появления за это время нового оружия, способного свести на нет преимущество дуглариан и…

— Другими словами, — прервал его Ортега, — чем дольше страус держит голову в песке, тем больше его шансы остаться в живых?

Линго великодушно улыбнулся.

— Извините Рауля, — сказал он. — Как все Знатоки Игр, он склонен упрощать ситуацию до максимума. Вот почему наши стратеги ведут себя иногда с нелицеприятной прямотой. Но я должен вам сказать, что его анализ в своей основе точен. Вы никогда не пробовали поступать обратно тому, что предписывали компьютеры? Пробовали ли сделать нечто неожиданное, чего простая машина не смогла бы понять?

— Вы хотите сказать, предпринимали ли мы попытку самоубийства? — ухмыльнулся Майзель. — Прежде всего, лишь благодаря компьютерам нам удается еще кое-как сдерживать этих “собак”.

— А почему бы и не последовать простой интуиции? — спросил Ортега.

— Вы теряете чувство меры, — взвизгнул Майзель.

Линго и Ортега обменялись взглядами и вздохнули.

— Ну что же, — пробормотал Ортега сквозь зубы, — сделаем еще одну попытку.

— Вы пытаетесь нам объяснить, что в любом случае нам не выиграть этой войны? — спросил Куровски. — Стоило ли прилетать ради этого после трехсот лет изоляции? Чтобы придти сюда и бросить нам…

— Совсем нет, — успокоил его Линго. — По правде говоря, мы вам привезли то, что вы с такой надеждой дожидались от нас — секретное оружие, фактор, который одним ударом изменит ход войны.

— На самом деле? И что же это такое?

— Мы, — улыбаясь ответил Линго.

— Вы?

Линго сделал жест в сторону молчащих до сих пор Макса и Линды.

— Вы думаете, — начал Макс монотонным голосом, — что солариане в своей изоляции превратились в мегаломанов. Вы думаете, что командант Палмер был прав в своем подозрении о том, что обещание скорее всего является ширмой, за которой пряталась трусость солариан…

— Откуда вы знаете об этом? — задыхаясь, прокричал Куровски. — Никто не мог слышать этого разговора с глазу на глаз, только я и Палмер.

— Вы думаете, — вступила в разговор Линда Дортин, — что мы не можем знать о разговоре, который происходил здесь, в то время как мы еще только приближались к планете. Вы считаете, что есть лишь один способ получить такую информацию — читать чужие мысли… Что только телепаты могли бы сделать то, что делаем мы сейчас…

— И, конечно, вы будете правы, — проговорил Линго.

— Вы… Вы все являетесь телепатами?

— Нет, — ответил Линго. — Только Линда и Макс. У каждого из нас свои собственные таланты, да и не нужно иметь в группе больше двух телепатов.

— И это ваше секретное оружие? — спросил Куровски. — Телепатия? Ей, конечно, можно найти применение, но как мы будем ее использовать против Дуглаари?

— Телепатия — только часть оружия, — ответил Динго. — Может быть, попробуем дополнительную демонстрацию?.. — он тихонько засмеялся. — Линда, может быть… хм… командант Палмер, не хотите ли вы немного станцевать для нас?

— Что-о-о? — воскликнул Палмер. Он почувствовал, как что-то осторожно проскользнуло в его голову. Помимо его воли руки и ноги Джея стали двигаться сами по себе. Он вскочил на стол. Ноги его дергались во все убыстряющемся темпе, пальцы рук защелкали как кастаньеты.

И командант Джей Палмер стал лихо отплясывать джигу на столе конференц-зала.

— Палмер, прекратите! Я вам приказываю, остановитесь! — крикнул ему Куровски.

— Я… я не могу… — растерянно пробормотал Палмер, продолжая выделывать коленца. — У меня не получается!!!

— Хватит, — приказал Линго, и Палмер в тот же миг восстановил контроль над своим телом. Весь красный и потный, задыхаясь, он едва дотащился до своего кресла.

— Как вы только что видели, — сухо продолжил Линго, — телепатия обладает… хм… некоторыми дополнительными возможностями, кроме прочтения чужих мыслей. Как и в большинстве других областей, коммуникация предполагает подчинение себе.

— Вы хотите сказать, что сможете обучить этой технике и наших офицеров?

— Вряд ли, — ответил Линго. — Для этого надо обладать талантом. Он есть или его нет. Нет, наш план включает в себя другие действия, более прямые. Вы видели, как можно управлять поступками офицера Палмера. Как вы думаете, что будет, если мы попробуем воздействовать подобным образом на Кора, императора дуглариан?

— На Кора? Вы хотите сказать, что собираетесь отправиться в систему Дуглаари?

— Совершенно верно.

— Теперь мне все ясно, — прохрипел Куровски. — Вы все сумасшедшие. Вы никогда не сможете добраться до Дуглаари в целости и сохранности. У них столько кораблей охраняет границы системы, что ни один микроб не проскочит туда незамеченным. Как вы помните, физически невозможно выйти из Статического Пространства внутри любой солнечной системы. Таким образом, от границы внешней орбиты системы вы должны будете двигаться в открытом космосе с помощью Силового Поля. У вас не будет ни единого шанса. Они разнесут вас в клочья прежде, чем вы достигнете орбиты Дугла VI.

— Вы правы, — согласился Линго. — Мы не сможем добраться до Кора, если станем прокладывать дорогу силой. Однако существует способ, который позволит нам проникнуть на Совет Мудрости.

— Это какой же?

— Мы пообещаем им полную капитуляцию Конфедерации.

— Как? Что?! — взорвался весь генералитет в едином хоре возмущенных голосов. Линго рассмеялся.

— Расслабьтесь, господа. Я не предлагаю Конфедерации сдаться в действительности, а только поручить мне эту дипломатическую миссию, позволяющую нам попасть к Кору.

— Они никогда не согласятся на это, — ответил маршал. — “Собаки” не пойдут ни на какие переговоры. Они упрямы в своем решении уничтожить человеческую расу и никогда не согласятся на какие-либо условия.

— А кто говорит об условиях? — спросил Линго. — Мы придем смиренно просить капитуляции без всяких условий. Это будет, — скажем мы, — более логично, чем попусту растрачивать силы в наверняка проигранной войне. Прагматизм, господа, прагматизм! Никакой человек не сможет думать так, но именно так думали бы дуглариане на нашем месте. Они приверженцы чистой логики. Они обожают логику и прагматизм, как вы должны были бы догадаться, поскольку вот уже три века пытаетесь вести войну их методом, без большого успеха, но с завидной постоянностью.

— Быть может, это и удастся… — пробормотал Куровски.

— Вы думаете, — внезапно раздался голос Макса Бергстрема, — что в этом предприятии вы ничем не рискуете, кроме потери шести солариан.

Куровски покраснел и принялся неловко оправдываться, но Линго прервал его.

— Ладно, — сказал он, — вы не должны стыдиться своих мыслей. Это хорошо рассчитанный риск, и вы правы в том, что здесь мы вам ничем особенно и не сможем помочь. Нам нужен высокий представитель Генерального Штаба, наделенный полномочиями для весомости переговоров… скажем, Главнокомандующий?

— Если вы думаете, что я буду рисковать своей шкурой в этой безумной затее…

— Успокойтесь, господин маршал. Я предвидел, что особого энтузиазма с вашей стороны не обнаружу, и поэтому предлагаю следующее. Почему бы не послать одного из старших офицеров, без которых здесь можно пока обойтись? Конечно, вы должны будете возвести его в ранг Полномочного Представителя Посла, на время, конечно, и повысить его звание до генеральского…

Куровски пожевал губами.

— Вы хотите сказать, что кто-нибудь, скажем… командующий флотом? Кто-нибудь типа Палмера?

— Вот именно.

— Минутку, — вскочил Палмер. — Я…

— Замолчите, командант Палмер, — взвизгнул маршал.

— Генерал Палмер, — поправил его Линго, — с этого момента — генерал Палмер.

— Генерал Палмер, приказом от сегодняшнего дня вы назначаетесь Полномочным Послом Генерального штаба при команде Крепости Сол.

— Но, господин маршал… — начал было Палмер.

— Мне кажется, достаточно дискутировать на эту тему, — прервал его Линго. — Мы все очень устали и думаем отбыть завтра утром. Командант, извините, генерал Палмер, мы вас ждем на борту в одиннадцать часов утра. Извините, господа…

Не считаясь с церемониями, Линго и остальные солариане разом поднялись и покинули собрание, как королевская семья, дающая знать придворным, что аудиенция закончена.

Оставшиеся в зале возбужденно переговаривались, разбившись на мелкие группы, а Палмер остался наедине со своими мыслями. И только сейчас он полностью осознал то, что сделал Линго.

Это был удар, нанесенный рукой мэтра. По сути дела именно Линго руководил заседанием с начала и до конца. Он контролировал беседу с такой точностью, что смог заставить Генеральный Штаб принять важное решение без консультации Компьютера, чего не случалось уже почти триста лет.

Генеральный Штаб, не раздумывая, принял план землян. Все было проделано на одном дыхании. Но, если хорошенько подумать, план этот являлся чистейшей воды абсурдом.

Предположим, им удастся добраться до Кора, что было весьма сомнительно, несмотря на красивую речь Линго. Предположим далее, что им удастся внушить все необходимое Главнокомандующему силами Дуглаари. А дальше что? Каким образом можно внедрить инициативу, которая должна изменить ход войны, не вызвав подозрений армии и народа. Заставив их танцевать джигу?

Нет, земляне должны обладать еще какими-то козырями. Палмер понятия не имел, что бы это могло быть, но все равно эта затея ему совершенно не нравилась.

Единственное, что он знал наверняка, так это то, что вляпался в хорошенькую заварушку.

Палмер медленно шел по космопорту в направлении корабля землян. Забросив на плечи рюкзак со снаряжением, он пытался выполнить довольно трудную задачу — идти и ни о чем не думать. Было очень важно не думать о… о том, что находилось у него в рюкзаке….. так как, если земляне смогут прочесть его мысли…

Накануне у них состоялась короткая встреча с маршалом Куровски. К тому моменту маршал уже успел детально обдумать план, предложенный соларианами.

— Конечно, все это кажется смешным и наивным, — начал маршал. — Мы с вами хорошо знаем, что шансы добраться до Кора минимальные. Я не буду вам морочить голову, Палмер. Но во всей этой затее есть по крайней мере два важных момента, из-за которых мы должны попробовать. Во-первых, вам, как боевому офицеру, это должно быть особенно приятно, мы уже добились кое-чего в данной истории.

— Что вы имеете в виду, сэр?

— Думайте, Палмер, думайте. Одно то, что Генеральный Штаб принял к осуществлению план землян без предварительной консультации с Компьютерным Центром устанавливает прецедент. И даже если ваша миссия не увенчается успехом, даже если вы… хм… не вернетесь, это сможет нам позволить снова противостоять компьютерам в будущем. Это нам даст, быть может, возможность передать командование настоящим офицерам, способным мыслить самостоятельно… как вы и я, а не таким дубам, вроде Майзеля. И, конечно, в случае, если план выгорит… В конце концов, что мы теряем?

— Ничего, кроме одного из командующих флотом, — вздохнул Палмер, позволив себя убедить.

— Нет, сэр… нет, Джей, — торжественно сказал Куровски. — Я вам обещаю, что бы ни случилось, звание генерала вам присвоено окончательно. Когда вы вернетесь, об этом будет объявлено официально. Если же… в противном случае ваше звание вам присвоят посмертно. Это самое малое, что мы можем для вас сделать.

— Благодарю вас, сэр, — без особого энтузиазма поблагодарил Палмер. — Но я все же не понимаю, какой успех могут нам принести солариане, даже если им удастся навязать Кору свое влияние!

— Я предполагаю, что они заставят Кора отдавать такие приказы, которые приведут к потере части, наибольшей части воинских сил дуглариан. Хорошо известно, если они потеряют, скажем, три или четыре тысячи своих кораблей, мы, по крайней мере, сравняемся с ними в количестве. В таком случае можно рассчитывать, что удача повернется к нам лицом. В конце концов, при нашей стратегии ведения боя количество кораблей играет главную роль. Эх! Если бы я мог, то с удовольствием поменял всю эту систему Олимпии на три — четыре тысячи дугларианских кораблей! Вы не думали, почему они никогда прямо не атаковали Олимпию или даже Сол? Потому что они слишком умны, чтобы рисковать своими кораблями в большом количестве.

— Все это так, конечно, — согласился Палмер. — Но я все еще не представляю, каким образом солариане надеются завершить этот маневр, и уверен, что мы совершаем большую ошибку, полностью доверившись им.

— Доверять им? — удивился Куровски. — Кто говорит о доверии? Почему вы думаете; что я рискую жизнью столь опытного офицера, как вы, в этой безумной затес? В конце концов мы могли бы произвести в ранг генерала какого-нибудь лейтенанта. Мне нужен человек, который смог бы быстро принять решение на месте. Линго назначен руководителем этой миссии, но я вам даю полномочия поменяться с ним ролями, если того будут требовать обстоятельства. Если вы заподозрите малейший признак нечистой игры, вам разрешается взять командование кораблем на себя и вызвать часть или весь флот Конфедерации, находящийся в данном секторе. Вы примените силу, если того потребуют обстоятельства и не будет иного выхода. Вы также должны быть готовы к тому, чтобы взорвать и сам корабль, на котором будете находиться. Вам нужно быть экипированным в достаточной мере, с учетом этих возможных обстоятельств. А поскольку вас могут обыскать, отнесите свой рюкзак в лабораторию Секретной Службы. Они сумеют упаковать в него необходимое количество оружия и взрывчатки, чтобы вы чувствовали себя увереннее при любом повороте событий. Куровски встал и протянул руку.

— Удачи, генерал Палмер.

Палмер поправил висевший на плече рюкзак, в котором был спрятан целый маленький арсенал: дезинтегратор, лазер-Деррингер, парализующий пистолет, новый тип атомной бомбочки с запаздывающим взрывом, выглядевшей как электробритва. Более мелкое оружие, равно как и необходимое количество деталей, позволяющих собрать на месте необходимое вооружение, были спрятаны в отворотах, швах, замках рюкзака и одежды. При тщательном обыске солариане могли бы обнаружить часть этого вооружения, но все — никогда…

Корабль Крепости Сол казался удручающе обычным. Он был, конечно, гораздо меньше привычных боевых кораблей, которыми командовал Палмер, и, к тому же, был окрашен в дурацкий ярко зеленый цвет. Опытный взгляд сразу определил на нем широко использующиеся Генераторы Силового поля и обычные антенны Статического поля на носу, корпусе и хвостовой части корабля.

Входной люк открылся, и Дирк Линго вышел ему навстречу. Палмер сосредоточился, стараясь выбросить из головы все ненужные мысли, когда увидел, что вслед за Линго показался Макс. Оба спустились на бетон астропорта. Палмер еще выше вскинул свою ношу на плече и поднялся на первую ступеньку трапа.

— Минутку, генерал Палмер, — сказал Линго. — Макс!

Палмер приказал своему мозгу не думать ни о чем. “Не думай о… — говорил он себе. — Не думай о том, что у тебя в… Не думай! Не думай!”

Бергстрем смотрел на него спокойным ровным взглядом. Палмер почувствовал, как острый червячок зашевелился у него в голове, слегка покалывая в разных местах. “Не думай об оружии!” — внушал он себе. — Не думай даже о том, что ты не должен об этом думать… Ла-а, Ла-а… Ло-о”. Палмер попытался занять свои мысли абстрактными символами, простым шумом, чем-то вроде паразитических токов в электросети; и все-таки Бергстрем медленно проникал все глубже и глубже в его сознание.

Внезапно Джей почувствовал, как его затопила волна огромного удивления, даже смятения и тут же понял, что это не его собственные ощущения, что они принадлежат Максу, но продолжал по-идиотски мысленно вопить:… Ло-о… о… е-е-е…

Судя по всему, на Макса его “паразиты” не производили никакого впечатления, а лишь, казалось, усиливали его любопытство. Палмер ощущал, что “щуп” телепата проникает все глубже и глубже в его сознание, обыскивает все закоулки памяти вчерашнего дня, будто Бергстрем листал энциклопедию. Наперекор сопротивлению Палмера в нес вошли воспоминания о вчерашнем разговоре с маршалом, посещение им лаборатории Секретной Службы, инструкции офицеров…

Затем давление внезапно прекратилось, и Джей снова почувствовал себя хозяином собственного мозга. Бергстрем с улыбкой повернулся к Динго.

— Генерал принес с собой все, кроме сточной трубы из кухни, Дирк, — сказал он весело и вновь повернулся к Палмеру.

— Я думаю, вам лучше оставить ваш рюкзак здесь, — сказал он. — Это настоящая скобяная лавка.

— О чем это вы говорите? — голос Палмера прозвучал как-то жалобно.

— Вы не кажетесь самому себе смешным, пытаясь надуть телепата? — все так же спокойно спросил Макс.

— Я говорю о дезинтеграторе, о парализующем пистолете, о лазере, о…

— Ладно, ладно, — проворчал Палмер, — ваша взяла. Но разрешите мне взять по крайней мере что-нибудь из сменного белья, — тотчас добавил он, опуская свой мешок на землю.

— Какая униформа вам больше нравится, — спросил Макс улыбаясь. — Та, в которой есть баллончики с газом, спрятанные под обшлагами, или другая, где находятся части от электропистолета, зашитые в подкладку, или третья, где…

— Ну, хорошо, — вздохнул Палмер. — Сдаюсь. Надеюсь, меня можно понять…

На душе у него стало противно. С удрученным видом он швырнул свой рюкзак на землю и начал карабкаться по лестнице, ведущей к входному люку корабля. К черту эти игры! Как вообще можно было думать об обмане телепата?

Палмер не знал, прочел ли Бергстрем его последние мысли, но, во всяком случае, на лицах гостей играла веселая ухмылка.

— Генерал, — позвал его Линго, закрывая входной люк, — не принимайте все так близко к сердцу. Вас можно понять. У вас были все основания не доверять нам и соответственно вооружиться. Это, в общем-то, выглядит вполне естественным, вы должны быть подозрительны по отношению к нам.

— И так же естественно, что вы тоже мне не доверяете?

Линго улыбнулся.

— Совершенно верно. Пока один — ноль в нашу пользу. Кто знает, может быть в следующий раз вы отыграетесь. Без обид?

Палмер пожал плечами.

— Без обид, Линго.

— Вам, наверное, хотелось бы посмотреть, как мы управляем кораблем? — спросил Линго. — Я думаю, вам это будет интересно. Может быть, слегка нагонит страху, но зато чрезвычайно поучительно для знающего человека. Пройдем в рубку!

Отсек по управлению кораблем не был похож ни на что, виденное Палмером раньше в космических кораблях. В зале находилось четыре кресла для экипажа, но лишь два из них были действительно связаны с механизмами управления, а два других предназначались для пассажиров.

Перед одним из кресел располагался небольшой экран с различными циферблатами, другое было снабжено переговорным устройством, различного рода рычагами и педалями, а также еще о^им приспособлением, отдаленно напоминающим руль автомобиля.

И все. Не было ни экрана компьютера, ни каких-либо навигационных приборов, ни датчиков энергии поля, ничего.

В кресле перед экраном сидела Фран Шаннон. Она рассеянно улыбнулась вошедшим в рубку.

— Фран — наша Эдетик, — сказал Линго, что, впрочем, Палмеру ни о чем не говорило. Линго указал ему на одно из пассажирских кресел, а сам устроился во втором кресле управления.

— Вы сейчас увидите еще одну из моих маленьких способностей, — сказал он, обращаясь к Джею. — Я обладаю абсолютной чувствительностью к ощущению Пространства — Времени. Это можно сравнить в какой-то мере с абсолютным слухом в музыке. Я могу чувствовать траекторию полета, ускорение, торможение, отклонение от курса и так далее. И дам в этом сто очков любому компьютеру.

Палмер откинулся на спинку кресла и почувствовал себя совсем маленьким.

— Не станете же вы утверждать, что управляете кораблем вручную? — слабым голосом произнес он. — Вы можете взлететь без помощи компьютера?

Линго разразился громким смехом.

— Включите экран, — скомандовал Линго, нажимая на кнопку переговорного устройства.

У Палмера перехватило дыхание. Весь полусферический потолок рубки превратился в один огромный экран. Создалось впечатление, что они сидят в вороньем гнезде какой-то огромной мачты. Над ними простиралось глубокое небо, где-то далеко внизу находилось поле астропорта. От этого сразу закружилась голова.

— Я вас предупреждал, что картина будет впечатляющей, а? — спросил Линго уверенным голосом. Затем приказал. — Локализатор взлета.

В огромной голубой сфере неба над их головами появилась красная линия. И сразу же под прямым углом к ней — другая линия, желтого цвета.

— Искусственный горизонт и нормальное тяготение, — объяснил Линго. — Готов к взлету.

Линго приступил к управлению кораблем. Палмер почувствовал, как заработали генераторы Силового Поля. Корабль приподнялся над поверхностью космопорта и стал уверенно набирать высоту, все более увеличивая скорость. Теперь Палмер мог видеть, как земля медленно исчезала из поля зрения. Впечатление было такое, будто он находился не внутри, а с наружной стороны корабля. Взлет продолжался со вес более увеличивающейся скоростью.

Палмер хорошо знал, что отклонение от вертикали при взлете даже на три градуса может стать фатальным для корабля, и именно поэтому взлетом всегда управлял бортовой компьютер.

Но, невероятно: как только намечалось колебание по оси, Линго гасил его в ту же секунду. В это невозможно было поверить, но это было очевидным! Они не разбились. Наоборот, скорость подъема все увеличивалась, и вскоре уже Олимпия превратилась в огромный глобус, затем — в диск, и они оказались на орбите.

Всюду вокруг них сверкали звезды. Казалось, в рубке исчезли стены и они просто парили, в космическом пространстве. Палмер закрыл глаза, не в силах справиться с усиливающимся головокружением.

Поборов себя через мгновение, он смог открыть их вновь и, к большому удивлению, понял, что головокружение исчезло. Вновь открывшаяся картина Космоса даже доставила ему удовольствие.

— Локализатор курса, — потребовал Линго. Желтая и красная линии уступили место сетке белых линий, разделивших поле зрения на квадраты, каждый из которых соответствовал одному градусу полусферы.

— Направление на Дугл, — вновь скомандовал Линго. Пришла очередь Фран, которая до этого безучастно разглядывала огромное звездное поле, тысячи и тысячи красных, желтых, зеленых и голубых звезд. С помощью одного из индикаторов на пульте управления она сконцентрировала круг красного цвета на светиле бледно-желтого цвета, расположенном почти в центре полусферы. Линго надавил одну из кнопок своего кресла, и на потолке появилось красное кольцо, как раз в том месте, где Палмер подозревал расположение геометрического центра полусферы.

— Для данного момента это достаточно точно, — пояснил Линго. Он поманипулировал рычагами и скорость корабля стала быстро нарастать. Быстрее, еще быстрее, еще…

Палмер потерял счет времени. Вид открытого Космоса, все усиливающееся ускорение действовали на него гипнотически. Час проходил за часом, тяга Силового Поля все нарастала, разгоняя корабль до скорости, близкой к скорости света. Должно быть, Палмер немного задремал, так как он вздрогнул от внезапно раздавшегося голоса Линго.

— Хорошо. Мы находимся за орбитой Олимпии IX. Можно проводить последнюю коррекцию перед входом в Статическое Пространство.

— Минутку! — встрепенулся Джей. — Вы не можете войти в Статическое Пространство без помощи компьютера! Это чистой воды сумасшествие!

К счастью, было совершенно невозможно выпрыгнуть из Статического Пространства внутри какой-либо солнечной системы, так как давление огромной массы звезды непреодолимо препятствовало выходу корабля из него, пока вы не удалитесь на безопасное расстояние. Но существовала, увы, возможность включить генераторы Статического Поля вблизи какой-нибудь звезды, что влекло за собой не только немедленный взрыв двигателя и корабля, но и превращение самой звезды в Новую. Вот почему все солнечные системы обеих противоборствующих рас скрупулезно охранялись патрульными кораблями, поскольку теоретически можно было предположить, что найдется какой-нибудь корабль-камикадзе, который возьмется за такую задачу. Во всяком случае на данном этапе войны вопрос этот казался чисто теоретическим.

И вот без всякой видимой причины Линго подвергает опасности превращения Олимпии в Новую. Просто безумие — так рисковать, включая генераторы Статического поля без знания точной дистанции от звезды, которую мог рассчитать только компьютер.

— Успокойтесь! — сказал Линго. — Мы свободно определяем точное направление движения корабля.

И Линго начал манипулировать рычагами и педалями своего кресла. Маленький красный кружок, располагающийся внутри желтой звезды — Дугл, заскользил по направлению большого красного круга в центре экрана. Два круга соприкоснулись, затем маленький круг появился точно в центре большого, как точка мишени.

“Но, если Линго ошибся и мы находимся слишком близко, то целью станет Олимпия”, — подумал Палмер.

— Проверить все показатели, — вновь приказал Линго в переговорное устройство и затем, через мгновение:

— Включить Статическое Поле.

Палмер задержал дыхание. Огромное звездное пространство вокруг него внезапно исчезло, и Палмер очутился в туманном, пульсирующем лабиринте Статического Поля, которое деформировало Время, превращая видимое пространство в один головокружительный цветовой смерч.

Генератор не взорвался! Линго был прав. Он действительно оказался способен управлять кораблем на таких больших расстояниях. Олимпия не пострадала, а они мчались теперь прямо в объятия Дуглаари!


Содержание:
 0  Братство убийц. Звездная крепость : Норман Спинрад  1  БРАТСТВО УБИЙЦ : Норман Спинрад
 2  2 : Норман Спинрад  3  3 : Норман Спинрад
 4  4 : Норман Спинрад  5  5 : Норман Спинрад
 6  6 : Норман Спинрад  7  7 : Норман Спинрад
 8  8 : Норман Спинрад  9  9 : Норман Спинрад
 10  10 : Норман Спинрад  11  11 : Норман Спинрад
 12  12 : Норман Спинрад  13  1 : Норман Спинрад
 14  2 : Норман Спинрад  15  3 : Норман Спинрад
 16  4 : Норман Спинрад  17  5 : Норман Спинрад
 18  6 : Норман Спинрад  19  7 : Норман Спинрад
 20  8 : Норман Спинрад  21  9 : Норман Спинрад
 22  10 : Норман Спинрад  23  11 : Норман Спинрад
 24  12 : Норман Спинрад  25  ЗВЕЗДНАЯ КРЕПОСТЬ : Норман Спинрад
 26  2 : Норман Спинрад  27  вы читаете: 3 : Норман Спинрад
 28  4 : Норман Спинрад  29  5 : Норман Спинрад
 30  6 : Норман Спинрад  31  7 : Норман Спинрад
 32  8 : Норман Спинрад  33  9 : Норман Спинрад
 34  10 : Норман Спинрад  35  11 : Норман Спинрад
 36  12 : Норман Спинрад  37  13 : Норман Спинрад
 38  1 : Норман Спинрад  39  2 : Норман Спинрад
 40  3 : Норман Спинрад  41  4 : Норман Спинрад
 42  5 : Норман Спинрад  43  6 : Норман Спинрад
 44  7 : Норман Спинрад  45  8 : Норман Спинрад
 46  9 : Норман Спинрад  47  10 : Норман Спинрад
 48  11 : Норман Спинрад  49  12 : Норман Спинрад
 50  13 : Норман Спинрад  51  Использовалась литература : Братство убийц. Звездная крепость



 




sitemap