Фантастика : Космическая фантастика : Ущелье погибших кораблей : Сергей Сухинов

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13

вы читаете книгу




Вихрь самых невероятных событий вновь захватывает Моргана Чейна, землянина по крови и Звездного Волка по рождению. Ради спасения Варги, планеты бывших космических пиратов, он должен победить в выборах Шерифа, некоронованного короля Звездного Клондайка. Но в скоплении из пятидесяти тысяч созвездий ему противостоят не только местные князья, но и слуги таинственных врагов галактики…

Ущелье погибших кораблей

(Звездный Волк — 7)

Глава 1

И вновь впереди сияли бесчисленные россыпи звезд.

Морган Чейн сидел за пультом варганского боевого звездолета и мрачно наблюдал за тем, как вдали, среди двух периферийных галактических туманностей начали проявляться контуры Отрога Арго. Корабль еще недостаточно отошел от системы Альбейна, и потому Чейн не спешил включить гипердвигатель. Венгент, наверное, уже заждался его возле Альтеи, сгорая от желания побыстрее прикончить в поединке своего злейшего врага. Ничего, пускай подождет…

Позади пилотского кресла послышался тихий вой. Чейн повернул голову и увидел Рангора. Волк свернулся клубком в тесном пространстве между креслом и задней стеной пилотской кабины. Сон могучего зверя был беспокойным, время от времени он начинал дергаться всем телом и издавать тонкие скулящие звуки.

Наверное, бывшему вожаку варганских волков снились его соплеменники, погибшие во время битвы со свирепыми иргами при обороне Ковчега. А быть может, Рангору привиделась собственная близкая смерть.

«Напрасно Рангор полетел к Альтее, — подумал Чейн. — Волк все равно ничем не может помочь мне в космическом бою. Да и при самом лучшем его исходе огромные перегрузки способны причинить серьезный вред здоровью зверя. Правда, в первой схватке с Венгентом он показал себя молодцом и даже ухитрился не потерять сознания, когда корабль рванулся вперед с перегрузкой в двадцать „g“. Его мозг выдержал чудовищное испытание, не то что…»

Это было безнадежно! О чем бы Чейн ни думал, его мысли, словно шары с наклонной доски, все время соскальзывали к имени «Врея». Его первая настоящая любовь навсегда осталась там, на Альбейне. Наверное, погребальный костер уже погас и президент Остер собрал прах прекрасной златовласой женщины в урну. А затем, согласно древнему аркунскому обычаю, он поднимется на флайере в небо и полетит в сторону океана. И тогда прах Вреи будет развеян над бурлящими волнами и смешается с соленой водой. Ученые Арку говорят, что жизнь зародилась миллиарды лет назад именно в океанах, и потому каждая смерть человека есть лишь закономерное возвращение горстки атомов назад, в океан, к истокам бытия…

Ран гор шумно завозился за креслом. Поднявшись с пола, волк положил передние лапы на плечи Чейну и ласково ткнулся влажным холодным носом в шею пилота.

— Не надо тосковать, Морган, — произнес он на галакто. — Да, тело твоей женщины превратилось в прах. Но дух ее жив! Ты же сам говорил, что она отправилась в Свободное Странствие. Разве Врея не сказала, что по-прежнему любит тебя и будет ждать, когда ты тоже присоединишься к вечному странствию душ?

Чейн вздрогнул. Он так и не успел привыкнуть к тому, что волк обладает телепатическими способностями, а потому умеет читать его мысли. Улыбнувшись, Чейн поднял правую руку и потрепал мохнатого друга за ухо.

— Ты прав, Рангор. Моя Врея, наверное, уже направилась в далекий путь к мирам Ожерелья, самому прекрасному уголку галактики. Или следует сейчас рядом с нашим кораблем, чтобы присутствовать при моей дуэли с Венгентом. Я просил ее не делать этого, но Врея может не утерпеть. И я ее понимаю. Если я погибну, то ей уже не нужно будет томиться многие годы в напрасном ожидании.

Волк рыкнул.

— Что за тоскливые мысли, Морган? Воин не должен идти в бой в таком настроении! Разве не ты обещал перед гробом Вреи, что обязательно победишь Венгента? И разве не ты дал согласие стать вице-адмиралом Патруля? Твои друзья-люди во главе с Дилулло полетели на базу Флота Федерации, чтобы выбрать там самый лучший и быстроходный крейсер. Неужто капитаном этого корабля будет кто-то другой, а не ты?

Чейн мотнул головой, словно пытаясь стряхнуть с себя неуместные сейчас сомнения и грустные мысли.

— Ты прав, Рангор! — воскликнул он окрепшим голосом. — Наверное, я размяк потому, что лишь недавно впервые почувствовал себя настоящим землянином. Людям с Терры свойственна сентиментальность, самотерзание, копание в тайниках собственной души. И это делает их порой слабыми. Я смутно помню своих родителей-миссионеров, они умерли на Варге, когда мне было всего три года. До сих пор я был уверен, что их убило чудовищное тяготение планеты Звездных Волков. Но теперь, когда во мне проснулись земные корни, я начинаю понимать, что все было не так просто. Наверное, главной причиной гибели родителей явилось осознание того факта, что дело их жизни рухнуло! Пираты с Варги так и не пожелали принять христианскую религию и отречься от своего варварского образа жизни. Это надломило отца и мать сильнее, чем страшное тяготение. Они умерли, потому что пытались остаться на Варге землянами. А им надо было попытаться стать варганцами и разговаривать со Звездными Волками на понятном им языке. Тогда, быть может, все закончилось бы не так трагически…

Волк неожиданно лизнул шею Чейна своим шершавым языком.

— Ты становишься мудрее, Морган, — сказал он. — Тяжелые испытания пошли тебе на пользу! Чейн усмехнулся:

— Может, ты и прав. Когда-то в детстве мне было очень тяжело стать варганцем среди варганцев. Недавно я понял, что быть землянином среди землян ничуть не легче. Сейчас же, когда вокруг нет ни тех, ни других, мне вроде бы надо стать самим собой. Но это-то и есть самое трудное! Теперь уже я и сам не знаю, кто я такой…

— Ты — волк, — насмешливо высунул длинный язык Рангор. — Такой же, как и я.

Чейн задумался, а затем в сомнении покачал головой:

— Не уверен. Вернее, раньше я чувствовал себя волком, но теперь… Мне кажется, вся моя прежняя жизнь была только сном. А сейчас я проснулся. Что-то ждет меня впереди, если я все-таки сумею победить Венгента? Адмирал Федерации Претт предрекает мне великое будущее. Джон Дилулло и другие парни с «Кардовы» оставили ради меня ремесло наемников и вошли в Патруль. Даже в Империи хеггов, среди извечных врагов Федерации, у меня появился добрый приятель — Главный дипломат Альрейвк. Не слишком ли много надежд они возлагают на простого пирата? Чего от меня ждут?..

— А разве не ты остановил галактическую войну между Федерацией и Империей хеггов, прежде чем она успела разгореться? — резонно спросил Рангор. — И разве не ты сумел заставить извечных пиратов-варганцев оставить свой разбойничий промысел и стать галактическими патрульными? Ты думаешь, все это — лишь удачное стечение обстоятельств и ты здесь ни при чем? Ничего подобного! Такие штуки не под силу обычному существу. Просто ты еще в самом начале своего пути и сам не осознаешь своей силы. А мы, твои друзья, отлично понимаем, кто такой Морган Чейн.

Чейн недоверчиво хмыкнул. Он взглянул на левый обзорный экран, который из угла в угол пересекала белесая полоса Млечного Пути. Странно было даже представить, что галактику разделяет невидимая извилистая линия длиною в тысячи парсек, называемая Границей. По одну ее сторону находятся тысячи звездных систем, входящих в Федерацию и населенных главным образом людьми и гуманоидами. А по другую сторону Границы располагается Империя хеггов — кентаврообразных существ, выходцев из созвездия Гидры. Империя по размерам почти в два раза превосходит Федерацию, и там живут гуманоиды и негуманоиды, издревле ненавидящие людей, особенно терран.

Однако все должно измениться, если мирный договор между Федерацией и Империей будет окончательно заключен. Тогда на Границу вылетят десятки тысяч патрульных кораблей с Варги. Мир и спокойствие в галактике отныне во многом будут зависеть от Звездных Волков, которые еще недавно находились вне закона и считались исчадиями ада! Но прошлое решили предать забвению, и бывшие пираты стали полноправными гражданами галактики. Привыкнуть к этой мысли Чейну было очень нелегко. Однако еще труднее ему было поверить в то, что Беркт и Харкан, лидеры доселе враждовавших кланов Варги, отныне стали командующими Патруля — так же как и он, бывший изгой Морган Чейн, землянин по крови и варганец по рождению!

На пульте управления замигала сигнальная лампочка. Это означало, что маленький звездолет уже отошел на безопасное расстояние от системы Альбейна и готов к гиперпрыжку через сотни парсек.

Чейн вздохнул с огромным облегчением. Он с детства привык действовать, а не размышлять. А потому его руки сами потянулись к штурвалу.

— Ладно, мы еще посмотрим, на какие такие великие дела я способен… — насмешливо пробормотал он. — Сначала надо надрать задницу этому выскочке Венгенту. Уж этот парень точно уверен в своем великом будущем!.. Слезь с меня, Рангор.

Чейн ввел в бортовой компьютер координаты конечной точки прыжка и включил гипердвигатель. Корабль задрожал мелкой дрожью. Рангор завыл и забился в угол за кресло — он еще не привык к далеким космическим путешествиям.

А затем звезды исчезли.

* * *

Корабль вынырнул из подпространства всего в нескольких миллионах километров от двух исполинских звезд, известных как Врата Арго. Чейн стал усиленно массировать затылок, приходя в себя после прыжка. Голова его кружилась, во рту плавал неприятный кровянистый привкус, но в целом он чувствовал себя совсем неплохо. По крайней мере он находился сейчас куда в лучшей форме, чем во время службы в качестве наемника на корабле Джона Дилулло. Он вновь привык к чудовищным, но обычным по варганским меркам перегрузкам, и это давало ему шанс в поединке с Венгентом. Не победить, разумеется, а просто выжить. Однако и это было уже кое-что.

Не поворачивая головы, Чейн спросил:

— Жив?

Волк жалобно взвыл, не находя в себе сил, чтобы ответить.

— Значит, жив, — с удовлетворением констатировал Чейн. — Привыкай, брат-волк, отныне тебе придется здорово побороздить галактику. Или ты все-таки хочешь вернуться на Варгу? Я могу высадить тебя на Центральном материке, возле поселка, где живут твои друзья по Ковчегу.

— Нет! — зарычал Рангор.

Чейн пожал плечами и включил маршевые двигатели. На экране постепенно проявилась серая пелена — это было грандиозное пылевое течение, соединяющее туманность Корвус и Отрог Арго.

Чейн уже не раз бывал внутри него и однажды встретил там тысячи летающих каменных обелисков, напоминающих головы самых невероятных существ. Это было кладбище древних астронавтов, обитавших в Отроге Арго десятки, если не сотни тысяч лет назад. Но самое удивительное, что некоторые из этих обелисков до сих пор обладали способностью к ментальной связи с живыми существами. С одной из таких «голов» ему даже довелось обменяться фразами. О чем же говорило каменное изваяние?

«Если ты оказался здесь, чужестранец, значит, ты властелин звездных путей. Мы тоже когда-то были такими…»

Чейн нахмурился. За прошедшие годы он часто вспоминал кладбище в пылевом потоке, и каждый раз у него возникало странное ощущение, словно бы он тогда подошел вплотную к какой-то очень важной тайне, способной изменить всю его жизнь. Но как сделать этот последний шаг? Что могло ему дать общение с тенями древних обитателей Отрога?

Хм-м… Что же еще тогда сказал тот уродливый кусок камня?

«Мы тоже были когда-то такими же, как ты… Но от нашего могущества и величия остались лишь эти летающие изваяния…»

Такими же, как он? Но разве он был властелином звездных путей? Разве люди являлись могущественной и великой космической расой уже тогда, десятки, а может, и сотни тысяч лет назад? Нет, конечно же, нет! Джон Дилулло как-то рассказывал ему, что Космическая Эра началась на Земле лишь двадцать три века назад. А каменные глыбы куда древнее… Значит, в Отроге Арго задолго до появления там людей, гуманоидов и негуманоидов, жила какая-то иная раса, сумевшая выйти на просторы галактики. Кем были эти могущественные существа и куда они исчезли?

Чейн с грустью взглянул на пылевое течение. Ему страстно захотелось направить туда свой корабль, чтобы попытаться разгадать эту тайну. Наверное, это оказалось бы полезным для будущего вице-адмирала Патруля.

Волк разгадал его мысли.

— Мы еще вернемся сюда! — уверенно сказал он.

Чейн кивнул и повернул штурвал к Вратам Арго.

Глава 2

Корабль Венгента барражировал по огромному кругу в нескольких десятках миллионов километров от Варги. Услышав сигнальный пеленг Чейна, молодой Ранрой немедленно связался с ним по радио.

— Пьяные небеса, наконец-то ты явился, Чейн! Я уже начинал подозревать, что ты снова улизнул с поля боя, будто самый последний трус.

Чейн вздрогнул и судорожно сжал руками штурвал. Одна фраза Венгента разом вытряхнула из него всю рассудительность, которую он вроде бы приобрел за время своих последних космических странствий. В его душе Звездный Волк окончательно взял верх над землянином, и теперь он хотел только одного — драться и победить своего давнего врага!

— Ты же знаешь, мне пришлось броситься в бегство во время нашей последней встречи потому, что на борту моего корабля находилась женщина с Альбейна. Я пытался спасти ее, но ты не дал мне этого сделать, грязный ублюдок! И теперь она по твоей милости мертва.

— Ах, какая жалость… — насмешливо ответил Венгент. — Ты растрогал меня до слез, жалкий земляшка.

— Но из-за тебя погибла не только Врея! — звенящим от ненависти голосом продолжил Чейн. — Взгляни на Варгу, урод. Разве ты не видишь, что над Главным материком еще не развеялся пепел десятков тысяч погибших Звездных Волков? Я отлично знаю, почему ты провел все эти дни здесь, возле Альтеи. Не потому, что так уж жаждал сразиться со мною, нет! Ты просто боишься вернуться на Варгу. Она вся усеяна обломками боевых кораблей. Десятки наших городов превратились в груды мусора. Все кланы потеряли добрую половину своих воинов. И этим они обязаны тебе и Харкану, двум предателям, которые…

Венгент взвыл от ярости. Чейн еще до начала дуэли сумел нанести сильный и точный удар — прямо в его больную совесть.

— Хватит болтать! — завопил он. — Во всем виноват ты, ублюдок! Твоих родителей надо было удавить в первый же день, когда они явились на Варгу. И тогда со Звездными Волками, возможно, не случилось бы всех тех несчастий, которые обрушились на нас в последние годы. И не я, а ты стал предателем, тайно снюхавшись с Федерацией и своими земляками с Терры. Но час возмездия настал. Выходи на дистанцию дуэли, проклятый земляшка!

Губы Чейна растянулись в презрительной усмешке. Ему удалось вывести обычно хладнокровного Венгента из состояния равновесия, а это уже было кое-что. На чашу весов с его стороны легла еще одна маленькая гирька.

Он оглянулся и посмотрел на Рангора.

— Ну, теперь держись, мой мохнатый друг! Если Венгент не прикончит меня первым же залпом своих ракет, то мы сойдемся в ближнем бою. И тогда мы закрутимся вокруг друг друга с такой перегрузкой, что ты начнешь мечтать о быстрой смерти. Но ты — тоже волк, как и я, а значит, должен все выдержать!

Чейн развернул свой иглообразный звездолет и медленно вышел на обычную дистанцию космической дуэли — двадцать тысяч километров. Вскоре ему удалось снизить до минимума скорость звездолета относительно корабля Венгента.

Затем он щелкнул тумблерами на пульте управления огнем. Все шесть ракет дальнего боя и четыре ближнего были готовы к поединку.

Его рука инстинктивно потянулась влево, но когда пальцы наткнулись на гладкую поверхность металлической панели, Чейн опомнился. Да, именно там на земных звездолетах располагалась кнопка включения защитного силового поля. Однако на варганских кораблях подобного устройства нет и никогда не было!

Эта, казалось бы, незначительная ошибка насторожила Чейна. «Эй, волк, приди в себя! Еще не хватало, чтобы ты в решающий момент начал стрелять из лазерных пушек, которых на твоем корабле отродясь не было. Вытолкни взашей из себя землянина, иначе можешь поставить крест на своих дальнейших честолюбивых планах! И смотри, не вздумай огорчать Врею — она наверняка следит за поединком!»

— Начинаем сближаться по счету ноль, — послышался в динамике голос Венгента. — Прощай, земляшка! Видно, не суждено тебе стать вице-адмиралом… Десять, девять, восемь…

«Ах, вот в чем еще дело, — ошеломленно подумал Чейн. — Выходит, не в одной только мести! Неужто Венгент метит на пост вице-адмирала? Ну конечно, ведь этот парень считает себя пупом Вселенной! Ладно, поглядим, кто кого…»

На счет ноль он рванул на себя рычаг управления маршевым двигателем, а спустя несколько мгновений включил форсаж. Два маленьких звездолета стремительно ринулись навстречу друг к другу.

Чейну трижды приходилось участвовать в космических дуэлях с другими молодыми варганцами, и трижды он выходил победителем. Два его врага погибли, а одного лишь слегка контузило при взрыве подбитого двигателя. Венгент был на пять лет старше Чейна и несравненно опытней. На его счету было более двадцати успешных космических дуэлей, и это неудивительно, поскольку Венгент считался самым талантливым пилотом нового поколения. И Чейн очень быстро почувствовал это, что называется, на своей шкуре.

Дальняя граница эффективной стрельбы большими ракетами составляла восемь тысяч километров, а малыми ракетами — около тысячи. Ракеты имели радио- и тепловые головки самонаведения, а также боеголовки десятков различных типов, за исключением ядерных. В самом ближнем бою, на дистанции прямой видимости, можно было использовать и две длинноствольные пушки. По сравнению с огневой мощью крейсеров Федерации все это оружие казалось допотопными детскими игрушками. И тем не менее почти все космические бои Звездные Волки выигрывали, порой даже без единого выстрела. Одна весть о том, что на экране локаторов появились эскадрильи пиратов с Варги, приводила астронавтов с разных планет в состояние беспомощного оцепенения. Однако совсем другое дело, если варганцы сходились в дуэлях. Здесь брал верх тот, кто превосходил противника боевым искусством.

Венгент, вопреки ожиданию Чейна, первым сделал ход в этой смертельной игре. Едва выйдя на дальнюю границу эффективной стрельбы, он выпустил сразу две большие ракеты, а сам резко снизил скорость и начал совершать «змейку» — эффективный противоракетный маневр.

Чейн почувствовал, что его лоб покрывает холодная испарина. Почему Венгент поступил так, словно неоперившийся юнец?

Пуск ракет с дальней границы зоны был хорош в борьбе с неповоротливыми транспортами, но в дуэли этот ход считался проигрышным. Уйти от больших ракет, да еще всего двух, на такой дистанции мог даже кадет-первогодок. И почему Венгент так интенсивно маневрирует? Неужели молодой Ранрой считает, что его противник тоже начнет бездарно расстреливать свой боезапас?

Две ракеты стремительно приближались. Чейн не отрывал глаз от дисплея бортового компьютера. Как бы ни примитивна была эта машинка, но рассчитать момент эффективного ухода было даже для нее самым пустячным делом.

Когда на дисплее появилась красная надпись «уход», Чейн круто заложил штурвал корабля вправо. Рангор отозвался сзади тоскливым воплем, но пилот не обратил на это никакого внимания. Он полностью сосредоточился на ходе боя. Пока, кажется, все шло совсем неплохо…

Он заложил такую крутую «змейку», что от сильной знакопеременной перегрузки застонал силовой набор фюзеляжа. Один виток, второй, третий… И на дисплее стало видно, что ракеты потеряли цель и ушли куда-то в сторону Альтеи. Прекрасно!

И тут левый бок корпуса звездолета здорово встряхнуло, словно в него врезались несколько мелких метеоритов. Тревожно запела сирена, предупреждая о серьезности аварии. Чейн немедленно включил контрольный дисплей и не поверил своим глазам. Центральная часть фюзеляжа получила небольшие, но чувствительные пробоины. Несколько важных силовых элементов были повреждены. А один из метеоритов, как назло, попал точно в систему охлаждения маршевого двигателя, и тот сразу же автоматически сбросил режим форсажа.

Метеориты? Но откуда здесь, в этой пустынной области космоса взяться метеоритам? Венгент не мог выбрать для дуэли место, где исход поединка решала нелепая случайность! И тем более совсем уж невероятным казалось то, что в корабль попало сразу несколько метеоритов…

— О, пьяные небеса… — пробормотал Чейн, наконец-то поняв, что произошло. — Проклятый Венгент!

Все, конечно же, обстояло не так просто. Нелепый, казалось бы, залп Венгента объяснялся иными причинами. Хитроумный Ранрой заранее рассчитал, куда может двинуться корабль противника, уходя от его ракет, и в первый же момент дуэли выпустил в эту область сотни пушечных снарядов. Они образовали своеобразную завесу, в которую и врезался ничего не подозревавший Чейн.

Да, это было верхом боевого искусства! Совершать нестандартные ходы в такой смертельной игре мог только большой мастер. Разумеется, разрушить космолет Чейна таким путем Венгент был не в состоянии. Зато сразу же показал, кто есть кто в этом бою.

Теперь возможности для маневрирования у Чейна оставались куда более скромными, чем раньше. Это означало, что ему ни в коем случае нельзя ввязываться в ближний бой. А он так рассчитывал, что называется, повиснуть на плечах могучего противника!

Чертыхнувшись, Чейн оценил положение корабля Венгента и с интервалом в несколько миллисекунд выстрелил сразу пятью большими ракетами. Каждая полетела в свою точку встречи, которые вместе образовывали небольшой круг. В его центре и должен был оказаться, словно в ловушке, космолет молодого Ранроя. И вот тут дистанционные взрыватели скажут свое веское слово.

Однако этого не произошло. Ибо в момент пуска последней ракеты Венгент резко снизил скорость и заломил такую серию головокружительных маневров, подобных которым Чейн отродясь не видел. Ракеты, сбитые с толку, начали шарахаться из стороны в сторону, пытаясь отследить цель. В результате они захватили своими головками самонаведения друг друга!

На обзорном экране появилась яркая вспышка.

— Поздравляю, земляшка, — послышался в кабине веселый голос Венгента. — Ты сделал мою задачу еще более простой, чем я предполагал. Такой неинтересной дуэли у меня еще не было! Будь на твоем месте кто-нибудь другой, я бы, пожалуй, дал ему фору. Но миндальничать с земным ублюдком охоты нет. Прощай!

Едва дистанция между кораблями сократилась до двух тысяч километров, как Венгент выпустил четыре оставшиеся большие ракеты. Чейн попытался вновь уйти в «змейку», но корабль отозвался на экстремальные перегрузки таким скрипом и треском, что он вынужден был умерить свой пыл. Оставалась еще возможность ухода на максимальной скорости, однако форсаж так и не включился. По-видимому, повреждение форсажной камеры оказалось весьма серьезным.

Чейн помрачнел еще больше. Смерть его не страшила, как и любого варганца. Но умереть так просто, практически без борьбы… Такое не могло ему привидеться даже в самом кошмарном сне! У него оставался лишь один выход. Выждав, когда дистанция до ракет противника сократилась до двадцати километров, он выпустил все свои четыре ракеты ближнего боя, нацелив каждую из них на конкретную. Это было непростым делом, но Чейн с ним справился.

Среди звезд вспыхнули и тут же погасли четыре крошечные точки.

— Отлично, Чейн! — вновь послышался в динамике голос Венгента. — Вынужден признать, что и сам Харкан мог бы гордиться таким залпом. Но с ракетами у тебя теперь негусто, верно? И это радует меня больше всего. Теперь можно немножко поиграть…

Чейн выругался сквозь зубы. У него оставалась одна большая ракета и нетронутый пока боезапас двух пушек. Венгент имел против этого все четыре малые ракеты плюс совершенно неповрежденный корабль. Ясно, что ему не составит большого труда выиграть бой на малой дистанции. Теперь вопрос лишь в том, сумеет ли молодой Ранрой выйти из дуэли без единой пробоины на фюзеляже. Для такого амбициозного воина другой исход поединка оказался бы просто неприемлемым. Это было сейчас единственным слабым местом Венгента, и Чейн решил нанести ответный удар именно туда.

Два звездолета помчались навстречу друг другу, словно намереваясь войти в лобовую атаку. На самом деле у обоих воинов был совсем иной расчет.

Чейн неожиданно повторил ход Венгента и начал пальбу из обеих пушек, несмотря на то что дистанция была еще слишком велика для этого вида оружия. Сотни небольших снарядов с самонаводящимися магнитными головками создали обширную стальную завесу. «Дыры» в ней были настолько велики, что Венгент мог без особой опаски продолжать движение вперед. В этом случае Чейн наверняка бы проиграл. Но и Венгент рисковал вернуться на Варгу с несколькими пробоинами в фюзеляже. Для заместителя лидера клана Ранроев такая неприятность стала бы ощутимой пощечиной — ведь ему противостоял всего лишь жалкий земляшка! А для кандидата на должность вице-адмирала Патруля такая неудача могла бы и вовсе оказаться роковой. Чего-чего, а желающих занять место погибшего Чейна нашлось бы немало и среди ветеранов, и среди молодежи всех кланов. Один честолюбивый Аронсо чего стоил! Уж он-то наверняка бы поднял Венгента на смех.

Наверное, такие же мысли мучили сейчас и самого молодого Ранроя. Опыт бывалого дуэлянта подсказывал, что врага надо добивать, несмотря ни на что, не давая ему ни малейшего шанса. Но в то же время Венгент отлично знал, что такое завеса из более чем пяти тысяч снарядов. Нелепая случайность — и прощай честолюбивые мечты!

И Венгент дрогнул. В последний момент он резко увел свой корабль в сторону, уходя от возможного столкновения с завесой. Тогда Чейн вопреки всякой логике рванулся в свое же облако снарядов. Он страшно рисковал, однако терять ему было уже нечего.

Венгент слишком поздно понял его замысел. Он поспешно выстрелил двумя малыми ракетами, но сделал это явно напрасно. Облако пушечных снарядов сейчас охраняло Чейна со всех сторон, и ракеты оказались их легкой добычей. Ощутив цели своими магнитными головками, снаряды ринулись к ним двумя стаями рассерженных ос. Одна за другой последовали две ослепительные вспышки.

Не теряя времени, Чейн совершил головокружительный разворот, едва не разломав свой корабль пополам, а затем пристроился в хвост космолету Венгента. Вот тогда-то и настал подходящий момент для пуска последней большой ракеты.

Молодой Ранрой, взвыв от ярости, устроил каскад из самых невероятных маневров ухода. Большая ракета была слишком неповоротливой и не сумела настичь бешено крутящийся корабль. Но Чейн по командной линии связи сам включил взрыватель, и боевая головка его ракеты взорвалась неподалеку от цели.

Впервые в этом бою ему наконец-то повезло. Судя по воплям Венгента, его космолету изрядно досталось.

Чейн устало улыбнулся. Он сделал все, что мог. Венгенту вряд ли теперь удастся хвастаться легкой победой над «проклятым земляшкой». А уж о должности вице-адмирала он может забыть надолго, если не навсегда. Однако для Чейна все это было лишь слабым утешением. Ибо противник, в общем-то, остался цел и на его борту висели две ракеты ближнего боя. Уйти от них на полуразбитом корабле не было никакой возможности.

— Я тебя превращу в пыль, земляшка! — орал Венгент, напрочь потеряв остатки своего высокомерия. — Да будь проклят день, когда ты появился на свет!

Корабль Венгента резко рванулся вперед, «стряхивая» со своего хвоста назойливого преследователя. Чейн попытался было последовать за ним, но куда там! Его звездолет потерял добрую половину своей прежней прыти, и он стал теперь легкой добычей для любого противника. Было очевидно, что охота шутить у Венгента начисто пропала. Теперь он не станет терять ни секунды и постарается расправиться со своим давним врагом как можно быстрее.

Венгент совершил крутой разворот, и Чейн не успел даже мигнуть, как молодой Ранрой уже шел ему навстречу. Дистанция стремительно сокращалась. Вот-вот последует залп из двух ракет. Уйти от них невозможно…

— Эй, Рангор, как ты там? — не оборачиваясь, спросил Чейн.

Волк ответил глухим ворчанием. У него не было сил, чтобы произнести хоть слово.

— Прощай, друг, — спокойно продолжил варганец. — Я подвел тебя, дружище. Я всех подвел! Но чудес не бывает, и…

Он замолчал, услышав жуткий вопль Венгента.

— Проклятье… — прошептал чуть позже Ранрой. — Прямо в бок… Не повезло… Но… мы… умрем вместе… земляшка…

Чейн судорожно сглотнул. Что произошло? Корабль Венгента по-прежнему стремительно приближался.

Нет, что-то не так… Яркая точка на обзорном экране заметно сбавила скорость и двигалась как-то неуверенно, слегка дергаясь то вправо, то влево. Это не было похоже на противоракетный маневр.

Объяснение случившемуся могло быть лишь одно. Венгент все-таки доигрался и напоролся на несколько снарядов. Своих собственных! Такова цена его необдуманного рывка вперед.

Желание побыстрее добить противника сыграло с ним злую шутку!

Однако Чейн радовался недолго. Хотя Венгент и был явно тяжело ранен, у него все же хватило сил нажать на пусковую кнопку. Две ракеты ринулись на противника, словно две безжалостные стрелы.

Чейн чертыхнулся и попытался уйти в сторону. Но было уже поздно, да и корабль почти не слушался пилота. Все, что он смог сделать невероятными усилиями, — это избежать прямого попадания. Ракеты были совсем рядом, и можно было не сомневаться, что дистанционные взрыватели сделают свое дело.

Широко раскрытыми глазами Чейн наблюдал за двумя яркими точками на обзорном экране. На дисплее локатора мелькали цифры. До ракет было пятьсот метров… триста… сто… Сейчас последуют взрывы, и… Прощай, Врея! Я ухожу туда, откуда нет возврата и где мы уже никогда не встретимся…

Но взрывов так и не последовало.

Глава 3

Из бархатной тьмы вынырнул странный корабль, формой напоминавший полусферу. Чуть позже рядом показался… крейсер Федерации!

— Кажется, у нашего поединка было куда больше зрителей, чем я думал… — пробормотал Чейн. — Эй, Рангор, что ты об этом думаешь?

Волк ответил хриплым воем. Вид у него был жалкий, а из пасти капала розовая пена. Чейн взглянул на своего мохнатого друга и покачал головой:

— Больше на дуэли я тебя не возьму, даже не проси. Хорошо еще, что ты не палил ракетами по метеоритам, как делал Гваатх в битве с серванами!

Он включил радиопередатчик на частоте корабля хеггов и спросил:

— Альрейвк, это вам я обязан жизнью?

Через некоторое время из динамика послышался знакомый присвистывающий голос дипломата:

— Да. Но идея использовать нейтрализующий луч принадлежит вашему другу Дилулло.

— Замечательно… Джон, какого черта вы вмешались в нашу драку с Венгентом?

В динамике послышался негромкий смешок:

— Вообще-то это не моя идея, а адмирала Претта. Старик не хотел лишаться одного из командующих Патруля из-за какой-то дурацкой дуэли. Но я все-таки дал вам с Венгентом малость друг друга помутузить. Ну что, теперь твоя душа успокоилась, сынок?

— Моя — да, — хмыкнул Чейн. — Я проиграл, как и следовало ожидать, но…

— Вряд ли такой исход можно считать проигрышем, — перебил его Дилулло. — Ты бы посмотрел, во что превратился корабль этого чертового Ранроя! Решето, да и только. Удивительно, что он еще жив.

Но, кажется, ему недолго осталось коптить космос… Эй, Бихел, Рутледж, готовьтесь к стыковке! Надо попытаться вытащить этого проклятого Ранроя из его летающего гроба. Альрейвк, вы слышите меня?

— Да, разумеется.

— Вскоре нам обоим предстоит малоприятный разговор с Берктом и Харканом. Не сомневаюсь, что оба лидера Звездных Волков будут не в восторге от того, что мы вмешались в поединок этих двух сорвиголов. Вы подтвердите, что наши действия были верными и обоснованными?

— Конечно. Для нас, хеггов, такого вопроса даже и возникнуть не могло. Оба воина отлично дрались, оба проявили свое искусство, и оба нанесли друг другу немало точных ударов. Затем они оба должны были погибнуть: Чейн — от взрыва двух ракет, а его противник — от полученных тяжелых ранений. Зачем же допускать такое? Это совершенно бессмысленно. У нас, хеггов, тоже порой случаются поединки, но смертельные случаи очень редки. Мы ценим жизни своих сограждан!

— И нам, людям, давно надо научиться тому же, — заметил Дилулло. — Эй, Чейн, ты сможешь к нам пришвартоваться?

— Попытаюсь. Однако учтите, Джон, свой корабль я не оставлю на произвол судьбы!

— Ладно, ладно… Попробуем совершить гиперпрыжок с этаким гробом на палубе. Адмирал Претт ждет нас на базе Флота!

* * *

База Флота Федерации располагалась в десяти парсеках от Отрога Арго, вблизи одинокой красной звезды, окруженной тремя мертвыми, обледеневшими планетами. Такие блуждающие системы нередко встречались между рукавов галактики. Они представляли немалую опасность для космолетчиков. Если неосторожный пилот прокладывал траекторию своего гиперпрыжка рядом с такой звездной системой, то в результате локального искривления провремени корабль мог оказаться в совершенно другой области галактики. Последствия подобных ошибок нередко бывали самыми трагическими. Но, с другой стороны, блуждающие звезды могли служить прекрасными пересадочными станциями при дальних галактических перелетах. И еще больше они подходили в качестве баз для больших космических эскадр.

Крейсер, капитаном которого пока являлся Джон Дилулло, вышел из подпространства в десяти миллионах километров от блуждающей красной звезды. Немедленно его окружили скауты и потребовали назвать пароль. Дилулло ответил, но оказалось, что этот пароль уже устарел. Дилулло пришлось тут же связаться с адмиралом Преттом.

— Дэнис, это старина Джон. Отдай приказ своей своре оставить меня в покое, иначе эти псы вот-вот вцепятся в мой корабль и разорвут его на части!

Адмирал Претт ответил весьма кислым тоном:

— Джон, должен тебе напомнить, что отныне ты находишься на военной службе. Забудь все свои прежние гражданские привычки или…

— Прости, Дэнис, я совсем позабыл, что на старости лет дослужился до офицерского чина! Итак, господин адмирал, майор Дилулло прибыл в ваше распоряжение.

— Вот так-то лучше. Что с нашим бравым Морганом Чейном?

— Все в порядке. Венгент так и не успел его прикончить. Зато сам Ранрой в весьма плачевном состоянии. Я поместил его в биовосстановительную ванну, однако боюсь, до госпиталя господин пират может и не дотянуть.

— Ладно, иди на посадку. Скауты проводят тебя прямо до главной базы на Ледяной планете. А что же молчит наш молодой герой?

— Он… э-э… спит.

— Спит?! Неплохое начало патрульной службы! Драка в космосе, а затем крепкий здоровый сон… Кажется, я ошибся — этот парень пойдет еще дальше, чем я думал! Впрочем, он еще не дал ответа на мое предложение. Все, жду вас через два часа.

Дилулло отключил связь и устроился поудобнее в кресле около пульта управления. Рядом в кресле второго пилота сидел Рутледж. Радист, как и все наемники, умел в случае необходимости управлять кораблем, но мощный крейсер Федерации вызывал у него совершенно очевидную робость.

— Надо будет подобрать на базе толкового пилота… — пробормотал Дилулло, выводя корабль на траекторию сближения с Ледяной планетой. — Чейн небось теперь зазнается настолько, что к штурвалу и пальцем не притронется!

Рутледж хмыкнул.

— Может, оно и к лучшему, — вполне резонно заметил он. — Целее будем.

— А я о чем говорю?.. Эй, кто там ломится в дверь?

— Гваатх, кто же еще! Нашему мохнатому другу просто не терпится показать, какой он отличный пилот. Особенно после того, как он приложился к бутылке земного виски. И откуда Гваатх берет спиртное, ума не приложу!

— Хм-м… придется после посадки ему немного прочистить уши. Еще не хватало, чтобы в Патруле завелись гуманоиды-алкоголики!

Словно услышав его слова, парагаранец застучал кулаками по стальной двери с удвоенной силой.

— Джон, сучий потрох! Ты почему не пускаешь Гваатха к штурвалу? Гваатх хочет показать всем, как воюют парагаранцы! Ты только скажи, куда стрелять, и я сразу врежу туда все ракеты, а потом пойду на абордаж! Все на абордаж!

За дверью послышался грохот — похоже, Гваатх, утомившись, решил улечься спать прямо в коридоре рядом с пилотской кабиной.

Дилулло хмыкнул:

— Мда-а… Кажется, Федерация еще пожалеет, что создала Патруль из бывших пиратов. Да и мы все тоже хороши… А впрочем, посмотрим. Может, на Границе не хватает именно таких бравых солдат, как Гваатх?

* * *

В сопровождении скаутов крейсер приблизился к третьей планете блуждающей звезды. При виде ее Дилулло присвистнул и покрепче взялся за штурвал. Будучи наемником, он побывал на более чем двух сотнях миров в разных частях галактики. Одни из них были покрыты бесконечными пустынями, другие — тропическими лесами, третьи — степями и болотами. Но еще ни разу ему не приходилось садиться на мир, напоминающий громадный комок снега с горными хребтами из чистейшего льда и морями из дымящегося аммиака. Наемникам попросту нечего было делать на таких планетах, лишенных не только населения, но даже простейших форм жизни.

Однако именно на таком ледяном мире Флот Федерации основал свою главную базу, готовясь к вторжению в Отрог Арго. И здесь же намеревался оставаться до тех пор, пока мирный договор между Федерацией и Империей хеггов не будет официально подписан на самом высоком уровне.

Выведя крейсер на орбитальную траекторию, Дилулло увидел на заснеженных равнинах целые города из ремонтных верфей и заправочных станций. Особняком стояли огромные стальные купола, вокруг которых на земле кружили маленькие черные точки танков, а в воздухе — боевых флайеров

— Арсеналы… — пробормотал Рутледж, с любопытством глядя на дисплей обзора нижней полусферы. — Черт побери, как же их охраняют!.. Джон, посмотрите!

Радист указал на центральный экран. Переведя туда взгляд, Дилулло вздрогнул. В нескольких десятках тысяч километров от Ледяной планеты располагался Флот Федерации. Наемники впервые увидели его во всей красе. Несколько тысяч супердредноутов, линкоров и крейсеров висели в космосе громадным треугольным облаком, затмевая своим блеском далекие звезды. И вершина этого клина была по-прежнему нацелена на Отрог Арго.

Дилулло облизал внезапно пересохшие губы, а затем крепко выругался.

— Все, больше слова Чейну поперек не скажу! — заявил он. — Только теперь я вижу, какую махину остановил этот парень! Одно дело видеть одну эскадру Федерации, а другое — весь ее звездный кулак Да если бы такая громадина ударила по хеггам во всю силу, то галактика перевернулась бы вверх дном!

Рутледж кивнул, не отрывая завороженных глаз от экрана.

— Что тут говорить, жуткая каша могла бы завариться… Поглядите, как серьезно Федерация подготовилась к вторжению на Варгу! Колесо уже начало крутиться, когда Чейн каким-то образом ухитрился вставить ему палку в спицы. Джон…

— Что?

— Получается, что мы с вами отныне вроде бы оказываемся в самом центре событий, которые могут изменить весь ход истории в галактике! Лично я человек маленький и как-то не очень готов к тому, чтобы имя мое упоминалось в исторических скрижалях, пусть и самыми крошечными буквами.

Дилулло кивнул:

— Меня самого дрожь пробирает даже от мысли о таком… А представляешь, каково будет Чейну, если он и впрямь окажется крупной исторической личностью навроде Наполеона или Помпея Великого? Клянусь небесами, ни за что не поменялся бы с ним местами!.. Ладно, хватит об этом. Рутледж, иди буди нашего спасителя галактики. Скоро мы сядем на базе, и этот волчище должен как следует расчесать свою мохнатую шкуру, прежде чем он предстанет перед светлыми очами Дэниса Претта. Но прежде вместе с Бихелом и Селдоном затащите Гваатха в самое темное место в трюме — пускай там отдыхает. Не хватало только, чтобы кто-нибудь из наших гостей споткнулся в коридоре об эту образину! Позору потом не оберешься.

* * *

Адмирал Претт сидел за письменным столом и просматривал солидную стопку каких-то бумаг. Заметив вошедшего Чейна, он что-то невнятно буркнул и указал на свободный стул.

Поняв, что командующему Флотом сейчас не до него, Чейн подошел к овальному окну, откуда открывался отличный вид на восточный сектор базы. Она представляла из себя целый город стальных куполов. Наземных или воздушных переходов не было видно, поскольку купола соединялись подземными туннелями. По периметру базу окружали посадочные площадки, на которых в боевой готовности замерли несколько десятков легких крейсеров. За ними двумя концентрическими кругами располагались ракетные установки типа «земля — космос» и множество лазерных пушек, нацеленных в черное звездное небо. База казалась почти безлюдной, и лишь кое-где на маленьких открытых краулерах проезжали военные в серебристых скафандрах Чейн поднял глаза и стал вглядываться в цепь гор, покрытых шапками застывшего аммиака. Горы окружали базу с трех сторон и служили неплохим прикрытием при возможной атаке с воздуха.

Без сомнения, на их вершинах также размещались орудийные расчеты. Словом, дислокация главной базы Флота была продумана до мельчайших деталей. Даже Звездным Волкам пришлось бы нелегко, если бы они вздумали захватить базу лихим наскоком из космоса.

Претт наконец оторвал глаза от документов, помассировал свое крупное бульдожье лицо и с усмешкой взглянул на явно озадаченного варганца.

— Что скажешь, волчище? — добродушно спросил он. — Впечатляет, не так ли? Чейн кивнул:

— Да, впечатляет. Пожалуй, Звездным Волкам пришлось бы изрядно повозиться, прежде чем удалось бы уничтожить Флот Федерации. Слава богу, что вы все-таки оставили Варгу в покое!

Вопреки его ожиданию, Претт не обиделся. Хохотнув, адмирал вновь приглашающе указал на стул.

— Тебе не откажешь в самомнении, парень, — заметил он. — Похоже, все вы, чертовы варганцы, невесть что думаете о своей силе. Два дня назад в этом кабинете сидели твои друзья Беркт и Харкан и наговорили себе массу комплиментов. По их словам, когда вы, Звездные Волки, начнете патрулировать по Границе, вся галактика вздрогнет от ужаса и везде воцарится мир и спокойствие. За такое чудо, естественно, нам и Империи придется много платить. Я человек толстокожий, но, увидев списки с варганскими требованиями, чуть в обморок не упал. Да что они о себе воображают, эти чертовы пираты? Не спорю, нам нужен мощный Патруль, однако экономика Федерации не может работать исключительно на ваши необъятные запросы! К вашему сведению, на наших мирах обитают около двухсот миллиардов людей и гуманоидов, и им тоже надо что-то кушать и во что-то одеваться.

Чейн уселся, небрежно заложив ногу за ногу. Уловив недовольный взгляд Претта, он усмехнулся.

— Уж такой мы народ, адмирал, — во всем любим крайности. Много нам не нужно — нам нужно все!

— Вот-вот, — хмыкнул Претт. — Наверное, поэтому у вас, варганцев, ничего и нет, кроме неумеренных амбиций. Словно и не вы столетиями терроризировали всю галактику, словно не на ваших руках кровь тысяч и тысяч загубленных жизней… А-а, что тут говорить! Меня сейчас беспокоит другое: неумная позиция вашего руководства может затянуть подписание мирного договора. А между тем военная машина с обеих сторон запущена — сам небось видел наш Флот. Если вопрос не разрешится через месяц-два, то кто-то может не выдержать и пальнуть в противника просто так, сдуру. Одной искры хватит, чтобы вся галактика запылала!

Чейн насторожился. Он уже начал привыкать к тому, что командующий Флотом ничего не говорил просто так.

— Вы боитесь, адмирал, что этой искрой стану я?

Претт кивнул:

— Вот именно. По сведениям нашей разведки, на Варге опять неспокойно. Раны недавней войны еще слишком свежи, и молодежь многих кланов жаждет перерезать горло своим противникам. Мне доносят, что возле Варги вопреки всем запретам уже состоялось около сотни дуэлей, и все со смертельными исходами. Да и на земле пальба не прекращается ни днем ни ночью. Беркт и Харкан вовсю стараются утихомирить варганцев, но что-то не больно у них это получается. А самое главное, не утихают споры о вас с Венгентом. Ваша дуэль многим кажется символичной, как столкновение главного федералиста и главного консерватора, не желающего никаких перемен на Варге. Боюсь, когда ваши парни узнают, как на самом деле закончилась драка возле Альтеи, в самых дурных головах забродят самые дурацкие мысли.

Поймав настороженный взгляд Чейна, адмирал пояснил:

— Видишь ли, Венгента привезли в госпиталь базы в предсмертном состоянии. Наши врачи бились за его жизнь восемь часов и в результате сшили молодого Ранроя буквально по кускам. Теперь, как ни крути, злейший враг Федерации обязан ей своей жизнью! Как думаешь, воспылает ли он после этого к нам любовью?

— Скорее глубокой ненавистью, — вздохнул Чейн.

— Вот то-то и оно! Ладно, как-нибудь выкрутимся. Но тебе, парень, лучше бы на время исчезнуть.

— Надолго? — нахмурился Чейн.

— Где-то на год, — пояснил Претт. — За это время мои агенты постараются утихомирить ситуацию на Варге. Кроме того, мы надеемся общими усилиями восстановить там хотя бы половину из разрушенных городов и построить около сотни верфей. Через год первые две эскадры будут готовы к рейдам, и кипение страстей само собой поутихнет. Вот тогда-то настанет черед постройки кораблей твоей, Третьей эскадры, и ты сможешь спокойно появиться в Отроге.

Чейн почувствовал, что в нем начала закипать злость. И она становилась только сильнее от сознания того, что слова адмирала были, в общем-то, справедливы.

— И где же, в какой норе, мне надлежит отсиживаться весь этот год? — звенящим от гнева голосом спросил он.

Претт впился в него своими маленькими, цепкими, словно крючки, глазами.

— По мне — хоть в каталажке, — сухо произнес он. — В делах такого масштаба церемониться не приходится. Но, если помнишь, пират, у тебя есть возможность выбора. А сейчас настал самый подходящий момент его сделать.

Чейну хотелось вскочить с места и разорвать старого воина на куски. Усилием воли он заставил себя сдержаться и даже изобразил на одеревеневшем лице нечто вроде улыбки.

— А вы мастер уговаривать людей, адмирал. Ну ладно, я все равно уже принял решение. Словом, я готов занять должность вице-адмирала Патруля.

Лицо Претта сразу же просветлело. Он приподнялся в кресле и обменялся с молодым варганцем крепким рукопожатием.

— Вот и отлично, — довольным тоном заявил адмирал. — А то я уже начал сомневаться, не обманулся ли слухом старина Дилулло там, на Арку, когда вы провожали в последний путь тело бедной Вреи.

— Нет, все так и было, — подтвердил Чейн. — Я сказал Джону, что стану вице-адмиралом, и свое решение менять не собираюсь.

— Зато это меняет все дело! Теперь ты сможешь провести предстоящий год куда с большей пользой, чем сидя где-нибудь в крысиной дыре с цепями на руках. Я не шучу, Чейн, — именно эта перспектива тебе светила бы в случае отказа! Слишком многое поставлено на карту, чтобы рисковать хотя бы одним шансом из тысячи. Ну ладно, займемся делом.

Адмирал встал из-за стола и подошел к стене. На ней вспыхнула знакомая Чейну огромная карта галактики.

— Я уже однажды показывал тебе Границу, — начал Претт, наведя электронную указку на красную извилистую линию, разделяющую галактику на две неравные части. — Ее протяженность — около десяти тысяч парсек. Внизу от Границы располагаются миры Федерации, а вверху — Империя хеггов. Федерация, как тебе, надеюсь, известно, имеет два центра: старый — на Земле и новый — на Веге. Обе метрополии расположены довольно далеко от Границы, и это не случайно. За последние шесть тысяч лет нам удалось перетянуть на свою сторону множество звездных систем, в основном населенных гуманоидами, и тем самым отодвинуть Границу дальше к центру галактики. Не скрою, при этом нам приходилось прибегать к самым… э-э… разным методам. Одни миры мы заинтересовали развитой межзвездной торговлей, другие охмурили чисто политическими хитростями, ну а третьи, увы, пришлось втащить в состав Федерации чуть ли не силой. Эх, да что там темнить — силой, силой и еще раз силой! Понятно, что на этих мирах очень неспокойно. Ты бывал на Скеретхе и своими глазами видел, какая тайная война ведется там между нашими агентами и агентами хеггов. Нечто подобное творится и вдоль большей части Границы, причем как с нашей стороны, так и со стороны противника. Ситуация на таких планетах взрывоопасная. И федералисты, и проимперски настроенные люди и нелюди не стесняются в самых гнусных выпадах и провокациях друг против друга. Последнее время мы почти везде брали верх над хеггами, в результате чего Граница заметно приблизилась к метрополии хеггов, расположенной в созвездии Гидры.

Чейн удивленно поднял брови:

— Так вот почему хегги едва не начали войну! Претт кивнул:

— Да, эти чертовы кентавры здорово напуганы нашей активностью. Теперь, кстати, они заявляют, что подпишут мирный договор только в том случае, если мы отодвинем Границу в окрестности Гидры назад на пять парсеков. Вопрос нешуточный, но мы его как-нибудь утрясем. И тогда, как я надеюсь, на этой части Границы настанет затишье. Но это — только капля в море. Вся остальная Граница бурлит бесчисленными конфликтами. Попытки нашего Патруля навести там порядок привели лишь к обострению ситуации. Сам знаешь, людей не очень-то любят и гуманоиды, и негуманоиды, ну а землян — тем более. Поэтому мы вынуждены были еще двадцать лет назад полностью расформировать наш Патруль. С тех пор на Границе тайно шастают лишь наши разведывательные скауты. Половина из них пропала без вести, а другая половина приносит очень скудные, отрывочные сведения, которые лишь запутывают ситуацию. Недавно я беседовал с твоим другом Альрейвком и узнал, что у хеггов сведений о Границе не больше, чем у нас. И это очень тревожно.

— Но хоть что-то вам известно? — с интересом спросил Чейн, не сводя глаз с завораживающей панорамы Млечного Пути.

— Конечно. Границу очень условно можно разделить на три части. Первая начинается в созвездии Змееносца и проходит через Деву и Льва аж до самых Близнецов. Это — самая горячая область во всей галактике. И дело даже не в том, что именно там Граница ближе всего подходит к Гидре. Ты слышал что-нибудь о Клондайке?

Чейн кивнул:

— Кое-что. Звездные Волки считают это место диким, малонаселенным и потому неинтересным для разбойничьего промысла. Мы предпочитаем… то есть предпочитали нападать на более цивилизованные миры, где есть чем поживиться.

Претт снисходительно улыбнулся:

— Ну конечно же, в ваших училищах вряд ли рассказывают кадетам всю правду об истинной истории пиратских рейдов! А эта правда состоит в том, что ваши эскадрильи трижды в разные времена наведывались в Клондайк. И не ради праздного интереса, а потому что богатств на этой части Границы побольше, чем где-либо еще. Так бывает на любой планете: одни части суши бедны ископаемыми до смешного, а другие напоминают королевские сокровищницы. Почему так случается — непонятно, но это факт. Так же обстоит дело и с различными звездными системами. Когда я был мальчишкой, то считал, будто на каждом пустынном мире стоит только копнуть разок-другой, и драгоценных камней и золота просто некуда будет складывать. Оказалось — ничего подобного! На большинстве миров если и есть полезные ископаемые, то до них добраться — себе дороже. А уж сокровищ, которые имеют цену среди людей и нелюдей, там совсем крохи. Да и поди их найди!

Однако миры Клондайка составляют в этом смысле исключение. Там действительно много сокровищ! И почти нет обитаемых планет, так что особых проблем с аборигенами не существует. Понятно, что именно за этот участок Границы между нами и Империей была самая большая драка. Доходило даже до небольших, но страшных войн, которые ничего не решили. И тогда, более трех тысяч лет назад, мы подписали договор, по которому Клондайк вошел в Границу и стал нейтральной территорией. Это единственный договор с хеггами, подписанный нами за нее время войн и распрей, и он до сих пор тщательно соблюдается обеими сторонами.

Чейн заинтересованно взглянул на Претта:

— Даже не слышал о таком! Но почему же закончились неудачей три рейда Звездных Волков?

— На Земле есть поговорка: свято место пусто не бывает, — пояснил Претт. — Там, где существует вакуум власти, но есть чем поживиться, сразу же собираются любители легкой наживы со всей галактики. Потому-то эту область и прозвали Клондайком. Понимаешь, некогда, в далеком прошлом Терры на севере ее американского континента были обнаружены богатые залежи золота. Туда сразу же ринулись тысячи авантюристов, бродяг и бандитов всех мастей. И началось невесть что! Одни нажили громадные состояния, другие перерезали друг друга, третьи умерли от болезней и голода, а четвертые — их было большинство — вообще остались с носом. Но те, кто выжил, стали весьма крутыми парнями, которым палец в рот не клади.

— Хм-м… вы хотите сказать, что старатели со звездного Клондайка надрали задницы нам, варганцам? — недоверчиво спросил Чейн.

Претт хохотнул:

— Вот именно! У них там, понимаешь ли, вечная война всех со всеми. Однако, когда появляются чужаки с большим мешком за спиной, эти парни умеют объединяться. И тогда они могут поколотить кого угодно. А теперь представь, что случится, если в Клондайке появится эскадра вашего Патруля…

— Понятно… — задумчиво протянул Чейн. — Может, тогда стоит оставить эту часть Границы в покое?

— Нельзя, — жестко сказал Претт и перевел указку на созвездие Гидры. — Я же тебе говорил, что как назло именно рядом с Клондайком находятся миры Империи хеггов. С их стороны Границы по пустынным планетам шастают бесчисленные шайки негуманоидов всех сортов. Для нашего брата-человека они словно кость в горле! Наши парни стреляют в чужаков без раздумья, и те отвечают тем же. Костер пылает в Клондайке постоянно и вот-вот может перекинуться ближе к Гидре. Тогда уж хеггов не удержит никакой мирный договор и они бросят на Границу свой флот. Война в этом случае станет совершенно неизбежной. Понимаешь, к чему я клоню, Чейн?

Молодой варганец кивнул:

— Вы хотите, чтобы именно моя Третья эскадра патрулировала в Клондайке?

— Вот именно, — подтвердил Претт. — У тебя мозги погибче, чем у Беркта, не говоря уже о Харкане Последние годы ты здорово помотался по галактике и научился не только стрелять в людей и в нелюдей, но и разговаривать с ними и даже договариваться. Так что тебе в Клондайке и карты в руки. Направляйся туда вместе с Дилулло и остальными парнями и проведи обстоятельную разведку. Тебе предстоит подготовить обитателей Клондайка к мысли, что через год там появится власть в виде Патруля. Власть, которую все пограничники должны уважать, а не хвататься чуть что за бластеры.

— Пограничники?

— Да, так себя называют обитатели Клондайка. Вообще-то, они либо старатели, либо контрабандисты, либо торговцы, либо просто бандиты и головорезы всех мастей. Но вечная война с негуманоидами и их покровителями-хеггами вбила этим парням в головы мысль о том, что они — чуть ли не защитники Федерации от варваров. Пограничник — звучит весьма недурно, так что каждый сопляк на мирах Клондайка привык распускать перья, даже если похож больше не на павлина, а на ободранную ворону. Будь с ними осторожен, Чейн! С дуэлями там все просто: прав тот, кто стреляет первым.

Варганец озадаченно почесал затылок.

— Чувствую, скучать в Клондайке мне не придется… Ну а что известно про другие области Границы?

Претт взглянул на молодого варганца с некоторым уважением:

— Не уверен, что ты успеешь там побывать, парень. Но все же имей в виду на всякий случай, что за Близнецами до Водолея идет область, называемая Свободными мирами. Эта часть Границы куда спокойней, чем Клондайк, но отношения между звездными системами там невероятно сложны и запутаны. Обитатели Свободных миров — в основном потомки беженцев из Федерации и Империи. До войн здесь дело редко доходит, но и настоящего мира нет. Очень надеюсь, что Первая эскадра во главе с таким опытным человеком, как Беркт, сумеет правильно поставить себя и заслужить уважение с обеих сторон Границы.

Ну а за Водолеем Граница круто уходит к центру галактики. Сам видишь, здесь расположены десятки огромных туманностей, шаровых скоплений, пульсаров, цефеид, черных звезд и прочее, прочее. Это — самая глухая и опасная часть Границы. Здесь Федерация и Империя прямо не соседствуют, а расходятся довольно далеко друг от друга, порою на расстояние до сорока парсеков. В этой области мы потеряли добрую сотню патрульных и разведывательных кораблей и потому прозвали ее Болотом. И в самом деле, если там что-то исчезает, то без следа. В молодые годы я лет пять провел в Болоте и натерпелся там больше, чем за всю последующую жизнь. Таких громадных и опасных космических течений нет больше нигде в галактике! Мертвые звезды и планеты, астероидные поля, смертоносные потоки космических лучей… Бр-р-р, жутко даже вспомнить!

— Но, наверное, это и самое спокойное место на Границе? — спросил Чейн, с любопытством разглядывая причудливые туманности Болота. — Сорок парсеков — очень солидная дистанция между людьми и хеггами. Да еще такая мощная естественная преграда, похожая на глухую стену… Даже Харкан, наверное, не сможет там наломать дров.

— Очень надеюсь на это, — холодно усмехнулся Претт. — Однако не все так просто. Спокойствия на пограничных мирах нет даже в Болоте. Что-то там происходит, но что? Пять лет я болтался между этими чертовыми туманностями и течениями, а так и не разобрался, откуда там веет злой ветер. А он веет, и еще какой! Пограничные жители с нашей стороны хеггов никогда не видели, а ненавидят их куда больше, чем в Клондайке. Даже дети там наслышаны о том, что хегги — это исчадия ада, жуткие чудовища, пожирающие людей живьем. Неудивительно, что раз двадцать пограничники Болота тайком от Земли собирали эскадры из разномастных суденышек и шли войной на Империю. Хорошо еще, что ни разу так и не дошли. Да и в самом Болоте как-то неспокойно… Вроде бы там нет обитаемых миров. А чье-то присутствие все равно ощущается. Очень неприятное чувство у меня там возникало: будто за мной день и ночь кто-то пристально наблюдает. По возвращении на Землю вдруг выяснилось, что и у других наших парней было подобное ощущение. Странно…

Претт вновь уселся за стол и надолго задумался. Затем он встрепенулся и с улыбкой посмотрел на Чейна:

— Не бери все это себе в голову, волчище. Болото достанется Харкану, пускай он и разбирается, в чем там дело. Сможет, как ты считаешь?

Чейн пожал плечами:

— Харкан — человек очень опытный и умный. Однако мозги у него скроены на варганский лад — он обожает простые решения. Потому очень постараюсь за этот год побывать и в Болоте тоже.

Претт присвистнул, с восхищением глядя на него.

— Да у тебя просто волчий аппетит, Чейн! — воскликнул адмирал. — Везде хочешь успеть, все хочешь увидеть своими глазами. Ну что ж, если тебе это удастся, я первым крепко пожму твою руку. А теперь пойди-ка охлади свое распалившееся воображение на улице. У меня через две минуты начинается важное совещание. А завтра ровно в десять ноль-ноль мы встретимся снова. Надо обсудить кое-какие конкретные детали. Нельзя упустить ни одной мелочи — ведь ты возглавишь первый патрульный полет через всю галактику!

Глава 4

Чейн вернулся на крейсер, собрал своих друзей в кают-компании и рассказал кое-что из услышанного от адмирала Претта.

Как и следовало ожидать, Дилулло отнесся ко всему по-философски спокойно.

— По-моему, старина Дэнис предлагает очень разумный план действий, — заметил он, удобно расположившись в мягком кожаном кресле. — Разведка на Границе просто необходима. Теперь я понимаю, почему адмирал предложил нам выбрать именно этот крейсер. Он не отличается особой огневой мощью, зато обладает скоростью скаута и способен без дозаправки пролететь полгалактики. Впрочем, уверен, нам это не понадобится. Я немало наслышан о Клондайке и думаю, что дай нам бог за год протоптать там хотя бы еле заметную тропинку для Третьей эскадры.

— Смотря как мы ее будем протаптывать, — ухмыльнулся Селдон, стряхивая пепел с очередной сигареты прямо на ворсистый пол. — Я раза два встречался с пограничниками Клондайка и до сих пор полон впечатлений.

Чейн внимательно посмотрел на бортинженера, но тот не стал развивать свою мысль. Зато в разговор бурно вмешался Гваатх. Он вскочил с дивана (ни в одном кресле громадный парагаранец просто не помещался) и, ударив себя кулаком по мохнатой груди, заорал:

— Гваатх чихать хотел на каких-то там пограничников! Если нужно, то он, то есть я, может голыми руками скрутить шею любому контрабандисту! Что я, контрабандистов не видал? Да я сам контрабандист! Зато там, в этом Клондайке, пахнет деньгами, и очень большими. Пока Чейн будет вести всякие переговоры, мы высадимся на какой-нибудь планетке и перекопаем ее до самого ядра! Бихел хохотнул:

— А что, Гваатх прав! Почему бы нам не совместить приятное с полезным? За год можно наковырять не один мешок драгоценностей. А потом, когда мы станем патрулировать по Клондайку… Пьяное небо, да нам же досталось золотое дно! Что-нибудь к нашим лапкам обязательно прилипнет. Это куда лучше, чем быть простым солдатом Флота и даже наемником!

Рутледж в сомнении взглянул на друга, но промолчал.

Тогда Чейн вопросительно посмотрел на сидящего рядом Рангора. Волк выглядел озадаченным, но все же заявил решительным тоном:

— Чейн, я новичок в космосе, и не мне тебя учить. Однако мне кажется, что нам предстоит весьма трудная миссия. Все мы — опытные воины, но нас слишком мало. На мирах Клондайка наверняка люди и нелюди сбиваются в банды, иначе там просто не выжить. Нас просто проглотят и даже не подавятся.

— Ты предлагаешь включить в наш экипаж солдат Федерации? — с сомнением спросил Чейн.

— Нет, конечно. Лучше взять на борт нескольких старых друзей. Ты немало помотался по космосу и наверняка…

— Согласен, — прервал его Чейн с довольной улыбкой. — Джон, как вы отнеслись бы к тому, чтобы с нами полетел Альрейвк?

Дилулло выругался сквозь зубы:

— Давно жду, когда ты предложишь это, сынок. Что я скажу? Меня тошнит от хеггов. Но Альрейвк — головастый тип и притом опытный дипломат. Если мы включим его в экипаж, статус нашего первого патрульного полета резко возрастет. Хегги получат возможность удостовериться в том, что новый Патруль кое-чего стоит и ему можно доверять. Кроме того, в этом случае Империя не будет возражать, когда мы возьмем кое-кого из людей Претта. А нам позарез нужен опытный пилот.

Гваатх вытаращил глаза.

— Что? — взревел он. — Рядом со мною будет жить это грязное чудище, пожирающее людей живьем? Да я пришибу хегга в первый же день!

Насилу парагаранца удалось успокоить. Хорошо еще, что гуманоид успел подружиться с Рангором, и волк смог убедить Гваатха пойти вздремнуть часок-другой в их общую каюту.

На этом бурное совещание экипажа первого Патруля закончилось. Чейн поручил Дилулло заняться поисками подходящего пилота, а сам вместе с Селдоном решил прогуляться по базе. Молодому варганцу не сиделось в космолете. Ему хотелось немного развеяться в каком-нибудь баре, и в этом его охотно поддержал худощавый шотландец, который тоже был не дурак выпить.

Чейн вернулся в свою каюту — капитанскую каюту! — и после некоторого колебания натянул на себя синюю форму полковника Флота, презентованную ему лично командующим. По возвращении из разведывательного полета Претт обещал заменить ее на вице-адмиральскую. Правда, для этого надо еще вернуться…

Поглядев в зеркало, Чейн остался доволен. Он и не подозревал, что в его душе, оказывается, шевелится нечто вроде тщеславия.

Полковник Флота — недурно для вчерашнего презренного пирата, раба и гладиатора, не так ли?

Весело посвистывая, молодой варганец направился в грузовой отсек. Встретивший его Рутледж машинально откозырял старшему по чину, а затем изумленно посмотрел ему вслед. Чейн заулыбался еще шире. Черт побери, все обстоит совсем недурно! По крайней мере появился законный повод обмыть в каком-нибудь местном салуне новехонькие офицерские погоны. А потом он привезет на борт крейсера ящик с виски или два. Даже папаша Дилулло не посмеет возражать против небольшого дружеского сабантуя — ведь Джон тоже еще не обмывал свои майорские звездочки!

Селдон поджидал его возле грузового шлюза. Шотландец тоже надел свою новую, с иголочки форму старшего лейтенанта. К изумлению Чейна, бортинженер тщательно побрился — впервые за последние несколько недель! — и даже заметно благоухал терпким лосьоном.

— Что делает с людьми военная служба! — покачал головой Чейн, разглядывая своего ухмыляющегося подчиненного. — Может, Гваатха стоит произвести в действительного рядового? А то от него так разит пОтом, что Рангор боится потерять волчий нюх. Ладно, это мы еще обмозгуем…

Надев скафандры, Чейн с Селдоном спустили по грузовому пандусу на землю маленький открытый краулер и поехали по ночной базе, с любопытством глядя по сторонам.

В темном небе мерцали гроздья бледных дрожащих звезд. Среди них проносились яркие точки — это были скауты Флота.

Чейн нашел над самыми вершинами горного хребта созвездие Змееносца и указал на него рукой.

— Вот там-то и начинается Клондайк! Судя по галактической карте, в Змееносце расположены четыре громадных шаровых скопления. Одно из них лежит аккурат на Границе и прозвано Красным шаром. Слыхал о таком?

Селдон кивнул:

— Еще бы, черт его дери! Этот Красный шар, чтоб ему позеленеть, сыграл роковую роль в моей судьбе. Понимаешь, в одном из рейсов я попал на Алголь и выиграл в местном салуне алмаз в сорок каратов. Его бывший владелец, шкипер с потрепанного грузовика, сказал, что будто бы этот камень был найден на мирах Красного шара. Старик так надрался с горя, что начал плести нечто уж совсем несусветное. Мол, камни с Красного шара обладают какими-то таинственными свойствами и приносят удачу владельцу… Фу-ты ну-ты — удачу! Как же, держи карман шире. Именно из-за того проклятого камня я и застрял на планете Развлечений, где меня и подобрал папаша Дилулло.

Поймав недоуменный взгляд Чейна, шотландец пояснил:

— В первом же попавшемся казино я поставил алмаз на кон в рулетке. И, клянусь, начал выигрывать раз за разом! Золотые фишки так и сыпались мне в руки. И тут один умник вдруг закричал, что мой камень с Красного шара! Оказалось, что только у этих алмазов такое характерное розовое свечение — откуда мне было знать про это? Ну, тут все шулеры мигом облепили меня со всех сторон. Слетелись, понимаешь, словно осы на банку с медом. Мне бы бежать прочь со всех ног, но удача и выпитое спиртное крепко ударили в башку… Короче, я проигрался в пух и прах, потом надрался до бесчувствия. Проснулся в ночлежке, без документов и даже без одежды. Мой корабль к тому времени уже улетел… Вот такую удачу принес мне алмаз с Красного шара! С тех пор я поклялся: ни в какие игры не ввязываться даже под угрозой смерти! Чейн…

— Да?

— Наверное, твой дружок-адмирал выдал тебе кое-какие денежки в качестве аванса за наши будущие подвиги?

Чейн усмехнулся:

— Ты же завязал с азартными играми?

— Да. Но перед таким рейдом надо как следует расслабиться… А вот вроде бы и салун!

Действительно, рядом с одним из стальных куполов стояло около сотни пустующих краулеров Никакой охраны не было, и это являлось верным признаком того, что за стенами купола находится злачное место.

Так оно и оказалось. Пройдя через шлюз, Чейн и Селдон очутились в большом, густо накуренном зале. Здесь было людно и очень шумно. Офицеры и солдаты Флота не чурались злачных мест. Сотни людей в синей форме теснились возле карточных столов и рулеток, а еще больше собралось возле сцены, на которой лихо отплясывали пестро одетые девицы. Под свист и аплодисменты они начали неспешно разоблачаться, доводя аудиторию до экстаза.

Чейн вручил своему спутнику пачку кредитов, и шотландец с радостным кличем растворился среди игроков. Самому же варганцу куда больше хотелось посидеть возле стойки бара с бокалом земного виски в руке. Однако едва он уселся на высоком стуле, как кто-то сильно ударил его по плечу.

Обернувшись, Чейн увидел рыжего верзилу-сержанта, габаритами мало чем уступающего самому Гваатху. Парень был изрядно накачан спиртным и явно искал приключений.

— Эй, урод! Ты занял мое место, — заявил рыжий, брызгая слюной и со сладострастной ухмылкой глядя на варганца.

Чейн ответил мрачным взглядом. Претт несколько раз упоминал в разговоре об образцовом порядке, якобы царящем во вверенном ему Флоте. Но, похоже, адмирал несколько преувеличил.

— Протри глаза, парень, — спокойно сказал Чейн и сделал глоток обжигающего виски. — Неужто какой-то задрипанный сержант так должен обращаться к старшему офицеру?

Все сидевшие возле бара сразу же замолчали и с любопытством уставились на него.

— Эй, друг… — зашептал седой толстяк, сидевший на соседнем стуле. — Не связывайся с Майти-Маусом… Лучше поставь ему выпивку…

Чейн пожал плечами и не без труда заставил себя добродушно улыбнуться:

— Ладно, замнем для ясности. Как новичок, ставлю всем по бокалу виски!

Астронавты одобрительно зашумели, особенно после того, как Чейн швырнул на стойку перед озадаченным барменом несколько синеньких банкнот.

— Эй, Мик, кончай бузить! — крикнул кто-то в порыве вполне понятного энтузиазма. — Полковник — хороший парень!

Рыжий оскалился, оценивающе глядя на невысокого, но крепко сложенного Чейна.

— Маккой, толстячок, с чего это ты решил, что полковник хороший парень? — сипло спросил Мик. — А вот мне он не нравится. И вообще, откуда он взялся на базе? Ты с какого корабля, полковник хренов?

Мускулы Чейна непроизвольно напряглись. «Славно я расслабился, — раздраженно подумал он. — Только драки сейчас не хватало!»

— Кажется, вы забываетесь, сержант, — процедил он, едва сохраняя хладнокровие. — С какой это стати я должен давать отчет младшему по чину?

Астронавты одобрительно загудели. Некоторые из них протянули рыжему верзиле бокалы, наполненные виски, но тот еще больше набычился.

— Может, я и младше по чину, зато я настоящий боевой сержант, — злобно заявил он. — И за каждую из моих нашивок заплатил в боях по стакану крови и по фунту своей шкуры и мяса. А от твоих погон, полковник хренов, несет складским нафталином. Небось только сегодня форму надел? И сразу решил пофрантить перед нами, бывалыми вояками. Мол, я полковник, не то что всякая там мелочь пузатая, понимать надо. И денег у меня куры не клюют — так? А вот у нас с деньгами херово, словно мы где-нибудь на сеновале с девками околачиваемся, а не деремся с проклятыми хеггами. Разве не так, парни?

На этот раз слова рыжего сержанта не пропали втуне. Видимо, вопрос денежного довольствия был больным местом у офицеров Флота, потому что возле Чейна сразу же образовался вакуум. Заметив это, Мик приободрился.

— Терпеть не могу выскочек! — рявкнул он. — Да и к тому же этот чужак, от которого разит нафталином, занял мой стул. Пшел отсюда, полковник херов! Не то я твою новехонькую форму как следует обомну…

Чейн лихорадочно размышлял, не зная, что делать. Возможно, рыжий верзила прицепился к нему случайно. Однако не исключено, что это было провокацией. К тому же его рыхлая, рябая морда была Чейну немного знакома. Где-то они уже встречались… Но где?

Мик шагнул было навстречу с угрожающим видом, но тут ему на плечо легла чья-то рука.

Верзила обернулся словно ужаленный, и Чейн сразу понял, что он вовсе не так пьян, каким пытался казаться.

Позади стоял Селдон. Невысокий, худощавый шотландец выглядел мальчишкой по сравнению с громилой-сержантом, но лицо его было настолько уверенным и суровым, что Мик явно смутился.

— А это еще что за пигмей? — хмуро пробормотал он. — Эй, говорящая щепка, отойди подальше, пока я не рассердился!

Селдон подмигнул Чейну — мол, не лезь, принимаю огонь на себя! — и ответил:

— Я не щепка, приятель, а заноза в твоей заднице. Лучше вырой ямку где-нибудь в углу и отоспись. А не то я могу и разозлиться. Не хватало еще, чтобы всякая рыжая сволочь…

Мик взревел от злости и ринулся на маленького шотландца, словно взбесившийся носорог. Однако Селдон был умелым бойцом. Он проскользнул под левым кулаком сержанта и, оказавшись у него за спиной, нанес несколько разящих ударов в болевые точки возле позвоночника.

Рыжий верзила окаменел не столько от боли, сколько от такой неслыханной наглости.

Он медленно повернул к шотландцу побагровевшее лицо и грязно выругался.

В толпе, тут же окружившей дерущихся, раздался свист и бурное улюлюканье. Похоже, Мик пользовался на базе не очень доброй славой, и большинство офицеров Флота явно встали на сторону маленького шотландца.

— Ну, держись, гнида… — прошипел Мик и вновь бросился в бестолковую атаку.

Селдону опять удалось увернуться от громадных кулаков, но Мик все-таки достал его подлым ударом ноги прямо в пах. Селдон согнулся и медленно стал заваливаться на бок. Рыжий бросил на окаменевшего Чейна выразительный взгляд, а затем поднял кулак, намереваясь обрушить его на голову отважному шотландцу.

Больше Чейн не мог себя сдерживать. Он стремительно соскользнул со стула и ринулся к Мику. Тот сразу же забыл о беспомощном Селдоне и встретил молодого вар ганца в боксерской стойке.

Чейн нанес несколько молниеносных ударов, однако все они, к его огромному изумлению, пришлись в плотную защиту противника. Этого не может быть! Такой верзила должен по определению быть неуклюжим и неповоротливым, а этот…

И тут Чейн все вспомнил.

— Проклятый Рендвал… — пробормотал он.

Мощный кулак уже несся ему в голову, так что особого времени на размышления не было. Чейн сделал вид, что пытается уйти вправо, на мгновение замешкался, и удар все же задел вскользь его челюсть. Острая боль оглушила варганца, и он уже безо всякой игры полетел на спину. Прикрыв глаза, Чейн дернулся несколько раз и замер рядом со скрюченным от боли шотландцем.

Краешком глаза он заметил, что рыжий Мик растерянно глядит на двух поверженных противников. Он явно не ожидал такой легкой победы.

Варганец мысленно ухмыльнулся и поздравил себя с верным ходом. «Чейн, дружище, с этой минуты я стал о тебе лучшего мнения, — подумал он. — Для Звездного Волка ты проявил невиданную гибкость своих серых извилин. Старик Претт, наверное, пожмет мне руку — если, конечно, я не поддамся на какую-нибудь новую провокацию. Держись, волчище, иначе не видать тебе вице-адмиральских погон!»

Свист и гомон в зале стали просто оглушительными. Мик затравленно огляделся, увидев суровые, осуждающие взгляды товарищей.

— Ну, Могучий Мышонок, держись, — громко произнес кто-то. — Набить физиономию полковнику — и только за то, что он сел на чужой стул! Твой шеф Рендвал надерет тебе холку и правильно сделает.

Через толпу пробились три широкоплечих парня с красными повязками на рукавах.

— Что здесь происходит? — холодно спросил один из них.

— Мик опять пустил в ход кулаки, — ответил кто-то из офицеров. — Черт побери, да что вы, парни из разведки, о себе воображаете? Я завтра же подам рапорт на имя командующего. Еще не хватало, чтобы между Флотом и Внешней Разведкой опять началась застарелая вражда!

Двое атлетов с красными повязками молча взвалили себе на плечи Чейна и Селдона и понесли их к выходу. Третий, властно положив руку на плечо Мику, сурово произнес:

— Ты задержан, сержант. Следуй за мной. Клянусь, ты охладишь свои тупые мозги в карцере!

Толпа офицеров отозвалась одобрительными возгласами.

Вскоре Чейн почувствовал, что его несут явно не в сторону шлюза. Приоткрыв глаза, он увидел, что офицеры ВР движутся по тускло освещенному коридору. Здесь было тихо и безлюдно.

Никто не произнес ни слова.

Прошла минута, другая, офицеры начали подниматься по узкой лестнице. Наконец они оказались в какой-то служебной комнате.

Главный из патруля ВР торопливо закрыл дверь, повернул в замке ключ, а затем с яростным видом шагнул к Мику. Чейн услышал хлопок, словно сержант был награжден пощечиной.

— Идиот… — прошипел офицер. — Кретин! Разве адмирал Рендвал приказывал тебе устраивать расправу с этими типами? Нет, ты должен был затеять скандал, разозлить варганца и дать тому вдоволь помахать кулаками. Мы должны были арестовать не тебя, а Чейна, дебил!

— Но, господин капитан…

— Молчать! Будешь оправдываться перед адмиралом. Эй вы, помощнички! Бросьте на пол эту шваль. Много чести будет держать их на руках.

Чейн внезапно изогнулся всем телом и ударил своего «носильщика» по шее. Тот захрипел и начал заваливаться на спину. А Чейн уже в это время стоял на ногах и, чуть раскачиваясь из стороны в сторону, с мрачной улыбкой глядел на ошеломленных офицеров ВР.

— Выходит, это старине Рендвалу я обязан испорченным вечером? — негромко промолвил он. — Наверное, этот красавчик надолго запомнил, как я поколотил его на орбите Арку. Пора теперь заняться его тупоумными…

С яростными криками на него бросились сразу с трех сторон.

Чейну противостояли крепкие, умелые бойцы, не гнушавшиеся никакими грязными приемами. Но и он сам не собирался миндальничать. В какой уже раз он вспомнил добрым словом уроки ветерана-гладиатора Фараха Косматого, владевшего сотнями видов галактических единоборств.

Минуты через полторы два офицера ВР уже лежали на полу с перебитыми руками и ребрами. Мик еще держался на ногах, однако лишь потому, что на него Чейн был особенно зол. Он жестоко бил сержанта ногами по болевым зонам груди и живота, но лишь вполсилы, чтобы продлить удовольствие.

Наконец Мик захрипел и упал на колени, опираясь спиной о стену. Глаза его закатились, с губ закапала кровавая пена. Но варганец вовсе не желал, чтобы громила отключался раньше времени. Он схватил сержанта за рыжие космы, резко запрокинул ему голову назад так, что хрустнули шейные позвонки, и произнес звенящим от злости голосом:

— Я задам тебе несколько вопросов, ублюдок. Если хоть на секунду помедлишь с ответом, начну ломать тебе пальцы. Понял?

— Д-да-а…

— Что хочет от меня Рендвал?

— Он… наш адмирал… не любит Претта…

Чейн хмыкнул:

— Рендвал хочет занять его место?

Рыжий ответил тоскливым взглядом, и тогда Чейн без колебаний сломал ему мизинец на правой руке.

— О-ох… Да, да, Рендвал хочет спихнуть старика с кресла!

— И для этого он хочет обвинить командующего в провале операции против Варги?

— Конечно! Совет Федерации разделился на две половины. Одни поддерживают мирный договор с хеггами, а другие… Черт, как больно!

— То ли еще будет, — пообещал Чейн. — Ведь это ты мутузил меня по приказу Рендвала в тюремной камере? И не ври, я тебя запомнил. Знаешь, Мик, я тоже чертовски злопамятен. И с большим удовольствием сверну твою бычью шею.

В вытаращенных от боли глазах сержанта мелькнуло нечто вроде насмешки.

— Ну, давай, давай, волк… Сделай подарок Рендвалу. Уж тогда он подымет крик на всю галактику. Хороши эти новые патрульные, убивающие солдат разведки Флота!

Чейн тихо выругался и немного ослабил хватку. Мик был прав. Рендвал захотел сыграть с ним в беспроигрышную лотерею, так что надо быть предельно осторожным.

— Ладно, живи, гнида, — сказал он после некоторого размышления. — Считай, что дешево отделался. Мне не нужны сейчас никакие неприятности. Но передай своему шефу: теперь я начеку. Понимаю, ему очень бы хотелось, чтобы первый патрульный полет закончился неудачей. Но пускай не надеется, что ему удастся сунуть Патрулю палки в колеса! Когда я вернусь и стану вице-адмиралом, мы поговорим с ним по-другому.

На рыхлом лице Мика расплылась широкая улыбка.

— Сначала вернись, волк, — произнес он окрепшим голосом.

Чейн ждал, но сержант ВР не промолвил больше ни слова, лишь продолжал ухмыляться. Выругавшись сквозь зубы, Чейн ударил его по затылку, и громила рухнул на пол, словно мешок с песком.

— Пьяное небо, только неприятностей с Внешней Разведкой мне не хватало… — озадаченно пробормотал варганец. — А Претт еще рассуждал о каком-то порядке на Флоте! Выходит, не только варганцы, но и земляне грызутся друг с другом… Эй, Селдон, ты жив?

Маленький шотландец открыл мутные глаза и со стоном встал на колени.

— Славно меня приложили… — просипел он, очумело мотая головой. — Чейн, дружище, а как же наша выпивка? Драться всухую я не привык, это просто какое-то извращение…

Чейн задумчиво оглядел лежащие на полу тела.

— Думаю, часа три они будут в отключке. Хватит тебе трех часов?

Опираясь на стену, Селдон сумел-таки встать на ноги.

— Ну, разве что горло промочить… Только мне нужен еще один аванс. Черт, что-то мне сегодня не везет! Но я хочу отыграться!

Чейн присвистнул от удивления — он еще не видел, чтобы люди так быстро спускали пять тысяч кредитов.

— Ладно, дам тебе еще сотни две или три, — согласился он — Но только потому, что мы — два сапога пара. Понимаешь, мне тоже очень хочется взять кое у кого реванш!

Глава 5

Через трое стандартных суток разведывательный крейсер «Врея» — так пожелал назвать свой корабль Чейн — поднялся с базы Ледяной планеты и взял курс на Отрог Алламара. Позади были долгие часы напряженных сборов и бесконечных консультаций с членами бывшего земного Патруля. Особенно трудными оказались переговоры с делегацией хеггов. Альрейвк и сопровождавшие его генералы Флота Империи отнюдь не пришли в восторг, узнав о планах Претта. Некоторые из вояк-хеггов даже заявили, что люди Федерации пытаются их обмануть. «Вы заявляли прежде, что в Патруль войдут лишь одни варганцы и он будет действовать абсолютно независимо, — заявил кентавр с созвездия Гидры, пожирая злобными глазами старого адмирала. — Совет высокородных хеггов согласился подписать мирный договор, который будет базироваться на этом факте. А что же происходит на самом деле? Первый же экипаж Патруля состоит в основном из землян и готовится к разведывательному полету не на Варге, а здесь, на главной базе Флота Федерации. Это возмутительно! И вы еще хотите убедить нас, что Патруль станет гарантом безопасности миров по обе стороны от Границы?»

Переговоры не раз заходили в тупик, но Претт оказался хитрой лисой. На одно из заседаний он пригласил Чейна, и молодой варганец объяснил, что его экипаж — это бывшие наемники, не имевшие к Флоту никакого отношения. А затем неожиданно пригласил Альрейвка войти в состав экспедиции, чем поверг делегацию Империи в настоящий шок.

Но все обошлось. Альрейвк после долгих консультаций с другими высокородными хеггами дал свое согласие. Адмирал Претт довольно потирал руки, и тогда ему нанес неожиданный удар сам Чейн.

Варганец заявил, что полет в Клондайк будет столь опасным, что экипаж «Вреи» надо пополнить опытными людьми. Но не военными, иначе хегги могут вновь поднять крик. «Я не зря помотался по галактике последние годы, — заявил Чейн. — У меня появились друзья на разных планетах, и я полностью доверяю им. Словом, перед путешествием по Границе я хотел бы проведать кое-кого из них». — «Черт побери! — побагровев, закричал Претт и ударил кулаком по столу. — Что ты из себя изображаешь, пират? Клондайк — это тебе не фунт изюма. Тебе и года не хватит, чтобы подготовить пограничников к появлению эскадры Патруля. А ты собираешься бог знает сколько носиться по космосу в поисках бывших дружков!» — «Вы предлагаете пополнить экипаж вашими офицерами? — усмехнулся Чейн. — Ну, одного пилота я, пожалуй, возьму. А как насчет остальных? Ручаюсь, что Альрейвк, завидев на борту моего крейсера парней в синих формах, тотчас вернется на базу Имперского Флота».

Чертыхаясь и проклиная Чейна на чем свет стоит, Претт все же вынужден был уступить Договорились, что «Врея» получает месяц на пополнение своего экипажа, а затем летит в созвездие Змееносца к началу Границы.

И вот, совершив гиперпрыжок в сто двадцать парсек, крейсер оказался в окрестностях Отрога Алла-мара. Включив маршевые двигатели, Чейн направил корабль в сторону знакомой золотистой звездочки.

Сидевший в кресле второго пилота землянин по имени Дювалье с любопытством взглянул на капитана своего нового корабля.

— Господин капитан, не пора ли вам отдохнуть? — чуть картавя, спросил крепко скроенный шатен с приятными чертами лица и крупным хищным носом. — По-моему, вы не спите уже вторые сутки. Я прекрасно справлюсь с управлением корабля и без вас.

Чейн устало усмехнулся и потер ладонями свое одеревеневшее лицо.

— Простите, Жан, но это мой первый полет в качестве капитана, и я очень волнуюсь, — с обезоруживающей прямотой заявил молодой варганец. — К тому же мне еще никогда не приходилось совершать гиперпрыжок на крейсерах Федерации. Это оказалось не таким уж легким делом… Но теперь я немного успокоился и могу передать вам управление. Тем более что адмирал Претт рекомендовал вас как лучшего пилота Флота.

Молодой француз слегка зарделся.

— Адмирал, конечно же, пошутил, — смущенно заявил Дювалье. — Но кое-какой опыт у меня есть. Кстати, а как называется звезда, к которой мы летим?

— Альбейн, — ответил Чейн, с трудом приподымаясь с кресла и разминая застывшую спину. — Слыхали о такой?

Француз наморщил лоб:

— Альбейн… Что-то знакомое… Кажется, на одной из планет этой звезды расположено знаменитое Свободное Странствие?

— Вот именно, — кивнул Чейн. — Занимайте свое место, Жан. Когда корабль приблизится к системе Альбейна на десять миллионов километров, свяжитесь со мной по интеркому. Посадку на планету — она называется Арку — осуществим вместе. А пока вашим вторым пилотом будет Рутледж.

Чейн зевнул и, потянувшись, вышел из пилотской кабины. Спустившись на вторую палубу, он оказался в широком коридоре, по обе стороны которого располагались каюты экипажа. Здесь было безлюдно. Селдон и Бихел несли вахту в машинном отсеке, а остальные, включая Альрейвка, спали, утомленные трудными сборами.

Варганец открыл роскошную полированную дверь красного дерева и очутился в своей каюте. И в очередной раз испытал нечто вроде легкого потрясения. Очень трудно было привыкнуть к мысли, что он вдруг стал капитаном могучего корабля, но не менее сложно было осознать, что вот эти две роскошно отделанные комнаты с коврами на полу, изящной мебелью и хрустальными люстрами — его собственные апартаменты.

— Черт бы тебя побрал, волк, — пробормотал Чейн. — Что ты о себе воображаешь? Ты был бы рад простому кубрику, куда можно протиснуться только бочком, да и то при поднятой к стене койке. А теперь обзавелся собственной спальней, да еще и гостиной! Все это неправильно…

Кто-то деликатно кашлянул у него за спиной. Чейн обернулся и увидел стоявшего в коридоре Джона Дилулло.

— Что, страшно входить в свои апартаменты, капитан? — с понимающей улыбкой спросил бывший лидер наемников. — Привыкай, сынок. Когда ты станешь вице-адмиралом, у тебя будет несколько адъютантов, денщик, личная охрана и даже персональный повар. По крайней мере я слышал, что именно так принято на Флоте.

Чейн насупился:

— Ну уж нет! На моей эскадре будут другие порядки. Джон, зайдите ко мне на пару минут. Мне надо кое о чем с вами посоветоваться. Раньше просто времени не было, но дело очень важное.

Дилулло кивнул. Войдя вслед за Чейном в гостиную, он тщательно запер за собой дверь и, усевшись в одном из кресел, выжидательно посмотрел на молодого капитана.

Чувствуя себя по-дурацки, Чейн открыл коробку с сигарами и протянул ее гостю.

— Неплохо, — одобрительно заметил Дилулло. — И где это ты набрался таких манер, сынок?

— У адмирала Претта, — усмехнулся Чейн. — Это настоящий джентльмен! Хотя не все адмиралы встречали меня так вежливо… Собственно, именно об этом я и собирался вам рассказать.

Сделав несколько глубоких затяжек, Чейн поудобнее расположился в мягком кресле и рассказал о своей первой, не очень приятной встрече с начальником службы Внешней Разведки Рендвалом на Арку.

А затем поведал о том, как он с Селдоном недавно весело провел время вместе с Миком и тремя другими офицерами ВР.

На лице Дилулло проявилась нешуточная тревога.

— Ого! Недурное начало наших славных дел, — чертыхнувшись, промолвил старый астронавт. — На Границе, похоже, скучать не придется. Получается, что отныне надо будет не только вовсю смотреть по сторонам, но еще и постоянно оглядываться себе за спину.

— Вот именно, — подтвердил Чейн, пуская к высокому овальному потолку кольца сизого дыма.

— Но это же дьявольски неудобно — идти вперед с повернутой назад головой! Можно запросто споткнуться на ровном месте… Чейн, сынок, чем же ты так разозлил Внешнюю Разведку? Неужто этот красавчик Рендвал хочет с твоей помощью свалить старину Дэниса Претта?

Молодой варганец пожал плечами.

— Не исключено. Хотя вряд ли дело обстоит так просто. Рендвал может быть заинтересован в срыве мирного договора с Империей хеггов. Рыжий сержант Мик сказал, что будто бы Совет Федерации далеко не един в вопросе войны и мира с хеггами. Но мне кажется, что корень наших проблем может быть зарыт в землю еще глубже… Что вы думаете об этом, Джон?

— Ничего не думаю, — честно признался Дилулло. — Последние тридцать лет, с тех пор как разошлись наши дорожки с Дэнисом Преттом, я как-то мало интересовался галактической политикой. Однако жизненный опыт подсказывает: если двое начинают ни с того ни с сего мутузить друг друга, где-то рядом прячется некто третий, кому эта драка нужна.

Чейн едва не выронил сигару изо рта.

— Черт! Вы хотите сказать, что в галактике есть некая третья сила, заинтересованная в войне Федерации и Империи хеггов?

Дилулло кивнул:

— Да. По крайней мере это исключить нельзя. Будь начеку, волк! Одна пакость другой не помеха. Уверен, что место Претта снится по ночам многим его молодым коллегам. А впрочем, не будем делать поспешных выводов. Расскажи лучше о своих планах. Кого бы ты хотел еще включить в наш славный экипаж?

Когда Чейн объяснил свой замысел, лошадиное лицо Дилулло еще больше вытянулось.

— Чейн, сынок, я всегда мечтал сделать из тебя, проклятого волка, настоящего человека! Но, кажется, немного перестарался. Мы, люди, порой бываем излишне эмоциональны, и это мешает нам в больших делах. Признайся, ты хочешь вернуться на Арку потому, что мечтаешь вновь увидеть места, где был счастлив с Вреей?

Молодой варганец смущенно опустил голову.

— Не знаю… — пробормотал он. — Может, и так. Всего месяц назад я простился возле Конической горы с телом Вреи, но мне кажется, что с той поры прошли многие годы. Мне надо немного привыкнуть к невероятным переменам в своей судьбе… И потом, мне на самом деле очень нужен Банг! Этот бывший гладиатор в бою стоит десятерых. Территория возле Конической горы, по-моему, очень похожа на миры Клондайка. Думаю, что опыт Банга окажется для нас совершенно бесценным.

Дилулло задумчиво пожевал губами:

— Ладно, согласен. Но клянусь своей больной печенкой, что на Арку у тебя есть еще какой-то интерес!

Чейн нахмурился и, опустив голову, глубоко задумался. Дилулло тихо встал и вышел из капитанской каюты. На его лице появилась добродушная улыбка.

— Эх, молодость, молодость… — прошептал он.

* * *

Бригадир Арсан встретил Чейна хмурым, недоверчивым взглядом и даже не предложил гостю сесть. Но варганец сам уселся возле стола. Он невольно посмотрел в широкое окно, откуда открывался прекрасный вид на Коническую гору. Над ее плоской вершиной проплывали тусклые рваные облака. В воздухе висела серая пелена дождя, которая наполовину скрывала бетонные дзоты и капониры, окружавшие подножие горы плотным кольцом. За прошедший месяц, когда Чейн последний раз был на Арку, оборонительные сооружения стали, кажется, еще мощнее.

— Вы не потеряли напрасно время, бригадир, — заметил Чейн.

Арсан смерил гостя угрюмым взглядом.

— Да, теперь долина возле Конической горы окончательно превратилась в военный лагерь, — сиплым голосом ответил златовласый, атлетически сложенный аркунец. — И этим мы обязаны тебе, проклятый Звездный Волк!

Чейн даже бровью не повел.

— Напрасно вы так злитесь, бригадир, — мирным тоном ответил он. — Кстати, чертовски рад, что нейн Гербал вас не прикончил! Когда этот проклятый биоробот набросился в прошлый раз на всех нас, я уже прощался с жизнью. Хорошо, что Врея вовремя остановила его бластером!

На лице Арсана промелькнула гримаса боли.

— И ты еще смеешь упоминать ее имя? Ты, из-за которой самая прекрасная и умная женщина на свете превратилась в горстку пепла?

Чейн внимательно посмотрел ему в глаза и тихо присвистнул:

— Ах, вот в чем дело… Выходит, вы тоже были влюблены в нее, бригадир? Простите, не знал.

— Чихать я хотел на твои извинения, — зло процедил Арсан сквозь зубы. — Благодари небо, что ты сейчас представляешь Федерацию, иначе я прикончил бы тебя собственными руками!

Молодой варганец ответил дерзкой улыбкой.

— Руки коротки, бригадир. Ну ладно, мы обменялись любезностями, и хватит. Так или иначе, но Арку вскоре войдет в состав Федерации…

— Вынуждена будет войти, — мрачно поправил его Арсан. — Федерация кажется нам меньшим злом, чем Империя хеггов.

— Какая разница? — пожал плечами Чейн. — Эмоции аркунцев меня не интересуют. Надо было вам с Вреей послушаться Хелмера и уничтожить Свободное Странствие. Тогда бы Закрытые миры остались навеки Закрытыми и никого бы ваша планета не интересовала. Но вы сохранили эту дьявольскую установку, способную дарить и людям, и нелюдям бессмертие, а теперь вынуждены принять помощь Федерации. Иначе спокойной жизни Арку не видать. Уж очень лакомый кусочек это Свободное Странствие!

Арсан промолчал, и тогда Чейн перешел к делу:

— Я прилетел на Арку, чтобы разыскать в горах возле долины человека по имени Банг. Он возглавляет один из отрядов нелегалов…

— То есть одну из банд, — с кривой усмешкой уточнил Арсан.

— Пусть так, если хотите, — согласился Чейн. — Наверняка у вас есть агенты в окрестных горах. Могут они помочь мне найти этого человека?

Арсан впился в него недоверчивыми глазами:

— Это все? И после этого ты покинешь Арку?

— Немедленно, — заверил его варганец. — Мне предстоит далекое путешествие, потому дорог каждый день.

Бригадир задумался.

— Видишь ли, Чейн, в прошедшем месяце мы в основном занимались укреплением обороны Свободного Странствия, так что о нелегалах особо не думали. После того как банды неудачно пытались прорваться сквозь периметр к Конической горе, они не подавали признаков жизни. Около тысячи людей и нелюдей погибли во время штурма, остальные словно растворились в горах и окрестных лесах. Время от времени я посылаю туда флайеры. Наблюдатели докладывают, что вокруг все на удивление тихо. Только в Хреновом ущелье порой наблюдается какое-то копошение.

Чейн заинтересованно взглянул на Арсана:

— Отлично! Именно туда я и хотел бы попасть. Вы могли бы перебросить меня ночью по воздуху?

— Перебросить? — впервые улыбнулся Арсан. — Это пожалуйста! И чем дальше, тем лучше. Только вот… — Он задумчиво взглянул на молодого варганца. — Сам понимаешь, Чейн, у меня нет особых причин желать тебе добра. Если бы нелегалы перерезали тебе горло, я бы плакать не стал. Но Врея… Она действительно любила тебя, проклятый дикарь! И ради памяти о ней я кое-что скажу… Помнишь Гербала?

Чейн вздрогнул при звуке этого имени. Гербал был биороботом нового типа, внешне очень похожим на обычного аркунца. В отличие от своих собратьев — диких лесных нейнов, он обладал разумом и потому был для людей еще опаснее.

— Еще бы мне не помнить этого дьявола! — воскликнул Чейн. — До сих пор шея иногда ноет в память о его дружеских объятиях… Но Врея перерубила бластером этого монстра пополам!

— Верно, — вздохнул Арсан. — Когда заваруха возле Конической горы закончилась и нелегалов отбросили от периметра, из Ярра были вызваны шестеро наших ведущих ученых по роботехнике. Им поручили разобраться, как устроены эти новые нейны и кто мог их создать. Есть подозрение… Однако сейчас это неважно. Ученые погрузили останки Гербала и двух других новых нейнов на флайер и полетели к столице. Но им не удалось пролететь и нескольких миль, как флайер вдруг задергался и начал хаотично спускаться к лесу.

Арсан взглянул на удивленного Чейна и жестко усмехнулся:

— Я тогда лежал без сознания в госпитале. А когда пришел в себя, узнал от своего заместителя жуткую историю. Словом, сразу после падения флайера в лес был послан десантный отряд. Он разыскал машину среди деревьев. Шестеро ученых… от них остались лишь груды раздробленных костей. А вот от погибших нейнов не осталось ни кусочка. Понимаешь, Чейн, к чему я клоню?

Варганец кивнул, чувствуя, как его охватывает непривычное чувство страха.

* * *

Этой же ночью в небо тихо поднялся трехместный флайер. Беззвучно пролетев над тройным валом оборонительного периметра, он направился на восток.

Глава 6

Небо уже начало наливаться розовыми красками рассвета, когда маленький отряд покинул лесистый склон одной из гор кольцевого хребта и вышел к узкой извилистой расщелине. Она тянулась к нагромождению желтых скал. Где-то за ними начиналось Хреновое ущелье, о котором Чейну однажды рассказывал Банг.

Волк Рангор опустил лохматую голову к земле, шумно втянул воздух ноздрями и поморщил свой длинный нос.

— Отвратительный запах, — негромко произнес он. — Пахнет людьми и еще какими-то мерзкими существами. По-моему, гуманоидами. Или скорее негуманоидами.

Гваатх немедленно обиделся. Поднявшись во весь свой трехметровый рост, парагаранец шумно ударил себя кулаком в грудь и проревел:

— Ты хочешь меня обидеть, друг? Гваатх тоже гуманоид. Значит, Гваатх, то есть я, мерзкий?

Волк усмехнулся, высунув шершавый красный язык, и добродушно ткнулся приятелю носом в колено.

— Не забывай, Гваатх, я — негуманоид. Но разве я говорю о нас с тобой? Мы с тобой — совсем другое дело, мы — теплокровные. А здесь проходили существа, похожие на ящеров.

— А-а… это другое дело. Терпеть не могу ящеров! Гваатх, то есть я, любит хватать этих тварей за хвост и ка-ак хрястнуть об дерево или там об стену! Бывало…

Чейн хмуро посмотрел на своих спутников.

— Да замолчите вы оба, — негромко произнес он. — Гваатх, я уже начинаю жалеть, что взял тебя в этот поход. Перестань трепаться, а лучше навостри свои чуткие уши. Надо быть начеку. Народ здесь простой: как увидит чужаков, палит без разбора из всех пушек.

Гваатх тотчас присмирел. К изумлению Чейна, он вдруг опустился на корточки и стал напоминать огромного мохнатого пса. Пошевелив своими большими отвислыми ушами, парагаранец сказал:

— Там, за скалами, кто-то есть. Идет пальба. Гваатх, то есть я…

— Короче, — сурово осек его Чейн.

— Э-э… Там человек двадцать… А ящеров штук пятьдесят, не меньше… Ящеры окружили людей и убивают их.

Рангор с уважением посмотрел на друга.

— Неужели у тебя такой тонкий слух? Я тоже слышу стрельбу, шаги людей и шипенье ящеров, но не могу сказать, сколько их.

— У меня не слух. У Гваатха… в общем, люди как-то мудрено это называют.

Чейн присвистнул от удивления. Он и не подозревал, что парагаранцы, одни из самых примитивных жителей Отрога Арго, обладают какими-то особыми органами чувств.

— Ладно, проверим, — заметил он, снимая с плеча автомат. — Только не лезьте в драку без моего приказа. Нам начхать на местные разборки. А вот какого-нибудь местного человечка взять за шиворот надо. Не может быть, чтобы он ничего не слышал про Банга!

Маленький отряд спустился на дно расщелины по узкой, обрывистой тропинке и направился в сторону скал. Гваатх бодро топал вслед за ним на своих четырех лапах. Наверное, ему нелегко было держать язык за зубами, но мохнатый парагаранец крепился изо всех сил. «Ничего, пускай привыкает, — с усмешкой подумал Чейн. — Конечно, вдвоем с Рангором мне было бы спокойнее, но ведь в Клондайке Гваатха на цепь не посадишь. Да и обиделся бы он на меня смертельно, если бы я не взял его и на этот раз. Ничего, умница Рангор за ним присмотрит…»

Расщелина сделала очередной крутой зигзаг, и волк негромко предупредил:

— Впереди труп… несколько трупов.

— А вот я ничего такого не чувствую… — тут же засомневался Гваатх, но варганец, резко повернувшись, выразительно показал ему кулак, и тот заткнулся.

Чейн сжал в руках автомат, чуть согнулся и стремительно побежал по каменистому дну, почти не издавая шума. За обломком огромной скалы перед ним открылось ужасное зрелище. Несколько человек были разорваны буквально на клочки, а их останки разбросаны во все стороны. Неровные стены расщелины покрывали засохшие пятна крови.

Рангор тихо рыкнул, с отвращением глядя на следы ужасного побоища. Гваатх же с урчанием подобрал среди камней чью-то оторванную ногу и шумно ее понюхал.

— Даже не думай сделать это, — холодно предупредил его Чейн. Гваатх вздохнул.

— Понимаешь, когда я становлюсь на четвереньки, у меня в голове мозги ползут куда-то набекрень, — виноватым тоном объявил он. — Ведь мы, парагаранцы, еще не так давно жили в лесу словно звери!

— Тогда лучше встань на задние ноги, — посоветовал Чейн. — Целее будешь. Людоедства я не потерплю, брюхо ты ненасытное!

Он наклонился и поднял с земли небольшой предмет из кожи, растоптанный чьими-то мощными лапами. Приглядевшись, молодой варганец потерял дар речи.

Он держал в руках остатки… дамской сумочки! В одном из ее отделений сохранились обломки пудреницы, а в другом — осколки флакона из-под духов.

Понюхав их, Чейн вздрогнул. Нельзя сказать, чтобы он был так уж наповал удивлен. Напротив, он тайно ждал чего-то подобного, хотя сам себе не решался в этом признаться.

Этот сладковатый, тонкий запах был ему знаком.

Мила Ютанович, личный агент Рендвала, нахальная рыжеволосая девица с завораживающими, то и дело меняющими цвет глазами, совсем недавно прошла этой дорогой. Конечно же, она опять ринулась в самое пекло, изображая из себя любопытную журналистку или еще бог знает кого!

Чейн так заволновался, что его мохнатые друзья не преминули заметить это. Они недоуменно переглянулись, однако не рискнули задавать лишние вопросы.

Варганец, словно серна, стал носиться вокруг арены кровавого побоища, что-то разыскивая. Через несколько минут он вернулся и, тяжело дыша, присел на валун.

Гваатх подошел к остаткам сумочки, понюхал ее и заявил:

— Если ты ищешь этого… эту самку, то она жива. Она стреляет там, за скалами, и громко ругается. Да еще как ругается! Даже Гваатх, то есть я, таких слов не знаю.

Чейн с надеждой посмотрел на парагаранца. Вскочив на ноги, он крикнул:

— Тогда нам надо спешить!

Рангор усмехнулся, добродушно глядя на своего молодого друга

— Кажется, ты не хотел ввязываться в местные разборки, Морган, — напомнил он. Чейн только рукой махнул.

Дальнейший путь до самых скал они проделали бегом. Когда расщелина закончилась, им пришлось пробираться среди леса каменных исполинов. И здесь уже стало окончательно ясно, что где-то впереди находится не что иное, как кладбище погибших кораблей.

Причина его возникновения была необычна. Многие десятилетия на Арку шла жестокая борьба между сторонниками и противниками закрытости миров Альбейна. Врея и ее друзья настаивали на том, что Свободное Странствие должно стать достоянием всей галактики, ибо только оно могло подарить людям и нелюдям ощущение безграничной свободы. Хелмер и его сторонники, напротив, считали эту установку дьявольской машиной, способной уничтожить население планеты без всяких войн. Хелмер предупреждал, что таинственное изобретение древних аркунцев может оказаться для слабых духом более губительным соблазном, чем самый страшный наркотик.

Хелмер погиб от руки Чейна на склонах Конической горы. Врея и ее сторонники торжествовали, но недолго. Прошло всего лишь несколько месяцев, и от одержанной победы осталось похмелье. К Арку со всех соседних звездных систем ринулись десятки звездолетов, плотно набитых людьми и нелюдьми, жаждущими обрести бессмертие. Среди них было множество безнадежно больных, стариков, авантюристов, преступников и просто любителей острых ощущений.

Толпы пришельцев бросились к Конической горе. Начался хаос. Правительство Арку вынуждено было разместить в долине войска. Непрошеным гостям предложили вернуться домой, но те предпочли отойти в горы Там нелегалы немедленно стали сбиваться в банды, пытаясь выжить в суровых условиях.

А корабли все шли и шли к Арку. Военные пытались всеми путями поворачивать их назад. Однако часть звездолетов все же пробивалась к Конической горе, и тогда правительство отдало жестокий приказ: уговаривать непрошеных гостей лишь до тех пор, пока корабли не окажутся в опасной близости от горы, а затем просто сбивать их!

Чаще всего обломки звездолетов падали в двадцати километрах от Конической горы, в узкой долине, огражденной с трех сторон неприступными склонами. Нелегалы прозвали ее Хреновым ущельем. Именно там, занимаясь обычным мародерством, они добывали большую часть своего пропитания. Там же, среди обгоревших обломков кораблей, можно было найти оружие, одежду и вообще все, что угодно. Но жаждущих дармовых подарков с небес было слишком много, а потому в Хреновом ущелье ни на день не затихала жестокая война всех против всех.

Теперь здесь, среди скал, Чейн и его спутники наткнулись на следы нескольких побоищ. Сначала им начали попадаться под ноги стреляные гильзы и осколки гранат. На поверхности скал то здесь, то там появились глубокие обожженные канавки.

Чейн провел пальцем по одному из таких «рубцов» и покачал головой.

— Тут здорово палили из лазерных ружей, — заметил он. — А вот следы от скорострельных пушек! Но это было давно…

Вскоре они наткнулись на вездеход. Он был подбит прямым попаданием кумулятивного снаряда, а потому вся его передняя часть напоминала кочан капусты. Волк тихо завыл, почуяв запах разлагающейся плоти. Гваатх же, напротив, приободрился. Он вновь встал на задние лапы и с интересом засунул голову в большую дыру в бронированной кабине.

— Вижу троих гуманоидов, — объявил он, помахивая коротким, словно бы обрубленным хвостом. — Зеленых таких, вроде огурцов на длинных ножках. Когда Гваатх, то есть я, был рабом на Скеретхе и строил Большой Мозг, то он, то есть я, видел таких пару раз. На первый взгляд плюгавые парни, соплей перешибешь, а силенка есть! Они у нас релейные блоки таскали, каждый по полтонны весом. Помню…

— Дохлые? — пошевелив ушами, спросил Рангор.

— Еще бы!

— Тогда чего ты там застрял?

— Ну интересно же!

Чейн тем временем пытался снять с вездехода длинноствольный пулемет. Ему пришлось приложить всю свою варганскую силу, чтобы выдрать оружие из турели. К его радости, контейнер с боеприпасами был почти полон.

— Эй, Гваатх, хватит глазеть, — тяжело дыша, сказал он. — Взвали эту штуку на плечо, а контейнер возьми под мышку. Пригодится…

Дальше путь через скалы оказался еще более тяжелым. По-видимому, именно здесь находились наиболее удобные подходы к Хреновому ущелью, и потому нелегалы зачастую устраивали между каменных исполинов засады друг другу. Сгоревшие и подбитые машины самых невероятных видов попадались через каждые десять-двадцать метров. Еще больше было брошенного оружия, к сожалению, совершенно негодного. Стали попадаться и остатки трупов, в основном гуманоидов. Иногда среди камней встречались и пустые контейнеры из-под концентратов, разбитые генераторы, рации, оптика и прочие вещи, унесенные с кладбища погибших кораблей. Однажды в расщелине скалы, метрах в пяти над землей, Чейн углядел огромный белый холодильник, явно похищенный с корабельного камбуза. Он весил тонны полторы, и просто невозможно было представить, кто же сумел забросить так высоко эту железную махину? Да и зачем она могла понадобиться нелегалам здесь, в горах?

Маленький отряд постепенно приближался к своей цели. Наконец уже и Чейн услышал отзвуки далекого боя. Помрачнев, он еще больше ускорил шаг. Мысль о том, что Мила находится в опасности, выводила его из себя. Направляясь на Арку, он ожидал, более того, жаждал этой встречи, но не при таких обстоятельствах…

Наконец скалы стали редеть, и путники оказались на краю огромного длинного ущелья, окруженного неприступными стенами заснеженных гор.

Осторожно выглянув из-за иззубренного основания невысокой скалы, напоминавшей сломанный клык, Чейн увидел потрясающую панораму. Ущелье было завалено обломками по меньшей мере полусотни звездолетов, начиная от маленьких яхт и кончая огромными пассажирскими лайнерами. Некоторые из них чуть ли не наполовину врылись фюзеляжами в рыхлую почву, другие хаотично лежали друг на друге, словно деревья после урагана. И тем не менее среди всего этого стального бурелома виднелись лабиринты дорог, то узких, словно тропинки, то просторных, будто проспекты. По-видимому, мародерство в Хреновом ущелье было поставлено на широкую ногу и велось с применением самой разнообразной техники. Да и как иначе пробраться через железные джунгли?

Бой шел в восточной части долины. Там между двух разбитых вдребезги крейсеров чуть ли не вертикально стоял потрепанный грузовик, задрав к небу помятое хвостовое оперение. Судя по всему, этот корабль упал в ущелье совсем недавно. Наверное, из-за него и воевали мародеры.

Среди громадных обломков то здесь, то там скользили крупные серые ящеры с плоскими головами и шестью парами лап. Две передние из них выполняли функцию рук, так что ящеры могли вести огонь сразу из двух автоматов или трех-четырех бластеров. Беспрерывно стреляя, ящеры постепенно сжимали смертоносное кольцо вокруг грузовика.

Обороняющиеся вели из корабля беспорядочный ответный огонь. Судя по всему, у них были проблемы с боеприпасами. Спасало лишь то, что несколько стрелков сумели пробраться наверх, в двигательный отсек, и стреляли через пробоины возле выхлопных дюз. С большой высоты ящеры были видны как на ладони, и это обстоятельство заметно охлаждало пыл нападавших.

Но и у ящеров имелись свои веские козыри. Во-первых, их было явно раза в три больше, чем оборонявшихся в грузовике. А во-вторых, они буквально на глазах меняли свою расцветку, перебираясь с места на место.

— Ну и мимикрия… — пробормотал Чейн. — Ладно, разберемся. Гваатх, давай пулемет.

Парагаранец с готовностью сбросил с плеча тяжеленное оружие, чуть не придавив стоявшего рядом Рангора. Волк едва успел отпрыгнуть в сторону.

— Болван неуклюжий… — прошипел Чейн. — Поставь сюда ящик с патронами… Да не на ногу мне, а левее!

Он кое-как пристроил пулемет среди двух камней, а затем достал из ящика ленту с боеприпасами.

— Может, лучше нападем на ящеров сзади, без шума? — предложил Рангор. Чейн хмыкнул:

— Нет, медлить нельзя. Эти твари скоро доберутся до грузовика, и тогда людям труба. Мы просто не успеем через стальные лабиринты пробраться к месту боя… Придется дать знать о себе парой очередей!

Чейн прицелился в тех ящеров, что приблизились к грузовику уже почти вплотную, и выстрелил несколькими короткими очередями. Расстояние до целей составляло не менее шестисот метров, и варганец особенно не обольщался. Так и получилось: большая часть пуль ушла в «молоко», и лишь одна случайно попала в основание скрюченной металлической балки. Та неожиданно рухнула, придавив шипастый хвост одной из тварей.

Однако эффект от пулеметных очередей оказался все же заметным. На некоторое время на поле боя воцарилось затишье. По-видимому, обе стороны пытались понять, кто и откуда стрелял и чего теперь ожидать от непрошеных гостей.

Усмехнувшись, Чейн повернул ствол пулемета вниз, нацелив его на дальние от грузовика ряды нападавших.

На этот раз старания варганца не пропали втуне. Ему удалось убить или ранить около десятка ящеров. Поняв, что к ним невесть откуда прибыла помощь, оборонявшиеся в грузовике люди возобновили огонь с удвоенной силой.

— Ну, теперь пойдем врукопашную! — крикнул Чейн, отбрасывая в сторону дымящийся от перегрева пулемет. — Только учтите, ящеры вооружены и стреляют сразу с трех рук!

Волк бесшумной тенью скользнул к довольно широкой спиральной дороге, идущей вдоль крутого склона долины. Гваатх зарычал, обнажив острые клыки, и тяжелыми прыжками понесся за ним вслед. А Чейн поступил иначе. Он достал из рюкзака моток тонкой, но очень прочной веревки, обвязал ее конец вокруг основания скалы, а затем бесстрашно прыгнул в пропасть.

Едва он приземлился на кормовой части одного из погибших звездолетов, как рядом с ним просвистели пули. Чейн улыбнулся — именно на это он и надеялся. Ящеры поняли, что вскоре окажутся между двух огней, и забеспокоились Это давало шансы на спасение оборонявшимся в грузовике людям.

Не теряя драгоценного времени, Чейн спрыгнул с десятиметровой высоты на землю и побежал между вздыбленных, перекореженных обломков кораблей. Очень скоро он убедился, что намеченный путь далеко не столь удобен, как казалось сверху. То и дело на его пути возникали груды изломанного железа, за которым ящерам было очень удобно устроить засаду. Каждую секунду он ожидал роковых выстрелов, но вокруг было тихо. По-видимому, ящеры просто не успели перегруппировать свои силы.

Когда впереди показался странный шарообразный корабль, от удара о землю сплющенный чуть ли не всмятку, Чейн на ходу достал из-за пояса один из двух десятков варганских кинжалов. И почти сразу же пустил его в ход, метнув влево, в сторону расколотого пополам цилиндрического двигателя. Чутье Звездного Волка спасло ему жизнь — из-за двигателя, шатаясь, вышел ящер, держась передними лапами за окровавленное горло, и рухнул навзничь.

Но Чейн уже не видел этого, поскольку в то же мгновение по нему начали стрелять сразу с трех сторон.

Ящеры выбрали очень удобные позиции среди обломков огромного лайнера: двое слева от дороги, а один — справа. Пытаясь наверняка разделаться с опасным гостем, они пустили в ход бластеры.

Воздух запылал от ослепительных лучей, скрестившихся над Чейном. Еще мгновение — и они сожгли бы молодого вар ганца заживо. Лишь невероятным усилием ему удалось совершить отчаянный прыжок в сторону и приземлиться за вздыбленной металлической панелью. Она закрыла варганца от двоих противников слева, но тот, что был справа, мог успеть совершить роковой выстрел. Чейн ожидал его, еще летя в воздухе, но выстрела так и не последовало. Вместо этого откуда-то сверху донесся отчаянный визг и торжествующий рык Рангора.

Чейн больно ударился боком о какие-то острые металлические детали, однако на его лице вместо гримасы боли появилась довольная улыбка. Волк подоспел вовремя! Ну, теперь тем двоим ящерам надо молиться своим мерзким божкам…

Сдернув с плеча автомат, Чейн переключил его на одиночные выстрелы и, выскочив из-за преграды, ринулся к останкам гигантского лайнера. Ящеры тут же начали палить из бластеров, но напрасно. Варганцу не составляло большого труда увернуться от ослепительных лучей — зато он теперь ясно видел, где скрываются противники. Он сделал только два точных выстрела, и этого оказалось достаточно.

Не останавливаясь, Чейн помчался в сторону шарообразного корабля. Забравшись по его смятому корпусу наверх, он увидел все поле боя словно на ладони.

Ящеры разделились на две группы. Одна продолжала обстрел засевших в грузовике людей, а другая, бОльшая, развернулась и заняла круговую оборону, готовясь встретить огнем неведомого врага. Негуманоиды искусно спрятались среди искореженных железных обломков, так что стрелять по ним сверху было бесполезно.

Чейн задумался. Бой обещал стать затяжным и позиционным. Все это никак не входило в его планы. К тому же не было никаких доказательств того, что Банг и Мила находятся там, в грузовике. Рисковать просто так, за здорово живешь, глупо. Нет, надо что-то придумать…

Рука Чейна инстинктивно потянулась к внутреннему карману куртки, где находилась пачка сигарет с сейго — крепким табаком с небольшим наркотическим действием. Но пальцы его наткнулись на еще одну плоскую коробочку.

Варганец улыбнулся с явным облегчением. Как же он мог забыть, что недавно позаимствовал эту коробочку у рыжего Мика? Она могла сейчас весьма пригодиться!

Включив мини-передатчик, настроенный на специальную волну ВР, Чейн стал ждать. Через несколько секунд на передней панели замигала красная лампочка. Чейн торопливо нажал на кнопку «связь».

— Мила, ты слышишь меня? — негромко произнес он, не сводя настороженных глаз с диспозиции противника.

— Кто это? — послышался знакомый голос. — Дьявол, да это же Чейн! Или я ошибаюсь?

— Не ошибаешься, красавица. Вот видишь, как я соскучился по тебе. Даже вернулся в Отрог Алламара только ради того, чтобы вновь увидеть твою очаровательную мордашку.

Мила недоверчиво фыркнула:

— Ну как же, так я тебе и поверила. В жизни не встречала мужчины, который смотрел бы на меня без сексуального блеска в глазах. Ты — единственное исключение. Нежели только твоя бедная Врея…

— Оставим эту тему, — нахмурившись, прервал агента ВР Чейн. — Банг с тобой?

— Вернее, это я с ним и его бандой, — уточнила Мила.

— И ты по-прежнему изображаешь из себя журналистку?

— Вроде того. Еле уговорила этого чурбана провести меня в Хреновое ущелье и получила по дороге массу незабываемых впечатлений… Чейн, признайся, тебя послал Рендвал?

— Разумеется, а кто же еще? — солгал Чейн. — Твой красавчик-шеф знает, что на Арку я чувствую себя словно рыба в воде. К тому же адмиралу стало надоедать, что его агенты гибнут здесь будто мухи.

— Тогда тебе известно мое задание?

— Конечно! — продолжая блефовать, с энтузиазмом воскликнул Чейн. — Вместе мы с ним запросто справимся. Нам дается на это три… нет, пять дней. И ни минутой больше.

— Тогда не трать время — выручай!

— Ладно, рискну своей задницей. Только сообщи Бангу, чтобы он и его парни не палили без разбору. Кстати, со мной в операции участвуют два мохнатых негуманоида.


Содержание:
 0  вы читаете: Ущелье погибших кораблей : Сергей Сухинов  1  Глава 1 : Сергей Сухинов
 2  Глава 2 : Сергей Сухинов  3  Глава 3 : Сергей Сухинов
 4  Глава 4 : Сергей Сухинов  5  Глава 5 : Сергей Сухинов
 6  Глава 6 : Сергей Сухинов  7  Глава 7 : Сергей Сухинов
 8  Глава 8 : Сергей Сухинов  9  Глава 9 : Сергей Сухинов
 10  Глава 10 : Сергей Сухинов  11  Глава 11 : Сергей Сухинов
 12  Глава 12 : Сергей Сухинов  13  Глава 13 : Сергей Сухинов



 




sitemap