Фантастика : Космическая фантастика : Другая половина моей души : Гэрет Уильямс

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46

вы читаете книгу

Альтернативный мир «ВАВИЛОНА 5».

Вы никогда не задумывались от какой случайности зависело прекращение войны Земли с Минбаром. Не задавались вопросом: «А что было бы, если бы минбарцы не остановились?» Эта книга и является описанием такого развития событий. Это мир, в котором Минбар уничтожил Землю, а остатки человечества продолжают безнадежную войну. Тот же самый космос, те же самые войны, те же самые расы и персонажи. Но всё как будто отразилось в темном и кривом зеркале. Враги стали друзьями, друзья — врагами. События развиваются абсолютно непредсказуемо. Над галактикой нависла угроза Великой Войны и непонятно, кто станет на чью сторону.

Начиналась новая эра в истории Человечества. Мы знали о том, что она приближается, но знали также и то, что нам не суждено увидеть её рассвет. Десять лет мы были расой отверженных. Мы оказались лишены родины и рассеяны по бескрайней Вселенной. Десять лет нашей единственной надеждой был один-единственный корабль, и один-единственный человек. Но даже эта надежда была несбыточна, ибо мы были слабы, а минбарцы всесильны. Но потом мы встретили древнюю расу, чьё могущество превосходило наши самые невероятные предположения. Не потребовав ничего взамен, они предложили нам свою помощь. Мы не понимали тогда, что самая дорогая цена — та, что кажется самой ничтожной, и что больше всего тайн у того, кто ничего не скрывает. Но когда на карту поставлена судьба человечества, кто станет сомневаться в том, что друг — это друг, а враг — это враг? Наша величайшая надежда могла обернуться нашим величайшим проклятием, а наш заклятый враг — самым верным другом. Из личных дневников командора Дэвида Корвина.

Часть 1

Темное, кривое зеркало

Глава 1

— Минбарский крейсер приближается, капитан, — напряженно сказал командор. Он посмотрел в лицо капитану в надежде вновь увидеть то чудо, свидетелем которого он когда-то был. Но глаза капитана были пусты и холодны. Почти мертвый взгляд…

— Капитан?

Капитан Джон Шеридан внезапно вернулся к действительности.

— Вести рассредоточенный огонь. Заставьте их отойти. Немного.

Они не могли, разумеется, брать на прицел минбарские корабли, но были и другие способы. Всегда были другие способы.

— Есть, сэр.

Командор привычной рукой взялся за управление огнем. Он всегда был талантливым стрелком и, несмотря на свою молодость, был одним из лучших стрелков на борту корабля Земного Содружества «Вавилон». За исключением лишь самого капитана, разумеется.

Эффективность рассредоточенного огня была, конечно, невелика. Неспособность целиться в минбарские корабли делала их задачу чрезвычайно сложной, но никто из них не собирался сдаваться только потому, что враг был лучше оснащен, лучше вооружен и имел массу других преимуществ перед ними. Как сказал однажды капитан: «Они тоже терпят поражения. И им от этого только больнее, чем нам».

— Уже есть какие-нибудь признаки попаданий, Дэвид? — спросил Шеридан. Он сидел в своем кресле. В последние дни он почти не покидал его.

— Непонятно, — отозвался командор. — Они пока слишком сильно забивают наши сенсоры, чтобы можно было что-нибудь разглядеть. Лейтенант?

— Они теряют скорость, и их оружие, кажется, не более эффективно, чем наше.

— Что ж, — пробормотал Шеридан, — возможно, эта защитная система, которую нам продали нарны, все-таки работает. Как там двигатели гиперперехода, Стивен?

— Нужно еще минут десять.

— Черт! Ну и хорошо. Продолжай вести рассредоточенный огонь, Дэвид.

Иногда у командора бывали большие проблемы с тем, чтобы понять, о чем думает капитан Шеридан, но сейчас дело обстояло наоборот. Казалось, капитан жил для того, чтобы сражаться, становясь самим собой лишь в пекле битвы. Командор слышал, что минбарцы все еще называют Шеридана Звездоубийцей после его победы над «Черной Звездой».

Такое забыть нельзя.

— Капитан! — раздался голос лейтенанта. — Потеря целостности корпуса в районе кормовых палуб почти до 30 %. Минбарский крейсер, наконец, получил повреждения. Кажется, задеты передние двигатели.

Капитан Шеридан кивнул.

— Хорошо. Прикажите всем истребителям обстреливать передние двигатели минбарца. Пусть нанесут столько повреждений, сколько смогут, но убираются оттуда через минуту. Дэвид, приготовьте термоядерную бомбу.

«Он выглядит таким компетентным и собранным, — думал командор. — Готов к любым неожиданностям. Ни следа паники. Ни черточки страха». — Командор полагал, что знал, почему это всегда так. Капитан потерял слишком много в этой войне, чтобы у него мог оставаться страх за собственную жизнь.

— Истребители отходят, — воскликнул лейтенант. — Крейсер готовит к залпу передние батареи!

— Запустить бомбу и начать маневры уклонения. Заводите эту бомбу прямо в него!

Командор знал, что в самом пекле битвы наступает момент, когда кажется, что время как будто замедляет свой ход. В такое мгновение возникает чувство, что неопределенность, разрешающаяся либо неотвратимой гибелью, либо провозвестьем новой жизни, длящаяся считанные секунды, ощутимо растягивается во времени. Через какое время крейсер сумеет выстрелить? Сколько понадобится бомбе, чтобы достигнуть цели, ставшей видимой благодаря повреждениям?

— Бомба пошла, капитан, — сказал лейтенант. Он тоже чувствовал длительность этих мгновений. Командор стиснул кулаки. Прошла очень долгая секунда.

Вдруг пол покачнулся и дрогнул под их ногами. Сперва командор подумал, что минбарский корабль успел выстрелить, но потом прошла еще одна долгая секунда, и он понял, что бомба сработала.

— Так, — тихо прошептал он. — Похоже, что нарнская технология все-таки работает.

Он огляделся. Никто не радовался победе. Да, в этот раз они уничтожили врага, но что одна эта победа значила на фоне всеобщего и полного разгрома? Они все потеряли так много в этой войне. Слишком много.

— Всем истребителям вернуться в ангары! — громогласно приказал капитан. — Наши гипердвигатели уже действуют? Хорошо. Открывайте точку перехода, как только все Старфьюри вернутся. Ближайшая тихая гавань, в которой мы можем укрыться — Вега 7, так что берите курс на нее. Запускайте все ремонтные боты, что у нас есть, и приступайте к устранению повреждений.

— Есть, капитан.

— Ну что ж, в этом году нам, видимо, придется веселее, чем в прошлом, — со злостью произнес Шеридан.

— Но ведь мы все еще живы, не так ли?

— Если вы можете называть это жизнью. И к тому же, пока лишь середина января. У меня предчувствие насчет этого года, мистер Корвин. Мне кажется, что 2258-й станет годом, который изменит все. Что там, лейтенант Франклин?

— Все Фьюри вернулись, капитан.

— Хорошо. — Капитан Шеридан, по прозвищу Старкиллер, задумчиво кивнул головой. Эта война шла уже очень долго. Десять лет — это слишком долгий срок. — Хорошо.

* * *

— Другая половина нашей души, — прошептала минбарская женщина. — Другая половина нашей души…

Она расслабленно откинулась и тихо вздохнула. Сколько времени она уже провела здесь? Несколько дней, но предсказания Валена оставались столь же туманны и неясны, как тогда, когда она лишь приступала к их изучению. По правде говоря, теперь в них виделось даже меньше смысла, чем раньше. Но она сознавала, почему она предпочитает находиться здесь, на Минбаре, вчитываясь в древние пророчества до темноты в глазах. Для нее это было проще, чем присутствовать на Сером Совете.

— Тебе надо отдохнуть, — раздался строгий и непреклонный голос.

Она подняла взгляд и изнуренно улыбнулась. У Драала всегда было на нее большое влияние. Лучший друг ее отца, он был тем единственным, что оставалось у нее в память о нем.

— Ты провела здесь слишком много времени, Деленн.

— Когда я была маленькой, ты бранил меня за то, что я не желала долго учиться, — ответила она с искорками веселья в глазах.

— То было давно, и, кроме того, вспомни, что важной прерогативой взрослых является способность произвольно менять настрой своих мыслей. Тогда ты все время мечтала, глядя в это окно, застыв, как статуя из кристалла. А теперь ты все время работаешь. Пророчества пребывали с нами тысячу лет, Деленн. Ты не сможешь постичь их все за одну ночь.

— Я могу попытаться, и к тому же, четырнадцать циклов — это далеко не одна ночь, мой старый друг.

— Я думал, что ты уже могла бы кое-что понять.

Он присел рядом с ней, оглаживая маленькую бородку, которую он носил. Странное обыкновение, почти что центаврианское.

— Ты не в состоянии познать всю Вселенную сама, Деленн. Нерун пытался убедить тебя в этом, помнишь?

Она неожиданно встрепенулась и резко поднялась на ноги.

— Неруна больше нет с нами, Драал! Он сделал свой выбор.

— Как и ты. Но тот факт, что вы разошлись мирно, еще не означает, что вы выбрали верные пути.

Драал бывал невыносим в такие моменты, но Деленн знала, что ее решение было верным. У Неруна был свой собственный путь, по которому он пошел, у нее — свой. Где бы сейчас ни был Нерун, она надеялась, что с ним все в порядке.

— Возможно, ты прав, — сказала она. — Возможно, мне нужен отдых.

Она плавно повела рукой над сердцем, склонив голову. Ритуальный жест, но она сделала его так нарочито, вложив в него столько гнева и чувства утраты, словно это простое движение отзывалось в ней болью.

Она знала, что Драал смотрел ей вслед, когда она выходила из библиотеки, но это ничуть не раздражало ее. Его присутствие она ощущала как… своего рода поддержку. Временами он напоминал ей отца.

Вид солнца Минбара, отражавшегося в изломах кристаллических гор, никогда не переставал потрясать ее, так же, как и сейчас. Но несмотря на то, что и теперь она была ошеломлена их красотой, это не приносило ей утешения.

Она увидела стоявшего неподалеку послушника в белом одеянии и вздохнула.

— Похоже, что дела найдут тебя везде, — заметил Драал, выходя из библиотеки и присоединяясь к ней. — Всегда помни третий принцип просветленной жизни, Деленн.

— Я помню, — ответила она, мягко улыбаясь. — Готовность к самопожертвованию, сознательная способность пренебречь инстинктом самосохранения ради благого дела, ради друга, ради любимых.

— И маленькие жертвы значат столько же, сколько большие.

— Я знаю, знаю.

Послушник по имени Ашан, шагнул вперед со склоненной головой, как того требовал этикет при разговоре с членом Серого Совета.

— Сатаи Деленн, Серый Совет просит вашего присутствия.

— Продолжение споров о рейнджерах, как я полагаю.

— Бранмер был великим человеком, — тихо сказал Драал. Они были настоящими друзьями с Бранмером.

— В нашей истории было много великих людей, — отозвалась Деленн. — И все они мертвы.

— Смерть рано или поздно забирает всех нас.

— Слишком уж часто это происходит рано.

Деленн взглянула на Ашана.

— Мы не можем заставлять Совет ждать. Я возьму За-Лен и полечу к резиденции Совета. Благодарю вас, Ашан.

Деленн бросила последний, прощальный взгляд на сверкающие переливы отражающегося от изломов кристалла света и грустно улыбнулась. Все менялось, и не к лучшему. Она вдруг поежилась, потуже запахнула свое одеяние и пошла к своему кораблю.

* * *

— Я сердечно благодарен вам за вашу поддержку, администратор На'Фар, — говорил Шеридан. — С вашей помощью ремонт займет всего лишь около двадцати четырех часов, после чего мы сразу же уйдем.

— Вы здесь всегда желанный гость, капитан Шеридан, — ответил нарн, как обычно, медленно и тщательно выговаривая слова. Может быть, На'Фару и не хватало амбициозности и безжалостности, чтобы подняться выше в иерархии Кха'Ри, но у него был острый ум и внимание к деталям, что и сделало его отличным кандидатом на пост главы колонии, даже такой маленькой и незначительной, как эта.

— Мы все в огромном долгу перед вами. Вы очень помогли нам в битве с центаврианами при Гораше 15. Мне самому довелось быть там.

— Да, я знаю.

Вот ведь каковы они, эти нарны! Верные союзники, когда дело касается лишь вежливости и взаимного подхалимажа, но когда речь заходит о том, чтобы получить от них корабли, мины или высокоскоростные термоядерные бомбы, это оказывается «не отвечающим политическим перспективам» или «требующим больших сумм на покрытие накладных расходов». Они даже и не заикались о больших суммах денег или политических перспективах, когда он привел «Вавилон» в битву при Гораше 15, или возил продовольствие на Фраллус 12, или провел ту последнюю, отчаянную и бессмысленную атаку на центавриан в секторе 37.

«Хватит скулить по пустякам — мысленно приказал себе Шеридан. — Все-таки, до известной степени, они были полезными союзниками. По крайней мере, они дали нам убежище от минбарцев, и даже время от времени продают нам лишнюю термоядерную бомбу или небольшой крейсер. Лучше быть в союзе с ними, чем вообще ни с кем».

— Еще раз спасибо вам за помощь, администратор. Мое правительство высоко ценит все, что вы делаете для нас.

— Пустяки, капитан Шеридан. Не соизволите ли вы вместе с несколькими членами вашей команды спуститься на поверхность и отдохнуть здесь? Мне бы очень хотелось встретиться с вами лично.

— Что ж, благодарю за приглашение, администратор. Это будет честью для меня. Увидимся с вами через один стандартный час.

— До встречи, капитан.

Лицо нарна исчезло с экрана, и капитан Шеридан со вздохом откинулся в кресле. Было в нарнах что-то такое, что ему определенно не нравилось. Он не мог сказать точно, что это было, но его всегда раздражала необходимость пресмыкаться перед ними, чтобы получить помощь. Может быть, дело именно в этом. Ему не следовало бы пресмыкаться перед нарнами. Ему не следовало бы прилетать на земную колонию и запрашивать разрешение, чтобы выйти на орбиту. Черт возьми, ему не следовало бы прилетать на земную колонию, где людьми правят нарны, люди работают на нарнов и платят им налоги.

С другой стороны, если бы нарны не взяли так быстро под контроль Вегу 7 и другие колонии после Битвы на Рубеже, минбарцы могли бы обратить свое внимание на них, и превратить эти планеты в безжизненные скалы, так же, как они поступили с Землей.

Капитан Шеридан не был на Земле более четырнадцати лет, и теперь он уже никогда не сможет побывать там. Минбарцы содрали с нее атмосферу, испарили океаны и уничтожили все живое на планете.

Он часто слышал от разных людей — Корвина, Анны, генерала Хейга, что у него не было возможности появиться там пораньше и сделать хоть что-нибудь, но он должен был быть там, хотя бы для того, чтобы умереть вместе со всеми.

И кто он такой теперь? Лидер сопротивления, герой, демон, массовый убийца, Старкиллер, муж, отец или просто человек, не знающий, когда ему прекратить сражаться в войне, в которой он не может победить?

— Командор Корвин, я собираюсь спуститься на планету, для личной встречи с администратором На'Фаром. Не желаете ли присоединиться?

— Боюсь, что я сильно занят здесь, капитан, — ответил Корвин. В его голосе не чувствовалось искренности. Корвин любил нарнов еще меньше, чем Шеридан.

— Хорошо. Лейтенант Франклин, вызовите лейтенантов Кеффера и Конналли. Мы полетим на планету вчетвером и пообщаемся с парой-тройкой нарнов.

— Есть, капитан.

Франклин был не похож на счастливого человека, но в эти дни никто не был по-настоящему счастлив.

Администратор На'Фар. Нарн, управляющий колонией людей. Шеридан никогда не предполагал, что такая встреча состоится.

* * *

— Гады, рептилии, паразиты! Надо зашвырнуть их всех обратно в ту яму, откуда они повыползали, вот!

— Маркус. Ты пьян.

— Конечно, именно так, или весь этот прекрасный… а, неважно, что там было… я пил зазря.

Джозеф Коул нежно взглянул на свою жену Кэтрин, которая в ответ лишь улыбнулась и пожала плечами. Ее жест все сказал — он твой брат, и, следовательно, твоя проблема.

— Да все эти нарны ненамного лучше минбарцев. О да, и центавриане тоже. Эти их нелепые прически. Интересно, они понимают, какими идиотами выглядят?

Джозеф поднялся на ноги и подошел к своему младшему брату, который дико размахивал руками.

— И дрази тоже! Не знаю, пытался их кто-нибудь научить, как связать два слова, или нет. Это на самом деле не так уж и сложно. Нет, Джо, оставь меня в покое.

— Маркус, если ты будешь продолжать так оскорблять инопланетян, ты влипнешь в драку.

— Нормально, давай их всех сюда.

К счастью для Маркуса, в баре в этот момент были только люди. Нарны предпочитали свои заведения, а других неземлян на этой планете было крайне мало. Про Вегу 7 и в ее лучшие времена нельзя было сказать, что она кипит деловой активностью.

Кэтрин заметно вздохнула.

— Ну вот, опять.

— Он просто пьян, вот и все. На самом деле, он не ничего такого не имеет в виду.

— Он всегда пьян, Джо. Он работает на шахте весь день и пьет всю ночь. Однажды он наложит на себя руки. Если раньше его не прикончит какой-нибудь нарн.

— Я знаю, знаю, но… Его ведь можно понять. Нелегко жить под нарнами. С самой-то войны.

— Я знаю, что наши дела здесь обстоят не самым лучшим образом, но ты ведь не позволишь Маркусу вылететь в трубу. Ты же знаешь, я тоже отношусь к нему заботливо.

Джозеф повернулся к своему брату, мявшему свои волосы в попытках сделать центаврианский гребень.

— Кончай, Маркус. Пошли домой.

— Домой? У меня нет дома. Минбарцы уничтожили мой дом. Разнесли там все.

Джозеф снова вздохнул. Эта ночка будет не из легких.

* * *

— Вы выглядите несколько… взвинченным, капитан Шеридан. — На'Фар вежливо предложил Шеридану выпить. Шеридан столь же вежливо отказался. Он уже пробовал нарнские напитки. Конналли еще не пробовала, и взяла предложенное. После одного-единственного глотка она пожалела об этом.

— Всего лишь… остатки возбуждения, которое испытываешь в бою, не более того. Я всегда так себя чувствую после сражений.

— Понятно. Есть какие-нибудь новости насчет минбарцев? Если не секрет, конечно?

— Да все как обычно. В общем… скажем так, удерживают свои позиции.

— Вы знаете, у меня есть опыт общения с минбарцами. Мне как-то сказали, что они всегда действуют все, как один. Когда началась война четырнадцать ваших лет назад, они все вместе потеряли рассудок. Может быть, теперь они все вместе очнулись?

— Поздновато для этого, не так ли?

— Как там звучит то человеческое изречение? Лучше поздно, чем никогда?

— Я никогда не полагался на изречения и поговорки.

— Как дела в вашем правительстве, администратор? — спросил Франклин. Он много путешествовал перед войной, особенно часто на попутных космических кораблях. Он был одним из немногих людей на борту «Вавилона», кому удалось встретиться с минбарцем лицом к лицу, причем и он, и минбарец остались живы после той встречи. Франклин выучился на врача, но гибель его отца несколько лет назад прервала его карьеру. Это обстоятельство заставило его занять место на борту «Вавилона». Он обладал достаточным запасом медицинских знаний, чтобы быть квалифицированным доктором, но говорил, что предпочитает делать то, что он делает. Шеридан очень хорошо знал генерала Франклина. Старого Громовержца постигла хорошая смерть. Лучше, чем у многих других.

Франклин был единственным в этой спартанской и темной, как и все жилища нарнов, комнате, кто совсем не выглядел напряженно. Мерцание свечей в подсвечнике на каменном столе выхватывало из тьмы древнюю книгу. Кеффер расхаживал вдоль задней стены комнаты, явно желая находиться где-нибудь еще. Конналли все еще отходила от той выпивки, что дал ей На'Фар, а Шеридан… Он просто не желал долго задерживаться в этом месте.

— О, да все, как обычно, лейтенант, — ответил На'Фар. — Или, по крайней мере, я имею основания так полагать. Вы же понимаете, здесь я в некотором смысле отрезан от политической арены.

— Да, но тем не менее, ваша помощь по-прежнему очень важна для нас, администратор, — сказал Шеридан. Мелькнуло ли что-то в кроваво-красных глазах нарна? Что-то загадочное.

— Мы предоставляем ее вам от чистого сердца, капитан. В память о Гораше 15. Сколько займет ваш ремонт?

— Около двадцати четырех часов.

— Ах, да. — Нарн неожиданно опустил взгляд. — Мне очень жаль, капитан. У меня есть приказ непосредственно от Кха'Ри. Я с ним не согласен, но должен его выполнить.

Инстинкты Шеридана всколыхнулись, предупреждая его о надвигающейся опасности. То был не запах, звук или движение, но лишь чувство. Безошибочное, никогда раньше не подводившее его чувство. Минбарцы!

Шеридан тут же выхватил плазменный пистолет и бросился спиной к стене. Было уже поздно. Дверь комнаты На'Фара с грохотом распахнулась, и шестеро минбарцев ворвались внутрь. Крупные, в черном, и все с этими своими посохами. Каста воинов. Шеридан мгновенно выстрелил, и попал первому прямо в грудь. Минбарец упал, но остальные двигались быстро, чертовски быстро.

Кеффер был к ним ближе всех. Он едва лишь успел удивленно шевельнуться, когда удар посоха в лицо отшвырнул его к стене, где он и остался лежать, тих и неподвижен. Бедняга Уоррен. Похоже, единственной радостью в его жизни была его Старфьюри. Шеридан выстрелил снова, но на этот раз ему удалось лишь задеть кого-то из нападавших.

Франклин в своих навыках оставался не бойцом, а врачом, и он все еще пытался вытащить свой пистолет, когда прямые удары в ногу и в бок опрокинули его наземь. Конналли удалось вытащить оружие, и она успела свалить одного минбарца.

Корабль! Первым делом, корабль! Шеридан в лихорадочной спешке врубил коммуникатор.

— Шеридан Корвину! Уходи отсюда! Повторяю! Проваливай отсюда! Корвин…

Посох ударил его по руке, лишив его равновесия и выбив пистолет. Шеридан сделал выпад, но не достиг своей цели.

Проклятые минбарцы! Они слишком быстры, слишком сильны. Посох врезался ему в череп, и сознание покинуло его.

* * *

Где-то вдалеке, почти у Предела, мир, бывший долгое время мертвым, снова кипел жизнью. С планеты, известной лишь как За'Ха'Дум, поднялся челнок и устремился в просторы космоса.

Глава 2

Генерал Уильям Хейг взглянул из окна своего кабинета на серые кучи шлака и пыльные небеса Проксимы 3 и тяжело вздохнул. Разве это подходящее место для жизни человека? Где трава, где деревья, где переливы птичьих песен поутру? Проксима 3 — это пустошь, стратегически значимая и ценная, но все равно пустошь.

И это был новый дом человеческой расы.

С того самого момента, как минбарцы завоевали и уничтожили Землю, человечество было вынуждено бежать, расселяясь где возможно и как возможно. Большинство их колоний уже пало к нынешнему моменту — Орион раздавлен, Марс сокрушен, система Веги спасена в последний момент, только лишь путем сдачи ее под контроль нарнов.

Проксима 3 была последним бастионом человечества, средоточием всех тех надежд на победу над Минбаром, что еще теплились в душах землян. Сухой, пустынный, грязный мир.

И кто же олицетворял эту последнюю надежду на победу? Не генерал Хейг, определенно не президент Мэри Крэйн или вице-президент Морган Кларк. Нет, последней надеждой человечества был человек, мертвый во всех смыслах, кроме физического. Капитан Джон Джей Шеридан.

Старкиллер.

И эта последняя надежда опаздывала с возвращением с обычного патрульного задания в секторе 14 более, чем на тридцать часов. Он, со своим «Вавилоном» — практически все, что оставалось от когда-то могущественных Вооруженных Сил Земли. Если он пропадет, исчезнут и Вооруженные Силы, прекратив свое существование через десять лет после самой Земли.

Генерала Хейга не было на Земле во время той последней, заранее обреченной попытки сопротивления — Битвы на Рубеже. Тогда он отчаянно пытался защитить колонии Ориона, затратив все усилия только для того, чтобы лицезреть, как минбарцы прошли сквозь его оборону, как если бы ее не было вовсе. Если бы Шеридан не пришел к ним на помощь незадолго до того, как он провел ту, почти что апокалиптическую атаку на флот минбарцев, известную ныне как Битва за Марс, Хейг погиб бы там, на Орионе.

Раздался зуммер его терминала связи, и он вернулся к столу.

«Давно пора, Джон, — подумал он. — Я уже слишком стар, чтобы с твоей стороны было удобно заставлять меня так беспокоиться».

Но на дисплее возникло лицо не Шеридана, а его непосредственного подчиненного, командора Дэвида Корвина.

— В чем дело? — встревожился Хейг. — Доложите обстановку, мистер Корвин.

— Мы прошли сектор 14 и сперва решили, что он пуст, сэр. Не обнаружено никаких следов присутствия центавриан, но мы наткнулись на минбарский крейсер, который, должно быть, тоже патрулировал зону. Мы уничтожили его в бою, но «Вавилон» оказался серьезно поврежден. Средства связи оказались выведены из строя, а работа двигателей гиперперехода была опасно нестабильной. Капитан приказал нам идти на Вегу 7 для ремонта. Он спустился на поверхность, чтобы встретиться с администратором На'Фаром, и не вернулся. Я лишь получил сообщение с приказом немедленно уходить, и как раз вовремя. Крейсер минбарцев прятался за местной луной. Капитан Шеридан и лейтенанты Франклин, Кеффер и Конналли пропали без вести. Не исключено, что они погибли или захвачены в плен. К счастью, мы сумели закончить большую часть необходимых ремонтных работ, система связи введена в строй только что. Я прошу санкции на возвращение к Веге 7 с целью найти капитана, а также на проведение спасательной операции, если это будет необходимо, сэр.

Генерал Хейг откинулся на спинку кресла, устало потирая веки.

— Отставить, командор.

— Но, сэр…

— Повторяю, отставить. «Вавилон» слишком важен, чтобы им можно было рисковать. Если Вега 7 утрачена для нас, то все, что мы можем сделать, это поставить в известность нарнское правительство и покинуть этот район. Что же касается капитана Шеридана… если он жив, то я уверен, что он сумеет найти способ совершить побег из плена и добраться до нас. Вы же хорошо знаете, насколько он изобретателен. А если же он мертв, то я не могу позволить, и не позволю вам рисковать единственным оставшимся у нас тяжелым крейсером, разрешая вам эту самоубийственную акцию. Нам всем слишком сильно нужен «Вавилон», командор.

— Генерал, прошу вас!

— Это приказ, командор! Вы должны вернуться на Проксиму 3 немедленно, и сделать полный доклад обо всех событиях. Вам это понятно?

— Да, генерал.

— Хорошо. Отбой.

Экран потемнел, и Хейг в отчаянии закрыл лицо руками. Что же делать, если даже и эта, самая последняя, надежда угасла? Сперва напиться, а затем придумать, что сказать жене Шеридана.

Корвин, в свою очередь, отодвинулся от экрана связи в рубке «Вавилона».

— Черта с два! — выпалил он. — Лейтенант, курс на Вегу 7. Мы вернем капитана, даже если нам придется для этого разорвать на кусочки всех минбарцев во Вселенной.

* * *

— Я Серая. Я стою между пламенем свечи и светом звезды. Мы Серые. Мы стоим между Светом и Тьмой. Я пришла, чтобы занять место, уготованное мне. Деленн откинула назад капюшон своей мантии из грубой серой ткани и шагнула в образующий колонну поток света, завершив собой круг из девяти фигур.

— Мы рады, что ты снова с нами, Деленн, — сказал сатаи Ленанн, стоявший справа от нее. — Выглядит так, будто ты стараешься использовать каждую возможность, чтобы не присутствовать здесь. Надеюсь, причиной тому не наше общество?

— Нет, — сказала она, ответив ему теплой улыбкой. — Я изучаю пророчества, Ленанн. Это тяжелая и утомительная работа.

— Я более, чем уверен в этом, — раздался резкий голос с другой стороны круга. — Мы преданы кругу Девяти. У нас есть договор, заключенный с Валеном. Не забывай об этом, Деленн. Твой долг — быть с Советом, а уже потом заниматься личными изысканиями. В конце концов, мы ведь круг Девяти, а не Восьми.

— Я не забываю об этом, Синевал, — ответила она, не отводя взгляда от воина, откидывавшего свой капюшон. — Я просто стараюсь служить нашему общему делу всеми доступными мне способами.

— Но кому, Деленн, ты служишь в первую очередь? Совету или своим собственным интересам?

— Синевал! — рявкнул Хедронн. — Довольно! Не должно сатаи очернять друг друга. Нам надо просто поверить, что Деленн служит Валену, так же, как и все мы. А теперь нам необходимо вернуться к тому, о чем говорили раньше.

— Уже слишком долго у рейнджеров нет вождя, который возглавил бы их и внес порядок в их ряды. Смерть Бранмера означает, что теперь у нас не будет Энтил'За, способного противостоять пробуждающейся Тьме. Мы должны выбрать его, и сделать это поскорее, ибо без Энтил'За рейнджеры не смогут существовать. Если мы не в состоянии выбрать Энтил'За, то как же мы будем выбирать нашего лидера, когда закончится цикл траура по Дукхату?

— Кто-нибудь сумел отыскать того, которого Бранмер прочил в свои преемники? — спросил Ленанн. — Этого… Алита Неруна?

— Нерун принял свое собственное решение, — вмешалась Деленн, надеясь, что остальные не услышат боли в ее голосе. — Он почувствовал, что его долг — быть где-то в другом месте. С нашей стороны было бы неправильным подвергать сомнению его выбор.

— Нерун сбежал, — презрительно фыркнул Синевал. — Прячется от войны, в которой нам предстоит сражаться. Надо признать, что это большая потеря. Он хорошо служил Бранмеру в войне против землян и сражениях с Тьмой, но раз он не хочет больше служить, то это придется делать другому.

— Но кому? — задал вопрос Ленанн. — Все остальные либо не желают, либо им не хватает умения или таланта для этой должности.

— Рейнджеры — воины, — подчеркнул Синевал. — Ибо кто, кроме воинов, подходит для того, чтобы сражаться с Тьмой? И кому же возглавить их, как не воину? Я хорошо руководил кланом Клинков Ветра в войне с землянами, ведь так? Многие из моего клана служат также рейнджерами, не так ли? Я говорю здесь от имени касты воинов, так? Сатаи, я предлагаю себя в качестве кандидата на пост верховного рейнджера.

— Это невозможно, Синевал, и ты это хорошо знаешь, — заявил Хедронн. — Твои обязанности сатаи, твой долг перед Девятью, не оставляют тебе времени, чтобы быть еще и Энтил'За.

— Деленн находит время, чтобы изучать пророчества, и это не мешает ей оставаться сатаи. Или, может быть, мешает, и в этом случае ее следует изгнать из нашего собрания.

— Синевал! Я уже предупреждал тебя. Не возводи клевету на членов этого Совета. Деленн верой и правдой служила нам последние шестнадцать циклов, и она была избрана самим Дукхатом. Ты присутствуешь здесь гораздо меньший срок, чем она, и должен проявлять соответствующее уважение к ее заслугам.

Хедронн вперил свой взор в Синевала. Рабочий и воин стояли на разных сторонах зала Совета, скрестив исполненные гнева взгляды. Деленн в отчаянии смотрела то на одного, то на другого. Амбиции Синевала были хорошо известны, но вражда между кастой воинов и мастеров может расколоть не только Совет, но и весь Минбар. Если такой гордый, высокомерный и самонадеянный деятель, как Синевал, займет столь высокое положение, он не принесет Минбару добра. Но Деленн не могла позволить одному-единственному воину уничтожить Совет, тем более из-за спора вокруг нее.

— Хедронн! Синевал! Совет — не место для того, чтобы устраивать свары, — вмешалась она. — Мы все служим великой цели как можем, и у каждого из нас есть свой наилучший способ служения. Если Синевал считает, что он проявит себя с наилучшей стороны, возглавляя рейнджеров, то пусть так и будет.

— Ты на моей стороне? — подозрительно спросил Синевал, сверкая своими темными глазами.

— Нет. Я на стороне рейнджеров. Я на стороне выполнения поставленной перед нами задачи, и я на стороне тех действий, которые мы должны предпринять для этого. Если ты действительно, как ты заявляешь, лучше всех подходишь для того, чтобы возглавить рейнджеров, значит ты должен занять место верховного рейнджера. Если же это не так, то мы верим, что ты осознаешь это и передашь пост тому, кто подготовлен лучше тебя. Если мы не будем верить друг другу, то Совет наверняка погибнет, и весь Минбар последует его участи.

— Как всегда, голос благоразумия… — прошептал Ленанн, и она улыбнулась в ответ на его знак поддержки.

Синевал неожиданно отвернулся, чтобы поговорить с юным послушником, подошедшим к нему. Его колонна света погасла и Деленн оставалось лишь смотреть в черноту, объявшую то место, где она падала. Предчувствие говорило ей, что ничего хорошего новый поворот событий принести не может. Когда свет зажегся вновь, она заключила из выражения триумфа на лице Синевала, что предчувствие ее не обмануло.

— Сатаи, мои собратья! — воскликнул он. — Я должен сообщить вам великолепную весть. Старкиллер, землянин Шеридан, был схвачен воинами из клана Клинков Ветра. Его ведут сюда, закованного в цепи, чтобы он предстал перед нами и принял заслуженную кару за свои преступления!

Деленн вздрогнула. Старкиллер? Она знала о Шеридане, как и все минбарцы, не из-за одной только «Черной Звезды», но также из-за его прямой атаки на самое сердце Минбара — Серый Совет. Всего лишь через несколько недель после падения Земли, когда огромный минбарский флот обрушил свою мощь на человеческие колонии на Марсе, Шеридан по-идиотски самонадеянно напал на этот самый корабль, убив двоих сатаи и позволив большому числу беженцев покинуть планету.

И, таким образом, с Шеридана началась цепочка событий, приведшая к власти Синевала и Ленанна.

Взглянув на Синевала, Деленн усомнилась в том, что воин был склонен благодарить Шеридана за свое возвышение. О нет, вовсе нет.

* * *

Ночь опустилась на горнорудную колонию Веги 7, и люди в ней заснули.

Маркус Коул, шахтер, спал сном пьяного, озлобленного человека. Его брат Джозеф со своей женой Кэтрин спали сном отчаявшихся и равнодушных.

Сон администратора На'Фара был наполнен чувством вины и позора. Сидя в цепях в застенках, лейтенанты Франклин и Конналли не спали, а лейтенант Кеффер кричал от боли, которую ему причиняли раны.

И высоко над этим маленьким и незначительным миром, из мрака космоса родилось что-то очень древнее и темное, источавшее крик, раздиравший саму ночь. Все системы раннего оповещения были разрушены. Оно в полном одиночестве скользило сквозь тьму, и не было никого, кто бы знал сейчас о его присутствии.

Если не считать чего-то, что покоилось под поверхностью Веги 7, недавно пробужденного близкой работой в шахте, столь же древнего и темного, что целую тысячу лет ждало своего часа.

Оно пришло в движение.

* * *

— Мое имя Джон Джей Шеридан. Звание: капитан Вооруженных Сил Земли. Мой личный номер…

Деленн с любопытством взглянула на человека в центре круга. Подумать только, это был сам легендарный Старкиллер. Всего лишь человек. Окровавленный, избитый, но не сломленный. Стоящий прямо и гордо, несмотря на свои оковы.

Окровавленный, но не сломленный. Нет, это был не просто человек. Это был Старкиллер, Звездоубийца, и когда она глядела на него, Деленн казалось, что он действительно был способен убивать звезды.

— Мы знаем, кто ты, землянин, — бросил ему в ответ Синевал на родном языке Шеридана. Шеридан повернулся к нему лицом, и Деленн уловила отблеск дикой ненависти в глазах человека. Она была зеркальным отражением ненависти Синевала.

«Воин воину… То ли это, что имел в виду Нерун, говоря о стремлении сражаться и побеждать, достать до самых звезд? О пламени ненависти, доблести и чести, кипящих в одном сердце?»

— Это все, что я имею право вам сказать, — ответил Шеридан, явно повторяя заученную фразу. — Я желаю знать, что случилось с членами моего экипажа.

— Они не нужны нам, Старкиллер. Нас не интересуют твои прислужники. Их убьют, а останки утилизируют.

— Ты подонок! — проревел Шеридан. — Клянусь Богом, ты заплатишь за их смерти, бездушный подлец с черным сердцем! За все, что ты сделал с Землей, с моим народом, с моей дочерью! Я своими руками разорву твою поганую глотку!

Синевал усмехнулся.

— Я так не думаю, Старкиллер, и, раз уж мы заговорили о наших долгах друг перед другом, вспомни, кто нанес первый удар в этой войне. Кто сделал первый выстрел? Кто пролил первую кровь? На твоих руках ее достаточно, чтобы испачкать целое поколение.

«Воин воину. Может быть, они разной крови, но у них одинаковые сердца, — Деленн содрогнулась. — Воин воину. Одинаковые сердца. Одинаковые души? Другая половина нашей души?»

«ВАЛЕН, НЕТ!»

— Что с тобой, Деленн? — спросил Ленанн, очевидно, заметив ее беспокойство.

— Извини, Ленанн. Я просто… отвлеклась. У него такая ненависть в голосе.

Теперь он смотрел прямо на нее, но она твердо выдерживала его стальной взгляд.

— Такая ненависть.

— Он примитивный варвар, — сказал Синевал. — Его язык — достаточное тому доказательство. Я не предполагал, что ты говоришь на нем, Деленн.

— Я выучила лишь кое-что, поверхностно, — смущаясь, сказала она.

«Во имя Валена, что если то, что я заподозрила — правда? Это слишком… слишком непристойно, чтобы даже думать об этом!»

— Я надеюсь, что его можно подержать в заточении, пока мы будем решать его судьбу.

— Что тут решать? Он Старкиллер! Его руки в крови многих, в том числе двоих, что когда-то стояли здесь. Просто казнить его, и покончить с этим.

— Это было бы преждевременно, — сказала Деленн. — Он может располагать полезной для нас информацией. Мы должны выяснить, что ему известно.

«И я должна проверить свое предположение, и пусть Вален поможет мне оказаться неправой».

— Я согласен с Деленн, — сказал Хедронн. — Если мы, как ты, Синевал, продолжаешь настаивать, собираемся уничтожить остатки цивилизации землян, то мы нуждаемся в информации.

— Хорошо, — согласился Синевал. — Но я не желаю, чтобы этот нечистый землянин осквернял своим присутствием это место. Оно только для нас. Держите его на планете.

— Пожалуй, это… мудро, — согласилась с ним Деленн. Она глядела вслед Шеридану, уводимого двумя послушниками. Он бросил на нее взгляд, и она снова ответила ему таким же твердым взглядом. Его ненависть была почти осязаемой.

«Во имя Валена, как же можно так ненавидеть?»

И тут вдруг пришло воспоминание — Дукхат, повисший у нее на руках, люди, совершившие это, все еще недалеко. Вопрос, заданный ей. Вопрос… и ответ. «Убейте их! Убейте их всех!»

— А теперь, — начал Хедронн, — пост Энтил'За…

* * *

«Мое имя Джон Джей Шеридан. Звание: капитан Вооруженных Сил Земли. Мой личный номер… Да, продолжай повторять это, Джонни. Может быть, это поможет тебе сохранить рассудок до тех пор, пока они не решат убить тебя».

Первое, что он мог вспомнить после того, как его оглушили на Веге 7, было пробуждение в маленькой комнатке. В ней все пропахло минбарцами, висел тот приводящий в ярость запах, напоминавший ему запахи чеснока, гвоздичного масла и стали. Он не знал, сколько времени он провел там, но помнил, как потом его привели в какой-то большой и темный зал и поставили в центр круга из девяти фигур. То был легендарный Серый Совет, не иначе. А потом переправили оттуда сюда, в маленькую, холодную и темную камеру где-то на поверхности планеты. Он пытался мерить ее шагами — восемь вдоль, шесть поперек, но это не избавляло его от тоски, и он попытался представить себе Анну. Не нынешнюю Анну, а ту, какой она была, когда они впервые повстречались, познакомленные его сестрой Элизабет.

Когда и это не помогло, он обратил свои мысли к дочери, которую тоже звали Элизабет, и к их встрече, когда он в последний раз видел ее. Потом она была погребена под тоннами обрушившихся скал, когда минбарцы разбомбили Орион 7. Он даже не получил возможности увидеть ее тело.

Не только его дочь умерла в тот день. Это произошло и с его женой, по крайней мере в духовном смысле. Она замкнулась и возвела стену, ограждая себя и все, чем она когда-либо могла бы стать, от мира. Единственным ее выходом наружу стал алкоголь. Он подозревал, что и сам умер в тот же день, и у него теперь была такая же стена, но только выпивку ему заменяли сражения. Последний натиск на центавриан в секторе 14. Самоубийственное нападение на корабль Серого Совета над Марсом. Освобождение генерала Хейга с Ориона.

В глубине своего сердца капитан Джон Джей Шеридан был мертв, но точно так же было мертво и все человечество, так что это не имело ровным счетом никакого значения.

Он вздрогнул от звука открывающейся двери. В кратком проблеске света кто-то шагнул внутрь, и затем снова вернулась темнота. Темнота и запах. Апельсиновый цвет. Это было невозможно, но это был именно аромат цветка апельсина, точно такой же, какой источали апельсиновые деревья в саду его отца.

Но тут включился свет, и память тридцатилетней давности померкла. Перед ним стояла минбарка. Он вспомнил, что видел ее спорящей в зале Совета.

— Здравствуйте, — негромко сказала она по-английски. — Меня зовут…

— Сатаи Деленн, — закончил он за нее, внимательно ее разглядывая. Она выглядела почти что… хрупкой, но в ее глазах горел слегка затаенный огонь внутренней силы.

Казалось, она тоже изучала его.

— Я слышал, как ваше имя произносили в Совете. Вы та, которая пожелала, чтобы меня послали сюда.

— Вы говорите на нашем языке? — спросила она без удивления в голосе.

— Не только вы одна выучиваете кое-что, поверхностно из языка своего врага. Кстати, а что должно помешать мне разорвать вас на куски прямо здесь и сейчас?

— Вы можете попытаться, но у вас ничего не выйдет.

— Вы можете убить меня лишь раз. Что я теряю?

Она медленно склонила голову.

— Полагаю, у вас есть что-то, ради чего вы живете?

— Да. Есть. Надежда, что мне удастся перед своей смертью убить еще нескольких из вас, чудовищ.

Она заметно удивилась.

— Какая ненависть, — прошептала она на своем родном языке, и потом еще что-то о Валене. — Как же вы можете жить с такой ненавистью?

— Очень просто, поскольку это все, что я чувствую на протяжении десяти лет. Вы забрали у меня мою жизнь, мой дом, родителей, сестру, дочь… Вы лишали меня всего, пока не осталась одна лишь ненависть.

— А может быть, это все, чего вы заслуживаете?

— Возможно, но для меня это уже не имеет значения.

— В таком случае, у меня есть вопрос. Почему вы не напали на меня? Я сатаи. Я олицетворение всего, что вы ненавидите. Почему вы не попытались убить меня?

— Потому что вы ожидали этого от меня, а я не стал бы Старкиллером, если бы делал то, чего от меня ожидают.

— Похоже, что вы почти гордитесь этим прозвищем.

— Заработал его в бою, меня так назвали враги. Конечно горжусь, черт возьми.

— И я столь же горда своим титулом. Сатаи. Возможно, вы понимаете, капитан?

— Мне все равно. Я полагаю, что вы здесь, для того, чтобы допросить меня?

— Нет. Я просто хотела поговорить.

— И вы полагаете, что я поверю вам?

— Нет, — тихо сказала она. Затем она погасила свет и вышла, оставив Шеридана смотреть вслед ей, и лишь слабый след запаха цветущего апельсина напоминал о том, что она была здесь.

— Интересная особа, не правда ли? — произнес другой голос. Женский голос. По-английски.

— Кто здесь? Где вы?

— Здесь, капитан. О, наверное, вам нужен свет?

Короткая и тусклая вспышка озарила лицо женщины в углу камеры.

— Я вошла вместе с ней и спряталась здесь. Она не видела меня. Вам не стоит беспокоиться об этом.

— Я тоже вас не заметил. Что вы здесь делаете, и как вы сюда попали? Я бы не сказал, что Минбар — это место, где полно людей.

— Ну, у меня есть несколько… друзей, там и тут. Не волнуйтесь, капитан, я пришла, чтобы встретиться с вами. Чтобы… поговорить. Когда мы закончим, мы вместе покинем это место.

— И как же, интересно? Просто возьмем и выйдем через дверь?

— Именно.

— Ну, мне и повезло. Заперт в камере минбарской тюрьмы и разговариваю не то с сумасшедшей женщиной, не то с галлюцинацией.

— Вряд ли я сумасшедшая, капитан, и уж точно вполне реальная. Кстати говоря, меня зовут Сьюзен Иванова, и я хочу задать вам один вопрос. Довольно-таки простой вопрос. Капитан, чего вы хотите?

Глава 3

Капитан Джон Шеридан, должно быть, умер и попал в ад. Может быть, тот минбарский посох на самом деле не просто оглушил его на несколько часов, а раскроил ему череп; тело его, наверное, сбросили без лишних церемоний в ближайшую заброшенную шахту, его самого предали забвению, а душа его теперь находилась в некоем особом круге Ада, который Дьявол уготовил для людей его сорта. Для людей, на руках которых было больше крови, чем можно выпустить из населения целой планеты.

Пункты обвинения: Уничтожение «Черной Звезды». Виновен полностью, и чертовски горд этим. Глупая атака на Серый Совет, повлекшая смерть двух его членов. Смотреть выше. Смерти бесчисленных минбарцев и центавриан за четырнадцать лет войны. Возражений нет. Гибель его дочери, которую он оставил одну совсем ненадолго, всего лишь на несколько минут; минбарская бомба убила ее. Преступная небрежность? Виновен. То, как он позволил своей жене превратиться в вечно пьяную, отупевшую тень самой себя? Виновен. А то, как он дарил людям надежду на победу в войне, в которой невозможно победить? Виновен.

Достаточно длинный список пунктов обвинения, и вполне оправдывающий его вечное проклятие. Джон Шеридан никогда не был очень религиозным человеком, но он верил в Ад. Он видел его раз, возвратившись на руины своего родного мира. Если то было одно обличье ада, это место вполне могло быть вторым.

Предан нарном, который был ему обязан большим, чем был способен когда-либо отплатить. Трое из его товарищей по команде — Франклин, Конналли и Кеффер — захвачены в плен и, возможно, уже мертвы. Закован в цепи, доставлен на Минбар и выставлен, как диковинное животное, перед Серым Советом. Стал предметом торговли и споров. Допрошен одной из них, сатаи Деленн, которая, казалось, насмехалась над ним и дразнила дарящим несбыточную надежду ароматом апельсинового цвета. И теперь заперт в темноте наедине с сумасшедшей. Красивой, надо признать, но тем не менее сумасшедшей. Ненормальной женщиной, которая снова задала все тот же нелепый вопрос:

— Чего вы хотите?

Джон Шеридан еще раз поглядел на Иванову и, наконец, решил ответить. Если это была какая-то минбарская хитрость, вроде наведенной иллюзии, он мог притвориться, что поддался на нее, чтобы перехитрить ее создателей. А если же это было какое-то исчадие ада, посланное, чтобы пытать его, то он должен принять свою участь. Он никогда в своей жизни не бежал от превратностей судьбы, и не собирался изменять своим принципам теперь.

Единственным затруднением было то, что, решив ответить на вопрос, он не знал, какой ответ ему следует дать.

— Что вы имеете в виду? — произнес он, наконец. — Это довольно глупый вопрос, вы не находите? Тем более, в месте наподобие этого?

— Вы можете предложить более подходящее место? — отозвалась она с улыбкой. — Может быть, мы должны отправиться в Лас-Вегас, и я буду спрашивать вас там?

— Лас-Вегаса больше нет.

— Я знаю. Это по-настоящему грустно. Мне бы хотелось повидать его. Хотя бы один разок.

— Вы потеряли не так уж много, поверьте.

— Как скажете. Итак, капитан. Чего вы хотите?

— Почему вы спрашиваете меня об этом?

— Это важно. Очень важно. Чего вы хотите?

Шеридан рассмеялся. Это было абсурдно.

— Я хочу выйти из этой камеры. Неплохо для начала?

— Это действительно все, чего вы хотите? Я не могу поверить, что ваши стремления столь ограничены, капитан.

— Нет, конечно. Я просто… не уверен, как лучше всего ответить на этот вопрос.

— А вы попытайтесь.

Шеридан усмехнулся. Если даже эта женщина была демоном, то очень занятным.

— Я хочу возвратиться на «Вавилон». Я хочу возвратиться к моему экипажу. Я хочу оказаться в миллионах миль от этой планеты и от этого высокомерного, могущественного и безупречного Серого Совета. Я хочу, чтобы все минбарцы, что наводняют собой эту Вселенную, прекратили свое существование. Я хочу, чтобы они испытали то же, что довелось пережить нам. И нарнам я пожелал бы отведать горя, подобного нашему. После всего, что я сделал для них, они предали меня, так пусть же они настрадаются, пусть их планету разбомбят из космоса, а их народ поработят. И центавриане тоже, раз уж мы говорим об этом. Они стояли и смотрели, как мы сражаемся и гибнем, так пусть теперь гибнут и они. Я хочу, чтобы Земля вернулась к нам, прекрасная, как и прежде. Я хочу, чтобы моя жена вновь стала той женщиной, на которой я когда-то женился, а не той… той тенью, которой она стала сейчас. Я хочу снова прижать дочь к своему сердцу. И еще… еще я хочу большое ванильное мороженое, с шоколадной обсыпкой и в вафельном стаканчике. Я ответил на ваш вопрос?

Иванова рассмеялась. Очень мило, между прочим.

— Не думаю, что я могу чем-то помочь вам в том, что касается вашей дочери или мороженого, но посмотрим, можно ли решить все остальные проблемы.

Шеридан не смог удержаться. Он тоже расхохотался.

— Тем же способом, как вы здесь оказались? Вы — иллюзия.

— А может ли иллюзия сделать так?

Иванова шагнула к двери и слегка толкнула ее. Дверь раскрылась. Шеридан заморгал от залившего камеру света, а потом уставился на Иванову. Она протягивала ему руку.

— Мы идем? Или вы желаете оставаться здесь?

* * *

Деленн поняла, что вошел именно Драал, еще до того, как тот начал говорить. За годы, проведенные вместе, она научилась узнавать звук его шагов. Это был очень приятный звук. Он напоминал ей об отце.

— Ты снова работаешь. Полагаю, Деленн, я не должен удивляться этому. В конце концов, ты ведь никогда не слушалась меня, будучи ребенком, зачем же тебе начинать слушаться сейчас, м-м-м?

Она с улыбкой повернулась к нему.

— Должно быть, старый друг, я для тебя была ужасным испытанием. Представляю, каково было быть обремененным такой непослушной девчонкой!

— Испытание? Даже, я бы сказал, вызов. Я никогда не встречал никого с такой жаждой знаний, какая свойственна тебе, и, надо сказать, она частенько заводила тебя… в странные области.

Он замолчал и поглядел на нее тем глубоким, изучающим взглядом, который был так характерен для него.

— В чем дело, Деленн? Тебя что-то беспокоит.

Она знала, что лучше не лгать своему старому учителю, лучшему другу своего отца.

— Я… Я полагаю, что мне удалось обнаружить кое-что, старый друг. Нечто такое, что заставляет меня трепетать с головы до пят. Я надеюсь… Я молюсь, чтобы оказалось так, что я была не права, но мне кажется, что это так и есть.

— Это нечто касается землянина по имени Шеридан? О, не удивляйся так, Деленн. В Совете еще остаются кое-кто из тех, кто все еще прислушивается к трясущемуся старику-учителю и время от времени скармливает ему скудные крупицы информации. Вполне достаточные, чтобы заставить мой ум работать. Старкиллера держат в этом здании, Деленн, и я нахожу тебя здесь же, ты с головой погружена в работу и изучение чего-то, хотя тебя никто не заставляет этим заниматься. Так что же там, с этим землянином?

— Он… Я не знаю, как лучше всего сказать это, мой старый друг. В его глазах такая ненависть, такой… дар разрушения. Это одновременно пугает меня и… странно обнадеживает. Мне почему-то кажется, что я знаю его уже очень долго. Может быть, он тот самый Единственный, о котором говорят пророчества, Единственный, которому суждено вести нас в бой против возвращающейся Тьмы.

— А может быть, он всего лишь массовый убийца. Мне думается, что некто, наподобие его, гораздо лучше подошел бы для того, чтобы служить Тьме, нежели чтобы возглавлять силы, противостоящие ей.

— Именно это я и должна узнать. На чьей он стороне? Тот ли он Единственный, о котором было сказано? В нем заложены огромные… возможности, и нужно сделать так, чтобы они реализовались на нашей стороне. Если его удастся привлечь к нам, он может стать крайне ценным союзником.

Она хотела сказать кое-что еще, но заколебалась. Она поняла, что Драал заметил это и заподозрил ее в том, что она что-то умалчивает, но даже Драал был не в силах предположить такого. Она полагала, что Старкиллер Шеридан, человек, которого боялись и ненавидели во всей Минбарской Федерации, обладал душой минбарца.

— Деленн, убедить его поступить так будет трудно, если не вообще невозможно.

— Но я должна попытаться. Кто знает, вдруг тот, кто сейчас заперт в камере в этом здании — наш новый Энтил'За?

Взгляд Драала стал жестким.

— Я не слышал этого, Деленн. Одно дело, говорить о Шеридане как о потенциальном союзнике. Хорошо это или плохо, но этот человек — значительная сила в Галактике, но Энтил'За? Землянин, даже такой — глава рейнджеров? Нет, Деленн, это более чем глупо, и переходит грань святотатства.

— Прости меня, старый друг. Я, пожалуй… слишком увлеклась своими мыслями. Но будет ли Синевал лучше? Если не появится другого кандидата, Синевал станет нашим новым Энтил'За. Я видела Синевала и Шеридана друг напротив друга сегодня в зале Совета. Это было так, как если бы они были зеркальным отражением друг друга. Я опасаюсь, что амбиции Синевала позволят ему потерять контроль над своими поступками.

— Но ты не можешь остановить его, Деленн, находясь здесь. Ты была избрана Дукхатом, не забывай этого. Ты должна стать голосом той части Совета, что противостоит Синевалу, голосом разума. Ты не сможешь сделать этого, если будешь все время прятаться здесь.

— О да, Драал, но я смогу сделать это. Я смогу.

Она замолкла и взглянула на Драала, человека, который так долго формировал ее жизнь. Потом она поднялась и сделала ритуальный жест прощания. Он ответил ей тем же и остался смотреть ей, уходящей, вслед, так и не заподозрив, что под своей одеждой она несла Трилюминарий.

Чтобы проверить им душу Шеридана.

* * *

— Командор, из перехваченных сообщений получается, что капитана Шеридана забрали на Минбар — сказал лейтенант. Дэвид Корвин выслушал его и кивнул, но ничего не сказал.

Минбар. Если бы Правительство Сопротивления на Проксиме 3 знало, что он сейчас делает, его бы, вероятно, выкинули через воздушный шлюз так быстро, что он бы подумал, что родился в вакууме, но он должен был сделать это. Капитан Шеридан спасал его жизнь столько раз, что он уже сбился со счета, и теперь, когда сам Шеридан был в опасности, Корвину ничего не оставалось, как спасать его.

— Что-нибудь слышно об остальных?

Лейтенанты Франклин, Кеффер и Конналли, все, кто полетел с Шериданом на Вегу 7, тоже так и не вернулись.

— В том сообщении, которое мы перехватили, говорилось только «капитан», сэр, но я предполагаю…

— Никогда ничего не предполагайте, — отрезал Корвин. — Ну хорошо, раз мы собираемся напасть на родную планету минбарцев, то сейчас, как мне кажется, такой же хороший момент для этого, как и любой другой. Взять курс на…

— Минутку, командор. Мы получаем закодированное сообщение. Код Вооруженных Сил Земли, сэр.

— Если это Правительство Сопротивления, то…

— Нет, сэр. Это… старый код, сэр. Трех- или четырехлетней давности, и похоже, что оно идет с Минбара.

— Откуда могут минбарцы знать четырехлетней давности… Это капитан! Включите!

Корвин развернулся в кресле — капитанском кресле — и повернулся к приемному терминалу. На нем не было ничего, кроме помех, но раздававшийся голос был слышен очень отчетливо.

— Капитан Шеридан в порядке. Я могу вывезти его с Минбара, но затем нам будет нужно, чтобы нас кто-то подобрал. Как насчет того, чтобы подбросить нас, Дэвид? Ждите в точке со следующими координатами…

— Это ловушка, сэр. Не иначе.

— Нет, — у Корвина перехватило дух. — О нет, это не ловушка.

Он узнал голос и стал возносить благодарственную молитву Господу, в которого он не верил.

— Взять курс к указанным координатам. Мне кажется, мы вернем капитана.

* * *

Шеридан давно потерялся в лабиринтах минбарских коридоров, но Иванова, казалось, точно знала, куда они шли. Неужто эти проклятые минбарцы не знают, как строить коридоры по прямой линии? Он чувствовал себя более, чем просто взволнованным, и несколько более живым. Ведь он был тут, в родном мире своих заклятых врагов, внутри какого-то их громадного официального комплекса, без оружия, а его корабль находился за несколько систем отсюда. При этом его единственным спутником была таинственная женщина, которая скорее казалась помешанной, чем нормальной.

Это приводило его в радостное возбуждение.

— Вы ведь знаете, куда мы идем, верно? — спросил он Иванову. Шеридан терпеть не мог полагаться на других в подобных случаях.

— Не напрягайтесь так. Где же ваша тяга к острым ощущениям? Страсть к приключениям?

— Не пытайтесь подбодрить меня. Я ненавижу, когда меня подбадривают.

— Хорошо, пусть тогда нам предстоит умереть медленной, мучительной смертью. Особенно, если минбарцы поймают нас. Ну как, вам уже лучше?

— Я бы не сказал.

— Хорошо. Мой брат всегда говорил мне, что я большая пессимистка.

Они подошли к развилке коридоров, и Иванова заглянула в оба.

— Нам сюда, — сказала она, указывая вглубь одного из них. — Кажется.

— А как вы сюда пришли?

— Ну… в общем, это несколько сложно объяснить.

Они успели сделать лишь четыре шага в направлении, указанном Ивановой, как вдруг перед ними открылась дверь, и оттуда шагнула минбарка. И не просто минбарка.

Сатаи Деленн.

* * *

На пару мгновений Деленн остолбенела. Это был Старкиллер. Он как-то сумел сбежать. Она почти не обратила внимание на земную женщину рядом с ним, сосредоточив свое внимание на Шеридане. Она шагнула назад, потрясенная яростью, сверкавшей в его глазах.

А потом женщина-землянка что-то сказала, и Деленн повернулась к ней.

Время как бы застыло. Это был момент, который командор Корвин назвал бы долгой секундой. Эта женщина уже не была просто человеком, она превратилась в темнеющий силуэт, исполненный такого абсолютного мрака, что, казалось, он проникает в самую душу Деленн, и ненависти гораздо более ужасной, чем ненависть Шеридана, ибо она была скрыта под мирной и спокойной личиной.

Мысль, пришедшая к Деленн, была столь же ужасной, как та, что открыла ей истину о душе Шеридана. Враждебная Тьма проснулась, и она явилась сюда.

И тут она полностью отдала себя во власть навыков боя, выкованных в ней суровыми уроками отца, Дерхана и Неруна. Не важно, кто была эта женщина, и почему она заинтересована в Шеридане. Главным было то, что она служила Тьме — врагу, борьбе с которым Деленн посвятила свою жизнь.

Деленн сделала выпад, выбросив вперед кулак и, поймав момент, когда земная женщина не ожидала этого, опрокинула ее одним ударом. Женщина упала, но Шеридан двинулся вперед. Казалось, он на мгновение заколебался перед тем, как ударить ее, что позволило Деленн уклониться от его замаха и врезать ему в живот.

Он тоже упал, и у Деленн появилось время, чтобы раздвинуть свой боевой посох, многовековой древности оружие, подарок любви Неруна. Это было смертоносное оружие в руках мастера, и, хотя Деленн не была Дерханом, она была хорошо натренирована в обращении с ним.

Отскочив назад, чтобы иметь за спиной стену, она крепко сжала посох в обеих руках. Она не слишком хорошо знала человеческую физиологию, но того, что она знала, было достаточно, чтобы обездвижить этих двоих. Теперь надо как можно скорее предупредить Совет. Не только о том, что Шеридан сбежал, но и о том, что Враг появился здесь.

Раздался неожиданный звук, похожий на жужжание и потрескивание. Деленн вздрогнула и повернулась. Прямо перед ее глазами воздух рябил, и эта рябь складывалась в очертания гигантского, уродливого краба. Рассудок оставил ее, и она рванулась вперед с посохом наперевес, нацеливая удар в существо перед ней, чудовище из ее худших кошмаров.

Оно двигалось со скоростью, казавшейся немыслимой. Одно быстрое движение, и Деленн упала в ужасных муках, очень хорошо понимая, что тепло, разливающееся по ее животу — это ее же собственная кровь.

* * *

— Что это была за чертовщина? — спросил Шеридан, глядя на лежащую Деленн. — Не затруднитесь ли объяснить?

— Друг, капитан. Вы увидите, они у нас есть повсюду. Пойдемте. Может быть, она как-то успела поднять тревогу.

Иванова преклонила колено и подняла странное оружие Деленн.

— Один быстрый удар в шею, и она уже никогда не причинит вам страданий, капитан.

Цветок апельсина.

— Нет, мы возьмем ее с собой.

— И вы говорили, что это я чокнулась?

— Подумайте, минбарцы не станут угрожать нам, если с нами будет член Серого Совета. Прикиньте, каким ценным заложником она будет, не говоря уже о том, что ей известно. А теперь пойдемте, вы сказали, что знаете, где здесь выход.

Иванова пожала плечами и сложила посох.

— Мне всегда хотелось такой. Однажды даже попросила папу, чтобы он подарил его мне на рождество. Туда.

Шеридан встал на колени, чтобы поднять Деленн и обратил внимание на маленький треугольный предмет, выпавший из ее одеяния. Без всякой задней мысли он засунул его в карман и поднял ее на руки. Он был поражен тем, какой легкой она была, а также тем, что аромат апельсинового цвета исчез, сменившись запахом крови и смерти. Если бы он не был столь занят, то смог бы заметить те же щелчки и жужжание, что так потрясли сатаи Деленн.

* * *

— Капитан! Как хорошо снова вас увидеть. Я думал… что… Хорошо, что вы вернулись, сэр.

— Я тоже рад, что вернулся, Дэвид.

Шеридан шагнул из челнока в помещение маленького ангара на борту «Вавилона».

— У нас есть гость, которому нужна срочная медицинская помощь. Не могли бы вы позвать доктора Кайла?

— Я здесь, капитан, — сказал пожилой доктор, протискиваясь мимо Шеридана внутрь челнока. Иванова тихо стояла позади Шеридана. Доктор выглянул наружу.

— Но, капитан, она ведь…

— Минбарка, я знаю. Точнее говоря, сатаи Деленн из Серого Совета.

Корвин тихо присвистнул.

— Она может оказаться тем средством, что позволит нам наконец-то закончить эту войну. Но даже если у нас это и не получится, то разве не о таком заложнике мы до сих пор могли лишь мечтать?

— Сэр, вас за это с ног до головы закидают розами!

— Апельсиновым цветом.

— Простите, сэр?

— Так, ничего. Как она, доктор?

Рана Деленн на первый взгляд казалась очень серьезной, но Шеридан не понаслышке знал, сколь невероятно крепки минбарцы. Она оставалась в полусознательном состоянии все время, пока он нес ее из минбарского здания к челноку, и несколько раз теряла сознание, пока они летели с планеты к «Вавилону». Во время их побега они не встретили больше никаких препятствий, и это слегка беспокоило капитана.

— Она поправится. Это не так страшно, как выглядит.

Шеридан кивнул.

— Хорошо. Я хочу, чтобы она осталась жива. У нас к ней чертовски много вопросов.

— И не только к ней, — пробормотал Корвин. — Капитан, так что же случилось на Веге 7? И как вам удалось выбраться оттуда столь легко? Поймите, я не хочу показаться неуважительным и все такое, но вы же не могли просто взять и уйти с планеты минбарцев как из магазина на углу улицы?

— Смешно. Я и сам ломаю себе голову над этим.

Шеридан взглянул на Иванову, которая выступила вперед.

— Я уже сказала вам. У нас везде есть друзья, капитан.

Но Шеридан не расслышал фразу Ивановой. Его внимание поглотил Корвин, воскликнувший:

— Сьюзен!

— Вы знаете друг друга?

К удивлению Шеридана, Иванова подошла к Корвину и, глядя на его ошарашенное лицо, одарила его долгим и страстным поцелуем.

— Вы знаете друг друга.

— Мы знали друг друга раньше, — отозвался Корвин. — Я думал, что ты погибла. То есть, когда я услышал твой голос, то я понадеялся, что это ты, но потом я подумал, что этого не может быть. Ты была мертва.

— Была. Теперь мне уже лучше.

Корвин не мог оторвать глаз от нее, но потом наклонил голову и заморгал.

— Извините, капитан. Я… отвлекся.

— Понимаю. Что-нибудь слышно о лейтенантах Кеффере, Франклине и Конналли?

— Ничего, сэр. Я думал, они были с вами.

— Я не знаю, где они, но есть один нарн, который знает. На'Фар выдал меня, и я хочу узнать, почему. Он говорил что-то про Кха'Ри. Если нарны начали сотрудничать с минбарцами, то нам не поздоровится. Взять курс на Вегу 7.

Он поглядел на Иванову.

— Загадки могут подождать.

* * *

Сатаи Синевал, шай алит священной войны, военачальник клана Клинков Ветра, член Серого Совета и будущий Энтил'За, вошел в свои личные апартаменты и взглянул на ту, что находилась там.

— Старкиллер сбежал, — резко произнес он. — Он вышел из этого самого здания, из которого, как ты уверяла меня, побег невозможен. Он просто вышел наружу, и никто даже не подумал попытаться остановить его. Это было так, как если бы охране… было приказано не вмешиваться, и даже не обращать внимание на его присутствие. Но это могло быть, только если бы я сам приказал такое, чего я наверняка не делал.

— Я воспользовалась некоторыми своими… вольностями, Синевал. Приношу свои извинения, если таким образом совершила проступок.

— Полагаю, у тебя для этого была веская причина.

— Будем считать это частью расплаты за ту пользу, которую я вам принесла. Я знаю из очень надежного источника, что Шеридана все-таки кое-кто видел. Кое-кто из… ваших друзей. Полагаю, что весть об этом еще не стала всеобщим достоянием, но я не думаю, что сатаи Деленн будет продолжать чинить вам препоны в Совете.

— Ты уверена в этом? Шеридан убил ее?

— Убил или взял в плен. Это не так уж важно. Если вы достаточно умны, вы можете обвинить ее в его побеге. Я знала, что вам понравится эта идея. Так скажите теперь, не окупает ли ваша выгода издержек от его исчезновения?

— Я не остановлюсь, пока Шеридан и все, кто связан с ним, не будут мертвы! Кровь за кровь! За «Черную Звезду», за «Эмфили», за «Догато», за…

— Да, да, конечно. Я понимаю. Рано или поздно, у вас появится шанс расквитаться с ним. Будьте терпеливы, как я. И, кроме того, теперь вы сможете завершить войну с землянами без всяких вмешательств со стороны Деленн. Разумеется, мне хотелось бы быть там, вместе с вами. Лично у меня слишком много счетов с землянами, чтобы оставаться в стороне, когда вы станете истреблять их всем тем бесценным оружием, что я вам предоставила. Ну, что скажете на это, Энтил'За? Или мне лучше говорить, Великий?

— Я скажу, что сегодня ты как никогда оправдала свое прозвище.

Она улыбнулась, и Синевал подумал, что воительница Джа-Дур, последняя из дилгар, ненавидимая и проклинаемая всей Галактикой, действительно никогда столь полно не оправдывала своего прозвища.

Несущая Смерть.

Глава 4

— Сатаи, мои собратья, — Синевал медленно склонил свою голову, борясь с желанием надвинуть капюшон, чтобы не видеть пустой колонны света на противоположной стороне круга. Так долго он ждал этого, но вот, когда это свершилось, и его самой сильной соперницы в Совете больше нет, он чувствовал себя странно… запятнанным.

— Сатаи Деленн потеряна для нас.

— Что ты хочешь сказать этим, потеряна? — воскликнул сатаи Ленанн. Член религиозной касты, столь же недавно вошедший в Совет, как и сам Синевал. Но Ленанн не был главой клана, не имел кораблей и верных воинов, никаких особенных заслуг в священной войне против землян, ничего, что могло бы обеспечить ему настоящую поддержку. Он был просто глупым ничтожеством, прислуживавшим Деленн.

— Что с ней случилось?

— Старкиллер совершил побег. Ему… кто-то оказал помощь. Во время своего… побега, он встретился с сатаи Деленн и взял ее с собой. В качестве заложника, надо думать. Мне и подумать страшно о том, что она могла бы пойти с ним по доброй воле.

— Что ты говоришь? — закричал Ленанн. — Ты обвиняешь…?

— Я никого не обвиняю, и я ничего особенного не говорю, — ответил Синевал, стиснув зубы. Он ненавидел себя за то, что он сейчас делал — бросал тень, хотя и не непосредственно, на своего товарища по Совету, но он должен был это сделать. Шеридану помогли сбежать, и эта помощь пришла не от Деленн. Но если он не обвинит в этом Деленн, тогда начавшееся расследование может пролить свет на деяния самого Синевала и на существо, пользовавшееся его защитой.

Но сейчас, когда Синевал глядел на Ленанна, в нем вздымалась волна гнева. Деленн, хотя бы, заслуживала уважения. Ленанн — нет. Неужели у Деленн не нашлось соратников лучше этого? Синевал знал, что дерзкая атака Шеридана на этот корабль привела к гибели двух самых значительных сторонников Деленн, но был ли Ленанн в самом деле единственным, кто был способен сейчас встать на ее защиту?

Но нет, это было не так.

— Ее придется отыскать и спасти, — сказал Хедронн, как всегда, без лишних церемоний и в самую точку. Синевал восхищался этим его качеством.

— Она одна из Девяти. Мы найдем ее.

— Шеридан покинул планету. Наши станции слежения засекли земной челнок, покидавший атмосферу. По какой-то причине тревога из-за этого объявлена не была, и они не сообщили нам, пока не прошло много часов. Без всякого сомнения, ему удалось встретиться со своим кораблем.

— Так значит… нам их уже не вернуть? — с мукой в голосе вымолвил Ленанн. Синевал разделял его чувства. Держать в своих руках Старкиллера, купленного у нарнского правительства, которое было обязано Шеридану самим своим существованием… для того лишь, чтобы снова его упустить. И лицезреть, как пал один из Девяти. Синевал не любил Деленн, но она, как и он сам, была одной из них.

И все это благодаря козням твари, которую он должен был бы убить в тот самый момент, когда впервые увидел ее. Но он не сделал этого, а заинтересовался, стал слушать ее и учиться…

И поверил ей. Не просто так ее прозвали Несущей Смерть.

— Нет, — медленно произнес Синевал. Кровь за кровь. Кровь взывает к крови. Кровь тех, кто был убит на «Черной Звезде», на «Эмфили», кровь двух сатаи, даже кровь Деленн. Кровь их всех должна быть смыта кровью самого Шеридана.

— Шеридан землянин, а земляне предсказуемы. Он вернется туда, где его захватили в плен. Для того, чтобы найти членов своего экипажа, а также для того, чтобы выяснить, кто предал его. Рано или поздно, он вернется на Вегу 7.

— В таком случае, я полагаю, там и оборвется цепь его преступлений, — сказал Хедронн. Синевал удивленно вскинул взгляд. Он не ожидал такой реакции от степенного, уравновешенного мастера.

— Веги 7 коснулась сила, значительно более могущественная, чем наша. Наши следящие зонды обнаружили, что там… происходит какое-то движение. Из-под поверхности выходит что-то древнее и темное. Оно стремится вновь подняться в небо.

Лицо Синевала побелело.

* * *

— Как она? — спросил Шеридан у доктора Кайла. Вполне простой вопрос, безобидный и непредвзятый. Таким тоном он мог бы спрашивать о здоровье своего друга или родственника, своей жены Анны, или даже… в прошлом, своей дочери Элизабет.

Но только это была не Анна, а Элизабет была вот уже два года мертва. Она не была его родственницей, и уж точно не другом.

Сатаи Деленн дышала хрипло и тяжело, но движения ее груди, похоже, вернулись к обычному спокойному ритму. Шеридан все еще не понимал, что сразило тогда минбарку. Все, что он заметил тогда — неопределенное движение и тихий взвизг. Иванова попыталась сделать вид, что ничего особенного не произошло, но Шеридан точно знал, что там было что-то необычное.

— Она поправляется. У минбарцев великолепная конституция. По-моему, она сможет встать на ноги через несколько часов. Рана живота, должно быть, болезненная, но помощь оказана вовремя, так что ее вполне можно будет залечить.

— Хорошо. У нас к ней чертовски много вопросов.

И не только к ней.

— Сообщайте мне об изменениях в ее состоянии.

Шеридан покинул маленькое помещение медицинской лаборатории на борту «Вавилона» с противоречивыми чувствами. Казалось, что с того самого момента, как он прибыл на Вегу 7, все пошло вразнос. Предан нарнским администратором, захвачен минбарцами, допрошен, был под угрозой пыток, а потом… потом интригующий разговор с женщиной, что лежала сейчас в Медлабе. Он мог напасть на нее, может быть, даже убить, так почему же он этого не сделал? Он сказал ей, что не желает делать те вещи, которых от него ожидают, но была ли это вся правда? И почему она так странно, искушающе пахла цветком апельсина? И почему появилась вдруг та, что спасла его?

Начать с конца, и дойти до самого начала. Пусть он и не был Шерлоком Холмсом, но Шеридан, по крайней мере, знал, с чего начать.

Он нашел командора Корвина именно там, где предполагал его найти — за сосредоточенным изучением звездных карт и сводок технических данных в своем командном пункте рядом с рубкой.

— Как там с ремонтом? — спросил Шеридан. — Вы успели закончить его до того, как…?

— В основном, сэр. Целостность корпуса доведена до более чем 80 %. Системы связи, навигации и вращающиеся секции снова в исправности, как и двигатели гиперперехода, хотя последние все еще немного нестабильны. Им потребуется капитальный ремонт, когда мы вернемся на Проксиму. Мы пока не в состоянии отремонтировать корпус в районе обзорного купола и внешние камеры. Задние батареи и установка запуска истребителей C все еще не работают, сэр.

— Плохо, но могло быть и хуже.

— Э-э-э, сэр… возможно, так оно и есть. Член Правительства Сопротивления генерал Хейг приказал мне в недвусмысленной форме… э-э-э… оставить вас и всех остальных, сэр.

— И вы, скажем так, послали его.

— В общем и целом, да.

— С вашей стороны это было невероятно глупо и безответственно, мистер Корвин. Однако, я не в силах отблагодарить вас. Просто, не делайте так больше.

Корвин улыбнулся.

— Нет, сэр.

Уже не в первый раз, Шеридан поразился, насколько молод был его старший офицер. Слишком молод, чтобы быть в рядах тех, кто сражался за Землю, он был одним из сотен тысяч беженцев, кому, вскоре после Битвы на Рубеже, удалось вырваться из пекла Битвы за Марс, благодаря самоубийственному нападению Шеридана на корабль Серого Совета. Разница между ним и прочими заключалась в том, что он, единственный из всех, проделал путь до рубки «Вавилона» и встал у руля, когда был убит лейтенант, управлявший кораблем. Шеридан тогда же, не сходя с места, произвел его в младшие лейтенанты, и с тех пор Корвин рос по службе так же быстро, как и сам Шеридан. Один из многих его соратников. Один из многих, кому, возможно, суждено умереть одинокой, бессмысленной смертью в чужом мире.

— Дэвид, у меня к вам есть еще вопрос. Более… личного характера. Откуда вы знаете мисс Иванову?

— Сьюзен? Она служила в Вооруженных Силах, сэр. Она вступила в них еще на Земле, и находилась в учебном походе на Ганимеде, когда минбарцы взяли Землю. Она как-то сумела добраться до Проксимы 3 и присоединиться к личному штабу генерала Франклина. Я встретил ее там, когда «Вавилон» переоснащали и перестраивали несколько лет назад. Правительство Сопротивления тогда настаивало, чтобы я был переведен в такое место, где за мной было бы легче следить. Мне кажется, они не верили мне тогда, и уж точно не будут верить мне теперь, после того, что случилось.

— Я все улажу.

— Спасибо вам, сэр. Так или иначе, я встретил Сьюзен, и… в общем… дела пошли… э-э-э…

— Я женатый человек, Дэвид. Я понимаю.

— Спасибо, сэр, — Корвин покраснел. — Потом меня снова перевели сюда, а Сьюзен послали выполнять секретные задания генерала Хейга. Они называли это «Проект Вавилон» — в честь этого корабля. Я точно не знаю, что они там делали, но мы старались не терять друг друга и встречались при каждой возможности, но… потом… ее послали на какое-то секретное задание куда-то к самому Пределу. Мы слышали сообщение, что ее челнок разбился, и все на его борту погибли. Я был… я был очень… расстроен, сэр.

— Да, я припоминаю. Боже, почему я тогда ничего не замечал? Почему я не обратил внимание на нее… или на вас?

— Должно быть потому, что тогда мы все были немного не в себе, сэр. Помешательство не проходит так быстро.

— Бывает, что и никогда, мистер Корвин.

Шеридан поднялся и вышел из комнаты. Он устал, и у него все еще было больше вопросов, чем ответов. Ему очень сильно нужно было немного поспать до того, как они прибудут на Вегу 7. Поспать и получить кое-какие ответы. И увидеть свою дочь…

Когда он открыл дверь, то обнаружил в каюте, конечно же, не дочь.

— Как? Как вы сюда попали?

Сьюзен улыбнулась.

— Ловкость рук.

Она лежала на его кровати. Совершенно обнаженная.

— Так ты заходишь, или нет?

Шеридан застыл в дверях и мог только смотреть. Вместо нее он почти видел образ Анны. Слабое дуновение апельсинового аромата коснулось его.

Он прикрыл свои глаза, внезапно наполнившиеся слезами.

Потом он шагнул вперед, и дверь закрылась позади него.

* * *

— Давай, Уоррен, держись.

— Больно… Док…

— Проклятье! Если бы… Если бы я мог вспомнить, что нужно делать. Я перестал быть врачом всего лишь несколько лет назад. Уоррен!

— Что мы можем сделать для него, Стивен? Посмотри на ту рану.

— Я не позволю ему умереть, Ниома.

— А вдруг это от тебя уже не зависит?

— Что-нибудь слышно с «Вавилона»?

— Нет.

— Давай, Уоррен. Не умирай у меня на руках. Не смей делать это!

* * *

— Кто ты?

Сьюзен улыбнулась.

— Это очень философский вопрос. С каких это пор ты стал ворлонцем?

Шеридан неторопливо расхаживал по комнате, а Сьюзен небрежно лежала на кровати, улыбаясь. Она гораздо больше подходила к этой домашней обстановке, нежели он сам. А почему бы и нет? Он редко бывал здесь. На борту «Вавилона», он обычно находился или на мостике, или в командном пункте, или летал на Старфьюри. Сьюзен так по-домашнему расположилась в его кровати.

«Это место Анны. Оно принадлежит ей».

— Ты знаешь, что я имею в виду. Ты вдруг, после того, как три года была мертва, ни с того ни с сего, объявляешься в минбарской камере, и как раз вовремя, чтобы помочь мне бежать оттуда… И мы совершаем побег, прилагая минимальные усилия, да еще прихватываем с собой сатаи в бессознательном состоянии. И все это — заслуга твоих… друзей. Почему? Я хочу сказать, что… я не могу понять ничего из этого.

— Тебе не очень-то надо было что-либо понять полчаса назад.

— А теперь надо.

— Ах! Как я понимаю, ты говорил с Дэвидом. Симпатичный мальчик, и все, что у меня с ним было, было забавно. Но и только — забавно. Я всегда знала, что он далеко пойдет. Командор, каково? Так, так, так. Что ж… Я теперь другая. Я стала другой с того самого момента, как приземлилась на За'Ха'Думе.

— За'Ха'Дум? Это место — база твоих… друзей? Кто они такие? Инопланетяне? Люди? Я успел заметить то, что ударило Деленн. Я такого никогда раньше не видел.

— Они инопланетяне. И я не советовала бы пытаться повторить название их расы, если, конечно, ты не говоришь по-валлийски. В нем десять тысяч букв, — она замолчала и перевела дух. — Я не уверена, что у меня получится объяснить это тебе. Они старые, очень старые, и они могущественные, но… все, что они хотят — это жить в мире. Планета, на которой разбился мой челнок — За'Ха'Дум — их родной мир, и очень дорогое место для них. Они чему-то поклоняются там — я не знаю, чему.

— Так или иначе, мои друзья… они давно недовольны минбарцами. Все, что они хотят — это жить в мире, но минбарцы им этого не позволяют. Я не знаю почему, но тут каким-то образом не обошлось без ворлонцев. Тысячу лет назад мои друзья попытались вернуться на За'Ха'Дум, после того, как были изгнаны оттуда. Минбарцы им помешали и зашли настолько далеко, что даже атаковали За'Ха'Дум, и им помогали ворлонцы и несколько ныне давно мертвых рас. Мои друзья были вынуждены отступить, но кое-кого из своих они оставили, спрятав их от минбарцев. Я, в некотором смысле… привлекла их внимание, когда свалилась им на голову. Они на самом деле очень дружелюбны. Или, скажем так, стали дружелюбны, когда я объяснила им, в чем дело. Они хотят вернуться на За'Ха'Дум и жить там, но им мешают минбарцы и ворлонцы. Так вот, они предлагают нам помощь, потому что знают, в какой ситуации мы оказались. Они не хотят уничтожать минбарцев, но им придется сделать это, потому что все, что они хотят — это жить в одиночестве, никого не трогая, в своем мире. Неужели это так много?

— Минбарцы — это одно, — сказал Шеридан. — Но как быть с ворлонцами? Если твои… друзья, как ты говоришь, не в ладах с ними, то мы можем разозлить ворлонцев. Я не хочу, чтобы это случилось. Тогда Битва на Рубеже покажется нам вечерней проповедью в церкви.

— Именно поэтому мои друзья и не могут оказать открытую поддержку. Им приходится действовать скрытно, но они будут делать все, что в их силах, чтобы помочь.

— Благодарю.

— Я так и думала, что ты будешь доволен. Они первые наши настоящие союзники с тех пор, как все это началось. Так что же с того, что они не могут открыться! Они хотят помочь нам, капитан. Может быть даже, помогут нам отомстить. Мы не можем вернуть себе Землю, и ты не можешь вернуть себе свою дочь, но мы все-таки можем заставить этих чудовищ, что принесли нам столько бед, заплатить за все это!

Что-то вдруг неожиданно щелкнуло в сознании Шеридана, и он повернулся к Ивановой.

— А что ты хотела? Если они спрашивали у тебя то же, что ты спросила у меня, то чего же ты захотела?

Иванова ответила улыбкой.

Коммуникатор Шеридана пискнул. Тихо выругавшись, Шеридан подошел к столу и взял его.

— Да?

— Мы прибыли на Вегу 7, сэр. Вышли из гиперкосмоса. Только, сэр, я боюсь, что двигатели гиперперехода отрубились. Наш ремонт не был толком закончен, и теперь нам предстоит повозиться, чтобы снова заставить их работать, иначе не доберемся до Проксимы. Но… это еще не самое плохое.

— Что вы имеете в виду?

— Мы просканировали планету, сэр. Из всего населения в более чем четыреста тысяч нарнов и людей, биосканеры показывают лишь пять живых биоформ.

— Пять?

— Ну, это где-то между четырьмя и шестью, кажется, — вмешалась Иванова, и пожала плечами, когда Шеридан бросил на нее яростный взгляд.

— Я буду в рубке через минуту, Дэвид. Отбой.

Он повернулся к Сьюзен.

— Пять. Из населения целой планеты. Что с ними со всеми случилось?

Он начал поспешно одеваться, когда его коммуникатор снова издал звук. На этот раз на связи был доктор Кайл.

— Капитан, кое-кто только что попытался убить вашу минбарскую гостью.

* * *

— Это была Майя Эрнандес, — сказал доктор Кайл. — Она пыталась испортить метазином кровь, которую мы ей переливали. Это средство успокоительное и наркотическое для людей, но оно может оказаться смертельным для минбарцев, особенно в больших дозах.

— А не соизволите ли вы мне сказать, доктор, почему это вы до сих пор не упоминали о такой маленькой биологической слабости?

Кайл ответил Шеридану гневным взглядом.

— Я лечу, а не убиваю, капитан. И к тому же, метазин эффективен только при внутривенном вливании. Не такое уж смертоносное оружие, как мне кажется.

— А, черт. Я знаю, знаю. Простите, доктор. Просто дела у меня в последнее время идут… странновато. И где сейчас доктор Эрнандес?

— Без понятия. Она убежала, как только я застал ее.

— Как вы думаете, почему она сделала это?

— Ее муж и сын погибли на Земле. Может быть, она слишком многого насмотрелась на этой войне.

— Как и все мы.

Шеридан повернулся к Корвину.

— Найдите ее и заприте где-нибудь.

— Есть, сэр.

Корвину было не по себе с тех пор, как он передал свое сообщение Шеридану.

— Вы хотите, чтобы я занялся этим до или после того, как слетаю на планету?

— Вы не полетите на планету, мистер Корвин. Мне нужно, чтобы вы оставались здесь и поддерживали порядок. Полечу я.

— Капитан! Вы забыли, что случилось в последний раз, когда вы спускались туда?

— Нет, и не похоже, что я это когда-либо забуду. Верьте мне, мистер Корвин.

— Но вы не можете отправиться туда в одиночку.

— Не думаю, что пятеро живых могут представлять собой серьезную угрозу. И кроме того, я полечу не один. Она полетит вместе со мной, — он указал на Деленн, безмятежно сидевшую на стуле около своей койки. Ее руки были скованы, но лицо оставалось спокойным и бесстрастным.

— Я не хочу выпускать ее из поля зрения. У нее слишком много нужной нам информации, чтобы позволить ей умереть по какой-либо причине, и кроме того, мистер Корвин, она не собирается никуда бежать. Я возьму с собой команду из службы безопасности, если вы настаиваете, но это все. До свидания, мистер Корвин. Вы, — он взглянул на Деленн. — Идите со мной.

Молча, с умиротворенным, как всегда, лицом, она поднялась и пошла за ним. Она держалась со столь же спокойным достоинством, с какой гордостью несла свои оковы.

* * *

Минбарцы… проклятые минбарцы… сожгли Землю… прикончили Землю… разрушили ее… убили всех…

Убили…

Кэтрин, вернись, Кэтрин! Проснись, Кэтрин… Ты не можешь умереть. Джозеф умер. Ты не можешь тоже умереть. Пожалуйста, Кэтрин.

Пожалуйста.

Минбарцы… Кэтрин… Джозеф мертв… Земля мертва… Земли больше нет… Ничего больше нет… но я… я тут… я всегда тут… Кэтрин…

Я… Я люблю тебя, Кэтрин… Я люблю тебя, Кэтрин… ты не можешь умереть…

Все вокруг него было мертво, и мертв был человек по имени Маркус Коул. Смерть его была не смертью плоти, но смертью духа, смертью прежних жалких мечтаний, стремлений и надежд.

Что-то новое и страшное рождалось в душе Маркуса Коула.

* * *

— Как по-вашему, что здесь произошло?

Деленн молчала, глядя прямо перед собой. Наблюдая ее спокойствие, Шеридан чувствовал, что ему хотелось бы обладать таким же. Он не мог смотреть на сожженные здания, руины, опустошение, на весь тот кошмар, в который превратилась Вега 7, и ощущать при этом хоть что-нибудь, кроме медленно вскипавшей злости. Так похоже на Землю. Это было так похоже на Землю.

Посадить челнок оказалось непросто. Здесь осталось слишком мало подходящих, достаточно плоских и чистых от обломков площадок, но им все-таки удалось сделать это, и теперь они шли через опустошенные развалины, перешагивая через мертвые тела, раздавленные или сгоревшие, направляясь к источнику сигнала SOS, который удалось засечь Корвину. Вега 7 лежала в руинах, и Шеридан не мог не размышлять о том, случилось ли это вопреки его действиям, или они послужили этому причиной.

Какой-то звук раздался слева, и Шеридан развернулся, выхватив и взяв наизготовку свой пистолет. Один из охранников службы безопасности сделал то же самое. Шеридан махнул ему рукой, чтобы он опустил оружие, а сам пошел вперед. Все остальные последовали за ним.

Это место раньше было домом. Один труп лежал, наполовину скрытый под обломками стены. Шеридан видел вокруг пятна засохшей крови. Неподалеку находилось другое тело, принадлежавшее женщине. Ее череп был расколот. И, шепотом повторяя что-то снова и снова, над ней на коленях стоял мужчина. Слезы боли и муки катились по его щекам и скатывались на его короткую черную бороду. Он взглянул на людей, и Шеридан на мгновение увидел в его глазах свое отражение. Он увидел в них самого себя, каким был когда-то.

— Мое имя Джон Шеридан, — сказал он, медленно опуская плазменный пистолет. Одного из пяти нашли.

— Старкиллер, — прошептал мужчина. — Она мертва. Они все мертвы.

— Кто это сделал? Что здесь случилось?

— Минбарцы. Наверное. Я их не видел, но кто еще это мог быть? Минбарцы… минбарцы… я Маркус… Маркус Коул.

— У вас есть кто-нибудь, к кому мы могли бы вас отвезти? Семья, может быть, на какой-нибудь другой планете?

— Все мертвы. Никого нет, кроме меня.

У него было странноватое произношение, и Шеридан понял, что это британский акцент. Ему долгие годы не приходилось его слышать.

— Никого нет, кроме меня. И тебя. Помоги мне, Старкиллер. Помоги мне убить их всех.

Ненависть. Цикл ненависти. Он никогда не кончится, верно? Шеридан сказал похожие слова после смерти своей дочери. Найдется ли кто-нибудь, способный вырваться из лабиринта старых путей, старых циклов, старой кровной вражды? Способен ли сам Шеридан на это? Возможно, он просто не желал.

— Я сделаю все, что получится, — просто сказал он. — Вы будете желанным гостем на «Вавилоне», мистер Коул.

— Благодарю вас.

— Мы можем… организовать похороны этих людей, если вы пожелаете.

— Оставьте их. Просто пустые оболочки. Могу ли я помочь вам чем-нибудь?

— Вы знаете дорогу к главному местному центру управления? Мне нужно знать, выжил ли там кто-нибудь.

— Да, это туда. Идите за мной.

Шеридан поразился неестественно четкой, выдержанной манере речи Маркуса. Для человека, пережившего такую потерю, подобный самоконтроль должен был быть невозможным, и, рано или поздно, предвидел Шеридан, скорбь снова вырвется наружу. Шеридан предполагал, что это случится, когда Маркус увидит Деленн, но он просто проигнорировал ее, как если бы она была пустым местом.

Маркус вел их через заполненные развалинами улицы, мимо раздавленных трупов. Должно быть, он знал кого-то из них раньше, но ни разу не подал вида. Это выглядело так, как если бы вместе с уничтожением его окружающего мира, был уничтожен и его внутренний мир. Шеридан посмотрел на Деленн, но она пока так и не проронила ни звука. Действительно ли минбарцы сделали это? Могли ли они? Это было очень похоже на Землю. Слишком похоже на Землю.

Наконец, они их нашли. Франклин и Конналли, склонившись, занимались двумя лежащими фигурами. Одной из них был нарн, а другая…

— О, Боже, — тихо сказал Шеридан. — Как он, Стивен?

— Плохо.

Шеридан махнул рукой, и доктор Кайл, который настоял, чтобы его взяли с собой, рванулся вперед. Вместе с Франклином они начали работать над Кеффером. Он стонал, но все тише. И тут Шеридан обратил внимание на нарна. Это был На'Фар.

— Он почти ничего не говорил, — сказала Конналли. — Он тоже умирает. О чем бы вы ни хотели его спросить, лучше сделайте это сейчас, капитан.

Шеридан бросил еще один, последний взгляд на своего боевого товарища, и подошел к предавшему его нарну. Его ноги были сломаны, а лицо обожжено. В его кроваво-красных глазах была невероятная печаль и утрата.

— Г'Кван, помилуй меня, — прошептал он на одном из нарнских диалектов, который Шеридан понимал. — Г'Кван… упокой меня.

— Что здесь случилось? Кто сделал это?

— Враг… древний, темный… враг… ах, Г'Кван, помилуй меня… должен выслушать… должен выслушать… слушай… минбарцы… они… знают…

Речь нарна стала неразборчивой, и Шеридан поднял взгляд от его лица. Он не услышал двух последних слов, но того, что он услышал, ему было достаточно.

— Проклятье! — услышал он голос Франклина. Шеридану не нужны были объяснения. Кеффер умер.

— Нас… держали под землей, — говорила Конналли. — Я не знаю, как нам удалось выжить. Но… Уоррен… он не мог двигаться так быстро, как мы… Его, наверное, ударили очень сильно. Он не мог быстро двигаться, и когда стена упала…

Шеридан отвернулся, молчаливый и спокойный. Все остальное казалось несущественным. Он слышал, как Маркус сказал что-то Конналли, и она ответила ему. Франклин и доктор тихо разговаривали, но единственные слова, достигшие его слуха, были слова Деленн:

— Вален, храни ваши души.

Шеридан резко повернулся к ней. Без всякой мысли, без злобы или ненависти, лишь с холодным, жестким чувством бесповоротности внутри, он ударил ее по лицу. Ее руки были скованы, и она упала навзничь на пепелище. Шеридан достал пистолет, по-прежнему ни о чем не думая, и прицелился в нее. С коротким жужжанием оружие набрало энергию. Мгновение тянулось долго, целую вечность, и все, что имело в этот миг значение — это выражение ее глаз. Как у испуганного ребенка, потерявшего невинность.

Исполнившись внезапным отвращением, не то к себе, не то к ней, Шеридан убрал оружие.

— Смерть — слишком легкая участь для тебя, — выпалил он. — Пошли. Несите тело Уоррена в челнок. Он заслужил, как минимум, нормальные похороны.

И они оставили Вегу 7 позади, мертвый мир, принадлежащий отныне лишь мертвым и памяти живущих.

* * *

Доктор Эрнандес бежала. Она боялась. Она не сделала того, что должна была сделать. Доктор Кайл заметил ее, и теперь ее искали. Служба безопасности. Почему? Неужели они не понимают? Этой минбарской сучке нельзя позволить жить. Ее нужно убить и оставить гнить, как они сделали со всеми на Земле, с ее мужем, с ее сыном.

Но у доктора Эрнандес была подруга, подруга, которая все ей объяснила, которая рассказала ей об этом, которая заставила ее понять, и которая сказала ей, что она должна была сделать.

— Ты там? — тяжело дыша, спросила Майя. Это было то место, в котором, как ей было сказано, будет безопасно. Ее подруга сказала ей, что они встретятся здесь. Теперь все будет хорошо.

— Ты здесь?

— Я здесь, — ответил тихий голос.

— Меня… меня поймали. Служба безопасности ищет меня. Но почему? Она ведь заслуживает смерти, правильно? Ты мне сама так сказала. Она заслуживает смерти. Почему они охотятся за мной за то, что я собиралась сделать то, что нужно?

— Ты провалила задание. Мне было нужно, чтобы эта минбарская сучка умерла. Она знает, кто я, что я такое. Ты все испортила, и ты привлечешь внимание ко мне. Я не могу позволить тебе сделать это.

— Ты… ты пугаешь меня.

— Хорошо.

Неслышное движение, тупой удар, и доктор Майя Эрнандес умерла прежде, чем сумела понять, что с ней происходит. Сьюзен Иванова сложила свой боевой посох и вышла из тени. Так… Одна попытка провалилась. Что ж, это еще не конец света. У нее еще есть время.

Достаточно времени, чтобы увидеть, как эта минбарская шлюха сдохнет.

* * *

— Со звезд мы пришли, и к звездам мы возвращаемся. Отныне и до конца времен.

Шеридан закончил читать речь похоронного ритуала и стал смотреть в темный обзорный экран. Темный, потому что внешние камеры не работали. Они должны были бы проводить ритуал в обзорном куполе, но тот также был поврежден. Это было нечестно. Кеффер заслужил лучшего погребения, чем это. Не было времени даже на то, чтобы послать с ним эскорт истребителей. Все это было просто нечестно.

Шеридан отвел взгляд от пустого экрана и посмотрел на всех, кто стоял в рубке. Франклин был тих, горечь и злость читались в его глазах. Иногда он все еще проявлял чувства врача. Корвин выглядел неловко. Конналли не было здесь, возможно, она где-то выпивала в память о Кеффере. А Деленн… Были ли это настоящие слезы в ее глазах, или всего лишь последствия его оплеухи?

— Через какое время двигатели гиперперехода будут работать, мистер Корвин?

— Боюсь, что только через добрых полчаса. Им крепко досталось. Понадобится основательный ремонт, когда мы вернемся на Проксиму.

Шеридан понимающе кивнул, и тут Деленн начала говорить:

— Капитан, пожалуйста, выслушайте меня. Мой народ никогда бы не сделал ничего подобного. Это была другая раса, старшая раса. Ваша компаньон — часть той силы, что служит им. Они злые, темные и ужасные. Мы называем их…

— Заткнись! Меня не волнует, как вы их там называете, но Сьюзен мне уже все рассказала о них. Я знаю о вашей маленькой вендетте против них. Не знаю, из-за чего она началась, и это меня не волнует. Все, что мне известно, это то, что впервые за четырнадцать лет мы больше не одиноки.

— Капитан, пожалуйста, выслушайте!

— Мне что, заткнуть тебе рот? Ты находишься здесь потому, что я желаю держать тебя там, где я могу тебя видеть, потому что ты нужна мне живой, но когда наступит тот день, когда ты уже не будешь иметь значения, я первый вызовусь нажать кнопку, которая выбросит тебя в космос.

— Я приму смерть, но не раньше, чем я скажу…

Шеридан достал пистолет и направил оружие прямо на нее. Она встретила его взгляд с холодным безразличием, но в глубине ее глаз читалась затаенная мольба. Он пожалел о словах, что сорвались с его языка, но ничего поделать было уже нельзя.

— Как ты примешь смерть, меня не касается. А теперь заткнись, или я прикажу вставить тебе кляп.

— Капитан! — неожиданно вмешался Франклин. — Прямо над нами открываются две точки перехода!

— О, черт! Минбарцы! Начать маневры уклонения, Дэвид. Запустить истребители и заставьте работать эти гипердвигатели как можно быстрее. Как они могли найти нас здесь? Мы же ведь за луной, черт побери.

— Без понятия, капитан, — сказал Корвин. — Они вызывают нас.

Шеридан сжал зубы и взглянул на Деленн. Ее взгляд был опущен к полу.

— На экран. Может быть, нам удастся уцелеть, поговорив с ними.

Лицо минбарца появилось на экране. Он не был склонен к долгим вступлениям.

— У вас сатаи Деленн. Вы вернете ее нам и немедленно сдадите корабль.

— Знаете что, ребята, вашими бы устами да мед пить. У нас есть преимущество. Вы не можете стрелять по нам, или вы рискуете убить вашу драгоценную сатаи Деленн. Не можете ведь, так?

Экран потемнел.

— Они не могут?

— Они из касты воинов, капитан, — неожиданно сказала Деленн. — Моя смерть, особенно при обстоятельствах, когда можно обвинить в ней вас, их вполне устроит.

— Политика. Превосходно! Дэвид!

— Я делаю все, что могу, сэр. Я… подождите… Открывается еще одна точка перехода.

Шеридан вскочил на ноги.

— У нас должен быть хоть какой-то выход!

— Я… о, Боже, — прошептал Франклин. — Оба минбарца уничтожены. Я… Там что-то есть, но… я никогда не видел ничего подобного.

— Этого не может быть. Не бывает кораблей такой силы и быстроты. Попытайтесь вызвать их на связь.

— Пытаюсь, сэр. Пытаюсь, и у меня не получается. Они ушли.

— Невероятно. Вот это скорость. Им ведь нужно было сперва дать своим двигателям гиперперехода возможность хоть немного остыть. Кто такие, черт побери, они были? Что-нибудь было на внешних камерах?

— Никак нет, сэр, — ответил Дэвид. — Они все еще не работают, и у нас не было времени, чтобы запустить хоть один истребитель. Чем бы эта штука ни была, ее никто не видел.

Шеридан сел назад в свое кресло.

— Что же это могло быть?

— Один из моих друзей, капитан.

Это сказала Сьюзен, войдя легкой походкой в рубку и мило улыбаясь.

— Точнее сказать, наших друзей. Я подумала, что у нас здесь могут возникнуть неприятности, так что я попросила их в случае чего придти к нам на помощь.

— Это был один из наших друзей? Два минбарских крейсера за десять секунд?

— При необходимости. Они теперь на нашей стороне, капитан. Они не станут помогать нам во всем, но когда у них есть возможность, они будут рады сделать это.

Шеридан обвел взглядом команду рубки, и увидел на их лицах страх, смешанный с благоговением. Страх и еще кое-что, чего он не думал увидеть больше в своей жизни.

Надежду.

— Похоже, что наши дела, наконец, пошли на лад. Наконец-то, после четырнадцати лет борьбы и унижений!

Он позволил себе усмехнуться, и через секунду все, кто находился в рубке, улыбались, смеялись и ликовали. Первая крупица надежды после десятилетия разочарований.

Все… кроме одной.

— Что ж, сатаи Деленн, — издевательски произнес Шеридан. — Похоже, что мы больше не одиноки. Я не знаю, кто наши союзники, но они, по крайней мере, готовы сражаться, в отличие от нарнов. Что вы думаете об этом, а, сатаи Деленн? Да, что вы думаете обо всем этом?

Она встретилась с ним взглядом. Ее лицо стало смертельно бледным. Бездна ужаса была в ее глазах.

— Я думаю, что мы все обречены, капитан.

Она опустила голову.

— Вален, спаси нас, мы обречены.


Содержание:
 0  вы читаете: Другая половина моей души : Гэрет Уильямс  1  Глава 1 : Гэрет Уильямс
 2  Глава 2 : Гэрет Уильямс  3  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 4  Глава 4 : Гэрет Уильямс  5  Часть 2 Имеющий уши, да услышит : Гэрет Уильямс
 6  Глава 2 : Гэрет Уильямс  7  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 8  Глава 4 : Гэрет Уильямс  9  Глава 1 : Гэрет Уильямс
 10  Глава 2 : Гэрет Уильямс  11  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 12  Глава 4 : Гэрет Уильямс  13  Часть 3 Души воинов : Гэрет Уильямс
 14  Часть 4 Услышать Машину : Гэрет Уильямс  15  Глава 2 : Гэрет Уильямс
 16  Глава 3 : Гэрет Уильямс  17  Глава 1 : Гэрет Уильямс
 18  Глава 2 : Гэрет Уильямс  19  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 20  Часть 5 Тени ее прошлого, иллюзии его будущего : Гэрет Уильямс  21  Глава 2 : Гэрет Уильямс
 22  Глава 1 : Гэрет Уильямс  23  Глава 2 : Гэрет Уильямс
 24  Часть 6 Бестер Великолепный : Гэрет Уильямс  25  Часть 7 Превращения : Гэрет Уильямс
 26  Глава 2 : Гэрет Уильямс  27  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 28  Глава 4 : Гэрет Уильямс  29  Глава 1 : Гэрет Уильямс
 30  Глава 2 : Гэрет Уильямс  31  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 32  Глава 4 : Гэрет Уильямс  33  Часть 8 Другая половина моей души : Гэрет Уильямс
 34  Глава 2 : Гэрет Уильямс  35  Глава 3 : Гэрет Уильямс
 36  Глава 4 : Гэрет Уильямс  37  Глава 5 : Гэрет Уильямс
 38  Глава 6 : Гэрет Уильямс  39  Глава 7 : Гэрет Уильямс
 40  Глава 1 : Гэрет Уильямс  41  Глава 2 : Гэрет Уильямс
 42  Глава 3 : Гэрет Уильямс  43  Глава 4 : Гэрет Уильямс
 44  Глава 5 : Гэрет Уильямс  45  Глава 6 : Гэрет Уильямс
 46  Глава 7 : Гэрет Уильямс    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap