Фантастика : Космическая фантастика : Глава 5 : Дэвид Вебер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25

вы читаете книгу




Глава 5

Капитан Военно-морского флота США Ричард Эстон откинулся назад, любуясь четкой работой курсовой автоматики «Аманды». Свежий западный ветер подгонял его кеч, имевший в длину пятьдесят футов. Ночь, по мнению капитана, обещала быть спокойной — насколько вообще можно говорить о спокойствии, когда плывешь на яхте через Атлантический океан. Переносной радиоприемник что-то тихонько бормотал — Эстон неожиданно обнаружил, что соскучился по звукам человеческих голосов. Закат постепенно переходил в фиолетовые сумерки, а океан, на который уже легла тень ночи, напевал ему свою песнь. Ветер тоже шептал что-то, играя в снастях, «Аманда» поскрипывала и постанывала, перебираясь с волны на волну, и со всех сторон слышалось журчание воды. Спереди доносились хлюпанье и шорох рассекаемых волн, сзади — клокотанье пены, тянущейся за шлюпкой, и звуки, вызванные работой руля.

Трубка Эстона погасла, и он подумывал уже спуститься в каюту, чтобы снова набить ее, но блаженная лень не отпускала его из своих объятий. Ему было слишком уютно и хорошо, чтобы сдвинуться с места.

Он медленно улыбнулся. Переплыть Атлантический океан в одиночку — вовсе не значит бездельничать, как воображают многие любители морских путешествий, никогда не покидавшие своего кресла. Последняя неделя выдалась очень тяжелой. За два дня до этого сильный ветер и коварные волны порядочно помучили и попутали Эстона, но низкий, тяжелый киль «Аманды» придавал ей замечательную устойчивость даже при сильном ветре. А потом ветер унесся прочь, волнение уменьшилось, и Атлантический океан на какое-то время надел обманчивую маску доброжелательности.

Эстон знал — это была именно маска. Лживая маска, вдобавок. Это была одна из забав океана — прикинуться нежным и покорным. Но он все равно любил его, отчасти потому, что знал его обманчивый нрав. Если это была забава, то забавлялись они оба, подумал Эстон, на которого нашло поэтическое настроение, придававшее блаженным минутам созерцания еще большее очарование

Он поднял руку, заслоняя глаза от света сигнальных огней собственной яхты, и посмотрел на небо. Отсутствие дыма и света городов делало его дивно прозрачным, и звезды сверкали на нем чудесным блеском. Красота звездного небосвода приводила Эстона в восхищение и была главной причиной, по которой он любил плыть ночью. Ему казалось, что над ним простирается усыпанное алмазами бархатное черно-кобальтовое море, хотя он ни за что не осмелился бы поделиться этой мыслью со своими коллегами. В устах такого некрасивого верзилы, как Эстон, слегка сутулого и изрядно потрепанного жизнью, подобные слова звучали бы странно, а то и смешно.

Опустив руку, он взглянул на радарный отражатель. На море он предпочитал спать днем, потому что торговые суда в век радаров со все большей небрежностью относились к необходимости бдительно смотреть по сторонам, а Дику Эстону о возможностях высоких технологий было известно достаточно, чтобы не слишком им доверяться. Отражатель — штука, конечно, полезная, но его эффективность полностью зависит от исправности радара на другом судне. А днем вероятность того, что рассеянный впередсмотрящий заметит ярко-красные паруса яхты, была гораздо выше, чем в темноте. Хорошенько все взвесив, Эстон предпочел проводить ночи, высматривая суда, которые могли не заметить его. Ну и конечно, любуясь звездами.

Он снова взглянул вверх и нахмурился от удивления. Что за?..

Левой рукой Эстон начал нащупывать в ящике мощный бинокль, ни на мгновение не отводя глаз от движущихся по странной траектории сверкающих точек. Казалось, они спускаются вниз… Но как-то странно, так не бывает… Сверкающие точки напоминали падающие звезды, однако Эстону не доводилось слышать о метеорах, которые внезапно изменяли бы траекторию падения!

Он прижал бинокль к глазам и стал наблюдать за сияющими линиями, легко приноравливаясь к качке благодаря долгому опыту. Но толку от бинокля было мало: чем бы ни были эти светлячки, расстояние до них оказалось слишком велико. Однако если он заметил их с такого расстояния, они должны находиться на огромной высоте!

Казалось, что загадочные светлячки движутся ему навстречу, но, присмотревшись, Эстон понял, что это обман зрения. На самом деле они быстро спускались к южному горизонту. Что бы это все-таки могло быть…

Он замер: мерцающая точка отделилась от группы и метнулась в сторону, бешено прыгая туда-сюда. Проклятье! Это может быть только след управляемого летательного аппарата! Никакой предмет в свободном падении не двигался бы по такой сумасшедшей траектории. Эстону даже показалось, что мерцающая точка пытается от чего-то уклониться.

Неожиданно возникнув, мысль эта уже не покидала Эстона. Один из светлячков по невозможной дуге бросился вдогонку за убегающей точкой. Капитан внимательно наблюдал за их полетом, а когда светлячок выбросил из себя крохотную искру, и та устремилась к светлячку-преследователю, Эстон невольно зажмурился от нестерпимо яркой вспышки. И тут же множество блестящих искорок отделилось от преследователя и помчалось к мерцающей точке-беглецу.

Капитан часто заморгал: глаза заболели от нестерпимого сверкания вспышек. В 1973 году лейтенант Дик Эстон оказался на Синае в качестве военного наблюдателя при израильской армии и с тех пор не мог забыть зрелища яростного воздушного боя, разыгравшегося однажды утром между израильтянами и египтянами. Он ясно помнил и дымные следы, которые оставляли за собой ракеты, и белые инверсионные следы самолетов, и падающие черно-красные огненные шары, в которые превращались подбитые истребители. Он ясно помнил все это и почему-то был уверен, что наблюдает нечто похожее на то давнее безумие.

У него не было причин так думать. Никто не мог вести военных действий здесь, над океаном, и ни у одной страны не было истребителей, способных проделывать такие кунштюки, какие выделывали эти светлячки, точки и искорки. Эстон хорошо понимал это и все же не мог не сознавать, что его догадка верна. Он затаил дыхание: огненные стрелы беззвучно пронзили небо, а затем два светлячка внезапно вспыхнули нестерпимым блеском и погасли, заставив его ахнуть от изумления.

Уцелевшие огоньки продолжали спускаться все ниже. Он чувствовал, что они мчатся с немыслимой скоростью, несмотря на то, что из-за огромного расстояния казалось, будто они двигаются медленно и плавно. Огоньки летели к горизонту, то сближаясь, то отдаляясь друг от друга, непрерывно маневрируя, как будто стремясь занять более выгодное положение. Эстон в изумлении наблюдал за ними до тех пор, пока они в конце концов не скрылись за изогнутой линией горизонта.

Он опустил бинокль и только тогда понял, какое возбуждение охватило его. Постепенно успокаиваясь, он выругал себя за излишнюю живость воображения. Огоньки, ведущие воздушный бой! НЛО, не иначе! Уж не гости ли это со звезды Арктура или Боско? А может, Беспощадный Минг и Флэш Гордон* [персонажи популярных в США НФ-произведений]? Несомненно, должно существовать какое-то рациональное объяснение…

И тут горизонт на юге озарился ослепительным сиянием, которое заставило Эстона вскочить на ноги. Его блеск прогнал ночную темноту и отражался на воде, мгновенно превратившейся в подобие огромного зеркала — даже на таком расстоянии. Капитан повидал на своем веку немало взрывов, но такого еще не видел.

Он инстинктивно отвел глаза в сторону, чтобы не смотреть прямо на сияющее пятнышко, но даже ради спасения своей жизни он не смог бы теперь забыть о нем! Дыхание Эстона участилось, и он напряженно ждал чего-то. Он понятия не имел о том, что именно должно произойти, но ведь должен же теперь быть…

Он ахнул, не веря своим глазам: на горизонте взметнулась еще одна вспышка! Она находилась ниже первой, решил Эстон, за горизонтом — он видел не сам источник света, а его отражение от нижнего края облаков. Но что же это могло быть, ради всего святого?!

Он все еще не пришел в себя от изумления, когда показались новые сверкающие точки. На этот раз их было всего три; они бежали вверх, будто взлетали три ракеты. Но нет, была еще четвертая, которая мчалась вслед за первыми тремя! Еще одна вспышка осветила небо, и первая из трех сверкающих точек исчезла. Оставшиеся продолжали сближаться, описывая немыслимую спираль. Ого! Еще одна огненная стрела! Она гналась за той, что летела впереди! Но что же это такое?!

Неведомый инстинкт предупредил Эстона о нависшей опасности. Он вскинул руки, защищая глаза, и почти в то же мгновение шквал света заставил ночную тьму исчезнуть. Эстон закричал от ужаса, упал на палубу, и бессвязные мысли заметались у него в голове. Он видел огненный шквал, несмотря на то что зажмурил веки и закрыл глаза руками! Это был ядерный взрыв! Ничем другим эта вспышка быть не могла, и счастье еще, что произошел он так высоко! Даже здесь, на уровне моря, Эстон ощущал исходивший от него жар. Он побледнел, представив, какое радиоактивное излучение шло с высоты. Хорошо, хоть ветер больше не дул с северо-запада! А выпадение радиоактивных осадков произойдет на территории…

Но тут ход его рассуждений был прерван серией новых взрывов, каждый из которых был мало чем слабее первого! Они вспыхивали страшной чередой, словно огненный хвост, тянувшийся за первой летящей по небосводу точкой, и явно догоняли ее! Испуганный и недоумевающий, Эстон машинально отметил, что небесные огни поднимаются все выше и выше. Они вот-вот должны достичь верхней границы стратосферы! Что же это за устройства? Менять на такой скорости траекторию полета не способна ни одна созданная человеком машина, и все же он видел эту удивительную ракетную дуэль собственными глазами!

А ночь между тем раскалывали все новые ядерные вспышки.

Светлячок, летевший впереди, отклонился от своего курса — казалось, последний взрыв произошел слишком близко от него — и рванулся вверх по немыслимо крутой дуге. Человек не мог управлять подобной машиной, решил Эстон. Но кто же тогда совершил этот маневр и зачем? Эстон не пытался ответить на этот вопрос, беспомощно наблюдая за происходящим. Он видел, как преследователь, повторив маневр жертвы, начал нагонять ее. Сверкнула голубая молния, от которой его глаза заболели так же сильно, как от зрелища ядерных взрывов, и подбитый светлячок стал стремительно падать.

Эстон видел, как он перевернулся и зигзагами понесся к океану. Ужас охватил Эстона, на миг ему показалось, что подбитый светлячок падает прямо на него! Что, если преследователь решит сделать по нему контрольный выстрел? От близкого ядерного взрыва ему не спастись…

Увы, с этим капитан решительно ничего не мог поделать. Он подавил в себе паническое желание упасть ничком на палубу и продолжал смотреть, как падает подбитый светлячок. А за ним гонится другой… Так продолжалось несколько секунд, затем преследователь развернулся и полетел на юго-запад.

Эстон испустил глубокий вздох облегчения: угроза немедленной смерти отодвинулась. Правда, подбитый светлячок продолжал падать. Черт возьми, с какой же высоты он падает! Определенно он летел в сторону «Аманды», и Эстон напряженно сглотнул, пытаясь оценить его размеры. Светлячок становился все больше и больше. От него отваливались пылающие обломки. Загремел гром, обрушившийся на Эстона, будто гнев небес, и он понял, что это отголоски взрывов на светлячке. Он пожалел, что не сообразил считать секунды, чтобы по разнице между вспышками и грохотом оценить расстояние.

Светлячок продолжал падать! Эстон старался убедить себя, что океан огромен, и падающий объект, как бы огромен он ни был, не упадет на «Аманду», но ему казалось, что разваливающийся на ходу НЛО летит прямо ему в лоб. Он понимал, что это иллюзия, и все же мускулы его непроизвольно напряглись.

Приток адреналина неожиданно вывел его из шокового состояния. На него она, может, и не свалится, но до чего же велика эта штуковина! Кто знает, какую волну она поднимет, когда плюхнется в воду? Он бросился к штурвалу, запнулся о канат и громко выругался. Отключив автонавигатор, он определил направление ветра и повернул «Аманду» вправо. Он хотел, чтобы яхта шла точно на волну.

С бешено колотящимся сердцем он глядел вверх на падающий предмет — и вдруг тот взорвался прямо у него на глазах! Россыпь светящихся обломков разлетелась во все стороны, а из них вынырнула ярко-голубая звезда. Эстон невольно зажмурился, почувствовав вместе с болью облегчение: светлячок развалился. Значит, обломки сгорят в воздухе и не успеют достичь океана!

За исключением голубой звезды, подумал он, и открыл глаза, чтобы понаблюдать за ней. Какое-то мгновение он не понимал, что происходит с этой чудной звездочкой, а потом до него дошло — она не падает! Она продолжала снижаться, но не так, как породивший ее развалившийся объект. Звезда спускалась гораздо медленнее, причем ее скорость заметно уменьшалась. Голубое сияние пульсировало и мигало, заставляя невольно вспомнить умирающих светлячков. До Эстона донесся странный звук, похожий на высокий вой. Он изо всех сил всматривался в звезду, сглатывая от волнения.

На сей раз это не был обман зрения — звезда направлялась к нему и… Она меняла курс, чтобы не промахнуться! Он снова с трудом сглотнул и сообрази что видит некий аналог парашюта. Кто-то — или что-то, подумал он, бессознательно содрогаясь, — спаслось из подбитого летательного аппарата.

Эстону захотелось развернуть «Аманду» и поплыть прочь, но он подавил этот порыв. Раз уж эта неведомая штука способна менять направление движения, то скорости у нее точно хватит, чтобы его догнать, если он бросится в бегство. Разумеется, если таково будет ее намерение.

Кроме того, любопытство было главным недостатком Дика Эстона. В глубине души он прекрасно понимал мангуста Киплинга и несколько раз едва не погиб из-за потребности «сбегать узнать, что это там такое».

Лишь начав убирать паруса, Эстон понял, что больше не стоит на месте. Сначала бизань, а затем и главный парус намотались на автоматически крутившиеся реи, и «Аманда» сбавила ход. Эстон действовал на ощупь, не отрывая глаз от испускавшей голубой свет звезды, чудовищный вой которой становился все громче. Свет приближался, зато мерцание его делалось все более неровным и прерывистым. Вой тоже то нарастал, то становился тише, и его колебания более или менее совпадали с изменениями силы света. Что бы это ни было, решил Эстон, оно неисправно и повреждено в бою, так же как породивший его светлячок.

Он спустил фок и включил стартер, чтобы запустить мощный дизель. Даже не будучи прогрет, двигатель отозвался мгновенно: сначала неуверенно кашлянул, потом ровно и сильно заворчал, и Эстон подумал, что не зря отдавал его в ремонт перед тем, как отправиться в плавание. Он заставил себя подождать и дать дизелю прогреться, а голубая звезда между тем подбиралась к нему все ближе и ближе.

За этой мыслью мгновенно последовала другая, и он бросил руль, чтобы спуститься в каюту и взять из ящика пистолет 45-го калибра. Подобно многим ветеранам элитных подразделений армии США, Эстон не слишком доверял натовскому девятимиллиметровому оружию даже четверть века спустя его принятие на вооружение в Соединенных Штатах. Его первой любовью был 1911А1, создание Джона Браунинга, и десять лет назад он приобрел одну из его модификаций, предназначавшуюся для спецназа ВМФ США. Он вставил магазин из нержавеющей стали в рукоятку пистолета, убедился, что первый патрон вошел в патронник, поставил оружие на предохранитель и запихнул его за пояс поношенных шорт. Ему было немного неловко, но вес пистолета, давившего на поясницу, придавал ему уверенности в себе, будто присутствие старого друга.

Он заторопился обратно на палубу. Рукотворная звезда стала намного ближе, а дизель ворчал вполне довольным тоном. Эстон расправил плечи и отпустил сцепление, связывавшее винт с двигателем. Характер движения «Аманды», превратившейся из парусника в моторное судно, сразу же изменился.

Он мастерски завертел рулем, направляясь к предполагаемому месту падения непонятной штуковины. Хоть он и посмеивался над собственными действиями, ему все же удалось справиться со своим страхом. Не избавиться от него совсем, но хотя бы отодвинуть подальше, превратить ужас в тревогу. Если кто-то хотел нанести ему визит, он должен был по меньшей мере прибыть на свидание.

Вой непонятного НЛО то усиливался, то угасал теперь с пугающей неправильностью, а свет пульсировал все слабее. Удивительная штука была уже над самой водой. До нее оставалось не больше трехсот ярдов, а высота, на которой она находилась над океаном, не превышала пятидесяти футов. Внезапно свет погас и больше не вспыхивал. Эстон с трудом разглядел шарообразный предмет, почти неразличимый в охватившем океан ночном мраке. Шар завис в воздухе на какое-то мгновение…

А потом упал в воду.

Из океана поднялось облако белой пены. Сфера глубоко ушла под воду, а потом снова выскочила на поверхность. «Аманда» качнулась, и ее бушприт нацелился в небо: до яхты дошла волна, поднятая падением неизвестного летательного аппарата. Эстон прикинул, что в диаметре он должен быть не меньше тридцати футов; во рту у него пересохло, сердце бешено билось.

Он подплыл поближе. Нервы были натянуты от напряженного ожидания, как это всегда бывало с ним перед тренировочным прыжком с парашютом или тушением пожара. Он ждал, что сфера подаст ему какой-нибудь сигнал, но совершенно не представлял себе, чего именно ждет. Эстон с жадностью читал научную фантастику, однако множество выдуманных описаний «первого контакта», которые он помнил, ничуть не помогали ответить на главный вопрос: что теперь делать?

Он усмехнулся этой мысли, и неуверенная улыбка помогла ему обрести утраченное внутреннее равновесие. Внимательнее всмотревшись в сферу, он обнаружил, что она держалась на воде не так, как плавало большинство округлых предметов. Сфера уверенно покачивалась на волнах, не обнаруживая ни малейшего намерения вертеться вокруг своей оси, и Эстон предположил, что, возможно, она бросила нечто вроде плавучего якоря… Это было вполне возможно, решил он. Вполне возможно.

И если он был прав, если то, что он наблюдал, в самом деле было чем-то вроде воздушного боя, а сфера — спасательной капсулой, то ее обитатели могли потерять сознание, страдать от полученных ранений или даже умереть… В любом из этих случаев никакого контакта не будет, если он сам не сделает шаг навстречу. Довольно затруднительное положение…

На верхушке сферы имелось что-то вроде плоской площадки, а вокруг — нечто, напоминающее ручки или поручни. На мгновение Эстон закусил губу, затем пожал плечами. Идея покинуть уютную палубу «Аманды», чтобы забраться на эту штуку, выглядела не слишком заманчивой, если не сказать пугающей. Хотя единственное, чего ему стоит опасаться, так это чудища, которое может выскочить из капсулы и проглотить его. Однако в чудищ, создающих звездолеты, верилось с трудом.

Страховочный трос был достаточной длины, чтобы забраться на сферу и в то же время надежно удерживать яхту.

Эстон одобрительно кивнул столь разумным своим мыслям и поднял с кормы причальный конец. Эти поручни подойдут, чтобы завязать узел…

Дизель «Аманды» радостно заурчал, когда Эстон поставил его на нейтраль и подвел корму поближе к сфере. Он присел и с легкостью перепрыгнул три фута, отделявшие от нее яхту. Схватился за поручни и с удивлением ощутил, как удобно его руке. Наверное, делать из этого факта какие-то серьезные выводы было неразумно, но, казалось, они были сделаны для человеческой руки. Эта мысль придала Эстону смелости; он сделал на конце каната петлю, быстро привязал к поручням и надежно затянул.

С обезьяньей ловкостью он вскарабкался на венчавшую макушку сферы плоскую площадку. Поручни были гораздо удобнее многих из тех, за которые ему доводилось держаться в своей жизни, а Эстон был отличным спортсменом. Забравшись наверх, он если и начал дышать чаще, то не от затраченных усилий.

И тут он обнаружил крышку, которая не могла быть ничем иным, кроме как крышкой люка. Он должен открываться каким-то образом… ага! Его взгляд наткнулся на слабое мерцание зеленого огонька, который освещал массивный фиксатор. Эстон взялся за рукоятку, прежде чем голос благоразумия успел его остановить. Фиксатор легко сдвинулся с места, внутри сферы что-то взвыло.

Мгновение ничего не происходило, а потом… Эстон едва не упал: с проворством гадюки люк под ним открылся, и он едва успел выбросить вперед руки и ухватиться за его край, чтобы не упасть. Ругательство замерло у него на губах, когда он посмотрел внутрь сферы, из чрева которой лился слабый свет.

В сфере, которая и в самом деле была повреждена, плескалась вода. Ее набралось уже несколько дюймов и она прибывала. Эстон окинул взглядом приборную панель со странными мерцающими циферблатами. Ручек управления было значительно меньше, чем он ожидал увидеть в… такой вот прилетевшей с неба капсуле. Однако внимание Эстона тут же переключилось на экипаж.

Это были люди.

Во всяком случае, человекоподобные существа, мысленно поправился он. И вяло спросил себя, почему исключает естественное предположение, что стоит на составной части какого-нибудь самолета новой модели, созданного по новейшим технологиям. Но не сделал ни малейшего усилия, чтобы заставить себя принять столь успокоительную гипотезу. И, вероятно, поэтому человеческий облик экипажа сферы произвел на Эстона еще более сильное впечатление.

Когда внутри бесшумно включился невидимый источник более яркого света, будто встречая того, кто открыл люк, Эстон вздрогнул. Вероятно, так оно и было задумано, мелькнуло у него в голове. Слабое мерцание, которое он заметил сначала, подозрительно напоминало фоновую подсветку, которую ему доводилось видеть по ночам в кабинах многих военных самолетов. При включившемся ярком свете он обнаружил, что команда тоже пострадала от удара, уничтожившего неизвестный летательный аппарат.

При виде кровавых пятен на обшивке капсулы последние колебания Эстона улетучились, и он спрыгнул вниз. Ноги его погрузились в холодную воду, и он выругался, ударившись голой пяткой о консоль, не замеченную им под слоем воды.

Эстон склонился над двумя неподвижными телами. Одному из них уже ничем нельзя помочь, подумал он, не испытывая ни малейшего желания снять с головы пилота пробитый, скрывавший лицо шлем. Густая, вязкая жидкость красноватого цвета медленно вытекала из-под шлема, и нетрудно было представить, что он увидит под ним. Жемчужно-серый комбинезон без всяких признаков швов — униформу? гермокостюм? — заливала кровь, сочившаяся из дюжины открытых ран.

Капитан повернулся ко второму пилоту, и его брови невольно поползли кверху от удивления: по очертаниям тела было ясно, что это женщина! Ему почему-то не приходило в голову, что здесь можно обнаружить женщину. Или существо женского пола. Изумление парализовало Эстона на какое-то мгновение, но тут грудь под запачканной кровью тканью шевельнулась, и он понял, что эта-то еще жива!

Его пальцы беспомощно погладили обтекаемый шлем. Проклятье! Эта штука каким-то образом прикреплена к ее голове и костюму, но как? Он боялся применять силу и начал нащупывать рычажок или кнопку, отсоединяющую шлем. Вода продолжала подниматься, и Эстон чувствовал, что времени у него мало — сфера явно тонула. Проклятье, проклятье, проклятье! Как же ему снять шлем и не навредить раненой?

Его палец случайно прикоснулся к невидимому штифту, и шлем со щелчком отсоединился от комбинезона. Эстон приподнял его, и пружинный кабель потащил шлем в стенную нишу.

Каштановые волосы рассыпались по плечам пилота, обрамляя мертвенно-бледное лицо с высокими скулами. Вне всякого сомнения человеческое лицо. Волосы были спутанными и жесткими, словно их давно не мыли, но, бесспорно, это были человеческие волосы. Потрясенный Эстон прикоснулся к ним и отдернул руку: веки женщины затрепетали. Они приподнялись, он успел разглядеть темно-синие, цвета индиго, глаза с сузившимися в точку зрачками, и бледные губы прошептали слово, которое он не смог разобрать. Что-то похожее на «Анвар».

Он собрался было заговорить с раненой, но глаза ее снова закрылись, и она опять потеряла сознание. Эстон, протянув руку, прикоснулся к ее шее и с облегчением вздохнул, почувствовав слабое частое биение пульса. Она еще жива.

Ему казалось, что женщина долго не протянет: за свою жизнь он видел много тяжелораненых, и ярко-красное пятно крови под левой грудью не предвещало ничего хорошего. Особенно в сочетании с бледностью лица, сузившимися зрачками и бескровными синими губами.

На ремнях, удерживавших раненую в кресле, он заметил большую кнопку и нажал на нее. Пряжка послушно расстегнулась, Эстон откинул ремни в сторону. На комбинезоне не было ни молний, ни пуговиц, а времени на поиски более хитрых застежек у него не оставалось. Достав из кармана старый, остро наточенный складной нож, капитан раскрыл его и просунул пятидюймовое лезвие под плотно прилегавший ворот комбинезона.

Тонкая ткань оказалась настолько прочной, что он изумленно покачал головой. Удивительная, ни на что не похожая материя оказалась прочнее всех тех тканей, которые ему приходилось резать!

Сжав зубы, он принялся пилить ее, мысленно извиняясь перед «пациенткой», которую вынужден был потревожить. Она негромко застонала, но Эстон не обратил на это внимание — чтобы помочь женщине, он должен был осмотреть ее рану.

Ткань отчаянно сопротивлялась его усилиям, но все-таки поддавалась. Он пилил и пилил и наконец смог убедиться, что инопланетный костюм скрывал вполне человеческий торс. Заметив, как привлекательно сложена незнакомка, Эстон разозлился на самого себя за легкомыслие и тут же забыл об этом, добравшись наконец-то до раны.

Он сморщился, глядя на кровь, сочащуюся из рваной раны под левой грудью. Наклонился поближе и услышал слабый, хорошо знакомый ему свистящий звук, повторявшийся при каждом вдохе. Лицо Эстона помрачнело. По крайней мере одно легкое пробито. Он удивился, что кровь едва сочится из раны, несмотря на то что это ярко-красная артериальная кровь.

Он уставился на раненую в глубоком раздумье. Он абсолютно ничем не мог ей помочь при таком ранении. Эстон умел оказывать помощь при ранениях, но все-таки он был даже не санитар, а «Аманда» совершенно не приспособлена для ухода за тяжелоранеными.

Забыв о времени, он стоял над раненой, парализованный злостью и сознанием собственной беспомощности, пока внезапный крен сферы не заставил его очнуться. Вода доходила ему уже до колен и хлюпала у бедер сидевшей в кресле женщины, а сфера покачивалась, как полузатопленное судно. Эстон изощренно выругался и прижал к ране скомканный носовой платок, а затем натянул сверху распоротый комбинезон, чтобы платок не сполз. Вероятно, он убьет ее, если решится перетащить на «Аманду», но ведь она и так умирает. А оставить ее тонуть Эстон не мог. Он поднял женщину, как пожарные поднимают потерявших сознание, с ужасом думая, какой вред причиняет ей, и нащупал отверстие люка.

Хотя женщина весила немного, выбраться с ней наружу оказалось делом нелегким. Эстон кое-как справился с этим и, очутившись на верхней площадке сферы, замер, переводя дух. Палуба «Аманды» была теперь значительно выше тонущей капсулы, погружавшейся в океан быстрее, чем он предполагал. Эстон потянул за канат, фиберглассовый корпус яхты заскрежетал по металлу, и он с чувством невыразимого облегчения шагнул на палубу «Аманды».

Осторожно опустив раненую на палубу, он прислушался к зловещему хлюпанью за спиной. Сфера погружалась все быстрее, вода, очевидно, достигла критического уровня, а проклятый канат не развязывался! Эстон лихорадочно пытался развязать узел, но глаза его еще не успели привыкнуть к ночной темноте после яркого света внутри сферы. Проклиная себя за поспешность, с которой он завязывал узел, Эстон с силой рванул его. Какого черта!.. Готово! Трос выскользнул из его рук, и Эстон упал спиной на палубу.

Он управился вовремя. Сфера быстро погружалась в воду, волны почти доставали до края распахнутого люка. Едва капитан поднялся на ноги, как одна из них уже плеснула в открытое отверстие, и сфера стала с шумом наполняться водой. Еще несколько мгновений она медленно кружилась и наконец исчезла в волнах.

Однако свет внутри нее не погас. Эстон свесился с края палубы, с сожалением следя глазами за ярким пятном, истаивавшим в глубине океана. Какая потеря! Чего бы он ни отдал за возможность передать эту странную капсулу на исследование!

Бросив последний взгляд на то место, где только что исчезла сфера, он склонился над раненой женщиной. Приложил пальцы к ее шее и едва ли не с удивлением почувствовал биение пульса. Эстону показалось даже, что тот стал увереннее. Или так оно и было на самом деле? Но при такой ране это могло быть лишь плодом его воображения, и он отругал себя за безосновательный оптимизм.

Не желая оставлять раненую на палубе, он осторожно поднял ее, с болью заметив, как бессильно повисли при этом ее руки, и отнес вниз, в каюту.

Уложил ее на свою койку и выпрямился. Его губы прошептали беззвучное проклятие — перед ним был совсем ребенок! Никак не старше девятнадцати лет, с горечью подумал Эстон, снова болезненно ощущая свое бессилие. В отчаянии он сжал кулаки, но опомнился. Вряд ли он мог оказать ей существенную помощь, но нельзя же просто так смотреть, как она умирает! Надо попытаться хоть как-то помочь: перевязать, дать обезболивающее…

Он осторожно отогнул край комбинезона над пропитанным кровью платком и глубоко вздохнул. Приподнял платок, чтобы взглянуть на рану, и замер, не веря своим глазам, — кровь больше не шла!

Этого не может быть, подумал он. Он своими ушами слышал, как воздух свистел в сквозной ране!

Однако сквозной раны больше не было. На ее месте алел уродливый рубец, напоминающий только что зашитый хирургический разрез.

Он потер лоб ладонью, чувствуя нечто вроде легкого опьянения. Осторожно коснулся рубца дрожащими пальцами и поднес их к глазам. На его пальцах не было свежей крови! Это была не иллюзия, рана в самом деле закрылась за те несколько минут, которые понадобились Эстону, чтобы перенести женщину сюда!

Набравшись мужества, он снова протянул руку. Приложив ее туда, где у людей находится сердце, затаил дыхание и покачал головой: все правильно, сердце у нее есть, и оно бьется — медленно и размеренно.

Он опустился на противоположную койку, не сводя с женщины глаз. Но ведь рана действительно была, черт возьми! И при отсутствии квалифицированной врачебной помощи она была смертельна. А женщина не умирает — напротив, ее бледное лицо медленно розовеет!

Руки затряслись у него сильнее, и он сжал их, чтобы унять дрожь. Если бы он мог так же просто справиться со своим волнением!

Да, человек на ее месте умер бы, с внезапным спокойствием подумал Эстон. Во всяком случае рана не затянулась бы с такой быстротой. Значит, эта неподвижная молодая женщина — не человек.

А кто же тогда?


Содержание:
 0  Одинокий тролль : Дэвид Вебер  1  Глава 2 : Дэвид Вебер
 2  Глава 3 : Дэвид Вебер  3  Глава 4 : Дэвид Вебер
 4  вы читаете: Глава 5 : Дэвид Вебер  5  Глава 6 : Дэвид Вебер
 6  Глава 7 : Дэвид Вебер  7  Глава 8 : Дэвид Вебер
 8  Глава 9 : Дэвид Вебер  9  Глава 10 : Дэвид Вебер
 10  Глава 11 : Дэвид Вебер  11  Глава 12 : Дэвид Вебер
 12  Глава 13 : Дэвид Вебер  13  Глава 14 : Дэвид Вебер
 14  Глава 15 : Дэвид Вебер  15  Глава 16 : Дэвид Вебер
 16  Глава 17 : Дэвид Вебер  17  Глава 18 : Дэвид Вебер
 18  Глава 19 : Дэвид Вебер  19  Глава 20 : Дэвид Вебер
 20  Глава 21 : Дэвид Вебер  21  Глава 22 : Дэвид Вебер
 22  Глава 23 : Дэвид Вебер  23  Глава 24 : Дэвид Вебер
 24  Глава 25 : Дэвид Вебер  25  Глава 26 : Дэвид Вебер



 




sitemap