Фантастика : Космическая фантастика : Глава двадцать вторая : Дэвид Вебер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43

вы читаете книгу




Глава двадцать вторая

КФСЛ "Джозеф Бакли" неумолимо мчался навстречу планете Флакс, постоянно замедляясь. Скорость приближения Оперативной группы 496 упала до девятнадцати тысяч километров в секунду, а напряжение на флагманском мостике Сандры Крэндалл непрерывно росло.

Никто, конечно, не признался бы в этом. Но когда Хаго Шаваршян наблюдал за мужчинами и женщинами вокруг себя, он понимал, что многие из них лучше осознают последствия того, что должно произойти, чем позволяли себе показать. Или чем он подозревал.

Частью этого напряжения была странная смесь опасений и предвкушений. Для некоторых это было горячо желанное отмщение уничтоженного "Жана Бара", но для большинства — нечто гораздо менее приятное: предчувствие начала первой настоящей войны, которую когда-либо вела Солнечная Лига. Потому что так оно на самом деле и было. Крэндалл могла преподносить это, как угодно, но это была не просто "полицейская акция". Впервые в своей истории, солярианский флот стоял лицом к лицу с неприятелем, который обладал настоящим боевым флотом, настоящими кораблями стены, даже если их было меньше, чем у ФСЛ. И как бы ни хотел этого признавать любой солярианский офицер, большинство мужчин и женщин вокруг Шаваршяна прекрасно понимали, что они столкнутся с опытным врагом. Уверенные или нет в собственном оборудовании и доктрине, как бы они ни презирали "неоварваров", у них было то же тревожное ощущение под ложечкой, которому был подвержен любой новобранец, вглядывающийся через поле боя в мрачного, собранного вражеского ветерана в повидавшем немало битв потрёпанном доспехе.

И сейчас эта кучка новичков неожиданно начала понимать, как же они благодарны, что им не предстоит сражаться с кораблями стены, подумал он с мрачной усмешкой.

* * *

— Дистанция пятьдесят шесть и семьдесят пять миллиона километров, — объявил лейтенант-коммандер Голбатси, и его взгляд перескочил со значков на дисплее к экрану отсчёта времени до выхода на рубеж атаки, значение на котором непрерывно уменьшалось. — Скорость сблтжения девятнадцать и тридцать восемь тысячи километров в секунду. Точка "Большой лук" через… три минуты.

— Спасибо, Адам, — подтвердил Скотти Тремэйн и приподнял бровь, повернувшись к лейтенанту МакДональду. — Могу я предположить, что вы сообщите, если мы получим что-нибудь от коммодора Терехова, Стилсон?

— Можете, сэр, — ответил офицер связи, и Тремэйн улыбнулся.

Каждый член его штаба за исключением лейтенанта Йелланда, уже бывал в бою. Никто из остальных не пережил столько, сколько он и Горацио Харкнесс, но ни у кого не было заметно ни знака страха. И это, стоит подумать лишь о тоннаже мчащихся им навстречу кораблей, было весьма значительным значением, что бы ни говорили о техническом превосходстве, подумал он.

— Какие-то изменения в их РЭБ, старшина? — спросил он.

— Никаких, сэр. — Харкнесс покачал головой, внимательно изучая свой дисплей. — Мы фиксируем небольшую активность их платформ "Гало", но никто пока их не включает. Но думаю, скоро мы их увидим — по-моему, это похоже на проверку систем перед боем.

* * *

Сандра Крэндалл сложила руки и задумчиво прикусила нижнюю губу, вглядываясь в тактический дисплей.

— Проверка системы "Гало" завершена, мэм, — сказала ей Ой-ян Чжин-вэй. — Похоже, РЭБ в норме.

Адмирал коротко кивнула и сильнее нахмурилась. Если значения дальности, полученные от курьера из Новой Тосканы, были точны, ей оперативной группе оставалось чуть больше десяти миллионов километров до границы зоны активного полёта ракет этих кораблей на орбите Флакса. Но пока было похоже, что манти подождут с открытием огня до максимальной дистанции эффективного огня. В любом случае, чем больше расстояние, тем менее точными будут их системы наведения, и когда она врубит на полную системы РЭБ и активной защиты своей оперативной группы, "дистанция эффективного огня" против готового к обороне флота супердредноутов станет гораздо короче, чем против пойманных врасплох линейных крейсеров Бинга. И всё же, если Оу-ян была права насчёт того, что сбросили эти удирающие импеллеры, у манти, вероятно, было гораздо больше ракет, чем они могли бы контролировать, и никаких особых причин экономить боеприпасы. В таких обстоятельствах они могли бы начать изматывать её как можно раньше, даже с относительной малой вероятностью попадания. Она намеревалась вступить с ними в ближний бой, а значит им придётся вступить в ближний бой с ней, и им бы хотелось до этого как можно сильнее снизить её боевую мощь. И им всегда могло повезти. Даже маловероятные вещи порой случаются.

Но были ещё эти гравитационные импульсы, о которых докладывала Оу-ян, и источники некоторых из них, похоже, находились на удивительно малом расстоянии. Если это действительно были сверхсветовые разведывательные платформы, тот факт, что они могли подобраться так близко и выжить, свидетельствовал о том, насколько печальным было их превосходство в малозаметности. Это уже было довольно плохо, но к тому же означало, что у манти было отвратительно хороший обзор её супердредноутов, у она не намеревалась начинать демонстрировать им активную систему "Гало" раньше, чем следовало. Ни к чему давать их компьютерам дополнительное время для анализа её РЭБ. И всё же…

— Активировать "Гало" в сорока миллионах километров, — приказала она.

* * *

— Точка "Большой лук" через одну минуту, мэм.

— Спасибо, Доминика.

Подтверждение Мишель Хенке доклада Доминики Аденауэр прозвучало до нелепости спокойным. Особенно потому, поняла через мгновение Мишель, что именно так она себя и чувствовала. Этому моменту недоставало мстительности Новой Тосканы. Вместо этого, внутри неё было уравновешенное, звенящее напряжение. Чувство, почти, но не совсем, похожее на отстранённость. Что-то собранное, кошачье, поняла она, что ей не раз приходилось видеть в Хонор Александер-Харрингтон, но никогда — ощущать самой.

"Боже, я отказываюсь превращаться во вторую Хонор!", — при этой мысли она ощутила лёгкую волну веселья, вспышку приятного тепла. — "Видит бог, я люблю её, и она всем нам нужна, но я просто отказываюсь настолько вырастать!"

Она покачала головой, не замечая, как смотрит на неё штаб, или того, как её внезапная улыбка словно овеяла флагманский мостик успокаивающим ветерком.

* * *

Точка "Большой лук", сэр.

Напряжённое объявление Стилвелла Льюиса прорезало дисциплинированное молчание на флагманском мостике "Квентина Сент-Джеймса", и сэр Айварс Терехов кивнул.

— Открыть огонь, — просто сказал он.

* * *

— Запуск ракет!

Джакомина ван Хейтц вздрогнула от резкого предупреждения коммандера Самброт, и её взгляд метнулся к фонтану новых значков, которые неожиданно испещрили дисплей.

— Дистанция запуска пятьдесят три и девяносто шесть миллиона километров. — Самброт говорила так, будто сама не могла поверить собственным числам. — Предполагая постоянное ускорение, время полёта семь и пять минуты!

— Противоракетной обороне — готовность, — услышала ван Хейтц собственный голос, но он, казалось, шёл от кого-то другого, кого-то далёкого, а она смотрела на невероятное количество ракет, мчащихся навстречу её кораблю.

* * *

Тяжёлый крейсер класса "Саганами-C" имел массу четыреста восемьдесят тысяч тонн. На каждом борту у него были установлены по двадцать пусковых, и он обладал возможностью всеракурсного огня одновременно с обоих бортов. Более того, он с самого начала был разработан для применения двухдвигательных ракет Марк-16. Хотя это был не подвесочный корабль, он имел возможность "собирать вместе" два двойных бортовых залпа, и конструкторы дали ему шестидесятипроцентную избыточность каналов управления в качестве резерва на случай боевых повреждений. При задействовании всей этой избыточности каждый из крейсеров Айварса Терехова получал сто двадцать восемь каналов телеметрии, каждый из которых назначался одной ракете Марк-23E, которая в свою очередь управляла восемью стандартными Марк-23.

Двенадцать кораблей Крейсерской эскадры 94 и Крейсерского дивизиона 96.1 выпустили по Оперативной группе 496 Флота Солнечной Лиги чуть более полутора тысяч ракетных подвесок.

* * *

— Оценочное количество двенадцать тысяч, повторяю — двенадцать тысяч на подходе!

Голова Сандры Крэндалл резко повернулась при резком, безжизненном объявлении Оу-ян Чжин-вэй. Она уставилась на своего операциониста широко раскрытыми глазами, слишком поражённая числами, чтобы ощутить даже недоверие. Но при этом она справлялась лучше Пепе Батисты. Выражение лица её начальник штаба скорее принадлежало человеку, взбешённому ложью, чем застывшему от изумления.

— "Гало" активно, — продолжила Оу-ян. — Противоракетная оборона по плану "Эйбл".

* * *

— Коммодор Терехов открыл огонь, мэм.

Отчёт Доминики Аденауэр был одним из самых бесполезных, какие слышала Мишель Хенке. Тысячи и тысячи иконок, несущихся через экран, говорили сами за себя. Что не освобождало Аденауэр от формальной обязанности сообщить об этом адмиралу.

— Принято, — мягко сказала Мишель.

* * *

Скотти Тремэйн наблюдал за ураганом, несущимся навстречу солли, с чувством, очень похожим на благоговение. Ему случалось видеть и более мощные залпы — и не один раз. Если на то пошло, по сравнению со взаимной бойней Флота метрополии и Второго флота Лестера Турвиля во время Битвы за Мантикору он казался совсем небольшим. Но целая треть этих ракет была запущена кораблями под его командованием, и это понимание наполняло его жилы ледяным холодом.

Он взглянул на профиль Горацио Харкнесса ощутил неясную, беспричинную вспышку уверенности. Природная твёрдость Харкнесса, его невозмутимое чувство собственного "я" были словно фундамент. Это было напоминание обо всех испытаниях, которые встретил и преодолел Тремэйн за двадцать лет с тех пор, как он впервые увидел это помятое, умное лицо, и оказавшись в роли Джаггернаута, Скотти Тремэйн находил в нём тёплое и очень человечное успокоение.

* * *

Хелен Зилвицкая стояла рядом с Тереховым, глядя на тот же дисплей и раздумывая, как же это отличалось от Битвы при Монике.

Как флаг-лейтенант Терехова, она присутствовала на совещании, где он, адмирал Золотой Пик, адмирал Оверстейген и их операционисты прорабатывали свои планы операции "Азенкур". Распределение огня было критическим пунктом, и никто не был готов делать беспочвенные предположения о том, как легко будет преодолеть противоракетную оборону солли. Они знали, что солярианские доктрина и возможности ПРО имели… серьёзные недостатки по сравнению с Республиканским флотом, но заставили себя полагаться на самые пессимистичные оценки своей возможности использовать эти недостатки.

Из 12288 стандартных ракет Марк-23 в громадном первом запуске целая четверть — более трёх тысяч — были платформами РЭБ. Оставшиеся девять с лишним тысяч были распределены между двадцатью тремя из семидесяти одного супердредноута Сандры Крэндалл. Опыт войны с Республикой Хевен показывал, что двухсот-двухсот пятидесяти попаданий Марков-23 достаточно, чтобы уничтожить даже самый современный хевенитский СД(п) — или по крайней мере не дать ему выполнить боевую задачу… поэтому план ведения огня "Альфа" выделил на каждую из целей по четыреста ракет.

— Выбрать и распределить цели для залпа "Браво", — сказал сэр Айварс Терехов.

* * *

Волна разрушения неслась навстречу супердредноутам Сандры Крэндалл с расстояния, намного, намного превышающего то, с которого та могла обстрелять силы Айварса Терехова. Мысли тактиков, управляющих огромным ракетным залпом, не подгонял накачиваемый страхом адреналин. Несмотря на крохотный размер своих кораблей по сравнению с противником, они понимали всю смертоносную глубину своего преимущества. Знали, что мужчины и женщины на борту этих супердредноутов ничем не могли им угрожать.

Зная это, их мозги работали с холодной, безжалостной точностью, наблюдая за дисплеями, следя за ракетами и обстановкой РЭБ с внимательностью ястребов.

* * *

Такой же холодности не было на борту "Джозефа Бакли" и других кораблей Оперативной группы 496.

Никто во всей группе не мог даже в самых мрачных кошмарах вообразить такой вес направленного против них залпа. По любым стандартам Флота Солнечной Лиги это было просто совершенно невозможно. Поэтому удивление и недоверие были всеобъемлющими. Но всё же при всём ведомственном высокомерии и самодовольстве, при всём испытанном шоке, люди Сандры Крэндалл были профессионалами. Изумление, даже ужас, могли попытаться парализовать их, но годы тренировок вставали, как бастион, между ними и паническим оцепенением.

Джакомина ван Хейтц слышала поток быстрых, целенаправленных приказов и ответов, раздающихся вокруг неё, и даже при всём своём шоке она чувствовала гордость. Страх мог сделать безжизненными их голоса, недоверие могло отражаться в их тоне, но они делали свою работу. Они реагировали, делая всё, что в их силах, а не просто смотря по сторонам в ошеломлённом ужасе.

Но кроме гордости была и другая эмоция — печаль. Потому что, как бы хорошо они ни делали свою работу, в конце концов, это не будет иметь никакого значения.

* * *

Хаго Шаваршян смотрел, как Оу-ян Чжин-вэй и её помощники сражаются с ужасающим сюрпризом массированного ракетного залпа.

Шаваршян не был офицером-тактиком, но провёл достаточно тренировок в этом качестве, чтобы знать, что это была не слепая стрельба по площадям, как говорила Оу-ян Крэндалл и Батисте. Даже самый беглый анализ сигнатур ракет показывал, что каждая из них маневрировала как часть единого, согласованного тщательно управляемого целого. Тот факт, что это было просто невозможно, не значил, что этого не происходило, и операционист полностью сфокусировалась на своих дисплеях, на наушнике, на докладах, стекающихся к ней со всего огромного массива сенсорных платформ оперативной группы.

Офицер разведки завидовал ей. По крайней мере, у неё было что-то, чтобы отвлечься.

— Должно быть, это какая-то система РЭБ! — протестующе прохрипел Батиста. Начальник штаба уставился на основной дисплей, снова и снова качая головой.

— Это не РЭБ, Пепе, — скрипнула зубами Крэндалл. Она дёрнула подбородком в сторону вспомогательного дисплея, который отображал проведённый боевым информационным центром "Джозефа Бакли" анализ приближающихся импеллерных сигнатур. — Они там.

— Но… но они никак не могут их контролировать. — Батиста повернулся к Крэндалл. — У них не может быть столько каналов управления! И… и даже если есть, на таком расстоянии их точность будет паршивой!

— Сомневаюсь, что даже манти стали бы запускать ракеты, которые не могут контролировать. — Несмотря на собственный шок, несмотря на свою свирепость и несомненное высокомерие, в глазах Сандры Крэндалл темнело нежелание прятаться за простым отрицанием. — Может быть, ты прав насчёт потери точности, но если они смогут дать достаточно залпов такого размера, даже с дерьмовой точностью нам надерут зад.

Глаза Батисты расширились ещё сильнее от этого произнесённого неприятным голосом признания. Он снова открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но не смог выдавить не слова и опять закрыл его.

Крэндалл этого даже не заметила.

* * *

— Хорошая телеметрия с дальних платформ, сэр. — Голос Стилвелла Льюиса звучал почти торжествующе. — Они вводят в действие свои платформы "Гало", но в бортовых системах практически не видно изменений. Пока никаких сюрпризов.

— Давай не предаваться чрезмерной самоуверенности, Стилвелл, — спокойно ответил Терехов.

— Да, сэр.

Хелен подавила неуместное желание улыбнуться. У Льюиса был пристыженный тон, когда он подтверждал предостережение Терехова, и она знала, что коммодор прав. Но в то же время она понимала, откуда взялась уверенность операциониста.

Платформы "Призрачного всадника" следили за солярианцами в трёх световых минутах от "Квентина Сент-Джеймса". Но эти три световых минуты соответствовали меньше чем трём секундами задержки передачи для их сверхсветовых передатчиков. Фактически, Льюис наблюдал за кораблями Крэндалл в режиме реального времени. Без платформ "Замочной скважины-2" отсутствовала сверхсветовая телеметрия между крейсерами Терехова и их ракетами, но временная задержка в цикле управления огнём и РЭБ всё равно была в два раза меньше, чем у любого флота без "Призрачного всадника".

Это уже было бы достаточно плохо с точки зрения солли, если бы за атакующими ракетами не летели птички "Аполлона". Но Марки-23E были там, и каждая из них представляла собой куда более сложный и совершенный узел управления с куда большим возможностями, чем мог себе вообразить ФСЛ. В "Эпсилоны" были предварительно загружены десятки альтернативных профилей атаки, основанных на каждой перемене в солярианских оборонительных средствах, какую смогли придумать тактики и симуляторы Десятого флота, и их чрезвычайно способный искусственный интеллект намного превосходил любые прежние атакующие ракеты по способности настраивать и изменять эти профили на лету. Конечно, даже со всеми этими заготовленными профилями и ИИ, огонь Льюиса был далеко не так эффективен, как был бы, если бы у них была полная система "Замочной скважины-2".

Он просто был несравнимо лучше, чем всё, что было у кого-либо ещё.

* * *

— "Гало" активно, — Горацио Харкнесс вглядывался в дисплей, а его руки двигались с точностью пианиста, уточняя данные. — Похоже, увеличение эффективности их линейных крейсеров около двадцати процентов, но фильтры должны с ним справиться, если не станет намного хуже. Но мы видим также много работающих лидаров. Думаю, скоро полетят первые противоракеты.

Скотти Тремэйн кивнул. Двадцать процентов было меньшим увеличением, чем допускал план операции, и он не собирался рассчитывать, что оно не вырастет ещё в следёющие пару минут. Но даже если так…

— Подвески "Браво" на позиции, — сказал коммандер Голбатси, и свежая волна значков ракетных подвесок замерцала красными кодами готовности на дисплее Тремэйна. — Коды запуска приняты и подтверждены всеми подвесками.

— Спасибо, канонир.

— Профиль Альфа-Квебек-Один-Семь — неожиданно объявил Стилсон МакДональд.

— Выполнять, — отрывисто произнёс Тремэйн.

— Есть выполнить Альфа-Квебек-Один-Семь! — ответил Адам Голбатси и послал команду, которая привязала всю первую волну ракет дивизиона к окончательному профилю атаки, только что приказанному Айварсом Тереховым.

Странное чувство — почти облегчение, или, возможно, заинтересованность — пронеслось по флагманскому мостику "Алистера МакКеона", когда всем на нём одновременно вздохнули.

* * *

То же понимание мелькнуло и на мостике "Квентина Сент-Джеймса", но Терехов, похоже, не обратил внимания. Его глаза, как и его мысли, были сосредоточены на главном тактическом дисплее, и эти глаза были словно кусочки голубого льда.

— Запускайте птички "Браво", — сказал он, и второй залп, такой же мощный, как и первый, вырвался из подвесок.

* * *

В тридцати секундах и 14.177.748 километрах от своих целей Марки-23E залпа "Альфа" операции "Азенкур" получили свои последние инструкции и переключились на профиль атаки AQ-17. Скорость их приближения выросла до 207.412 километров в секунду, шестидесяти девяти с небольшим процентов скорости света, что было в четыре с половиной раза больше максимума, которого могла добиться любая солярианская ракета при той же геометрии, и разница только вырастет в последние полминуты их существования.

Искусственные интеллекты ракет "Аполлона" беспокоился об этом или о собственном быстро приближающемся уничтожении, лишь постольку, поскольку это упрощало их задачу. Они просто подчинялись инструкциям, обрабатывая информацию от датчиков подчинённых ракет и сравнивая основы солярианской обороны с требованиями AQ-17. Требовались определённые незначительные поправки. ИИ внесли их и отослали новые инструкции.

Платформы РЭБ и обеспечения прорыва, включённые в залп, отреагировали.

* * *

Солярианская доктрина противоракетной обороны никогда не рассчитывалась на подобные плотности залпа. Традиционное планирование ПРО концентрировалось на определении атакующих ракет, которые с наибольшей вероятностью добьются попадания, и нацеливания на каждую из них нескольких противоракет. Но для этого не оставалось времени при такой дикой скорости сближения. Фактически было время лишь для одного запуска противоракет, прежде чем МДР полностью покинут зону обстрела, и даже при всех преимуществах дополнительных каналов управления который получила треть кораблей Крэндалл с оснащением "Эгидой", её супердредноуты могли запустить меньше двух тысяч противоракет за раз. Это соответствовало примерно одной на каждые 6,5 Марков-23, летящих им навстречу. И это было безнадёжно неадекватно при любых обстоятельствах.

Теперь "неадекватно" превратилось в "напрасно", когда управляющие ракеты активировали подчинённые платформы радиоэлектронной борьбы.

Офицеры противоракетной обороны, не в силах поверить, наблюдали, как сходят с ума их дисплеи. "Драконьи зубы" расцветали, словно соблазнительные цветы, затопляя ложными целями управление огнём Оперативной группы 496. Количество угроз удвоилось, удвоилось снова и снова, безнадёжно погребая возможность солярианских систем отделить настоящие угрозы от поддельных. Компьютеры, управляющие этими системами, сделали всё возможное, но этого было недостаточно.

Невероятное полчище фальшивых сигнатур гарантировало, что ограниченное количество противоракет, которые могли запустить солярианцы, будет фактически бесполезно, но Мишель Хенке и её офицеры не собирались ограничиваться этим. Пока множились "Драконьи зубы", платформы "Зуделок", распределённые на переднем краю атакующего залпа, сработали в тщательной продуманной последовательности, прорывая огромные ослепительные дыры в сенсорном покрытии Оперативной группы 496. Точно спланированный хаос "Зуделок" сделал бессильным даже последний рубеж противоракетных лазеров кластеров их целей.

Из девяти тысяч двухсот атакующих птичек Марк-23 в залпе "Альфа" Айварса Терехова оперативная группа Сандры Крэндалл смогла остановить ровно тысячу семь. Остальные 8209 прорвались.

* * *

КФСЛ "Джозеф Бакли" неописуемо содрогнулся, когда мантикорские ракеты сдетонировали, и рентгеновские лазеры разорвали его мощную броню.

Какой бы толстой не была эта броня, ей было не сравниться со стилетами сфокусированного излучения, пробивавшими её, словно огненные иглы. Она разбивалась вдребезги под действием переданной энергии, а лазеры вонзались всё глубже и глубже, и огромный корабль забился в агонии.

Джакомина ван Хейтц вцепилась в командирское кресло, когда её ударил защитный каркас. Скоротечный миг, в который мантикорские ракеты могли нацелить свои лазеры на бортовые стены её корабля, пролетая сквозь солярианский строй со скоростью, возросшей до семидесяти трёх процентов световой, был слишком короток, чтобы человеческие чувства могли воспринять ущерб "Джозефа Бакли" в виде отдельных попаданий. Он весь был нанесён в одной молниеносной стробоскопической вспышке разрушения, слишком внезапной и мощной, чтобы даже корабельные компьютеры могли её зарегистрировать и обработать.

Ракетные когти молотили и терзали. Энергетические установки и ракетные шахты, противоракетные пусковые установки, радарные массивы, оборонительные лазеры, швартовочные отсеки, гравитационные сенсоры, импеллерные узлы — всё разлетелось, взорвалось, превратилось в изодранные руины в один катастрофический момент, быстрее чем мог моргнуть человек. Быстрее, чем она могла кашлянуть, флагман Сандры Крэндалл превратился в разбитый остов, разрушенный корпус, летящий вперёд лишь по инерции с тремя четвертями команды, стёртыми с лица вселенной.

И корабль ван Хейтц погиб не один. Его товарищи по эскадре "Джозеф Листер", "Макс Планк" и "Джозеф Хаттон" погибли вместе с ним. Как и "Бакли", "Хаттон" хотя бы избежал немедленного и полного разрушения, но "Листеру" и "Планку" повезло меньше. "Листер" разрушился, разломившись на три отдельных куска, а "Планк" просто исчез в раскалённой добела яростной вспышке.

"Архимед", "Андреас Везалий", "Гиппарх", "Леонардо да Винчи", "Грегор Мендель", "Мария Кюри", "Вильгельм Рентген", "Альфред Вегенер", "Авиценна", "Аль-Хорезми"… все двадцать три цели залпа "Альфа" — тридцать два процента всех кораблей стены Крэндалл — превратились в обломки и руины в одном невообразимом, тщательно синхронизированном взрыве.

* * *

Сэр Айварс Терехов смотрел, как треть значков супердредноутов на его дисплее практически одновременно сменилась с алых, обозначавших вражеские корабли, на фиолетовые — уничтоженные корабли… — или исчезла вовсе. Его холодные голубые глаза не дрогнули при этом доказательстве того, насколько сильно на самом деле превзойдён Флот Солнечной Лиги, но его ноздри расширились. Он вглядывался на дисплей почти целую минуту, поглощая результаты, наблюдая за неожиданным распадом солярианского строя, когда отдельные капитаны пытались избежать обломков уничтоженных товарищей или вертелись в отчаянных независимых манёврах уклонения, пока залп "Браво" мчался им навстречу. Затем он повернулся к Стилвеллу Льюису.

— Выполнить "Восклицательный знак", — сказал он.

— Есть выполнить "Восклицательный знак", сэр!

Палец Льюиса ткнул в кнопку на консоли, и двадцать секунд спустя все ракеты залпа "Браво" взорвались как одна в миллионах километров от своих целей.

Нацелить подвески "Чарли", запуск отложить, — приказал Терехов.

— Есть отложить запуск "Чарли", сэр, — ответил Льюис, и Терехов откинулся на спинку кресла в ожидании.

* * *

Прошло ещё сорок пять секунд. Минута. Девяносто секунд. Затем внезапно импеллерные клинья всех выживших солярианских кораблей одновременно погасли.

Неторопливо протекли ещё две с половиной минуты, пока ограниченные скоростью света передачи неслись к КЕВ "Геркулес" и "Квентин Сент-Джеймс". Затем…

— Сэр, — тихо сказала Аугустусу Хумало капитан Лоретта Шоуп. — Связь принимает передачу всем кораблям от адмирала Кили О'Клири. Она хочет сдаться, сэр.


Содержание:
 0  Дело чести : Дэвид Вебер  1  Глава первая : Дэвид Вебер
 2  Глава вторая : Дэвид Вебер  3  Глава третья : Дэвид Вебер
 4  Глава четвертая : Дэвид Вебер  5  Глава пятая : Дэвид Вебер
 6  Глава шестнадцатая : Дэвид Вебер  7  Глава седьмая : Дэвид Вебер
 8  Глава восьмая : Дэвид Вебер  9  Часть девятая : Дэвид Вебер
 10  Глава десятая : Дэвид Вебер  11  Глава двенадцатая : Дэвид Вебер
 12  Часть тринадцатая : Дэвид Вебер  13  Глава четырнадцатая : Дэвид Вебер
 14  Глава пятнадцатая : Дэвид Вебер  15  Глава шестнадцатая : Дэвид Вебер
 16  Глава семнадцатая : Дэвид Вебер  17  Глава восемнадцатая : Дэвид Вебер
 18  Глава девятнадцатая : Дэвид Вебер  19  Глава двадцатая : Дэвид Вебер
 20  Глава двадцать первая : Дэвид Вебер  21  вы читаете: Глава двадцать вторая : Дэвид Вебер
 22  Глава двадцать третья : Дэвид Вебер  23  Глава двадцать четвертая : Дэвид Вебер
 24  Глава двадцать пятая : Дэвид Вебер  25  Глава двадцать шестая : Дэвид Вебер
 26  Глава двадцать седьмая : Дэвид Вебер  27  Глава двадцать восьмая : Дэвид Вебер
 28  Глава двадцать девятая : Дэвид Вебер  29  Глава тридцатая : Дэвид Вебер
 30  Глава тридцать первая : Дэвид Вебер  31  Глава тридцать вторая : Дэвид Вебер
 32  Глава тридцать третья : Дэвид Вебер  33  Глава тридцать четвертая : Дэвид Вебер
 34  Глава тридцать пятая : Дэвид Вебер  35  Глава тридцать шестая : Дэвид Вебер
 36  Глава тридцать седьмая : Дэвид Вебер  37  Глава тридцать восьмая : Дэвид Вебер
 38  Глава тридцать девятая : Дэвид Вебер  39  Глава сороковая : Дэвид Вебер
 40  Глава сорок первая : Дэвид Вебер  41  Глава сорок вторая : Дэвид Вебер
 42  Глава сорок третья : Дэвид Вебер  43  Использовалась литература : Дело чести



 




sitemap