Фантастика : Космическая фантастика : Глава 55 : Дэвид Вебер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  55  56  57  58  60  61

вы читаете книгу




Глава 55

Закончив отчет, лейтенант-коммандер Сара Фланаган поставила электронную подпись и сбросила документ в банк сетевого обмена станции. В голову лезли мрачные мысли: наверняка она вскоре снова его увидит. Наверняка она забыла озаглавить какой-нибудь раздел, забыла проверить какой-нибудь блок подписи или, если не это, таинственным образом умудрилась стереть какую-нибудь цифру в корневом адресе. Не одно, так другое. Она не могла припомнить ни единого отчета, который капитан Луи аль-Салиль принял бы сразу, а не завернул по той или иной невразумительной причине.

Вот если бы он прилагал столько же усилий к тренировкам экипажей ЛАКов…

К сожалению, капитан не желал тратить свое время на скучные, «рутинные» тренировочные полеты. А уж если крылу кровь из носу была нужна тренировка, он предпочитал симуляторы. На имеющихся в наличии симуляторах одновременно могло заниматься не более четверти личного состава (а стало быть, отработка взаимодействия полным составом крыла была попросту невозможна), но капитан не считал это серьезным недостатком.

Сара Фланаган была с этим категорически не согласна. Сюда ее перевели с «Мефистофеля», НЛАКа, приданного Флоту Метрополии. По сравнению с тренировками, которые проводила адмирал Трумэн во время операции «Лютик», интенсивность снизилась уже тогда, однако оставалась намного выше того уровня, который, похоже, считал нормой капитан аль-Салиль. Во время операции «Лютик» Сара была лишь лейтенантом, старалась заслужить право командовать собственным ЛАКом, но уже тогда мечтала замахнуться на эскадрилью. Она так хорошо усваивала уроки Трумэн и применяла усвоенное на практике столь рьяно, что пришла к своей цели почти в рекордные сроки. Хотя, признавалась она себе, если бы знать, что вслед за повышением в звании её командируют на убогую космическую станцию в захолустной пограничной системе, она бы, наверное, десять раз изменила планы на будущее.

Может быть, коль скоро Адмиралтейство и правительство сокращают численность флота, экономить на звездных кораблях и имеет определенный смысл. Тем более что крыло ЛАКов могло контролировать гораздо большее пространство и осуществлять пикетирование гораздо эффективнее, чем равное по суммарному тоннажу подразделение легких крейсеров или эсминцев. Но для тех, кто имел неудачу попасть в экипажи этих самых ЛАКов, утешение было слабым. Особенно если учесть, что среди звездных кораблей, на которых решили сэкономить, оказался носитель, с которого этим самым ЛАКом следовало бы действовать.

Космическая станция её величества Т-001 так и не удостоилась чести получить официальное имя. По каким-то загадочным для Фланаган причинам обитатели именовали её «Тамале»[23]. Лишних удобств здесь не было. Чуть ли не единственным достоинством станции признавали избыток свободного пространства: превращенная в орбитальную базу для стандартного крыла в сто восемь ЛАКов, бывшая перевалочная грузовая станция хевов была очень велика. Другое дело, что в жилые помещения превратили бывшие грузовые отсеки, а тем, чтобы сделать их удобными для проживания, никто не озаботился. И все же здесь Фланаган располагала каютой, вдвое большей по площади, чем на «Мефистофеле», и её ни с кем не приходилось делить.

Конечно, было бы неплохо добавить к пространству немного уюта, но, по правде говоря, качество комфорта почти соответствовало качеству персонала. Нельзя сказать, что проблема была в базовой подготовке персонала, направленного в Тысяча седьмое (временное) ЛАК-крыло. Причины следовало искать наверху.

Вступив в должность, Сара была ошеломлена. Ее привели в смятение низкие стандарты боеготовности, которые вполне устраивали капитана аль-Салиля и командующего системой вице-адмирала Шумахера. Она слышала, что, несмотря на крайне ограниченный боевой опыт, Шумахер в Адмиралтействе слывет многообещающим молодым офицером, но сама Фланаган придерживалась иного мнения. По крайней мере, уровень подготовки, считавшийся нормой в их соединении, точно не удовлетворил бы адмирала Трумэн. Не устраивал он и Сару Фланаган, но она, младший из командиров эскадрилий в крыле аль-Салиля, мало что могла изменить.

Сара устало пробормотала замысловатое ругательство, вызвала следующее донесение и, прочитав заголовок, скривилась. Прелесть какая: власти предержащие возжелали, чтобы экипажи подразделений провели полную инвентаризацию аварийных запасов. К чему бы это? С инвентаризацией вполне справлялись ремонтные и интендантские службы. Собственно говоря, это входило в их должностные обязанности. Так почему же экипажам ЛАКов предписано повторить ещё раз ту же работу? Кто-то ворует аварийные рационы? Неужели пытаются поймать за руку подобного «супервора»? Но если кто-то настолько невероятно смышлен, что может с выгодой продавать аварийные запасы, то вряд ли простой смертный может его выследить.

Впрочем, есть в этом смысл или нет — решать не ей, поэтому Фланаган глубоко вздохнула, устроилась поудобнее в кресле и приготовилась с головой нырнуть в очередное увлекательнейшее бюрократическое сочинение.

И тут мир перевернулся.

Пронзительный вой тревожной сирены застал её врасплох, но рефлексы сработали сами по себе. Еще не успев понять, что происходит, Сара вскочила с кресла и оказалась у выхода из своей каюты. Через пять метров она уже бежала во весь дух, проносясь через бедлам испуганных криков. По палубе скользили стулья, лихорадочно распахивались и закрывались люки, по проходам к шахтам лифтов с грохотом бежали люди, и надо всем этим пронзительно вопила пробирающая до костей, проникающая в самый мозг тревожная сирена.

Служебная каюта Фланаган — командира эскадрильи — находилась на той же палубе, что и ангары её ЛАКов. Лифт не требовался, и опередить её по пути к командирскому кораблю сумел лишь один подчиненный — энсин Джулиани. Еще бы, отстраненно, словно при легкой контузии, подумала она, этот малый чуть ли не живет на борту «Пружинного ножа». В экипаже он был рулевым, зато научил бортовые компьютеры работать в режиме его личного симулятора. У аль-Салиля, разумеется, их тренировки завизированы не были, но проинформировать об этом КоЛАКа Т-001 Фланаган как-то не удосужилась.

— Что происходит, Кэл? — спросила запыхавшаяся Сара, тормознув уже у переходного рукава «Пружинного ножа».

— Точно не знаю, командир, — спокойно ответил Джулиани, не отрывая глаз от тактического дисплея, который он активировал, едва зазвучал сигнал тревоги. — Но, судя по всему, мы облажались.

Брови Фланаган полезли на лоб. Таких ноток в голосе дерзкого юного офицера она не слышала никогда. Да и сквернословия, даже самого мягкого, в её высочайшем присутствии он, пожалуй, еще ни разу не допускал.

— А можно поконкретнее? — саркастически спросила она.

На этот раз Джулиани всё же поднял голову.

— Извините, шкип, — виновато сказал он. — Мне следовало доложить, что, судя по всему, система подверглась атаке со стороны превосходящих сил неизвестного противника. Правда, если не ошибаюсь, никакой он не «неизвестный». Это хевы.

— Хевы?

Фланаган надеялась, что это слово прозвучало как вопрос или возражение. Но кто еще стал бы атаковать мантикорский пикет здесь, в системе Текилы? Эльфы? И все-таки верилось с трудом. Все слышали о новых кораблях хевов, но никто не говорил ей, что возможно нападение.

— Как-то трудно придумать, кто бы ещё это мог быть, — ответил Джулиани.

На «Нож» уже прибывали остальные члены экипажа. Фланаган слышала, как они открывали шкафчики и натягивали скафандры. Вообще-то скафандры на борту ЛАКов обычно не хранили, но переоборудование «Тамале» провели крайне небрежно. Станция работала — худо-бедно, — а с бытовыми мелочами обойдется. И поскольку боевые посты летных экипажей находились на борту ЛАКов, решено было хранить скафандры там же. Правда, у людей, обладающих более строгими моральными принципами относительно наготы, возникли трудности, но это нововведение было полезней многих других правил, введенных на Т-001, и, кроме того, Фланаган приходилось думать о более важных вещах.

Подойдя вплотную к Джулиани, Сара склонилась над его дисплеем. Кто бы это ни был, они пришли драться, подумала она. Систему Текилы прикрывали лишь две базы ЛАКов — Т-001 и Т-002, — чертовски, будь оно все проклято, мало для самого удаленного форпоста Звездного Королевства в захваченном в ходе операции «Лютик» пространстве Республики. С другой стороны, два крыла вполне могли отбить случайный налет и, если не отразить полномасштабное наступление, то создать прочный оборонительный рубеж. Захват Текилы должен был обойтись нападающим очень дорого, однако, судя по всему, хевы захватили с собой не одну пригоршню разменной монеты.

Хорошо еще, что в распоряжении вице-адмирала Шумахера имелась приличная сверхсветовая система наблюдения. А вот мощные массивы пассивных сенсоров, которые должны были контролировать периметр системы и засекать следы выхода из гиперпространства далеко за её пределами, так и не были установлены… разумеется. Слишком дорого во время скудных военных бюджетов. Впрочем, в данном случае это не имело решающего значения, поскольку противник и не таился. Эскадра супердредноутов с крейсерским прикрытием просто вломилась в пределы системы, не прибегая ни к каким хитростям. Конечно, мощные гразеры «Шрайков-Б» представляли опасность даже для супердредноутов, но легким корабликам угрожала несравненно большая опасность. Попадание даже с хевенитского супердредноута разносило приблизившийся на дистанцию энергетического удара ЛАК в пыль. По всему выходило, что Кэл был прав, они и вправду «облажались».

— Поступил приказ, — доложил лейтенант Бенедикт, и Фланаган, отвернувшись от дисплея, вопросительно посмотрела на своего старпома.

— Реализуется вариант «Дельта-три», во всяком случае на первых порах, — сказал офицер.

— Время до запуска? — спросила она, бросив взгляд на пусковой таймер консоли.

— Тридцать одна минута. Инженерная служба станции приступила к активации импеллерных узлов при помощи дистанционного управления сразу по получении сигнала тревоги. Они войдут в оптимальный режим через двадцать восемь минут.

— А ракеты?

— У меня на экране никаких указаний, — пожал плечами Бенедикт. — Похоже, предполагается стандартный боекомплект.

Фланаган удержалась от недоверчивого взгляда — нельзя подрывать боевой дух экипажа, — но с большим трудом. Стандартный боекомплект включал в себя всего понемножку и ничего в достаточном количестве. Рассчитан он был как запасной, обеспечивая ограниченную боеспособность практически при любых обстоятельствах. Но, по сути, это был аварийный боекомплект. Тактическая доктрина предполагала, что каждый КоЛАК изменяет боекомплект под конкретную тактическую задачу — убирая вооружение, которое не потребуется, чтобы освободить место для нужного, — за исключением того случая, когда командир будет вынужден в чрезвычайной ситуации осуществить запуск ЛАКов в кратчайшие сроки. Сейчас, однако, дело обстояло иначе: даже если поверить, что хевы обзавелись такими же дальнобойными ракетами, как тяжелые корабли КФМ, вторгшиеся супердредноуты должны были приблизиться на дистанцию ракетного поражения только через три часа. 1007-му крылу вполне хватало времени снять с ЛАКов стандартный пакет и заменить его на огневые средства, соответствующие требованиям обстановки. Тем более что высокоскоростные комплексы подачи боеприпасов были единственным, что в переоборудованной Т-001 работало хорошо.

Но Шумахер с аль-Салилем, видимо, смотрели на происходящее иначе.

Сару так и подмывало связаться с КоЛАКом и посоветовать ему проявить хоть чуть-чуть здравомыслия. Она не сомневалась, что большинство личного состава крыла погибнет в бою, хотя неверие в происходящее в сочетании с вышколенным профессионализмом до сих пор мешало ей осознать это до конца. Тем не менее она знала, что, скорее всего, погибнет вместе с остальными, и тот же самый профессионализм глубоко оскорбляло, что аль-Салиль готов просто пожертвовать ею и её товарищами, даже не попытавшись помочь им перед смертью нанести врагу максимально возможный ущерб.

Она почти это сделала. Она должна была сделать это, и она это знала. Но, будучи младшей из командиров эскадрилий, она прекрасно знала, как отреагирует аль-Салиль. При сложившихся обстоятельствах ей не хотелось тратить оставшееся у неё время на бесполезные дебаты с безответственным невеждой. Или оказаться отстраненной от командования, в то время как её людей пошлют на верную гибель.

— Инструкции по вооружению крыла игнорировать! — спокойно приказала Сара и добавила для Бенедикта: — Время у нас ещё есть, и надо использовать его с толком. Свяжитесь с арсеналом станции по официальному каналу и передайте мой запрос на немедленную загрузку боекомплекта «Лима-Роджер-два» на все ЛАКи. Если у персонала станции возникнут вопросы, адресуйте всех ко мне.

— Есть, мэм! — четко ответил Бенедикт, и она, кивнув, потянулась за скафандром.

Раздеваясь, перед тем как натянуть его, она не испытывала смущения: здесь, на Текиле, все уже успели привыкнуть и к собственной, и к чужой наготе.

Позади нее Бенедикт уже передавал запрос, и губы Сары растянулись в усмешке.

Боекомплект «Лима-Роджер-два», или «стандартный комплект ракет для дальнего перехвата (модификация 2)», представлял собой далеко не идеальный комплект, но только этот набор давал корабликам Фланаган хоть какие-то шансы пробить заградительный огонь вражеских супердредноутов. Он предназначался для ЛАКов, вынужденных атаковать тяжелые корабли неприятеля вне зоны досягаемости огня собственной боевой стены. И поэтому упор в нём был сделан главным образом на противоракеты и большое количество разнообразных генераторов помех и ложных целей.

Этого мало, с горечью подумала Фланаган, герметизируя скафандр. Но ничего лучшего предложить своим людям она сейчас не могла.

— Перезагрузка ракет будет завершена приблизительно через девять минут, мэм, — официальным тоном доложил Бенедикт. — Время до запуска одиннадцать-точка-три минуты. Уложиться непросто, шкип, — добавил он, на миг оторвавшись от дисплея, — но мы сделаем.

— Хорошо, — сказала Фланаган, представив себе стремительно двигающиеся поддоны с ракетами и мелькающие манипуляторы роботов, меняющих ракетное оснащение «Ножа». — Есть что-нибудь от капитана аль-Салиля? — спросила она, чуть помолчав.

— Никак нет, мэм, — ответил Бенедикт вымученно-нейтральным тоном, и Фланаган мысленно хмыкнула.

Конечно, от аль-Салиля ничего не было. Едва ли он собирался осчастливить подчиненных планом предстоящего боя, потому как плана у него попросту не было. Им предстоит не просто плохое сражение, им выпало самое ублюдочное сражение со времен Элвиса Сантино, угробившего при Сифорде всю свою оперативную группу.

И Сара Фланаган абсолютно ничего не могла изменить.

* * *

Вице-адмирал Агнесса де Гроот с глубоким удовлетворением всматривалась в главную голосферу флагманского мостика.

Операция «Удар молнии» не вызывала у де Гроот восторга. Не потому, что Агнесса не хотела возвращения захваченных манти территорий. И не потому, что не разделяла мнение президента Причарт, решившей надрать задницу Мантикоре за всё их дипломатическое крючкотворство и двуличие. И даже не потому, что не соглашалась со стратегическими идеями, лежавшими в основе оперативного плана.

Что действительно смущало де Гроот, так это нежелание Штаба провести перед атакой рекогносцировку в Текиле.

Карьера Агнессы де Гроот пришлась на то время, когда флот Мантикорского Альянса подвергал казалось бесконечной — за исключением редких передышек вроде операции «Икар», — трёпке флот её родины, и в донесения аналитиков, твердивших о масштабном разложении военной машины манти, ей… верилось с трудом. Она была уверена, что шпионы переоценивают степень деградации мантикорцев. И в то, что манти имели глупость сократить свой пикет на Текиле до размеров, указанных в повторяющихся рапортах разведки, поверить никак не могла.

Разумеется, она понимала, что разведчики не высасывают информацию из пальца, но знала также, что их сообщения основываются исключительно на сенсорных логах проходивших через систему торговых судов. Любому военному флоту, да еще обладающему столь совершенной системой маскировки, как Королевский, нетрудно укрыть от гражданских сенсоров хоть целую боевую армаду. Де Гроот втайне опасалась именно этого. Кажется, она ошибалась.

В настоящий момент разведывательные зонды опережали её эскорт на двенадцать миллионов километров — свыше сорока световых секунд — а вторая волна прикрывала фланги и тыл. Хотя Агнесса всегда признавала превосходство мантикорцев в области средств радиоэлектронной борьбы, но спрятать тяжелые корабли в радиусе досягаемости ракет не сумели бы даже они. Правда, радиус радиусу рознь: максимальная дальнобойность мантикорских многодвигательных ракет на момент заключения перемирия составляла шестьдесят пять миллионов километров, что как минимум на восемь миллионов превосходило возможности новейших ракет Флота Республики. Но даже манти не могли вести по-настоящему эффективный прицельный огонь против активно обороняющегося противника с расстояния более чем в три с половиной световых минуты. Для этого им требовалось подойти гораздо ближе, и её разведмодули, не говоря уже о самих кораблях, наверняка обнаружили бы их задолго до того, как манти приблизились бы на пять световых минут.

Внутренний голос настойчиво подсказывал Агнессе, что враг где-то рядом, но она относила его на счет остаточных проявлений извечной паранойи. Если бы в системе действительно находились тяжелые корабли, зонды уже должны были их засечь. Иначе эти корабли не в состоянии будут осуществлять поддержку тех двухсот одиннадцати ЛАКов, которые устремились ей навстречу.

И похоже, манти собственными руками угробили свою боеготовность и подготовку, иначе эти ЛАКи сейчас бы придумали что-нибудь более умное.

Создавалось впечатление, что командир этих ЛАКов чертовски отважен, но непроходимо глуп! Вместо того чтобы сманеврировать и попытаться получить преимущество на определенном направлении, он просто бросил навстречу вторгшимся силам все легкие корабли, имевшиеся, согласно данным разведки, в его распоряжении (может быть, за исключением четырех-пяти, застрявших на текущей профилактике). Казалось, он хочет атаковать де Гроот прямо «в глотку», избегая бортового оружия и гравистен республиканцев. Разумеется, это подставляло ЛАКи под огонь погонного вооружения эскадры де Гроот, но, возможно, командир защитников системы надеялся, что ему удастся прорваться на дистанцию энергетического поражения. Если так, то он идиот… или, по крайней мере, имеет весьма туманное представление об уровне модернизации Флота Республики — включая носовые гравистены кораблей новых классов — чем готова была поверить де Гроот.

Кроме того, он ведь, надо полагать, верит, что ему предстоит иметь дело только с кораблями стены.

* * *

— Капитан, еще одно сообщение от КоЛАКа, — доложил главстаршина Лоуренс.

Фланаган, развернувшись в кресле лицом к связисту «Пружинного ножа», и жестом приказала читать вслух. Она постаралась, чтобы этот жест не выдал её отвращения, но, похоже, не преуспела.

— Капитан аль-Салиль напоминает командирам всех «Шрайков»: не открывать огня до сближения с неприятелем на минимальное расстояние, — сказал Лоуренс, старясь говорить бесстрастно.

— Понятно, — процедила Фланаган, уже не пытаясь скрывать свои чувства.

Очень скоро это уже не будет иметь никакого значения. Все экипажи наверняка испытывают такое же отвращение. Оба ЛАК-крыла уже два часа неслись навстречу республиканцам. Они находились менее чем в сорока минутах от точки встречи, а этот болван, вместо того чтобы руководить боем, посылает бессмысленные, идиотские «напоминания».

По справедливости (хотя ей совсем не хотелось быть справедливой по отношению к аль-Салилю), кое-какие конкретные распоряжения он всё же сделал. Увы, как и боекомплект, которым по стандарту оснащались ЛАКи, так и план атаки «Дельта-три» был максимально общим — смутный набор задач и операций. Фланаган уже давно поняла, что, несмотря на эскалацию напряженности, ни Шумахер, ни аль-Салиль не верили в реальную возможность нападения хевов на Текилу и потому не удосужились разработать планы обороны. Все проводимые ими мероприятия были направлены на обеспечение безопасности системы от местных мятежей, или разведки боем, или налета, которые хевы могли предпринять малыми силами. Вторгнись в систему несколько эсминцев, флотилия легких крейсеров или даже одна-две эскадры линейных крейсеров, план «Дельта-три» мог бы сработать, но против супердредноутов был так же эффективен, как противомоскитная сетка в качестве двери шлюза.

Правда, создавалось впечатление, что флагман республиканцев пропустил столько же занятий по тактике, сколько и начальство Сары Фланаган: боевой порядок атакующих, как по заказу, давал плану «Дельта-три» максимальные шансы на успех. Сара не знала, о чем думают хевы, но вместо того чтобы организовать из эскорта прикрытие от ЛАКов, что отработал на учениях Королевский Флот, они неразумно держали все крейсера в плотном строю. Конечно, когда произойдет сближение, это позволит дать массированный ответ на энергетический огонь «Шрайков», но сейчас они перекрывали друг другу обзор активных сенсоров дальнего действия, и вскоре хевам предстояло стать превосходными мишенями для «Ферретов», уже готовившихся к ракетной атаке.

На дублирующем тактическом дисплее значки неприятельских кораблей начали менять цвет: штабной тактик аль-Салиля определил цели для ракетного огня. Крейсера эскорта один за другим окрасились в малиновый: капитан приказал сосредоточить огонь на них. В определенном смысле то был акт отчаяния, признание того, что крейсера — единственные уязвимые для них цели, хотя аль-Салиль, по мнению Фланаган, ни за что бы в этом не сознался. План «Дельта-три» предусматривал концентрированное наступление, в ходе которого уничтожение флангового прикрытия противника открывало оснащенным тяжелыми гразерами «Шрайкам» путь для ближнего боя с основными вражескими силами. Будь этими «основными силами» линейные крейсера или даже линкоры, всё было бы замечательно, но супердредноутам, с их гравистенами и приведенным в готовность оружием, нанести урон сильнее чисто косметического «Шрайки» могли лишь при редкостном везении.

И все же, мрачно подумала Фланаган, хевы по крайней мере запомнят, что мы огрызнулись. И она в ответе перед своими людьми, поэтому глубокое отчаяние не должно повлиять на её действия. Раз уж им всё равно суждено погибнуть, значит, она по крайней мере обязана сохранять ясность мысли и сделать так, чтобы их смерти хоть что-то значили, распорядиться ими с максимальной эффективностью. И кто знает, может быть, все-таки… Внезапно изображение на дисплее изменилось, и Саре Фланаган показалось, что у неё остановилось сердце.

Республиканский флагман был вовсе не таким болваном, как она считала.

* * *

Когда изображение в главной голосфере изменилось, Агнесса де Гроот осклабилась, как голодная волчица.

Катившийся ей навстречу вал манти представлял собой море красных огоньков. Это были бортовые системы маскировки в сочетании с автономными генераторами помех и ложных целей. Однако, насколько могла судить де Гроот, самих этих генераторов оказалось меньше, чем предполагалось, а её БИЦ насчитал меньше неприятельских кораблей, чем она боялась. Расклад получался удачный. Конечно, сохранялась вероятность того, что этот «удачный расклад» лишь видимость, созданная офицерами манти с помощью систем радиоэлектронного противодействия, но в этом она сомневалась. У неё создалось впечатление, что она застала манти совершенно неподготовленными и не имеющими представления, как отразить нежданную угрозу.

А только что, свирепо усмехнулась она, эта угроза резко возросла.

Крупные зеленые бусины трех её «супердредноутов» внезапно окружили облака мелких зеленых мошек: огромные корабли выпускали в пространство крылья легких атакующих кораблей класса «Скимитер». Источники в разведке утверждали, что манти по-прежнему используют НЛАКи прежних размеров, ограничивающихся параметрами дредноутов. Учитывая преимущество давно принятых Альянсом на вооружение усовершенствованных компенсаторов, это обеспечивало оптимальное сочетание вместимости и ускорения. А вот Флот Республики предпочел иную концепцию, в которой НЛАКи работали прежде всего как оборонительные базы, и их задачей было защищать боевую стену от ударов ЛАКов манти дальнего радиуса действия. А раз так, не имело смысла делать их более скоростными, чем те супердредноуты, которые они защищали, и всё это замечательное преимущество в тоннаже использовали для дополнительных бортовых ангаров ЛАК.

А это означало, что если НЛАК манти мог принять примерно сто двенадцать ЛАКов, то республиканский класса «Вольера» нёс на борту куда более двухсот.

В настоящий момент семьсот с лишним «Скимитеров» неслись навстречу в три раза меньшему количеству ЛАКов манти, причем те уже набрали такую скорость и приблизились на такое расстояние, что никакой маневр не позволил бы им избежать рокового столкновения.

* * *

Они все уже мертвы… и мертвы напрасно.

Эта мысль пронзила Сару Фланаган холодной, невыразимой горечью — она поняла, как позорно забыл Королевский Флот свой долг перед королевой и народом. Дело было не в Шумахере и аль-Салиле — вина лежала на всем флоте, от РУФ до самой Сары Фланаган лично. Где-то глубоко внутри неё юная Сара, которая некогда выбрала своей судьбой мундир войск своей королевы, содрогнулась от стыда.

У хевов были НЛАКи… и никто об этом даже не подозревал. Или, что ещё хуже, те, кто догадывался, держали свои догадки при себе. И вот результат. Полная катастрофа.

Глядя на огромное приближающееся облако вражеских ЛАКов, она отстраненно представила себе пикеты других систем. В отличие от Текилы большинство располагали по крайней мере дивизионом кораблей стены, или эскадрой линейных крейсеров, или хотя бы десятком крейсеров для поддержки ЛАКов, на которых лежало основное бремя защиты системы. Но все это не имело значения. Если хевы направили три НЛАКа к Текиле, защищенной таким слабым пикетом — о чем они точно знали, — то системы, где ожидается более или менее достойное сопротивление, они атакуют куда большими силами. А командование этих систем знает о приближении врага и его возможностях не больше, чем Шумахер с аль-Салилем.

Это будет лавина. Но не снега и каменных валунов, а боеголовок и энергетических импульсов. Волны ЛАКов и цунами бортовых залпов. Разбитые мантикорские корабли и искореженные ЛАКи. И никто не сможет эту лавину остановить. Сейчас уже нет.

Сквозь эти мысли она услышала собственный голос, отдавший приказ перенацелить ракеты. Тактики её «Шрайков» реагировали быстро, словно не осознавая полноту катастрофы. Она слышала, как аль-Салиль тоже судорожно отдает какие-то команды, но оставила их без внимания. Они отчасти противоречили сами себе… да если бы и не это — было слишком поздно.

Её эскадрилья произвела пуск, когда аль-Салиль всё ещё что-то бормотал. Фланаган по собственной инициативе, не следуя ничьим приказам, ударила по вражеским ЛАКам, а не по кораблям, чья мощная защита все равно была не по зубам легким ракетам «Шрайков».

Потом Сара обмякла в кресле и вцепилась руками в подлокотники, глядя на приближение конца света.

* * *

Де Гроот скривилась: одной эскадрилье вражеских ЛАКов все-таки удалось выпустить все до единой ракеты, имевшиеся на борту. Револьверные пусковые установки — главная особенность современных ЛАКов — могли вести огонь только очередями, а не залпами, как на старых моделях. Но разница была невелика, и эта единственная эскадрилья выпустила весь боезапас ещё до того, как республиканские ЛАКи сблизились с нею на дистанцию, позволявшую им нанести удар.

Мощный огонь глубоко вспорол строй легких кораблей де Гроот. Восемнадцать ЛАКов Флота Республики были уничтожены полностью, семь получили тяжкие повреждения, причем пять из них не подлежали восстановлению, и еще восемь отделались легким ущербом.

Но тут настал черед оставшихся семисот шестидесяти «Скимитеров».

«Тройная волна» коммандера Клаппа с ревом вырвалась на свободу. Магазины двухсот республиканских ЛАКов последовательно выпустили навстречу манти три стремительных ракетных вала. Оставшиеся пятьсот шестьдесят не открывали огня, выжидая.

На глазах Агнессы де Гроот первая волна яростных взрывов огненной метлой смела передовые зонды манти. Даже отсюда Агнесса ощутила отчаяние, охватившее врага, который понял, что происходит, но для них было слишком поздно.

Вторая волна взрывов хлестнула по манти, выжигая их сенсоры и, хоть и не надолго, ослепляя бортовую электронику. А потом, как и рассчитывал Клапп, третья волна ракет беспрепятственно прошила безнадежно расстроенную оборону мантикорцев.

После «тройной волны» уцелело тридцать три мантикорских ЛАКа.

После второго, завершающего, массированного залпа уцелевших не осталось.

Общие потери де Гроот составили менее сорока единиц.


Содержание:
 0  Война Хонор : Дэвид Вебер  1  Пролог : Дэвид Вебер
 2  Глава 1 : Дэвид Вебер  4  Глава 3 : Дэвид Вебер
 6  Глава 5 : Дэвид Вебер  8  Глава 7 : Дэвид Вебер
 10  Глава 9 : Дэвид Вебер  12  Глава 11 : Дэвид Вебер
 14  Глава 13 : Дэвид Вебер  16  Глава 15 : Дэвид Вебер
 18  Глава 17 : Дэвид Вебер  20  Глава 19 : Дэвид Вебер
 22  Глава 21 : Дэвид Вебер  24  Глава 23 : Дэвид Вебер
 26  Глава 25 : Дэвид Вебер  28  Глава 27 : Дэвид Вебер
 30  Глава 29 : Дэвид Вебер  32  Глава 31 : Дэвид Вебер
 34  Глава 33 : Дэвид Вебер  36  Глава 35 : Дэвид Вебер
 38  Глава 37 : Дэвид Вебер  40  Глава 39 : Дэвид Вебер
 42  Глава 41 : Дэвид Вебер  44  Глава 43 : Дэвид Вебер
 46  Глава 45 : Дэвид Вебер  48  Глава 47 : Дэвид Вебер
 50  Глава 49 : Дэвид Вебер  52  Глава 51 : Дэвид Вебер
 54  Глава 53 : Дэвид Вебер  55  Глава 54 : Дэвид Вебер
 56  вы читаете: Глава 55 : Дэвид Вебер  57  Глава 56 : Дэвид Вебер
 58  Глава 57 : Дэвид Вебер  60  Глава 59 : Дэвид Вебер
 61  Использовалась литература : Война Хонор    



 




sitemap