Фантастика : Космическая фантастика : Глава 10 : Тимоти Зан

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30

вы читаете книгу




Глава 10

«Дружба» была все еще на расстоянии четырехсот тысяч километров от Шадраха, и Роман дремал в своем кресле, когда на звезде Б начался выброс.

– Вы уверены? – хмуро спросил он, стряхивая сонную одурь и вглядываясь в изображение на дисплее.

Кривая энергетического выброса Б если и изменилась, то совсем незначительно.

– Да, сэр. – Марлоу нажал на клавишу, и на дублирующем дисплее Романа появился график. – Карлик выбрасывает тонкую оболочку плазмы, и она расширяется во все стороны со скоростью почти четыреста километров в секунду. На данный момент оболочка блокирует лучистую энергию, но это долго не продлится. Как только она распространится достаточно далеко и истончится, свет пройдет сквозь нее и… ну, у нас будут маленькие неприятности.

– Как скоро это произойдет?

– Не позже, чем через несколько минут.

Роман угрюмо кивнул. «Дружба» уже приближалась к Шадраху, но с ускорением 2 g им все равно понадобится час и сорок шесть минут, чтобы укрыться в безопасной тени планеты.

– Кеннеди?

Ее пальцы уже порхали над клавишами пульта управления.

– Мы можем развернуть корабль, сэр, и в течение нескольких минут идти на повышенном ускорении, а потом развернуться снова и снизить скорость. – В ее голосе прозвучали нотки сомнения. – Однако двойной разворот почти наверняка съест все, что нам даст этот маневр.

Роман тоже понимал, что простое прибавление скорости не принесет пользы, поскольку в этом случае «Дружба» вынуждена будет остановиться раньше, так и не дотянув до планеты.

Если только…

Он вызвал на дисплей крупномасштабную карту системы, затаил дыхание… Ах, боги и впрямь добры к ним! Большая из двух лун планеты располагалась почти прямо по курсу «Дружбы» и была на триста тысяч километров ближе, чем сам Шадрах.

– Меняем курс, Кеннеди, – приказал он. – Цель – темная сторона шадрахской луны. Сделайте необходимые расчеты как можно быстрее и выполняйте, после чего прикиньте разные варианты ускорения и соответствующее время в пути. Марлоу, произведите оценку яркости Б за пределами расширяющей оболочки и пошлите данные Столту – я хочу знать, как долго выстоит корпус. Потом проверьте рассчитанное Кеннеди время полета и посмотрите, выдержим ли мы столько.

Он почувствовал легкий боковой крен, когда «Дружба» слегка изменила курс. Мостик затрещал, поворачиваясь, чтобы приспособиться к этому изменению; потом «Дружба» снова полетела по прямой, и возник крен в противоположную сторону – это мостик осуществлял обратную коррекцию.

– Изменение курса произведено, – доложила Кеннеди. – При полете с ускорением восемь g мы достигнем луны через двадцать семь минут.

– Марлоу?

– Это будет чертовски тяжелое испытание для корабля, капитан, – проворчал тот. – Сопла двигателя примут на себя главный удар, они гораздо более устойчивы к нагреванию, чем сам корпус. Однако мы летим не прямо к звезде; и если корабль будет медленно поворачиваться, подставляя воздействию ее лучей все части корпуса попеременно, теоретически угрожающий момент наступит через пятнадцать-двадцать минут.

– Есть какие-нибудь соображения, Кеннеди?

– Так, кое-что, сэр. – Она покачала головой. – Мы можем сократить время подлета до двадцати минут, если отключим двигатель и пролетим по инерции девять минут, но тогда оставшиеся одиннадцать придется пройти на двенадцати g.

Одиннадцать минут на двенадцати g. Одиннадцать минут кромешного ада для корабля, его человеческой части экипажа… и, возможно, даже еще худшей ситуации для темпи. А могут темпи вообще выжить при ускорении двенадцать g?

Роман включил интерком.

– Рин-саа?

На дисплее возникло лицо чужеземца.

– Слушаю, Ро-маа.

– Рин-саа, мы находимся в кризисной ситуации, – сказал Роман. – Нам нужно в течение одиннадцати минут идти на двенадцати g, или «Дружба» не выдержит. Вы способны перенести это?

Непривычная для темпи тень непонятной эмоции скользнула по лицу Рин-саа.

– Не знаю, – ответил он. – Знаю лишь, что темпи в состоянии в течение короткого времени выдержать восемь g. Это все. – Он помолчал. – Твои желания совпадают с нашими, Ро-маа. Делай, что считаешь нужным.

Роман стиснул зубы.

– Кеннеди, действуйте согласно вашему предложению. Дайте сигнал о переходе в фазу тяжелого ускорения. Рин-саа… удачи.

Двигатель смолк; завыла сигнальная сирена. Кресло Романа разложилось, приняв форму антиперегрузочного ложа. Он устроился на нем поудобнее, насколько позволяло нулевое тяготение, почувствовал, как подушки принимают форму тела, и не сводил взгляда с дисплеев. Он сделал все, что мог, и теперь оставалось лишь ждать, как проявят себя законы физики.

Спустя минуту, точно как и предполагалось, расширяющаяся во все стороны плазменная оболочка прорвалась.

Показатели температуры корпуса поползли вверх, выше, чем когда-либо доводилось видеть Роману, а потом внезапно упали – датчики на солнечной стороне либо отключились, либо просто сгорели. По мере медленного вращения «Дружбы» то же самое происходило и с остальными датчиками. В течение минуты внешний отражающий слой корпуса начал покрываться пузырями, и температура внутри корабля поднималась быстрее, чем охлаждающая система была в состоянии снижать ее.

А потом вновь ожил фузионный двигатель… и Роман тяжело задышал, когда гигантская невидимая рука вмяла его в ложе. Она давила на него, расплющивала его, делала все, чтобы выжать из него жизнь…

Прежде чем сознание затопила тьма, мелькнула мысль, как чертовски не похожа эта адская мясорубка, через которую приходится протаскивать корабль, на то, что обычно понимается под словами «спасательная экспедиция».

* * *

Медленно, будто не веря, что уцелел, корабль приходил в себя.

– Ремонтная служба докладывает, что выгнулись более двадцати пластин обшивки корпуса. Наиболее серьезные повреждения устраняются…

– Имеются случаи разрушения недостаточно хорошо закрепленного оборудования, капитан, но ничего жизненно важного не пострадало. Сейчас мы все приведем в порядок…

– Приземление получилось грубоватое, однако сопла двигателя уцелели. Мы находимся в нескольких километрах к югу от центра темной стороны луны. Период ее вращения около девяти дней. Значит, мы можем оставаться тут столько, сколько понадобится…

– Есть пострадавшие, капитан. Темпи докладывают о восьми погибших. С нашей стороны уцелели все, но у некоторых переломы костей, и есть внутренние повреждения. Медики отправились на половину темпи для оказания помощи.

Восемь погибших. Роман выругался себе под нос. Восемь погибших… и то, что все они темпи, в каком-то смысле еще хуже. Нужно, конечно, связаться с Рин-саа и выразить официальные соболезнования…

– Капитан? – окликнул его Марлоу. – Мне удалось наладить лазерную связь, хотя статика вокруг просто взбесилась, и найти людей доктора Ловри.

Роман ткнул в клавишу интеркома.

– Это капитан Хэмл Роман с борта «Дружбы», исследовательского судна Кордонейла. Доктор Ловри?

– Да, капитан. – Дисплей слегка очистился от «снега» статических разрядов, и Роман увидел седоволосого мужчину в скафандре. Насколько позволял разглядеть шлем, лицо у него было измученное. – Вы даже представить себе не можете, как мы счастливы, что вы здесь!

– Я и сам рад этому. Где вы?

– На темной стороне планеты. Я могу сообщить вам наши текущие координаты, но вряд ли это имеет смысл. Сутки Шадраха длятся сорок два часа, и мы вынуждены постоянно перемещаться, чтобы оставаться на теневой стороне.

– Понятно. – Роман бросил взгляд на обзорный экран. Планета на нем имела форму полумесяца, висела близко к горизонту и сияла отраженным светом, который тем не менее ослеплял. – Надо полагать, у вас есть какой-нибудь шаттл?

– Да… «Синор-ГрейбекТЛ-один». Маловат, конечно, учитывая, что нас тут пятьдесят человек, но мы втиснемся.

– Кеннеди? – негромко спросил Роман.

– Это довольно крупное судно, сэр, – быстро ответила она, – но поскольку нашего шаттла сейчас нет, в ангаре хватит места.

– Спасибо… Да, доктор, мы можем его принять. Как у вас дела с топливом?

– Большую часть его мы были вынуждены оставить на базе, и некоторое количество взятого с собой уже использовали, перемещаясь вслед за тенью, но его все еще хватит, чтобы встретиться с вами на орбите. Если, конечно, эта орбита будет не слишком высока.

– Думаю, мы сумеем к вам приноровиться. Теперь еще вопрос. Насколько мне известно, там, внизу, есть и группа темпи. Они с вами?

Ловри покачал головой.

– Боюсь, им помощь уже не потребуется, капитан, – бесконечно усталым голосом ответил он. – Когда на карлике произошел первый выброс, их лагерь находился на солнечной стороне. Все они мертвы.

Роман почувствовал, как внутри у него все сжалось в тугой узел.

– Вы уверены?

Сквозь треск статических разрядов вздох Ловри был едва слышен.

– Уверен. Едва их лагерь оказался на темной стороне, мы тут же отправились туда. Все произошло так неожиданно, что у них не было ни малейшего шанса спастись. Если бы почва не среагировала на вспышку легкими сотрясениями, нас ждала бы та же судьба. – Ловри вскинул руку, как бы желая провести пальцами по волосам, но тут же со смущенным видом уронил ее. – Мы понятия не имеем, почему карлик пробудился так быстро; он должен был еще не меньше месяца находиться в стабильном состоянии.

– Детали обсудим позднее, доктор. С вашими людьми все в порядке?

– У нас все прекрасно… или будет, как только мы выберемся отсюда. Просто скажите, когда нам нужно взлететь.

– Боюсь, сразу это не получится. – Роман бросил взгляд на дублирующий дисплей сканера. – Нам необходимо дождаться, пока интенсивность света спадет настолько, что мы сможем добраться до вас. В данный момент мы на темной стороне вашей большей луны.

Ловри испуганно вытаращил глаза.

– Так вы не на Шадрахе? Капитан… – Он с трудом сглотнул и сделал судорожный вдох. – Капитан, мы не можем ждать столько. Наши расчеты показывают, что следующий выброс будет последним.

Внезапно во рту у Романа пересохло.

– Произойдет вспышка новой?

Ловри кивнул.

– И раз так, никакого существенного снижения интенсивности ждать не приходится.

На мостике внезапно стало очень тихо.

– Сколько у нас времени? – спросил Роман.

– Самое большее, где-то между шестьюдесятью и семьюдесятью часами.

Шестьдесят часов. И минимум двадцать пять из них уйдут на обратный полет к Пегасу…

– Ладно, доктор, мы обдумаем, что можно сделать. Конец связи.

Он отключился, и шум статических разрядов резко оборвался. Тишина на мостике стала почти осязаема. Роман осторожно повернулся – от полета на двенадцати g болела каждая мышца – и посмотрел на Марлоу.

– Вы все слышали. Теперь давайте прикиньте вместе со Столтом, сколько еще способен выстоять корпус.

– Уже сделано, капитан, – ответил Марлоу. Кривая световой интенсивности на дублирующем дисплее Романа сменилась другой кривой и колонкой чисел. – Капитан Столт считает, что сопла двигателя в состоянии выдержать без вреда для себя еще пятнадцать часов полета или около того. – Курсор Марлоу уткнулся в соответствующую часть кривой. – К несчастью, оттуда до Шадраха на маневровых двигателях не долететь. Их мощность слишком мала.

– А что будет с остальным корпусом?

У Марлоу дернулась щека.

– Через двадцать минут на солнце швы начнут расходиться.

Роман прикусил губу.

– Что скажете, Кеннеди?

– Ничего хорошего, сэр. – Она покачала головой. – Если ускорение будет меньше восьми g, на полет уйдет как минимум час. А более высокое ускорение просто убьет остальных темпи.

Эти слова напомнили Роману, что он должен сообщить чужеземцам дополнительную порцию неприятных новостей. Да, это нужно сделать как можно скорее.

– А нельзя каким-то образом усилить защиту корпуса? – спросил он. – Я знаю, у нас есть запасные пластины.

Марлоу поджал губы.

– Сомневаюсь, что имеющихся у нас запасных пластин хватит, сэр, но я проверю.

Он заколебался и быстро взглянул на Кеннеди с таким видом, будто хотел что-то добавить, но не решился.

– Что вас беспокоит, лейтенант Марлоу? – спросил Роман.

Тот, казалось, окаменел; мышцы лица подергивались и, похоже, не только от нервного тика. Взгляд снова метнулся к Кеннеди, в нем появилось умоляющее выражение.

– Полагаю, сэр, – заговорила Кеннеди, – лейтенант хочет обратить ваше внимание на то обстоятельство, что высокая жароустойчивость сопел двигателя и достаточные запасы топлива позволяют нам в любой момент покинуть область звезды Б и благополучно вернуться к Пегасу. При условии, что никаких отклонений от прямого пути мы делать не будем.

Роман ошеломленно встретился с ней взглядом.

– И бросить пятьдесят человек на Шадрахе, надо понимать. Вы что, рекомендуете мне поставить крест на нашей миссии? Вы все так думаете?

Краем глаза Роман заметил смущенное выражение лица Марлоу. Кеннеди же, глядя прямо капитану в глаза, не дрогнула.

– Пока нет, – ответила она. – Но если мы не сможем добраться до них на протяжении ближайших тридцати часов, то да, я буду рекомендовать именно это.

На капитанском мостике воцарилась тишина.

– Я понял вашу позицию, лейтенант, – сказал Роман. – Давайте просто надеяться, что до этого не дойдет.

– Да, сэр.

Она и Марлоу, как по команде, отвернулись к своим пультам, вокруг снова послышалось негромкое журчание голосов… а Роман сидел, тупо глядя в затылок Кеннеди. Он сожалел о том, что в ее досье мало подробностей того, как в прошлом протекала ее военная служба. Она определенно служила на крупных военных кораблях. Скорее всего, видела реальные сражения. Кордонейл с угнетающей регулярностью впутывался в постоянно вспыхивающие межзвездные конфликты – до того, как проблема темпи поднялась во весь рост, заслонив собой другие, сравнительно более мелкие разногласия.

Не исключено, что ей уже приходилось бросать людей, обрекая их на гибель.

Роман вздрогнул.

«Да, будем надеяться, что до этого не дойдет», – подумал он, страстно желая, чтобы именно так и произошло.

До сих пор ему никогда не приходилось обрекать людей на гибель, и он не горел желанием сейчас начать приобретать подобный опыт.

А потом воспоминание обрушилось на него, словно ушат ледяной воды, и щеки вспыхнули от смущения и стыда.

Да, людей он на гибель не обрекал – только темпи.

Чувствуя, как внутри все болезненно сжимается, он сидел, глядя на свой интерком. Он и так запоздал с этим вызовом, и откладывать дальше… нет, от этого будет еще хуже.

Как обычно, ему ответил Рин-саа.

– Да, Ро-маа?

– Прими мои соболезнования в связи с гибелью восьми ваших людей.

– Одиннадцати. Еще трое умерли от внутренних повреждений. Сейчас мы прощаемся с ними.

«Одиннадцать».

– Мне очень жаль. Я не знал. – На мгновение Роман заколебался. – Боюсь, у меня есть и другие новости, которые тебя огорчат. Похоже, ваша исследовательская база на планете была полностью уничтожена во время первого выброса.

Рин-саа сделал жест, эквивалентный человеческому кивку.

– Это для нас не новость.

Роман нахмурился.

– Вы знали?

Рин-саа на мгновение закрыл глаза.

– Если бы темпи на планете уцелели, никакая спасательная экспедиция не понадобилась бы, Ро-маа. И они, и люди давно были бы в безопасности.

– Ох! Конечно… – Это означает, понял Роман, что Рин-саа и остальные темпи знали или, по крайней мере, предполагали, что их товарищи погибли, с того самого момента, как пришел экстренный вызов. Он, однако, не потрудился расспросить их поподробнее… а темпи не имеют привычки высказываться по собственной инициативе. – И еще раз, мне очень жаль. От всей души хотел бы, чтобы обстоятельства сложились иначе.

– Как и мы. Мне нужно идти, Ро-маа. Церемония прощания продолжается.

И экран опустел.

* * *

Лицо Столта на экране интеркома выглядело предельно усталым и каким-то потерянным – лицо человека, на которого разом обрушилась дюжина проблем, и каждая из них требовала безотлагательного внимания. Однако сказанное им прозвучало в высшей степени определенно и уверенно.

– Ничего не получится, капитан. – Он покачал головой. – Используя запасные пластины и теплозащитный материал, мы, наверное, сумели бы нарастить обшивку внешнего корпуса на два сантиметра. Однако для этого нужно раскатать пластины до указанной толщины, что, разумеется, невозможно.

– Ну, я так и предполагал, но прикинуть стоило.

– А как насчет вашего предложения? Я имею в виду отражающий зонт. – Мы работаем над макетами, но особенных надежд я бы на это не возлагал, – признался Столт. – Все материалы, которые мы перепробовали, способны отражать либо свет, либо радиацию, но не то и другое вместе. Уоллер пытается соорудить что-то вроде многослойного сэндвича, но я в его идею не слишком верю.

– Капитан? – вмешалась в разговор Кеннеди. – А хватит ли запасных пластин, чтобы накрыть спасательную шлюпку?

И полететь к Шадраху, запихнуть в нее ученых, вернуться обратно…

– Что скажете, Столт?

Судя по быстроте ответа, Столт уже обдумывал эту возможность.

– Ничего хорошего. Как она полетит, для начала? Мы сможем прикрыть лишь одну сторону шлюпки и тем самым нарушим центр тяжести. Но даже если так это полет в один конец. Покрытие испарится еще на пути туда.

– А может, у Ловри и его людей есть материал, который можно было бы использовать на обратном пути, – продолжала настаивать на своем Кеннеди.

Столт фыркнул.

– Если бы он у них был, неужели, по-вашему, они не догадались бы прикрыть им собственный шаттл?

– Может, и не догадались бы, – возразила Кеннеди. – Они астрофизики, не инженеры. Вдруг у них есть то, что нужно, а им и невдомек?

– Ну, давайте рассматривать это как одну из возможностей, – сказал Роман. – Пусть кто-то из ваших людей свяжется с Ловри и запросит полный перечень имеющихся у них материалов.

– Есть, сэр, – ответил Столт.

Роман выключил интерком и повернулся к Марлоу.

– Радиация понижается, лейтенант?

– Да, сэр, немного, – рассеянно ответил Марлоу, не отводя взгляда от своих экранов. – Медленно, правда. Капитан, я только что засек что-то на орбите вокруг Шадраха. Думаю, вам стоит самому взглянуть.

Роман перевел взгляд на дублирующий дисплей сканера, где ярким кружком было обведено место…

– Звездный конь?

– Вот и я так подумал, – ответил Марлоу. – Наверно, тот, что доставил сюда экспедицию темпи. Вон, видите, что осталось от корабля позади него? Вопрос в том, почему звездный конь все еще здесь?

Роман пожевал нижнюю губу. На мгновение в его сознании возник совершенно безумный образ: звездный конь, как верный пес, остался, чтобы защищать своих умерших хозяев… Роман выбросил эту мысль из головы.

– Скорее всего, он мертв. Погиб одновременно с темпи.

– Или кто-то из манипуляторов на корабле уцелел, – пробормотала Кеннеди.

Совсем этого исключить нельзя, понимал Роман. Темпийский корабль выглядел наполовину расплавившимся, однако если в момент первого выброса ему повезло оказаться в тени звездного коня, один или даже несколько чужеземцев, в принципе, могли уцелеть.

Что мгновенно порождало вопрос, почему эти теоретически выжившие темпи не спасли экспедицию Ловри или хотя бы, наплевав на них, не сбежали к чертям из системы.

– Вы не пытались связаться с кораблем? – спросил Роман.

– Как же, пытался, едва он появился из-за края планеты, – ответил Марлоу. – Никакой реакции.

Роман покачал головой. Рин-саа и остальные темпи на «Дружбе» наверняка все еще оплакивают своих погибших, и он недавно уже вторгся в их церемонию. И все же что-то подсказывало ему, что ждать нельзя.

Рин-саа не оказалось в помещении манипуляторов, но его тут же нашли.

– Да, Ро-маа? – послышался завывающий голос. Если он и был недоволен тем, что его оторвали от церемонии прощания с покойными, то не подал вида.

– Мы обнаружили звездного коня вашей экспедиции, – сказал Роман. – На орбите вокруг Шадраха. Есть идея, почему он не совершил Прыжок?

На долгое время чужеземец просто замер; с его уродливым лицом происходили еле заметные и – по крайней мере, для Романа – непонятные изменения.

– Существует одна возможность, – заговорил после паузы Рин-саа. – Звездного коня обычно оставляют на стационарной орбите над наземными исследователями, с шестью или меньше темплисста в качестве манипуляторов. Когда все погибли… – Он замолчал, и снова выражение его лица претерпело ряд изменений. – Ты, наверно, понимаешь, что мы более восприимчивы к жизни, чем люди. Внезапная смерть товарищей могла вызвать реакцию перасиата у манипуляторов, а через них и у звездного коня.

Кататония в самом сердце гибнущей системы. Значит, хваленая темпийская склонность к сопереживанию в некоторых случаях может стать помехой.

– Когда все они выйдут из этого состояния?

– Темплисста – никогда. Они мертвы.

Роман негромко присвистнул. А ведь на мгновение у него зародилась безумная надежда, что они все-таки вытянут свой счастливый билет.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Надо полагать, звездный конь тоже мертв?

– Не знаю. Знаю лишь, что он либо мертв, либо все еще в перасиата. Это все.

Роман кивком указал Марлоу на его дисплеи. Тот понимающе кивнул и углубился в работу.

– Предположим, звездный конь в перасиата, – сказал Роман Рин-саа. – Как можно разбудить его?

– Я не говорил, что он в перасиата, – напомнил темпи Роману. – Я не знаю.

Роман стиснул зубы, сдерживая раздражение. Эта пресловутая темпийская осторожность в высказываниях сейчас была по меньшей мере неуместна.

– Предположим просто в порядке дискуссии, что так оно и есть. Объясни, как можно разбудить его.

– Есть методы, – ответил Рин-саа. – Манипуляторов им учат.

Ужас какой-то. Манипуляторы могут сделать это… вот только все манипуляторы «Дружбы» остались с Пегасом.

– Вряд ли кто-то из вас, находящихся здесь, прошел соответствующее обучение.

На мгновение Рин-саа заколебался.

– Даже если разбудить звездного коня, у него не хватит сил оттащить «Дружбу» на большое расстояние.

– В этом нет необходимости, – покачал головой Роман. – Все, что нам нужно, это укрыться в его тени – у нас более чем достаточно топлива для самостоятельного полета к Шадраху. Надо, чтобы кто-то из вас, имеющий навыки манипулятора, по доброй воле сел в надежно защищенную спасательную шлюпку, добрался до звездного коня и попытался разбудить его.

И снова по лицу Рин-саа пробежала волна искажений.

– Хорошо, – ответил он. – Готовьте вашу спасательную шлюпку. Я полечу.

Роман удивленно посмотрел на него.

– Ты?

– У меня есть навыки манипулятора. Мне и идти.

Роман во все глаза глядел на него. Невысокое, уродливое, нелепое существо… хладнокровно и по доброй воле готово рисковать жизнью, чтобы спасти чужеземцев, которых темпи относят к разряду опасных – по крайней мере, отчасти.

– Ты ведь знаешь, я не могу приказывать тебе лететь туда, – сказал Роман, движимый настоятельным, хотя и лишь наполовину осознанным желанием убедиться, что темпи в полной мере отдает себе отчет, во что впутывается. – Это может быть опасно… даже смертельно опасно…

Что-то в выражении лица Рин-саа заставило его смолкнуть.

– Ты все еще не понимаешь нас, Ро-маа? – мягко спросил темпи. – У нас есть долг по отношению ко всем живым существам; долг уважать их и естественную природную среду, в которой они обитают. Как разумные существа, мы способны оказывать огромное влияние на эту среду. Однако с огромным могуществом приходит и огромная ответственность. Мы не выбирали для себя роль смотрителей. Мы расцениваем ее как плату за дар разумности.

Роману уже не раз приходилось слышать подобные философские рассуждения, но всегда от апологетов темпи или их приверженцев и никогда от самих темпи.

– И ты рискуешь своей жизнью ради спасения людей?

Рин-саа прикоснулся пальцами к уху – пожал плечами.

– Вы не беспомощные существа и не смотрители, Ро-маа; и тем не менее вы и то и другое. Мы пока не в полной мере понимаем вас, но с каждым днем узнаем все больше.

Дрожь непроизвольно пробежала по спине Романа. Он часто спрашивал себя, какими мотивами руководствовались темпи, соглашаясь принять участие в проекте «Дружба». Теперь у него мелькнул другой вопрос: что будет написано в отчете, который Рин-саа привезет домой?

– Я высоко ценю твое добровольное желание лететь, – сказал он. – Будем надеяться, что все пройдет успешно.

– Ради звездного коня в той же мере, что и ради людей, – ответил Рин-саа. – Он тоже заслуживает спасения, если оно возможно.

– Согласен.

И если спасти звездного коня не удастся, может, у него все же хватит сил для одного-единственного, последнего Прыжка. Тогда «Дружбе» не придется поджариваться на обратном пути к Пегасу.

А что, если Пегас так и не оправится от своей неведомой болезни? На мгновение мысли Романа вернулись к Ферролу и остальным, дожидающимся их возвращения…

Он решительно выкинул их из головы. Что бы там ни происходило, он не в силах ни проконтролировать это, ни вмешаться.

– Шлюпка будет готова примерно через час, Рин-саа. Мы дадим тебе знать.

– Я тоже буду готов.

Роман выключил экран и посмотрел на Марлоу.

– Ну, что?

– Не могу сказать ничего определенного, сэр, – ответил тот, разочарованно качая головой. – Мы плаваем в таком плазменном супе, что все показания приборов ненадежны. Может, конь жив, а может, и нет.

– Ладно. Свяжитесь со Столтом, пусть готовит спасательную шлюпку. – Роман мысленно подобрался и повернулся к Кеннеди; предстоял еще один неприятный момент. – Нам нужен доброволец, который согласится пилотировать шлюпку. Причем такой, который справится с управлением судна, в любой момент грозящего перевернуться.

– Вам нужна Маккейг, – тут же ответила Кеннеди. – Она водила и буксирные суда, и минные тральщики. Я вызову ее.

Роман остановил Кеннеди, вскинув руку.

– Разъясните ей предельно ясно, что если звездный конь мертв, полет с большой степенью вероятности окажется самоубийством.

Кеннеди натянуто улыбнулась.

– Она согласится. Она не из тех, кто доверяет темпи.

Роман далеко не сразу понял логику этого загадочного высказывания. Лишь когда спасательная шлюпка была уже готова к полету, он вспомнил, что Рин-саа сказал о спасении звездного коня; и вот тогда в голове у него что-то щелкнуло.

Для темпи не было более простого способа спасти звездного коня, чем разбудить его и позволить совершить Прыжок.


Содержание:
 0  Звездные всадники : Тимоти Зан  1  Глава 2 : Тимоти Зан
 2  Глава 3 : Тимоти Зан  3  Глава 4 : Тимоти Зан
 4  Глава 5 : Тимоти Зан  5  Глава 6 : Тимоти Зан
 6  Глава 7 : Тимоти Зан  7  Глава 8 : Тимоти Зан
 8  Глава 9 : Тимоти Зан  9  вы читаете: Глава 10 : Тимоти Зан
 10  Глава 11 : Тимоти Зан  11  Глава 12 : Тимоти Зан
 12  Глава 13 : Тимоти Зан  13  Глава 14 : Тимоти Зан
 14  Глава 15 : Тимоти Зан  15  Глава 16 : Тимоти Зан
 16  Глава 17 : Тимоти Зан  17  Глава 18 : Тимоти Зан
 18  Глава 19 : Тимоти Зан  19  Глава 20 : Тимоти Зан
 20  Глава 21 : Тимоти Зан  21  Глава 22 : Тимоти Зан
 22  Глава 23 : Тимоти Зан  23  Глава 24 : Тимоти Зан
 24  Глава 25 : Тимоти Зан  25  Глава 26 : Тимоти Зан
 26  Глава 27 : Тимоти Зан  27  Глава 28 : Тимоти Зан
 28  Глава 29 : Тимоти Зан  29  Глава 30 : Тимоти Зан
 30  Использовалась литература : Звездные всадники    



 




sitemap