Фантастика : Космическая фантастика : Пилот особого назначения : Александр Зорич

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30

вы читаете книгу

Галактика между войной и миром — так можно охарактеризовать декабрьские дни 2621 года, какими они запомнились герою эпопеи «Пилот мечты» Андрею Румянцеву.

Чудом спасенный конкордианским авианосцем во время взрыва звезды Моргенштерн, Румянцев попадает в плен. Хотя война еще не объявлена, конкордианцы относятся к пилоту крайне враждебно, обвиняя его в шпионаже. И только отменное качество шпионского суперкомбайна ГАБ помогает Румянцеву спастись, чтобы… попасть под крыло ГАБ, на опаснейшую боевую работу, в Эскадрилью Особого Назначения!

Часы отсчитывают последние недели и дни мирной жизни, а Румянцев и другие герои книги уже отправились на необъявленную войну…

Пролог

Начало декабря, 2621 г.

Средние широты.

Планета Махаон, система Асклепий, Синапский пояс.


Настало утро, в темном океане вечера канул день, прошла ночь, и вновь настало утро.

Серое небо в одеяле туч. А под ним густая, беспросветная тайга укрыта ранним снегом, выбелившим стволы махаонских кедров, так что пейзаж от горизонта до горизонта был бело-зеленым при полном преобладании белого.

Среди колючего мороза, под снежным пологом шли два человека. Шли самым надежным, палеолитическим способом — на лыжах, будто и не XXVII век на дворе. Впрочем, древняя тайга умело срывала легкий флер цивилизации — дай только волю.

Волю дали. Вынужденно. Оба шли через тайгу уже третий день.

— Ну и зачем ты меня сюда приволок? — Спросил первый, видимо далеко не первый раз, так как его спутник счел вопрос риторическим и не стал отвечать.

Прошло время, минут пять.

— Ну и зачем, твою мать, ты меня сюда приволок?! Холодно, снег, сколько тащиться вообще не ясно!

— Точно, — пробасил второй. — И зачем, мою мать, я тебя приволок? Надо было бросить на Шварцвальде. Добить и бросить.

— Добить?! Вот скотина!

— Чисто из жалости. Не чужой, все-таки, человек.

— Неблагодарная скотина, — констатировал первый.

— Зануда, — не остался в долгу второй и добавил:

— Кстати, насчет «добить» — это мне запросто, имей в виду. Ты достал уже своим нытьем, серьезно!

Первый был худ, худ болезненно, чего не могла скрыть даже теплая парка, которая болталась на нем, словно на вешалке. Лицо аккуратно выбритое, породистое. О росте судить трудно, так как рядом с товарищем он казался сущим пацаненком.

Тот более всего напоминал медведя, натурального таежного хозяина, которому Бог по недосмотру выделил человеческое обличье, а силищу и повадки оставил зверские. Высокий, но не чрезмерно, зато ширина плеч и корпулентность такие, что «легче перепрыгнуть, чем обойти». Движения при этом легкие, стремительные, будто и в самом деле — медведь, обходящий свою делянку.

Первый двигался позади второго, неумело, неловко, постоянно спотыкаясь и проваливаясь в снег чуть не по пояс.

Темнело.

Товарищи изрядно углубились в тайгу против того места, где их впервые застало наше внимание.

— Черт знает что! Какой-то кровавый ад, а не местность! Такая облачность… днем без солнца, скоро ночь, так и луны, я чую, не будет… как здешний спутник называется? Эфиальт?

Здоровяк поглядел на небо, едва видневшееся меж переплетенных высоких крон.

— Эфиальт, — подтвердил он (будто там, на небе, была написана шпаргалка).

— Как ты вообще здесь ориентируешься? Мы не могли заплутать?

— Не могли, — отрезал здоровяк и почесал короткую бороду лопатой — черную в редкой россыпи серебра.

— У тебя же ни карты, ничего…

— Заткнись. Я здесь на учениях каждый миллиметр брюхом проутюжил!

— Так это когда было!

Второй остановился и снова почесал бороду.

— Когда… Шестнадцать лет назад… Ну и что? — Он обернулся.

Его спутник, едва не налетев на нежданную преграду, неловко выругался и тоже встал.

— А то, что если ты так хорошо все помнишь, можно было посадить яхту поближе к месту — сейчас бы не перлись через лес этот гребаный уже третьи сутки!

— Куда? Куда ты предлагаешь сажать яхту?! На деревья? — Второй сгреб рукавицей половину от тридцати двух окрестных румбов. Потом он усмехнулся, и глаза под капюшоном заискрили озорным огнем. — А Махаонский истребительный так по-прежнему мышей и не ловит! Это ж надо! Проворонили яхту! Яхту! Не удивлюсь, если у них там за главного все еще старый раздолбай Мамбулатов. И все так же кап-три, ха-ха! Отдышался? Ну пошли тогда, если отдышался.

Еще через полчаса первый потребовал привала.

— Рана болит? — Поинтересовался здоровяк с участием и даже, пожалуй, нежностью, столь неожиданной при таком-то обличье.

— Болит. — Пожаловался первый. — Спасибо тебе, конечно, но заштопал ты меня очень на троечку.

— Ну извини! — Медведь едва заметно пожал плечами, не прекращая переставлять короткие лыжи. — Это ты у нас медицина, а я — мясник. Меня анатомии учили, но для совсем иных целей, нежели тебя.

— И тем не менее…

Что именно «тем не менее» первый не знал, поэтому молча скрипел лыжами о снег секунд сто двадцать.

— И тем не менее, я сейчас сдохну. Рана болит… как из пулемета!

Он собирался указать на то, что управиться с хирургическим аппаратом и медкапсулой на борту яхты мог бы даже фельдшер-олигофрен, но вовремя вспомнил, что его товарищ вовсе не олигофрен и совсем не фельдшер. Поэтому принялся давить на жалость.

— Эк заговорил! — Восхитился здоровяк. — А было время, выражался будто на балу: ах извольте, да пожалуйста, мерси.

— Обстановочка располагает.

— Именно что «обстановочка»! Черта с два ты устал — это тайга так действует. Пейзаж не меняется и давит на психику. Тебе ли не знать, медицина!

— Привальчик бы, — заныла «медицина».

— Хрен тебе! — Здоровяк был непреклонен. — По моим расчетам через полчаса-час будем на месте — вот там и отдохнешь.


Прошло полчаса. А потом еще полчаса. И еще.

Махаон повернул упитанный, на зависть соседям, землеподобный бок, по которому шли два товарища, так, что Асклепий, местное солнце, оказался по другую сторону. Мощный слой обложной облачности украл зрелище заката, и для субъективного наблюдателя просто сработал Главный Реостат Планеты — наступила ночь.

В маленьком отряде назревал бунт. «Медицина» сипела, поглядывала на часы, изобретая формулировки поубийственнее, когда здоровяк внезапно остановился, поворочал башкой и сказал:

— Здесь!

«Здесь» для человека свежего ничем не отличалось от «там». От тысячекратного «там» среди величественного однообразия деревьев, сугробов, буреломов и прочей русской зимней сказки.

— Ых-х-х… — выдохнул доктор. — Где… здесь?

— Здесь, здесь. — Чернобородый ловко подкатил к седому от древности кедру и дружески погладил двухобхватный ствол. — Этот парень стоит здесь уже лет пятьсот, и еще три раза по столько простоит.

Он поднял лицо к черному небу и произнес длинную фразу по-испански. После чего скинул лыжи, рюкзак, карабин и вооружился саперной лопаткой.

Во все стороны полетел снег. Доктор тяжело присел на землю, порылся в недрах парки и извлек фонарик — морозная взвесь заиграла и заискрила в луче мощного люминогена, буквально разрубившего тьму.

— Толково придумал, — недовольно буркнул здоровяк, не прекращая работы. — Такая демаскировка… а, по фигу! Всё ж веселее!

Клинок лопаты вместо задорного, снежного «вжих-вжих», издал унылый «чвеньк» — началась промороженная земля.

— Может, помочь? — Спросил доктор.

— Чем? Лопатка-то одна! Сиди уж… Да-а, вот она, закладочка! Вывел чисто! Вот, гляди: это переплетение корней маскирует сенсорный элемент! Ух, упарился… черт… так, где коммуникатор?.. Только бы автоматика меня признала! А то хрен вскроешь — натуральный сейф, мы тут партизанили качественно, без дураков…

Он вытащил коммуникатор и принялся пробуждать от сна старую аппаратуру.

— Любопытно, против кого вы тут собирались партизанить шестнадцать лет назад?

— Флотская разведка, друг мой — серьезная контора. М-м-м… семь-семь-девять или девять-девять-семь? м-м-м… Так вот, серьезная контора отличается от всех прочих тем, что готовится к любым вероятностям. Даже совершенно невероятным. Если хочешь знать, мы тут отрабатывали автономные действия подразделения в условиях глобальной гражданской войны — сепаратисты, самоопределение территорий и так далее. Отсюда закладки с оружием, документами, деньгами, цивильной одеждой! А также схроны, базы и даже мобильные ремзаводы! Вот так-то. Или, думаешь, с чего я выбрал именно Махаон, а? Я здесь отлеживаться буду до Второго Пришествия, и ни одна падла не найдет!

Он на секунду прекратил вбивать код в коммуникатор, подумал и добавил:

— Кроме, конечно, родной конторы. Хотя ей-то с чего? Официально мы оба пропали без вести. А за давностью лет нас и в двухсотые могли определить, запросто!

Под землей и снегом нечто щелкнуло и коротко заурчало.

— Работает! — Радостно воскликнул чернобородый. — Ну, теперь живем!

Доктор покачал фонариком и хмыкнул.

— Да-а-а, Соломончик… Какие же среди вашего начальства встречаются постмодернисты! Подумать только! Гражданская война!

— Не называй меня «Соломончик», я этого терпеть не могу… А что значит «постмодернисты»?

— Это, друг мой, когда людей посылают на задание, имея в виду зачистить их с орбиты главным калибром линкора. Или вот так: готовятся к гражданской войне на совершенно мирной планете.

— Пф-ф-ф! Скажешь тоже! Во-первых, служба такая. Во-вторых, Док, уж чья бы корова мычала. В-третьих, будь проще, — зачем называть мудаков таким красивым словом, когда можно сказать безо всяких: мудак?

— Потому что, как ты верно подметил, я сам, брат, из этих. И я не настолько самокритичен, чтобы прямо признать себя мудаком. Пусть будет постмодернист. — Сказал доктор и замолк, зябко ежась.

Здоровяк залез в раскоп и завозился тревожной землеройкой. В свете фонаря зеленела брошенная лопатка, унты сорок последнего размера и обширный зад чернобородого. Наконец он выбрался и помахал небольшим контейнером.

— Всё, готово дело! Бланки документов, карты активации в базе данных, аппарат татуажа радужки глаз, кредитки — всё подлинное, натуральное — не какая-то туфта! Так что, мистер Фарагут, эпоха постмодерна для нас окончена. Начинаем жизнь честных граждан Объединенных Наций! Нету больше доктора Скальпеля и Салмана дель Пино — известных по всему Тремезианскому поясу… постмодернистов!


Содержание:
 0  вы читаете: Пилот особого назначения : Александр Зорич  1  Часть 1 : Александр Зорич
 2  Глава 2 Левиафан : Александр Зорич  3  Глава 3 Эскадрилья Особого Назначения : Александр Зорич
 4  Глава 4 Чары власти : Александр Зорич  5  Глава 5 Чужие могилы : Александр Зорич
 6  Глава 6 Рыцарь эпохи ретро-революции : Александр Зорич  7  Глава 7 Последний рейд Левиафана : Александр Зорич
 8  Глава 8 Крутые виражи : Александр Зорич  9  Глава 1 Освобождение : Александр Зорич
 10  Глава 2 Левиафан : Александр Зорич  11  Глава 3 Эскадрилья Особого Назначения : Александр Зорич
 12  Глава 4 Чары власти : Александр Зорич  13  Глава 5 Чужие могилы : Александр Зорич
 14  Глава 6 Рыцарь эпохи ретро-революции : Александр Зорич  15  Глава 7 Последний рейд Левиафана : Александр Зорич
 16  Глава 8 Крутые виражи : Александр Зорич  17  Часть 2 : Александр Зорич
 18  Глава 2 Крушение теории капитала : Александр Зорич  19  Глава 3 Амеретат : Александр Зорич
 20  Глава 4 Рейд над законом : Александр Зорич  21  Глава 5 Искупление : Александр Зорич
 22  Глава 6. Кровавый песок Паркиды : Александр Зорич  23  Глава 1 Самый длинный день : Александр Зорич
 24  Глава 2 Крушение теории капитала : Александр Зорич  25  Глава 3 Амеретат : Александр Зорич
 26  Глава 4 Рейд над законом : Александр Зорич  27  Глава 5 Искупление : Александр Зорич
 28  Глава 6. Кровавый песок Паркиды : Александр Зорич  29  СПИСОК АББРЕВИАТУР : Александр Зорич
 30  Использовалась литература : Пилот особого назначения    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap