Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 8 ЭКИПАЖ ДЖОРРОКА : Дэвид Тейлор

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  15  16  17  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  64  66  67

вы читаете книгу




Глава 8

ЭКИПАЖ ДЖОРРОКА

— Ну что ж, я виделся с мистером Крэббом. — С этими словами Джон Карстайрс вошел в тот же вечер в гостиную своей матери, несколько смущенной столь стремительным вторжением.

— Правда? И что же мистер Крэбб сказал тебе?

— А что обычно говорят адвокаты? — Джон Карстайрс обежал взглядом комнату, хранившую память о покойном мистере Карстайрсе, что находило свое выражение в портрете этого господина, запечатленного в униформе Суффолкских оборонцев.[16] Убедившись, что никого, кроме них с матерью, тут нет, молодой человек продолжал: — Судя по всему, бедняге Изабель совсем плохо — живет она где-то в глуши, в полной изоляции от внешнего мира. Во всяком случае, так выходит по словам Крэбба.

Передав таким образом суть сказанного мистером Крэббом, Джон Карстайрс не думал, наверное, что мать этим удовлетворится. Но если он рассчитывал на расспросы со стороны своей любящей родительницы, то его ждало разочарование. Или, может, напротив, следует сказать, что он испытал облегчение? Так или иначе, миссис Карстайрс, предложив сыну чашку чаю и вернувшись на свое место, просто заметила, что все это ужасно, но теперь хотя бы ситуация прояснилась, и это уже хорошо. О небольшом плане, что она обдумывала на протяжении всего дня, изучая железнодорожный справочник Брэдшо и карту графства Норфолк, миссис Карстайрс благоразумно умолчала.

Это была решительная женщина. На следующее же утро, удостоверившись предварительно, что сын будет обедать в клубе и домой раньше вечера не вернется, она надела дорожное платье, велела горничной найти на Мэрилебон-Хай-стрит кеб и направилась на Шордич-Рэйлвей-стейшн.[17] Здесь она купила билет до Уоттона — ближайшей, как следовало из ее изысканий, к Истон-Холлу станции. Времени было около одиннадцати утра, и миссис Карстайрс рассчитала, что успеет доехать до Норфолка, наведаться, куда ей нужно, и вернуться на Мэрилебон еще до появления сына.

Погода была мягкая, хотя и ветреная, над Эссекской равниной медленно плыли большие перистые облака, и миссис Карстайрс, прислушиваясь к перестуку колес бегущего на восток поезда, испытывала легкое возбуждение. Она находила вполне возможным, что цели своей ей добиться не удастся — вероятно, даже увидеться с миссис Айрленд не получится, — и все же попробовать стоило. Мистер Дикси может отказаться принять ее, сказаться отсутствующим, но вдруг повезет и она застанет его прямо на пороге дома? Это оправдает все усилия. Таким образом миссис Карстайрс уговаривала себя, а поезд тем временем громыхал по рельсам, минуя Колчестер и Меннингтри, где туман стелился так низко, что накрывал мачты стоящих в устье реки пароходов, и гуси большими караванами летели над берегом, удаляясь в сторону Суффолкской равнины. Какой-то господин, сидевший в дальнем конце вагона, посмотрев на небо, вежливо заметил, что может пойти дождь, и миссис Карстайрс столь же учтиво согласилась с таким предположением.

В Ипсуиче она вышла из вагона и направилась в буфет, чтобы подкрепиться стаканом шерри и бисквитом. И действительно, это придало ей бодрости и приподнятое настроение сохранялось почти до того момента, когда промежуточная часть пути завершилась и поезд доставил ее в Уоттон, где миссис Карстайрс вышла на платформу. Окутанная облаком дыма и сажи, она стала схожа с сестрой Синей Бороды, вылезающей в ходе театрального представления из оркестровой ямы, чтобы пробудить трепет в сердцах восхищенных зрителей. И вот только сейчас миссис Карстайрс испытала легкое смущение. Уоттон почему-то представлялся ей оживленным местом, откуда легко добраться куда угодно. Но это было не так. Длинная низкая платформа посреди открытого поля, один-единственный зальчик для пассажиров и столь же одинокий носильщик, который в ответ на вопрос, где здесь можно найти извозчичью пролетку, лишь покачал головой. Ну хоть какую-нибудь повозку, настаивала миссис Карстайрс, поясняя, зачем ей это нужно. «Неужели до Истона не на чем добраться?» — «Вроде бы экипаж Джоррока где-то здесь стоит, мэм». Вот и пришлось миссис Карстайрс, никуда не денешься, забираться в двуколку, которая вместе с двумя тюками соломы и пустой кроличьей клеткой поволокла ее по проселочным дорогам Норфолка со скоростью миль пять в час.

Было половина первого пополудни, с востока дул сильный ветер, и деревья клонились в сторону, словно отворачиваясь, находя совершенно невыносимым вид экипажа, тащившегося по узкой дороге. За оградой из кустарника поля, нагие, вскопанные для будущих урожаев, печально спускались в сторону обширной равнины с ее лесами и вересковой пустошью. Вообще-то журналисты и составители справочников всегда представляют Норфолк местностью весьма живописной, но я лично вынужден признаться, что таковой ее не нахожу, по крайней мере весной. Слишком много полей, плоских как доска, слишком много никуда не ведущих влажных тропинок, по ним и ходить-то опасно — ноги тонут. Слишком много ветра, грязи и тишины, разве что крики птиц доносятся, печальнее которых во всей Англии не услышишь. Миссис Карстайрс, вглядываясь в местность через щели в экипаже, который, вместе с пассажирами, беспощадно трясло на рытвинах и ухабах, все больше находила ее на редкость унылой и заброшенной.

Вряд ли стоит говорить, что к этому времени ее былое возбуждение практически улетучилось. Она сильно продрогла. Путешествие превратилось в сплошную муку. А более всего миссис Карстайрс страшилась того, что, узнай об этой поездке ее сын или кто-нибудь, кому известны обстоятельства дела, она сделается всеобщим посмешищем. Помимо того, было в самом ее положении человека, оказавшегося на изрытой колеями, огороженной с обеих сторон высокой зеленой изгородью дороге, когда в ушах звучат печальные крики птиц, нечто, весьма ей не нравящееся. Быть может, в детстве на ее воображение слишком сильно подействовала гравюра,[18] на которой человека, проезжающего ночью по сельской дороге, преследует какой-то страшный демон, но тем не менее она часто оборачивалась и смотрела на дорогу с выражением мрачного предчувствия чего-то недоброго. В какой-то момент экипаж свернул на унылую мокрую тропу, обсаженную по обеим сторонам деревьями, ветки их, раскачиваясь от порывов ветра, производили впечатление невидимых рук, забирающихся ей под юбки. И миссис Карстайрс почувствовала, что готова отдать все на свете, лишь бы вернуться в уютную гостиную на Мэрилебон-стрит, где можно орудовать щипцами в камине и покрикивать на горничную.

— Одинокое, право, местечко, — сказала она вознице.

— Ваша правда, мэм. Сюда мало кто ездит.

В этот момент экипаж выехал на открытую дорогу, ведущую через пшеничные поля на запад, и настроение у миссис Карстайрс несколько поднялось. Но на сердце было по-прежнему тревожно. Через двадцать минут, самое позднее через полчаса, она окажется на пороге дома мистера Дикси, и как себя прикажете вести? Что, если мистер Дикси откажется принять ее и просто передаст, чтобы она возвращалась домой? Как-то, будучи молодой замужней дамой, она поразила и мужа, и самое себя, высказав мнение о билле 1832 года своему юному соседу за столом на обеде у мистера Пила.[19] Но теперь миссис Карстайрс слишком хорошо знала себя и понимала, что такая отвага в ее характере. Она все еще раздумывала, как ей себя вести в случае холодного приема, когда заметила, что повозка остановилась в том месте, где от дороги отходит тропинка, ведущая направо, к виднеющимся в отдалении воротам, и возница ждет ее распоряжений.

— Что, приехали?

— В двух шагах, мэм.

Миссис Карстайрс быстро огляделась. На протяжении последней полумили дорога вилась вдоль старой кирпичной стены, где густо росли ели. Надо полагать, здесь и проходит граница поместья Истон-Холл. Если повернуть голову на восток, где как раз и проложена ведущая к воротам тропинка, можно обнаружить следы человеческого присутствия: пара жилых домиков и какое-то надворное строение. За ним — покрытая гравием подъездная дорога, частью скрытая за деревьями, и вдалеке — очертания хозяйского дома. Миссис Карстайрс подумала, нужно ли, чтобы ее видели подъезжающей к дому мистера Дикси в крестьянском экипаже, и решила, что нет, не стоит. В то же время экипаж может еще понадобиться. Спускаясь на разбитую дорогу и ставя к ногам ридикюль, миссис Карстайрс обернулась к вознице:

— Если согласитесь подождать, получите полкроны.

Стараясь не терять из виду гравийную дорогу, миссис Карстайрс направилась к дому, думая при этом о нескольких вещах сразу: возница считает ее полоумной; собирается дождь, а она не взяла с собой зонтик; тропа, по которой она сейчас идет, неухоженна, вся в кочках. В детстве у миссис Карстайрс был весьма почтенный двоюродный дедушка — владелец поместья в Кенте, где она очень любила гостить. Там были клумбы и дорожки и даже особенная тропинка у реки, которую она и сейчас, хоть пятьдесят лет прошло, вспоминала с ностальгической любовью. Но Истон-Холл не имел ничего общего с Эдемом из ее детских лет. Деревья теснились прямо у тропы. На траве валялись груды дров, причем сразу было понятно, что срубили их много лет назад; в стороне стоял то ли амбар, то ли сарай — в общем, просторное помещение, где, судя по заливистому лаю, содержались собаки. Вокруг — ни души. А давно не стриженный газон прямо перед домом — впрочем, не дом, а барак какой-то, подумала миссис Карстайрс, жить в нем, вероятно, очень неуютно — производил впечатление такой заброшенности, что она не на шутку испугалась увидеть заколоченную дверь.

Но к счастью, на стук откликнулись, дверь открыла всего лишь служанка — практически ребенок, как показалось гостье, — с кукольным личиком. На миссис Карстайрс она посмотрела так, что стало ясно: посторонние наведываются в Истон-Холл нечасто. Однако же миссис Карстайрс умела обращаться с прислугой. Достигнув определенного возраста, она стала находить особенное удовольствие в том, чтобы командовать слугами, ставить в тупик и вообще всячески смущать. Так что неясность ситуации, возникшей здесь, в Норфолке, у мрачного входа в дом, куда с немалым трудом через ветви деревьев пробивался солнечный свет, лишь укрепила ее решимость.

— Мне надо поговорить с твоим хозяином. С мистером Дикси. Он дома?

Девушка, по виду лет семнадцати, продолжала молча смотреть на гостью.

— Мистер Дикси дома?

— Как вас зовут, мэм?

И с этими словами она поспешно исчезла, оставив миссис Карстайрс в холле раздумывать наедине с собой о том, не лучше ли прямо сейчас уйти и положить конец всему этому предприятию. И тем не менее, говоря по правде, пока она была более чем довольна. Что бы там ни случилось дальше — допустим, Синяя Борода скрывается в стенах Истон-Холла, — она по крайней мере дошла до входа в этот дом и теперь может составить хоть какое-то представление об особенностях его устройства. Оглядевшись, миссис Карстайрс обнаружила, что стоит — сесть ей никто не предложил — в просторном холле с обветшавшей, но в своем роде изящной обстановкой, с офортами на стенах и огромным количеством сваленных в кучу тростей и башмаков на толстой деревянной подошве. Она подошла поближе и принялась рассматривать гравюру с изображением битвы при Куллодене, когда в холл, едва переводя дыхание, влетела служанка.

— Завсегда пожалуйста, мэм, только хозяин просит вас немного подождать.

Отметив про себя перемену в ее поведении, миссис Карстайрс позволила служанке провести себя через вестибюль в другой холл, попросторнее, оттуда в скромную комнату, на полпути между кабинетом и гостиной, выходящей окнами на неухоженный, поросший сорняками сад. В небольшом камине горело с десяток поленьев, у полок в беспорядке стояли несколько стульев. Общее впечатление не оказалось благоприятным, миссис Карстайрс вынуждена была в том себе признаться. Она обернулась, но служанка уже исчезла — надо полагать, в воздухе растворилась, ибо шагов ее нигде в доме не слышалось. Миссис Карстайрс подтащила один из стульев к камину и принялась яростно орудовать щипцами, однако же удовлетворения это ей не принесло. Что-то такое как в самом окне, так и за ним, в верхушках деревьев, раскачивающихся на ветру, в пожухшей траве упорно притягивало глаз, и миссис Карстайрс вспомнился рассказ Джозефа ле Фаню про злую гувернантку, размахивавшую руками в сгустившихся сумерках. Подвинув стул еще ближе к огню, она напомнила себе, что сейчас весенний полдень, она находится в Норфолке, в доме благородного джентльмена, что наступил век паровых машин и Хрустального дворца, и все же образ злой гувернантки, подающей кому-то сигналы из погруженного в сумерки сада, не шел у нее из головы.

Чем бы заняться? Над камином висели семейные, судя по всему, портреты — старые, сошедшие в могилу члены рода Дикси в париках и сутанах англиканских священников. Некоторое время миссис Карстайрс разглядывала их, но облегчения ей это не принесло. У всех были белые лица с розоватыми щеками и тяжелый взгляд, что вызвало неприятные ассоциации с холодным телячьим филе. Книги на полках в основном научного и теологического характера, в стоящем у стены шкафчике с потрескавшимся стеклом — предметы сельского быта и всякие диковины вроде старых костей и обломков с выцветшими латинскими надписями курсивом. Миссис Карстайрс в отчаянии повернулась к окну, за которым хлестали струи дождя. Было во всей этой обстановке с ее угрюмым небольшими садом, усопшими членами семьи, запечатленными на картинах, в научных трудах, теснившихся на книжных полках, что-то тревожное и даже угнетающее, хотя что именно — миссис Карстайрс сказать бы затруднилась. Но вот в коридоре зазвучали шаги, ручка двери повернулась — миссис Карстайрс прислушивалась к происходящему так напряженно, что шум, казалось, отдавался прямо у нее в ушах, — и на пороге возникла статная мужская фигура.

Миссис Карстайрс всегда гордилась тем, что, как она считала, «умеет судить о людях». Возможно, неких общих критериев таких оценок не существует, но тем не менее миссис Карстайрс начала выносить их еще в отрочестве, во времена лорда Каслри и мистера Кэннинга, живописных полотен мистера Чиннери и романов мисс Остен. Герои сухопутных и морских сражений на службе ее величества, юристы и банкиры, священнослужители и просто вельможи — все они проходили перед острым взглядом миссис Карстайрс. Даже покойного мистера Карстайрса она подвергла своему тайному суду, хотя окончательных оценок и не выносила. Но что-то подсказывало ей, что мистера Дикси оценить она не в состоянии.

Внешне это был высокий худощавый пожилой мужчина — годом-двумя старше ее или моложе, — с очень бледным лицом и пышной шевелюрой седых волос, настолько похожий на героев портретов, развешанных на стене, что, казалось, он только что просто сошел с одного из них. Но индивидуальность его, по мнению миссис Карстайрс, заключалась не во внешности и не в одежде — на нем была плотная куртка и гетры, какие носят в сельской местности. А в чем именно — сказать она затруднялась. Его беспокойные голубые глаза перемещались с трости, которую он вертел в пальцах, к окну и наконец остановились на даме у камина.

— Полагаю, я имею удовольствие беседовать с миссис Карстайрс?

Если эту даму и могло что-либо удивить, так это сообщение о том, что ее тайное путешествие через три графства доставило кому-то удовольствие. Живо поднявшись со стула, она несколько неуверенно откликнулась:

— Ну да, сэр, хотя я и не предполагала, что это такое уж удовольствие… Впрочем, не важно.

Взгляд мистера Дикси снова метнулся в сторону окна.

— Уверяю вас, мадам, в этих края гость — это гость, и он всегда в радость. Однако же чем могу быть полезен?

Все это, вынуждена была признаться себе миссис Карстайрс, очень плохо. Она понимала, что независимо от ее отношения к мистеру Дикси и завещания Генри Айрленда — а отношение это она пока не выработала — откровенно с хозяином этого дома она говорить не может. Мужчина, сталкивающийся посреди ночи на пороге собственного дома с другим мужчиной с большим узлом под мышкой, не назовет того сразу вором. В таком же положении оказалась и миссис Карстайрс: во взгляде мистера Дикси она ясно различала удивление, однако придать своим мыслям четкую словесную форму пока не смогла.

— Если не ошибаюсь, миссис Генри Айрленд — ваша подопечная?

Прежде чем ответить, мистер Дикси пристально посмотрел в окно, затем перевел взгляд на книжные полки.

— Именно так, мадам, миссис Айрленд действительно моя подопечная. Вы приехали справиться о ней?

И это тоже очень плохо. Но решив, подобно сыну в кабинете адвоката, что не съест же ее, в конце концов, мистер Дикси, миссис Карстайрс ушла от прямого ответа.

— Видите ли, мы с Изабель — с миссис Айрленд — в родстве. То есть мой покойный муж был с ней в родстве. И с тех самых пор, — тут миссис Карстайрс запнулась, — как случилось то, о чем всем известно, мы ничего о ней не слышали.

— Так и слышать-то особенно нечего.

Интонация, с какой мистер Дикси произнес эти слова, заставляла предположить, что так многого не добиться. Мистер Карстайрс поняла это и взяла на заметку, но все-таки решила сразу не сдаваться. Конечно, воспоминания об уоттонской железнодорожной станции и путешествии на экипаже особой роли не играли. Миссис Карстайрс была женщиной рассудительной, но в то же время привычный распорядок жизни оказался нарушен, ее выбили из колеи, ей пришлось прятаться, а все это совершенно не сходилось с ее представлениями о том, как должны делаться дела. Потому миссис Карстайрс решила идти до конца и высказать все то, за чем сюда приехала.

— Знаете, мистер Дикси, — вновь заговорила она, — по-моему, я впервые оказалась в таких отдаленных краях. Миссис Айрленд здесь?

— Нет. Но если бы и была, вынужден с сожалением заметить, что не мог бы позволить вам свидеться с ней. Она… у нее помутился рассудок.

— Помутился рассудок?!

— Извините, но как еще прикажете сказать? При нашей последней встрече — а произошла она в этой самой комнате — миссис Айрленд меня не узнала и раскричалась, когда служанка принесла бокал вина, слишком сильно разбавленного водой. Поверьте, мадам, свидание с ней никому бы радости не принесло — ни вам, ни ей.

Но миссис Карстайрс и тут не пала духом. Она знала, что вернется к себе в гостиную на Мэрилебон-стрит не ранее чем через пять часов, как знала и то, что от нее потребуются новые уловки и новый обман. Сына своего миссис Карстайрс не боялась, но отдавала себе отчет в том, что, узнай он о ее экскурсии в Норфолк, или, скорее, узнай он о ней в обстоятельствах, равно неудобных для них обоих, дела могут обернуться для нее чрезвычайно скверно. К тому же она помнила об экипаже Джоррока, так что решила проявить настойчивость.

— Так где же она сейчас?

— Не уверен, мадам, что должен отвечать на этот вопрос, но все же скажу. В настоящее время миссис Айрленд лечится у доктора Конолли. Вы знакомы с его работами?

— Э-э… Я слышала это имя.

— Повторяю, за миссис Айрленд приглядывает доктор Конолли. Итак, чем могу быть полезен? Я бы предложил вам написать письмо, хотя сильно сомневаюсь, что она способна его прочитать. Не хотелось бы волновать вас понапрасну, но когда миссис Айрленд привезли сюда впервые, пришлось изолировать ее от внешнего мира. Если вы желаете написать ей, можете не сомневаться: письмо будет передано в ее руки.

Все это звучало вполне разумно, и лицо мистера Дикси, стоявшего у окна, за которым продолжал лить дождь, выражало сдержанное участие. И тем не менее миссис Карстайрс вновь почувствовала себя в затруднении. Исчезновение миссис Айрленд, ее отъезд в Норфолк, в больницу доктора Конолли — или где там она сейчас находится, — представлялись ей такой тайной, что было неясно, как другие могут этого не понимать. Однако же мистер Дикси с достоинством приветствует ее, вежливо отвечает на вопросы и вообще готов оказать любую услугу — исключая возможность устроить встречу с Изабель. Миссис Карстайрс чувствовала — трудно сказать почему, но подозревала, — что ее водят за нос.

— Но ведь все это выглядит так загадочно, как вы думаете, мистер Дикси? Извините, что вынуждена говорить это, но бедный мистер Айрленд нас покинул, его жена… не в себе (даже сейчас миссис Карстайрс избегала слово «безумие»), а никто ее даже не видел.

— Почему же? Мистер Крэбб, я и мои слуги — мы все видели. Желаете поговорить с ними?

— А теперь я слышу, что она лечится у доктора Конолли. Все это, конечно, очень хорошо, но…

— Моя дорогая миссис Карстайрс, — лицо мистера Дикси сохраняло то же приветливое выражение, не сходившее с него на протяжении всего разговора, — тут я вынужден с вами не согласиться. Вы говорите о загадке, а вот я ее не вижу. Генри Айрленд был одним из самых близких моих друзей. Его жена находится на моем попечении. У нее помутился рассудок. Именно поэтому она направлена на лечение к исключительно компетентному господину, который может ей помочь. Весьма сожалею, если вам пришлось проделать такой путь, чтобы открыть столь простую истину.

Выслушав эту сентенцию, миссис Карстайрс поняла, что больше говорить, собственно, не о чем. Поблизости ее ждал экипаж Джоррока. И все же приходилось признаваться самой себе: она так и не поняла, чем все закончилось — большой победой над мистером Дикси или сокрушительным поражением? Видя нерешительность дамы, хозяин — сам-то он никоим образом не вел себя как человек, потерпевший поражение, — поспешил ей на помощь. Не угодно ли чаю? Он тотчас велит принести. Куда она направляется, и не может ли он быть чем-либо полезен? Кто-нибудь из домашних проводит ее до деревни. Каждое из этих предложений миссис Карстайрс последовательно отвергла, при этом чувствуя, что в чем-то главном уступила и остается лишь раскланяться с мистером Дикси. В какой-то момент ей стало ясно: человек, стоящий у окна, разглядывает ее отнюдь не бесцеремонно, но так, как смотрят на картину или на лошадь. Во взгляде хозяина не было ничего оскорбительного, и тем не менее миссис Карстайрс он не понравился.

В конце концов — было уже три часа дня, и миссис Карстайрс еще настойчивее, чем прежде, напомнила себе об экипаже Джоррока — хозяин и гостья все же сели за чай. Его принесла на подносе та же самая девушка, что открыла ей парадную дверь, и на вкус он оказался совершенно непохожим на сорта дешевого китайского чая, которые миссис Карстайрс приходилось пробовать раньше. Мистер Дикси сел на стул, прислонив трость к спинке. Поглядывая на служанку, ворошившую дрова в камине, и дуя на чай, выглядел он чрезвычайно добродушным и скромным старым господином.

— Боюсь, вынужден перед вами извиниться, — сказал он, остудив наконец чай до нужной температуры. — Дело в том, что я уже очень давно не был в обществе и забыл, как ведут себя в гостиной.

И вот тут-то, как это случается порой в сходных обстоятельствах, пусть всего лишь на летучий миг, когда хозяин выпил свой чай, а миссис Карстайрс съела бисквит, между ними возникла некая близость.

— Право слово, — заметила дама, поставив на колени чашку с чаем, который пить-то невозможно, — далеко же вы забрались.

— Далеко? Верно, далековато. По крайней мере мне никого не удается сюда заманить. Поздравляю, мадам, ваша настойчивость вызывает восхищение.

— Но ведь у вас есть свои занятия, не так ли? И они наверняка отнимают массу времени.

— Вы правы, мадам, массу времени. — И так далее и так далее.

В общем, когда мистер Дикси проводил ее до парадной двери и, ступив на проваленную ступеньку, пожал на прощание руку («Я могу вам написать?» — осведомилась миссис Карстайрс. «О да, разумеется, непременно пишите», — живо откликнулся мистер Дикси), она сказала себе, что все могло кончиться гораздо хуже. Она потревожила льва у него в убежище — сейчас он казался весьма благожелательным львом — и осталась невредимой. В то же время миссис Карстайрс так и не смогла понять, достигла она своей цели или нет. Да, местопребывание миссис Айрленд она обнаружила, или, вернее, ей сообщили, но ни одна из загадок, связанных с ее исчезновением, не получила удовлетворительного объяснения. Может, она и впрямь сделала глупость, вмешавшись в историю, которую лучше бы вообще не трогать? Трудно сказать, но настроение миссис Карстайрс, пока она, удаляясь от дома мистера Дикси, шла по гравийной дороге, ведущей к густому подлеску и высоким деревьям, бодростью не отличалась.

Времени, наверное, половина четвертого. Дождь прекратился, хотя мартовское небо все еще покрыто темными низкими облаками. Возвращаясь назад по дороге, густо поросшей с обеих сторон зеленью, миссис Карстайрс дошла до места, где вправо от нее отходила, теряясь в зарослях и, насколько можно судить, круто заворачивая назад, к дому, едва заметная тропинка. И вот тут-то миссис Карстайрс совершила то, чему ей так и не удалось найти удовлетворительного объяснения, когда она оказалась в состоянии обдумать случившееся. Может, в глубине душе она не поверила мистеру Дикси, решив, что миссис Айрленд все же живет здесь и ее можно тайно выследить. А вероятно, дело просто в том, что высокие деревья и оставшийся позади одинокий дом возбудили любопытство и ей подумалось, что именно в этом месте, в окружении острых лесных ароматов, и хранятся все тайны. Так или иначе, миссис Карстайрс сошла с дороги и двинулась, уворачиваясь от веток, по тропинке.

Разглядывать тут, вообще-то говоря, было почти нечего. Через минуту-другую она вышла на вырубку, посредине которой возвышалось пугало, поставленное егерем, а на поперечине висела пара сорокопутов и ласок. Место это было заброшенное, и миссис Карстайрс здесь не задержалась. Вроде бы позади, за деревьями, которые она приняла за лавр, попавшимися ей на пути, возвышалось какое-то строение, но листва была такой густой, что точно определить направление не представлялось возможным. Только миссис Карстайрс подумала, что, помимо всего прочего, такое хозяйство, как поместье мистера Дикси, нуждается в целом полку садовников, как уголком глаза уловила какое-то движение слева и позади себя. Сейчас она стояла там, где тропинка в очередной раз изгибалась в сторону, теряясь в зарослях папоротника. И вот тут-то она увидела, как в тридцати — сорока футах отсюда через лес бесшумно движется какое-то наполовину скрытое в тени серое длинномордое существо. В общем-то миссис Карстайрс вела образ жизни, именуемый в книгах как благопристойно-затворнический. Но все это, однако, не помешало ей однажды нанести визит в зоопарк Риджентс-парка, и в загадочном существе она сразу же признала волка.

Как уже говорилось, миссис Карстайрс была женщиной находчивой. Через несколько мгновений она вновь оказалась на дороге, недалеко от надворных построек и жилых домов поместья мистера Дикси; рядом в проулке стоял экипаж Джоррока. Неверной походкой, тяжело дыша, миссис Карстайрс продвигалась к воротам, с ужасом ожидая преследования или нападения сзади, из-за кустов. Но все было тихо, ни одного живого существа за исключением возницы, прикорнувшего в экипаже между тюками с сеном, на мешковине, покрывавшей дно. Испытывая немалое облегчение, миссис Карстайрс велела отвезти себя в Уоттон. И если даже пассажирка казалась молчаливее обычного и то и дело бросала назад, на угрюмую дорогу нервные и пронзительные взгляды, возница этого не заметил.


Содержание:
 0  Тайны Истон-Холла Kept: A Victorian Mystery : Дэвид Тейлор  1  Глава 1 ОХОТНИКИ : Дэвид Тейлор
 2  Глава 2 МИСТЕР ГЕНРИ АЙРЛЕНД И ЕГО НАСЛЕДНИКИ : Дэвид Тейлор  4  Глава 4 ТОВАР ДОСТАВЛЕН : Дэвид Тейлор
 6  Глава 6 НЕПОВТОРИМАЯ ИСТОРИЯ МИСТЕРА ПЕРТУИ : Дэвид Тейлор  8  Глава 8 ЭКИПАЖ ДЖОРРОКА : Дэвид Тейлор
 10  Глава 2 МИСТЕР ГЕНРИ АЙРЛЕНД И ЕГО НАСЛЕДНИКИ : Дэвид Тейлор  12  Глава 4 ТОВАР ДОСТАВЛЕН : Дэвид Тейлор
 14  Глава 6 НЕПОВТОРИМАЯ ИСТОРИЯ МИСТЕРА ПЕРТУИ : Дэвид Тейлор  15  Глава 7 ЗАГАДОЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ МИСТЕРА КРЭББА : Дэвид Тейлор
 16  вы читаете: Глава 8 ЭКИПАЖ ДЖОРРОКА : Дэвид Тейлор  17  ЧАСТЬ II : Дэвид Тейлор
 18  Глава 9 РАССКАЗ ЭСТЕР ПРОДОЛЖАЕТСЯ : Дэвид Тейлор  20  Глава 11 ИЗАБЕЛЬ : Дэвид Тейлор
 22  Глава 13 ВЫ ШУТИТЕ! : Дэвид Тейлор  24  Глава 9 РАССКАЗ ЭСТЕР ПРОДОЛЖАЕТСЯ : Дэвид Тейлор
 26  Глава 11 ИЗАБЕЛЬ : Дэвид Тейлор  28  Глава 13 ВЫ ШУТИТЕ! : Дэвид Тейлор
 30  Глава 15 В НИЗОВЬЯХ РЕКИ : Дэвид Тейлор  32  Глава 17 МИСТЕР РИЧАРД ФЭРЬЕ : Дэвид Тейлор
 34  Глава 14 НАСТОЯТЕЛЬ И ЕГО ДОЧЬ : Дэвид Тейлор  36  Глава 16 ЧЕРНАЯ СОБАКА ЗНАЕТ МОЕ ИМЯ : Дэвид Тейлор
 38  Глава 18 РОЗА : Дэвид Тейлор  40  Глава 20 ИСТОРИЯ С КЛЮЧОМ : Дэвид Тейлор
 42  Глава 22 ПОЛДЕНЬ В ЭЛИ : Дэвид Тейлор  44  Глава 19 К СЕВЕРУ ОТ ШЕСТИДЕСЯТОЙ ПАРАЛЛЕЛИ : Дэвид Тейлор
 46  Глава 21 УТРО КАПИТАНА МАКТУРКА : Дэвид Тейлор  48  Глава 23 НОЧНАЯ РАБОТА : Дэвид Тейлор
 50  Глава 25 ЭСТЕР В ЛОНДОНЕ : Дэвид Тейлор  52  Глава 27 МУХИ И ПАУКИ : Дэвид Тейлор
 54  Глава 29 КОНЕЦ ФИРМЫ ПЕРТУИ ЭНД К° : Дэвид Тейлор  56  Глава 24 КАПИТАН МАКТУРК ПРОДВИГАЕТСЯ ВПЕРЕД : Дэвид Тейлор
 58  Глава 26 СКРУПУЛЕЗНОСТЬ МИСТЕРА МАСТЕРСОНА : Дэвид Тейлор  60  Глава 28 ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ : Дэвид Тейлор
 62  Глава 30 СУДЬБЫ : Дэвид Тейлор  64  ПОТЕРЯВШАЯСЯ, ПОХИЩЕННАЯ ИЛИ ЗАБЛУДИВШАЯСЯ: ОБ ОДНОЙ ИСЧЕЗНУВШЕЙ МОЛОДОЙ ЖЕНЩИНЕ : Дэвид Тейлор
 66  ДЖО ПИРС: ИСТОРИЯ МОШЕННИКА : Дэвид Тейлор  67  Использовалась литература : Тайны Истон-Холла Kept: A Victorian Mystery



 




sitemap